Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-6619/2019

17 декабря 2019 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 10 декабря 2019 года. Полный текст  постановления изготовлен 17 декабря 2019 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд  в составе:

председательствующего Козловой Т.Д.

судей  Брагиной Т.Г., Гричановской Е.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии  в заседании:

индивидуального предпринимателя ФИО2, лично (по паспорту)

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу  индивидуального предпринимателя ФИО2

на определение от 16.09.2019

по делу №А73-15453/2018

Арбитражного суда Хабаровского края

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Амурторг ДВ» ФИО3 

к индивидуальному  предпринимателю ФИО2

о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)   общества с ограниченной ответственностью «Амурторг ДВ» 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 24.09.2018 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Амурторг ДВ» (ОГРН 

<

***>, ТНН 2722073788, далее - ООО «Амурторг ДВ», должник).

Решением суда от 17.04.2019 (резолютивная часть от 11.04.2019) ООО «Амурторг ДВ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее - конкурсный управляющий).

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника конкурсный управляющий 30.05.2019 обратился в суд первой инстанции с заявление о признании недействительной сделки по перечислению индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 316272400057740, ИНН 

<

***>, далее – предприниматель ФИО2) денежных средств в размере 1 611 452 руб. и применении последствий недействительности сделки в виде возврата указанных денежных средств в конкурсную массу ООО «Амурторг ДВ».

Определением суда от 16.09.2019 заявление удовлетворено в полном объеме. 

В апелляционной жалобе предприниматель ФИО2 просит определение суда от 16.09.2019 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. 

В обоснование жалобы приводит доводы о том, что между предпринимателем ФИО2 и  ООО «Амурторг ДВ» заключен договор от 01.11.2017 об оказании транспортных услуг, согласно которому заявителем жалобы предоставлено транспортное средство КАМАЗ НЕФАЗ в возмездное пользование должнику.  Ссылается на то, что во исполнение данного договора, актов оказанных услуг, должник  перечислил предпринимателю ФИО2 денежные средства в размере  1 611 452 руб. Указывает на то, что в период с 01.07.2019 по 20.07.2019 заявитель жалобы находился в рабочей командировке,  об определении суда от 16.09.2019 узнал лишь 20.09.2019, в связи с чем, не имел возможности принять участие в судебных заседаниях,  поскольку не знал о них, не имел возможности возражать по заявленным требованиям и представлять какие-либо документы. Также просит приобщить к материалам дела копии договора безвозмездного пользования и распоряжения от 10.05.2017; копию договора б/н оказания услуг перевозки грузов без экипажа от 01.11.2017; копию акта передачи транспортных средств от 01.11.2017; копии счетов на оплату №001 от 01.11.2017, №002 от 01.12.2017, №003 05.01.2018; копии актов об оказании услуг №01 от 01.12.2017, №02 от 01.01.2018, №03 01.02.2018, № 04 от 01.03.2018; копию приказа о направлении  в командировку от 26.06.2019; копию квитанции о проживании в гостинице №001133 от 01.07.2019. В дополнительных пояснениях к апелляционной жалобе предприниматель ФИО2 указал на то, что последний не обязан при заключении сделки, в частности по предоставлению транспортного средства в аренду, осуществлять проверку соотносимости видов деятельности должника к наличию необходимости в каких-либо услугах.

Конкурсный управляющий в отзыве на жалобу просит определение суда от 16.09.2019 оставить без изменения,  апелляционную жалобу – без удовлетворения; в приобщении дополнительных документов - отказать.

 Присутствовавший в судебном заседании предприниматель ФИО2 заявил  ходатайство об отложении судебного разбирательства по причине неявки его представителя. 

 Суд апелляционной инстанции, рассмотрев ходатайство предпринимателя ФИО2 об отложении судебного заседания, пришел к выводу об отказе в его удовлетворении, поскольку основания, предусмотренные положениями статьи 158 АПК РФ, отсутствуют.   

