АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-743/21 

Екатеринбург

15 июня 2022 г.

 

Дело № А60-10035/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 07 июня 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 июня 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е. А.,

судей Шершон Н. В., Новиковой О. Н.,

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «РНГО» (далее – общество «РНГО») и единственного учредителя (участника) общества с ограниченной ответственностью «Продовольственная компания» (далее - общество «Продовольственная компания, должник) ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 22.11.2021 по делу № А60-10035/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 02.03.2021);

общества «РНГО» – ФИО3 (доверенность от 25.04.2022);

ФИО4 лично и его представитель ФИО5 (доверенность от 15.02.2021).

В Арбитражный суд Свердловской области 02.03.2020 поступило заявление общества «РНГО» о признании общества «Продовольственная компания» несостоятельным (банкротом), которое определением от 20.03.2020 принято к рассмотрению, возбуждено дело о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.06.2020 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) к участию в деле о банкротстве должника в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Банк «Зенит» (публичное акционерное общество).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.06.2020 в отношении общества «Продовольственная компания» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.10.2020 общество «Продовольственная компания» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО6

Исполняющий обязанности конкурсного управляющего ФИО6 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок должника с обществом с ограниченной ответственностью «ЕК-Логистик» (далее - общество «ЕК-Логистик», ответчик) в виде перечисления денежных средств на общую сумму 8 517 988 руб. 24 коп., заявив также требование о взыскании с заинтересованного лица процентов за пользование чужими денежными средствами.

В качестве правового обоснования управляющим указаны положения статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), положения статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.11.2021 в удовлетворении заявления отказано. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2022 определение суда первой инстанции от 22.11.2021 оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами Общество «РНГО» и ФИО1 обратились в суд округа с кассационными жалобами.

Общество «РНГО» считает выводы судов о совершении платежей в счет обычных гражданско-правовых договоров не соответствующими материалам дела, полагает, что представленные в материалы настоящего дела доказательства не могут свидетельствовать о реальности хозяйственных отношений между сторонами договора хранения. Кроме того, кассатор полагает, что вывод судов об отсутствии оснований для оспаривания сделки и наличии разумной деловой цели при заключении сделки противоречит выводу о том, что в момент совершения спорной сделки займодавец сам обладал признаками неплатежеспособности, утверждает, что сторонами сделки не раскрыта экономически обоснованная цель выдачи должником займа по ставке в 3 раза ниже рыночной при том, что сам должник в указанный период имел существенные просроченные обязательства перед кредиторами; сторонами сделки не представлено доказательств реальности исполнения обязательств по договору купли-продажи фасовочной линии от 15.03.2017 и погрузчиков от 06.03.2017, кроме формальных документов - договора и акта приема-передачи, которые могут быть составлены между аффилированными лицами с целью создания видимости отношений.

ФИО1 не согласна с выводами судов о том, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами акционерным обществом «Тройка-Д Банк», Фирмой Цион Хандельс гмбх, должник имел признаки неплатежеспособности, просит исключить данные выводы из мотивировочной части постановления апелляционного суда, утверждая, что они не соответствуют действительности, опровергнуты материалами обособленного спора и могут негативно повлиять на рассмотрение настоящего дела о банкротстве в будущем, так как могут использоваться в качестве обязательных выводов при рассмотрении иных обособленных споров, противоречат иным судебным актам, принятым в рамках рассмотрения настоящего дела о банкротстве.

При этом, ФИО1 полагает кассационную жалобу общества «РНГО» не подлежащей удовлетворению. 

В отзыве ФИО4 считает кассационную жалобу общества «РНГО» не подлежащей удовлетворению, просит удовлетворить кассационную жалобу ФИО1

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 АПК РФ.

