АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-11756/16 

Екатеринбург

21 декабря 2022 г.

  Дело № А76-27285/2015

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 декабря 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 декабря 2022 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Тихоновского Ф.И., Шершон Н.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьиФИО1 рассмотрел в судебном заседании с использованием системвеб-конференции кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 08.04.2022 по делу № А76-27285/2015 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет», в судебное заседание в суд округане явились, явку своих представителей не обеспечили. 

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняла участие представитель ФИО2 – ФИО2 (доверенность от 13.11.2020 серия 74АА №5130882).

До начала судебного заседания от ФИО2 поступило два ходатайства об объявлении перерыва в судебном заседании, в связи с тем, что на 14.12.2022 по настоящему делу назначены другие заседания в Арбитражном суде Челябинской области о взыскании убытков, на которые ФИО2 необходимо представить расчет и дополнительные доказательства и не присутствовать на которых нельзя, а также в связи с рассмотрением ФИО2 вопроса о возможности отзыва кассационной жалобы. 

В удовлетворении данного ходатайства судом кассационной инстанции отказано, поскольку ранее судом округа удовлетворено ходатайство ФИО2 о проведении настоящего судебного заседания с использованием систем веб-конференции и представитель ФИО2 принял участие в соответствующем судебном заседании 14.12.2022, а также, исходя из того, что данная кассационная жалоба поступила в суд округа 19.09.2020, оставлена без движения, а затем принята судом округа к производству 15.11.2022 с назначением судебного заседания на 14.12.2022, из чего следует, что у ФИО2 было достаточно времени (три месяца) для определения своих намерений относительно настоящей кассационной жалобы, и дальнейшее затягивание ее рассмотрения является необоснованным.  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 10.11.2015 по заявлению публичного акционерного общества «Сбербанк России» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «МАКС» (далее – общество «МАКС», должник). 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 27.11.2017 общество «МАКС» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО3. 

После неоднократной смены конкурсного управляющего обществом «МАКС», определением арбитражного суда от 10.06.2022  конкурсным управляющим должником утверждена ФИО4, член саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих». 

Единственный участник общества «МАКС» и конкурсный кредитор должника ФИО2 23.12.2021 обратилась в арбитражный суд с заявлением, в котором с учетом уточнения просит: 1) признать недействительным решение собрания кредиторов должника от 03.12.2021 о незаключении мирового соглашения; 2) определить условия мирового соглашения и утвердить его. 

Определением Арбитражном суда Челябинской области от 08.04.2022, оставленным в силе постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2022, в удовлетворении заявления ФИО2 о признании недействительным решения собрания кредиторов и урегулировании разногласий по заключению мирового соглашения, отказано.

В кассационной жалобе ФИО2 просит определение от 08.04.2022 и постановление 05.08.2022 отменить, утвердить мировое соглашение, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. Заявитель ссылается на противоречивость выводов судов, которые установили факт злоупотребления правами залоговыми кредиторами с целью затягивания процедуры, реализации имущества по минимальной цене или оставлении его за собой в ущерб должнику и иным кредиторам, но отказали в разрешении разногласий с данными кредиторами, и не содействовали в прекращении дальнейшего злоупотребления ими правом. Заявитель считает, что суды необоснованно не применили статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку злоупотребление мажоритарных кредиторов невозможно преодолеть путем проведения торгов, так как управляющий подконтролен указанным кредиторам, вследствие чего торги многократно срываются, при этом в настоящее время имущество существенно повреждено, что значительно снижает круг потенциальных приобретателей и может привести к продаже имущества по существенно заниженной цене, что также подтверждается справкой Торгово-промышленной палаты Российской Федерации от 31.03.2022, которую суды не учли, хотя она опровергает выводы судов о перспективности продолжения торгов. По мнению заявителя, утверждение мирового соглашения направлено на обеспечение защиты меньшинства кредиторов от действий большинства в ситуации, когда уже очевидно, что предполагаемый результат в виде получения выручки, достаточной для удовлетворения требований всех кредиторов, не может быть достигнут, а также на защиту интересов единственного учредителя ФИО2, которая вправе претендовать на имущество, оставшееся после удовлетворения требований кредиторов. 