Предприниматель ФИО2  доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал в полном объеме, дав по ним пояснения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили.

Изучив материалы дела, с учетом доводов апелляционной жалобы и отзыва на нее, выслушав присутствовавшего в судебном заседании предпринимателя ФИО2,  Шестой арбитражный апелляционный суд пришел к следующему.

Установлено, что конкурсным управляющим при анализе банковской выписки ООО «Амурторг ДВ» выявлено, что должником 22.11.2017, 22.12.2017, 29.01.2018 совершены выплаты денежных средств предпринимателю ФИО2 в общем размере 1 611 452 руб. с указанием назначения платежей «за услуги перевозки». 

Конкурсным управляющим в адрес предпринимателя ФИО2 01.03.2019 направлен запрос о предоставлении документов, подтверждающих исполнение обязательств перед ООО «Амурторг ДВ».

Вместе с тем, конкурсному управляющему предпринимателем ФИО2 не представлены документы, свидетельствующие об оказании услуг, оплаченных ООО «Амурторг ДВ».

При этом руководитель ООО «Амурторг ДВ» также уклонился от передачи документов по финансово-хозяйственной деятельности должника, что подтверждается исполнительным документом.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на наличие в вышеуказанных сделках признаков недействительности, предусмотренных пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Суд первой инстанции, рассматривая заявленные требования, исходил из следующего.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ  и статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве предусмотрено, что конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 61.1. Закона банкротстве правила настоящей главы могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, в том числе к оспариванию соглашений или приказов об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и к оспариванию самих таких выплат. 

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с этим наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В рассматриваемом случае оспариваемые сделки совершены 22.11.2017, 22.12.2017, 29.01.2018, дело о несостоятельности  (банкротстве) ООО «Амурторг ДВ» возбуждено 24.09.2018, следовательно, для признания вышеуказанных сделок недействительными достаточно наличия обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63) разъяснено, что согласно абзацу первому пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

Так, в качестве доказательств неравноценности встречного обеспечения конкурсным управляющим должника представлены документы, свидетельствующие о том, что  в отношении вышеуказанных спорных платежей как полностью отсутствуют какая-либо первичная документация, также пояснения относительно соответствия характера заявленных в платежных документах перечислений фактической деятельности должника.

Также в отношении спорной сделки отсутствуют сведения по сделанным перечислениям в бухгалтерской и налоговой отчетности ООО «Амурторг ДВ».

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции, принимая во внимание, что платежи совершены ООО «Амурторг ДВ» в пользу предпринимателя ФИО2  в размере 1 611 452 руб., в отсутствие  доказательств фактического оказания должнику соответствующих услуг, а также в отсутствии наличия у должника фактической необходимости в этих услугах с учетом осуществляемых видов деятельности и способности предпринимателя  ФИО2 фактического оказания таких услуг (принадлежности средств перевозки, ресурсы (в т.ч. персонал) для их оказания), пришел к правомерному выводу о том, что в рассматриваемом обособленном споре имеются основания для применения к спорным сделкам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения (абзац пятый пункта 8 постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63).

