ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-153055/20

26 мая 2021 года

город Москва

Арбитражный суд Московского округа

в составе: судьи Кобылянского В.В.,

рассмотрев в соответствии с частью 2 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации без вызова сторон кассационную жалобу истца – общества с ограниченной ответственностью «ТРАСТ» 

на принятые в порядке упрощенного производства 

решение от 06 ноября 2020 года

Арбитражного суда города Москвы

и постановление от 02 марта 2021 года

Девятого арбитражного апелляционного суда

по иску общества с ограниченной ответственностью «ТРАСТ» 

к акционерному обществу Страховая компания «УРАЛСИБ Жизнь»

о взыскании страхового возмещения,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «ТРАСТ» (далее – истец, ООО «ТРАСТ») обратилось в Арбитражный суд города Москвы к акционерному обществу Страховая компания «УРАЛСИБ Жизнь» (далее – ответчик, АО СК «УРАЛСИБ Жизнь») с иском о взыскании страхового возмещения в размере 69 761,40 руб. 

Дело рассмотрено в порядке упрощенного производства.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 06 ноября 2020 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 02 марта 2021 года, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ООО «ТРАСТ» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит названные решение и постановление отменить и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме, указывая на нарушение и неправильное применение судами норм права и несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и имеющимся в материалах дела доказательствам.

В обоснование приведенных в кассационной жалобе доводов истец указывает на несогласие с выводами судов о пропуске истцом срока исковой давности, поскольку о нарушении своих прав истцу применительно к положениям статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации фактически стало известно только после того, как страховщик уклонился от выплаты возмещения (письмо от 22.06.2020), именно отказ страховщика в страховой выплате, а не прекращение платежей по кредитному договору, является нарушением прав и законных интересов выгодоприобретателя, в связи с чем, на момент обращения в суд с иском срок исковой давности пропущен не был.

Отзыв на кассационную жалобу не поступил.

В соответствии с частью 2 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба рассмотрена без вызова сторон.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 284, 286, 287, 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд округа приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между ПАО «Банк УРАЛСИБ» и ООО «ТРАСТ» заключен договор об уступке прав (требований) от 25.10.2018 № УСБ00/ПАУТ2018-46, на основании которого банк передал истцу права к клиентам, вытекающие из условий кредитных договоров/договоров банковского счета, согласно акту уступки прав (требований), в том числе по кредитному договору от 

<

***> № 8500-N83/00554, заключенному с ФИО1, по условиям которого банк предоставил заемщику кредит в размере 330 000 руб. под 19,5 % годовых на срок по 19.08.2018.

Согласно приложению № 1 к договору цессии к истцу перешло право требования исполнения кредитных обязательств по кредитному договору в размере 163 868,90 руб.

В день подписания кредитного договора 

<

***> ФИО1 подписал и заявление на страхование, в котором выразил свое согласие быть застрахованным лицом по договору страхования жизни и здоровья заемщика потребительского кредита ОАО «Банк УРАЛСИБ»; страховщиком является АО СК «УРАЛСИБ Жизнь». 

Согласно заявлению на страхование страховым случаем является смерть застрахованного лица от любых причин; банк является выгодоприобретателем по договору страхования при наступлении страхового случая в сумме фактической задолженности по кредиту; срок страхования равен сроку кредитного договора, страховая сумма равна сумме фактической задолженности по кредиту.

На основании договора цессии банк передал истцу документы, подтверждающие существование права требования, в том числе кредитный договор и заявление на страхование.

В период действия договора страхования 29.10.2016 наступила смерть ФИО1, что подтверждено свидетельством о смерти № 812386, выданным специализированным отделом ЗАГС Администрации г. Челябинска.

