ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-315/2021

18 октября 2021 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  12 октября 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  18 октября 2021 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Зориной О.В.,

судей Аристовой Е.В., Зюкова В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-10929/2021) ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 18 августа 2021 года по делу № А70-315/2021 (судья Шаркевич М.С.), вынесенное по заявлению ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника, в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Анройл-Сибирь» (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

 

в отсутствие представителей участвующих в деле лиц,  

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ФаворитТрансСервис» (далее – ООО «ФТС») 14.01.2021  обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Анройл-Сибирь» (далее – ООО «Анройл-Сибирь», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 02.04.2021 заявление ООО «ФТС» признано обоснованным, в отношении ООО «Анройл-Сибирь» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО3, член Саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих».

Соответствующая публикация произведена в газете «Коммерсантъ» 17.04.2021.

ФИО2 (далее – ФИО2, заявитель, податель жалобы) 17.05.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере (с учетом уточнений) 16 862 787,48 руб., в том числе 10 728 500 руб. – долг, 6 134 287,48 руб. – проценты.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 18.08.2021 в удовлетворении заявленного требования отказано.

Не соглашаясь с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил обжалуемое определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы ее подателем указано на то, что суд первой инстанции в обжалуемом определении безосновательно признал займодавца и заемщика аффилированными лицами, каких-либо доказательств взаимозависимости указанных лиц материалы судебного дела не содержат, возможное намерение в будущем приобрести долю в уставном капитале общества не может являться доказательством аффилированности. ФИО2 не имеет и никогда не имел полномочий каким-либо образом влиять на финансово-хозяйственную деятельность общества и участвовать в принятии любых решений в отношении ООО «Анройл-Сибирь». 

Кроме того, апеллянт отмечает, что непредставление ФИО2 в налоговый орган налоговой отчетности не подтверждает отсутствие финансовой возможности выдачи займа и не является доказательством для признания договора купли-продажи доли в уставном капитале общества недействительным. Данное обстоятельство косвенно может указывать на возможное совершение лицом налогового правонарушения, но не может рассматриваться в качестве основания для признания заявленных требований необоснованными. Суд первой инстанции не принял в качестве подтверждения финансовой возможности предоставления займа договор от 25.05.2009, из которого следует, что заявителем произведено отчуждение доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Гранд-2» (далее – ООО «Гранд-2») по цене 62 000 000 руб., по причине истечения значительного временного промежутка между датой заключения договора от 25.05.2009 и началом перечисления денежных средств на счет должника, и того, что документы, подтверждающие аккумулирование денежных средств непосредственно к дате их перечисления должнику, не представлены. Вместе с тем, судом не учтено, что денежные средства, вырученные от продажи доли в уставном капитале значительно (в 5,7 раз) превышают сумму займа; заявителю не требовалось аккумулировать денежные средства на счетах в банках, поскольку денежные средства получены им единовременно в результате отчуждения имущества, находящегося у него на праве собственности.

При этом ФИО2 вносил наличные денежные средства на расчетный счет ООО «Анройл-Сибирь» № 40702810100990007750, открытый в ПАО «Запсибкомбанк» через устройство самообслуживания (банкомат). Договор от 03.09.2013 № 16-2/1-748 является договором банковского обслуживания, заключенным между должником и кредитной организацией; для совершения указанной операции требуется корпоративная банковская карта, которая была предоставлена заемщиком ФИО2 для внесения денежных средств на счет должника, платежные поручения подтверждают, что денежные средства зачислялись на расчетный счет ООО «Анройл-Сибирь» со счета корпоративной карты организации.

Податель жалобы также указывает, что привлечение займов должником было обусловлено хозяйственными нуждами общества, связанными с необходимостью расчетов по имеющимся обязательствам, закупки нефтепродуктов для последующей реализации, развития бизнеса, привлечения новых клиентов и стимулирования роста и прибыльности предприятия, и имело ситуационный характер. ФИО2 полагает, что заем был экономически целесообразным, а должник расходовал предоставленные ему денежные средства исключительно в рамках производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности. Оснований полагать, что сделка имела признаки безденежности и имела притворный характер, не имеется, а действия сторон документально подтверждены; заем не имел целью формирование искусственной подконтрольной задолженности.

Отзывы на апелляционную жалобу не поступили.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ, рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся представителей участвующих в деле лиц.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Тюменской области от 18.08.2021 по настоящему делу проверены в порядке статей 266, 268 АПК РФ.

