АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

 ул. Коммунистическая, 52, г. Улан-Удэ, 670001

e-mail: info@buryatia.arbitr.ru, web-site: http://buryatia.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А10-4796/2024

03 марта 2025 года

г. Улан-Удэ

 

Резолютивная часть решения объявлена 26 февраля 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 03 марта 2025 года.

Арбитражный суд Республики Бурятия в составе судьи Сковородина А.С., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Дармаевой А.Б., 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Забайкальская угольная компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «ТрансУголь» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании неосновательного обогащения в сумме 2 994 670 рублей 22 копейки,

при участии в заседании (веб-конференция): 

от истца: ФИО1, доверенность от 19.06.2024, диплом;

от ответчика: ФИО2, доверенность от 09.01.2025, диплом,

установил:

определением Арбитражного суда Забайкальского края от 01 июля 2024 года по делу № А78-4369/2024 исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Забайкальская угольная компания» (далее также – ООО «Забайкальская угольная компания», истец) к обществу с ограниченной ответственностью «ТрансУголь» (далее также – ООО «ТрансУголь», ответчик) о взыскании неосновательного обогащения в сумме 2 994 670 рублей 22 копейки передано по подсудности в Арбитражный суд Республики Бурятия.

Определением Арбитражного суда Республики Бурятия от 05 августа 2024 года исковое заявление принято к производству по общим правилам искового производства. Указанным определением истцу в порядке статьи 333.41 Налогового кодекса Российской Федерации предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины на срок до окончания рассмотрения дела по существу судом первой инстанции, но не более чем на один год.

Определением суда от 03 сентября 2024 года завершено предварительное судебное заседание и назначено дело к судебному разбирательству в судебном заседании арбитражного суда первой инстанции.

Информация о движении дела и определения суда опубликованы на официальном сайте Арбитражного суда Республики Бурятия в сети Интернет http://buryatia.arbitr.ru и сайте http://kad.arbitr.ru.

До начала судебного заседания 26.02.2025 от истца и ответчика по системе «Мой Арбитр» поступили дополнительные пояснения.

Поступившие документы приобщены к материалам дела

Представитель истца дал пояснения по делу, ответил на вопросы.

Ответчик возражал относительно предъявленных требований, поддержал доводы, изложенные в письменных пояснениях.

Изучив материалы дела, исследовав имеющиеся в деле доказательства, арбитражный суд установил следующие обстоятельства по делу.

Общество «ТрансУголь» (цедент) и общество «Забайкальская угольная компания» (цессионарий) заключили договор уступки прав требования кредитора к должнику от 01.12.2021 № 1/2021, согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает право требования к ООО «Разрез Тигнинский» (ОГРН 

<

***>) в размере 4 893 252 рублей - основного долга и 3 327 411 рублей 36 копеек - неустойки за период с 15.01.2021 по 23.03.2021.

Указанное право требования возникло у цедента на основании вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Республики Бурятия от 25 мая 2021 года по делу № А10-1561/2021.

В соответствии с пунктом 2.1 договора право требования цедента к должнику по состоянию на дату подписания договора составляет 4 893 252 рублей - основного долга и 3 327 411 рублей 36 копеек - неустойки за период с 15.01.2021 по 23.03.2021.

Согласно пункту 2.1 договору уступка права требования цедента к должнику является возмездной и составляет 4 893 252 рублей.

При этом в пункте 2.2 стороны предусмотрели, что оплата, кроме денежных средств, может производиться передачей бурого угля марки ЗБР, взаиморасчетом встречных обязательств, иным образом по согласованию сторон.

В качестве оплаты уступаемого права требования цедента к должнику, цессионарий отгрузил цеденту 5 195 тонн угля марки ЗБР по цене 942 рубля за 1 тонну. Подписание договора свидетельствует о получении угля и оплаты уступаемого права требования в объеме, установленном пунктом 1.1 договора (пункт 2.3 договора).

