ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

14.06.2024

Дело № А40-171763/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13.06.2024

Полный текст постановления изготовлен 14.06.2024

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Петропавловской Ю.С.,

судей: Латыповой Р.Р., Шевченко Е.Е.,

при участии в заседании:

от ООО «Профф лайн»: ФИО1 по доверенности от 11.05.2023, паспорту; 

от Московской таможни: ФИО2 по доверенности от 28.12.2023, паспорту;

от ООО «Биокард Логистикс»: не явился, извещён;

от ООО «ЕЛТРАНС+»: не явился, извещён;

рассмотрев 13.06.2024 в судебном заседании кассационную жалобу Московской таможни,

на решение от 06.10.2023 Арбитражного суда города Москвы

на постановление от 27.03.2024 Девятого арбитражного апелляционного суда

по делу № № А40-171763/2021

по заявлению ООО «Профф лайн»

к Московской таможне

третьи лица: ООО «Биокард Логистикс», ООО «ЕЛТРАНС+»,

об оспаривании решения,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Профф Лайн» (далее – общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд города Москвы к Московской областной таможне (далее - таможенный орган, таможня) с заявлением о признании незаконным решения от 19.07.2021 №10013000/210/190721/Т000076/001 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Биокард Логистикс», ООО «ЕЛТРАНС+».

Решением Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2021, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2022, заявленные требования удовлетворены.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 30.01.2023 г. решение Арбитражного суда г. Москвы от 23.12.2021 г. по делу N А40-171763/21-33-1276 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2022 года отменены,  дело передано на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 06.10.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2024, заявленные требования удовлетворены.

В кассационной жалобе таможня просит отменить данные судебные акты, ссылаясь на неправильное применение судами норм права, неполное выяснение фактических обстоятельств.

В судебном заседании представитель таможни поддержал доводы и требования кассационной жалобы, представитель общества возражал против удовлетворения кассационной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве (приобщен к материалам дела). 

Иные лица, извещенные надлежащим образом о дате, месте и времени судебного разбирательства в суде кассационной инстанции, своих представителей не направили, что в силу положений части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, кассационная инстанция не находит оснований для изменения или отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Арбитражные суды установили, что между заявителем, являющимся российской коммерческой организацией, и компанией Johannes Kiehl KG (далее - Продавец, Правообладатель), являющейся немецкой коммерческой организацией, 04.04.2008 был заключен Договор № 01/08 (далее - Договор).

На основании Договора Заявителем с 2008 года ввозятся на таможенную территорию Российской Федерации товары - профессиональные моющие средства, автохимия и автокосметика.

В соответствии с п.1.1 Договора Продавец обязуется передать в собственность покупателя, а Покупатель обязуется оплатить и принять производимую Продавцом продукцию на условиях Договора.

Согласно п.1.2 Договора, по Договору поставляются профессиональные моющие средства, автохимия и автокосметика. Наименование, ассортимент, стоимость (в Евро) за каждую единицу товара указываются в спецификациях, которые выставляются на каждую поставку (п.1.4 Договора). Продукция поставляется париями в соответствии со спецификацией на каждую поставку (п.1.5 Договора).

Согласно п.2.1 Договора, Покупатель производит расчет за продукцию безналичным перечислением денежных средств на расчетный счет Продавца.

Согласно п.2.3 Договора, затраты, связанные с уплатой ввозных таможенных пошлин, таможенных платежей, НДС на таможне, иных платежей, связанных с таможенной очисткой товара, лежит на Покупателе.

Согласно п.3.1 Договора, право собственности на продукцию переходит от Продавца к Покупателю в момент ее передачи транспортной компании Покупателя на складе Продавца. В соответствии с п.6.1 Договора Продавец отгружает продукцию Покупателю в течение 14 (четырнадцати) календарных дней с момента получения заявки от Покупателя. Продавец считается выполнившим свои обязанности по Договору, когда он предоставил продукцию в распоряжение Покупателя на своем складе в городе Оделцхаузен без осуществления выполнения таможенных формальностей, необходимых для вывоза, и без погрузки продукции на транспортное средство.

В соответствии с п.п.5.1, 5.2 Договора, Продавец обязан обеспечить за свой счет упаковку товара для его перевозки; стоимость тары, упаковки и маркировки входит в стоимость продукции.

Вместе с тем, между заявителем и Johannes Kiehl KG 11.01.2016 заключено Соглашение №1 к Договору (зарегистрировано в Роспатенте как самостоятельный лицензионный договор 09.12.2016 № РД0212408).

В дальнейшем между Заявителем и Johannes Kiehl KG были заключены следующие дополнительные соглашения к лицензионному договору:

-        Соглашение от 22.12.2016 №2 к Договору (дата и номер государственной регистрации в Роспатенте: 06.07.2017 РД0226929);

-        Соглашение от 06.12.2017 №3 к Договору (дата и номер государственной регистрации в Роспатенте: 01.02.2018 РД0242904);

-        Соглашение от 18.12.2018 №4 к Договору (дата и номер государственной регистрации в Роспатенте: 13.02.2019 РД0286046);

-        Соглашение от 16.12.2019 №5 к Договору (дата и номер государственной регистрации в Роспатенте: 26.02.2020 РД0326326);

-        Соглашение от 21.12.2020 № 6 к Договору (дата и номер государственной регистрации в Роспатенте: 04.02.2021 РД0353922).

