№ 09АП-5306/2024

Дело № А40-127448/23

город Москва

27 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 февраля 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 27 февраля 2024 года

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Гузеевой О.С.,

судей: Верстовой М.Е.,  Валиева В.Р.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 09.01.2024 и решение от 04.12.2023

по делу № А40-127448/23,

иску ООО "ЛАУРЕЛ" (ИНН: 

<

***>) в лице процессуального истца КОМАРОВА

ЕВГЕНИЯ МИХАЙЛОВИЧА 

к ООО "ВЕГА КОМПЛЕКС" (ИНН: 

<

***>) 

о признании недействительными сделок

 

при участии в судебном заседании представителей :

от процессуального истца: ФИО3, ФИО4 по доверенности от 12.05.2023;

от материального истца: ФИО5 по доверенности от 17.10.2023, ФИО6- генеральный директор по выписке из ЕГРЮЛ.

от ответчика: не явились, извещены; 

 

У С Т А Н О В И Л:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ЛАУРЕЛ" в лице процессуального истца ФИО2 обратилось с исковым заявлением к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ВЕГА КОМПЛЕКС", с учетом принятых судом уточнений исковых требований в порядке ст. 49 АПК РФ со следующими требованиями:

Признать недействительным Договор уступки прав требований (цессии) от 12.12.2022, заключенный между ООО «ЛАУРЕЛ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и ООО «Вега Комплекс» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) о передаче права требования денежных средств к Индивидуальному предпринимателю ФИО7 по оплате задолженности по арендной плате по Договору аренды нежилого помещения от 05.10.2015; 

Признать недействительным Соглашение об отступном от 23.01.2023, оформленное между ООО «ЛАУРЕЛ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и ООО «Вега Комплекс» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) в отношении обязательств по оплате ООО «Вега Комплекс» Договора уступки прав требований (цессии) от 12.12.2022; 

Признать недействительным Соглашение от 06.10.2023 о расторжении Соглашения об отступном от 23.01.2023, оформленное между ООО «ЛАУРЕЛ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и ООО «Вега Комплекс» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>); 

Признать недействительным Дополнительное соглашение №1 от 09.10.2023 к Договору уступки права требования (цессии) от 12.12.2022, оформленное между ООО «ЛАУРЕЛ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и ООО «Вега Комплекс» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>). 

Признать права требования денежных средств с Индивидуального предпринимателя ФИО7 (ИНН 

<

***>), указанные по Договору уступки прав требования (цессии) от 12.12.2022, в размере 7 500 000 рублей, а также иные права, связанные с передаваемыми требованиями (право на получение неустоек, процентов, штрафов и т.д.) на указанную сумму, не перешедшими, не переданными от ООО «ЛАУРЕЛ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу ООО «Вега Комплекс» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) и принадлежащими ООО «ЛАУРЕЛ».

Решением Арбитражного суда города Москвы от 04.12.2023 по делу № А40-127448/23 в удовлетворении исковых требований отказано.

Кроме того, после изготовления полного текста решения в суд первой инстанции от "ЛАУРЕЛ" в лице ФИО2 по почте в материалы дела поступили замечания на протокол судебного заседания от 24.11.2023 с ходатайством о восстановлении срока на их подачу.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.01.2024 по делу № А40-127448/23 в удовлетворении ходатайства Общества с ограниченной ответственностью "ЛАУРЕЛ" о восстановлении срока на подачу замечаний на протокол судебного заседания отказано.

Не согласившись с принятым по делу решением, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил решение отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными; несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела; нарушение судом норм материального и процессуального права.

Также ФИО2 обратился с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда города Москвы от 09.01.2024 об отказе  в удовлетворении ходатайства Общества с ограниченной ответственностью "ЛАУРЕЛ" о восстановлении срока на подачу замечаний на протокол судебного заседания,  в которой просит определение отменить, восстановить срок на подачу замечаний на протокол судебного заседания от 24.11.2023 и передать вопрос на рассмотрение в суд первой инстанции по существу.

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО2 заявил ходатайство об отводе всему составу суда.

Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2024 в удовлетворении заявления ФИО2 об отводе судей Гузеевой О.С., Валиева В.Р., Верстовой М.Е. по делу № А40-127448/23 отказано, рассмотрение апелляционных жалоб продолжено в прежнем составе суда.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО2 заявил ходатайство о назначении по делу судебной технико-криминалистической и оценочной экспертизы.

