ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. 8 (8332) 519-109

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-14217/2019

г. Киров

01 ноября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 октября 2024 года.  

Полный текст постановления изготовлен 01 ноября 2024 года.

 

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Дьяконовой Т.М.,

судей Калининой А.С., Хорошевой Е.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Калининым А.Ю.,

 

при участии в судебном заседании:

по веб-связи: представителя ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 06.09.2024,

представителя ФИО3 – ФИО4, по доверенности от 17.05.2023,

представителя финансового управляющего ФИО1 – ФИО5, по доверенности от 06.07.2023,

 

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1 и ФИО3

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 26.07.2024 по делу № А29-14217/2019, принятое

 

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Усинскгеонефть» ФИО6

к ФИО1, ФИО3

третье лицо: финансовый управляющий ФИО1 – ФИО7

о привлечении к субсидиарной ответственности, 

 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Усинскгеонефть» (далее – должник, ООО Усинскгеонефть») конкурсный управляющий должником ФИО6 обратился в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 (далее – ФИО1) и ФИО3 (далее – ФИО3) по обязательствам ООО «Усинскгеонефть». Просил приостановить рассмотрение настоящего заявления в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 26.07.2024 с ответчиков взыскано солидарно в конкурсную массу ООО «Усинскгеонефть» 5498594 руб. 71 коп. убытков.

ФИО1 и ФИО3, не согласившись с принятым определением, обратились во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобами.

ФИО1 в жалобе просит определение суда первой инстанции отменить в части взыскания убытков, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Усинскгеонефть» в указанной части отказать.

 По мнению заявителя, установление судом первой инстанции одного лишь факта аффилированности ФИО8 и АО «Усинскгеонефть» по отношению к ответчику не освобождает заявителя по делу от представления доказательств для подтверждения состава гражданского правонарушения, влекущего за собой возможность привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков. Конкурсным управляющим не было представлено каких-либо доказательств участия ответчика в совершении оспоренных сделок, что исключает вину ответчика в причиненных убытках. Отсутствует какая-либо причинно-следственная связь между действиями ответчика и возникновением убытков у должника. Заявитель отмечает, что аналогичное по своей правовой природе заявление о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности было рассмотрено в рамках дела А29-5327/2019. В вину ФИО1 вменялось, в том числе, заключение АО «Усинскгеонефть» оспоренных договоров с аффилированными с ответчиком лицами (в том числе ФИО8). При рассмотрении указанных требований судами установлено, что наличие одной только аффилированности между ответчиком и контрагентами по сделке не является основанием для удовлетворения заявленных требований.

ФИО3 в жалобе просит определение суда первой инстанции отменить в части взыскания с ФИО3 в пользу ООО «Усинскгеонефть» убытков в размере 4130716 руб. 61 коп.

По мнению заявителя, суд вышел за пределы требований, заявленных конкурсным управляющим, допустив существенное нарушение норм процессуального права. Конкурсный управляющий ни в одном процессуальном документе по настоящему делу, ни устно в судебном заседании не заявлял о взыскании убытков в связи с совершением сделок, признанных недействительными в рамках обособленного спора по делу №А29-14217/2019 (3-64892/2022). Судом не были проверены е доводы о том, что поведение ФИО3 по осуществлению платежей в пользу третьих лиц за АО «Усинскгеонефть» было направлено на предотвращение большего ущерба для должника, связанного с возможным неисполнением должником и АО «Усинскгеонефть» обязательств по осуществлению буровых и сопутствующих работ по договорам с заказчиками - крупными нефтедобывающими компаниями, такими как ООО «Лукойл-Коми», ООО СК «Русвьетпетро», ООО «Зарубежнефтестроймонтаж». На момент открытия конкурсного производства у конкурсного управляющего должника не было утрачено право на востребование исполнения по этим сделкам, взыскания неосновательного обогащения с АО "УГН", однако указанным правом конкурсный управляющий не воспользовался. Такие сделки (осуществление платежей третьим лицам за АО "УГН"), несмотря на отсутствие у должника непосредственной обязанности по их исполнению, не были направлены исключительно на безвозмездное изъятие денежных средств у должника в пользу аффилированного лица либо на причинение вреда кредиторам. Целью перечислений было обеспечение исполнения обязательств перед заказчиками, получение денежных средств, за счет которых было возможно погашение задолженности перед кредиторами. Кроме того, заявитель полагает, что конкурсным управляющим не доказан ни один из элементов гражданско-правовой ответственности, предусмотренной ст. 61.20 Закона о банкротстве, в отношении сделок, признанных недействительными.

