АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

Нижний Новгород

Дело № А38-6823/2015

24 февраля 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16.02.2022.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Кузнецовой Л.В.,

судей Ногтевой В.А., Прытковой В.П.,

при участии представителей

от финансового управляющего должником ФИО1: 

ФИО2 (по доверенности от 29.07.2020)

от Федеральной налоговой службы: ФИО3 (по доверенности от 21.01.2022)

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

финансового управляющего должником 

ФИО1

на определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 10.02.2021 и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 07.06.2021

по делу № А38-6823/2015

по жалобе Федеральной налоговой службы в лице Инспекции Федеральной налоговой службы № 27 по г. Москве на действия (бездействие) финансового управляющего ФИО4,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) 

индивидуального предпринимателя ФИО5

(ИНН: 

<

***>)

и установил:

определением Арбитражного суда Республики Марий Эл от 14.12.2015 в отношении индивидуального предпринимателя ФИО5 (далее – должник) возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве), определением от 11.02.2016 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6

Решением от 23.01.2017 должник признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО1 

С момента принятия указанного решения должник в силу пункта 1 статьи 216 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»(далее – Закон о банкротстве) утратил статус индивидуального предпринимателя, о чемв Единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей 23.01.2017 внесена запись о прекращении деятельности.

Инспекция Федеральной налоговой службы № 27 по г. Москве (далее – уполномоченный орган), требования которой в размере 54 387 926 рублей 99 копеек определениями от 20.07.2016 и 13.12.2016 включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника, обратилась с жалобой на действия (бездействие) финансового управляющего ФИО1 (далее – арбитражный управляющий), выразившиеся в:

- незаконном осуществлении предпринимательской деятельности от имени должника в процедуре банкротства,

- необоснованном увеличении задолженности по текущим платежам,

- непринятии мер по своевременному увольнению сотрудников.

Кроме того уполномоченный орган просил отстранить ФИО1 от исполнения возложенных на нее обязанностей финансового управляющего должником.

Арбитражный суд Республики Марий Эл определением от 10.02.2021, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 07.07.2021, жалобу удовлетворил, признал ненадлежащим исполнение ФИО1 обязанностей финансового управляющего должника и отстранил ее от исполнения названных обязанностей.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратиласьв Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой попросила их отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении жалобы уполномоченного органа.

В обоснование кассационной жалобы арбитражный управляющий указала, что судами нарушены нормы материального права, выводы судов не соответствуют фактическим обстоятельствам спора и имеющимся доказательствам.

Она полагает, что оснований для расторжения ранее заключенных должником долгосрочных договоров аренды не имелось, целесообразность в этом отсутствовала, поскольку отказ от договоров привел бы к простою имущества, которое приносило доходв период осуществления мероприятий  по его оценке и подготовке к реализации. Сохранение арендных отношений способствовало сохранению имущества должника и позволяло осуществлять расходы по его содержанию. На продолжении деятельностипо сдаче имущества в аренду настаивал залоговый кредитор, собрание кредиторов должника решение о прекращении деятельности не принимало.

Налог на добавленную стоимость, подлежащий уплате должником, как считает арбитражный управляющий, не может вменяться в качестве убытков, поскольку обязанность исчислить и уплатить названный налог в бюджет возникла у должника в силу закона в связи с осуществлением деятельности по сдаче имущества в аренду. Арбитражный управляющий, действуя добросовестно, сдавал налоговые декларациипо налогу на добавленную стоимость за 2017-2019 годы. По результатам камеральных налоговых проверок указанных деклараций никаких замечаний со стороны налогового органа не было, более того, налоговым органом применялись меры принудительного взыскания налога, подлежащий уплате налог учитывался управляющим в составе текущих платежей. Впоследствии, исходя из разъяснений налогового органа о том, что должник после утраты им статуса индивидуального предпринимателя не являлся плательщиком налога на добавленную стоимость, управляющий сдал уточненные налоговые декларации по налогу на добавленную стоимость за налоговые и отчетные периоды 2017-2019 годов. Согласно сведениям, отраженным в уточненных налоговых декларациях, сумма налогана добавленную стоимость, подлежащая уплате за указанные периоды, равна нулю. 

Неправильное декларирование сумм налога на добавленную стоимость не должно приводить к его взиманию. При этом арбитражный управляющий указала, что вопросо том, какие неблагоприятные последствия повлекли ее действия, рассмотренбез установления фактического предъявления арендаторами, в адрес которыхв упомянутый период выставлены счета-фактуры с выделением налога на добавленную стоимость, к вычету этого налога. 

