ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А49-894/2017

г. Самара

12 апреля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 06 апреля 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 12 апреля 2021 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Поповой Г.О.,

судей Александрова А.И., Гольдштейна Д.К.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:

от ИП ФИО2 - лично, паспорт, представитель ФИО3, по доверенности от 16.1.2020

от иных лиц - не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №1 

апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО4 на определение Арбитражного суда Пензенской области от 12.02.2021 по заявлению ИП ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника,

по делу № А49-894/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Росток» ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***> (ФИО5 ул., 21 д., Пенза г., 440039),

УСТАНОВИЛ:

Дело о банкротстве ООО «Росток» возбуждено 17 февраля 2017 года по заявлению должника.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 27.03.2017 заявление ООО «Росток» (далее - должник) о признании его несостоятельным (банкротом) признано обоснованным и в отношении него введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6 Публикация в газете «КоммерсантЪ» произведена 08.04.2017.

Решением Арбитражного суда Пензенской области от 04.12.2017 ООО «Росток» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура конкурсного производства, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО6 Публикация в газете «КоммерсантЪ» произведена 16.12.2017.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 03.10.2018 конкурсным управляющим ООО «Росток» утвержден ФИО4, член Ассоциации «Краснодарская межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Единство».

В Арбитражный суд Пензенской области обратился кредитор ИП ФИО2 с заявлением (с учетом принятых судом уточнений, в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о включении 16 000 000 руб. - основной долг, в реестр требований кредиторов ООО «Росток» по делу о его несостоятельности (банкротстве), как обеспеченных залогом имущества должника.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 13.04.2020 производство по рассмотрению заявления ИП ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов ООО «Росток» приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по делу №А49-2007/2020.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 23.09.2020 производство по делу возобновлено.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 16.11.2020 к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены арбитражный управляющий ФИО7, Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Приволжскому федеральному округу.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 12.02.2021 (с учетом определения Арбитражного суда Пензенской области от 17.02.2021 об исправлении описки, опечатки, арифметической ошибки) заявление ИП ФИО2 удовлетворено, требование кредитора ИП ФИО2 в сумме 16 000 000 рублей основного долга признано установленными и подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Росток», как обеспеченное залогом имущества должника.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсного управляющего ФИО4 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции, принять новый судебный акт, отказав в удовлетворении заявленных требований, заявил ходатайство о привлечении в качестве третьих лиц: ФИО8, Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Северо-Западному федеральному округу, Управление ФНС России по Республике Коми, и рассмотреть обособленный спор по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2021 апелляционная жалоба конкурсного управляющего ФИО4 принята к производству, судебное заседание назначено на 06.04.2021.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.llaas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании представитель ИП ФИО2, и лично ФИО2 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили определение суда первой инстанции оставить без изменений, апелляционную жалобу - без удовлетворения, по основаниям указанным в отзыве, в удовлетворении ходатайства о привлечении третьих лиц, просили отказать.

Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещены (направлением почтовых извещений и размещением информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ) в связи с чем суд вправе рассмотреть дело в отсутствии представителей сторон согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

От ФИО9 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просил определение оставить без изменения, в удовлетворении ходатайства о привлечении третьих лиц, отказать.

Заслушав мнение лиц, участвующих в судебном заседании, рассмотрев ходатайство конкурсного управляющего ФИО4 о необходимости перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, судебная коллегия пришла к выводу об отсутствии нарушений судом первой инстанции норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, ввиду отсутствия правовых оснований для привлечения ФИО8, Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Северо-Западному федеральному округу, Управление ФНС России по Республике Коми третьими лицами, не заявляющих самостоятельных требований, поскольку в силу ч. 1 ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лицо подлежит привлечению лишь в случае если судебным актом затрагиваются его права и / или обязанности по отношению к одной из сторон спора. Обжалуемым судебным актом на ФИО8, Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Северо-Западному федеральному округу, Управление ФНС России по Республике Коми какие-либо обязанности не возложены, указание судом в судебном акте фактических обстоятельств дела не затрагивает права и обязанности указанных лиц.

Как следует из материалов дела, в суде первой инстанции ходатайство о привлечении к участию в деле указанных лиц не заявлялось, а в силу части 3 статьи 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в арбитражном суде апелляционной инстанции не применяются правила о привлечении к участию в деле третьих лиц.

