АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ 350063, г. Краснодар, ул. Постовая, 32 сайт: http://krasnodar.arbitr.ru, e-mail: info@krasnodar.arbitr.ru ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Р Е Ш Е Н И Е

 

г. Краснодар Дело № А32-51584/2022  06.03.2023  

Резолютивная часть решения объявлена 13.02.2023 Полный текст решения изготовлен 06.03.2023 

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Карпенко Т.Ю. 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Паскаловым П.А.,  рассмотрев дело по иску ООО Фирма «ЮгСтройСервис», г. Краснодар к ООО  «ЕВРОТЕХНИКА», г. Санкт-Петербург (ИНН 

<

***>) о взыскании неустойки по  договору № 75821.  

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора:  ООО «ДельтаЛизинг» (до изменения наименования – ООО ЛК «Сименс Финанс») (ИНН  

<

***>)  

При участии в судебном заседании: от истца: ФИО1 – по доверенности; от ответчика: ФИО2, ФИО2 – по доверенности; от третьего лица: ФИО3 – по доверенности; 

У С Т А Н О В И Л:

ООО Фирма «ЮгСтройСервис» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского  края с исковым заявлением к ООО «ЕВРОТЕХНИКА» о взыскании неустойки по  договору № 75821 в размере 64 910 Евро в рублевом эквиваленте по курсу Центрального  Банка Российской Федерации на день платежа.  

Основания, по которым заявлены требования, изложены в заявлении и  документальных доказательствах, приложенных к нему.  

Представитель ответчика заявил устное ходатайство о приостановлении  производства по делу, до вступления в законную силу итогового судебного акта по делу   № А32-48007/2022.  

Представители истца и третьего лица возражали. 

Согласно ч.1 ст. 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае: 1)  невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела,  рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, судом общей  юрисдикции, арбитражным судом; 2) участия гражданина, являющегося стороной в деле,  в боевых действиях в составе Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск,  воинских формирований и органов, созданных в соответствии с законодательством  Российской Федерации, в проведении контртеррористической операции, призыва его на  военную службу по мобилизации, заключения им контракта о добровольном содействии в  выполнении задач, возложенных на Вооруженные Силы Российской Федерации,  выполнения им задач в условиях чрезвычайного или военного положения, вооруженного  конфликта, если такой гражданин не заявил ходатайство о рассмотрении дела в его  отсутствие; 3) смерти гражданина, являющегося стороной в деле или третьим лицом,  заявляющим самостоятельные требования относительно предмета спора, если спорное  правоотношение допускает правопреемство; 4) утраты гражданином, являющимся  стороной в деле, дееспособности.  

Суд рассмотрев ходатайство ответчика о приостановлении производства по делу не  находит оснований для его удовлетворения.  

В судебном заседании 06.02.2023 в соответствии со статьей 163 АПК РФ объявлен  перерыв на 10 мин, после окончания которого судебное заседание было продолжено в 12  час. 03 мин.  

Представитель истца на заявленных требованиях настаивал. 

Представитель третьего лица поддержал позицию истца, полагал, что исковые  требования подлежат удовлетворению в полном объеме.  

Представитель ответчика в удовлетворении требований просил отказать. 

В соответствии со статьей 163 АПК РФ в судебном заседании 06.02.2023  объявлялся перерыв до 14.00 час. 13.02.2023 (информация размещена на официальном  сайте арбитражного суда в сети Интернет). После перерыва заседание продолжено.  

Представитель истца представил дополнительные пояснения к исковому  заявлению, которые приобщены судом к материалам дела.  

Представитель ответчика представитель дополнительные возражения на исковое  заявления, которые также приобщены судом к материалам дела.  

Представитель ответчика заявил ходатайство о снижении неустойки по правилам  статьи 333 ГК РФ.  

В соответствии со статьей 163 АПК РФ в судебном заседании 13.02.2023  объявлялся перерыв до 17.00 час. 13.02.2023 (информация размещена на официальном  сайте арбитражного суда в сети Интернет). После перерыва заседание продолжено.  

Исследовав материалы дела, суд установил следующее. 

18.02.2020 между ООО «Евротехника» (далее - ответчик, продавец) и ООО Фирма  «ЮгСтройСервис» (далее - истец, покупатель) заключен договор № 75821 купли-продажи  Асфальтобетонного завода контейнерного типа STRASSMAYR MAXBATCH 240 PRO  (далее - товар, завод) по цене 1 298 200 Евро (пункт 2.2 договора).  