Налог на доходы физических лиц, подлежащий уплате с доходов от сдачи имущества в аренду, в силу пункта 4 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – Налоговый кодекс) исчислялся и удерживался арендаторами как налоговыми агентами. Указанное обстоятельство, несмотря на то, что управляющий заявлял о нем при рассмотрении спора, судами не исследовалось. При этом уполномоченный орган данный факт не опроверг. Налоговых уведомлений об уплате названного налога управляющий не получал.

Сохранение в штате работников должника, как утверждает арбитражный управляющий, связано с необходимостью исполнения обязанностей по содержанию и эксплуатации имущества, включенного в конкурсную массу, в том числе соблюдения Правил благоустройства территории городского округа «Город Йошкар-Ола», утвержденных решением Собрания депутатов городского округа «город Йошкар-Ола»от 14.07.2009 № 752-IV, от 22.11.2017 № 769-VI, Положения о порядке организации эксплуатации лифтов в Российской Федерации, утвержденного Приказом Госстроя России от 30.06.1999 № 158, Правил по охране труда при эксплуатации электроустановок, утвержденных приказом Минтруда России от 24.07.2013 № 328н, Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок, утвержденных приказом Минэнерго Россииот 24.03.2003 № 115, Приказа Ростехнадзора от 21.11.2013 № 558 «Об утверждении федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности для объектов, использующих сжиженные углеводородные газы», Федерального закона от 06.12.2011 № 402 «О бухгалтерском учете» и Налогового кодекса.

Оставшиеся работники составляли минимальное количество, необходимоедля содержания, эксплуатации и сохранения имущества должника, ведения бухгалтерского и налогового учета и осуществления финансово-хозяйственной деятельности. При этом арбитражный управляющий полагает, что расходы на привлечение для выполнения работ, услуг сторонних специалистов по гражданско-правовым договорам значительно превышали бы расходы по заработной плате работников.

В отношении признания незаконными действий, выразившихся в нарушении очередности погашения текущих платежей, управляющий указала, что такое требование уполномоченным органом не заявлялось. Более того, задолженность по налогу на доходы физических лиц и страховым взносам отсутствует.

С учетом изложенного, арбитражный управляющий полагает, что основанийдля признания ее действий незаконными и отстранения ее от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве должника у судов не имелось.

В связи с изданием Президентом Российской Федерации Указа от 20.10.2021 № 595 «Об установлении на территории Российской Федерации нерабочих дней в октябре - ноябре 2021 года», в целях обеспечения права сторон участвовать в судебном заседании при рассмотрении кассационной жалобы суд кассационной инстанции определениемот 27.10.2021 перенес судебное разбирательство на 22.11.2021 на 15 часов.

На основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение кассационной жалобы откладывалось на 14.12.2021 на 14 часов 30 минут, а затем в судебном заседании в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 14 часов 21.12.2021. 

Определением суда округа от 21.12.2021 рассмотрение кассационной жалобы было отложено до 24.01.2022 до 14 часов 30 минут; определением от 19.01.2022 в соответствиис приказом председателя Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 18.01.2022 № 02-08 «Об организации работы Арбитражного суда Волго-Вятского округа с 19.01.2022по 28.01.2022» судебное разбирательство перенесено на 16.02.2022 на 11 часов 30 минут.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель уполномоченного органа отклонил доводы кассационной жалобы и попросил оставить ее без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие. 

Законность определения от 10.02.2021 и постановления от 07.06.2021 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы обособленного спора, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, и заслушав представителей арбитражного управляющего и уполномоченного органа, суд округа пришел к выводу о наличии оснований для отмены обжалованных судебных актов и направления обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных названным Законом, между ним и должником, жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов рассматриваютсяв заседании арбитражного суда не позднее чем через месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено данным законом.

По смыслу данной нормы основанием для удовлетворения жалобы кредиторово нарушении их прав и законных интересов действиями (бездействием) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом фактов несоответствия этих действий (бездействия) законодательству и нарушения такими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов должника. Признание судом незаконными конкретных действий арбитражного управляющего предполагает устранение, прекращение этих действий и, соответственно, урегулирование разногласий и восстановление нарушенных прав кредитора.

Основной круг обязанностей финансового управляющего определен в статьях 20.3, 213.9 Закона о банкротстве, неисполнение которых является основанием для признания действий и бездействия арбитражного управляющего незаконными. При этом предусмотренный в указанных нормах перечень не является исчерпывающим.

В обязанности финансового управляющего входит в числе прочего принятие мерпо выявлению имущества гражданина и обеспечению его сохранности. 