Следовательно, основания для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дел в арбитражном суде первой инстанции, отсутствуют.

Более того, в качестве третьего лица по настоящему делу привлечено Межрегионального управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по Приволжскому федеральному округу. Данное управление входит в одну систему органов федеральной службы по финансовому мониторингу с Межрегиональным управлением Федеральной службы по финансовому мониторингу по Северо-Западному федеральному округу, в связи с чем, вопрос об участии в деле службы финансового мониторинга судом первой инстанции разрешен.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенном статьями 71, 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

На основании положений пункта 10 статьи 16, пунктов 3 - 5 статьи 71, пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд внешним управляющим, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия, а также кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов. Такие возражения предъявляются в течение тридцати дней с даты включения в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведений о получении требований соответствующего кредитора. Лица, участвующие в деле о банкротстве, вправе заявлять о пропуске срока исковой давности по предъявленным к должнику требованиям кредиторов (п. 3 ст. 100 Закона о банкротстве).

ИП ФИО2, посчитав, что у него возникло право требования в отношении ООО «Росток» основанное на наличии у последнего залогового имущества, обеспечивающего исполнение договора займа, и сохранения за ИП ФИО2 права залога, обратился в Арбитражный суд Пензенской области с заявлением о включении суммы задолженности в реестр требований кредиторов должника, как обеспеченное залогом имущества должника.

Суд апелляционной инстанции по результатам повторного рассмотрения дела в соответствии со ст. 71, 268 АПК РФ считает, что выводы суда первой инстанции, послужившие основанием для удовлетворения заявления, сделаны при полном исследовании материалов дела и правильном применении норм материального права.

Из материалов дела следует, что между 08.04.2016 ООО «Росток» и ФИО10 заключен договор дарения, в соответствии с условиями которого ООО «Росток» передал в дар, а руководитель ФИО10 принял недвижимое имущество: нежилое помещение, назначение: нежилое, общей площадью 288,1 кв.м, этаж 1, адрес объекта: 

<

...>, кадастровый (или условный номер) 58:29:4005016:663.

13.04.2016 подписано дополнительное соглашение к договору, в силу которого даритель известил одаряемого о наличии в отношении недвижимости обременений, в том числе ипотеки в пользу АККСБ «КС Банк» (ПАО филиал «Пензенский») и договора аренды с ЗАО «Глобэксбанк».

Переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке, приобретателю выдано свидетельство о праве собственности 58-58/038-58/038/004/2016-1329/2.

12.11.2018 между ИП ФИО2 и ИП ФИО10 заключен договор займа №4, в соответствии с условиями которого займодавец обязался передать ФИО10 денежные средства в сумме 16 000 000 рублей со сроком возврата до 11.11.2019 года под 18,19% годовых.

В качестве доказательств перечисления денежных средств в материалы дела представлено платежное поручение №911465 от 12.11.2018.

В обеспечение исполнения обязательств по договору займа между сторонами 12.11.2018 заключен договор залога, в соответствии с которым залогодатель передал в залог залогодержателю и залогодержатель принял в залог принадлежащее залогодателю на праве собственности нежилое помещение, назначение: нежилое, общей площадью 288,1 кв.м, этаж 1, адрес объекта: 

<

...>, кадастровый (или условный номер) 58:29:4005016:663.

Стороны оценили предмет залога в 20 000 000 рублей, исходя из отчета об оценке №ОЦ-2333-18 от 31.10.2018.

В соответствии со ст. 339.1 ГК РФ залог надлежащим образом зарегистрирован 29.11.2018 г. за №58:29:4005016:663-58/059/2018-9.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 27.02.2019, вступившим в законную силу, удовлетворено заявление конкурного управляющего ФИО4, признан недействительным договор дарения от 08.04.2016, заключенный между ООО «Росток» и ФИО10, применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО10 возвратить в конкурсную массу ООО «Росток» недвижимое имущество - нежилое помещение, назначение: нежилое, общей площадью 288,1 кв.м, этаж 1, адрес объекта: 

<

...>, кадастровый (или условный номер) 58:29:4005016:663, сохранив за ИП ФИО2 право залога.

