Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень                                                                                            Дело № А27-3669/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 августа 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 15 августа 2024 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Доронина С.А.,

судей                                                         Ишутиной О.В.,

ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 14.12.2021 (судья Матыскина В.В.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2024 (судьи Хайкина С.Н., Кривошеина С.В., Кудряшева Е.В.) по делу № А27-3669/2021 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Завод транспортных технологий» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – завод, должник), принятые по заявлению публичного акционерного общества «ТрансФин-М» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – общество) о включении требования в реестр требований кредиторов должника.

В судебном заседании принял участие представитель ФИО2 - ФИО3 по доверенности от 26.02.2024.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве завода общество обратилось в арбитражный суд с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), о включении требования в размере 34 000 000 руб. основного долга, 23 989 000 руб. неустойки, 1 925 111,62 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами в реестр требований кредиторов должника и признании требования в размере 194 524 руб. расходов по уплате государственной пошлины текущими платежами.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 14.12.2021, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2024, требование общества в размере 34 000 000 руб. включены в третью очередь реестра, задолженность в размере 25 914 111,62 руб. учтена отдельно в составе третьей очереди реестра как подлежащая удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов, производство по заявлению в части требования в размере 194 524 руб. государственной пошлины прекращено.

В кассационной жалобе ФИО2 (субсидиарный ответчик) просит определение суда от 14.12.2021 и постановление апелляционного суда от 11.06.2024 изменить, признать требования общества в размере 34 000 000 руб. и 25 914 111,62 руб. подлежащими погашению в очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Доводы кассационной жалобы сводятся к необходимости суббординирования требования общества ввиду того, что оно является аффилированным по отношению к должнику лицом (выводы о взаимосвязанности указанных предприятий содержатся в вступившим в законную силу определении суда от 05.03.2022 по делу № А27-15710/2020), предоставившим компенсационное финансирование предприятию-банкроту в условиях его имущественного кризиса.

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзывах на неё, выслушав объяснения представителя кассатора, явившегося в судебное заседание, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность определения и постановления в обжалуемой части, суд округа не находит оснований для их отмены.

Материалами обособленного спора подтверждается, что решением Арбитражного города Москвы от 04.08.2021 по делу №А40-72231/21-131-668, оставленным без изменения постановлениями Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2021 и от 29.11.2021, с завода в пользу общества взыскана задолженность в общем размере 59 830 275,98 руб., а также проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму долга в размере 34 000 000 руб. начиная с 03.04.2021, исходя из ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации по дату фактической оплаты долга и расходы по оплате государственной пошлины в размере 194 524 руб.

Общество, ссылаясь на наличие неисполненного обязательства, подтверждённого вступившим в законную силу судебным актом, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Возражая против заявленных требований, ФИО2 ссылалась на аффилированность кредитора по отношению должнику, компенсационный характер сложившихся между ними правоотношений.

Признавая требование кредитора подлежащим погашению в составе третьей очереди реестра, суды первой и апелляционной инстанций исходили из недоказанности аффилированности общества по отношению к заводу, наличии у последнего имущественного кризиса на дату вступления в правоотношения.

Суд округа считает выводы судов первой и апелляционной инстанций правильными.

Согласно пункту 6 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В силу абзаца второго пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов, подтверждённым вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат разрешению арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром. Данное правило основано на принципе обязательности судебных актов (статья 16 АПК РФ, статья 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем само по себе наличие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего сумму долга, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очерёдность удовлетворения данного требования (пункт 10 статьи 16 Закона о банкротстве). Соответствующая правовая позиция отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.11.2019 № 307-ЭС19-10177(2,3).

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очерёдности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утверждённом Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор), обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очерёдности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Понижение очерёдности удовлетворения требования аффилированного с должником лица в первую очередь направлено на защиту прав независимых кредиторов, соответственно, носит защитную функцию и преследует цели создания справедливого баланса между корпоративной и гражданской составляющей хозяйственного оборота.

Таким образом, поскольку применение правовых позиций, изложенных в Обзоре, обуславливается необходимостью защиты прав и законных интересов гражданско-правового сообщества независимых кредиторов должника, для понижения очерёдности удовлетворения предъявленного ко включению требования необходимо установить, как один из элементов, аффилированность кредитора-заявителя по отношению к должнику.

Вместе с тем в рассматриваемом случае ни формально юридической (статья 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», статья 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции») ни юридической, ни фактической   аффилированности общества по отношению к заводу судами первой и апелляционной инстанций не установлено.

