Дело № А43-50237/2018

город Владимир

28 апреля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 апреля 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 апреля 2021 года.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Белякова Е.Н., Сарри Д.В., 

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

общества с ограниченной ответственностью «КольчугЭнергоКонсалт»                              (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 22.01.2021 по делу № А43-50237/2018, приятное по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Кабель Торг» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО2 о признании сделки недействительной,

 

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «КольчугЭнергоКонсалт» –ФИО3 на основании доверенности от 10.02.2021 сроком действия один год, 

 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Кабель Торг» (далее – Общество) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий)                           с заявлением о признании недействительным платежей, совершенных Обществом в пользу общества с ограниченной ответственностью «КольчугЭнергоКонсалт» (далее – ООО «КЭК») в период с 02.07.2018 по 01.08.2018, и применении последствий недействительности сделок.

Арбитражный суд Нижегородской области  определением                                 от 22.01.2021 заявление конкурсного управляющего удовлетворил; признал недействительной сделку по перечислению денежных средств с расчетного счета Общества на расчетный счет ООО «КЭК» в размере 1 641 101 руб.                   45 коп.; применил последствия недействительности сделки, взыскав                           с ООО «КЭК» в конкурсную массу должника 1 641 101 руб. 45 коп.; взыскал с ООО «КЭК» в доход федерального бюджета 6000 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «КЭК» обратилось в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просило отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указывает на необоснованность вывода суда первой инстанции о мнимости оспариваемых платежей и совершении сделки с целью вывода активов должника. Свою позицию заявитель мотивирует тем, что ранее в рамках настоящего дела о банкротстве был рассмотрен обособленный спор по установлению требований ООО «КЭК», в рамках которого судом рассматривались первичные документы, подтверждающие реальность поставок на общую сумму 2 167 459 руб. 68 коп. Впоследствии определением от 14.06.2019 требования ООО «КЭК» в размере 624 260 руб. 86 коп. включены в реестр требований кредиторов должника с учетом частичной оплаты, которая составляет именно спорную сумму платежей.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

Представитель ООО «КЭК» в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы; настаивал на ее удовлетворении.

Конкурсный управляющий в отзыве указал на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения; заявил ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  представителя лиц, участвующих в деле (за исключением представителя ООО «КЭК»), извещенного о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 (части 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда Нижегородской области                          от 31.10.2019 прекращена процедура наблюдения; Общество признано несостоятельным (банкротом); открыто конкурсное производство в отношении имущества должника сроком на шесть месяцев; конкурсным управляющим утвержден ФИО4. Впоследствии ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником; конкурсным управляющим утвержден              ФИО2

Предметом заявления конкурсного управляющего является требование о признании недействительной сделкой платежи, совершенные Обществом в пользу ООО «КЭК» в период с 02.07.2018 по 01.08.2018, и применении последствий недействительности сделок.

Арбитражный суд Нижегородской области, оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых платежей, совершенных Обществом в пользу ООО «КЭК» в период с 02.07.2018 по 01.08.2018 на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и наличии оснований для признания оспариваемых платежей мнимыми на основании статьи 170  Гражданского кодекса Российской Федерации.

Повторно рассмотрев материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и возражения на нее, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого определения в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.1  Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Правила главы III.1 Закона о банкротстве об оспаривании сделок должника могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации (пункт 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 3 пункта 1 Постановления № 63, по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут в частности оспариваться выплата заработной платы, в том числе премии.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления                   о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи (разъяснения, приведенные в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – 

Постановление

 № 63).

Оспоренные сделки совершены в период с 02.07.2018 по 01.08.2018, то есть в течение пяти месяцев до возбуждения производства по делу о банкротстве должника (19.12.2018), в связи с чем может быть оспорена по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу правовой позиции, указанной в пункте 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления                      № 63). Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 Постановления № 63 разъясняется, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которым недостаточность имущества – это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Согласно разъяснениям, приведенных в пункте 7 Постановления № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Судом установлено, что вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Нижегородской области от 24.06.2019 по настоящему делу в реестр требований кредиторов Общества включено требование                    ООО «КЭК» в размере 624 260 руб. 86 коп.