Дополнительным соглашением от 08.09.2020 к договору № 75821 в пункте 4.1  договора изменен срок поставки товара до 05.10.2020 и срок ввода завода в эксплуатацию  по акту сдачи-приемки оборудования и выполненных работ до 19.10.2020.  

Товар поставлен ответчиком на площадку истца и принят по количеству грузовых  мест 14.10.2020.  

Как указывает истец, до настоящего времени акт сдачи-приемки оборудования и  выполненных работ не подписан в связи с некомплектностью поставки, отсутствием  эксплуатационной документации в полном объеме и уклонением ответчика от исполнения  договорных обязательств, установленных пунктом 4.5 договор № 75821, с учетом  дополнительного соглашения от 08.09.2020, в части исполнения продавцом шеф-монтажа,  испытания завода и ввода его в эксплуатацию.  

Согласно пункту 6.3 договора № 75821, в случае нарушения сроков поставки  товара и(или) передачи предусмотренной договором эксплуатационной документации,  срока устранения недостатков поставленного товара или. документации, продавец обязан  уплатить неустойку в размере 0,1 % от суммы договора за каждый день просрочки  заявившей данное требование стороне (лизингополучателю или покупателю), но всего не  более 5% от суммы договора.  

Поставка товара (завода) ответчиком произведена 14.10.2020 по товарной  накладной № 12, товар принят по количеству грузовых мест без вскрытия упаковки и  осмотра по акту от 14.10.2020 в соответствии с абзацем 1 пункта 4.5 договора N 75821.  

В нарушение согласованного пунктом 4.1 договора N75821, дополнительного  соглашения от 08.09.2020, условия о выполнении продавцом накладки оборудования и  сдачи завода в эксплуатацию до 19.10.2020, до настоящего времени завод в эксплуатацию  

не введен, шеф-монтаж продавцом не завершен, в силу чего истец лишен возможности  использования завода для производственной деятельности.  

Ответственность в виде неустойки за нарушение срока устранения недостатков  поставленного товара или документации согласована сторонами в пункте 6.3 договора №  75821.  

В связи с допущенной продавцом просрочки товара, истцом была рассчитана  неустойка согласно пункту 6.3 договора № 75821, размер которой составил 64 910 Евро.  

В целях соблюдения досудебного порядка урегулирования спора, истцом в адрес  ответчика направлена досудебная претензия с требованием оплатить сумму неустойки.  

Однако требование истца было оставлено финансового удовлетворения, что  послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.  

При решении вопроса об обоснованности заявленных требований суд  руководствуется следующим.  

В соответствии со статьей 506 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее  по тексту - ГК РФ), по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий  предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки  производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в  предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным,  домашним и иным подобным использованием.  

Согласно пунктам 1. 2 статьи 516 ГК РФ, покупатель оплачивает поставляемые  товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.  Если договором поставки предусмотрено, что оплата товаров осуществляется  получателем (плательщиком) и последний неосновательно отказался от оплаты либо не  оплатил товары в установленный договором срок, поставщик вправе потребовать оплаты  поставленных товаров от покупателя.  

В соответствии со статьей 309 ГК РФ обязательства должны исполняться в  соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от  исполнения обязательства не допускается (статья 310 ГК РФ).  

Как следует из материалов дела, в соответствии с пунктом 1.1 договора купли-продажи от 18.02.2020 № 75821 (далее - договор) продавец обязуется передать в  собственность покупателя оборудование, а покупатель обязуется принять товар и  уплатить за него сумму, предусмотренную настоящим договором. Наименование,  количество, комплектация и другие существенные характеристики товара указаны в  спецификации, являющейся неотъемлемой частью договора. Согласно спецификации  предметом договора является поставка асфальтобетонного завода контейнерного типа  

STRASSMAYR MAXBATCH 240 PRO по цене 1 298 200 Евро (пункт 2.2 договора).  Характеристики завода и его основные составные части указаны в разделах 1 - 12  спецификации к договору, там же содержится перечень дополнительного оборудования,  входящего в поставку, а также объём производительности завода, который должен быть  обеспечен при его эксплуатации.  

Пунктом 2.1 установлено, что в сумму договора включены стоимость товара, его  доставка до места поставки, обязательные платежи и сборы при ввозе товара на  территорию РФ, шеф-монтаж, ввод оборудования в эксплуатацию, технический  инструктаж специалистов (операторов).  

Письмом от 26.11.2020 исх.N38 ответчик обязался обеспечить допоставку  недостающих частей и документов до 20.12.2020 и обеспечить запуск завода в  эксплуатацию.  

Между тем, до настоящего времени указанное обязательство ответчиком не  исполнено.  

