АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень	Дело № А67-34/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 29 августа 2017 года

Постановление изготовлено в полном объеме 05 сентября 2017 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего			 Куприной Н.А.,

судей							 Куклевой Е.А.,

								 Туленковой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств видеоконференц-связи помощником судьи Березовой Ю.Г., рассмотрел кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Амкор» на решение от 29.03.2017 Арбитражного суда Томской области (судья Хлебников А.В.) и постановление от 02.06.2017 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Ярцев Д.Г., Кайгородова М.Ю., Павлова Ю.И.) по делу № А67-34/2017 по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Амкор» (625037, Тюменская область, город Тюмень, улица Белинского, дом 3, офис 83, ИНН 7204149259, ОГРН 1097232033964) к федеральному государственному автономному образовательному учреждению высшего образования «Национальный исследовательский Томский политехнический университет» (634034, Томская область, город Томск, проспект Ленина, дом 30, ИНН 7018007264, ОГРН 1027000890168) о признании договора от 17.08.2016 № 440/170816 и пункта 2 соглашения от 21.09.2016 недействительными.

Путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Томской области (судья Ломиворотов Л.М.) в заседании участвовала представитель федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Национальный исследовательский Томский политехнический университет» - Епихина О.Н. по доверенности от 21.10.2016 № 226.

Суд установил:

общество с ограниченной ответственностью «Амкор» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Томской области с иском к федеральному государственному автономному образовательному учреждению высшего образования «Национальный исследовательский Томский политехнический университет» (далее – учреждение) о признании договора от 17.08.2016 № 440/170816 и пункта 2 соглашения от 21.09.2016 к договору недействительными.

Решением от 29.03.2017 Арбитражного суда Томской области, оставленным без изменения постановлением от 02.06.2017 Седьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении иска отказано. 

Общество обратилось с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении иска.

В обоснование кассационной жалобы заявитель приводит следующие доводы: выводы судов о том, что истец при заключении договора должен был самостоятельно узнать у ответчика параметры оборудования, несостоятельны; вина общества в том, что установка заказчика не имеет технической возможности подключения к ней большого кернодержателя, отсутствует; судами не учтено, что учреждение составило договор, который невозможно исполнить ввиду недостатков его оборудования, истец действовал добросовестно, с необходимой степенью заботливости и осмотрительности, неоднократно обращался к ответчику, пытаясь разрешить ситуацию, что последний проигнорировал; судами установлено, что фактически договор исполнить невозможно, однако ответственность за это отнесена на общество; подписание соглашения о неустойке явилось вынужденной мерой для истца, поэтому его нельзя рассматривать как выражение доброй воли на уплату неустойки; апелляционным судом необоснованно отклонена апелляционная жалоба. 

От общества в суд округа поступило ходатайство об отложении судебного заседания в связи с направлением представителя истца в командировку в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры для участия в судебном заседании по делу № А75-5528/2017. 

Представитель учреждения оставил ходатайство об отложении судебного заседания на усмотрение суда.

В соответствии с положениями частей 3, 4 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине.

Согласно части 3 статьи 284 АПК РФ неявка в судебное заседание арбитражного суда кассационной инстанции лица, подавшего кассационную жалобу, и других лиц, участвующих в деле, не может служить препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие, если они были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства.

К ходатайству общества приложено определение от 02.08.2017 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры об отложении судебного заседания по делу № А75-5528/2017, из которого не усматривается, что общество является лицом, участвующим в данном деле.

Нахождение представителя истца в судебном заседании по делу, в котором общество не участвует, не является уважительной причиной неявки представителя истца в судебное заседание. Кроме того, заявитель кассационной жалобы не обосновал невозможность направления в суд другого представителя, невозможность рассмотрения кассационной жалобы в его отсутствие.

При указанных обстоятельствах оснований для удовлетворения ходатайства общества об отложении судебного заседания не имеется.

От учреждения в суд поступил отзыв на кассационную жалобу.

В приобщении отзыва судом кассационной инстанции отказано, поскольку учреждением не соблюдены требования статьи 279 АПК РФ о направлении отзыва другой стороне.

Представитель учреждения в судебном заседании просил оставить кассационную жалобу без удовлетворения.

Суд кассационной инстанции, проверив в порядке статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, изучив материалы дела, исходя из доводов кассационной жалобы, пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены судебных актов.