В силу пункта 2.4 с момента оплаты суммы, указанной в пунктах 2.1 и 2.3 договора и совместного подписания сторонами договора заявленная в Арбитражный суд Республики Бурятия о замене кредитора в рамках дела № А10-1561/2021, теряют силу все предыдущие устные и письменные договоренности цедента и цессионария по вопросу предмета договора, обязанности сторон договора исполненными.

По пункту 3.1 договора в момент подписания договора цедент обязан передать цессионарию все имеющиеся у него оригиналы документов, удостоверяющих право требования цедента к должнику, в том числе оригинал договора поставки угля от 14.12.2020, решение арбитражного суда и исполнительный лист, иные имеющиеся документы, относящиеся к исполнению обязательств должника перед цедентом. 

Пунктом 4.2 договора стороны предусмотрели, что цедент несет ответственность за достоверность передаваемых в соответствии с настоящим договором документов и гарантирует наличие и передачу всех уступленных цессионарию прав. 

Более того, в силу пункта 4.3 договора цедент отвечает за действительность передаваемых по настоящему договору прав и обязанностей. 

Судом установлено, что решением Арбитражного суда Республики Бурятия от 25 мая 2021 года по делу № А10-1561/2021, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 07 октября 2021 года иск общества «ТрансУголь» к ООО «Разрез Тигнинский» удовлетворен в полном объеме – с последнего в пользу общества «ТрансУголь» взыскано 4 893 252 рублей основного долга по договору поставки угля от 14.12.2020 и 3 327 411 рублей 36 копеек неустойки за период с 15.01.2021 по 23.03.2021 с последующим начислением по день фактической уплаты долга. 

Определением Арбитражного суда Республики            Бурятия от 24 января 2022 года по делу № А10-1561/2021 на основании договора уступки от 01.12.2021 № 1/2021 произведено процессуальное правопреемство истца (взыскателя) – общество «ТрансУголь» заменено на его правопреемника – общество «Забайкальская угольная компания» в части требования 4 893 252 рублей – основного долга и 3 327 411 рублей 36 копеек – неустойки за период с 15.01.2021 по 23.03.2021.

Впоследствии по результатам рассмотрения в экстраординарном порядке апелляционных жалоб конкурсного управляющего ООО «Разрез Тигнинский» ФИО3 и конкурсного кредитора ответчика – общества «Забайкальская угольная компания» постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 07 ноября 2023 года отменено ранее вынесенное постановление суда апелляционной инстанции от 07 октября 2021 года: решение суда первой инстанции отменено в части взыскания неустойки, в этой части принят новый судебный акт – о взыскании с ООО «Разрез Тигнинский» в пользу ООО «ТрансУголь» неустойки за период с 15.01.2021 по 23.03.2021 в размере 332 741 рубля 14 копеек и неустойки за период с 24.03.2021 по день фактической оплаты основного долга исходя из ставки 0,1% от неоплаченной суммы долга за каждый день просрочки.

Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 16 февраля 2024 года постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 07 ноября 2023 года оставлено без изменения, кассационная жалоба общества «ТрансУголь» – без удовлетворения. 

Ссылаясь на то, что судебным актом по делу № А10-1561/2021 уменьшена цена иска в части неустойки, право требования которой приобретено по договору уступки прав требования (цессии) от 01.12.2021 № 1/2021, истец после реализации претензионного порядка урегулирования спора (претензия от 26.02.2024 № 36/зук) обратился в арбитражный суд с настоящим иском, в котором просил взыскать неосновательное обогащение в сумме 2 994 670 рублей 22 копейки.

Положениями статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты. Право требования по денежному обязательству может перейти к другому лицу в части, если иное не предусмотрено законом (пункты 1 и 2 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону (пункт 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка (пункт 2 статьи 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», далее - Постановление № 54).

