АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва 

27.05.2019 Дело № А40-51245/2018  

Резолютивная часть постановления объявлена 20.05.2019  Полный текст постановления изготовлен 27.05.2019  

Арбитражный суд Московского округа в составе:  

председательствующего судьи – Кручининой Н.А. судей: Каменецкого Д.В., Петровой Е.А., при участии в заседании: 

от АКБ «АПАБАНК» (АО) – ФИО1 по доверенности от 09.01.2019 № 2/3;  от ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 31.08.2018,  

рассмотрев 20.05.2019 в судебном заседании кассационную жалобу АКБ  «АПАБАНК» (АО)  

на определение Арбитражного суда города Москвы от 06.11.2018, принятое судьей Авдониной О.С., 

и на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2019,  принятое судьями В.С. Гариповым, И.М. Клеандровым, А.Н. Григорьевым,  

об отказе в удовлетворении заявления АКБ «АПАБАНК» (ЗАО) о  признании недействительными сделок по отчуждению должником недвижимого  имущества  

по делу о признании несостоятельным (банкротом) Теренина Дмитрия  Владимировича,  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 26.04.2018 должник - ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: г. Свердловск) признан  несостоятельным (банкротом) введена процедура реализации имущества  гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден  ФИО5.  

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации  имущества гражданина, опубликовано финансовым управляющим в газете  Коммерсантъ № 77 от 05.05.2018.  

Кредитор АКБ «АПАБАНК» (ЗАО) (далее – кредитор, Банк) обратился в  Арбитражный суд города Москвы с заявлением к ФИО6 о  признании недействительными сделок по отчуждению должником недвижимого  имущества: договора купли-продажи квартиры от 26.01.2015, предметом которого  являлось помещение жилое (квартира), ½ доля в праве, кадастровый  номер: 77:03:0004007:8462, общая площадь: 41,7 кв.м., расположенное по адресу:  105275, г. Москва, р-н Соколиная гора, ул. Соколиной горы 8-я, д. 8, корп. 2, кв.  432; договора купли продажи дома от 29.01.2015, предметом которого являлось  помещение жилое (дом), кадастровый номер: 33:13:010103:378, общая  площадь: 190,7 кв. м., расположенное по адресу: 

<

...>; земельный участок, кадастровый номер:  33:13:010103:210, общая площадь: 1 633 кв. м., расположенный по  адресу: 

<

...>; помещение  

нежилое, общая площадь 37,1 кв. м. кадастровый номер: 77:08:0004001:6212, 

расположенное по адресу: 

<

...>, и применении  

последствий недействительности сделки и виде возврата имущества в  

конкурсную массу должника. 

 Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.11.2018,  оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного суда от  15.02.2019, в удовлетворении заявленных требований отказано.  

Не согласившись с указанными судебными актами, Банк обратился с  кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, в которой указал,  что суды неправильно применили нормы материального и процессуального права,  а также выводы судов не соответствуют фактическим обстоятельствам спора и не  основаны на представленных в материалы дела доказательствах.  

В обоснование кассационной жалобы Банк указал на то, что должник имел  обязательства перед кредиторами, поскольку на момент совершения оспариваемых  взаимосвязанных сделок, должник принял на себя обязательства перед банком  ПАО ВТБ по кредитному договору № 

<

***> от 02.03.2011 и кредитному  договору № 

<

***> от 05.06.2012, которые в настоящий момент не  исполнены и включены в реестр требований кредиторов должника определением  Арбитражного суда города Москвы от 12.09.2018 о включении в реестр требований  кредиторов в размере 894 545,92 рублей. Кроме того, на момент совершения этих  сделок, должник также имел обязательства перед банком АО «ЮниКредит Банк»  по договору о выпуске и использовании кредитной банковской карты АО  «ЮниКредит Банк» № 01173533RURPROC101 от 21.11.2012, которые также не  исполнены должником и включены в реестр требований кредиторов должника  определением Арбитражного суда города Москвы от 25.09.2018 о включении в  реестр требований кредиторов в размере 395 699,26 рублей. Вместе с этим суды не  учли, что не задолго до отчуждения имущества (26.01.2015 и 29.01.2015) между  должником и Банком АКБ «АПАБАНК» (АО) был заключен договор  поручительства от 03.12.2014 № 622/1151/0 - П1 к договору о предоставлении  кредита «Овердрафтный кредит» от 03.12.2014 № 622/1151/0. В период совершения  

