ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

17.09.2019

Дело № А40-166535/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10.09.2019

Полный текст постановления изготовлен  17.09.2019

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе:

председательствующего-судьи Закутской С.А.,

судей Коротковой Е.Н., Мысака Н.Я.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 15 мая 2019 года;

от ООО «Пальмира» - ФИО3, ФИО4, по доверенности от 04 июля 2018 года;

рассмотрев 10.09.2019 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 

на определение от 27 марта 2019 года

Арбитражного суда города Москвы,

принятое судьей  Коршуновым П.Н.,

на постановление от 29 мая 2019 года

Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями Вигдорчиком Д.Г., Головачевой Ю.Л., Назаровой С.А.,

по заявлению ФИО1 о включении требования в реестр требований кредиторов должника - ФИО5,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 12 марта 2019 года гражданин ФИО5 (ИНН 

<

***>) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим должника утверждена ФИО6

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 51 от 23.03.2019 г.

31 октября 2019 года в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ФИО1 о включении в первую очередь реестра требований кредиторов должника ФИО5 требования о взыскании алиментов в размере 420 000 долларов США, что по курсу  ЦБ РФ на день подачи заявления составляет 27 430 242 руб., а также о включении в третью очередь реестра требований кредиторов требования о выплате общей суммы задолженности по договору займа в размере 46 405 084 руб. 15 коп., в том числе: 20 678 080 руб. – основной долг, 3 665 527 руб. 05 коп. – пени, 22 001 477 руб. 10 коп. – проценты, 60 000 руб. – госпошлина.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27 марта 2019 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 мая 2019 года, требования ФИО1 признаны частично обоснованными.

Суд включил в реестр требований кредиторов гражданина-должника ФИО5 (ИНН 

<

***>) в первую очередь удовлетворения алиментные обязательства в размере 432 078 руб., требование ФИО1 в сумме 46 405 084 руб. 15 коп., основанное на договоре займа, признано обоснованным с удовлетворением за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов гражданина-должника ФИО5.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просила определение суда первой инстанции от 27 марта 2019 года и постановление суда апелляционной инстанции от 29 мая 2019 года изменить, включив требования кредитора, основанные на договоре займа в размере 46 405 084 руб. 15 коп.,  в третью очередь удовлетворения.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Отзывы на кассационную жалобу в адрес суда не поступали.

В обоснование заявленных требований кредитор указал, что  задолженность ФИО5 по выплате алиментов возникла в связи с заключением между должником и ФИО1, действующей как законный представитель своего несовершеннолетнего сыны ФИО7, соглашения, согласно которому должник обязался уплачивать денежную сумму в размере 30 000 (тысяч долларов) США ежеквартально на содержание сына ФИО7 до достижения совершеннолетия ребенка.

На основании указанного соглашения ФИО1 заявила об установлении требований к должнику в сумме 27 430 242 руб.

Кроме того, ФИО1 заявлено требование о включении в третью очередь реестра требований кредиторов задолженности по договору займа от 01.12.2014 г. № 77АБ 5062428 в размере 46 405 084 руб. 15 коп., подтвержденной вступившим в законную силу решением Тушинского районного суда г. Москвы от 10.05.2018 г. по делу № 2-3494/18.

Частично удовлетворяя требование кредитора в части включения в реестр алиментных обязательств, суды исходили из того, что установленная в соглашении денежная сумма выплат алиментов в размере 30 000 долларов США в квартал, а по сути 10 000 долларов США в месяц, носит явно завышенный характер и превышает установленный размер прожиточного минимума для трудоспособного населения и детей в городе Москве. 

Руководствуясь Законом г. Москвы «О прожиточном минимума в городе Москве», а также исходя из необходимости соблюдения баланса интересов несовершеннолетнего ребенка должника и кредиторов должника, суд признал обоснованной задолженность по алиментным обязательствам за 31 календарный месяц в общем размере 432 078 руб. 

В данной части судебные акты кредитором не обжалуются.

Рассматривая требования кредитора, основанные на договоре займа, суды признали данное требование обоснованным, поскольку задолженность ФИО5 подтверждена вступившим в законную силу судебным актом. 

Однако, как указали суды, поскольку на момент заключения упомянутого договора (01.12.2014 г.) ФИО1 и должник ФИО5 состояли в зарегистрированном браке, что подтверждается актом о расторжении брака от 07.04.2015 г., суд переквалифицировал заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала, признав за спорным требованием статус корпоративного. 