От подписания акта от 14.10.2021 с перечнем недостатков комплектующего завод  оборудования и недостатков работы завода, обнаруженных при его пробном запуске,  ответчик уклонился.  

Согласно пункту 6.3 договора, в случае нарушения сроков поставки товара н(или)  передачи предусмотренной договором эксплуатационной документации, срока устранения  недостатков поставленного товара или документации, продавец обязан уплатить  неустойку в размере 0,1 % от суммы договора за каждый день просрочки заявившей  данное требование стороне (лизингополучателю или покупателю), но всего не более 5%  от суммы договора.  

В силу статьи 134 Гражданского кодекса Российской Федерации, если различные  вещи соединены таким образом, который предполагает их использование по общему  назначению (сложная вещь), то действие сделки, совершенной по поводу сложной вещи,  распространяется на все входящие в нее вещи, поскольку условиями сделки не  предусмотрено иное.  

П. 4.1 договора купли-продажи установлен срок поставки товара – до 15.05.2020г.,  срок ввода его в эксплуатацию – 31.05.2020г.  

В установленные договором купли-продажи сроки товар продавцом не поставлен и  в эксплуатацию не введен.  

В дальнейшем, позднее момента нарушения продавцом срока поставки  оборудования и его ввода в эксплуатацию, стороны заключили дополнительное  соглашение от 08.09.2020г., согласно которому установлен новый срок поставки товара –  

до 05.10.2020г., а также новый срок его ввода в эксплуатацию – до 19.10.2020г., с  акцентом на то, что в указанный срок также должен быть подписан акт сдачи-приемки  оборудования и выполненных работ.  

Согласно п. 6 указанного дополнительного соглашения, оно вступает в силу с даты  его подписания, а все другие условия договора купли-продажи, не затронутые таким  дополнительным соглашением, действуют в неизменном виде.  

Таким образом, условия об ответственности продавца за нарушение своих  обязательств изменены не были, и продавец не был освобожден от уплаты неустойки за  период с даты наступления первоначального срока исполнения обязательств до момента  заключения указанного дополнительного соглашения.  

Поскольку завод представляет собой единый комплекс оборудования по  производству различных асфальтовых смесей и субстанций, следовательно, он является  сложной вещью, включающей в себя различные вещи, которые соединены между собой  таким образом, что это предполагает их использование по общему назначению. Иными  словами, эксплуатация завода возможна только при наличии всех его элементов, как  сложной вещи, перечень которых содержится в спецификации к договору купли-продажи  завода.  

В силу указанного возможность исполнения обязательства по частям в данном  случае исключена (статья 311 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Предмет договора сторонами согласован таким образом, что товар должен быть  передан покупателю и лизингополучателю, готовым к использованию по назначению, а не  путем передачи отдельных его частей, в силу чего в спецификации не указан стоимость  отдельных агрегатов, узлов и деталей завода.  

Выявленные в ходе пуско-наладочных работ недостатки поставленного товара и  документации недостатки зафиксированы актом от 11.11.2020г.  

Вышеуказанным актом от 11.11.2020 о выявленных недостатках, составленным с  участием продавца, подтверждается не полное укомплектование товара, частичное  отсутствие технической документации в части отсутствия чертежей и схемы сборки, а  также многочисленные дефекты отдельных комплектующих, что не позволяет  осуществить сборку завода и ввод его в эксплуатацию.  

В соответствии с ч. 2 ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса РФ,  обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом  арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при  рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.  

В рамках дела А56-24732/2021 с участием тех же лиц, судами установлено, что на  данный момент со стороны лизингодателя надлежащим образом и в полном объеме  исполнены обязательства по оплате оборудования в соответствии с условиями договора  купли-продажи – в адрес продавца перечислено 94% суммы договора купли-продажи, что  составляет 1 221 344,00 EUR и эквивалентно 103 884 362,83 руб. (в т.ч. НДС 20%). Суды  установили, что завершающий платеж в размере 76 856,00 EUR до настоящего времени не  оплачен – в связи с ненаступлением оснований, предусмотренных п. 7 п. 3.1 договора  купли-продажи (пусконаладочные работы до настоящего времени не завершены)  

Таким образом, до настоящего времени товар в эксплуатацию не введен, акт сдачи-приемки оборудования и выполненных работ не подписан, доказательства устранения  выявленных недостатков после вынесения вышеуказанных судебных актов продавцом не  представлены.  

Доводы ответчика о моменте начала использования лизингополучателем  поставленного оборудования применительно к обоснованию его права на иск судом  отклоняются, поскольку основаны на неверном толковании условий договора лизинга,  Правил лизинга и положений действующего законодательства РФ.  