оспариваемых сделок по кредитному договору «Овердрафтный кредит» от  03.12.2014 № 622/1151/0 существовала задолженность в размере 4 938 455,07  рублей, выписка и расчет по р/счету № 452018105000001 151 подтверждающие  наличие задолженности представлены в материалы дела.  

По мнению Банка, при оспаривании сделок на основании статьи 10  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) наличие  кредиторской задолженности не имеет определяющего правового значения, при  оспаривании сделки на основании статей 10, 168 ГК РФ, установление  формального факта просрочки исполнения обязательств не входит в предмет  доказывания и не имеет определяющего правового значения.  

Напротив, по мнению кредитора, принципиальное значение при оспаривании  сделки на основании статей 10, 168 ГК РФ имеет только факт осознания  должником возможности предъявления к нему денежного требования, которое он  не сможет исполнить.  

Суды, указывая на недоказанность аффилированности должника и ответчика  в силу статьи 19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) не учли наличие  фактической аффилированности.  

Так кредитор указал на то, что оспариваемые сделки входят в серию  взаимосвязанных сделок, заключенных между должником и заинтересованным  лицом - ФИО6, с целью вывода имущества должника, за счет которого  кредиторы могли бы получить удовлетворение.  

При рассмотрении спора по существу суды оставили без должной правовой  оценки доводы кредитора о том, что ФИО6 и должник ФИО4  состояли в фактических брачных отношениях, поскольку должник указывал  ФИО6 как супругу при поручении кредитной банковской карты АО  «ЮниКредит Банк» от 19.11.2012.  

Кроме того, как указывает Банк в кассационной жалобе, до 25.02.2016 и  должник и Устинова О.Ю. были зарегистрированы по одному адресу: г. Москва, ул.  Соколиной Горы 8-я. д. 8. корп. 2, кв. 431, то есть по адресу места нахождения  квартиры, проданной ответчику по договору купли-продажи, при этом должник  прекратил регистрацию по указанному адресу только через год после продажи  своей доли в этой квартире сособственнику этой квартиры – Устиновой О.И.  

Вместе с этим Банк в кассационной жалобе указал на тот факт, что  ФИО6 и должник являются аффилированными лицами через юридические  лица ООО «Нефтересурс» и ООО «Союз», как указывает кредитор, материалами  дела подтверждено, что должнику принадлежала доля в ООО «Нефтересурс»,  где он являлся генеральным директором, при этом в одно время с продажей  недвижимости, должник продает долю в уставном капитале этого общества  ФИО6, и генеральным директором этого общества становится  ФИО6, одновременно с этим, должник и ФИО6 также работали  вместе в ООО «Союз».  

При этом должником систематически переводились денежные средства на  личные банковские счета ФИО6 с банковского счета должника,  открытого в ЗАО КБ СИТИБАНК, общая сумма которых составляет более 2 000  000 рублей.  

По мнению кредитора, судами не учтено, что согласно проведенному  финансовым управляющим анализу финансового состояния должника, на дату  совершения оспариваемых сделок, отчужденное недвижимое имущество являлось  единственным ценным активом должника, за счет которого могли быть  удовлетворены требования кредиторов.  

Кроме того, судами не учтено, что должник изменил свое место жительства  без уведомления кредиторов после заключения кредитных договоров и подписания  договора поручительства от 11.11.2015 № 730/1151/О-Ш, предоставил кредитору  

ложные сведения о своем месте проживания, а также об имущественном состоянии  посредством внесения ложной информации в анкету поручителя.  