Конкурсный управляющий в отзыве на жалобу ФИО1 указал, что в судебном акте, которым трудовой договор признан мнимой сделкой, указано: «надлежащие доказательства того, что возникновение и существование спорных отношений было бы возможно, если бы ответчик не являлся аффилированными с должником лицом, в материалы дела не представлено». При этом аффилированность ФИО8 с ООО «Усинскгеонефть» установлена как раз через ФИО1, который является отцом несовершеннолетней дочери ФИО8 ФИО9. Таким образом, причинно-следственная связь между убытками по указанной сделке и деятельностью как ФИО3, подписавшего мнимый трудовой договор, так и ФИО1, как допустившего подобный трудовой договор, доказана. Доводы апеллянта о том, что самим ФИО1 не было предпринято каких-либо действий по заключению трудового договора с матерью своего ребенка, носят характер злоупотребления. При рассмотрении действий участников группы лиц, направленных на причинение вреда кредиторам, толковать все разумные сомнения следует в пользу кредиторов. Конкурсный управляющий отмечает, что ФИО1 является контролирующим лицом не только ООО «Усинскгеонефть», но и ответчика по оспоренной сделке - АО «Усинскгеонефть», в связи с чем разумным будет считать, что он знал и одобрял указанные действия и такую форму построения бизнеса, когда АО «Усинскгеонефть» платило за ООО «Усинскгеонефть» и наоборот. Определение суда первой инстанции считает принятым при полном соблюдении норм материального и процессуального права. Просит оставить жалобу ФИО1 без удовлетворения.

Судебное заседание 02.10.2024 откладывалось на 29.10.2024.

В соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в составе суда произведена замена судей Кормщиковой Н.А. и Шаклеиной Е.В. в связи с нахождением в отпуске на судей Калинину А.С. и Хорошеву Е.Н.

Конкурсный управляющий явку своих представителей в судебное заседание не обеспечил, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившегося лица.

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, ООО «Усинскгеонефть» зарегистрировано в качестве юридического лица 28.10.2014, обществу присвоен ОГРН: 

<

***>.

Учредителями общества являются ФИО3 с размером доли в уставном капитале 45% и ФИО1 с размером доли  55%. 

С 28.10.2014 по 12.06.2021 руководителем общества являлся ФИО3 

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 09.06.2021 по делу №А29-14217/2019 ООО «Усинскгеонефть» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО6. 

Конкурсный управляющий, посчитав, что имеются основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, обратился в Арбитражный суд Республики Коми с соответствующим заявлением.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования, пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности. Вместе с тем суд посчитал доказанным причинение ответчиками убытков, в связи с чем, определив размер убытков, взыскал их в солидарном порядке.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и отзыва на них, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда в обжалуемой части, исходя из нижеследующего.

По смыслу положений статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзацах третьем и четвертом пункта 20 Постановления № 53, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации. Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.

В рассматриваемом случае определением Арбитражного суда Республики Коми от 24.10.2023 по делу №А29-14217/2019 (З-73014/2022) на основании статей 168, 170 ГК РФ признаны недействительными сделками трудовой договор от 09.01.2018 № 02, заключенный между ООО «Усинскгеонефть» и ФИО8, а также перечисления денежных средств со счета ООО «Усинскгеонефть» в пользу ФИО8 в размере 1411454,58 руб. в качестве заработной платы. Применены последствия недействительности сделок, взыскано с ФИО8 в конкурсную массу ООО «Усинскгеонефть» 1367878,10 руб.