Указанными соглашениями пролонгировался срок предоставления права на использование товарного знака «KIEHL», а также корректировался размер лицензионных платежей в связи с изменением ставки НДС. При этом условия использования товарного знака оставались неизменными - Заявителю предоставлялось право (в соответствии с Соглашением от 11.01.2016 №1 к Договору - исключительное, в соответствии с Соглашениями №№2 - 6 к Договору - неисключительное) использования товарного знака «KIEHL» путем его указания на вывесках, бланках, иной документации, объявлениях в рекламе, в сети Интернет, местах продаж на всей территории Российской Федерации.

Таможенным органом в отношении Заявителя проведена камеральная таможенная проверка, в ходе которой были проверены следующие таможенные декларации:            10013110/180918/0045698; 10013110/190918/0045974; 10013110/190918/0045975; 10013110/161018/0051062; 10013110/061118/0054926; 10013110/061118/0054933; 10013090/201118/0017791; 10013110/281118/0059314; 10013110/251218/0064916; 10013110/251218/0064963; 10013110/251218/0064969; 10013110/150119/0000984; 10013110/050219/0004548; 10013110/060219/0004874; 10013110/120219/0005850; 10013110/180219/0006923; 10013160/270219/0027963; 10013160/270219/0027971; 10013160/040319/0034746; 10013160/060319/0039680; 10013160/060319/0039761; 10013160/060319/0040466; 10013160/120319/0050375; 10013160/200319/0063487; 10013160/250319/0071175; 10013160/250319/0071180; 10013160/020419/0086776; 10013160/230419/012226; 10013160/240419/0124638; 10013160/160519/0156064; 10129060/290519/0012078; 10013160/220719/0265771; 10013160/060819/0291949; 10013160/280819/0333825; 10013160/030919/0342773; 10013160/250919/0383740; 10013160/221019/0435198; 10013160/271119/0508118; 10013160/201219/0562109; 10013160/160120/0011708; 10013160/280120/0033527; 10013160/180220/0079612; 10013160/280220/0101252; 10013160/160320/0136015; 10013160/240320/0153148; 10013160/300320/0166702; 10013160/070420/0182812; 10013160/200420/0203328; 10013160/050520/0226975; 10013160/120520/0237365; 10013160/090620/0288906; 10013160/150620/0299044; 10013160/170620/0304398; 10013160/050820/0405470; 10013160/240820/0446112; 10013160/061020/0551345; 10013160/230419/0122240; 10013160/250419/0126737; 10013160/210519/0163454; 10013160/190619/0211509; 10013160/300719/0280291; 10013160/060819/0291953; 10013160/280819/0333865; 10013160/160919/0364908; 10013160/250919/0384334; 10013160/231019/0437969; 10013160/121219/0542948; 10013160/201219/0562156; 10013160/160120/0011724; 10013160/290120/0035531; 10013160/180220/0079908; 10013160/030320/0109880; 10013160/170320/0140621; 10013160/250320/0157445; 10013160/300320/0168125; 10013160/090420/0187476; 10013160/270420/0214764; 10013160/060520/0228411; 10013160/150520/0244846; 10013160/090620/0290354; 10013160/150620/0299267; 10013160/220620/0312785; 10013160/120820/0422220; 10013160/250820/0449328; 10013160/240419/0124622; 10013160/150519/0153857; 10013160/290519/0178534; 10013160/160719/0257138; 10013160/300719/0280293; 10013160/130819/0305302; 10013160/030919/0342762; 10129060/170919/0025405; 10013160/081019/0408497; 10013160/131119/0480113; 10013160/121219/0542965; 10013160/150120/0009513; 10013160/200120/0016310; 10013160/100220/0062367; 10013160/250220/0092283; 10013160/100320/0123389; 10013160/180320/0141530; 10013160/250320/0158255; 10013160/070420/0182610; 10013160/170420/0200431; 10013160/280420/0217530; 10013160/120520/0236772; 10013160/190520/0249629; 10013160/110620/0293975; 10013160/160620/0302511; 10013160/070720/0342673; 10013160/120820/0422338; 10013160/061020/0551298; 10013160/091120/0633178; 10013160/161220/0728344; 10013160/231220/0748422.

По результатам камеральной таможенной проверки таможенным органом принято Решение от 19.07.2021 №10013000/210/190721/Т000076/001 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров (далее - Оспариваемое решение).

В решении таможенным органом сделан вывод о несоблюдении заявителем положений, установленных пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, что повлекло за собой возникновение обязанности по уплате таможенных платежей в размере 9 644 395,68 руб.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения общества в Арбитражный суд города Москвы с рассматриваемым заявлением. 