В силу пунктов 1, 2 статьи 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации взаимные права и обязанности цедента и цессионария определяются настоящим Кодексом и договором между ними, на основании которого производится уступка. Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

Как указано выше, истец обратился с иском о взыскании с ответчика (цедента) неосновательного обогащения, возникшего вследствие уменьшения цены иска по делу № А10-1561/2021 в части неустойки, право требования которой приобретено истцом по договору цессии от 01.12.2021 № 1/2021.

Согласно пункту 1 статьи 1102 названного Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса.

В соответствии со статьей 1103 этого же Кодекса, поскольку иное не установлено данным Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60 этого Кодекса, подлежат применению также к требованиям: 1) о возврате исполненного по недействительной сделке; 2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; 3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; 4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

Таким образом, требование из неосновательного обогащения при наличии между сторонами обязательственных правоотношений может возникнуть вследствие исполнения договорной обязанности при последующем отпадении правового основания для такого исполнения, в том числе и в случае объективной невозможности получить встречное предоставление по договору в полном объеме или в части.

В силу пункта 1 статьи 307.1 и пункта 3 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации к договорным обязательствам общие положения об обязательствах применяются, если иное не предусмотрено правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в названном Кодексе и иных законах, а при отсутствии таких специальных правил - общими положениями о договоре.

Из приведенных норм права следует, что, если доступен иск, вытекающий из соответствующих договорных правоотношений, материальным законом исключается применение кондикционного иска, имеющего субсидиарный характер по отношению к договорным обязательствам.

Следовательно, положения о неосновательном обогащении подлежат применению постольку, если нормами о соответствующем виде договора или общими положениями о договоре не предусмотрено иное.

Согласно части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений. Суд по своей инициативе определяет круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решает, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении. Аналогичная правовая позиция изложена в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.11.2010 № 8467/10.

Между тем, согласно пункту 1 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед цессионарием.

В пункте 3 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при нарушении цедентом правил, предусмотренных пунктами 1 и 2 данной статьи, цессионарий вправе потребовать от цедента возврата всего переданного по соглашению об уступке, а также возмещения причиненных убытков.

Исходя из положений приведенных выше норм, кредитор может передать другому лицу только существующее право требования. При этом передача недействительного требования, под которым понимается, в том числе и отсутствующее у первоначального кредитора право, влечет ответственность передающей стороны на основании статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации, а не применение норм о неосновательном обогащении, вопреки мнению истца. 

Если иное не предусмотрено законом, договор, на основании которого производится уступка, может предусматривать, что цедент не несет ответственности перед цессионарием за недействительность переданного ему требования по договору, исполнение которого связано с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, при условии, что такая недействительность вызвана обстоятельствами, о которых цедент не знал или не мог знать или о которых он предупредил цессионария, в том числе обстоятельствами, относящимися к дополнительным требованиям, включая требования по правам, обеспечивающим исполнение обязательства, и правам на проценты.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 следует, что по смыслу статей 390, 396 ГК РФ невозможность перехода требования, например, по причине его принадлежности иному лицу или его прекращения сама по себе не приводит к недействительности договора, на основании которого должна была производиться такая уступка, и не освобождает цедента от ответственности за неисполнение обязательств, возникших из этого договора.

Договор цессии от 01.12.2021 № 1/2021 не содержит условий, исключающих ответственность цедента. Напротив, пунктами 4.2 и 4.3 договора стороны предусмотрели, что цедент несет ответственность за достоверность передаваемых в соответствии с договором документов и гарантирует наличие и передачу всех уступленных цессионарию прав. Цедент отвечает за действительность передаваемых по настоящему договору прав и обязанностей. 

Как следует из материалов дела и установлено судом, по договору цессии от 01.12.2021 № 1/2021 ответчик уступил истцу право требования к ООО «Разрез Тигнинский» (ОГРН 

<

***>) в размере 4 893 252 рублей – основного долга и 3 327 411 рублей 36 копеек - неустойки за период с 15.01.2021 по 23.03.2021, возникшее на основании решения Арбитражного суда Республики Бурятия от 25 мая 2021 года по делу № А10-1561/2021, оставленного без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 07 октября 2021 года.