В соответствии с п. 1 ст. 670 Гражданского кодекса РФ, п. 2 ст. 10 Федерального  закона «О финансовой аренде (лизинге)» № 164-ФЗ, а также п. 1.2 рассматриваемого  Договора купли-продажи, п. 3.7, 3.8 Правил лизинга, лизингополучатель вправе  предъявлять непосредственно продавцу оборудования требования, вытекающие из  данного договора, в частности: в отношении качества и комплектности оборудования,  сроков его поставки, а также в других случаях ненадлежащего исполнения договора  продавцом. В отношениях с продавцом покупатель и лизингополучатель выступают как  солидарные кредиторы.  

Указанные нормы права и положения договора не содержат каких-либо  ограничений прав лизингополучателя в зависимости от момента начала фактического  использования им предмета лизинга.  

Иное означало бы, например, невозможность заявления лизингополучателем  требований к продавцу в ситуации нарушения им срока поставки предмета лизинга –  когда предмет лизинга вообще не поставлен продавцом.  

Подобное произвольное толкование не согласуется с целями и мотивами  предоставления соответствующих прав лизингополучателю – правомерными ожиданиями  лизингополучателя в отношении приобретения права собственности на предмет лизинга в  будущем в ситуации, когда риск неисполнения обязательств продавцом несет  лизингополучатель, который обязан вносить лизинговые платежи независимо от  

получения предмета лизинга во владение (п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от  14.03.2014г. № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга»).  

В этой связи, суд также отмечает несостоятельность доводов ответчика о наличии,  по его мнению, противоречий в Договоре лизинга и Правилах лизинга.  

Условие п. 2.5 Договора финансовой аренды № 75821-ФЛ/КД/20 от 18.02.2020г.  (далее по тексту – «договор лизинга») о моменте начала срока лизинга – со дня передачи  предмета лизинга в финансовую аренду, полностью дублирует содержание п. 5.1 Правил  лизинга в редакции № 2.0 от 30.04.2019г. (далее по тексту – «Правила лизинга»).  

Какое-либо противоречие между указанными пунктами отсутствует. Более того, в  соответствии с п. 9.7 Правил лизинга, обязанность лизингополучателя уплачивать  лизинговые платежи возникает с даты первого лизингового платежа, указанного в графике  лизинговых платежей, независимо от момента передачи предмета лизинга лизингодателем  лизингополучателю.  

Данное условие не противоречит положениям п. 3 ст. 28 Федерального закона «О  финансовой аренде (лизинге)» № 164-ФЗ, исходя из которых стороны договора лизинга  вправе предусмотреть иной порядок уплаты лизингополучателем лизинговых платежей –  вне зависимости от момента начала использования лизингополучателем предмета лизинга  

Согласно графику лизинговых платежей (приложение № 1 к договору лизинга),  срок уплаты первого лизингового платежа – 05.04.2020г.  

Лизинговые платежи уплачиваются лизингополучателем своевременно и в полном  объеме, задолженность по договору лизинга отсутствует – информация о взаиморасчетах  по договору лизинга прилагается.  

Таким образом, право требования в отношении неустойки и иных санкций за  нарушение продавцом условий договора купли-продажи в рассматриваемой ситуации  принадлежит именно лизингополучателю, довод ответчика об обратном подлежит  отклонению.  

Ссылки ответчика на судебную практику (Дело № А19-7490/2018) подлежат  отклонению, поскольку Решение Арбитражного суда Иркутской области от 09.08.2018г.  по указанному делу было основано на условиях договора, прямо предусматривающих  наличие только у покупателя права на взыскание с продавца неустойки.  

Более того, данное Решение было отменено судом апелляционной инстанции в  связи с ошибочностью выводов суда первой инстанции – поскольку, независимо от  условий договора, лизингополучатель вправе предъявить к продавцу товара требования,  вытекающие из договора купли-продажи, в частности в отношении сроков его поставки.  

Заявленный лизингополучателем в рамках указанного дела иск признан судом  апелляционной инстанции обоснованным как по праву, так и по факту.  

Довод ответчика о задержке поставки в связи с действием обстоятельств  непреодолимой силы (форс-мажора) в виде ограничений, введенных в связи с угрозой  распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) не подтвержден  документально.  

Так, со стороны ответчика не представлены документы, подтверждающие влияние  указанных им обстоятельств на исполнение договора (сертификат соответствующей  торгово-промышленной палаты), как это предусмотрено п. 8.4 договора купли-продажи –  надлежащие доказательства наличия соответствующих обстоятельств и их  продолжительности в материалах дела отсутствуют.  

