﻿﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-54326/2019

Дело № А65-35101/2018

г. Казань

09 декабря 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2019 года

Полный текст постановления изготовлен 09 декабря 2019 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Ананьева Р.В., 

судей Карповой В.А., Фатхутдиновой А.Ф., 

при участии:

Тукмакова Максима Павловича (лично)

и.о. конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Анит» – Яндраловой Н.А.,

представителя общества с ограниченной ответственностью «Галлон» – Шамгуновой М.И. (доверенность от 03.06.2019),

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле – извещены надлежащим образом,  

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу Тукмакова Максима Павловича

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.07.2019 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2019 

по делу № А65-35101/2018

по заявлению Тукмакова Максима Павловича (ИНН 165910065634) о включении требований в реестр требований кредиторов,

 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Анит» (ИНН 1659002330, ОГРН 1021603462760), г.Казань,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.03.2019 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Анит» (далее - ООО «Анит», должник) введена процедура наблюдения, конкурсным управляющим утверждена Яндралова Наталья Александровна.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.07.2019 ООО «Анит» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на Яндралову Н.А.

Тукмаков Максим Павлович (далее – Тукмаков М.П., кредитор) обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением от 27.03.2019 о включении в реестр требований кредиторов ООО «Анит» требования в размере 1 407 451,02 руб. на основании договоров займа.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.07.2019, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2019, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Тукмаков М.П., не согласившись с принятыми судебными актами, обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Заявитель кассационной жалобы указал на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального права, а также несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела. 

Тукмаков М.П., явившийся в судебное заседание, доводы, изложенные в кассационной жалобе, поддержал.

Представители ООО «Анит» и общества с ограниченной ответственностью «Галлон», явившиеся в судебное заседание, с кассационной жалобой не согласились, просили оставить в силе обжалуемые судебные акты.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства уведомлены, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием к рассмотрению кассационной жалобы.

Судебная коллегия, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и проверив в соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, не нашла оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между Тукмаковым М.П. (займодавец) и ООО «Анит» (заемщик) заключены договоры займа от 12.11.2012, от 25.05.2015, по условиям которых Тукмаков М.П. предоставил должнику займы на сумму 850 000 руб. и 715 000 руб., соответственно, под 0,01% годовых, со сроком возврата до 31.12.2015.

Кроме того, между Тукмаковым М.П. (займодавец) и ООО «Анит» (заемщик) заключен договор займа от 25.07.2017, по условиям которого Тукмаков М.П. предоставил ООО «Анит» займ на сумму  275 000 руб. под 0,01% годовых со сроком возврата до 31.12.2017.

Денежные средства по вышеуказанным договорам займа были переданы должнику, что подтверждается квитанциями к приходно-кассовым ордерам от 25.11.2013 №8 на сумму 9 000 руб., от 09.12.2013 №9 на сумму 80 000 руб., от 11.12.2013 № 11 на сумму 75 000 руб., от 16.12.2013 №13 на сумму 300 000 руб., от 31.12.2013 №14 на сумму 90 000 руб., от 31.12.2013 №15 на сумму 98 595, 99 руб., от 23.10.2014 №11 на сумму 1 100 руб., от 25.05.2015 №4 на сумму 550 000 руб., от 10.07.2015 №5 на сумму 165 000 руб., чек-ордером от 25.07.2017 сумму 275 000 руб.

Полученные денежные средства вносились на расчетный счет должника и направлялись на погашение кредита в ПАО «Сбербанк» и оплату текущих обязательств должника, что подтверждается выпиской по расчетному счет должника.

Поскольку ООО «Анит» не исполнило обязательства по договорам займа, сумму займа в сроки, установленные в договорах займа, не возвратило, Тукмаков М.П. обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суды первой и апелляционной инстанций, в совокупности оценив доказательства, имеющиеся в материалах дела, в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что ООО «Анит» и Тукмаков М.П. являются аффилированными лицами, учитывая корпоративный характер правоотношений между кредитором и ООО «Анит», а также отсутствие доказательств экономической целесообразности ведения хозяйственной деятельности с должником, пришли к выводу о том, что целью оформления правоотношений между ООО «Анит» и кредитором являлось формирование подконтрольной кредиторской задолженности, в связи с чем отказали в удовлетворении заявленных требований.

Довод кассационной жалобы о том, что указанные выводы судов не соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, судебной коллегией отклоняется.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления и до принятия решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства, определяются на дату введения каждой процедуры, применяемой в деле о банкротстве и следующей после наступления срока исполнения соответствующего обязательства.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенном статьи 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

Из толкования пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве, разъяснений, изложенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» следует, что проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником, а также оценка сделки на предмет ее заключенности и ничтожности.

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), заявитель обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

Требование о включении в реестр задолженности по договорам займа по своей правовой природе аналогично исковому требованию о взыскании долга по соответствующему виду договора, за тем исключением, что в первом случае в отношении ответчика проводятся процедуры несостоятельности.

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания), позволяющие признать требования обоснованными, устанавливаются судебной практикой. В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется, как правило, повышенный стандарт доказывания. В то же время предъявление высокого стандарта доказывания к конкурирующим кредиторам считается недопустимым и влекущим их неравенство ввиду их ограниченной возможности в деле о банкротстве доказать необоснованность требования заявляющегося кредитора.