Цена приобретаемого права требования к должнику составила 4 893 252 рублей и оплачена истцом путем отгрузки ответчику 5 195 тонн угля марки ЗБР.

Впоследствии по результатам рассмотрения в экстраординарном порядке апелляционных жалоб конкурсного управляющего ООО «Разрез Тигнинский» ФИО3 и конкурсного кредитора ответчика – общества «Забайкальская угольная компания» постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 07 ноября 2023 года отменено ранее вынесенное постановление суда апелляционной инстанции от 07 октября 2021 года: решение суда первой инстанции отменено в части взыскания неустойки, в этой части принят новый судебный акт – о взыскании с ООО «Разрез Тигнинский» в пользу ООО «ТрансУголь» неустойки за период с 15.01.2021 по 23.03.2021 в размере 332 741 рубля 14 копеек и неустойки за период с 24.03.2021 по день фактической оплаты основного долга исходя из ставки 0,1% от неоплаченной суммы долга за каждый день просрочки.

В рассматриваемом случае предлагаемый к покупке размер права требования составлял 8 220 663 рубля 36 копеек (4 893 252 рублей – основной долг и 3 327 411 рублей 36 копеек неустойки за период с 15.01.2021 по 23.03.2021) по цене 4 893 252 рубля на основании решения от 25 мая 2021 года по делу № А10-1561/2021, тогда как с учетом экстраординарного пересмотра указанного решения фактически передано истцу требование в размере 5 225 993 рубля 14 копеек (4 893 252 рублей – основной долг и 332 741 рубля 14 копеек неустойки за период с 15.01.2021 по 23.03.2021).

При этом постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 16 февраля 2024 года постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 07 ноября 2023 года оставлено без изменения, кассационная жалоба общества «ТрансУголь» – без удовлетворения.

К продаже имущественных прав применяются положения параграфа 1 главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не вытекает из содержания или характера этих прав (пункт 4 статьи 454 Кодекса).

В соответствии с правовой позицией, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2015 № 304-ЭС14-8595, передача несуществующего права не является сходной с ситуацией передачи недоброкачественного товара и поэтому к ней не могут применяться правила статьи 475 Гражданского кодекса Российской Федерации. Аналогичные по содержанию отношения урегулированы пунктом 1 статьи 466 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому, если продавец передал в нарушение договора купли-продажи покупателю меньшее количество товара, чем определено договором, покупатель вправе, если иное не предусмотрено договором, либо потребовать передать недостающее количество товара, либо отказаться от переданного товара и от его оплаты, а если товар оплачен, потребовать возврата уплаченной денежной суммы.

Должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 Постановления № 7).

Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, для удовлетворения требований о привлечении лица к ответственности в виде взыскания убытков необходимо совокупное наличие следующих обстоятельств: факт причинения убытков в связи с нарушением обязательства по договору, наличие и размер понесенных убытков, причинно-следственная связь между нарушением обязательства и причиненными убытками.

Обязанность возместить причиненный вред является мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда.

По общему правилу цедент должен по требованию цессионария возместить ему убытки за нарушение договора и вернуть цену, полученную за уступку, если вопреки условиям договора требование к цессионарию не перешло или перешло в меньшем размере.

Как указано выше, истцу (цессионарию) вместо 8 220 663 рубля 36 копеек права требования к должнику перешло лишь 5 225 993 рубля 14 копеек, что подтверждается вступившим в законную силу судебным актом по делу № А10-1561/2021.

Таким образом, истец, заключая договор уступки от 01.12.2021 № 1/2021, рассчитывал на покупку прав (требований) в заявленном ответчиком размере.  

Подписывая договор уступки, ответчик подтвердил действительность передаваемых прав (требований) и в силу пункта 4.3 договора от 01.12.2021 № 1/2021 обязался отвечать за их действительность, однако постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 07 ноября 2023 года по делу № А10-1561/2021 суд установил наличие меньшего объема прав требований ответчика к должнику. 