Признавая сделку недействительной, суд пришел к выводу о том, что трудовой договор являлся мнимой сделкой, заключен в целях нарушения прав кредиторов должника за счет создания формальных условий для выплаты заработной платы при действительном отсутствии встречного исполнения. Выплата ФИО8 денежных средств в размере 1411454,58 руб. на основании мнимого трудового договора привела к частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества в соответствующей части, следовательно, в результате причинен вред имущественным правам кредиторов.

Кроме того, определением Арбитражного суда Республики Коми от 25.12.2023 по делу №А29-14217/2019 (З-64892/2022) на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве признаны недействительными сделками перечисления денежных средств со счета должника в пользу третьих лиц за АО «Усинкгеонефть» в общей сумме 4130716 руб. 61 коп. Применены последствия признания сделок недействительными в виде взыскания с АО «Усинскгеонефть» в конкурсную массу должника денежных средств в размере 4130716 руб. 61 коп.

Признавая сделки недействительными, суд установил, что оспариваемые платежи совершены со счета должника в период с 30.01.2019 по 14.03.2019 в адрес третьих лиц по обязательствам АО «Усинкгеонефть». Доказательств равноценного встречного предоставления на сумму 4130716,61 руб. со стороны ответчика в материалы дела не представлено. Документальное подтверждение возврата ответчиком указанной суммы отсутствует. В результате оспариваемых платежей был причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку произошло уменьшение активов, из собственности ООО «Усинкгеонефть» выбыли денежные средства, которые могли быть направлены на погашение требований кредиторов.

Таким образом, вступившими в законную силу судебными актами подтверждено причинение вреда должнику путем необоснованного вывода активов из его конкурсной массы.

На момент рассмотрения настоящего обособленного спора причиненный сделками вред не возмещен.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 09.02.2024 по делу №А40- 58185/2023 ФИО10 признана несостоятельной (банкротом).

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 22.04.2021 АО «Усинскгеонефть» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура банкротства - конкурсное производство.

Требования ООО «Усинскгеонефть» включены в реестр требований кредиторов указанных лиц.

Данные обстоятельства свидетельствуют о низкой вероятности поступления в конкурную массу должника денежных средств, взысканных в качестве последствий признания сделок недействительными,

На момент совершения оспоренных сделок учредителями должника являлись оба ответчика с долями 45 % (ФИО3) и 55% (ФИО11). ФИО3 являлся также руководителем должника.

Таким образом, сделки, причинившие должнику убытки, не могли быть совершены без ведома обоих ответчиков, в связи с чем суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о наличии оснований для взыскания убытков с ФИО1 и ФИО3 солидарно.

Довод ФИО1 о том, что им не совершались какие-либо действия по совершению оспоренных сделок, подлежат отклонению в силу следующего.

Как следует из материалов дела, ФИО1 имеет с ФИО8 общего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения, следовательно, именно у него имелся интерес в  заключении трудового договора с ФИО8, признанного впоследствии мнимым.

ФИО3, являясь соучредителем и одновременно руководителем должника, не препятствовал заключению данной сделки, а напротив подписал мнимый договор с ФИО8 и произвел выплаты заработной платы по нему.

Доказательства того, что именно ФИО3 и только он имел личную заинтересованность в создании видимости наличия трудовых отношений с ФИО8, а ФИО1 не знал о наличии данного договора и о произведенных выплатах по нему в материалах дела отсутствуют.

В отношении второй сделки по перечислению должником денежных средств за АО «Усинскгеонефть» в пользу третьих лиц установлено следующее.

Перечисления производились должником на основании писем-поручений АО «Усинскгеонефть». 

ФИО1, который одновременно являлся учредителем должника и Председателем Совета директоров АО «Усинскгеонефть», не мог не знать о направлении в адрес должника подобных писем. Каких-либо действий с его стороны по предотвращению причиняемого должнику вреда предпринято не было.