Судами не дана оценка тому факту, что после совершения оспариваемых  сделок по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и  владение данным имуществом.  

 Так, Банк указывает на то, что в материалы дела представлены доказательства  таких обстоятельств, поскольку должник продолжал проживать и быть  зарегистрированным в квартире, расположенной по адресу: 

<

...>. корп. 2, кв. 431, а согласно размещенному в мае 2018  года объявлению о продаже указанной квартиры, а до этого в объявлениях о сдаче  данной квартиры в аренду, указывались контакты должника как владельца этой  квартиры.  

Также в кассационной жалобе кредитор указал на то, что для оспаривания  сделок на основании статьи 10 ГК РФ, одним и наиболее важных аспектов является  доказательство неравноценного встречного исполнения, что, совершая отчуждение  дорогостоящих ликвидных активов, должник делал это по заниженной цене, тем  самым ухудшая свое финансовое положение.  

Стоимость спорных объектов недвижимости по оспариваемым договорам  купли-продажи составила - 2 480 000 рублей, в то время как в материалы дела было  представлено экспертное заключение об оценки реальной стоимости проданных  объектов № 54-2018, из которого видно, что общая реальная стоимость составила8 772 000-00 рублей, что более чем на 6 000 000 рублей больше указанной в  договорах.  

Судами не дана оценка тому обстоятельству, что получение денежных средств  в размере 2 480 000 рублей, никак не отражается на счетах ФИО4  

В кассационной жалобе заявитель просит суд кассационной инстанции  отменить обжалуемые судебные акты и принять новое решение об удовлетворении  заявленных требований.  

От Устиновой поступил отзыв на кассационную жалобу, в которой ответчик  просил ее оставить без удовлетворения, обжалуемые судебные акты - без  изменения, полагая их законными и обоснованными.  

В заседании суда кассационной инстанции представитель заявителя  поддержал кассационную жалобу по доводам, изложенным в ней.  

Суд кассационной инстанции определил: возвратить Банку все документы,  приложенные к кассационной жалобы, поскольку в силу статей 284, 286-287  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной  инстанции не праве принимать какие-либо доказательства по делу.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о  времени и месте судебного заседания суда кассационной инстанции, в том числе  путем публичного уведомления на официальном сайте арбитражных судов  http://arbitr.ru и официальном сайте Арбитражного суда Московского округа  http://fasmo.arbitr.ru, своих представителей в суд кассационной инстанции не  направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для  рассмотрения жалобы в их отсутствие.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной  инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов,  содержащихся в жалобе.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в  порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций  норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов,  содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим  обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, кассационная инстанция  

пришла к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения  кассационной жалобы в силу следующего.  

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности  (банкротстве).  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из  недоказанности факт причинения вреда имущественным правам кредиторов,  поскольку имущество отчуждено согласно условиям договора,  предусматривающего стоимость такого отчуждения, обязательства по уплате  денежных средств исполнены сторонами сделки, а на момент совершения сделок  кредиторская задолженность должника отсутствовала, в спорный период  обязательства перед кредиторами надлежаще исполнялись должником, в период с  26.01.2015 по 29.01.2015 у должника отсутствовали признаки  неплатежеспособности, в связи с чем совершение сделок объективно не могло  повлечь негативные последствия для его кредиторов. При этом суды,  руководствуясь нормами статьи 19 Закона о банкротстве, пришли к выводу о том,  что аффилированность ФИО4 и ФИО6 не установлена.  

Между тем судами не учтено следующее. 

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ  «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на  территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о  внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»  сделки граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями,  совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть  признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию  

финансового управляющего в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи  213.32 Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление  гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу,  действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо  недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

Из пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части  первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что если  совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в  зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом  недействительной (пунктами 1 - 2 статьи 168 ГК РФ).  