Удовлетворяя заявленные требования, суды руководствовались положениями главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и исходили из следующего.

Согласно п. 3 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 № 42 «Об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза» при проведении контроля таможенной стоимости товаров используется имеющаяся в распоряжении таможенного органа информация, в максимально возможной степени сопоставимая с имеющимися в отношении ввозимых товаров сведениями, включая сведения об условиях и обстоятельствах рассматриваемой сделки, физических характеристиках, качестве и репутации ввозимых товаров. Таможня не представила доказательств соблюдения указанных требований.

Согласно абз. 3 п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - постановление Пленума) отличие заявленной декларантом стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов может рассматриваться в качестве одного из признаков недостоверного определения таможенной стоимости, если такое отклонение является существенным.

В соответствии с п. 1 ст. 325 ТК ЕАЭС если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации.

Согласно п. 4 ст. 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях:

1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения;

2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

В соответствии с подп. 7 п. 1 ст. 40 ТК ЕАЭС лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, включая роялти, платежи за патенты, товарные знаки, авторские права, которые относятся к ввозимым товарам и которые прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель в качестве условия продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию Союза, в размере, не включенном в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за эти товары. При определении таможенной стоимости ввозимых товаров не должны добавляться к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате:

а) платежи за право на воспроизведение (тиражирование) ввозимых товаров на таможенной территории Союза;

б) платежи за право распределения или перепродажи ввозимых товаров, если такие платежи не являются условием продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию Союза.

В целях выработки единых подходов к решению вопроса о включении лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности в таможенную стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, Коллегией Евразийской экономической комиссии была разработана Рекомендация от 15.11.2016 N 20, в соответствии с которой с 17.11.2016 рекомендовано применять Положение о добавлении лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары (далее - Положение Коллегии ЕЭК).

Рекомендацией Коллегии Евразийской экономической комиссии от 28.08.2018 № 15 в Положение Коллегии ЕЭК с 30.08.2018 были внесены изменения.

В соответствии с п. 4 Положения Коллегии ЕЭК в качестве лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности рассматриваются любые платежи (в том числе роялти, вознаграждения) за использование результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации, к которым в соответствии с международными договорами, международными договорами и актами, составляющими право Союза, и законодательством государств-членов относятся произведения науки, литературы и искусства, фонограммы, изобретения, полезные модели, промышленные образцы, секреты производства (ноу-хау), товарные знаки, прочие объекты интеллектуальной собственности (далее - лицензионные платежи).

Согласно п. 5 Положения Коллегии ЕЭК, обязанность по уплате лицензионных платежей является частью договорных отношений между лицензиатом и правообладателем (лицензиаром), которые могут быть оформлены лицензионным договором (соглашением), сублицензионным договором (соглашением), договором коммерческой концессии (франчайзинга), договором коммерческой субконцессии (субфранчайзинга) либо иным видом договора (далее - лицензионный договор).

В соответствии с п. 7 Положения Коллегии ЕЭК в целях проверки выполнения условий, предусмотренных абзацем первым подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, и решения вопроса о том, подлежат ли лицензионные платежи добавлению к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, должны быть проанализированы условия лицензионного договора и внешнеэкономического договора (контракта), в соответствии с которым осуществляется продажа товаров для вывоза на таможенную территорию Союза, а также иные документы, имеющие отношение к продаже товаров и уплате лицензионных платежей.

В случае, когда лицензионные платежи не включены в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, и уплачиваются отдельно от счета на оплату оцениваемых (ввозимых) товаров, при решении вопроса о необходимости включения лицензионных платежей в таможенную стоимость этих товаров следует принимать во внимание следующие ключевые факторы:

- относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам;

- является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров.

При анализе указанных факторов необходимо учитывать, что под продажей оцениваемых (ввозимых) товаров понимается их продажа для вывоза на таможенную территорию Союза.

Согласно п. 8 Положения Коллегии ЕЭК, при определении того, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам, ключевым вопросом является не то, как рассчитывается сумма лицензионных платежей, а то, почему они уплачиваются и что именно покупатель (лицензиат) получает в обмен на их уплату.

Наиболее распространенной ситуацией, когда лицензионные платежи могут рассматриваться как относящиеся к оцениваемым (ввозимым) товарам, является ситуация, при которой оцениваемые (ввозимые) товары содержат объект интеллектуальной собственности и (или) произведены с использованием объекта интеллектуальной собственности, в отношении которого предоставлены права по лицензионному договору.

В подобной и иных ситуациях решение о том, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам, принимается на основе изучения и анализа вопроса, какие права на использование рассматриваемого объекта интеллектуальной собственности предоставлены лицензиату в соответствии с лицензионным договором и каким образом предоставленные права используются лицензиатом.

В соответствии с п. 9 Положения Коллегии ЕЭК при определении того, является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, основным критерием является отсутствие у покупателя (лицензиата) возможности приобрести оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей.