Так, судами отмечено, что ФИО4 являлся директором должника с 22.01.2018 по 29.05.2019 и с 21.08.2020 по 19.10.2021, в то время как договор на изготовление продукции от 20.11.2017 № 12-11/173ТТ (ДКП) заключён и исполнен со стороны общества 20.11.2017 и 01.12.2017, при этом ФИО4, никогда не был руководителем общества, с 20.12.2017 ФИО4 исполнял обязанности руководителя общества с ограниченной ответственностью «ТК «Нерпа Транс» и с 19.06.2020 являлся 100 % владельцем бизнеса, названное предприятие, в свою очередь, являлась 100 % участником общества в период с 30.11.2018 по 26.03.2019, а с 26.03.2019 - 50 % участником. Исходя из этого, суды двух инстанций правомерно указали на недоказанность юридической аффилированности общества по отношению к заводу.

Кроме того, оценив характера сложившихся между должником и кредитором правоотношений, суды двух инстанций пришли к выводу об отсутствии оснований для вывода о фактической заинтересованности между названными лицами. Доказательств, опровергающих указанные выводы в материалах обособленного спора, не имеется (статья 65 АПК РФ).

Следует учитывать, что сама по себе аффилированность не является безусловным основанием для понижения требования. Субординация требования осуществляется в условиях возникновения задолженности в связи с совершением заинтересованными лицам противоправных действий с целью получения необоснованных выгод от банкротства, связанного с ними предприятия (пункты 1 - 9 Обзора), в случае если взаимодействие контролирующих лиц осуществлялось в пределах гражданско-правового оборота либо было очевидно для независимых кредиторов, требование такого заинтересованного лица понижению не подлежит (пункты 10, 11, 13 Обзора).

Возможность понижения требования кредитора применительно к правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена только для требований о возврате компенсационного финансирования, которое не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов (пункт 3 Обзора).

Под компенсационным финансированием понимается попытка вернуть контролирующим лицом подконтрольное ему предприятие, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования.

Таким образом, для правильного рассмотрения вопроса о наличии (отсутствии) оснований для субординирования требования кредитора необходимо установить не только его аффилированность (заинтересованность) по отношению к должнику, но и осуществление им противоправных действий по финансированию фактически неплатёжеспособного должника с целью получения необоснованных выгод от банкротства.

В данном случае судами двух инстанций отмечено, что завод прекратил исполнения принятых на себя обязательств перед кредиторами с апреля 2019 года и начиная со второй половины 2019 года находился в ситуации имущественного кризиса, то есть отвечал признаку неплатёжеспособности, при этом заключение и исполнение сделки между должником и обществом осуществлено более чего за год до наступления объективного банкротства и за четыре года до возбуждения дела о банкротстве.

Таким образом, учитывая недоказанность аффилированности (заинтересованности) общества по отношению к должнику, отсутствие у предприятия-банкрота имущественного кризиса по состоянию на дату вступления в правоотношения с кредитором, дату возникновения неисполненного обязательства, суды двух инстанций пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для применения положений Обзора с целью субординации заявленного требования.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, отклоняются.

Согласно части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

По смыслу приведённой процессуальной нормы преюдициальное значение приобретают лишь те фактические обстоятельства, установление которых судом ранее (по другому делу) основано на оценке спорных правоотношений в определённом объёме. Преюдициальное значение судебного акта следует воспринимать с учётом тех или иных особенностей ранее рассмотренного дела: предмета и основания заявленных требований, предмета доказывания, доводов участников спора, выводов суда по существу спора в связи с конкретными доказательствами, представленными лицами, участвующими в деле, и исследованными и оценёнными судом. При этом одна лишь оценка конкретного доказательства (в той или иной части) не может рассматриваться как основание, необходимое и достаточное для окончательного вывода о преюдиции.

Данная норма освобождает от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключает их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора.

Оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в рассмотренном ранее судебном деле, подлежит учёту в последующем деле. Однако при этом суд не связан предшествующей оценкой и придя к иным выводам должен указать соответствующие мотивы (пункт 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств», пункт 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

Таким образом, выводы арбитражных судов, изложенные в определении суда от 05.03.2022 по делу № А27-15710/2020 о доказанности аффилированности общества «СпецСвязьОборудование» по отношению к обществу «ТФМ-Оператор» по состоянию на период декабрь 2018 года - 2019 год, не являются преюдициальными по отношению к настоящему обособленному спору в рамках которого устанавливались аффилированность (заинтересованность) общества по отношению к заводу по состоянию на 20.11.2017 и 01.12.2017, наличие (отсутствие) объективного банкротства у должника на эти даты.

В целом доводы, приведённые кассатором в жалобе, не могут быть приняты во внимание на данной стадии процесса, поскольку они направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств по делу, что находится за пределами полномочий судебной коллегии (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов (часть 4 статьи 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 14.12.2021 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2024 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                   С.А. Доронин

 

Судьи                                                                                                                 О.В. Ишутина

 

ФИО1