Суд апелляционной инстанции протокольным определением отклонил ходатайство представителя ФИО2 о назначении по делу судебной технико-криминалистической и оценочной экспертизы в связи с отсутствием оснований, предусмотренных частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ). В силу части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. 

В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе. 

Отказывая в удовлетворении ходатайства о назначении судебной технико-криминалистической и оценочной экспертизы в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия считает необходимым отметить, что положения статьи 82 АПК РФ не носят императивного характера, а предусматривают рассмотрение ходатайства и принятие судом решения о его удовлетворении, либо отклонении. При этом удовлетворение ходатайства о проведении экспертизы является правом, а не обязанностью суда. 

Правовое значение заключения экспертизы определено законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и в силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

Приведенные в апелляционных жалобах доводы не опровергают правильность выводов суда первой инстанции, по существу сводятся к необходимости дать иную оценку представленным по делу доказательствам, следовательно, касаются фактической стороны спора, доказательственной базы по делу.

Представитель ФИО2 доводы апелляционных жалоб поддержал.

Представитель ООО "ЛАУРЕЛ" возражал против доводов апелляционных жалоб, просил решение и определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Дело рассмотрено судом в порядке ст. ст. 123, 156 АПК РФ в отсутствие представителя ответчика, извещенного надлежащим образом о месте и времени судебного заседания.

Законность и обоснованность принятого решения и определения суда первой инстанции проверены на основании статей 266 и 268 АПК РФ. 

Девятый арбитражный апелляционный суд, изучив материалы дела, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив все доводы апелляционных жалоб, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения и определения  в порядке, предусмотренном ст. ст. 266, 268, 272 АПК РФ, не находит оснований для отмены или изменения судебных актов по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 155 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в ходе каждого судебного заседания арбитражного суда первой инстанции, а также при совершении отдельных процессуальных действий вне судебного заседания ведется протоколирование с использованием средств аудиозаписи и составляется протокол в письменной форме (далее также - протокол). 

На основании части 7 статьи 155 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, имеют право знакомиться с аудиозаписью судебного заседания, протоколами судебного заседания и протоколами о совершении отдельных процессуальных действий и представлять замечания относительно полноты и правильности их составления в пятидневный срок после подписания соответствующего протокола. 

К замечаниям могут быть приложены материальные носители проведенной лицом, участвующим в деле, аудио- и (или) видеозаписи судебного заседания. 

Замечания на протокол, представленные в арбитражный суд по истечении пятидневного срока, судом не рассматриваются и возвращаются лицу, представившему эти замечания. 

Согласно части 8 статьи 155 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о принятии или об отклонении замечаний на протокол арбитражный суд выносит определение не позднее следующего дня после дня поступления этих замечаний в суд. Замечания на протокол и определение суда приобщаются к протоколу.

В соответствии со статьей 115 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, утрачивают право на совершение процессуальных действий с истечением процессуальных сроков, установленных настоящим Кодексом или иным федеральным законом либо арбитражным судом. 

Согласно части 1 статьи 117 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации процессуальный срок подлежит восстановлению по ходатайству лица, участвующего в деле, если иное не предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. 

Частью 2 статьи 117 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что арбитражный суд восстанавливает пропущенный срок, если признает причины пропуска уважительными. 

Из материалов дела следует, что протокол судебного заседания от 24.11.2023 составлен в тот же день и подписан судьей и секретарем судебного заседания. 

Таким образом, замечания на протокол судебного заседания должны быть поданы не позднее 01.12.2023. 

Истцом замечания на протокол отправлены почтовым отправлением согласно почтовому штемпелю 22 декабря 2023 года.

В качестве уважительных причин пропуска срока на подачу замечаний истец указал на ознакомление с материалами дела только 20.12.2023.

Оценив указанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии уважительных причин пропуска срока на представление замечаний на протокол. 

Согласно п. 12.1 Инструкции по делопроизводству в арбитражных судах Российской Федерации (первой, апелляционной и кассационной инстанций), утвержденной 

постановление

м Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 100 (далее - Инструкция), ознакомление с материалами судебных дел осуществляется по предварительной записи на основании письменного заявления лица, обратившегося в арбитражный суд. К заявлению, подписанному лицом, обратившимся в суд, должны быть приложены доверенность или иные документы, подтверждающие полномочия заявителя. 