Об отсутствии у покупателя (лицензиата) возможности приобрести оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей свидетельствует наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, указания на то, что покупатель должен уплатить лицензионные платежи в качестве условия такой продажи. Подобное указание является решающим при определении того, были ли лицензионные платежи уплачены в качестве условия продажи оцениваемых (ввозимых) товаров.

Зависимость продажи оцениваемых (ввозимых) товаров от уплаты лицензионных платежей может иметь место и в случаях, когда внешнеэкономический договор (контракт), в соответствии с которым товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, не содержит прямого указания об уплате лицензионных платежей как условия продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, особенно когда правообладатель и продавец являются разными лицами.

Во всех случаях решение о том, является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, следует принимать с учетом анализа всех факторов и обстоятельств, сопутствующих продаже и ввозу этих товаров. В качестве таких факторов могут учитываться следующие:

- наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым оцениваемые (ввозимые) товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, или в иных документах, связанных с продажей таких товаров, положений, касающихся уплаты лицензионных платежей;

- наличие в лицензионном договоре положений, касающихся продажи оцениваемых (ввозимых) товаров;

- наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым оцениваемые (ввозимые) товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, и (или) в лицензионном договоре положения о возможности расторжения внешнеэкономического договора (контракта) в случае неуплаты покупателем (лицензиатом) правообладателю лицензионных платежей;

- наличие в лицензионном договоре условия, запрещающего производителю (продавцу) изготавливать и (или) продавать покупателю товары, созданные с использованием объектов интеллектуальной собственности правообладателя, в случае неуплаты последнему соответствующего вознаграждения;

- наличие в лицензионном договоре условия, позволяющего правообладателю осуществлять контроль за производством товаров или их продажей производителем (продавцом) покупателю (продажей товаров для вывоза на таможенную территорию Союза), который выходил бы за рамки контроля качества.

Вышеуказанные условия включения лицензионных платежей в таможенную стоимость оцениваемых (ввозимых) товаров подтверждены Верховным Судом РФ в п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства», п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза».

Согласно п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 платежи за использование объектов интеллектуальной собственности (далее - роялти), не включенные в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, учитываются в качестве одного из дополнительных начислений к цене в соответствии со статьей 40 Таможенного кодекса при выполнении в совокупности двух требований: эти платежи относятся к ввозимым товарам и уплата роялти является условием продажи оцениваемых товаров (прямо или косвенно) для их вывоза на таможенную территорию Союза».

Суды указали, что таможенным органом не представлено неоспоримых и достаточных доказательств наличия обязательных условий включения лицензионных платежей по лицензионному договору от 09.12.2016 № РД0212408 в таможенную стоимость ввозимых по договору 04.04.2008 № 01/08 товаров.

Довод таможенного органа о том, что договор от 04.04.2008 № 01/08 является лицензионным договором, судами отклонен ввиду следующего.

В реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации содержится информации о лицензионном договоре от 09.12.2016 № РД0212408.

Суды установили, что в качестве лицензионного договора Федеральным институтом промышленной собственности зарегистрировано соглашение № 1 к Договору от 04.04.2008 № 01/08 (Соглашения № 2 - 6 к Договору от 04.04.2008 № 01/08 зарегистрированы в качестве дополнений к лицензионному договору от 09.12.2016 № РД0212408).

Таким образом, договор от 04.04.2008 № 01/08 в совокупности с Соглашениями № 1-6 к нему представляет собой смешанный договор.

Согласно п. 3 ст. 421 ГК РФ смешанным является договор, который содержит элементы разных договоров, предусмотренных законами или иными правовыми актами. По общему правилу к отношениям сторон по такому договору в соответствующих частях применяются правила о договорах, элементы которых он содержит.

Лицензионный договор № РД0212408 составлен и зарегистрирован ФИПС в виде отдельного документа, при этом Договор от 04.04.2008 № 01/08 на регистрацию в ФИПС Заявителем не предоставлялся, что прямо подтверждается имеющимися в деле доказательствами.

Более того, даже в случае, когда условия об уплате лицензионных платежей содержатся в тексте самого внешнеэкономического контракта, в качестве лицензионного договора регистрируется лишь та часть контракта, которая касается отношения сторон по лицензионному договору о предоставлении права использования товарного знака, что подтверждается абзацем вторым пункта 3.1.1 Рекомендаций по вопросам проверки договоров о распоряжении исключительным правом на результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (утв. Приказом Роспатента от 29.12.2009 № 186), согласно которого «договоры, представляемые для государственной регистрации, в качестве лицензионных договоров о предоставлении права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации могут содержать элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (пункт 3 статьи 421 ГК РФ). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре. Таким образом, в случае представления в Роспатент смешанного договора его рассмотрение осуществляется только в той части, которая касается отношения сторон по лицензионному договору о предоставлении права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации».