Судами установлено и из материалов дела следует, что в период с 19.04.2017 по 28.05.2018 должником в пользу общества «Ек-Логистик» осуществлено перечисление денежных средств в общей сумме 8 517 988 руб. 24 коп. в том числе:

1) с расчетного счета № 

<

***> в публичного акционерного общества «Банк Зенит» в пользу ответчика денежные средства в сумме 5 667 753 руб. 04 коп. с назначениями платежей «Оплата по договору 11 от 01.09.2016 г. за услуги по хранению товара», «Частичная оплата по счету-фактуре 5 от 06.03.2017 (за автопогрузчик)», «Оплата по договору поставки оборудования б/н от 06.03.2017», «Возврат излишне перечисленных денежных средств по договору транспортных услуг», «Доплата по счет-фактуре 5 от 06.03.17 (за автопогрузчик)», «Оплата по акту сверки от 20.10.2017»;

2) с расчетного счета № 

<

***> в акционерном обществу «Тинькофф Банк» в пользу ответчика  - денежные средства в размере 783 047 руб. 48 коп. с назначением платежей «Оплата по договору 11 от 01.09.2016 г. за услуги по хранению товара»;

3) с расчетного счета № 

<

***> в обществе с ограниченной ответственностью КБ «Кольцо Урала» в пользу ответчика -денежные средства в размере 2 067 187 руб. 73 коп. с назначениями платежей «Оплата по договору за услуги по складской обработке товара», «Предоставление денежных средств по договору процентного займа б/н от 15.06.2018 г.».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.03.2020 в отношении общества «Продовольственная компания» возбуждено производство по делу о его банкротстве, определением суда от 26.06.2020 введено наблюдение, решением суда от 21.10.2020 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство.

Обращаясь с заявлением о признании сделки недействительной, конкурсный управляющий просил признать указанные платежи недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ, применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества «ЕК-Логистик» в пользу должника 8 517 988 руб. 24 кол.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных требований, признав недоказанным причинение вреда кредиторам совершением оспариваемых перечислений, исходя из реальности взаимоотношений, в рамках которых они производились.

Суд апелляционной инстанции оставил определение суда первой инстанции без изменения, согласившись с выводами суда первой инстанции. Суды исходили из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума № 63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения; перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 9 Постановления Пленума № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления Пленума № 63).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 Постановления Пленума № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления Пленума № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума № 63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Для признания сделки недействительной по заявленным основаниям требуется доказать причинение вреда кредиторам должника оспариваемой сделкой, а также установить совокупность условий, для квалификации сделки в качестве недействительной, причинившей вред имущественным правам кредиторов должника и осведомленности стороны сделки о цели совершения указанной сделки.

В пункте 7 Постановления Пленума № 63 разъяснено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом (пункт 12 Постановления № 63).

Судами установлено, что оспариваемые сделки совершены в период с 19.04.2017 по 28.05.2018, то есть пределах трехлетнего периода подозрительности, определенного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, исходя из того, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением арбитражного суда от 20.03.2020.

Суды, установив, что единственным участником общества «ЕК-Логистик» в период с 13.06.2019 по настоящее время является ФИО7, бывшим участником общества «ЕК-Логистик» в период с 22.04.2014 по 13.06.2019, то есть в период совершения оспариваемых платежей, являлся ФИО8 (доля 100%), приходящийся сыном одного из учредителей общества «Продовольственная компания» ФИО9, ФИО7, свою очередь, является единственным участником общества с ограниченной ответственностью «Фреш-Маркет» (доля 100%) (ИНН 

<

***>), являющегося управляющей компанией общества с ограниченной ответственностью «УралПродукт» (ИНН 

<

***>), участником которого с долей 96% является единственный участник общества «Продовольственная компания» ФИО1, ФИО7 является генеральным директором общества с ограниченной ответственностью «Доктор Ливси», аффилированность которого по отношению к должнику установлена в судебном порядке, при том, что определением Арбитражного суда Свердловской области по делу № А60-10035/2020 от 17.12.2020 было отказано в удовлетворении требований о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Доктор Ливси», а также указано на факт вхождения общества «Продовольственная компания» и общества «Доктор Ливси» в одну группу компаний, заключили, что должник и ответчик являются заинтересованными лицами по признаку вхождения в одну группу лиц - группа компаний «Бест» (абзац третий статьи 19 Закона о банкротстве).

Проверив реальность правоотношений, суды установили, что перечисления денежных средств были осуществлены в соответствии с условиями договоров, существовавших между должником и ответчиком, вследствие чего, пришли к выводу, что вред должнику и его кредиторам не причинен.