В соответствии с абз. 5 ст. 12.5 Инструкции, с учетом сроков, предоставленных АПК РФ стороне для подачи возражений на протокол судебного заседания, лицо, обратившееся с требованием об ознакомлении с протоколом и/или аудиопротоколом судебного заседания с целью подачи возражений, должно быть ознакомлено с протоколом и/или аудиопротоколом судебного заседания в день обращения, но после изготовления и подписания судьей и секретарем судебного заседания в срок, установленный ч. 5 ст. 155 АПК РФ.

Между тем, ходатайство об ознакомлении в электронном виде в режиме ограниченного доступа с материалами дела, поданное ответчиком 06.12.2023 и поступившие в отделение судьи 07.12.2023, не содержит указания на то, что ознакомление с материалами обособленного спора требуется, в том числе, и для подачи замечаний на протокол судебного заседания, следовательно, доступ к материалам дела предоставлен ответчику в соответствии с общими правилами предоставления материалов дела на ознакомление. 

Кроме того, данное ходатайство поступило уже за сроком подачи замечаний на протокол судебного заседания.

Ответчиком не представлено доказательств того, что чинились какие-либо препятствия в ознакомлении с материалами дела в суде первой инстанции. 

Изложенное свидетельствует о том, что объективных, не зависящих от воли истца, препятствий для своевременного направления замечаний на протокол не имелось, в связи с чем суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления о восстановлении пропущенного процессуального срока для подачи замечаний на протокол судебного заседания от 24.11.2023. 

Иных оснований в подтверждение уважительности причин пропуска срока для подачи замечаний на протокол судебного заседания ответчик не указал. 

Судом апелляционной инстанции также учитывается то, что протокол в письменной форме является дополнительным средством фиксирования установленных частью 2 статьи 155 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации данных о ходе судебного заседания. 

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания названных заявителем причин пропуска пятидневного срока на подачу замечаний на протокол уважительными, в связи с чем в удовлетворении ходатайства о восстановлении пропущенного процессуального срока правомерно отказано. 

Девятый арбитражный апелляционный суд, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения, приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, между ООО «ЛАУРЕЛ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и ООО «Вега Комплекс» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) был заключен Договор уступки прав требований (цессии) от 12.12.2022 о передаче права требования денежных средств к Индивидуальному предпринимателю ФИО7 по оплате задолженности по арендной плате по Договору аренды нежилого помещения от 05.10.2015. 

Согласно предмету договора, Цедент уступил, а Цессионарий принял права требования денежных средств – оплаты задолженности по арендной плате по Договору аренды нежилого помещения от 05.10.2015, зарегистрированного Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве 29.04.2016, заключенного между ООО «Лаурел» и ИП ФИО7 

В соответствии с условиями п. 1.3. Договора, размер передаваемого требования составляет 7 500 000 руб. 

В соответствии с п. 3.1. Договора, за уступаемые права требования, указанные в п. 1.1.-1.3 Договора, Цессионарий выплачивает Цеденту денежные средства в размере 5 000 000 руб. 

К указанному договору было заключено Соглашение об отступном от 23.01.2023, оформленное между ООО «ЛАУРЕЛ» и ООО «Вега Комплекс» в отношении обязательств по оплате ООО «Вега Комплекс» Договора уступки прав требований (цессии) от 12.12.2022. 

Согласно предмету соглашения Должник взамен исполнения обязательства, указанного в разделе 2, предоставляет Кредитору отступное  в виде  права требования (в части) к ФИО8 и ФИО9 в рамках исполнительного производства № 52867/18/50026-ИП от 17.06.2014 и № 52869/18/50026- ИП от 06.06.2011 (сводное исполнительное производство). Размер отступного - 10 000 000 руб. 

В процессе рассмотрения настоящего спора также было заключено Соглашение от 06.10.2023 о расторжении Соглашения об отступном от 23.01.2023, оформленное между ООО «ЛАУРЕЛ» и ООО «Вега Комплекс» и заключено Дополнительное соглашение №1 от 09.10.2023 к Договору уступки права требования (цессии) от 12.12.2022, оформленное между ООО «ЛАУРЕЛ» и ООО «Вега Комплекс», в соответствии с которым в связи с расторжением Соглашения об отступном от 23.01.2023 и восстановлением обязательств Цессионария по оплате переданных по Договору прав требования Стороны пришли к соглашению об установлении графика погашения цессионарием задолженности в размере 5 000 000 руб. в следующем порядке: 500 000 руб. в течение 5 дней с момента заключения указанного соглашения, 500 000 руб. не позднее 20 ноября 2023 и оставшиеся 4 000 000 руб. - не позднее 20 февраля 2024 года.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что обязательства ООО «Вега Комплекс» по оплате задолженности, срок оплаты которой на момент рассмотрения спора наступил, исполнены платежными поручениями № 404 от 13.10.2023 и №466 от 23.11.2023 на сумму 1 000 000 руб.