Суды пришли к выводу, что договор от 04.04.2008 № 01/08 и соглашения № 1-6 к договору от 04.04.2008 № 01/08, являясь в совокупности смешанным договором, регулируют различные отношения заявителя и JohannesKiehlKG.

Суды установили, что ни в договоре 04.04.2008 № 01/08, ни в лицензионном договоре от 09.12.2016 № РД0212408 не содержится условий, в соответствии с которыми:

- лицензионные платежи относятся к оцениваемым (ввозимым) товарам;

- уплата лицензионных платежей является условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров.

Данное обстоятельство подтверждается имеющимися в деле доказательствами, в том числе письмом компаднии JohannesKiehlKG от 10.06.2021, в котором, в частности, указано, что:

1) товарный знак «KIEHL» используется во время проведения международных выставок по клинингу (в т.ч. CleanExpo Moscow);

2) платежи по счетам за использование товарного знака «KIEHL» во время проведения международных выставок по клинингу (в т.ч. CleanExpo Moscow) не включаются и никак не влияют на стоимость товаров, поставляемых по договору от 04.04.2008 № 01/08, и уплачиваются отдельно от оплаты товаров согласно выставленных счетов;

3) оплата счетов за использование товарного знака «KIEHL» никак не влияет на поставку товаров для компании «Профф Лайн».

Аналогичный подход применен в определении Верховного Суда РФ от 15.02.2021 № 301-ЭС20-23819 по делу № А43-49692/2019.

В соответствии со ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Суды указали, что в представленном заявителем в материалы дела Акте экспертного исследования от 03.12.2021 № 4607/33-6-2 ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России на основании лингвистического исследования текстов Договора и Соглашения № 1 к Договору сделаны следующие выводы:

«1. В тексте Договора от 04.04.2008 № 01/08 на 5 л. (без учета изменений и дополнений), в том числе в определяющем условия доставки и отгрузки разделе 6, речь о лицензионных платежах за использование товарного знака KIEHL не идет.

2. В тексте соглашения от 11.01.2016 № 1 к договору от 04.04.2008 № 01/08 на 3 л. (без учета изменений и дополнений) речь о поставках продукции и/или о поставках товаров не идет.».

На основании анализа текстов договора и соглашения № 1 к договору, а также акта экспертного исследования от 03.12.2021 № 4607/33-6-2 ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России суды пришли к выводу о том, что из буквального значения содержащихся в договоре и соглашении № 1 к договору слов и выражений не следует, что лицензионные платежи относятся к ввозимым по договору товарам и являются условием продажи таких товаров.

Довод таможенного органа о том, что с учетом условий договора и дополнительных соглашений к нему предоставление продавцом товара без исполнения ООО «Профф Лайн» условий дополнительных соглашений не предусмотрено, так как в дополнительных соглашениях содержится условие о расторжении в одностороннем порядке соглашения в случае нарушения ООО «Профф Лайн» обязанности по уплате вознаграждения за предоставление права использования товарного знака и в случае нарушения ООО «Профф Лайн» условий использования прав на товарный знак, а в связи с расторжением дополнительного соглашения указанное общество не сможет приобрести товар, судами отклонен, ввиду следующего.

Исходя из буквального толкования содержащегося в подпункте f) пункта 2 соглашений № 1-6 к договору от 04.04.2008 № 01/08 указания на то, что Johannes Kiehl KG вправе расторгнуть соглашения в одностороннем порядке в случае нарушения ООО «Профф Лайн» обязанности по уплате вознаграждения за предоставление права использования товарного знака и в случае нарушения ООО «Профф Лайн» условий использования прав на товарный знак, суды установили, что расторжению подлежат только сами эти соглашения (Лицензионный договор от 09.12.2016 № РД0212408), но не договор от 04.04.2008 № 01/08.

Суды отметили, что договор от 04.04.2008 № 01/08 заключен в 2008 году, Лицензионный договор от 09.12.2016 № РД0212408 - в 2016 году. При этом после заключения Лицензионного договора от 09.12.2016 № РД0212408 договор от 04.04.2008 № 01/08 продолжал действовать в неизменной редакции, никаких условий об уплате лицензионных платежей в качестве условия продажи товаров в договор № 01/08 не вносилось, равно как не содержится подобных условий и в Лицензионном договоре № РД0212408.

Таким образом, условие о невозможности приобретения заявителем товаров по договору от 04.04.2008 № 01/08 либо о расторжении договора от 04.04.2008 № 01/08 в случае расторжения лицензионного договора от 09.12.2016 № РД0212408 в указанных договорах отсутствует.

Исследовав доводы сторон и имеющиеся в деле доказательства по вопросу уплаты лицензионных платежей по Лицензионному договору от 09.12.2016 № РД0212408 как подразумеваемого условия продажи товаров по Договору от 04.04.2008 № 01/08, суды пришли к выводу об отсутствии такого условия в рассматриваемом деле ввиду следующего.