Указанным судебным актом установлено, что между ООО «КЭК» (поставщиком) и Обществом (покупателем) заключен  договор поставки от 26.06.2018 № 39, по условиям которого поставщик обязуется передать в собственность покупателя товар (кабельно-проводниковую продукцию/электротехническую продукцию), а покупатель обязуется надлежащим образом принять товар и своевременно уплатить за него цену, предусмотренную договором (пункт 1.1 договора).

Во исполнение обязательств по названному договору поставки                     ООО «КЭК» в период с 26.06.2018 по 28.08.2018 осуществил три отгрузки товара Обществу на общую сумму 2 167 459 руб. 678 коп. В подтверждение данного факта представлены универсальные передаточные документы и доверенности на получение товарно-материальных ценностей водителем-экспедитором.

В свою очередь Общество произвело оплату поставленной продукции частично в размере 1 641 101 руб. 45 коп.; непогашенной осталась                 сумма 624 260 руб. 86 коп.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что оспариваемые платежи, совершенные в период с 02.07.2018 по 01.08.2018, на общую сумму 1 641 101 руб. 45 коп. с назначением платежа «Оплата по счету № 289 от 28 июня 2018 г. За кабельную продукцию» совершены Обществом в целях исполнения обязательств перед ООО «КЭК» по договору поставки от 26.06.2018 № 39.

Спорные платежи исследовались судом при рассмотрении обоснованности суммы, подлежащей включению в реестр требований кредиторов должника.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено доказательств неравноценного встречного исполнения со стороны                     ООО «КЭК».

ООО «КЭК» применительно к статье 19 Закона о банкротстве не является заинтересованным лицом по отношению к Обществу.

Учитывая изложенное, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных                        в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность                       и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, принимая во внимание, что оспариваемое перечисление денежных средств произведено в рамках заключенного договора поставки; отсутствие доказательств, свидетельствующих о том, что, совершая оспариваемые сделки, стороны действовали исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника; отсутствие в материалах дела доказательств аффилированности ООО «КЭК» по отношению к должнику и его осведомленности о наличии у Общества признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, суд апелляционной инстанции  приходит к выводу о недоказанности причинения вреда кредиторам должника совершением оспариваемых платежей, совершения платежей с целью причинить вред кредиторам и осведомленность получателя денежных средств относительно наличия у должника иных неисполненных обязательств перед кредиторами.

Довод конкурсного управляющего о том, что оспариваемые сделки совершены с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника  не нашел своего документального подтверждения, в связи с чем отклоняется судом апелляционной инстанции.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно установил отсутствие оснований для признания спорной сделки недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом суд первой инстанции признал оспариваемые сделки (платежи) мнимыми и недействительными на основании положений статей 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указанные выводы суд апелляционной инстанции признает неправомерными по следующим основаниям.

По правилам пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо                от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или                                 с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий                с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны                                   от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем такая сделка подлежит признанию недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оценив спорные сделки на предмет наличия признаков их недействительности по основаниям, предусмотренным в статьях 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание отсутствие доказательств, свидетельствующих о нарушении оспоренной сделкой прав кредиторов, совершение сделки именно с целью нарушения прав кредиторов и должника, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии злоупотребления правом сторонами при совершении оспариваемых платежей и об отсутствии оснований для признания их недействительными.

Суд апелляционной инстанции при исследовании доказательств по делу не установил наличие в деле доказательств, свидетельствующих                       о заведомой противоправной цели совершения спорной сделки ее сторонами, об их намерении реализовать противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника. 

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В обоснование мнимости сделки стороне необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Расхождение волеизъявления с волей устанавливает суд путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Для этого суду необходимо оценить совокупность согласующихся между собой доказательств, которые представляют лица, участвующие в деле (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2018                           № 308-ЭС18-9470 по делу № А32-42517/2015).

Из мотивировочной части обжалуемого судебного акта следует, что суд признал мнимыми платежи, которые оспариваются конкурсным управляющим.