Общество с ограниченной ответственностью «Юридическое содействие бизнесу» (далее – общество «ЮСБ») в отзыве обжалуемые судебные акты оставить без изменения, в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, согласно отчету управляющего от 08.12.2021, по состоянию на указанную дату в реестре требований кредиторов учтены требования кредиторов (в части задолженности, подлежащей учету при голосовании на собрании кредиторов): 1) обеспеченное залогом имущества должника требование общества с ограниченной ответственностью «Содержание Плюс» (далее – общество «Содержание Плюс» в размере 16 005 554 руб. 47 коп.; 2) обеспеченное залогом имущества должника требование общества «ЮСБ» в размере 80 882 888 руб. 41 коп.; 3) обеспеченное залогом имущества должника требование Фонда развития малого и среднего предпринимательства Челябинской области в размере 10 000 000 руб.; 4) обеспеченное залогом имущества должника требование ФИО2 в размере 1 377 975 руб. 32 коп.; 5) необеспеченное залогом имущества должника требование общества «ЮСБ» в сумме 16 024 200 руб. 82 коп. 6) необеспеченное залогом имущества должника требование Фонда развития малого и среднего предпринимательства Челябинской области в размере 3 377 321 руб. 59 коп.; 7) необеспеченное залогом имущества должника требование Фонда капитального ремонта многоквартирных домов города Москвы в размере 44412 руб. 73 коп.; 8) необеспеченное залогом имущества должника требование публичного акционерного общества «Московская объединенная электросетевая компания» в сумме 551 304 руб. 62 коп. 

Конкурсным управляющим 10.09.2021 и после перерывов 30.09.2021, 18.10.2021, 03.11.2021, 15.11.2021 и 03.12.2021 проведено собрание кредиторов, в ходе которого единственным участником и конкурсным кредитором должника ФИО2 представлен дополнительный четвертый вопрос о заключении мирового соглашения, в голосовании по которому приняли участие кредиторы: общество «ЮСБ» (голоса, соответствующие размеру требования 16 024 200 руб. 82 коп. (незалоговая часть) и 80 882 888 руб. 41 коп. (залоговая часть); Фонда развития предпринимательства Челябинской области – Центр «Мой Бизнес» (правопреемник Фонда развития малого и среднего предпринимательства Челябинской области; далее - Фонд) (голоса, соответствующие размеру требования в размере 3 377 321 руб. 59 коп. (незалоговая часть) и 10 000 000 руб. (залоговая часть); ФИО2 (голоса, соответствующие размеру требования в размере 1 377 975 руб. 32 коп. (залоговое требование). 

По условиям мирового соглашения, предложенного единственным участником должника, предполагалось погашение требований общества «ЮСБ» путем передачи ему части (с предварительным выделом) принадлежащего должнику нежилого помещения в г. Москве, погашение обществом «ЮСБ» требования общества «Содержание Плюс» за должника, а также погашение самим должником требований перед иными кредиторами в течение установленного в проекте соглашения срока с передачей части из кредиторов в залог части имущества. 

Общее число голосов кредиторов, участвовавших в оспариваемом собрании, соответствовало общему размеру требований на сумму 111 673 397 руб. 59 коп., из которых за утверждение мирового соглашения проголосовали ФИО2 и Фонд (общее число голосов - 14 766 308 руб. 36 коп., из которых 3 377 321 руб. 59 коп. незалоговые голоса), а против утверждения мирового соглашения проголосовало общество «ЮСБ» (число голосов – 96 907 089 руб. 23 коп., из которых 16 024 200 руб. 82 коп. незалоговая часть). 

Полагая, что решение об отказе в утверждении мирового соглашения принято мажоритарным кредитором со злоупотреблением правом, а несогласие данного кредитора может быть преодолено в судебном порядке, ФИО2 обратилась в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением. 

При этом в ходе судебного разбирательства ФИО2 также просила в качестве альтернативного варианта рассмотреть возможность предоставления нежилого помещения в г. Москве целиком в долевую собственность обществам «Содержание Плюс», «ЮСБ» и самому должнику. 

Отказывая в удовлетворении заявления, суды исходили из следующего. 

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротстве). 

В силу части 4 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, стороны могут закончить дело мировым соглашением в порядке, предусмотренном главой 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Стороны могут урегулировать спор, заключив мировое соглашение или применяя другие примирительные процедуры, в том числе процедуру медиации, если это не противоречит федеральному закону (часть 2 статьи 138 и статьи 139 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Мировое соглашение может быть заключено сторонами на любой стадии арбитражного процесса и при исполнении судебного акта, по любому делу, если иное не предусмотрено названным Кодексом и иным Федеральным законом. Мировое соглашение не может нарушать права и законные интересы других лиц и противоречить закону. 