Верховный Суд Российской Федерации в определениях от 02.12.2022 № 310-ЭС22-8937 по делу № А09-1129/2021 и № 310-ЭС22-9639 по делу № А09-1751/2021 в качестве случаев, когда внесение платежей за использование объектов интеллектуальной собственности может являться подразумеваемым условием продажи товаров, указал случаи, когда ввоз товаров осуществляется на основании сделок, совершаемых между участниками одной группы компаний.

В тех случаях, когда ввоз товаров осуществляется на основании сделок, совершаемых между участниками одной группы компаний, решение вопроса о заключении договоров, опосредующих использование объектов интеллектуальной собственности импортером, оказывается исключительно вопросом усмотрения иностранного поставщика и взаимосвязанных с ним участников группы, что порождает существенный риск манипулирования элементами стоимости товара, формирующими его таможенную стоимость. В указанных случаях уплата роялти может являться условием продажи товара для его ввоза в силу принятых внутри группы компаний правил ведения деятельности, что не находит прямого отражения в договорных условиях.

С учетом изложенного, при определении того, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам и является ли внесение данных платежей условием продажи товара, приобретенного по сделкам, совершенным в рамках одной группы компаний, значение имеет взаимосвязь между принятием импортером на себя обязательства по уплате роялти и возникновением (сохранением) у него возможности использовать ввезенные товары не только юридически (на законном основании), но и фактически (с учетом принятых внутри группы компаний правил организации торговой деятельности под определенным брендом)».

В действующем российском законодательстве термин «группа компаний» прямо не закреплен.

Согласно ст. 37 ТК ЕАЭС «взаимосвязанные лица» - лица, которые отвечают хотя бы одному из следующих условий:

- они являются сотрудниками или директорами (руководителями) организаций друг друга;

- они являются юридически признанными деловыми партнерами, то есть связаны договорными отношениями, действуют в целях извлечения прибыли и совместно несут расходы и убытки, связанные с осуществлением совместной деятельности;

- они являются работодателем и работником;

- какое-либо лицо прямо или косвенно владеет, контролирует или является держателем 5 или более процентов выпущенных в обращение голосующих акций обоих из них;

- одно из них прямо или косвенно контролирует другое;

- оба они прямо или косвенно контролируются третьим лицом;

- вместе они прямо или косвенно контролируют третье лицо;

- они являются родственниками или членами одной семьи.

Если лица являются партнерами в совместной предпринимательской или иной деятельности и при этом одно из них является исключительным (единственным) агентом, исключительным дистрибьютором или исключительным концессионером другого, как бы это ни было представлено, такие лица должны считаться взаимосвязанными для целей настоящей главы, если они отвечают хотя бы одному из указанных условий.

Лицо считается контролирующим другое лицо, если оно юридически или практически имеет возможность ограничивать действия этого лица или управлять ими.

Суды пришли к выводу, что таможенным органом о наличии какого-либо из вышеперечисленных признаков, позволяющих утверждать о том, что компания JohannesKiehlKG и ООО «Профф Лайн» входят в одну группу компаний, в ходе рассмотрения дела заявлено не было, доказательств наличия таких признаков не представлено.

Также таможенным органом не заявлялось о наличии и не представлено доказательств существования каких-либо иных обстоятельств, позволяющих утверждать о том, что уплата лицензионных платежей по лицензионному договору от 09.12.2016 № РД0212408 может являться подразумеваемым условием продажи товаров по договору от 04.04.2008 № 01/08.

Суды указали, что заявителем в материалы дела представлено письмо компании JohannesKiehlKG от 08.03.2023, в котором компании JohannesKiehlKG прямо подтвердила, что расторжение лицензионного договора от 09.12.2016 N РД0212408 не ведет к расторжению договора от 04.04.2008 № 01/08 и не влияет на возможность ООО «Профф Лайн» приобретать у компании Johannes Kiehl KG товары по договору от 04.04.2008 № 01/08.

Обществом также представлены в материалы дела копии уставных документов ООО "Профф Лайн", выписок и листов записи из ЕГРЮЛ в отношении ООО "Профф Лайн", решений и протоколов о назначении Генерального директора ООО "Профф Лайн" за весь период с момента создания общества, подтверждающие состав лиц, контролирующих ООО "Профф Лайн", а также письмо Торгово-промышленной палаты Российской Федерации N 19/0097 от 26.06.2023, подтверждающее состав лиц, контролирующих компанию Johannes Kiehl KG. Указанные доказательства подтверждают как отсутствие взаимного контроля между компанией Johannes Kiehl KG и ООО "Профф Лайн", так и третьих лиц, одновременно контролирующих данные организации.

Суды отклонили довод Таможенного органа о том, что сам факт нанесения на товары товарных знаков "KIEHL", принадлежащих Правообладателю, подтверждает, что лицензионные платежи относятся к оцениваемым (ввозимым) товарам, ввиду следующего.