Между тем, признание как таковых платежей мнимыми действующим законодательством не предусмотрено, поскольку они совершены (произведена операция по счетам должника и кредитора), а  исполненные сделки нельзя признать мнимыми. 

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что правовой целью договора поставки является передача поставщиком-продавцом покупателю в обусловленный срок товара и уплата последним определенной цены за полученный товар (статьи 506 и 516 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, мнимость сделки исключает намерение поставщика-продавца поставить товар в пользу покупателя и получить определенную денежную сумму, с одной стороны, и намерение покупателя принять                        от продавца этот товар и уплатить за него цену – с другой.

В рассматриваемом случае реальность исполнения обязательств по договора поставки от 26.06.2018 № 39 исследована при установлении требований по включению в реестр требований кредиторов ООО «КЭК». Определение Арбитражного суда Нижегородской области от 24.06.2019, принятого в рамках рассматриваемого дела вступило в законную силу и имеет преюдициальное значение для рассматриваемого обособленного спора (статья 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Следовательно, в данном случае основания для признания договора поставки от 26.06.2018 № 39, а также действия по его исполнению мнимыми сделками отсутствуют. 

Наличие у сторон иной воли, чем направленность на возникновение отношений по поставке товара не доказано (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае, приняв во внимание доказательства наличия договорных отношений, фактическое исполнение принятых на себя сторонами обязательств, совершение участниками действий, направленных на достижение соответствующего правового результата, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что договор поставки не может быть признан недействительным по причине его мнимости.

Вопреки выводу суда первой инстанции оспариваемые перечисления являлись реальными сделками (имели реальные последствия в виде безналичного перечисления денежных средств получателю), в связи с чем, не могут быть квалифицированы в качестве мнимых. 

Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание, что при принятии определения Арбитражного суда Нижегородской области                          от 24.06.2019 по делу № А43-50237/2018 судом установлено, что                            ООО «КЭК» поставило должнику товара на сумму 2 167 459 руб. 68 коп., оплата произведена частично в сумме 1 641 101 руб. 45 коп., в связи с чем включению в реестр требований кредиторов должника подлежит сумма долга 526 358 руб. 23 коп. При этом установленная сумма произведенной оплаты аналогична сумме спорных платежей, что учитывалось судом при выведении конечной суммы долга должника перед кредитором. 

Сам факт проведения платежей во исполнение поставленного товара установлен судом, в связи с чем оснований для признания проведенных платежей во исполнение существующих правоотношений сторон по поставке товара, которая исполнена сторонами, является неправомерным, нарушающим нормы действующего законодательства.

Отсутствие у конкурсного управляющего какой-либо документации относительно наличия между сторонами правоотношений по поставке товара, отсутствие этого товара у должника, при условии принятого судебного акта от 24.06.2019, в рамках которого устанавливались спорные правоотношения, не свидетельствует о доказанности мнимости сделок и наличием со стороны участников сделки злоупотребления правом, что влечет недействительность сделки.

Таким образом, отсутствуют основания для признания оспариваемых платежей недействительными (ничтожными) сделками и, соответственно, для удовлетворения заявленных конкурсным управляющим требований.

На основании пункта 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции в части или полностью и принять по делу новый судебный акт.

При изложенных обстоятельствах, апелляционная жалоба                            ООО «КЭК» подлежит удовлетворению, а определение Арбитражного суда Нижегородской области от 22.01.2021 по делу № А43-50237/2018 подлежит отмене на основании пунктов 3 и 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы за рассмотрение заявления в суде первой инстанции и апелляционной жалобы относятся на должника.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 22.01.2021 по делу № А43-50237/2018 отменить, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «КольчугЭнергоКонсалт» – удовлетворить.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Кабель Торг» (ОГРН 

<

***>,                 ИНН 

<

***>) ФИО2 о признании сделки недействительной отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Кабель Торг» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 6000 руб. государственной пошлины.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Кабель Торг» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «КольчугЭнергоКонсалт» (ОГРН 

<

***>,                ИНН 

<

***>)  3000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго?Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго?Вятского округа.

 

Председательствующий судья

О.А. Волгина

 

Судьи

 

Е.Н. Беляков

 

Д.В. Сарри