АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

11 июля 2025 года

Дело №

А66-8169/2022

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Бычковой Е.Н., судей Герасимовой Е.А., Казарян К.Г.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 30.10.2024), 

рассмотрев 02.07.2025 в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО3  и ФИО4 на постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2025 по делу № А66-8169/2022,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Тверской области от 03.08.2022 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО5.

Решением суда от 02.11.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6.

ФИО7 19.12.2022 обратился в суд с заявлением, уточненным в ходе судебного разбирательства в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –       АПК РФ), о включении в реестр требований кредиторов должника требования в общей сумме 41 921 962 руб. 09 коп., в том числе 36 854 500 руб. – по договору цессии от 14.04.2018, заключенному с обществом с ограниченной ответственностью «Институт развития энергоэффективных технологий» (далее – ООО «ИРЭТ», Компания), 5 067 462 руб. 09 коп. – задолженность, установленной постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2021 по делу № А66-1220/2021. 

Определением суда от 30.05.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «ИРЭТ». 

Определением суда от 07.02.2024 признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование ФИО7 в размере 5 067 462 руб. 09 коп., в том числе 2 583 119 руб. 51 коп. штрафных санкций. В остальной части в удовлетворении требования отказано.

Определением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2024 в связи с нарушением судом первой инстанции норм процессуального права, являющимся безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, апелляционный суд осуществил переход к рассмотрению настоящего дела по правилам, установленным для суда первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции произвел замену заявителя по обособленному спору - ФИО7 на его правопреемника - ФИО1, привлек ФИО7 и ФИО8 к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2025 определение от 07.02.2024 отменено, требования ФИО1 в размере 36 854 500 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника, в остальной части требований отказано.

В кассационных жалобах ФИО3 и ФИО4. ссылаясь на неправильное применение апелляционным судом норм материального права, а также на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просят отменить постановление  в части включения требования в реестр и направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Податель кассационной жалобы ФИО3 указывает, что апелляционный суд не привлек к участию в деле Компанию. Податель жалобы ссылается на отсутствие со стороны суда правовой  оценки договоров купли-продажи, соглашений о расторжении этих договоров и договоров цессии. Податель жалобы считает, что в материалы дела представлены достаточные доказательства аффилированности должника и Компании и наличия у сторон договоров купли-продажи и цессии единой цели – вывод активов ФИО5  из его имущественной массы. Податель жалобы полагает, что судом не применены положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), подлежащей применению при рассмотрении требования кредитора. 

Податель кассационной жалобы ФИО4 считает, что апелляционным судом не было проверено заявление ФИО4 о фальсификации договора цессии, заключенного Компанией и ФИО7 Как утверждает податель жалобы, апелляционным судом не было рассмотрено ходатайство о назначении экспертизы подписи ФИО7

В отзыве на кассационные жалобы ФИО1  просит отказать ФИО3 в удовлетворении ходатайства о восстановлении процессуального срока на обжалование постановления апелляционного суда в кассационном порядке и оставить в силе принятый по делу судебный акт, считая его обоснованным и законным.

Компания  в своем  отзыве на кассационные жалобы указывает, что жалоба ФИО3 подана с пропуском процессуального срока на обжалование судебного акта. 

Из материалов дела следует, что кассационная жалобы ФИО3 на постановление апелляционного суда от 19.02.2025 была  направлена в суд  02.04.2025 с ходатайством о восстановлении пропущенного процессуального срока.

В соответствии с частью 2 статьи 117 АПК РФ арбитражный суд восстанавливает пропущенный процессуальный срок, если признает причины пропуска уважительными и если не истекли предусмотренные статьями 259, 276, 291.2, 308.1 и 312 названного Кодекса предельные допустимые сроки для восстановления.

 Суд округа, установив, что шестимесячный срок, предусмотренный статьей 259 АПК РФ, подателем жалобы не пропущен и признав указанные кредитором ФИО3 причины пропуска срока на обжалование судебного акта уважительными, определением от 21.04.2025 принял кассационную жалобу ФИО3 к производству. 

До судебного заседания в суд округа поступило заявление ФИО9 о процессуальном правопреемстве, в котором заявитель просил произвести замену кредитора ФИО3, подавшего кассационную жалобу, на правопреемника ФИО9 

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

 На замену стороны ее правопреемником или на отказ в этом арбитражным судом указывается в соответствующем судебном акте, который может быть обжалован.

