ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-111254/19

28 августа 2023  года

город Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 22 августа 2023  года

Полный текст постановления изготовлен 28 августа 2023 года

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Мысака Н.Я.

судей Зверевой Е.А., Морхата П.М.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 – дов. от 09.02.2022г.

рассмотрев в судебном заседании  22   августа    2023 года

кассационную  жалобу  конкурсного управляющего ООО «Тринитрасса»

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2023

об отмене определения Арбитражного суда Московской области от 14.03.2023, и отказе в удовлетворении заявления конкурного управляющего ООО «Тринитрасса» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 

 

УСТАНОВИЛ:

конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью ООО «Тринитрасса» ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, приостановлении взыскания денежных средств с контролирующего лица должника до полного погашения реестра требований кредиторов.

Определением Арбитражного суда Московской области от 14 марта 2023 года ФИО1 был привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Тринитрасса», ходатайство о приостановлении взыскания денежных средств оставлено без рассмотрения, вопрос об установлении размера субсидиарной ответственности назначен к рассмотрению в судебном заседании.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 05 июня 2023 года определение Арбитражного суда Московской области от 14 марта 2023 года отменено, конкурсному управляющему ООО «Тринитрасса» в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции,  конкурсный управляющий ООО «Тринитрасса»  обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просил  постановление отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции.

В обоснование своей кассационной жалобы заявитель  ссылается на нарушение судом апелляционной инстанции норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, утверждая, что   ответчиком не соблюдены положения ст. 9 Закона о банкротстве, что является самостоятельным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

По утверждению кассатора, генеральным директором не была передана бухгалтерская и иная документация, отражающая и подтверждающая дебиторскую задолженность.

Представленный ФИО1 отзыв на кассационную жалобу приобщен к материалам дела.

В судебном заседании суда  представитель ФИО1  возражал против удовлетворения жалобы, просил оставить постановление суда апелляционной инстанции без изменения.

Заявитель жалобы и иные участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее -  АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ  о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Конкурсный управляющий должником представил в материалы дела ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителя ФИО1, проверив в порядке статьи 286  АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

 Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции  ООО «Тринитрасса»  было зарегистрировано в качестве юридического лица 22.09.09, его единственным учредителем и генеральным директором с 28.10.14 являлся ФИО1

Определением Арбитражного суда Московской области от 13 февраля 2020 года было возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «Тринитрасса».

Решением Арбитражного суда Московской области от 21 июня 2021 года ООО «Тринитрасса» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3, руководитель должника обязан в трехдневный срок передать конкурсному управляющему ООО «Тринитрасса» печати и штампы, материальные ценности, бухгалтерскую и иную документацию должника.

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий ФИО3 указала, что ФИО1 не была исполнена обязанность по передаче документов должника управляющему, а также обязанность по своевременному обращению в суд с заявлением о банкротстве Общества.

Удовлетворяя заявление о привлечении субсидиарной ответственности, суд первой инстанции исходил из представления надлежащих доказательств совокупности обязательных условий, при наличии которых возможно привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Отменяя определение суда первой инстанции,  и  отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд апелляционной инстанции обоснованно исходил из  того, что основания для привлечения к субсидиарной ответственности отсутствуют, поскольку в материалы дела в нарушение требований статьи 65 АПК РФ не представлены доказательства, подтверждающие заявленные требования.

Судом установлено, что в обоснование заявленных требований (с учетом поданных уточнений) конкурсный управляющий ФИО3 указывает, что ФИО1, являясь генеральным директором и единственным участником ООО «Тринитрасса» должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, начиная с 01.08.17, поскольку с 19 01.07.17 у Общества образовалась задолженность перед АО «Лесное», наличие которой послужило основанием для возбуждения производства по настоящему делу.

Вместе с тем, как верно отметил апелляционный суд, по смыслу действующего законодательства, предъявляя требование о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности в порядке пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, заявитель должен обосновать и установить конкретную дату возникновения у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом и доказать, что после указанной даты у должника возникли денежные обязательства перед кредиторами, которые не были исполнены из-за недостаточности у должника имущества.

Сама по себе убыточность деятельности должника, даже если она и имела место, не может являться основанием для применения ответственности по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, так как не является основанием, обязывающим руководителя должника обратиться с заявлением о признании должника несостоятельным, предусмотренным пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 N 305-ЭС20-11412 по делу N А40-170315/2015, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Неоплата же конкретного долга не может являться подтверждением неплатежеспособности общества в конкретный период.

В рассматриваемом случае, апелляционный суд обоснованно исходил из того, что  управляющий не доказал, что признаки неплатежеспособности ООО «Тринитрасса»   возникли именно к 01.08.17, а, следовательно, ФИО1 должен был обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника.