Наследником ФИО10 в связи со смертью последнего является его сын ФИО9

12.11.2019 ИП ФИО2 обратился к ФИО9 с требованием погасить образовавшуюся задолженность, которое последним сообщением от 04.12.2019 оставлено без удовлетворения.

Обстоятельства признания сделки должника недействительной, отсутствие возврата денежных средств по договору займа от 12.11.2018 со стороны наследника ФИО9 послужило основанием для обращения ИП ФИО2 в суд с настоящим заявлением.

Для установления судом, рассматривающим дело о банкротстве, требований залогодержателя решение суда о взыскании долга с основного должника не требуется, на что прямо указано в абзаце пятом пункта 20 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 №58 "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя".

Из толкования пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве, разъяснений, изложенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" следует, что проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником, а также оценка сделки на предмет ее заключенности и ничтожности.

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), заявитель обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

Согласно статье 329 Гражданского кодекса Российской Федерации залог является одним из способов обеспечения обязательства.

По пункту 1 статьи 334 ГК РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

Если иное не предусмотрено законом или договором, залог обеспечивает требование в том объеме, какой оно имеет к моменту удовлетворения, в частности проценты, неустойку, возмещение убытков, причиненных просрочкой исполнения, а также возмещение необходимых расходов залогодержателя на содержание предмета залога и связанных с обращением взыскания на предмет залога и его реализацией расходов (статья 337 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 335 ГК РФ право передачи вещи в залог принадлежит собственнику вещи. Лицо, имеющее иное вещное право, может передавать вещь в залог в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом. Если вещь передана в залог залогодержателю лицом, которое не являлось ее собственником или иным образом не было надлежаще управомочено распоряжаться имуществом, о чем залогодержатель не знал и не должен был знать (добросовестный залогодержатель), собственник заложенного имущества имеет права и несет обязанности залогодателя, предусмотренные настоящим Кодексом, другими законами и договором залога. Правила, предусмотренные абзацем вторым настоящего пункта, не применяются, если вещь, переданная в залог, была утеряна до этого собственником или лицом, которому вещь была передана собственником во владение, либо была похищена у того или другого, либо выбыла из их владения иным путем помимо их воли.

Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 07.06.2013 №16513/11 также был сформулирован подход о сохранении права залога за добросовестным залогодержателем при применении последствий недействительности сделки, на основании которой залогодатели приобрели переданное впоследствии в залог имущество.

Материалы дела свидетельствуют о том, что при заключении договора залога ФИО10 являлся собственником спорного имущества.

Ссылка конкурсного управляющего об отсутствии намерения ФИО10 распоряжаться заемными средствами, признается судебной коллегий несостоятельной, поскольку доказательством реальности исполнения договора займа являются представленные в материалы дела платежные документы о погашении процентов по займу.

Сведений о неправомерном характере владения ФИО10 спорным имуществом на момент предоставления недвижимого имущества в залог не существовало. Доказательств осведомленности ИП ФИО2 о заключении сторонами договора дарения от 08.04.2016 с нарушением требований законодательства о банкротстве, не представлено, им предприняты все зависящие от него разумные меры по проверке правомерности действий контрагента на предоставление имущества в залог.

Данные обстоятельства отражены в определении суда от 27.02.2019, в связи с чем, в силу ст. 69 ч. 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не подлежат повторному доказыванию.

При этом договор залога от 12.11.2018 в установленном законом порядке недействительным не признан, доказательства прекращения залога в материалы дела не представлено.

С учетом изложенного, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что ИП ФИО2 является добросовестным залогодержателем, в связи с чем признание недействительным договора дарения от 08.04.2016 не повлекло за собой также признание недействительным договора залога и не лишило кредитора статуса залогодержателя.

В силу положений статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона и иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом или договором.

В соответствии с абзацем вторым пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом в деле о банкротстве, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

Суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, установив факт наличия задолженности ФИО10 перед ИП ФИО2 в размере 16 000 000 рублей, учитывая факт выбытия у ООО «Росток» заложенного имущества, а также, что ИП ФИО2 является добросовестным залогодержателем и возврат указанного имущества должнику, а также смерть заемщика не привели ни к прекращению договора займа, ни залога, руководствуясь статьями 334, 335,418 ГК РФ, пунктом 4 статьи 134 Закона о банкротстве, правомерно сделал вывод об удовлетворении в полном объеме в размере 16 000 000 рублей основного долга.