Основной целью процедуры реализации имущества гражданина является соразмерное удовлетворение требований кредиторов. Достижение этой цели возлагается на финансового управляющего, который с даты признания гражданина банкротом осуществляет все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им (пункт 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Уполномоченный орган оспорил действия финансового управляющегопо осуществлению предпринимательской деятельности от имени должника после признания его банкротом и утраты статуса индивидуального предпринимателя. 

Как следует из материалов обособленного спора, должнику на праве общей долевой собственности принадлежала коммерческая недвижимость, которую он совместносо вторым собственником сдавал в аренду различным организациям на длительный срок.

Финансовый управляющий после признания должника банкротом не заявилоб отказе от исполнения ранее заключенных должником договоров аренды в порядке, предусмотренном статьей 102 Закона о банкротстве.

В обоснование своих действий ФИО1 ссылалась на невозможность отказа от договоров, а также на получение дохода от сдачи имущества в аренду, который позволял нести расходы на содержание этого имущества и обеспечивать его сохранность.

При этом арбитражный управляющий указывала, что собрание кредиторов решение о прекращении хозяйственной деятельности не принимало, а залоговые кредиторы настаивали на ее продолжении.

Сохранение финансовым управляющим существующего положения, было направлено не только на обеспечение сохранности имущества должника, но также ина пополнение конкурсной массы, что соответствует целям и задачам процедуры банкротства.

Указанные доводы оценки судов не получили.

Между тем, применительно к правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерацииот 29.08.2016 № 307-ЭС14-8417, несмотря на то, что задачами арбитражного управляющего в процедуре конкурсного производства являются последовательные мероприятия по формированию конкурсной массы путем выявления и реализации имущества (активов) должника для расчетов с кредиторами, запрета на осуществление должником-банкротом хозяйственной деятельности Закон о банкротстве не содержит. Действуя разумно и добросовестно в интересах должника и кредиторов, конкурсный управляющий в силу имеющихся у него полномочий и компетенции должен определить стратегию конкурсного производства в отношении должника, в том числе целесообразность дальнейшего функционирования хозяйствующего субъекта, учитывая,в частности, исключение возможности необоснованного простоя имущества, которое может приносить доход в период осуществления мероприятий по его оценке, подготовкек реализации.

Уполномоченный орган, заявляя о незаконности действий финансового управляющего, выразившихся в продолжении осуществления предпринимательской деятельности должника, исходил из того, что такая деятельность неоправданно наращивает кредиторскую задолженность, что, в свою очередь, негативным образом сказывается на конкурсной массе.

Указанная позиция уполномоченного органа основана на том, что финансовый управляющий в период процедуры реализации имущества гражданина сдавал налоговые декларации по налогу на добавленную стоимость, исчисленного с доходов, полученныхот сдачи имущества в аренду, и выставлял арендаторам счета-фактуры с названным налогом.

Такие действия управляющего повлекли необходимость уплаты налогана добавленную стоимость должником, который после признания его банкротомне являлся плательщиком этого налога, поскольку утратил статус индивидуального предпринимателя.

Суды согласились с доводами уполномоченного органа. При этом, исходя из пункта 5 статьи 173 Налогового кодекса и разъяснений, содержащихся в пункте12 Обзора правовых позиций, отраженных в судебных актах Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации, принятых в третьем квартале2018 года по вопросам налогообложения, а также по вопросам применения норм процессуального права, пунктах 4, 4.2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 03.06.2014 № 17-П, суды пришли к выводу о том, что действия финансового управляющего возложили на должника обязанность уплатить налог на добавленную стоимость, в то время как плательщиком этого налога он не являлся. 

Между тем судами не принята во внимание правовая позиция, изложеннаяв определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2018 № 16-КГ18-17, согласно которой сдача коммерческой недвижимости в аренду является предпринимательской деятельностью, соответственно полученные от такой деятельности доходы подлежат квалификации в качестве дохода от реализации, подлежащего обложению налогом на добавленную стоимость. При этом наличие у арендодателя статуса индивидуального предпринимателя определяющего значения не имеет.

Таким образом, указанный вывод судов необоснован.

Признание действий финансового управляющего по сдаче имущества должникав аренду незаконными только на том основании, что они повлекли необходимость уплаты налога, противоречит положениям статьи 60 Закона о банкротстве. 

Оценивая действия арбитражного управляющего, судам необходимо проверить доводы финансового управляющего о возможности (невозможности) отказа от договоров аренды, заключенных должником, последствия таких действий для должника и их влияние на конкурсную массу. 

Кроме того, судами не учтено, что налог на добавленную стоимость поступилв конкурсную массу должника от арендаторов в составе арендной платы.