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом  обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения  спора и подлежащими установлению, являются наличие цели совершения сделки,  отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида  сделок; наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и  законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке иных обязательств,  исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем  препятствия.  

В Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения  арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»  разъяснено, что для признания сделки недействительной по основаниям,  изложенным в статье 10 ГК РФ, суду необходимо установить, что соответствующее  лицо в сделке совершило определенные действия, направленные на получение  данным лицом каких-либо имущественных прав, на нарушение прав и законных  интересов кредиторов сторон сделки.  

Согласно пункту 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32,  исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункту 1  статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных  интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего может быть  признана недействительной совершенная до возбуждения дела о банкротстве  сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов  кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы.  

Таким образом, как правильно указали суды, оспариваемые сделки, как  совершенные до 01.10.2015 могут быть оспорены только по основаниям,  предусмотренным нормами статей 10, 168, 170 ГК РФ.  

Следовательно, выводы суда первой инстанции о том, что оспариваемые  сделки совершены за пределами трехгодичного срока подозрительности до даты  возбуждении дела о признании должника банкротом, предусмотренного пунктом 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве, основаны на неправильном применении и  толковании норм материального права.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, оспариваемые договора  купли-продажи недвижимости были заключены 26.01.2015 и 29.01.2015.  

По истечении трех лет со дня совершения оспариваемых сделок, а именно -  19.03.2018 должник обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о  признании его несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.03.2018 возбуждено  дело о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом).  

В обоснование заявления о признании оспариваемых сделок  недействительными, Банк ссылался на наличие злоупотребления правом со  стороны должника, целью заключения оспариваемых сделок, по его мнению,  являлся вывод имущества должника и невозможности обращения взыскания на это  имущество кредиторами должника, при совершении этих сделок отчуждение  имущества было осуществлено в адрес заинтересованного лица – покупателя, для  

видимости, поскольку должник проживал в квартире, расположенной по адресу: г.  Москва, ул. Соколиной Горы 8-я. д. 8. корп. 2, кв. 431, и был зарегистрирован до  25.02.2016 в этой квартире, а в результате совершения оспариваемых сделок не  утратил возможности пользоваться этим имуществом, денежные средства,  полученные от реализации этого имущества, не были направлены на погашение  задолженности перед кредиторами. При этом Банк указал на то, что оспариваемые  сделки были заключены после заключения между должником и АКБ «АПАБАНК»  (АО) договора поручительства от 03.12.2014 № 622/1151/0 - П1 к договору о  предоставлении кредита «Овердрафтный кредит» от 03.12.2014 № 622/1151/0,  согласно которому должник принял на себя обязанность солидарно отвечать по  обязательства заемщика – ООО «Союз». В период совершения оспариваемых  сделок по кредитному договору «Овердрафтный кредит» от 03.12.2014   № 622/1151/0 существовала задолженность заемщика в размере 4 938 455,07  рублей, что подтверждается выписка и расчет по р/счету № 452018105000001 151.  

Между тем, приходя к выводу об отсутствии у ФИО4 на момент  совершения оспариваемых сделок неисполненных обязательств, суды не учли  следующее.  

Наличие договора поручительства свидетельствует о денежном обязательстве  поручителя, как солидарного должника, по обязательству, вытекающему из  кредитного договора.  

Согласно пункту 1 статьи 323 ГК РФ при солидарной обязанности должников  кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от  любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.  

Таким образом, при наличии договора поручительства суды обязаны были  установить имелась ли у заемщика просроченная задолженность на момент  совершения оспариваемых сделок перед Банком, в связи с чем судам при  рассмотрении спора следовало выяснить, с какой целью при наличии наступивших  обязательств по договорам поручительства ФИО4 осуществил продажу  

спорного имущества, проверить доводы кредитора о том, что в результате продажи  ½ доли квартиры расположенной по адресу: г. Москва, ул. Соколиной Горы 8-я. д.  8. корп. 2, кв. 431, квартира, расположенная по адресу г. Москва, Сумской проезд,  д. 5 копр. 1 кв. 26, стала единственным жильем должника.  