Согласно пункту 1 статьи 334 ГК РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лицами, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом.

В пункте 20 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 №58 "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя" разъяснено, что в соответствии с пунктом 5 статьи 138 Закона о банкротстве требования залогодержателей по договорам о залоге, заключенным с должником в обеспечение исполнения обязательств иных лиц, также удовлетворяются в порядке, предусмотренном статьей 138 Закона о банкротстве. Указанные залогодержатели обладают правами конкурсных кредиторов, требования которых обеспечены залогом имущества должника, во всех процедурах, применяемых в деле о банкротстве.

При введении процедуры наблюдения в отношении залогодателя применительно к абзацу второму пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве требования об обращении взыскания на заложенное имущество могут быть предъявлены только в деле о банкротстве путем подачи заявления о включении их в реестр требований кредиторов в качестве требований залогового кредитора.

Таким образом, ИП ФИО2, воспользовавшись правом, представленным ему законом, имеет право на включение своих денежных требования, как обеспеченных залогом, поскольку ООО «Росток» после возврата спорного имущества по недействительной сделке приобрело права и обязанности залогодателя.

Довод конкурного управляющего о пропуске ИП ФИО2 двухмесячного срока на предъявление настоящего требования судом отклоняется как необоснованный ввиду следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства, следовательно, в этот же срок конкурсный кредитор, требования которого к должнику обеспечены залогом имущества, должен определиться со своим статусом: быть ли ему залоговым кредитором или кредитором на общих основаниях, о чем конкурсный кредитор вправе заявить в суде как при установлении требований, так и после включения его требования в реестр.

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 №58 "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя" (далее - Постановление №58) определено, что если залоговый кредитор предъявил свои требования к должнику или обратился с заявлением о признании за ним статуса залогового кредитора по делу с пропуском срока, установленного пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве, он не имеет специальных прав, предоставляемых залогодержателям Законом о банкротстве (право определять порядок и условия продажи заложенного имущества в конкурсном производстве и др.).

Положения названного пункта означают, что требование опоздавшего залогодержателя удовлетворяется преимущественно из суммы, вырученной от продажи предмета залога и оставшейся после погашения требований, включенных в реестр, то есть преимущественно перед иными зареестровыми требованиями.

Данная позиция отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.04.2019 N 304-ЭС17-1382 (8).

Однако, определение о признании договора дарения от 08.04.2016 недействительной сделкой вступило в законную силу 19.12.2019.

В абзаце 2 пункта 1 Постановления №58 разъяснено, что, если судом не рассматривалось ранее требование залогодержателя об обращении взыскания на заложенное имущество, то суд при установлении требований кредитора проверяет, возникло ли право залогодержателя в установленном порядке (имеется ли надлежащий договор о залоге, наступили ли обстоятельства, влекущие возникновение залога в силу закона), не прекратилось ли оно по основаниям, предусмотренным законодательством, имеется ли у должника заложенное имущество в натуре (сохраняется ли возможность обращения взыскания на него).

В силу части 5 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 №218-ФЗ"О государственной регистрации недвижимости" государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права.

Согласно пункту 2 статьи 8.1 ГК РФ права на имущество, подлежащие регистрации (в том числе право собственности на недвижимое имущество), возникают, изменяются, прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

Таким образом, поскольку статус кредитора как залогового определяется двумя критериями - наличием у кредитора залога на имущество должника и фактическом нахождении этого имущества в собственности последнего, а также в связи с тем, что право собственности на недвижимое имущество возникает с момента государственной регистрации на него, у ИП ФИО2 не имелось оснований для обращения в суд с требованием к должнику до государственной регистрации права собственности на спорное недвижимое имущество за должником.

Применение к данному конкретному случаю по аналогии разъяснений, содержащиеся в пункте 27 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", возможно только с учетом особой специфики спорного недвижимого имущества, права (в т.ч. обременение залогом) на которое возникли у должника только после государственной регистрации перехода права собственности.

Учитывая, что регистрация права собственности в отношении спорного имущества за должником произведена только 19.02.2020, а настоящее заявление подано кредитором в арбитражный суд 06.12.2019, оснований считать двухмесячный срок на предъявление требований для включения в реестр кредиторов должника пропущенным у суда не имеется.