Заявляя исковые требования, истец указал, что спорная сделка является крупной сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, заключена без надлежащего одобрения и в ущерб интересам ООО «ЛАУРЕЛ», поскольку не повлекла встречного исполнения, т.е. является безвозмездной. Все последующие соглашения являются мнимыми сделками, поскольку созданы в процессе рассмотрения спора для видимости оплаты по договору цессии, на основании пункта 1 статьи 170, пункта 2 статьи 174 ГК РФ, истец обратился с иском в суд.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции руководствовался следующим.

В силу п. 6 ст. 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.

Лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации):

являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Для целей настоящей статьи контролирующим лицом признается лицо, имеющее право прямо или косвенно (через подконтрольных ему лиц) распоряжаться в силу участия в подконтрольной организации и (или) на основании договоров доверительного управления имуществом, и (или) простого товарищества, и (или) поручения, и (или) акционерного соглашения, и (или) иного соглашения, предметом которого является осуществление прав, удостоверенных акциями (долями) подконтрольной организации, более 50 процентами голосов в высшем органе управления подконтрольной организации либо право назначать (избирать) единоличный исполнительный орган и (или) более 50 процентов состава коллегиального органа управления подконтрольной организации. Подконтрольным лицом (подконтрольной организацией) признается юридическое лицо, находящееся под прямым или косвенным контролем контролирующего лица.

Судом первой инстанции установлено, что единоличным исполнительным органом и единственным участником ответчика ООО «Вега Комплекс» является ФИО10 Субъектный состав исполнительных органов ООО «ЛАУРЕЛ» представлен ФИО11 и ФИО6, участниками же указанного общества являются ФИО11 и ФИО2

Согласно пункту 4 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не требует обязательного предварительного согласия на ее совершение. 

Частью 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Согласно пункту 92 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения. 

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

Сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Исходя из изложенного, для признании сделки недействительной по признаку наличия заинтересованности в ее совершении, должны быть соблюдены одновременно  несколько условий, а именно:

–  в совершении сделки должны быть заинтересованы член совета директоров (наблюдательного совета)/ единоличный исполнительный орган/ член коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания;

– наличие ущерба для интересов общества;

– заведомость знания стороной по сделке о том, что сделка являлась для другой стороны сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность.

Поскольку относимых и допустимых доказательств наличия какой-либо родственной связи, прямого или косвенного контроля по основаниям, предусмотренным законом, или иных отношений сторон, в которых одно лицо может давать другому обязательные для него указания, свидетельствовавших о наличии у сторон заинтересованности в совершении оспариваемой сделки истцом не представлено, а сам по себе факт представления интересов ФИО11 – ФИО10 не предполагает возможность признания сделки недействительной в соответствии со ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и пунктом 2 статьи 174 ГК РФ, суд первой инстанции обоснованно отклонил довод истца о том, что спорные сделки являются сделками, в совершении которых имеется заинтересованность.

Согласно статье 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом: связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство, приобретение такого количества акций (иных эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в акции) публичного общества, в результате которых у общества возникает обязанность направить обязательное предложение в соответствии с главой XI.1 Федерального закона от 26 декабря 1995 года № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»), цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату; предусматривающая обязанность общества передать имущество во временное владение и (или) пользование либо предоставить третьему лицу право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации на условиях лицензии, если их балансовая стоимость составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

Пункт 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2018 г. № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» устанавливает презумпцию того, что любая сделка общества является совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности.

Бремя доказывания совершения оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности лежит на истце.

Согласно указанному пункту Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2018 г. № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков (пункт 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью):

1) количественного (стоимостного): предметом сделки является имущество, в том числе права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (далее - имущество), цена или балансовая стоимость (а в случае передачи имущества во временное владение и (или) пользование, заключения лицензионного договора - балансовая стоимость) которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;

2) качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). 