Судами не учтены доводы кредитора о том, что в результате оспариваемых  сделок, реализация имущества осуществлена, как указывал кредитор,  заинтересованному лицу.  

 Отклоняя довод кредитора о наличии фактической заинтересованности  ФИО2 и должника в виду того, что они совместно проживали, являлись  сособственниками проданной квартиры, ответчик от должника регулярно получал  финансовые средства, должник на протяжении года после продажи квартиры был  зарегистрирован и продолжил проживать в квартире, отчужденной ответчику по  спорного договору купли-продажи от 26.01.2019, суды не указали какими  доказательствами со ссылками на нормы закона они отклонили эти доводы  кредитора (пункты 2,3 части 4 статьи 170, пункт 12 части 2 статьи 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1  постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»  добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника  гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны,  содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.  

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица  по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением  установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав,  осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее  при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или  создающее для этого условия.  

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками  гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок  необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с  позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и  законных интересов иных граждан и юридических лиц.  

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления  правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими  юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими  установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки,  отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида  сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих  пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие  или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав  и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у  сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки  создает или создаст в будущем препятствия.  

Заслуживает внимание довод кредитора о том, что на момент совершения  оспариваемых сделок у должника имелись обязательства не только пред ним, но и  иными кредиторами, в то время как суды, оценивая доводы кредитора о  злоупотреблении правом, ограничились констатации факта их исполнения  сторонами, не указав, какими доказательствами это подтверждено, в то время как  требования иных кредитных учреждений включены в реестр требований  кредиторов должника на основании договоров, заключенных ранее оспариваемых  сделок.  

 При таких обстоятельствах, выводы судом о недоказанности злоупотребления  правом со стороны должника являются преждевременными.  

Так, принимая обязательства по договору поручительства, должник действуя  добросовестно, не мог не оценивать свои финансовые возможности при наличии у  него иных кредитных обязательств.  

Отчуждение в столь короткий срок всего недвижимого имущества,  принадлежащего должнику, с оставлением в его собственности единственной  квартиры, в случае признания ее единственным пригодным для жилья должником,  исключает возможность обращения взыскания на нее в силу статьи 446  Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и это может  свидетельствовать о недобросовестности ФИО4, то есть совершение  сделок с целью вывода имущества из конкурсной массы, поскольку, принимая на  себя кредитные обязательства и вытекающие из договора поручительства,  осознавал неизбежность предъявления к нему требования, удовлетворить которое  он бы не смог.  

С целью квалификации спорных сделок в качестве недействительных и  совершенных с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо  установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта  злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении  спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от  25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10  Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Кредитор в обоснование заявленных требований ссылался на заключение об  оценке отчужденных объектов недвижимости № 54-2018, согласно которому  рыночная стоимость проданного недвижимого имущества на дату совершения  сделок составила 6 800 000 руб.  

Злоупотребление правом со стороны контрагента по сделке может быть  установлено при покупке имущества по заниженной сумме, а также при отсутствии  фактической оплаты приобретенного имущества.  

В данном случае суды, не устанавливали, имелась ли у Устиновой О.Ю.  финансовая возможность приобрести недвижимое имущество у Теренина Д.В., но,  не взирая на это, пришли к выводу о возмездности сделок.  

Между тем, в силу специфики дел о банкротстве в целях защиты прав и  законных интересов других кредиторов и предотвращения злоупотребления правом  со стороны должника, судом может быть проявлена активность в истребовании  дополнительных доказательств, свидетельствующих о добросовестности сторон  при заключении договора. В частности, при наличии сомнений в реальности  правоотношений сторон в рамках рассмотрения требования кредитора о  включении в реестр требований кредиторов должника суд не лишен возможности  потребовать представления дополнительных подтверждающих документов, как от  заявителя требования, так и от должника. Указанный правовой подход является  универсальным и подлежит применению при судебной оценке не только при  рассмотрении вопроса о включении требования в реестр, но и при необходимости  установления соответствия действительности любых правоотношений сторон,  связанных с движением наличных денежных средств.  