Как установлено судами, между учреждением (заказчик) и обществом (поставщик) заключен договор на поставку, монтаж и ввод в эксплуатацию от 17.08.2016 № 4440/170819 (далее – договор), по которому поставщик обязался осуществить поставку, монтаж и ввод в эксплуатацию и передать заказчику товар согласно спецификации и техническому заданию (приложения № 1 и № 2 к договору, которые являются его неотъемлемой частью), а заказчик обязался принять и оплатить товар в порядке и на условиях, предусмотренных настоящим договором (пункт 1.2 договора).

Предметом договора является поставка, монтаж и ввод в эксплуатацию кернодержателя для установки «Порозиметр-пермеаметр ПИК-ПП» для ТПУ (далее – установка) (пункт 1.1 договора).

Общество 01.09.2016 направило учреждению запрос информации, необходимой для исполнения договора. После этого 05.09.2016 поставщик произвел осмотр установки, в ходе которого установил, что установка заказчика является предсерийной (нестандартной) моделью (образца 2012 года), не имеет необходимых коммуникаций для подключения внешнего (большого) кернодержателя, что отразил в акте осмотра оборудования от 05.09.2016. 

Истец 13.09.2016 направил ответчику письмо от 06.09.2016 № 495 с предложением расторгнуть договор, приложив к нему соглашение о расторжении договора. 

Учреждение в письме от 21.09.2016 № 07.02/8536 согласилось с возможностью расторжения договора, указав свои условия, потребовало уплаты штрафа в порядке пункта 7.3 договора за его неисполнение в размере 20% от цены товара, что составило 318 600 руб. 

Истец указывает на то, что подписал данное соглашение в редакции ответчика. 

Ссылаясь на то, что договор является недействительным как сделка, совершенная истцом под влиянием существенного заблуждения, а пункт 2 соглашения о расторжении договора от 21.09.2016 (далее – соглашение) подлежит признанию недействительным и исключению из соглашения, поскольку содержит явно обременительные для присоединившейся стороны условия, общество обратилось с настоящим иском в суд.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции руководствовался положениями пункта 4 статьи 1, пунктов 1, 2 статьи 166, статей 168, 169, 178, пункта 1 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), частей 3, 4 статьи 65 Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», пунктов 9 – 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» (далее – Постановление № 16).

Суд первой инстанции установил, что информация о предмете торгов, указанная в документации об электронном аукционе, не свидетельствует о недостаточности сведений о предмете торгов. Потенциальные участники торгов, в том числе общество, имели возможность обратиться к организатору торгов в целях получения дополнительной информации, а также сведений об оборудовании. 

В связи с этим суд пришел к выводу о том, что истец, являясь профессиональным участником рынка и действуя с должной степенью разумности и осмотрительности, принимая участие в аукционе, мог и должен был принять меры к выяснению всех имеющих значение при заключении договора параметров оборудования. 

Предусмотренных статьей 178 ГК РФ оснований для признания договора недействительным суд не установил.

Поскольку при подписании соглашения общество не заявило возражений относительно содержания спорного пункта 2 в редакции учреждения, доказательства явного неравенства переговорных возможностей сторон, положения общества, существенно затрудняющего согласование иного содержания спорного условия, не представлены, суд пришел к выводу о том, что статья 428 ГК РФ не подлежит применению.

Седьмой арбитражный апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

Выводы судов соответствуют закону и установленным по делу обстоятельствам.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. 

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные (подпункт 2 пункта 2 статьи 178 ГК РФ). 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если стороне переговоров ее контрагентом представлена неполная или недостоверная информация либо контрагент умолчал об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны были быть доведены до ее сведения, и сторонами был заключен договор, эта сторона вправе потребовать признания сделки недействительной и возмещения вызванных такой недействительностью убытков (статья 178 или статья 179 ГК РФ) либо использовать способы защиты, специально предусмотренные для случаев нарушения отдельных видов обязательств, например, статьи 495, 732, 804, 944 ГК РФ. 

По смыслу приведенных положений, а также нормы статьи 178 ГК РФ, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-либо обстоятельствах, относящихся к данной сделке. 

Существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность. При этом заблуждение должно быть таковым, что его не могло распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5 статьи 178 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 1, статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. 

Из положений абзаца третьего пункта 1 статьи 2 ГК РФ следует, что лицо, являясь хозяйствующим субъектом и действуя в рамках предпринимательской деятельности, осуществляемой им на свой риск, должно проявлять достаточную осмотрительность в делах и разумность при заключении сделок.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 04.07.2007 № 366-О-П со ссылкой на Постановление от 24.02.2004 № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Выявление сторонами деловых просчетов, которые не были учтены на стадии заключения договора, при его исполнении на определенных в нем условиях, являются рисками предпринимательской деятельности.