С учетом изложенного убытки, возникшие у цессионария в связи с передачей ему права требования в меньшем размере (не действующим), подлежат возмещению цедентом (ответчиком).

В рассматриваемой случае, исходя из необходимости соблюдения баланса интересов сторон, принципов свободы договора, справедливости и обеспечения эффективной судебной защиты - восстановление прав и интересов участников рассматриваемого спора происходит при использовании способов защиты, специально предусмотренных для случаев нарушения отдельных видов обязательств, а именно: пропорциональное возвращение цедентом цессионарию исполненного по договору.

С учетом вышеизложенного, пропорция составляет соотношение 5 225 993 рубля 14 копеек (наличие действующего права требования после экстраординарного обжалования судебного акта) к 8 220 663 рубля 36 копеек (подлежащее передаче право требование по договору цессии от 01.12.2021 № 1/2021), цессионарий имеет право требовать из оплаченных (поставленных) им цеденту 4 893 252 рубля  сумму в размере 1 782 541 рубль 80 копеек. 

В ходе рассмотрения дела ответчик указывал на наличие в действиях истца признаков злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). В частности, по утверждению ответчика, истец, владея долей в размере 98% уставного капитала ООО «Разрез Тугнуйский», с заявлением о включении в реестр требований кредиторов последнего спорных требований не обращался, что свидетельствует об отсутствии у него реального намерения получить удовлетворение из конкурсной массы должника, а также о совершении действий, блокирующих попадание в реестр подконтрольного должника независимых кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей: каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц.

Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

После введения процедуры по делу о банкротстве невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение должника, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной. Об осведомленности независимых кредиторов о наличии процедуры банкротства свидетельствует и сам факт включения их требований в реестр.

В связи с этим выкуп задолженности у таких кредиторов не может рассматриваться как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования или как злоупотребление правом.

Обратный подход приведет к негативным последствиям в виде отказа заинтересованных по отношению к должнику лиц от приобретения прав требования к должнику у независимых кредиторов, лишая последних возможности хотя бы частично удовлетворить свои требования таким путем, при этом следует учесть, что само по себе нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 № 305-ЭС20-8593).

Заключение договора цессии аффилированным с должником лицом само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны цессионария. 

Ссылки ответчика на то, что истец, заявляя о снижении неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации при экстраординарном пересмотре решения от 25 мая 2021 года по делу № А10-1561/2021, своими действиями уменьшил сумму неустойки и, как следствие, уменьшил объем требований к должнику, подлежат отклонению, поскольку, как следует из постановления апелляционного суда от 07 ноября 2023 года с соответствующим ходатайством обращался также и конкурсный управляющий должника. 

При этом доводы ответчика об отсутствии оснований для снижения неустойки апелляционным судом были предметом рассмотрения Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа, по результатам которого постановление апелляционного суда оставлено без изменения, а кассационная жалоба общества «ТрансУголь» – без удовлетворения. 

Таким образом, судом не установлено, что действия истца нарушают установленных пределов осуществления гражданских прав, в связи с чем, отсутствуют основания для квалификации их как злоупотребления правом. 

По результатам рассмотрения искового заявления, суд приходит к выводу о наличии оснований для его частичного удовлетворения в сумме 1 782 541 рубль 80 копеек.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся на стороны пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Государственная пошлина по настоящему делу составляет 37 973 рубля.

Поскольку при обращении с иском в суд истцу предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины, государственная пошлина подлежит взысканию с истца и ответчика непосредственно в доход федерального бюджета на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

Р  Е  Ш  И Л:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ТрансУголь» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Забайкальская угольная компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 1 782 541 рубль 80 копеек убытков.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Забайкальская угольная компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 15 370 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ТрансУголь» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 22 603 рубля.

Решение по настоящему  делу вступает в законную силу  по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. 

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Бурятия.

Судья                                                                                                А.С. Сковородин