На любой стадии рассмотрения арбитражным судом дела о банкротстве должник, его конкурсные кредиторы и уполномоченные органы вправе заключить мировое соглашение (пункты 1 и 2 статьи 150 Закона о банкротстве). 

Решение о заключении мирового соглашения со стороны конкурсных кредиторов и уполномоченных органов принимается собранием кредиторов, принятым большинством голосов от общего числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов в соответствии с реестром требований кредиторов и считается принятым при условии, если за него проголосовали все кредиторы по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника. 

Арбитражный суд не утверждает мировое соглашение, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц (часть 6 статьи 141 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Аналогичные правила содержатся также в части 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Условия мирового соглашения для кредиторов, голосовавших против его заключения или не принимавших участия в голосовании, не могут быть хуже, чем для конкурсных кредиторов, голосовавших за его заключение (пункт 3 статьи 156 Закона о банкротстве). 

В случае, если решение собрания кредиторов нарушает права и законные интересы лиц, участвующих в деле о банкротстве, лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, третьих лиц, либо принято с нарушением установленных данным Законом пределов компетенции собрания кредиторов, такое решение может быть признано недействительным судом, рассматривающим дело о банкротстве, по заявлению лиц, участвующих в деле о банкротстве, лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, или третьих лиц (пункт 4 статьи 15 Закона о банкротстве). 

Арбитражный суд отказывает в утверждении мирового соглашения в случае неисполнения должником обязанности по погашению задолженности по требованиям кредиторов первой и второй очереди, а также в случае нарушения установленного названным Законом порядка заключения мирового соглашения, несоблюдения формы мирового соглашения, нарушения прав третьих лиц, противоречия условий мирового соглашения названному Закону, другим федеральным законами и иным нормативным правовым актам, наличия иных предусмотренных гражданским законодательством оснований ничтожности сделок (статья 160 Закона о банкротстве). 

Согласно пункту 18 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2005 № 97 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с заключением, утверждением и расторжением мировых соглашений в делах о несостоятельности (банкротстве)», кредиторы в результате мирового соглашения не должны получать существенно меньше того, что они получили бы при распределении конкурсной массы, при этом учитываются продолжительность предоставляемой отсрочки, размер инфляции и прочие обстоятельства. Правила Закона о банкротстве, регулирующие принятие решения о заключении мирового соглашения большинством голосов кредиторов, не означают, что такое решение может приниматься произвольно. Установление неразумных сроков погашения задолженности не может считаться нормальным способом расчетов с кредиторами, противоречит смыслу и целям мирового соглашения как процедуры банкротства. Поскольку в силу невозможности выработки единого мнения иным образом Законом предусматривается принуждение меньшинства кредиторов большинством, мировое соглашение в деле о банкротстве должно представлять разумный компромисс между интересами должника и всех его кредиторов и не может приводить к неоправданным отсрочкам в погашении обязательств перед кредиторами. Мировое соглашение не должно заключаться в обход законодательства о банкротстве и не может противоречить смыслу и цели мирового соглашения как реабилитационной процедуры. 

В пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, установлено, что при утверждении мирового соглашения суд должен выяснить, соответствуют ли его условия целям этой реабилитационной процедуры банкротства и не нарушают ли они обоснованных ожиданий всех кредиторов. Заключение мирового соглашения направлено на справедливое и соразмерное удовлетворение требований всех кредиторов путем предоставления им равных правовых возможностей для достижения законных частных экономических интересов при сохранении деятельности должника путем восстановления его платежеспособности (статьи 150, 156 Закона о банкротстве). 

Несмотря на то, что отношения, возникающие при заключении мирового соглашения, основываются на предусмотренном законом принуждении меньшинства кредиторов большинством ввиду невозможности выработки единого мнения иным образом, правила Закона о банкротстве, регулирующие принятие решения о заключении мирового соглашения, не означают, что такое решение может приниматься произвольно.

 Наличие у каждого из конкурсных кредиторов требований к должнику определяет их правовой статус и правомерный интерес, которым является получение в результате мирового соглашения большего по сравнению с тем, на что можно было бы рассчитывать при незамедлительном распределении конкурсной массы. Заключение мирового соглашения не гарантирует безусловное достижение указанного результата, поскольку итог будущей хозяйственной деятельности должника зависит от многих, в том числе сложнопрогнозируемых, факторов. Но процедура утверждения мирового соглашения в любом случае должна обеспечивать защиту меньшинства кредиторов от действий большинства, когда уже на стадии его утверждения очевидно, что предполагаемый результат не может быть достигнут. 