Судом правомерно учтено, что конкурсный управляющий ФИО3 не представила сведений ни об одном обязательстве, возникшем после истечения срока, установленного статьей 9 Закона о банкротстве, тогда как это является обязательным условием для привлечения контролировавшего должника лица к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

Суд принял во внимание, что дело о банкротстве ООО «Тринитрасса» было возбуждено только 13 февраля 2020 года, при этом Общество с 01.08.17 (дата, с которой, по мнению заявителя, у ФИО1 возникла обязанность по подаче в суд заявления должника) осуществляло хозяйственную деятельность. Бухгалтерские балансы должника за 2017-2019 годы имели положительные показатели, доказательств наличия у Общества признаков неплатежеспособности не представлено.

Судебная коллегия соглашается с выводом апелляционного суда о том, что поскольку управляющим не доказано возникновение у ФИО1 по состоянию на 01.08.17 обязанности по подаче в суд заявления должника и, как следствие, неисполнение ответчиком этой обязанности, у суда первой инстанции не имелось оснований для удовлетворения требований в данной части.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Апелляционный суд установил, что в обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ФИО3 указала, что ФИО1 не исполнена обязанность по передаче документов ООО «Тринитрасса» управляющему.

Вопреки утверждению кассатора и как верно указал суд апелляционной инстанции из представленных в материалы дела письма ФИО1 исх. № ТР-001 от 05.01.21 и акта приемки-сдачи имущества (транспортных средств) и печати должника от 23.05.22 следует, что ответчик передал управляющему всю имевшуюся у него документацию и имущество Общества (т. 1, л.д. 47-50).

Судом обоснованно принято во внимание, что заявителем не конкретизирован список документов, которые не были бы переданы ФИО1, не доказан факт их наличия у ответчика, а также факт существенного затруднения проведения процедур банкротства в результате отсутствия таких документов.

Поскольку в материалы дела представлены достаточные доказательства исполнения ФИО1 обязанности по передаче документов и имущества должника конкурсному управляющему должником, доказательств наличия у ответчика иных документов и имущества ООО «Тринитрасса» не имеется,  апелляционный суд пришел к верному выводу о том, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения заявленных требований в соответствующей части.

Судом установлено, что суд первой инстанции также указал, что ФИО1 от имени ООО «Тринитрасса» была совершена недействительная сделка - платеж на сумму 1 200 000 рублей.

Как установлено в постановлении Десятого арбитражного апелляционного суда от 25 октября 2022 года по настоящему делу, между ООО «Тринитрасса»   и ФИО1 сложились обязательственные отношения в рамках договора займа № 1/6 от 29.04.15, по которому Общество обязано было возвратить ответчику денежные средства в размере 1 200 000 рублей.

Факт предоставления ФИО1 Обществу денежных средств подтверждается приходным кассовым ордером и квитанцией к приходному кассовому ордеру от 29.04.15.

Согласно выписке по расчетному счету ООО «Тринитрасса» от 24.08.2020 со счета Общества в пользу ФИО1 произведено перечисление денежных средств 1 200 000 рублей в счет возврата по договору займа 1/6 от 29.04.15.

Признавая данный платеж недействительной сделкой, апелляционный суд исходил из того, что в результате его совершения был нарушен установленный законом порядок удовлетворения требований кредиторов должника.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее  лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

Судом верно отмечено, что вменяемая в вину ФИО1 сделка была совершена с нарушением установленной очередности погашения требований кредиторов должника, что в совокупности с иными условиями (сумма и основание платежа) не может свидетельствовать о причинении данной сделкой существенного вреда кредиторам должника.

По смыслу разъяснений, данных в пунктах 16 и 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17, для привлечения контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности необходимо доказать факт совершения ими (или под их влиянием) совокупности сделок и других операций, способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства. Также для привлечения лица к субсидиарной ответственности по мотиву совершения им сделок, причинивших существенный вред должнику и его кредиторам, необходимо доказать, что данное лицо в момент совершения сделки знало или должно было знать о цели совершения сделки.

Судебная коллегия соглашается с выводом апелляционного суда о том, что  конкурсным управляющим ФИО3 не представлено доказательств того, что ФИО1 совершил рассматриваемую сделку именно с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и того, что данная сделка привела к банкротству ООО «Тринитрасса».

Суд апелляционной  инстанции, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определил спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснил имеющие существенное значение для дела обстоятельства, установив, отсутствие  причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчиков и несостоятельностью должника, пришел к обоснованному выводу об отсутствие оснований для  привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

Доводы кассационной жалобы,  подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции считает, что выводы апелляционного суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов суда у суда кассационной инстанции не имеется.

В кассационной жалобе, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судами при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы судов, заявитель не привел.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Десятого  арбитражного апелляционного суда от 05 июня  2023 года по делу № А41-111254/19 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                   Н.Я. Мысак

Судьи:                                                                                               Е.А. Зверева

П.М. Морхат