Например, к наступлению таких последствий может привести продажа (передача в аренду) основного производственного актива общества. Сделка также может быть квалифицирована как влекущая существенное изменение масштабов деятельности общества, если она влечет для общества существенное изменение региона деятельности или рынков сбыта.

Сделка также может быть квалифицирована как влекущая существенное изменение масштабов деятельности общества, если она влечет для общества существенное изменение региона деятельности или рынков сбыта. 

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в Пленуме от 26 июня 2018 года № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», устанавливая наличие данного критерия, следует учитывать, что он должен иметь место на момент совершения сделки, а последующее наступление таких последствий само по себе не свидетельствует о том, что их причиной стала соответствующая сделка и что такая сделка выходила за пределы обычной хозяйственной деятельности. При оценке возможности наступления таких последствий на момент совершения сделки судам следует принимать во внимание не только условия оспариваемой сделки, но также и иные обстоятельства, связанные с деятельностью общества в момент совершения сделки. Например, сделка по приобретению оборудования, которое могло использоваться в рамках уже осуществляемой деятельности, не должна была привести к смене вида деятельности.

Как указывали представители ООО «ЛАУРЕЛ» и ответчика, и подтверждается сведениями из бухгалтерской (финансовой) отчетности общества, оспариваемая сделка не является крупной по причине того, что величина переданных по оспариваемой сделке прав требования не превышает 25 процентов балансовой стоимости активов ООО «ЛАУРЕЛ» на последнюю отчетную дату, предшествующую дате совершения сделки, т.е. на 31.12.2021.

Кроме того, купля-продажа дебиторской задолженности, в т.ч. прав требования, в настоящий момент является стандартной практикой между хозяйствующими субъектами и не выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, как это трактует законодатель в п.8 ст. 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью. Законом не предусмотрен запрет на заключение договоров уступки права требования хозяйствующими субъектами в процессе осуществления обычной хозяйственной деятельности.

Доводы истца о заключении оспариваемого договора цессии в ущерб интересам ООО «ЛАУРЕЛ» правомерно отклонены судом первой инстанции.

Частью 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Из разъяснений, изложенных в пункте 93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель). 

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. 

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения. 

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый.

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Из материалов дела следует, что между участниками ООО «ЛАУРЕЛ» - ФИО2 и ФИО11 имеется длительный корпоративный конфликт. 

Будучи генеральный директором общества и, по совместительству, близким родственником ФИО7 (должником по цессии), ФИО2 сам не предпринимал попыток взыскания задолженности по договору аренды в пользу общества, а также препятствовал взысканию указанной задолженности вторым исполнительным органом – ФИО11

В условиях того, что положения п. 6.4.34 Устава ООО «ЛАУРЕЛ» лишают общество обратиться в суд для взыскания задолженности с ФИО7 без соответствующего одобрения его участниками, возмездная передача прав требования в пользу независимого кредитора ООО «Вега Комплекс» является в данном случае экономически оправданной для общества.

Доводы апеллянта об убыточном финансовом положении ООО «Вега Комплекс» и его заведомой неспособности исполнить обязательства по оплате цессии с учетом поступивших оплат по сделке не нашли подтверждения в материалах дела.

Истцом не представлено достаточных относимых и допустимых доказательств того, что цена цессии является значительно невыгодной для общества или не соответствует цене, по которой обычно осуществляются сделки подобного рода.

В этой связи суд первой инстанции правомерно отклонил ходатайство истца о проведении оценочной экспертизы ввиду отсутствия процессуальных оснований, предусмотренных статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд оценивает имеющиеся в материалы дела доказательства, для их оценки специальных познаний не требуется. Суд также учитывает, что сделки по передаче прав требования (цессии) не требуют обязательного проведения оценки передаваемого права требования.

Само по себе несоответствие размера встречного предоставления за переданное право (требование) не свидетельствует о ничтожности сделки в силу ее притворности.

Как определено пунктом 2 статьи 1 ГК РФ, граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе, они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству его условий.

С учетом данной нормы при выяснении эквивалентности размеров переданного права (требования) и встречного предоставления, необходимо исходить из конкретных обстоятельств дела. В частности, должны учитываться: степень платежеспособности должника, степень спорности передаваемого права (требования), характер ответственности цедента перед цессионарием за переданное право (требование) (ответственность лишь за действительность права (требования) или также и за его исполнимость должником), а также иные обстоятельства, влияющие на действительную стоимость права (требования), являющегося предметом уступки (Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении. 