При этом, согласно абз. 11, 12 (вопрос 7) Обзора по отдельным вопросам судебной  практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию  распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции  (COVID-19) № 1, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020г., признание  распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы  не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их  деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует  организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть  установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения  обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности  действий должника и т.д.).  

Применительно к нормам ст. 401 Гражданского кодекса РФ обстоятельства,  вызванные угрозой распространения новой коронавирусной инфекции, а также  принимаемые органами государственной власти и местного самоуправления меры по  ограничению ее распространения, в частности, установление обязательных правил  поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации,  запрет на передвижение транспортных средств, ограничение передвижения физических  лиц, приостановление деятельности предприятий и учреждений, отмена и перенос  массовых мероприятий, введение режима самоизоляции граждан и т.п., могут быть  признаны обстоятельствами непреодолимой силы, если будет установлено их  соответствие названным выше критериям таких обстоятельств и причинная связь между  этими обстоятельствами и неисполнением обязательства.  

При таких обстоятельствах, сам по себе факт неблагоприятной  эпидемиологической ситуации и введения связанных с этим ограничений не может  

являться основанием для освобождения ООО «Евротехника» от ответственности за  нарушение своих обязательств по договору купли-продажи.  

Суд также признает несостоятельным довод ответчика об отсутствии претензий со  стороны покупателя и лизингополучателя в момент приемки оборудования согласно п. 4.5  договора купли-продажи.  

Согласно пункту 4.5 договора сдача-приемка оборудования осуществляется без  вскрытия упаковки и осмотра оборудования, и подтверждается актом сдачи-приемки  оборудования по количеству грузовых мест. Указанный акт означает получение  оборудования без его проверки (приемки) по количеству, комплекту, качеству и  комплектности.  

Таким образом, согласованный сторонами способ приемки (по грузовым местам,  без вскрытия упаковки) в целом исключал возможность проведения в момент такой  приемки проверки поставленного товара, при которой могли быть выявлены заявленные  недостатки, что прямо отражено в данном пункте.  

В связи с чем, с учетом положений ст. 470 Гражданского кодекса РФ и п. 4.6  спорного договора, приемка товара по качеству должна производиться в иной момент –  при подписании акта по факту выполнения продавцом всех предусмотренных договором  работ.  

В этой связи, заявление каких-либо требований, связанных с качеством  поставленного товара в момент его приемки по грузовым местам, как это предлагается  продавцом, было объективно невозможно.  

Довод ответчика об уклонении покупателя и лизингополучателя от подписания  совместного акта сдачи-приемки оборудования и выполненных работ противоречит  фактическим обстоятельствам.  

При этом, ни один из указанных ответчиком актов не может рассматриваться в  качестве подтверждения исполнения им своих обязательств в полном объеме.  

Совместное подписание сторонами акта сдачи-приемки оборудования и  выполненных работ, без указания на выявленные недостатки, означало бы подтверждение  выполнения всех обязательств продавца по договору в полном объеме и надлежащее  качество товара, что не соответствует действительности.  

Так, в ноябре 2020 года (т.е., в период, когда соответствующие работы, согласно  текущей позиции продавца, были им выполнены в полном объеме), продавец соглашался с  существующим техническим состоянием поставленного оборудования и необходимостью  устранения выявленных недостатков, в связи с чем требования о подписании акта сдачи-приемки оборудования и выполненных работ им в действительности не заявлялись, в  

адрес покупателя и лизингополучателя такой акт продавцом не направлялся.  Доказательств обратного в материалы дела не представлено.  

Таким образом, в отсутствие предложения продавца о подписании подобного акта,  его довод об уклонении покупателя и лизингополучателя от его подписания является  несостоятельным.  

Вопреки утверждениям ответчика об исполнении им 10.11.2020г. своих  обязательств в полном объеме, в подписанном им позднее акте от 23.11.2020г. по-прежнему констатируется наличие недостатков товара, указание на факт их устранения в  данном акте отсутствует.  

При этом, количество и характер перечисленных в актах от 11.11.2020г. и от  23.11.2020г. недостатков (несоответствие диаметров и иных размеров отдельных  комплектующих, отсутствие ряда комплектующих, негерметичность отдельных  элементов, невозможность разместить крепления, механические повреждения и  деформация, несоответствие ряда комплектующих условиям договора, поломки и сбои  при запуске и т.д.) в целом исключает возможность запуска поставленного товара с целью  проверки его работоспособности.  