Из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда Тверской области от 11.04.2025 суд произвел замену конкурсного кредитора ФИО3 на его правопреемника по договору цессии (уступки права) от 24.12.2024 - ФИО9 на сумму требований в размере 6 200 000 руб. основного долга, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО5

Поскольку судом произведена процессуальная замена, суд округа отказывает в удовлетворении ходатайства. При этом суд кассационной инстанции принимает во внимание, что ФИО9 является правопреемником подателя кассационной жалобы. 

В судебном заседании представитель ФИО1 возражала против удовлетворения кассационных жалоб.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, ФИО5 (продавцом) и Компанией (покупателем) заключен ряд договоров купли-продажи недвижимого имущества:

- договор от 21.10.2015 № 3, по условиям которого продавец обязуется передать в собственность покупателю, а последний обязуется принять и оплатить общежитие на 30 мест с кадастровым номером 69:37:0070325:008:12572:00000А, расположенное по адресу: 

<

...>, по цене 12 554 500 руб.;

- договор от 20.11.2015 № 6, по условиям которого продавец обязуется передать в собственность покупателю, а последний обязуется принять и оплатить сооружение с кадастровым номером 69:33:0000.11:0294:5, расположенное по адресу: Тверская обл., Торжокский район, с/п Будовское, 246 км (лево) автодороги Москва - Санкт-Петербург, по цене 7 000 000 руб.;

- договор от 28.12.2015 № 12, по условиям которого продавец обязуется передать в собственность покупателю, а покупатель обязуется принять и оплатить земельный участок с кадастровым номером 69:34:0230202:1, общей площадью 7 200 кв. м, назначение - земли населенных пунктов, для строительства гостиничных объектов, расположенный по адресу: Тверская обл., Торопецкий район, с/п Речанское, 

<

...>, по цене 10 000 000 руб.;

- договор от 04.02.2016 № 1, по условиям которого продавец обязуется передать в собственность покупателю, а покупатель обязуется принять и оплатить сооружение с кадастровым номером 69:39:0120411:39, расположенное по адресу: 

<

...>, по цене 8 300 000 руб.

В подтверждение передачи вышеуказанных объектов от продавца к покупателю представлены акты приемки-передачи от 21.10.2015, 20.11.2015, 28.12.2015, 04.02.2016.

Исполнение покупателем обязательств по уплате покупной цены имущества в общем размере 36 854 500 руб. подтверждается платежными поручениями от 29.10.2015 № 000258 на сумму 6 277 250 руб., от 27.10.2015 № 000263 на сумму 5 540 000 руб., от 29.10.2015 № 000269 на сумму 737 250 руб., от 20.11.2015 N 000284 на сумму 3 000 000 руб., от 25.11.2015 № 000288 на сумму 4 000 000 руб., от 30.12.2015 № 000342 на сумму 3 700 000 руб., от 26.01.2016 № 000008 на сумму 415 000 руб., от 29.01.2016 № 000014 на сумму 750 000 руб., от 16.02.2016 № 000028 на сумму 1 500 000 руб., от 17.02.2016 № 000030 на сумму 2 635 000 руб., от 05.06.2016 № 000019 на сумму 8 300 000 руб., выпиской по счету должника в ПАО «Сбербанк».

В связи с тем, что указанное выше имущество находилось под арестом и у продавца отсутствовала возможность снять запреты и ограничения, наложенные на него, стороны 05.04.2018 пришли к соглашению о расторжении договоров купли-продажи. По условиям данного соглашения продавец обязуется вернуть покупателю уплаченные за имущество денежные средства в срок до 01.01.2020.

Право требования с ФИО5 денежных средств, уплаченных по договорам купли-продажи от 21.10.2015 № 3, от 20.11.2015 № 6, от 28.12.2015 № 12 и от 04.02.2016 № 1, уступлено Компанией (цедентом) ФИО7 (цессионарию) по договору уступки права требования (цессии) от 14.04.2018.