Повторно исследовав материалы обособленного спора в пределах доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве установлено, что для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. 

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

В пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017, указано, что, как правило, для установления обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора (далее также - «дружественный» кредитор) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника – банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779 по делу № А40-181328/2015, в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. 

Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом проверка осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны (пункт 26 Постановления № 35).

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств. 

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ). 

Таким образом, при рассмотрении требований о включении в реестр требований кредиторов применяется более строгий стандарт доказывания, в соответствии с которым заявители по таким требованиям должны не только представить ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности, но и опровергнуть возможные сомнения относительно обоснованности их требований, возникающие как у других лиц, участвующих в деле о банкротстве, так и у суда.

Как следует из материалов дела, заявленные требования кредитора основывались на договоре займа от 11.01.2016 № 20-16/01, по условиям которого ФИО2 (займодавец) передает в собственность ООО «Анройл-Сибирь» (заемщик) денежные средства в размере 10 728 500 руб., а заемщик обязуется вернуть займодавцу равную сумму денег. 

Согласно пункту 2.2 договора сумма займа подлежит возврату в полном объеме 11.01.2021. 

В соответствии с пунктом 3.1 договора заемщик обязуется уплатить проценты на сумму займа по ставке 11,5% годовых. 

В подтверждение факта выдачи займа должнику заявителем в материалы обособленного спора представлены копии следующих платежных поручений: от 29.01.2016 № 439794 на сумму 133 500 руб.; от 20.02.2016 № 460560 на сумму 200 000 руб., № 456746 на сумму 200 000, № 459010 на сумму 200 000 руб., № 461008 на сумму 200 000 руб., № 461337 на сумму 200 000 руб., № 461800 на сумму 200 000 руб., № 462654 на сумму 200 000 руб., № 463311 на сумму 200 000 руб., № 463676 на сумму 200 000 руб., № 464308 на сумму 200 000 руб., № 464852 на сумму 200 000 руб., № 465373 на сумму 200 000 руб., № 465719 на сумму 200 000 руб., № 466152 на сумму 200 000 руб., № 466628 на сумму 200 000 руб.; от 03.03.2016 № 446874 на сумму 200 000 руб., № 447243 на сумму 160 000, № 447868 на сумму 140 000 руб.; от 04.03.2016 № 536863 на сумму 200 000 руб., № 537005 на сумму 200 000 руб., № 537091 на сумму 100 000 руб.; от 09.03.2016 № 871621 на сумму 200 000 руб., № 872402 на сумму 200 000 руб., № 872847 на сумму 200 000 руб., № 873253 на сумму 200 000 руб., № 873465 на сумму 100 000 руб.; от 25.04.2016 № 1153619 на сумму 200 000 руб., № 1153645 на сумму 150 000 руб.; от 28.04.2016 № 497707 на сумму 200 000 руб., № 497726 на сумму 100 000 руб.; от 04.05.2016 № 888337 на сумму 200 000 руб., № 888827 на сумму 200000 руб., № 889058 на сумму 200 000 руб., № 889313 на сумму 90 000 руб.; от 13.05.2016 № 424196 на сумму 200 000 руб., № 424741 на сумму 200 000 руб.; от 23.06.2016 № 460663 на сумму 150 000 руб., № 464364 на сумму 200 000 руб., № 464540 на сумму 200 000 руб., № 464624 на сумму 200 000 руб., № 464736 на сумму 30 000 руб.; от 24.06.2016 № 486899 на сумму 200 000 руб., № 487263 на сумму 200 000 руб.; от 28.06.2016 № 488209 на сумму 85 000 руб., № 506897 на сумму 170 000 руб.; от 03.07.2016 № 22344 на сумму 200 000 руб., № 22441 на сумму 200 000 руб., № 22532 на сумму 200 000 руб., № 22548 на сумму 200 000 руб.; от 04.07.2016 № 1636 на сумму 200 000 руб., № 1645 на сумму 200 000 руб.; от 10.11.2016 № 473279 на сумму 55 000 руб., № 476386 на сумму 15 000 руб. 

Ссылаясь на неисполнение должником обязательств по возврату займа, заявитель обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил аффилированности должника и заявителя и недоказанности наличия у последнего финансовой возможности осуществить выдачу займа. 

Доводы апелляционной жалобы об обратном судебной коллегией отклоняются.

Суд апелляционной инстанции считает необходимым учитывать, что доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности (Определение Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015).