Основанием для отказа арбитражным судом в утверждении мирового соглашения является противоречие условий мирового соглашения названному закону, другим федеральным законам и иным нормативным правовым актам (пункт 2 статьи 160 Закона о банкротстве). 

В связи с этим при утверждении мирового соглашения суду необходимо выяснить, в каких целях заключается мировое соглашение - направлено ли оно, как это определил законодатель, на возобновление платежеспособности должника, включая удовлетворение требований кредиторов, либо применяется не в соответствии с предназначением института мирового соглашения (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 22.07.2002 № 14-П). Не подлежит утверждению мировое соглашение, условия которого экономически не обоснованы. 

Как следует из материалов дела и установлено судами, согласно инвентаризационным описям от 22.02.2018, представленным в дело о банкротстве и размещенным в общем доступе в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве, а также содержанию судебных актов по настоящему делу о банкротстве, в состав имущества должника входя: 1) наиболее дорогой актив - нежилое помещение в г. Москве, которым обеспечено требование общества «Содержание Плюс» (правопреемника общества «Травертино»); 2) объекты недвижимости в Челябинской области преимущественно коммерческого назначения (нежилые и жилые помещения, здания, сооружения, земельные участки), которыми обеспечено требование общества «ЮСБ»; 3) необремененный залогом земельный участок площадью 9000 кв.м. 

В ходе процедуры конкурсного производства в период с начала 2019 года (после урегулирования судом разногласий о порядке продажи) сменяющими друг друга конкурсными управляющими проводились попытки организовать торги по продажи нежилого помещения в г. Москве, но, в силу различных обстоятельств, как правило, связанных с ненадлежащей организацией торгов, суд обязывал конкурсного управляющего повторно приступить к проведению первых торгов, и к настоящему моменту последним из управляющих проведен этап первых торгов, в отношении которого вновь заявлены возражения единственным участником по мотиву некорректного внесения сведений в базу оператора электронной площадки, после чего управляющий заявила об освобождении от исполнения обязанностей, а менее дорогое имущество должника, находящееся в залоге общества «ЮСБ», на продажу не выставлено. 

При разрешении судом разногласий о порядке продажи данного имущества суд в определении от 26.07.2021 с учетом того, что начальная цена продажи, установленная в отношении московского объекта недвижимости, превышает общий размер требований кредиторов, установил, что к продаже имущества, находящегося в Челябинской области конкурсному управляющему следует приступить после завершения реализации московского объекта. 

Учитывая изложенное, проанализировав условия мирового соглашения, в предложенной ФИО2 редакции, отдельно и в совокупности со всеми иными доказательствами, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что условия мирового соглашения фактически предусматривают навязывание кредиторам собственности (в том числе долевой) в отношении недвижимого имущества, а также понуждение общества «ЮСБ» к исполнению за должника денежного обязательства перед иным кредитором, при этом условия мирового соглашения не являются равными для всех кредиторов, а кредитор общество «ЮСБ» (число голосов – 96 907 089 руб. 23 коп., из которых 16 024 200 руб. 82 коп. незалоговая часть) голосовал против заключения мирового соглашения на таких условиях, ввиду нарушения его прав и законных интересов, суды пришли к выводу, что общество «ЮСБ» вправе отказаться от условий, предложенных в мировом соглашении, которое нарушает его права и законные интересы, что не может быть признано недобросовестным поведением, и возражать против погашения обязательств должника путем передачи недвижимого имущества, перечисленного в мировом соглашении, находящегося в залоге, ссылаясь на том, что в данном случае приемлемым способом исполнения обязательств должника перед кредиторами является передача кредиторам денежных средств, вырученных от продажи имущества должника. 

Из пункта 1 статьи 156 Закона о банкротстве следует, что мировое соглашение должно содержать положения о порядке и сроках исполнения обязательств должника в денежной форме. 