Таким образом, по смыслу названного разъяснения могут оспариваться в качестве неравноценных, в том числе, сделки, стороны которых заведомо рассматривали определенную ими стоимость отчуждения имущества как условие, которое не будет в полном объеме исполнено, то есть заранее осознавая, что равноценное встречное исполнение не будет иметь места.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции, учитывая, что предприниматель ФИО2 фактически отказался от опровержения имеющихся в материалах дела доказательств, пришел к правомерному выводу, что в рассматриваемом обособленном споре содержание такого прикрываемого условия (с учетом также отсутствия доказательств фактического оказания предпринимателем ФИО2 должнику спорных услуг по перевозке) охватывается волей обоих контрагентов по сделке, что в данном случае и при указанном поведении предпринимателя ФИО2  с достаточной степенью достоверности свидетельствует о направленности их воли совершить платежи при заведомом отсутствии равноценного встречного предоставления.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что спорные платежи, произведенные должников в пользу предпринимателя ФИО2 22.11.2017, 22.12.2017, 29.01.2018  в общем размере 1 6121 452 руб. применительно к пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве подлежат признанию недействительными сделками.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Учитывая, что дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Амурторг ДВ» возбуждено 24.09.2018, а оспариваемые платежи совершены 22.11.2017, 22.12.2017,  29.01.2018 суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что оспариваемые сделки подпадают под трехгодичный период подозрительности, определенный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Предполагается, что другая сторона знала о цели должника, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из разъяснений, изложенных в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, следует, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу разъяснений, приведенных в пункте 6 указанного Постановления согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Положениями пункта 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 предусмотрено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Так,  причинение вреда выразилось в выбывшем активе ООО «Амурторг ДВ» в размере  1 611 452 руб. на условиях его перечисления предпринимателю ФИО2,  учитывая, что конкурсным управляющим  приведены доводы о том, что согласно сведениям из книги продаж ООО «Амурторг ДВ» осуществило только 6 операций реализации, какое-либо имущество за должником не зарегистрировано, ООО «Амурторг ДВ» на момент совершения спорной сделки обладало признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества, вся кредиторская задолженность являлась просроченной, отсутствует какая-либо документация (как сторон, так и из доступных внешних источников) о действительных основаниях для совершения спорного перевода (кроме формальной ссылки на «услуги перевозки»).

В отношении цели причинения вреда имущественным правам кредиторов по основанию совершения спорной сделки при наличии указанной кредиторской задолженности и в отношении лица, в отношении которого с учетом конкретных обстоятельств дела судом первой инстанции принято во внимание, что оформление сторонами сделок по отчуждению (выводу) имущества ООО «Амурторг ДВ» в предбанкротном периоде (что нарушает баланс интересов других кредиторов) может быть совершено не только с аффилированным должнику лицом, но и с дружественным по отношению к должнику лицом.

При этом судом первой инстанции  также учтено, что и указанный характер правоотношений (формально-юридически не аффилированных лиц) в определенных случаях может трансформироваться в сопутствующее недобросовестному поведению условие, в частности, когда она становится инструментом, позволяющим (как в рассматриваемом обособленном споре) в ущерб интересам должника и его независимых кредиторов заключить от имени такого (признанного в последующем несостоятельным) должника сделку по передаче актива (перечисления средств) на условиях, фактически недоступных обычным (независимым) участникам рынка (передача средств в сумме               1 611 452 руб. при отсутствии каких-либо доказательств реального существования задолженности), то есть совершить перед процедурой банкротства действия с целью вывода из процедуры несостоятельности наиболее ликвидных активов, либо в иных целях, преследуемых нарушение законных прав и интересов третьих лиц, не состоящих в подобных отношениях с другими фактически взаимосвязанными участниками.

Следует также отметить, что при рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции предпринимателем ФИО2 не представлено  каких-либо сведений о разумных экономических мотивах состоявшегося перевода денежных средств на вышеперечисленных условиях (притом также, что установление в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение юридической аффилированности субъектом правоотношений (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической; доказывание фактической аффилированности при этом не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности; о наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка; при наличии очевидных свидетельств аффилированности должника с участником процесса на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства, в частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения; наличие фактических внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий как предпринимателя ФИО2, так и должника, поведение которого при нормальном функционировании гражданского оборота предполагало получение от должника в предбанкротном периоде денежных средств в размере 1 611 452 руб. только при наличии к тому действительных экономических оснований).

Вышеуказанные обстоятельства также свидетельствуют об осведомленности предпринимателя ФИО2 к моменту совершения спорных платежей о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, что, как обоснованно отмечено судом первой инстанции,  также исключает (с учетом процессуального поведения сторон) основания полагать, что принимая актив  в виде денежных средств в размере                   1 611 452 руб. от ООО «Амурторг ДВ» на вышеперечисленных условиях, предприниматель ФИО2 не мог осознавать, что данный вывод имущества безусловно ущемляет интересы любых имеющихся кредиторов должника.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о применении к спорным платежам положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ предусмотрено, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. 

Согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Положениями статей 10 и 168 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Следует также отметить, что поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только по обоснованному заявлению другой стороны, но и по инициативе суда, если имеет место отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. 

В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 65 АПК РФ).

С учетом вышеизложенного, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. 

Установление же судом факта злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Так, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Согласно абзацу 34 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Таким образом, поскольку произведенные ООО «Амуртторг ДВ» платежи от 22.11.2017, 22.12.2017, 29.01.2018 оспариваются в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) последнего, то при установлении того, совершены ли они с намерением причинить вред другому лицу, следует установить имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Как вышеуказано,  на момент совершения оспариваемых сделок ООО «Амурторг ДВ» обладало признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, вся кредиторская задолженность являлась просроченной.

Более того, оспариваемые платежи в размере 1 611 452 руб. совершены в одностороннем порядке, поскольку достоверных и подтвержденных надлежащими доказательствами сведений о получении ООО «Амурторг ДВ» какого-либо встречного исполнения по данной сделке при рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции не представлено, следовательно,  совершение спорных платежей не имели для должника экономической выгоды.

При этом в нарушение положений статьи 65 АПК РФ доказательств фактического возврата предпринимателем ФИО2 спорной суммы должнику материалы дела также не содержат, как не содержат и доказательств того, что платеж осуществлялся во исполнение действительно существовавшего обязательства.

Следует также отметить, что в порядке вынесения судом на обсуждение обстоятельств,  свидетельствующих о недобросовестном поведении сторон (протокольное определение от 06.08.2019), не было дано объяснений, которые бы с достоверностью могли быть оценены как свидетельствующие об отсутствии признаков злоупотребления правом и об иной цели совершения сделки, чем уклонение от расчетов с кредиторами.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что ООО «Амурторг ДВ», находясь в тяжелом финансовом положении с возможностью предъявления к нему претензий имущественного характера, вопреки разумному и добросовестному поведению участника хозяйственного оборота, преследуя цель сохранения контроля над имеющимися денежными средствами в размере 1 611 452 руб., перечислив их предпринимателю ФИО2, совершил данную сделку в целях предотвращения возможного обращения взыскания на имущество для расчетов с кредиторами.

В свою очередь,  получение предпринимателем ФИО2 денежных средств ООО «Амурторг ДВ» не могло не вызвать в порядке добросовестного поведения разумных опасений относительно фактических мотивов такого отчуждения, в том числе, связанного с выводом имущества должника из состава его активов при отсутствии иных перспектив (учитывая финансовое положение признанного в последующем банкротом должника, имеющего неисполненные обязательства перед независимыми кредиторами) для исполнения обязательств перед кредиторами.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об установлении обстоятельств, подтверждающих также и поведение ООО «Амурторг ДВ» и предпринимателя ФИО2 по осуществлению принадлежащих им гражданских прав, сопряженное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред кредиторам, то есть о злоупотреблении правом.

В этой связи, судом сделан обоснованный вывод о том, что оспариваемые сделки по переводу денежных средств содержат признаки недействительности (ничтожности) в порядке статей 10, 168 ГК РФ.

Суд первой инстанции, учитывая доводы конкурсного управляющего относительно назначения спорного платежа как оплата «за услуги перевозки» с аргументированными утверждениями о действительном отсутствии обязательств между данными лицами, пришел к правильному выводу о признаках мнимости правоотношений сторон, в счет которых предпринимателем ФИО2 получены денежные средства должника. 

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Так, для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. 

При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Таким образом,  для признания сделки мнимой необходимо доказать, что субъекты, совершающие сделку, не желают и не имеют в виду наступление последствий, свойственных ее содержанию, то есть необходимо установление фактических обстоятельств свидетельствующих о том, произошло либо нет возникновение (изменение, прекращение) гражданских прав и обязанностей. 

Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, то есть необходимо наличие порока воли у обеих сторон сделки.

При этом судом при разрешении данного спора также учитывается, что в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования.

С учетом изложенного, предметом доказывания по рассматриваемому обособленному  спору является факт наличия действительной воли сторон оспариваемых сделок на перечисление предпринимателю ФИО2  средств именно в счет оплаты каких-либо оказывавшихся ему услуг и в соответствии с условиями составленных сторонами документов.

Однако, при рассмотрении обособленного спора судом первой инстанции, предпринимателем ФИО2 в подтверждение реальности спорных правоотношений сторон (оказанных услуг, заключения соответствующего договора, наличия потребности в таких услугах и возможностей их оказания) доказательств представлено не было, в том числе,  каких-либо разумных надлежаще мотивированных пояснений относительно как заключения между сторонами договоров на оказание услуг так и их фактического предоставления.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции, учитывая  нежелание сторон представить доказательства в опровержение утверждений конкурсного управляющего о признаке мнимости заявленных в платежных документах правоотношений по оказанию услуг, обосновано квалифицировал их в качестве отказа от опровержения указанного факта.

Следует также отметить, что согласно представленному в материалы рассматриваемого обособленного спора сообщения Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району г.Хабаровска, предприниматель ФИО2 сдает налоговую отчетность по ЕНВД, следовательно, установить сведения о правоотношениях с ООО «Амурторг ДВ» по услугам перевозки не представляется возможным.

Более того,  применительно к обстоятельствам рассматриваемого  обособленного спора, судом первой инстанции также учтено, что реальной целью сделки, совершаемой сторонами с пороками, перечисленными в статье 170 ГК РФ (мнимые сделки) может быть, в том числе, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной (в рассматриваемом обособленном споре  –  долг по оплате «оказанных услуг») для последующего (при отсутствии в действительности фактических к тому оснований) получения от должника денежных средств под видом оплаты за такие «услуги» (в рассматриваемом обособленном споре ООО «Амурторг ДВ» перечислены 22.11.2017, 22.12.2017, 29.01.2018 предпринимателю ФИО4  денежные средства в размере 1 611 452 руб.).

Вместе с тем, для данной категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. 

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные  в рамках рассматриваемого обособленного спора доказательства, с учетом доводов конкурсного управляющего применительно к положениям пункта 1 статьи 170 ГК РФ, пришел к верному выводу, что совокупность доказательств  свидетельствует о том, что в рассматриваемом обособленном споре подлинная воля сторон не была направлена на оформление действительного взаиморасчета за какие-либо услуги, а соответствующие ссылки в платежных поручениях оформлены лишь для вида в ситуации, сопряженной в действительности с необоснованным выводом из состава имущества должника денежных средств в вышеуказанном размере.

Таким образом, установив, что подобное поведение сторон применительно к положениям статьи 1 ГК РФ подлежит оценке в качестве недобросовестного, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил требования, заявленные конкурсным управляющим.

Положениями пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве предусмотрено, что все переданное должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Следовательно, суд первой инстанции правомерно применил в качестве последствий недействительности сделки  взыскание с предпринимателя ФИО4 в пользу ООО «Амурторг ДВ» денежных средств в размере  1 611 452 руб.

Вывод суда первой инстанции относительно последствий недействительности сделки соответствует применимым нормам и обстоятельствам дела.

Доводы жалобы о том, что в период с 01.07.2019 по 20.07.2019 предприниматель ФИО4 находился в рабочей командировке,  об определении суда от 16.09.2019 узнал лишь 20.09.2019, в связи с чем, не имел возможности принять участие в судебных заседаниях,  поскольку не знал о них, не имел возможности возражать по заявленным требованиям и представлять какие-либо документы, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции в силу следующего.