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Из материалов дела усматривается, как правильно указал суд первой инстанции, что характер взаимоотношений ФИО2 и должника имеет признаки их фактической аффилированности. 

Заявитель указывает, что на протяжении 2016 года им осуществлялось предоставление должнику заемных денежных средств на общую сумму 10 728 500 руб. 

При этом согласно условиям представленного в материалы дела договора (в виде копии) срок возврата указанных денежных средств – 11.01.2021, однако уплата процентов на протяжении периода пользования денежными средствами должником не производилась, обратного не следует, заявителем не доказано. 

Никакого обеспечения займа, предоставленного на столь долгий срок, кредитор не потребовал.

В своих пояснениях от 05.08.2021 ФИО2 указал, что имел намерение развивать действующий бизнес, вследствие чего им было принято решение о выдаче займов должнику; также указал, что намеревался приобрести контрольную долю в уставном капитале должника. При этом приведенные пояснения документально не подтверждены (переписка сторон о намерении покупки доли, деловое предложение, анализ привлекательности и т.п.).

Данное обстоятельство само по себе действительно не свидетельствует о фактической аффилированности сторон, однако в совокупности с иными обстоятельствами спора, обоснованными сомнениями временного управляющего и не устраненными заявителем противоречиями согласуется с доводом о заключении договора займа на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, что, в свою очередь, свидетельствует о фактической аффилированности заявителя и должника. 

При таких обстоятельствах к доказыванию ФИО2 обоснованности его требований к должнику подлежит применению повышенный стандарт доказывания.

Такой стандарт доказывания заявителем не соблюден.

В соответствии со статьей 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. 

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно части 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. 

В силу части 2 статьи 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 11.07.2017 № 305ЭС17-2110 указал, что при наличии доводов о мнимости и притворности договоров, на основании которых лицо заявляет требования о включении в реестр требований кредиторов должника, с целью установления истинных мотивов поведения сторон суд не должен ограничиваться формальной проверкой представленных сторонами документов, а должен принимать во внимание иные доказательства, подтверждающие наличие фактических договорных отношений.

Таким образом, при наличии сомнений в реальности долга суд не лишен права потребовать от кредитора и должника представления документов, свидетельствующих об операциях с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета), в том числе об их расходовании должником.

Поскольку для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками) именно на условиях договора займа, то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике – факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015).

Суд первой инстанции справедливо отметил, что представленными в материалы обособленного спора платежными документами опровергается факт внесения денежных средств на счет должника заявителем: во всех платежных поручениях, представленных в подтверждение факта выдачи займа, в качестве плательщика указан должник, в качестве назначения платежа указано: «Пополнение счета по договору от 03.09.2013 № 16-2/1-748 с использованием карты»; и счет плательщика, и счет получателя являются счетами ООО «Анройл-Сибирь».

ФИО2 в апелляционной жалобе поясняет, что должником с целью получения займа была предоставлена корпоративная карта для пополнения расчетного счета через банкомат.

Суд апелляционной инстанции приведенные доводы признает неубедительными и не соответствующими ожидаемому разумному поведению займодавца, которому в силу норм статьи 807 ГК РФ требуется зафиксировать момент передачи денег заемщику на случай неисполнения последним обязательств по возврату займа.

В настоящем же случае из представленных платежных поручений следует, что перечисление денежных средств производилось с одного счета должника на другой счет должника. 

Какие-либо указания в представленных платежных документах, позволяющие идентифицировать заявителя по ним в качестве плательщика, отсутствуют. 

ФИО2 не представлены никакие иные убедительные доказательства, подтверждающие его пояснения относительно предоставления денежных средств.

Представляется сомнительным сам факт предоставления должником корпоративной карты незаинтересованному лицу. 

Невозможность внесения наличных денежных средств в кассу кредитной организации на расчетный счет должника ФИО2 никак не обоснована.

В соответствии с пунктом 19 приказа Минфина РФ от 06.07.1999 № 43н «Об утверждении Положения по бухгалтерскому учету «Бухгалтерская отчетность организации» (ПБУ 4/99) в бухгалтерском балансе активы и обязательства должны представляться с подразделением в зависимости от срока обращения (погашения) на краткосрочные и долгосрочные. 

Активы и обязательства представляются как краткосрочные, если срок обращения (погашения) по ним не более 12 месяцев после отчетной даты или продолжительности операционного цикла, если он превышает 12 месяцев. Все остальные активы и обязательства представляются как долгосрочные. 