Так, суды, исследовав отношения должника и кредитора в рамках договора хранения от 01.09.2016 №11, по условиям которого хранитель обязался за вознаграждение организовать хранение и складское обслуживание передаваемых поклажедателем грузов по адресу: Свердловская область, Сысертский район, Челябинский тракт 25 км, установили, что в подтверждение исполнения обязательств по договору ответчиком представлены счета-фактуры и расшифровки услуг к ним, в подтверждение отгрузки товаров, переданных на хранение ответчику, в пользу контрагентов должника представлены складские документы за 18.05.2017, согласно акту сверки за 2017 год на 31.12.2017 сумма долга в пользу ответчика составила 210 047 руб. 47 коп., согласно акту сверки за 2018 год на 31.12.2018 задолженность отсутствует, хранение осуществлялось ответчиком в складских помещениях, расположенных в нежилом здании с кадастровым номером 66:25:0306003:66 по адресу: Свердловская обл., Сысертский р-он, Челябинский тракт, 25 км, арендованных у общества с ограниченной ответственностью «Внешэкономпрод» по договору аренды 01.01.2015 № 15/1-В (требования общества «Внешэкономпрод» по договору признаны обоснованными постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.07.2021 по делу № А60-19068/2020). При этом согласно выпискам должника по счетам со ссылкой в назначении платежа на договор хранения и услуги по складской обработке совершены платежи за период с 20.03.2017 по 12.04.2021 на общую сумму 4 881 635 руб. 29 коп.

Касательно произведенных платежей за автопогрузчик в период с 15.05.2017 по 27.10.2017 на общую сумму 506 368 руб. 53 коп., суды установили, что в подтверждение реальности правоотношений, в счет исполнения обязательств по которым совершены оспариваемые платежи, представлен договор купли-продажи от 06.03.2017, заключенный между ответчиком (продавец) и должником (покупатель), предметом которого является передача в собственность покупателя товар - погрузчик модель RR M14, заводской № 708239/2004 и его оплата продавцу, товар подлежит передаче в срок до 31.03.2017, стоимость товара составила 523 660 руб., товар передан должнику по акту приема-передачи от 06.03.2017, по акту приема-передачи ТМЦ от 15.04.2021 № 2 и.о. конкурсного управляющего переданы 4 погрузчика, из них три погрузчика модели RR M14, при этом как указал сам и.о. конкурсного управляющего на одном из погрузчиков RR M14 заводская табличка с номером отсутствует. В отсутствие сведений о приобретении такого погрузчика должником по иным сделкам купли-продажи, нежели по договору от 06.03.2017 (по которому оплата производилась с назначением платежа «Частичная оплата по счету-фактуре 5 от 06.03.2017 (за автопогрузчик)»), суды констатировали, что погрузчик был передан должнику по спорной сделке, соответствующее имущество было передано представителю и.о. конкурсного управляющего.

Изучив осуществленные в счет предоставления займа по договору от 15.06.2018 платежи от 18.06.2018, 16.08.2018 на сумму 424 000 руб., суды установили, что в материалы дела представлен договор процентного займа от 15.06.2018, по условиям которого должник (займодавец) передает в собственность ответчику (заемщик) денежную сумму в размере 424 000 руб., а ответчик обязался вернуть заем в срок до 15.06.2020, размер процентов по договору составляет 5% годовых, спорный договор займа предусматривает встречное предоставление со стороны заемщика, а именно: возврат полученных денежных средств и проценты на сумму займа.

Отклоняя доводы конкурсного управляющего, который настаивал на том, что договор займа от 15.06.2018 и спорные платежи являются мнимой сделкой и могут быть признаны недействительными на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ, суды отметили, что сам по себе факт того, что ответчиком не была возвращена сумма займа, о неравноценности встречного представления не свидетельствует, в рассматриваемом случае заем беспроцентным не являлся, предусматривал уплату процентов за пользование суммой займа и начисление неустойки за несвоевременный возврат, что соответствует обычаям делового оборота при заключении подобного вида договоров, неисполнение заемщиком обязательств перед заимодавцем не свидетельствует о недействительности договора, а является основанием для предъявления должником к ответчику иска о взыскании задолженности.

Проанализировав платежи в счет оплаты по договору поставки оборудования от 15.03.2017 должником 27.10.2017 на сумму 2 627 670 руб., суды установили, что между сторонами заключен договор купли-продажи от 15.03.2017, по которому ответчик обязался передать в собственность должника товар общей стоимостью 2 627 670 руб., товар передан покупателю по акту приема-передачи от 15.03.2017, упаковочный материал передан согласно счете-фактуре от 20.03.2017 № 4, в соответствии с актом приема-передачи от 15.04.2021 ТМЦ № 2 платежные терминалы в количестве 8 штук переданы и.о. конкурсного управляющего.