Цессионарий считается приобретшим право требования к должнику в полном объеме с момента подписания настоящего договора (пункт 5.1 договора уступки). Размер возмещения за уступку прав требования к должнику составил 200 000 руб. (пункт 3.2.1 договора уступки). По условиям дополнительного соглашения от 14.04.2018 к договору уступки оплата проведена путем передачи цессионарием цеденту векселя от 01.04.2018 № 00567.

Впоследствии право требования к должнику ФИО7 (цедент)  уступил ФИО1 (цессионарию) по договору уступки права требования (цессии) от 12.09.2023.

По условиям пункта 2.1 данного договора за уступку права требования цессионарий выплатил цеденту до подписания договора компенсацию в согласованном размере - 4 292 196 руб., договор является доказательством передачи средств.

Суд первой инстанции, ссылаясь на создание кредитором ФИО7 препятствий для проведения проверки заявления о фальсификации договора цессии путем проведения экспертизы, отказал во включении в реестр требований кредиторов должника  требования в размере 37 854 500 руб., придя к выводу, что оно не подтверждено доказательствами. 

Апелляционный суд установил безусловные основания для отмены определения суда первой инстанции, указав, что Компания надлежащим образом не была извещена о времени и месте рассмотрения дела. 

Апелляционный суд признал требование кредитора ФИО1 в размере 36 854 500 руб. обоснованным и включил его в третью очередь реестра требований кредиторов должника ФИО5, отклонив  довод возражавших кредиторов о наличии в действиях Компании и ФИО7 признаков злоупотребления правом.  

В силу статьи 286 АПК РФ суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

 Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения апелляционным судом норм материального и процессуального права, пришел к следующим выводам. 

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику путем направления данных требований в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением подтверждающих обоснованность указанных требований документов. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Как разъяснено в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года N 107-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» при применении положений статей 71 и 100 Закона о банкротстве арбитражному суду следует исходить из того, что в реестр подлежат включению только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом с учетом возражений против указанных требований, заявленных арбитражным управляющим, другими кредиторами или другими лицами, участвующими в деле о банкротстве. Признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При рассмотрении обособленного спора суд с учетом поступивших возражений проверяет требование кредитора на предмет мнимости или предоставления компенсационного финансирования. 

В подтверждении обоснованности заявленного требования кредитор представил в суд договор цессии от 14.04.2018;  договоры купли-продажи недвижимости от 21.10.2015 № 3, от 20.11.2015 № 6, от 28.12.2015 № 12, от 04.02.2016 № 1, акты приемки-передачи от 21.10.2015, 20.11.2015, 28.12.2015, 04.02.2016; соглашение 05.04.2018 о расторжении договоров купли-продажи. В подтверждение оплаты цены по договорам купли-продажи кредитором в материалы дела представлены копии платежных поручений от 29.10.2015 № 000258 на сумму 6 277 250 руб., от 27.10.2015 № 000263 на сумму 5 540 000 руб., от 29.10.2015 № 000269 на сумму 737 250 руб., от 20.11.2015 № 000284 на сумму 3 000 000 руб., от 25.11.2015 № 000288 на сумму 4 000 000 руб., от 30.12.2015 № 000342 на сумму 3 700 000 руб., от 26.01.2016 № 000008 на сумму 415 000 руб., от 29.01.2016 № 000014 на сумму 750 000 руб., от 16.02.2016 № 000028 на сумму 1 500 000 руб., от 17.02.2016 № 000030 на сумму 2 635 000 руб., от 05.06.2016 № 000019 на сумму 8 300 000 руб., и  выписка по счету должника в ПАО «Сбербанк». 

Исследовав указанные документы, апелляционный суд  пришел к выводу о том, что кредитором представлены достаточными доказательства наличия и размера задолженности.

Довод подателя жалобы о том, что апелляционный суд, рассмотревший дело по правилам, установленным для суда первой инстанции, не рассмотрел заявление о фальсификации договора цессии от 14.04.2018 отклоняется как противоречащий материалам дела. 

Рассмотрев заявление о фальсификации доказательств, апелляционный суд счел, что основания для его удовлетворения отсутствуют, о чем указал в судебном акте. Как указал суд, исходя из обстоятельств дела и принимая во внимание, что заявителем по спору являлся ФИО7, который не только обратился в суд с требованием, основанном на подписанном им спорном договоре уступки, но и в ходе судебного разбирательства неоднократно подтверждал свое волеизъявление на принятие права требования к должнику, данная сделка в любом случае считается одобренной в порядке статьи            183 ГК РФ.