По условиям договора займа срок возврата займа составляет 5 лет, поэтому никаких оснований учитывать этот заем в составе краткосрочных обязательств у должника не было.

Согласно бухгалтерской отчетности должника за 2016-2017 годы (представлена временным управляющим через систему «Мой арбитр» 18.06.2021) в строке «Долгосрочные заемные средства» указано на наличие соответствующих обязательств в размере 104 000 руб.

Представленный акт сверки задолженности № 1 от 01.03.2021 составлен сторонами после возбуждения дела о банкротстве ООО «Анройл-Сибирь» и не содержит в себе указания на задолженность по процентам за пользование займом.

Суд апелляционной инстанции не может не отметить согласованный сторонами договора займа размер подлежащих передаче заемщику денежных средств – 10 728 500 руб. (не кратный 1 000 или 1 000 000)

Как следует из материалов дела, данная сумма соответствует общей сумме перечислений, на которые сослался податель жалобы и которые производились с января по ноябрь 2016 года.

Между тем при таком разбросе в предоставлении сумм займа стороны обычно не могут спрогнозировать точную сумму займа, которая будет предоставлена в будущем, а потому согласуют лимит предоставления займа, в пределах которого и осуществляется предоставление по частям.

То есть имеются признаки того, что договор подписан сторонами после внесения на счет должника денежных средств в период с 29.01.2016 по 10.11.2016.

Сторонами, по существу, осуществлялась подгонка условий договора займа под фактические обстоятельства совершения должником собственных платежей в определенный период.

Реальность договора займа от 11.01.2016 № 20-16/01 ФИО2 не подтверждена, поскольку ни одно из перечислений не содержит ссылки на этот договор.

Это обстоятельство может свидетельствовать о составлении договора займа исключительно в целях обращения с требованием.

Пленумом Высшего Арбитражного Суда РФ в пункте 26 постановления от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», приведены разъяснения, из которых следует, что проверка обоснованности требования кредитора в деле о банкротстве предполагает повышенные стандарты доказывания, исключающие возможность включения в реестр требований, не подтвержденных достаточными доказательствами. 

Так, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. 

Заявитель, ссылаясь на наличие у него финансовой возможности предоставить должнику заем в указанной сумме, представил в материалы обособленного спора копию договора от 25.05.2009, из которого следует, что заявителем произведено отчуждение доли в уставном капитале ООО «Гранд-2» по цене 62 000 000 руб. 

Суд первой инстанции указал, что представленные документы наличие у заявителя финансовой возможности предоставить должнику заем не подтверждают ввиду значительного временного промежутка (более 6 лет) между датой заключения договора от 25.05.2009 и началом перечисления денежных средств на счет должника. 

Согласно полученному временным управляющим из Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Тюмени № 1 ответу от 05.07.2021 (представлено временным управляющим через систему «Мой арбитр» 27.07.2021) в период с 2014 по 2016 налоговая отчетность заявителем не сдавалась. 

Документы, подтверждающие аккумулирование ФИО2 денежных средств непосредственно к дате предоставления должнику, наличие на счете заявителя и снятие их со счета заявителем не представлены. 

Каких-либо объективных доказательств, позволяющих заключить, что средства, вырученные в 2009 году, действительно были сохранены и направлялись отдельными платежами на предоставление спорного займа, в деле нет.

Довод апелляционной жалобы о том, что заявителю не требовалось аккумулировать денежные средства на счетах в банках, поскольку денежные средства получены им единовременно в результате отчуждения имущества, отклоняется как не соответствующий критерию ожидаемого разумного поведения лица, занимающегося, как указывает сам ФИО2, предпринимательской деятельностью.

Поскольку в данном случае заявителем повышенный стандарт доказывания, применяющийся к кредитору, требующему включения в реестр требования кредиторов должника своих требований в деле о банкротстве, а также повышенный стандарт доказывания, применяемый к лицу, аффилированному к должнику, не соблюдены,  и им представлены недостоверные и недостаточные доказательства наличия требования, вызывающие у суда существенные сомнения в его действительном наличии, оснований для включения в реестр требований кредиторов не имеется.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 4 статьи 272, статьями 270 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 18 августа 2021 года по делу № А70-315/2021 (судья Шаркевич М.С.), вынесенное по заявлению ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника, в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Анройл-Сибирь» (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом), оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-10929/2021) ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

О.В. Зорина

Судьи

 

Е.В. Аристова

В.А. Зюков