Указание в договоре на возмездность сделки и предоставление в  подтверждение факта получения денежных средств от покупателя продавцу  наличных денежных средств, не исключает необходимости исследования,  установления и оценки судом обстоятельств расходования должником полученных  денежных средств.  

Условия получения и расходования должником денежных средств в сумме 

2 480 000, полученных от ФИО2, при рассмотрении заявления о  признании сделок недействительными на основании статьи 10 ГК РФ является  юридически значимым обстоятельством, которое должно устанавливаться исходя  из совокупности доказательств применительно к пункту 26 Постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35  

«О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о  банкротстве».  

Кроме того, суд кассационной инстанции приходит к выводу о том, что  судами не проверены доводы кредитора об отсутствии экономической  обоснованности (целесообразности) совершения оспариваемых сделок, с учетом  того, что оспариваемые договоры заключены в один период, должник продолжал  пользоваться имуществом.  

Вышеуказанные обстоятельства предметом надлежащего судебного  исследования не являлись.  

Судебная коллегия также обращает внимание на то, что институт оспаривания  сделок должника представляет собой правовую гарантию, предоставляющую  кредиторам действенный механизм наполнения конкурсной массы должника за  счет неправомерно отчужденного имущества последнего. При наличии у должника  или сторон этих сделок взаимного интереса по сокрытию обстоятельств и  действительных целей сделок кредиторы, оспаривающие сделки, объективно  ограничены в возможностях по доказыванию обстоятельств сделок, в которых они  не участвовали. Следовательно, при рассмотрении споров данной категории для  выравнивания процессуальных возможностей сторон и достижения задач  судопроизводства, установленных в статье 2 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражным судам надлежит оказывать  содействие в реализации процессуальных прав кредиторов (в том числе  предусмотренных пунктом 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации), создавать условия для всестороннего и полного  исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и  правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при  рассмотрении дела (пункт 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации).  

В нарушение указанных правовых норм суды безосновательно не позволили  кредитору реализовать его процессуальные права.  

На основании изложенного, коллегия судей кассационной инстанции считает,  что выводы судов первой и апелляционной инстанций в обжалуемых определении,  постановлении не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся  в деле доказательствам, а также сделаны при неполном установлении всех  фактических обстоятельств дела и исследовании всех доказательств, что в  соответствии с частями 1, 2, 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации является основанием для отмены судебных актов.  

В этой связи кассационная коллегия, отменяя состоявшиеся по делу судебные  акты, считает необходимым направить обособленный спор на новое рассмотрение  в суд первой инстанции.  

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть  изложенное, предложить сторонам представить дополнительные доказательства, в  том числе, подтверждающие расходование должником полученных от ФИО2 денежных средств, выяснить: имелась ли у ФИО2 финансовая  возможность оплатить приобретенное у ФИО4 недвижимое имущество,  наступило ли исполнение обязательств ФИО4 по договору поручительства,  с какой целью ФИО4 продал недвижимое имущество ФИО2, но  продолжал им пользоваться, а также дать оценку доводам кредитора том, что  отчуждение спорного имущества составляло все принадлежащее ему имущество,  дать оценку тому обстоятельству, повлекло ли отчуждение ½ доли квартиры,  расположенной по адресу: 

<

...>. корп. 2, кв. 431,  приобретению иной квартиры, расположенной по адресу 

<

...> копр. 1 кв. 26 , статуса единственного жилья должника.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 06.11.2018 и постановление  Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2019 по делу   № А40-51245/2018 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение  в Арбитражный суд города Москвы.  

Председательствующий – судья Н.А. Кручинина  

Судьи: Д.В. Каменецкий 

 Е.А. Петрова