Позиция конкурного управляющего об отсутствии у ИП ФИО2 на момент предоставления ФИО10 денежных средств по договору займа в размере 16 000 000 рублей, что влечет ничтожность договора ввиду его безденежности судом проверялась при вынесении определения от 27.02.2019 и нашла свою правовую оценку.

Исходя из положений норм гражданского законодательства, передача заимодавцем заемщику суммы займа является основным и необходимым условием заключения договора займа, являющегося реальным договором.

Между тем, в силу специфики дел о банкротстве само по себе наличие договора займа и расписки в получении денег не является единственным и достаточным доказательством возникновения заемного обязательства.

При доказывании в деле о банкротстве обстоятельств предоставления заемных средств необходимо учитывать следующее.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 3 пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - Постановления Пленума №35), при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В материалы настоящего обособленного спора в качестве доказательства реальности заключения договора займа и передачи денежных средств предоставлено платежное поручение №911465 от 12.11.2018, а также доказательства выплаты ФИО10 процентов по договору займа (платежные поручения №71176 от 17.12.2018, №912918 от 15.01.2019, №77254 от 13.02.2019), а также выписка по расчетному счету ИП ФИО2 за период 12.11.2018 - 20.02.2019.

Кроме этого, кредитор представленными в материалы дела доказательствами раскрыл природу происхождения переданных по договору займа денежных средств - получение прибыли от участия в ООО «Пенсионный администратор».

В качестве доказательств использования ФИО10 денежных средств его представитель ранее ссылался на проблемы со здоровьем.

При таких обстоятельствах, учитывая, что договор займа заключен между ИП ФИО2 и ИП ФИО10 повышенный стандарт доказывания реальности заключения договора займа в данном случае применению не подлежит. Кроме этого, передача ФИО10 денежных средств подтверждена не распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, а платежным поручением.

Проверяя довод конкурного управляющего о необходимости раскрытия движения денежных средств при наличии возражений о том, что имеет место внутригрупповое движение денежных средств (Определение Верховного суда РФ №309-ЭС20-2354 от 20.08.2020), установлено, что факт создания подконтрольной фиктивной кредиторской задолженности надлежащими документами не доказан.

Для констатации сомнительности залога должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения займодавца от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении данным займодавцем своими правами во вред иным участникам оборота, в частности, остальным кредиторам должника ( п. 4 ст. 1, п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К их числу могут быть отнесены, в том числе: участие кредитора в операциях по неправомерному выводу активов, получение кредитором безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности, реализация договоренностей между заимодавцем и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы поручителя, при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами).

Применение упомянутого подхода для разрешения подобного рода споров зависит от статуса кредитора по отношению к заемщику и залогодателю.

В ситуации, когда кредитор является независимым от группы заемщика лицом, предоставленные в виде займа денежные средства, как правило, выбывают из-под контроля кредитора, поэтому предполагается, что главная цель залога заключается в создании дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств. Следовательно, доказывание недобросовестности кредитора осуществляется лицом, ссылающимся на данный факт (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, конкурсный управляющий, исходя из вышеуказанных рекомендаций, разработанных Верховным судом РФ, доказательств, свидетельствующих об аффилированности вышеуказанных лиц между собой не представил, при этом недобросовестность кредитора в отсутствие факта заинтересованности, значительном отклонении его поведения от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, о фактическом злоупотреблении своими правами во вред иным участникам оборота, в частности, остальным кредиторам должника надлежащими доказательствами также не подтверждены.

Доказательства наличия признаков запутанности или необычности характера сделок, не имеющих очевидного экономического смысла или очевидной законной цели (Постановление Пленума ВС РФ от 07.07.2015 г. №32 «О судебной практике по делам о легализации (отмывании денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем») как со стороны кредитора, так и со стороны ФИО10 не представлены, указанные доводы носят ничем не подтвержденный характер.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства.

Доводы апелляционной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в апелляционной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда первой инстанции и были им обоснованно отклонены.

Так как доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта не установлено,  определение суда от 12.02.2021 является законным и обоснованным.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд       

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пензенской области от 12.02.2021 по делу № А49-894/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                       Г.О. Попова

Судьи                       А.И. Александров

                                                                                                                      Д.К. Гольдштейн