В силу 2 абзаца пункта 1 статьи 156 Закона о банкротстве, с согласия отдельного конкурсного кредитора и (или) уполномоченного органа мировое соглашение может содержать положения о прекращении обязательств должника путем предоставления отступного, обмена требований на доли в уставном капитале должника, акции, конвертируемые в акции облигации или иные ценные бумаги, новации обязательства, прощения долга или иными предусмотренными федеральным законом способами, если такой способ прекращения обязательств не нарушает права иных кредиторов, требования которых включены в реестр требований кредиторов. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 13 постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2014 № 50 «О примирении сторон в арбитражном процессе», мировое соглашение в обязательном порядке должно содержать согласованные сторонами сведения о его условиях, которые должны быть четкими, ясными и определенными, о размере и о сроках исполнения обязательств друг перед другом или одной стороной перед другой (часть 2 статьи 140 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) с тем, чтобы не было неясностей и споров по поводу его содержания при исполнении, а само мировое соглашение было исполнимым с учетом правил о принудительном исполнении судебных актов. 

Руководствуясь названными нормами права, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, с учетом доводов и возражений сторон, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что в рассматриваемом случае мировое соглашение по существу направлено на принудительное наделение правом собственности лица, в отсутствие его согласия и в отсутствие установленных законом оснований, поэтому даже в ситуации теоретически возможного принуждения части кредиторов к заключению мирового соглашения, данные условия не могут быть приняты судом для утверждения, при том, что доводы заявителя со ссылкой на злоупотребление со стороны кредиторов не являются основанием для отмены судебного акта, а также, исходя из того, что достаточным основанием для отказа в утверждении мирового соглашения является то, что условия мирового соглашения не являются равными для всех кредиторов и фактически предусматривают навязывание кредиторам собственности (в том числе долевой) в отношении недвижимого имущества и понуждение общества «ЮСБ» к исполнению за должника денежного обязательства перед иным кредитором, а также не направлено на оптимально удовлетворение требований кредиторов, и мировым соглашением нарушаются права кредитора, включенного в реестр, при том, что в данном случае не установлена экономическая обоснованность представленного соглашения и возможности исполнения должником его условий, суды пришли к выводу об отсутствии в данном случае совокупности надлежащих и достаточных оснований для утверждения мирового соглашения. 

Кроме того, исследовав и оценив все доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, проанализировав довод ФИО2 о злоупотреблении правом мажоритарным кредитором обществом «ЮСБ» и действующим совместно с ним обществом «Травертино» с учетом всех представленных в обоснование этого довода доказательств, включая обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу, установив, что в ходе производства по делу о банкротстве должника основные кредиторы общества «ЮСБ» и «Травертино» (до его правопреемства) действовали как группа лиц совместно и с общим интересом, состоящим в проведении контролируемой процедуры банкротства в целях реализации нежилого помещения в г. Москве заранее известному покупателю по заниженной цене либо оставлении данного имущества за собой по заниженной стоимости, и при этом названные лица, в том числе, через подконтрольных управляющих, чинили препятствия в сдаче в аренду принадлежащего должнику нежилого помещения в городе Москве, а также, исходя из того, что такие действия этих кредиторов являлись не единственным препятствием для заключения договора аренды во внешнем управлении и конкурсном производстве, поскольку вступившими в законную силу судебными актами признано недоказанным наличие реальной возможности заключения договора аренды вне зависимости от того, что к этому не предпринял должных мер управляющий, и, приняв во внимание, что к данному моменту нет достаточных доказательств готовности иных лиц безусловно либо после устранения незначительных препятствий вступить с должником в договорные отношения по аренде помещения в г. Москве, а в течение процедур банкротства имело место ухудшение и повреждение имущества, находящегося в г. Москве, при том, что, возложив определением от 28.10.2019 часть ответственности за такой вред на общество «Травертино», суд одновременно признал недоказанным, что соответствующий ущерб причинен в результате умышленных действий общества «ЮСБ» и (или) общества «Травертино», суды пришли к выводу, что множество попыток проведения торгов по продаже наиболее ликвидного актива явились неэффективными в результате действий сменяющихся в ходе процедуры конкурсного производства управляющих, в том числе грубых ошибок организаторов торгов, ряда возникавших и разрешенных судом разногласий и принятых судом обеспечительных мер, в связи с чем вышеописанное поведение кредиторов не может являться основанием для обязания их заключить спорное мировое соглашение.

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Все доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской областиот 08.04.2022 по делу № А76-27285/2015 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий                        Ю.А. Оденцова 

Судьи                         Ф.И. Тихоновский 

                                                                                                           Н.В. Шершон