Суды установили, что 19.09.2019 с участием представителя финансового управляющего проведено совещание в ИФНС России № 27 по г. Москве по вопросам: перспективы погашения имеющейся задолженности по текущим платежам, образовавшейся после принятия заявления о признании должника банкротом, предоставление уточненных налоговых деклараций и расчетов после утраты статуса индивидуального предпринимателя. По итогам обсуждения повестки дня финансовому управляющему предложено отразить актуальную информацию, представить уточненные налоговые декларации по налогу на добавленную стоимость, по налогу на доходы физических лиц и расчеты по страховым взносам по периодам после утраты статуса индивидуального предпринимателя, произвести уплату текущих платежей в порядке очередности.

Финансовый управляющий, исполняя указания налогового органа, сдал 12 уточненных деклараций по налогу на добавленную стоимость за налоговые и отчетные периоды 2017-2019 годов, отразив сумму налога к уплате ноль рублей.

Однако сведений о том, что налоговым органом принимались какие-либо решенияо доначислении налога на добавленную стоимость к уплате за указанные периоды,в материалах обособленного спора не имеется.

При таких обстоятельствах, учитывая установленные законодательством о налогах и сборах сроки на принудительное взыскание налога, пени, подлежит проверке факт наступления для должника негативных последствий в результате вменяемых финансовому управляющему нарушений.

Другим основанием для признания действий финансового управляющего незаконными послужила обязанность по уплате налога на доходы физических лиц, исчисленного с доходов от сдачи в аренду имущества должника.

Уполномоченный орган вменил финансовому управляющему следующее нарушение: выставляя арендаторам счета-фактуры с налогом на добавленную стоимость, финансовый управляющий заключил с некоторыми арендаторами дополнительные соглашения к договорам аренды, в которых не предусмотрена обязанность арендатора удерживать и перечислять налог на доходы физических лиц из стоимости уплаченной арендной платы.

Суды признали такие действия управляющего незаконными, указав, что он нанес прямой ущерб бюджету Российской Федерации в виде неудержания и неуплаты налогана доходы физических лиц налоговыми агентами.

Между тем суды не исследовали вопрос о том, на ком лежит обязанность исчислить и уплатить указанный налог с доходов, полученных от сдачи в аренду коммерческой недвижимости; являются ли арендаторы в этом случае налоговыми агентами. Судами также не учтено, что обязанность удержать и перечислить налог в бюджет возникаету налогового агента в силу статьи 226 Налогового кодекса и не связана с наличием или отсутствием отдельного указания на эту обязанность в договоре.

По мнению судов, действия финансового управляющего могли привести к тому, что при уплате арендных платежей арендаторы не удерживали налог на доходы физических лиц, поскольку получали для оплаты счета-фактуры с выделенным налогомна добавленную стоимость.

Однако предположение не может служить основанием для признания действий финансового управляющего незаконными без исследования обстоятельств, свидетельствующих о фактическом поступлении названного налога в бюджет.

Также уполномоченный орган оспаривал действия финансового управляющегопо сохранению в штате работников.

Суды, исходя из пункта 6 статьи 213.9 Закона о банкротстве, признали действия управляющего незаконными, указав, что в силу названной нормы привлечение финансовым управляющим других лиц за счет имущества должника в целях осуществления своих полномочий отнесено к компетенции суда.

Действительно, согласно пункту 6 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе привлекать за счет имущества должника других лиц в целях обеспечения осуществления своих полномочий только на основании определения арбитражного суда, рассматривающего дело о банкротстве гражданина. Арбитражный суд выносит определение о привлечении других лиц и об установлении размера оплаты их услуг по ходатайству финансового управляющего при условии, что финансовым управляющим доказаны обоснованность их привлечения и обоснованность размера оплаты их услуг, а также при согласии гражданина.

В абзаце 3 пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» указано, что суд вправе разрешить финансовому управляющему привлечь указанных лиц с оплатой их услуг за счет конкурсной массы, если финансовым управляющим будет доказано, чтов конкурсной массе имеется имущество в размере, достаточном для оплаты услуг, ибез привлечения названных лиц невозможно достижение предусмотренных законом целей процедуры банкротства (например, оплата услуг, связанных с проведением кадастрового учета земельного участка должника, обязательного для регистрации прав на этот участок и его реализации в целях проведения расчетов с кредиторами), а должник, отказывая в даче согласия, действует недобросовестно, злоупотребляя правом (статьи 1, 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 № 91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве» разъяснено, что при рассмотрении вопроса об обоснованности привлечения привлеченного лица следует, учитывать в том числе, направлено ли такое привлечение на достижение целей процедур банкротства и выполнение возложенных на арбитражного управляющего обязанностей, предусмотренных Законом, насколько велик объем работы, подлежащей выполнению арбитражным управляющим (с учетом количества принадлежащего должнику имущества и места его нахождения), возможно ли выполнение арбитражным управляющим самостоятельно тех функций, для которых привлекается привлеченное лицо, необходимы ли для выполнения таких функций специальные познания, имеющиеся у привлеченного лица, или достаточно познаний, имеющихся у управляющего, обладает ли привлеченное лицо необходимой квалификацией.