В силу частей 1 и 4 статьи 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса извещаются арбитражным судом о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия путем направления копии судебного акта в порядке, установленном данным Кодексом, не позднее чем за пятнадцать дней до начала судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия, если иное не предусмотрено названным Кодексом. Судебные извещения, адресованные гражданам, в том числе предпринимателям, направляются по месту их жительства. При этом место жительства предпринимателя определяется на основании выписки из единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей.

Копия судебного акта направляется арбитражным судом по почте заказным письмом с уведомлением о вручении либо путем вручения адресату под расписку непосредственно в арбитражном суде или по месту нахождения адресата, а в случаях, не терпящих отлагательства, путем направления телефонограммы, телеграммы, по факсимильной связи или электронной почте либо с использованием иных средств связи (часть 1 статьи 122 АПК РФ).

Из разъяснений, изложенных в пункте 4 постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в от 17.02.2011 №12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 №228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» следует, что арбитражный суд к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия должен располагать сведениями о получении лицом, участвующим в деле, копии первого судебного акта по делу либо иными сведениями, указанными в части 4 статьи 123 АПК РФ. 

Для лица, участвующего в деле, первым судебным актом является определение о принятии искового заявления (заявления) к производству и возбуждении производства по делу (часть 6 статьи 121 Кодекса).

Лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом копии определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, направленной ему в порядке, установленном названным Кодексом, или иными доказательствами получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся судебном процессе (часть 1 статьи 123 АПК РФ).

При этом исходя из пункта 2 части 4 статьи 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса также считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, в том числе, если, несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд.

Как следует из материалов дела, судебные извещения направленные предпринимателю ФИО4 по адресу: 

<

...>, впоследствии возвращены обратно в суд первой инстанции в связи с истечением срока хранения, о чем имеются отметки органа почтовой связи на конверте.

Положениями статьи 165.1 ГК РФ предусмотрено, что заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

В пунктах 67 - 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» даны разъяснения о том, что юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения. Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат. 

Положения статьи 165.1 ГК РФ подлежат применению также к судебным извещениям и вызовам.

В отношении указания в жалобе  на отсутствие у предпринимателя ФИО4 возможности своевременно получить почтовую корреспонденцию по месту проживания в связи с нахождением в командировке, следует отметить, что в такой ситуации предприниматель ФИО4  обязан был принять меры к получению поступающей на его имя почтовой корреспонденции.

Кроме того, согласно пояснениям, данным предпринимателем ФИО4 в судебном заседании апелляционной инстанции, в указанной квартире он проживает совместно с семьей.

Поскольку предприниматель ФИО4 не обеспечил получение поступившей по месту своего жительства почтовой корреспонденции, он несет риск возникновения неблагоприятных для него последствий неполучения судебных извещений согласно части 2 статьи 9 АПК РФ.

Таким образом, предприниматель ФИО4 считается надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного разбирательства.

Рассмотрев ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств (копии договора безвозмездного пользования  и распоряжения от 10.05.2017; копии договора б/н оказания услуг перевозки грузов без экипажа от 01.11.2017; копии акта передачи транспортных средств от 01.11.2017; копии счетов на оплату № 001 от 01.11.2017, №002 от 01.12.2017, №003 05.01.2018; копии актов об оказании услуг № 01 от 01.12.2017, №02 от 01.01.2018, №03 01.02.2018, № 04 от 01.03.2018), приняв во внимание вышеуказанные обстоятельства извещения предпринимателя ФИО4 о рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отказе в их приобщении, ввиду отсутствия уважительных причин невозможности их представления в суд первой инстанции, что соответствует положениям части 2 статья 268 АПК РФ.

Выводы суда сделаны на основе полного и всестороннего исследования всех обстоятельств дела, с правильным применением норм материального права.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах, основания для отмены определения суда от 16.09.2019 и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 16.09.2019 по делу №А73-15453/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

     Т.Д. Козлова

Судьи

     Т.Г. Брагина

Е.В. Гричановская