Истец 13.05.2020 направил в адрес ответчика уведомление о наступлении страхового случая и документы, необходимые для расчета страховой выплаты, однако, страховое возмещение ответчиком выплачено не было, что и послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска, суды первой и апелляционной инстанции руководствовались положениями статей 196, 197, 199, 200, 201, 418, 966 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» и исходили из того, что истцом пропущен срок исковой давности, о применении которой заявлено ответчиком, отметив, что случай, имеющий признак страхового (смерть застрахованного), произошел 29.10.2016, следовательно, с этого момента банку стало известно о неисполнении умершим своих обязательств по кредитному договору, и банк обязан был уведомить страховщика, представив документы, однако, только в 2018 году (25.10.2018) был заключен договор цессии между банком и истцом, с заявлением на выплату страхового возмещения истец как выгодоприобретатель обратился к ответчику лишь 13.05.2020, а исковое заявление подано в суд 25.08.2020, то есть за пределами трехлетнего срока исковой давности.

Суд округа не может согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанции ввиду следующего.

Срок исковой давности по требованиям, основанным на договорах личного страхования и договорах страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, равен общему сроку и составляет три года (пункт 2 статьи 966 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, сформулированной в постановлении Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.01.2014 № 11750/13, в обязательственных правоотношениях ненадлежащее исполнение или неисполнение обязательства должником нарушает субъективное материальное право кредитора, а значит право на иск возникает с момента нарушения права кредитора, и именно с этого момента определяется начало течения срока давности (с учетом того, когда это стало известно или должно было стать известно кредитору).

Наступление страхового случая означает лишь возникновение права страхователя обратиться с требованием к страховщику о страховой выплате, сама же реализация права на страховую выплату осуществляется в порядке, предусмотренном договором страхования или законом.

Поэтому, если в договоре страхования или в законе установлен срок для страховой выплаты, то течение срока исковой давности начинается с момента, когда страхователь узнал или должен был узнать об отказе в выплате страхового возмещения или о выплате его в неполном объеме в этот срок, а при несовершении таких действий – с момента окончания срока, установленного для страховой выплаты.

Если же в договоре страхования или в законе не установлен срок для страховой выплаты, то подлежат применению правила пункта 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому по обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства.

Из материалов дела следует, что истец после передачи ему банком прав требования к заемщику по кредитному договору получил и право требования к страховщику по получению суммы обеспечения в виде страхового возмещения. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2014 №305-ЭС14-3291, именно отказ страховщика в страховой выплате является нарушением прав и законных интересов выгодоприобретателя, так как до этого момента выгодоприобретатель рассчитывал на получение страховой выплаты и с этого момента у него появились основания не согласиться с решением страховщика, обратившись в суд за защитой своих прав. Течение срока исковой давности не может начаться ранее момента нарушения права. 

Таким образом, выводы судов о пропуске истцом срока исковой давности, противоречат вышеуказанным положениям действующего законодательства, поскольку истец, обратившись в суд 25.08.2020, не пропустил срок исковой давности с учетом того, что узнал об отказе страховщика в страховой выплате не ранее 22.06.2020 (письмо от 22.06.2020 исх. № Ж-01/20/0196).

Исходя из содержания пункта 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции вправе принять новый судебный акт, не передавая дело на новое рассмотрение, только в случае, если фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены арбитражным судом первой и апелляционной инстанций на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, но этим судом неправильно применена норма права.

При изложенных обстоятельствах, суд кассационной инстанции приходит к выводу, что доводы кассационной жалобы являются обоснованными, указанное нарушение является существенным (часть 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судами первой и апелляционной инстанций не установлены все обстоятельства дела, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора и необходимые для принятия законного и обоснованного судебного акта, в связи с чем, обжалуемые судебные акты в силу пункта 3 части 1 статьи 287, части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы, поскольку для принятия решения необходимо совершение процессуальных действий, не отнесенных к компетенции суда кассационной инстанции.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть изложенное, установить характер спорных правоотношений, установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания, в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исследовать и дать оценку всей совокупности собранных по делу доказательств, оценить в полном объеме доводы и возражения участвующих в деле лиц, с учетом предмета и основания заявленных исковых требований, и принять судебный акт при правильном применении норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 06 ноября 2020 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 02 марта 2021 года по делу № А40-153055/20 отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

СудьяВ.В. Кобылянский