При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга. При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

На это неоднократно указывалось как в утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации обзорах судебной практики Верховного Суда Российской Федерации (обзоры № 1(2017), № 3(2017), № 5(2017), № 2(2018) со ссылками на определения № 305-ЭС16-12960, № 305-ЭС16-19572, № 301-ЭС17-4784 и № 305-ЭС17-14948 соответственно), так и в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривавшей подобные судебные споры (определения № 308-ЭС18-2197, № 305-ЭС18-413, № 305-ЭС16-20992(3), № 301-ЭС17-22652(1), № 305-ЭС18-3533, № 305-ЭС18-3009, № 305-ЭС16-10852(4,5,6), № 305-ЭС16-2411, № 309-ЭС17-344 и другие). Аналогичная правовая позиция изложена также в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 по делу № А41-36402/2012.

В рассматриваемом случае наличие долга подтверждалось договорами займа от 25.07.2017, от 12.11.2012, от 25.05.2015, квитанциями к приходно-кассовым ордерам и чек-ордером.

С точки зрения обычного общеискового процесса названных документов было бы вполне достаточно для взыскания долга.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

При этом сама по себе выдача займа участником должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства (определения Верховного Суда Российской Федерации от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647, от 06.08.2015 № 302-ЭС15-3973).

Вместе с тем, Верховным Судом Российской Федерации сформирована судебная практика, согласно которой при определенных обстоятельствах участнику либо иному аффилированному по отношению к должнику лицу может быть отказано во включении его требования в реестр на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, в частности, когда заем прикрывал корпоративные отношения по увеличению уставного капитала либо когда финансирование предоставлялось в рамках реализации публично нераскрытого плана выхода фактически несостоятельного должника из кризиса при условии, что такой план не удалось реализовать (определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (1), (2), от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4, 5), от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1, 2)).

При рассмотрении подобной категории дел в каждом конкретном случае надлежит исследовать правовую природу отношений между участником (аффилированным лицом) и должником, экономическую целесообразность и необходимость ведения с должником хозяйственной деятельности и т.п.

При этом доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической; второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475). 

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. 

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной), на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. 

При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческое решение о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику займов либо иным образом.

При этом если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и его кредиторов подразумевает в числе прочего оказание содействия таким кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана.

Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734(4, 5)).

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой мажоритарный участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование мажоритарного участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала. Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208).

К тому же изъятие вложенного названным мажоритарным участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами и в силу недобросовестности такого поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера).

В соответствии с выписками из Единого государственного реестра юридических лиц Тукмаков Максим Павлович до 19.08.2014 являлся директором и участником ООО «Анит» с долей в размере 50%.

При этом Тукмаков Максим Павлович является сыном Тукмакова Павла Федоровича, который является директором ООО «Анит».

Таким образом, Тукмаков М.П. и должник являются аффилированными лицами.

Если «дружественный» кредитор не подтверждает целесообразность заключения обеспечительной сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

При предоставлении доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного требования, на кредитора переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства (определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(2), от 11.07.2017 по делу № А40-201077/2015).

Как правильно отмечено судами, в данном случае имеется совокупность фактических обстоятельств, подтверждающих факт общности экономических интересов Тукмакова М.П. и ООО «Анит», то есть их фактическую аффилированность, а также наличие в действиях Тукмакова М.П. по представлению займов направленности на преодоление кризисной для должника финансовой ситуации.

Так полученные денежные средства вносились на расчетный счет должника и направлялись на погашение кредита в ПАО «Сбербанк России» и оплату текущих обязательств должника, что подтверждается выпиской по расчетному счет должника.

При этом займы были предоставлены в отсутствие какого-либо обеспечения под 0,01% годовых, в том числе при не возврате предыдущих займов, срок исполнения которых наступил, т.е. на условиях недоступных для иных участников гражданских отношений.

Кроме того, как правильно отмечено судами, Тукмаков М.П. длительный период не предъявлял к ООО «Анит» требований о возврате займа и выплате процентов, за весь период финансирования по договорам займа должником Тукмакову М.П. денежные средства не возвращались.   

Данные обстоятельства свидетельствуют об очевидном наличии у должника финансовых проблем.

Как правильно отмечено судами, в рассматриваемом случае обязательства, возникшие из договоров займа от 12.11.2012, от 25.05.2015, от 25.07.2017, носят корпоративный характер.

Данные действия должника и кредитора, с учетом установленной аффилированности, не могут быть объяснены с точки зрения такой цели как извлечение прибыли от своей деятельности и рассматриваются как создание искусственной задолженности для целей включения в реестр требований кредиторов, кредитование должника на условиях, недоступных для лиц, не входящих в одну группу компаний с кредитором, что свидетельствует о злоупотреблении правом.

Поскольку Тукмаков М.П. в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не обосновал экономическую целесообразность заключения договоров займа между аффилированными лицами, суды пришли к верному выводу о том, что в данном случае целью оформления правоотношений между ООО «Анит» и кредитором являлось искусственное увеличение подконтрольной кредиторской задолженности и последующего уменьшения количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

При таких обстоятельствах судебная коллегия считает, что суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу о том, что требования Тукмакова М.П. необоснованны и не подлежат удовлетворению.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, полно и всесторонне исследованы судебной коллегией, но в соответствии со статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отклонению, поскольку основаны на ошибочном толковании закона, не опровергают обстоятельств, установленных судами при рассмотрении настоящего дела, не влияют на законность обжалуемых судебных актов, не  подтверждены надлежащими доказательствами и направлены на переоценку доказательств, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Поскольку нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основанием к отмене или изменению обжалуемых судебных актов, не установлено, коллегия считает необходимым определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.07.2019 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2019 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.07.2019 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2019 по делу № А65-35101/2018 оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки установленные законом.

 

Председательствующий судья                                   Р.В. Ананьев 

 

Судьи                                                                          В.А. Карпова 

 

                                                                                    А.Ф. Фатхутдинова