Вместе с тем, абз. 5 п. 4.5 договора купли-продажи прямо предусмотрено, что  оценка на предмет исполнения обязательств продавца в полном объеме производится  путем проверки технической исправности и работоспособности поставленного товара, что  фиксируется путем подписания акта сдачи-приемки оборудования и выполненных работ.  

Однако, как прямо следует из актов от 11.11.2020г. и 23.11.2020г., при их  подписании недостатки установлены визуально, проверка технической исправности и  работоспособности товара, и, соответственно, оценка на предмет исполнения обязательств  продавца в полном объеме, не производились, в связи с чем позиция продавца об  исполнении им своих обязательств по договору в полном объеме в момент подписания  таких актов противоречит фактическим обстоятельствам и условиям договора купли-продажи.  

При этом, с учетом количества и характера таких недостатков, исключающих  фактическую эксплуатацию товара, является несостоятельным довод ответчика об  отсутствии их связи с требованиями качества или комплектности товара, а устранение  таких недостатков в порядке текущей эксплуатации объективно невозможно – позиция  ответчика об обратном не подтверждена документально.  

Следует отметить, что присутствие покупателя, как финансирующей стороны, на  всех этапах монтажа и пуско-наладки оборудования договором купли-продажи не  предусмотрено, в связи с чем доводы ответчика о своих сомнениях относительно  

содержания им же самим подписанных актов о выявленных недостатках подлежат  отклонению.  

Суд полагает, что констатация самим продавцом недопоставки отдельных  комплектующих и иных недостатков поставленного оборудования предполагает именно  их устранение – для целей исполнения продавцом своих обязательств в полном объеме.  

В подтверждение таких намерений со стороны ответчика в адрес руководителя  лизингополучателя – ООО Фирма «ЮгСтройСервис», было направлено письмо за исх. №  38 от 26.11.2020г., где ответчик подтверждает недопоставку ряда частей и документов, а  также гарантирует запуск оборудования в эксплуатацию в срок до 20.12.2020г.  

Таким образом, данное письмо дополнительно подтверждает несостоятельность  позиции ответчика о выполнении им своих обязательств по спорному договору  11.11.2020г. и о том, что сторонам надлежало подписать акт сдачи-приемки работ  11.11.2020г.  

Также является несостоятельным довод ответчика об отсутствии у выявленных  недостатков «связи с требованиями качества и комплектности», поскольку количество и  характер таких недостатков очевидно препятствуют нормальной эксплуатации  поставленного товара и, соответственно, представляют собой именно нарушение условий  договора купли-продажи о качестве товара. Наличие подобных недостатков не было  оговорено продавцом при заключении договора купли-продажи.  

Довод продавца о фактической приемке выполненных работ ввиду их надлежащего  выполнения со ссылкой на акт от 14.10.2021г. не соответствует содержанию указанного  акта, которым зафиксирован не просто факт приемки выполненных работ, но факт их  приемки с недостатками, а также указано на заявление требований к продавцу об их  устранении (п. 4 акта) и на продление срока оплаты завершающего платежа по договору  купли-продажи согласно п. 3.3 – до момента получения подтверждения выполнения  продавцом таких требований (п. 5 акта).  

При этом, перечисленные в акте от 14.10.2021г. недостатки согласуются с  описанием недостатков, приведенным в актах от 11.11.2020г. и 23.11.2020г., а также  переписке продавца с производителем товара.  

Из материалов дела следует, что лизингополучатель неоднократно самостоятельно  обращался к продавцу с требованиями об устранении выявленных недостатков и  исполнении обязательств по спорному договору купли-продажи в полном объеме – что в  полной мере соответствует положениям п. 1.2 договора и абз. 2 п. 1 ст. 670 Гражданского  кодекса РФ, согласно которым покупатель (лизингодатель) и лизингополучатель являются  по отношению к продавцу солидарными кредиторами, а также положениям п. 1 ст. 326  

Гражданского кодекса РФ, согласно которым при солидарности требования любой из  солидарных кредиторов вправе предъявить к должнику требование в полном объеме.  

Суд также считает необходимым отметить, что в силу правового принципа  эстоппель, ответчик фактически утратил право оспаривать факты, которые ранее были  ему выгодны и подтверждались им в рамках другого судебного спора по делу  

 № А56-24732/2021. 

Правило "эстоппель" (англ. estoppel, от англ. estop - лишать права возражения)  предполагает утрату лицом права ссылаться на какие-либо обстоятельства (заявлять  возражения) в рамках гражданско-правового спора, если данные возражения существенно  противоречат его предшествующему поведению. Основным критерием его применения  является непоследовательное, непредсказуемое поведение участника гражданского  правоотношения.  