Суды обоснованно исходили из того, что наличие возможных негативных последствий для хозяйственного общества в результате делового просчета в силу рискового характера предпринимательской деятельности само по себе не является достаточным основанием для вывода о заключении истцом сделки под влиянием существенного заблуждения.

Учитывая изложенное, суд округа соглашается с выводом судов о том, что истец, являясь профессиональным участником рассматриваемых правоотношений, при должной степени заботливости и осмотрительности имел возможность принять меры к выяснению всех имеющих значение для исполнения своих обязательств по договору надлежащим образом параметрах оборудования до заключения договора.

Ссылка заявителя кассационной жалобы на то, что в последующем ответчик совершил закупку не кернодержателя, а модуля для работы с образцами керна для прибора ПИК-ПП, не опровергает выводы судов и не является основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Арбитражный суд отказывает в иске о признании сделки недействительной по статье 178 ГК РФ, если будет установлено, что при заключении сделки истец не заблуждался относительно обстоятельства, на которое он ссылается в обоснование своих исковых требований (пункт 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 № 162 «Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 ГК РФ»).

В силу пунктов 1, 2 статьи 428 ГК РФ договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом.

Присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

По смыслу пункта 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», если обязательство возникло на основании договора присоединения и условие такого договора содержит явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она, исходя из своих разумно понимаемых интересов, не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора, к указанному договору подлежит применению пункт 2 статьи 428 ГК РФ.

Согласно пункту 9 Постановления № 16 при рассмотрении споров, возникающих из договоров, включая те, исполнение которых связано с осуществлением всеми его сторонами предпринимательской деятельности, судам следует принимать во внимание следующее.

В тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.

В то же время, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по статье 169 ГК РФ.

При рассмотрении споров о защите от несправедливых договорных условий суд должен оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учетом всех обстоятельств дела. Так, в частности, суд определяет фактическое соотношение переговорных возможностей сторон и выясняет, было ли присоединение к предложенным условиям вынужденным, а также учитывает уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере, конкуренцию на соответствующем рынке, наличие у присоединившейся стороны реальной возможности вести переговоры или заключить аналогичный договор с третьими лицами на иных условиях и т.д. (пункт 10 Постановления № 16).

Таким образом, для применения названных положений следует установить совокупность обстоятельств, а именно то, что условия договора являлись явно обременительными для контрагента и существенным образом нарушающими баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а также то обстоятельство, что контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора).

Пункт 2 соглашения предусматривает уплату обществом неустойки на основании пункта 7.3 договора в размере 20% от его цены.

Заявляя о явной обременительности названного условия о неустойке общество не представило доказательств, свидетельствующих о том, что при заключении соглашения оно было поставлено в положение, затрудняющее согласование иного содержания спорного условия, и, что заключение соглашения в предложенной учреждением редакции являлось для него вынужденным (статьи 9, 65 АПК РФ). Обременительный характер спорного условия истцом не подтвержден.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 АПК РФ об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Судами установлено, что общество направляло учреждению предложение расторгнуть договор, проект соглашения без указания санкций за нарушение условий договора, но впоследствии соглашение подписано сторонами без возражений. Доказательства направления ответчику протокола разногласий к соглашению истцом не представлено.

Довод заявителя о том, что спорный пункт 2 соглашения содержит несправедливое условие, ухудшающее положение поставщика, рассмотрен судами нижестоящих инстанций и мотивированно отклонен.

Таким образом, принимая во внимание отсутствие в материалах дела доказательств явного неравенства переговорных возможностей сторон, предложения истцом ответчику иной редакции спорного условия соглашения, суды правомерно сделали вывод об отсутствии признаков, указанных в статье 428 ГК РФ, позволяющих применить данную норму к отношениям сторон.

Аргументы общества указанные выводы судов не опровергают.

Фактические обстоятельства дела установлены судами первой и апелляционной инстанций на основе представленных в дело доказательств и им соответствуют. Оценка представленных в материалы дела доказательств произведена судами в соответствии с требованиями статей 65, 67, 68, 71 АПК РФ. При этом к установленным обстоятельствам суды применили соответствующие нормы материального права.

Доводы заявителя кассационной жалобы были предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, им дана надлежащая правовая оценка. Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 АПК РФ. 

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению обжалуемых судебных актов, судом округа не установлено. 

Поскольку оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов в кассационном порядке не имеется, жалоба удовлетворению не подлежит.

Согласно требованиям статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя кассационной жалобы. 

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 29.03.2017 Арбитражного суда Томской области и постановление от 02.06.2017 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А67-34/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий					Н.А. Куприна

Судьи									Е.А. Куклева

										Л.В. Туленкова