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 2 пункта 86 Постановления Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений разд. I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ. 

Исходя из смысла пункта 1 статьи 170 ГК РФ, мнимые сделки представляют собой действия, совершаемые для того, чтобы обмануть определенных лиц, не участвующих в сделке, создав у них ложное представление о своих намерениях. Мнимость сделки связывается с пониманием сторонами того, что эта сделка их не связывает, вследствие чего они не имеют намерения ее исполнять либо требовать ее исполнения. Для признания сделки недействительной (ничтожной) по этому основанию необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием признания сделки мнимой является установление судом порочности воли каждой из ее сторон.

С учетом того, что договор цессии является возмездным, установлен порядок оплаты уступленных прав, оплата по договору цессии произведена надлежащим образом, в результате смены кредитора объем обязательств не изменился, суд первой инстанции не нашел оснований считать договор цессии мнимой сделкой (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доказательств того, что оспариваемая сделка совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, в связи с чем является ничтожной по основанию, предусмотренному п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса РФ, материалы дела не содержат.

Исследовав данные обстоятельства, апелляционный суд приходит к выводу о действительности соглашения об уступке права (требования).

Проверив основания отклонения судом первой инстанции ходатайства истца о фальсификации доказательства – соглашения об отступном от 23.01.2023, суд апелляционной инстанции находит их обоснованными.

Под фальсификацией доказательств по рассматриваемому арбитражным судом делу понимается подделка либо фабрикация вещественных доказательств и (или) письменных доказательств (документов, протоколов и т.п.).

Лицо, заявляющее о фальсификации доказательств, в заявлении о фальсификации должно указать обстоятельства, которые вызывают сомнения в подлинности доказательств (форма), либо содержащихся в них сведений (содержание), и способ фальсификации доказательств.

Процессуальный институт фальсификации применяется для устранения сомнений в объективности и достоверности доказательства, положенного в основу требований или возражений участвующих в деле лиц, в отношении которого не исключена возможность его изготовления по неправомерному усмотрению заинтересованного лица.

Обосновывая заявление о фальсификации, заявитель должен указать на иные представленные в дело доказательства, свидетельствующие с определенной долей вероятности о недостоверности представленного в материалы дела материального носителя, либо опровергающие (ставящие под сомнение) содержащуюся в нем информацию. Заявление о фальсификации не может быть подкреплено убеждением стороны, не основанном на конкретных доводах и фактах, которые подлежат оценке судом в соответствии с правилами статьи 71 АПК РФ.

В рамках рассмотрения заявления о фальсификации судом должно быть проверено наличие у лица, заявляющего о фальсификации доказательств, оснований для предположительного вывода о том, что доказательство является недостоверным. Заявителем должны быть приведены доводы, либо представлены доказательства, вызывающие сомнение в возможности составления (подписания) документа в указанную в нем дату, либо указанным в нем лицом, либо приведенные доводы должны вызывать обоснованные сомнения в действительности обстоятельств, о наличии которых призвано свидетельствовать представленное суду доказательство.

Согласно статье 159 АПК РФ, заявляемое стороной по делу ходатайство должно быть обоснованным и мотивированным.

Таких доказательств истцом в материалы дела не представлено. Сами по себе убеждения истца в недействительности представленного соглашения не являются основанием для назначения экспертизы по делу, и в совокупности с иными имеющимися в деле доказательствами не свидетельствуют о недействительности оспариваемого договора цессии.

При таких обстоятельствах, судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства по делу, правильно применены нормы материального и процессуального права, принято законное и обоснованное решение на основании ст.ст. 8, 10, 11, 12, 65.2, 166, 170, 173.1, 174, 409, 423 ГК РФ и у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для отмены решения Арбитражного суда г. Москвы.

Заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения Арбитражного суда г. Москвы. 

Расходы по госпошлине распределяются в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 82, 176, 266-269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

     

П О С Т А Н О В И Л:

В удовлетворении ходатайств ФИО2 о назначении по делу судебной технико-криминалистической и оценочной экспертиз отказать.

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 09.01.2024, решение от 04.12.2023 по делу № А40-127448/23 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в отношении апелляционной жалобы на решение от 04.12.2023 и в течение одного месяца на определение от 09.01.2024 в Арбитражном суде Московского округа.

 

Председательствующий судья                                                                  О.С. Гузеева 

 

Судьи:                                                                                                          М.Е. Верстова

 

В.Р. Валиев