 В связи с вышеизложенным суд признал данное требование подлежащим удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Оспаривая принятые по делу судебные акты, ФИО1 ссылалась на определение ВС РФ от 06.07.2017 №308-ЭС17-1556 (2) по делу №А32-19056/14, согласно которому действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается, при этом заявитель считает, что тот факт, что бывшая супруга (фактические брачные отношения прекратились в 2008 г.) должника является его займодавцем, само по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

По мнению заявителя, суды неправильно применили ст. 2 и ст. 19 Закона о банкротстве, поскольку исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела, предоставление должнику денежных средств в форме займа не свидетельствует о намерении займодавца компенсировать негативные результаты деятельности должника и заем не использовался вместо механизма увеличения уставного капитала должника.

Представитель  ФИО1 в судебном заседании поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель ООО «Пальмира» в судебном заседании возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, арбитражный суд округа пришел к следующим выводам.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Законом о банкротстве установлены специальные гарантии защиты прав кредиторов от включения в реестр требований кредиторов необоснованных требований.

В данном случае, как правильно установили суды, требование ФИО1 основано на вступившем в законную силу решении Тушинского районного суда г. Москвы от 10.05.2018 г. по делу № 2-3494/18 о взыскании с ФИО5 в пользу ФИО1 задолженности по договору займа в размере 20 678 080 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 3 665 527 руб. 05 коп., процентов в размере 22 001 477 руб. 10 коп., государственной пошлины в сумме 60 000 руб.

В силу части 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенными в пункте 22 Постановления от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах связанных с рассмотрением дел о банкротстве», арбитражный суд при рассмотрении требования кредитора, основанного на решении суда, вступившего в законную силу, не проверяет вновь установленные вступившим в законную силу решением суда обстоятельства при предъявлении кредитором денежных требований к должнику.

В рассматриваемом случае суды правильно установили, что заявленные требования подтверждены вступившим в законную силу решением суда, в связи с чем они являются обоснованными.

Между тем, суды указали, что на момент заключения упомянутого договора (01.12.2014 г.) ФИО1 и должник ФИО5 состояли в зарегистрированном браке, что подтверждается актом о расторжении брака от 07.04.2015 г.

В связи с вышеуказанными обстоятельствами суды переквалифицировали заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала, признав за спорным требованием статус корпоративного. 

Суды указали, что судами такой подход применяется не только в отношении участников банкрота, но и других заинтересованных лиц, группы лиц, фактически определяющих деятельность должника, основываясь на том, что контролирующие лица или группа лиц, как и участники, несут те же риски при докапитализации должника путем выдачи займов.

Суды исходили из того, что договор займа заключен должником с заинтересованным лицом (супругой) в соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве, в связи с чем пришли к выводу о наличии фактической аффилированности между сторонами сделки, а также к выводу о том, что  предоставление заинтересованным лицом заемных денежных средств имеет своей целью пополнение оборотных средств с целью наращивания контролируемой кредиторской задолженности.

В связи с вышеизложенным и руководствуясь пунктом 1 статьи 148 Закона о банкротстве, согласно которому требование учредителя (участника) должника может быть удовлетворено только за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований других кредиторов, суды пришли к выводу о признании требований подлежащими удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов гражданина-должника ФИО5.

Между тем, указанный вывод судов сделан при неправильном применении норм материального права.

Нормы права, на которых суды основывали данные выводы, относятся только к юридическим лицам и не подлежат применению в рамках дела о банкротстве должника – гражданина.

Кроме того, как разъяснено в Определении ВС РФ от 12.02.2018 N 305-ЭС15-5734 (4, 5), для придания требованиям статуса корпоративных необходимо установить, что предоставленные денежные средства фактически не являлись займом и были направлены на докапитализацию бизнеса в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды с целью завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

В данном случае суды таких обстоятельств не установили, ограничившись ссылкой на то, что заем предоставлен в период брака с целью наращивания кредиторской задолженности, при этом суды не указали, на основании каких представленных в материалы дела доказательств они пришли к выводу о том, что заем предоставлен исключительно с целью ведения процедуры контролируемого банкротства.

С учетом изложенного, судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что обжалуемые судебные акты в части рассмотрения требований, основанных на договоре займа, подлежат отмене, поскольку судами при разрешении спора были неправильно применены нормы материального права.

С учетом того обстоятельства, что в настоящее время решение суда Тушинского районного суда г. Москвы от 10.05.2018 г. по делу № 2-3494/18 оспорено по правилам п. 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда N 35 от 22.06.2012 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", суд округа считает возможным направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции для рассмотрения требований кредитора ФИО1, основанных на договоре займа, с учетом результатов пересмотра судебного акта суда общей юрисдикции.

 Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 27 марта 2019 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 мая 2019 года по делу № А40-166535/2018 в обжалуемой части отменить, в отмененной части направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

 

Председательствующий-судья                                                 С.А. Закутская 

 

Судьи:                                                                                             Е.Н. Короткова

 

Н.Я. Мысак