Исходя из приведенных разъяснений, формальное нарушение финансовым управляющим порядка привлечения лиц в целях обеспечения осуществления своих полномочий, определенного в пункте 6 статьи 213.9 Закона о банкротстве, не может служить основанием для признания таких действий незаконными. Для решения указанного вопроса суды должны исследовать обстоятельства, связанные с необходимостью привлечения специалистов, возможности самостоятельного выполнения им работы,для которой используется труд привлеченного лица, наличие у этого лица специальных познаний и квалификации, а также достаточность имущества в конкурсной массе должника для оплаты оказанных услуг.

Указанные обстоятельства судами не исследовались, уполномоченным органом возражения, обосновывающие отсутствие у финансового управляющего необходимости использовать труд работников должника, не приводились.

Суды установили, что некоторым работникам заработная плата была выплачена после реализации объектов недвижимости, объекты недвижимости, включенныев конкурсную массу, принадлежали должнику на праве долевой собственности. При таких обстоятельствах суды сделали вывод о том, что расходы на оплату труда работниковне подлежали полному возмещению за счет конкурсной массы должника.

Вместе с тем незаконными суды признали действия по сохранению в штате работников должника, а не конкретную выплату заработной платы и не действияпо осуществлению части расходов, не приходящихся на долю должника. Такой подходне соответствует положениям статьи 60 Закона о банкротстве, согласно которым защита прав и законных интересов конкурсных кредиторов осуществляется путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего.

При решении вопроса о признании незаконными действий финансового управляющего, выразившихся в нарушении финансовым управляющим очередностипо погашению текущих платежей второй очереди, судами не учтено, что согласно фактическим обстоятельствам, установленным судами при рассмотрении спора, требования кредиторов первой, второй и третьей очереди текущих платежей, а также требования по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование, учтенныев составе четвертой очереди текущих платежей, погашены. Указанное обстоятельство исключает возможность признания названных действий незаконными.

Суд округа, учитывая изложенное, считает, что суды не исследовали фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного рассмотрения спора,не оценили доводы арбитражного управляющего, которые приводились еюпри рассмотрении спора, что является основанием для отмены судебных актов.

В силу абзаца третьего пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве основаниемдля отстранения арбитражного управляющего от исполнения возложенных на него в делео банкротстве обязанностей является удовлетворение судом жалобы лица на неисполнение или ненадлежащее исполнение управляющим обязанностей при условии, что такое неисполнение или ненадлежащее исполнение нарушило права или законные интересы заявителя жалобы, а также повлекло или могло повлечь за собой убытки должника либо его кредиторов.

При этом с учетом разъяснений, приведенных в абзаце четвертом пункта 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерацииот 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», отстранение управляющего от исполнения возложенных на него обязанностей должно применяться тогда, когда допущенные им нарушения законодательства порождают обоснованные сомнения в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства.

Обязательным условием для отстранения финансового управляющего в связис удовлетворением жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, является доказанность наличия убытков у должника либо его кредиторов или возможность причинения (возникновения) таковых (пункт 7 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих»).

Вопрос об отстранении арбитражного управляющего не может быть разрешендо установления судами всех фактических обстоятельств, связанных с вменяемыми арбитражному управляющему нарушениями. 

Основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций согласно части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимсяв деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Согласно статье 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции,не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции.

В связи с неполным выяснением существенных для дела обстоятельств и несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам обжалованные судебные акты подлежат отмене, обособленный спор - передаче на новое рассмотрениев арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении судам надлежит учесть изложенное, всесторонне исследовать доводы участников обособленного спора и представленные ими доказательства, исходя из этого принять законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены судебных актов, суд округа не выявил.

Руководствуясь статьями 287 (пунктом 3 части 1), 288 (частями 1 и 2), 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 10.02.2021 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 07.06.2021 по делу № А38-6823/2015 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Марий Эл.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок,не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренномв статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий

 

Л.В. Кузнецова

 

Судьи

В.А. Ногтева

В.П. Прыткова