Согласно п. 8 Положения Коллегии ЕЭК, наиболее распространенной ситуацией, когда лицензионные платежи могут рассматриваться как относящиеся к оцениваемым (ввозимым) товарам, является ситуация, при которой оцениваемые (ввозимые) товары содержат объект интеллектуальной собственности и (или) произведены с использованием объекта интеллектуальной собственности, в отношении которого предоставлены права по лицензионному договору.

В подобной и иных ситуациях решение о том, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам, принимается на основе изучения и анализа вопроса, какие права на использование рассматриваемого объекта интеллектуальной собственности предоставлены лицензиату в соответствии с лицензионным договором и каким образом предоставленные права используются лицензиатом.

В соответствии с абз. 4 - 9 п. 9 Положения Коллегии ЕЭК во всех случаях решение о том, является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, следует принимать с учетом анализа всех факторов и обстоятельств, сопутствующих продаже и ввозу этих товаров. В качестве таких факторов могут учитываться следующие:

- наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым оцениваемые (ввозимые) товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, или в иных документах, связанных с продажей таких товаров, положений, касающихся уплаты лицензионных платежей;

- наличие в лицензионном договоре положений, касающихся продажи оцениваемых (ввозимых) товаров;

- наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым оцениваемые (ввозимые) товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, и (или) в лицензионном договоре положения о возможности расторжения внешнеэкономического договора (контракта) в случае неуплаты покупателем (лицензиатом) правообладателю лицензионных платежей;

- наличие в лицензионном договоре условия, запрещающего производителю (продавцу) изготавливать и (или) продавать покупателю товары, созданные с использованием объектов интеллектуальной собственности правообладателя, в случае неуплаты последнему соответствующего вознаграждения;

- наличие в лицензионном договоре условия, позволяющего правообладателю осуществлять контроль за производством товаров или их продажей производителем (продавцом) покупателю (продажей товаров для вывоза на таможенную территорию Союза), который выходил бы за рамки контроля качества.

Исходя из п. 8 Положения Коллегии ЕЭК, факт нанесения товарного знака "KIEHL" на ввозимые заявителем по Договору товары не является подтверждением того факта, что лицензионные платежи относятся к данным товарам.

Как следует из условий Лицензионного договора N РД0212408, лицензионные платежи уплачиваются отдельно от товаров, размер лицензионных платежей фиксирован и никак не зависит ни от объемов поставляемых товаров, от каких-либо иных факторов.

Тот факт, что лицензионные платежи не относятся к ввозимым товарам и не влияют ни на цену товаров, ни на возможность их ввоза на территорию Российской Федерации, подтвержден компанией Johannes KIEHL KG в письме от 10.06.2021.

Кроме того, в материалы дела представлено письмо компании Johannes KIEHL KG от 08.12.2021, в котором указан объем прав, предоставленных Заявителю по лицензионному договору N РД0212408, а именно права на указание товарного знака "KIEHL":

- на вывесках;

- на бланках;

- на иной документации;

- в объявлениях в рекламе;

- в сети Интернет;

- в местах продаж (в т.ч. при проведении международных выставок по клинингу - CleanExpo Moscow и подобных).

При этом компания Johannes KIEHL KG в письме отдельно указала, что право на размещение товарного знака "KIEHL" непосредственно на товарах (их упаковке, маркировке и пр.) Заявителю не предоставлялось - данное право реализуется самой компанией Johannes KIEHL KG на территории Федеративной Республики Германия.

Таким образом, каждый из способов использования товарного знака, указанных в Лицензионном договоре № РД0212408, является самостоятельным способом использования товарного знака "KIEHL" вне взаимосвязи с конкретными физическими предметами, на которых товарный знак размещен (ввозимыми по Договору от 04.04.2008 N 01/08 товарами).

Кроме того, на отсутствие связи между уплатой лицензионных платежей и ввозом товаров по Договору от 04.04.2008 N 01/08 указывает также и то обстоятельство, что в общем случае лицензионное вознаграждение за использование товарного знака уплачивается за само право такого использования вне зависимости от фактической реализации данного права, что подтверждается, в частности, в п. 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», в котором указано, что по смыслу пункта 5 статьи 1235 ГК РФ в его взаимосвязи с пунктом 4 статьи 1237 ГК РФ вознаграждение по возмездному лицензионному договору уплачивается за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. В связи с этим лицензиару не может быть отказано в удовлетворении требования о взыскании вознаграждения по мотиву неиспользования лицензиатом соответствующего результата или средства.

Судами отклонен довод таможенного органа о том, что лицензионные платежи относятся к ввозимым товарам и являются условием их продажи на том основании, что в лицензионном договоре указано, что право использования товарного знака предоставлено Заявителю в отношении всех товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак, ввиду следующего.