Суд округа считает, что выводы апелляционного суда об отсутствии оснований для проведения экспертизы подписи ФИО7  на договоре цессии от 14.04.2018 являются обоснованными. 

Сделав вывод о достаточности доказательств, представленных кредитором, суд включил требование кредитора в третью очередь реестра требований кредитов должника.

Между тем, судом не учтено следующее. 

Согласно статье 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. 

Из материалов дела следует, что на даты совершения сделок, лежащих в основе заявленного кредитором требования, ФИО5 являлся  единственным участником Компании, то есть договоры купли-продажи совершены заинтересованными лицами. 

В данном споре, кредитор, являющийся правопреемником Компании, заявив свои требования о включении в реестр требований кредиторов должника ФИО5,  основывает свои требования на указанных выше сделках должника и Компании.

В пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, указано, что, как правило, для установления обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора.

Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов.

Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как следует из материалов дела, ФИО5 является единственным участником Компании. Заключив с Компанией договоры купли-продажи, гражданин ФИО5 получил денежные средства в общем размере 36 854 500 руб., не обеспечив при этом возможность перехода  к Компании права собственности на земельные участки. Земельные участки, за которые ФИО5, получил денежные средства от Компании, не указаны им в перечне имущества, принадлежащего должнику (приложение к заявлению о признании гражданина несостоятельным (банкротом). Денежные средства, которые ФИО5 получил от Компании после заключения соглашения о расторжении договоров купли-продажи, не были возвращены должником в Компанию; обязательства перед иными кредиторами также ФИО5 погашены не были. При этом ФИО5 обратился в суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом), а Компания уступила задолженность в общем размере 36 854 500 руб.  по договору цессии за 200 000 руб., создав возможность включения в реестр нового кредитора.

Хотя Компания была привлечена к участию в деле, данные обстоятельства не были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций в целях установления действительного смысла сделок, лежащих в основе заявленного кредитором требования. 

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, указано, что на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.

Сам по себе факт аффилированности не является безусловным основанием для отказа во включении требований кредитора в реестр, а равным образом не является безусловным доказательством того, что действия кредитора имели своей целью создание искусственной задолженности должника. В подобных случаях суд проводит более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с требованиями независимых кредиторов.

Вместе с тем право аффилированного  с должником кредитора на включение требования в реестр кредиторов должника, как и любое иное субъективное право, может быть осуществлено только при соблюдении обязанности кредитора действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1, пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае нарушения названной обязанности гражданское законодательство предусматривает возможность отказа в защите принадлежащего кредитору права (пункт 2 статьи 10 названного Кодекса).

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота предъявляются повышенные требования, которые не были соблюдены судом в настоящем случае.

С учетом изложенного постановление апелляционного суда в части включения заявленного требования кредитора в третью очередь реестра требований кредиторов должника следует отменить.

Поскольку суд кассационной инстанции не установил процессуальных нарушений при отмене апелляционным судом определения суда первой инстанции и наличии оснований для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным для суда первой инстанции, постановление от 19.02.2025 в части отмены определения Арбитражного суда Тверской области от 07.02.2024  по настоящему делу следует оставить в силе.

На основании пункта 3 части 1 статьи 288 АПК РФ дело подлежит направлению в суд первой инстанции на новое рассмотрение. 

При новом рассмотрении дела, суду следует учесть изложенное, руководствоваться вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовать и оценить по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, учитывая, что сделки, лежащие в основе заявленного кредитором требования совершены должником и Компанией, в которой должник является единственным участником, что свидетельствует о наличии заинтересованности между Компанией и должником, суду следует установить наличие (отсутствие) в  действиях Компании и должника общей цели создания искусственной задолженности ФИО5 перед Компанией, после чего решить вопрос о возможности включения в реестр требований кредиторов должника заявленного правопреемником Компании требования.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2025 по делу № А66-8169/2022 в части отмены определения Арбитражного суда Тверской области от 07.02.2024  по настоящему делу оставить в силе. 

В остальной части постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2025 по делу № А66-8169/2022 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд Тверской области на новое рассмотрение. 

Председательствующий

Е.Н. Бычкова

Судьи

Е.А. Герасимова

 К.Г. Казарян