Термин "эстоппель" в гражданском законодательстве РФ не закреплен, однако его  содержание раскрыто в отдельных положениях ГК РФ, разъяснениях Верховного Суда  РФ, судебной практике.  

Согласно ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских  прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских  правоотношений должны действовать добросовестно (п. 3). Никто не вправе извлекать  преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4).  

Как указано в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25  "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского  кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или  недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника  гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны,  содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему  правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских  правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.  

Возможность применения правила "эстоппель" в арбитражном процессе была  неоднократно подтверждена Высшим Арбитражным Судом РФ (Постановления  Президиума ВАС РФ от 22.03.2011 N 13903/10 по делу N А60-62482/2009-С7, от  24.06.2014 N 1332/14 по делу N А65-30438/2012, Определения ВАС РФ от 27.05.2014 N  ВАС-6371/14 по делу N А28-8631/2013-147/24, от 13.05.2013 N ВАС-5144/13 по делу N  А40-76754/12-35-711), воспринята в практике Верховного Суда РФ.  

Судом установлено, что предметом спора по делу № А56-24732/2021 являлись  требования компании Strassmayr sp. z o.o. («истца» по тексту соответствующих судебных  

актов) – производителя товара, поставленного ответчиком по спорному договору купли- продажи, и которым, в свою очередь, также не были выполнены свои обязательства в  отношении данного товара перед ООО «Евротехника». Ответчиками по данному спору  являлись ООО «Евротехника» («общество» по тексту соответствующих судебных актов),  ООО Фирма «ЮгСтройСервис» («фирма» по тексту соответствующих судебных актов) и  ООО ЛК «Сименс Финанс» (теперь – ООО «ДельтаЛизинг») («компания» по тексту  соответствующих судебных актов).  

При этом, в своей позиции по делу № А56-24732/2021 ООО «Евротехника» прямо  указывалось на неполную комплектацию поставленного производителем товара, в связи с  чем на момент рассмотрения указанного спора (март 2021 года – сентябрь 2022 года)  товар явно не был смонтирован и не был введен в эксплуатацию  

Кроме того, на десятой странице Решения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.12.2021г. по делу № А56-24732/2021 указано,  что в ноябре 2020 года между сторонами возникли разногласия относительно качества  поставленного товара, поскольку, как указали ответчики, в ходе пуско-наладочных работ  зафиксирован ряд замечаний, оборудование в эксплуатацию не введено, что доведено до  сведения истца, в подтверждение чего Обществом в материалы дела представлен  нотариальный протокол осмотра письменных доказательств от 13.11.2021.  

На девятой странице Решения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и  Ленинградской области от 23.12.2021г. по указанному делу № А56-24732/2021 также  указано, что на данный момент Компанией исполнены обязательства по оплате  оборудования в соответствии с условиями Договора – Обществу перечислено 94% суммы  Договора, что составило 103 884 362,83 руб., что эквивалентно 1 221 344,00 евро (в т.ч.  НДС 20%). Завершающий платеж в сумме 76 856,00 евро до настоящего времени не  оплачен в связи с ненаступлением оснований, предусмотренных п. 7 п. 3.1 Договора,  поскольку пуско-наладочные работы не завершены.  

С учетом вышеизложенного, суд констатирует правомерность требований  лизингополучателя по рассматриваемому иску, поскольку обязательства продавца по  спорному договору купли-продажи (п. 4.5) в действительности не исполнены.  

В связи с изложенным, доводы ответчика о необходимости различать момент  подписания сторонами акта по результатам выполнения работ продавцом и момент  выполнения обязательств по выполнению соответствующих работ, не имеют  определяющего значения для рассматриваемого дела – поскольку, как материалами дела  подтверждается, что такие работы продавцом в действительности не выполнены.  

В соответствии с положениями статьи 12 Гражданского кодекса Российской  Федерации неустойка является одним из способов защиты нарушенного права.  

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 329 Гражданского кодекса  Российской Федерации, исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой,  залогом, удержанием имущества должника, поручительством банковской гарантией,  задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.  

Согласно статье 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой  признается определенная законом или договором денежная сумма которую должник  обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения  обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.  

Допущенная продавцом просрочка поставки товара с 5.10.2020 до 14.10.2020  составляет 9 дней.  

Просрочка устранения указанных в акте от 11.11.2020 года недостатков с  11.12.2020 (срок устранения недостатков согласно пункту 6.2 договора N75821) до  направления продавцу досудебной претензии от 09.06.2022 составляет 545 дней, а всего  просрочка исполнения обязательств продавца составляет 554 дня, что с учетом неустойки  в размере 0,1 % от суммы договора за каждый день просрочки составляет 55,4 %.  