Судами установлено, что в целях передачи данной линии и.о. конкурсного управляющего ФИО6 в адрес последнего электронной почтой 21.06.2021 ФИО4 было направлено письмо от 21.06.2021, в котором сообщалось о готовности передать фасовочную линию в составе загрузочного бункера, подающего транспортера, упаковочного аппарата, отводящего транспортера и иных ее составных частей, общим размером, ориентировочно, в длину 6-8 метров, в ширину до 3-х метров, в высоту до 5-ти метров. В этом же письме сообщался адрес местонахождения линии, предлагался способ ее отгрузки.

В ответ на данное письмо был получен запрос конкурсного управляющего от 21.06.2021 о предоставлении фотографий фасовочной линии, которые в этот же день были направлены ему ответным письмом по электронной почте.

Согласно представленным копиям доверенностей на передачу фасовочной линии прибыли представители конкурсного управляющего ФИО10 и ФИО11 23.06.2021, которые осмотрели фасовочную линию, расположенную в складском помещении по адресу: Свердловская область, Сысертский район, Челябинский тракт 25-й км, что зафиксировано в совместных фото указанных лиц и ФИО4 на фоне фасовочной линии.

Учитывая изложенное, суды пришли к выводу, что представленные доказательства не опровергают само наличие спорного имущества и его передачу должнику, непринятие и.о. конкурсного управляющего мер к принятию фасовочной линии не является основанием для признания сделки по оплате данного товара недействительной.

Как отметил апелляционный суд, приведенные доводы управляющего о том, что управляющему передана иная фасовочная линия, нежели указанная в договоре от 15.03.2017, не опровергает факт передачи оборудования.

Также приняты судом и разумные объяснения о том, что приобретенные должником у ответчика по договору купли-продажи от 15.03.2017 платежные терминалы в количестве 8 шт. и линия фасовки были переданы третьим лицом представителю и.о. конкурсного управляющего по акту, представленному в материалы дела, а упаковочный материал был израсходован в ходе хозяйственной деятельности должника. При этом при передаче линии фасовки была допущена ошибка и представителю и.о. конкурсного управляющего складским оператором обществом с ограниченной ответственностью «ОЖК» был передан иной номерной агрегат, не принадлежащий должнику. Впоследствии данная ошибка была исправлена, по актам от 25.01.2022 представителю и.о. конкурсного управляющего был передан номерной агрегат линии фасовки, принадлежащий должнику, а взамен и.о. конкурсного управляющего возвратил обществу «ОЖК» не принадлежащее должнику имущество, что управляющим не оспорено.

Изучив осуществленные платежи в качестве возврата излишне перечисленных денежных средств по договору транспортных услуг платежами от 06.09.2017, 08.11.2017 на сумме 19 455 руб. 36 коп., суды приняли во внимание, что по платежному поручению от 23.08.2017 № 251 в пользу должника в счет оплаты за транспортные услуги по договору от 20.04.2015№ 15 перечислено 53 000 руб.

В отношении платежа со ссылкой на акт сверки от 20.10.2017 в пользу ответчика платежом от 27.10.2017 в сумме 31 109 руб. 06 коп., суды установили, что по счет-фактуре от 13.04.2016 № 1 ответчиком в пользу должника передан товар «Гофра картонные коробки марка Т-21 ГОСТ 9142-90 400 x 300 x 250» в количестве 1 270 шт. на сумму 31 109 руб. 06 коп., между сторонами подписан акт сверки взаимных расчетом за период 13.04.2016-20.10.2017 по договору поставки материалов от 01.04.2016, где задолженность в пользу общества «ЕК-Логистик» названную сумму.

Суды приняли во внимание, что ответчиком и третьим лицом даны пояснения, согласно которым в рамках осуществления деятельности по реализации продуктовых товаров, их хранение осуществлялось в помещениях общества «ЕК-Логистик», которые последнее арендовало у общества «Внешэкономпрод». У ответчика в распоряжении отсутствовали средства для транспортировки товаров переданных на хранение, в связи с чем транспортировка осуществлялась должником.