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что выбытие денежных средств из конкурсной массы должника произошло при одобрении ФИО1 подобных действий.   

ФИО1 указывает, что аналогичное по своей правовой природе заявление о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности было рассмотрено в рамках дела А29-5327/2019, в удовлетворении требований было отказано. В вину ФИО1 вменялось, в том числе, заключение АО «Усинскгеонефть» оспоренных договоров с аффилированными с ответчиком лицами (в том числе ФИО8).

Между тем указанный судебный акт не является преюдициальным для рассмотрения настоящего дела. 

Довод ФИО3 о том, что платежи в пользу третьих лиц, признанные судом недействительными, были произведены должником при наличии у него обоснованной хозяйственной, экономической цели, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку документально не подтвержден.

Как следует из определения арбитражного суда от 25.12.2023 в отзыве конкурсный управляющий АО «Усинскгеонефть» указал, что спорные платежи осуществлялись на основании писем-поручений на оплату от АО «Усинскгеонефть» с указанием, что такие оплаты должны быть произведены в рамках заключенного между АО «Усинскгеонефть» и ООО «УсинскГеоНефть» договора №УГН04/17 от 01.01.2017. Пунктом 1.3 договора №УГН-04/17 от 01.01.2017 установлено, что работы выполняются подрядчиком (ООО «УсинскГеоНефть») собственными силами и средствами с использованием собственных оборудования и материалов, а также материалов заказчика (АО «Усинскгеонефть») согласно Распределению работ (Приложение №1 к договору). Материалы, оборудование и иное обеспечение выполнения работ, прямо не указанное в Приложении №1, предоставляется подрядчиком за свой счет. 

Конкурсным управляющим АО «Усинскгеонефть» были указаны платежи в размере 1509332,33 руб., которые произведены должником в адрес третьих, так как подобные  расходы по условиям договора №УГН-04/17 от 01.01.2017 возложены на подрядчика ООО «УсинскГеоНефть».

Конкурсный управляющий ООО «Усинскгеонефть», с учетом данных пояснений, уточнил заявленные требования, уменьшив их на сумму таких платежей.

Доказательства того, что остальные платежи должны быть также возложены на должника, в материалы обособленного спора № А29-14217/2019 (З-64892/2022) представлены не были.

Судебный акт по данному обособленному спору вступил в законную силу. 

Ссылка  на то, что должник вынужден был осуществлять платежи за АО «Усинскгеонефть» во избежание приостановления работ со стороны заказчика и предотвращения большего ущерба для должника документально не подтверждена.

  Доводы ФИО3 о том, что конкурсный управляющий не просил взыскать убытки по обособленному спору № А29-14217/2019 (З-64892/2022), в связи с чем суд вышел за пределы требований, не соответствуют обстоятельствам дела.

Арбитражный суд определением от 13.07.2023 приостановил производство по делу № А29-14217/2019 (З-47924/2023) до вступления в законную силу определений Арбитражного суда Республики Коми, вынесенных по результатам рассмотрения обособленных споров, в том числе по спору № А29-14217/2019(З-64892/2022).

После рассмотрения обособленного спора конкурсный управляющий представил сведения о результатах рассмотрения обособленных споров, в том числе и по спору № А29-14217/2019 (З-64892/2022), следовательно, результаты рассмотрения указанного обособленного спора являлись доказательственной базой при рассмотрении требования конкурсного управляющего.

Суд первой инстанции, оценив в совокупности все обстоятельства дела с учетом представленных доказательств и доводов сторон, обоснованно пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности и правомерно взыскал в солидарном порядке убытки в сумме 5498594,71 руб. с ФИО1 и ФИО3 

Оснований для отмены определения от 26.07.2024 в обжалуемой части не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по госпошлине по апелляционным жалобам относятся на заявителей жалоб. 

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 26.07.2024 по делу № А29-14217/2019 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО1, ФИО3  – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий

Т.М. Дьяконова

 

Судьи 

 

А.С. Калинина

 

Е.Н. Хорошева