Однако с учетом применения положения пункта 6.3 договора № 75821 о не  превышении общего размера неустойки 5% от суммы договора, сумма неустойки  определяется из расчета: 1 298 200 Евро * 0,05 = 64 910 Евро.  

Представленный истцом расчет судом проверен и признан составленным  арифметически и методологически верно.  

Рассматривая ходатайство ответчика о снижении размера неустойки, суд исходит  из следующего.  

В соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации, выраженной в пункте 1 Постановления Пленума от 22.12.2011 № 81,  неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 Гражданского кодекса  Российской Федерации только при наличии соответствующего заявления со стороны  ответчика. При этом обязанность по представлению доказательств явной несоразмерности  взыскиваемой неустойки возложена на ответчика.  

Снижение неустойки судом возможно только в одном случае - при явной  несоразмерности неустойки последствиям нарушения права. Явная несоразмерность  неустойки должна быть очевидной. Иные фактические обстоятельства (финансовые  трудности должника, его тяжелое экономическое положение и т.п.) не могут быть  рассмотрены судом в качестве таких оснований.  

В соответствии со статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации  гражданское законодательство основывается на признании равенства участников  регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора,  недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости  беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления  нарушенных прав, их судебной защиты. Граждане (физические лица) и юридические лица  приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе.  Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в  определении любых не противоречащих законодательству условий договора.  

Согласно положениям статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации о  свободе договора, стороны свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе  договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.  

При заключении спорных договоров ответчик был осведомлен об ответственности  за нарушение обязательств, и выразил свое согласие с соответствующими условиями  договора, тем самым предполагая возможность наступления для него негативных  последствий, связанных с применением договорной ответственности в случае  неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства.  

Установленный пунктом 6.3 договора размер неустойки – 0,1% за каждый день  просрочки платежа, является обычно принятым в деловом обороте, соответствует  сложившейся практике договорных отношений хозяйствующих субъектов и отвечает  принципам разумности и соразмерности ответственности за нарушение обязательства и не  считается чрезмерно высоким, кроме того сторонами договора определено, что размер  неустойки не может превышать 5% от суммы договора.  

Факт явной несоразмерности суммы взыскиваемой неустойки (рассчитанной  исходя из размера 0,1% за каждый день нарушения обязательств) допущенному им  нарушению своих обязательств ответчиком не доказан.  

В связи с чем, ходатайство о снижении размера неустойки не подлежит  удовлетворению.  

При изложенных обстоятельствах, исковые требования подлежат удовлетворению  в полном объеме.  

Распределение судебных расходов между лицами, участвующими в деле,  регламентировано статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации. В силу части 1 данной статьи судебные расходы, понесенные лицами,  участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются  арбитражным судом со стороны.  

Так как в предмет иска входят требования, выраженные истцом в иностранной  валюте, при определении суммы подлежащей уплате государственной пошлины по иску  необходимо руководствоваться пунктом 16 Информационного письма Президиума ВАС  РФ от 4 ноября 2002 года № 70 «О применении арбитражными судами статей 140 и 317  Гражданского кодекса Российской Федерации», в соответствии с которым цена иска  определяется судом в рублях, в соответствии с правилами пункта 2 статьи 317  Гражданского кодекса Российской Федерации, на день подачи искового заявления.  Изменение курса иностранной валюты или условных денежных единиц по отношению к  рублю в период рассмотрения спора не влияет на размер государственной пошлины.  

19.10.2022 установленный ЦБ РФ курс ЕВРО по отношению к рублю составлял  60,5300 рублей. Из материалов дела следует, что истцом при подаче заявления в суд была  оплачена государственная пошлина в сумме 42 645 рублей, что подтверждается  платежным поручением от 19.10.2022 № 3371.  

Таким образом, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере  42 645 рублей по правилам статьи 110 АПК РФ относятся на ответчика.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 65, 71, 110, 167-171  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

Р Е Ш И Л:

Устное ходатайство ответчика о приостановлении производства по делу отклонить.  

Ходатайство ответчика о снижении неустойки отклонить. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЕВРОТЕХНИКА», г.  Санкт-Петербург (ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью  Фирма «ЮгСтройСервис», г. Краснодар (ИНН 

<

***>) неустойку в размере 64 910  Евро в рублевом эквиваленте по курсу Центрального Банка Российской Федерации на  день платежа, расходы по оплате государственной пошлины в размере 42 645 рублей.  

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в  течение месяца со дня его принятия.  

Судья Т.Ю. Карпенко