Проанализировав приведенные обстоятельства, суды пришли к выводу о том, что предусмотренные договорами с должником условия соответствовали условиям сделок, обычно совершаемых ответчиком, должнику, при согласовании условий не было оказано каких-либо предпочтений; суды приняли во внимание, что в подтверждение реальности осуществления должником поставок в пользу ответчика последним представлены заявки, транспортные накладные, счета-фактуры, универсальные передаточные документы, в связи с чем сочли,  что денежная сумма в размере 8 517 988,24 рубля перечислена обществом «Продовольственная компания» в пользу общества «ЕК-Логистик» за период с 22.04.2014 по 13.06.2019 по конкретным обстоятельствам, на основании определенных сделок, которые управляющим не оспорены, суду не представлено доказательств того, что предусмотренная договором обязанность по поставке товара, договору хранения, займу, была выполнена должником надлежащим образом, что предусмотренные договорами условия не соответствовали обычаям делового оборота, что могло бы свидетельствовать об оказании ответчику некоего предпочтения путем установления большего размера ответственности должника, равно как и не представлено доказательств противоправности возврата должником излишне перечисленных ему денежных средств. 

Суды констатировали, что материалами дела не подтверждено, что при совершении спорной сделки имело место причинение вреда имущественным правам кредиторов, перечисленные в настоящем случае денежные средства  представляли собой исполнение обязательств должника и обратного исполняющим обязанности конкурсного управляющего не доказано, в связи с чем при недоказанности причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемой сделки основания для признания ее недействительной отсутствуют, полного состава, необходимого для признания сделки недействительной в соответствии с положениями  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не доказано.

          При этом суд апелляционной инстанции отметил, что доводы, которые приводятся и.о. конкурсного управляющего для целей признания сделки недействительной по правилам статей 10, 168 ГК РФ (отсутствие встречного предоставления, вывод активов при наличии признаков неплатежеспособности в пользу аффилированного лица), не свидетельствуют о том, что в условиях конкуренции норм обстоятельства совершения оспариваемых платежей выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10, 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Апелляционным судом отклонены доводы о неправомерном отказе в признании оспариваемых перечислений притворными сделками на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ,  исходя из следующего.

В силу положений пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. В подтверждение мнимости сделки необходимо установить, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.            

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. 

В настоящем случае, как установлено и отмечено судами, основанием для перечисления должником денежных средств послужил факт нарушения им предусмотренных договором обязанностей по своевременной поставке товара, что управляющим не опровергнуто. Между должником и ответчиком существовали отношения по купле - продаже, хранению, займу, которые фактически исполнялись, управляющим не оспаривались, условия договора согласовывались должником самостоятельно, в связи с чем оснований для признания того, что представленные ответчиком доказательства (договоры, приложения к ним, спецификации, товарные накладные и пр.) составлены лишь для вида, в целях намеренного создания сторонами иных правовых последствий, нежели последствий, возникающих из соответствующих договоров, являются необоснованными; реальность отношений управляющим не опровергнута; спорные платежи совершены при наличии к тому правовых оснований - в счет исполнения обязательств из договоров хранения, купли-продажи, займа, при наличии встречного предоставления, что подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.

Доводы о необходимости исключении из мотивировочной части постановления суда апелляционной инстанции выводов о наличии признаков неплатежеспособности не являются основанием для отмены вынесенного судебного акта,  поскольку выводы суда о неплатежеспособности должника в период, являвшийся предметом  рассмотрения в рамках данного обособленного спора, сделанные  без учета  ранее вынесенных в рамках настоящего дела о банкротстве судебных актов и вступивших в законную силу, периода возникновения задолженности  и момента совершения оспариваемых сделок, не привели  к принятию неправильного по существу судебного акта. 

Иные доводы заявителей по существу направлены на переоценку фактических обстоятельств дела и имеющихся в материалах дела доказательств.

Доводы кассаторов не свидетельствуют о неправильном применении судами при рассмотрении спора норм материального или процессуального права, по сути, выражают несогласие с выводами нижестоящих судов о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем, переоценка судом округа доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 22.11.2021 по делу № А60-10035/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «РНГО» и единственного учредителя (участника) общества с ограниченной ответственностью «Продовольственная компания» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               Е.А. Павлова 

 

Судьи                                                                            Н.В. Шершон 

 

                                                                                             О.Н. Новикова