Согласно п. 1.1 ст. 1489 ГК РФ, лицензионный договор о предоставлении права использования товарного знака должен содержать наряду с условиями, предусмотренными пунктом 6 статьи 1235 ГК РФ, перечень товаров, в отношении которых предоставляется право использования товарного знака. Таким образом, в ГК РФ прямо закреплена норма о том, что лицензионный договор о предоставлении права использования товарного знака не может не содержать термина "товары". При этом под "товарами" в данном случае понимаются не конкретные физические объекты с размещенным на них товарным знаком, а группы товаров, относящихся ко всем или некоторым классам МКТУ, в отношении которых зарегистрирован товарный знак.

Данное обстоятельство подтверждается также имеющимся в материалах дела письмом ФИПС от 03.12.2021 № 41-141011-12.

Факт того, что лицензионные платежи по Лицензионному договору N РД0212408 уплачиваются за использование товарного знака "KIEHL" не в отношении конкретных физических объектов (товаров, ввозимых по Договору от 04.04.2008 N 01/08), а в отношении всех товаров, для которых товарный знак "KIEHL" зарегистрирован, подтверждается также письмом компании Johannes KIEHL KG от 08.12.2021, в котором указаны следующие товары, в отношении которых также используется товарный знак:

1) Li Ex eco (арт. j151005);

2) Kiehl-Legnodur-TiGloss (арт. j1908115);

3) Ceradur-compact (арт. j200805).

При этом указанные товары никогда не ввозились Заявителем на территорию Российской Федерации (что также подтверждено в указанном письме компании Johannes KIEHL KG), но информация о них размещена на официальном сайте Заявителя в сети "Интернет" в соответствии с правом на такое размещение, предусмотренным Лицензионным договором N РД0212408.

Помимо этого, из материалов дела, пояснений Заявителя и писем компании JohannesKIEHLKG от 02.09.2021 и от 08.12.2021 следует и не опровергается Таможенным органом, что Заявитель по Договору от 04.04.2008 N 01/08 ввозит на территорию Российской Федерации готовые товары, на которые товарный знак "KIEHL" уже нанесен самим правообладателем - компанией JohannesKIEHLKG. Никаких дополнительных действий по переупаковке, перемаркировке и т.п. в отношении указанных товаров Заявитель не производит. Товары по Договору от 04.04.2008 N 01/08 вводятся в оборот на территории Российской Федерации с согласия JohannesKIEHLKG.

Вводом в оборот товара, произведенного вне территории Российской Федерации, в рассматриваемом случае является выпуск таможенными органами для внутреннего потребления товара, ввозимого в Российскую Федерацию, согласно Правил маркировки товаров, подлежащих обязательной маркировке средствами идентификации (утв. Постановлением Правительства РФ от 26.04.2019 № 515 «О системе маркировки товаров средствами идентификации и прослеживаемости движения товаров»).

Согласно ст. 1487 ГК РФ, не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия (принцип исчерпания исключительного права на товарный знак).

Факт ввода в оборот на территории Российской Федерации товаров, информация о которых содержится в таможенных декларациях 2018 - 2020 гг., указанных в Акте камеральной таможенной проверки N 10013000/210/310521/А00076/000 от 31.05.2021, подтверждается, в частности, представленными Заявителем в материалы дела копиями таможенных деклараций 10121060/151008/0008137 от 15.10.08; 10121060/021208/0009564 от 02.12.08; 10121060/241208/0010230 от 24.12.08; 10110140/090910/0006264 от 09.09.10; 10110140/291110/0008201 от 29.11.10; 10130090/140114/0001458 от 14.01.14; 10130090/090414/0023933 от 09.04.14; 10130090/140514/0033077 от 14.05.14; 10130090/020614/0038051 от 02.06.14.

В ГК РФ не установлена форма согласия правообладателя на ввод товаров в оборот. Данное согласие может быть выражено как в форме лицензионного договора, так и в иной форме.

Более того, согласие правообладателя на использование результатов интеллектуальной деятельности может содержаться в самом внешнеэкономическом контракте (не являющемся лицензионным договором), о чем прямо указал Верховный Суд РФ в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 07.10.2016 N 304-ЭС16-8563 по делу N А67-4475/2015.

Представленные в материалы дела доказательства, в том числе письмо JohannesKIEHLKG от 02.09.2021, а также отсутствие в Договоре от 04.04.2008 N 01/08 и Лицензионным договоре от 09.12.2016 N РД0212408 условий, ставящих поставки товаров в зависимость от уплаты или неуплаты лицензионных платежей, являются достаточным подтверждением довода Заявителя о том, что в отношении поставляемых по Договору товаров действует принцип исчерпания исключительного права на товарный знак, Заявитель имеет право использовать товарный знак "KIEHL" в отношении указанных товаров в независимости от наличия или отсутствия лицензионного договора и не может быть ограничен в этом праве правообладателем.

Выводы судов основаны на обстоятельствах, установленных в результате оценки доказательств и на правильном применении норм материального и процессуального права  с учетом таких обстоятельств. 

Оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов не имеется.

Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 06.10.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2024 по делу № А40-171763/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

 

Председательствующий судья                                                  Ю.С. Петропавловская

 

Судьи                                                                                                          Р.Р. Латыпова

 

Е.Е. Шевченко