48/2023-72834(1) 

 

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27  

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции  по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-15901/2019

город Ростов-на-Дону

24 июля 2023 года

15АП-10047/2023  

Резолютивная часть постановления объявлена 20 июля 2023 года. 

Полный текст постановления изготовлен 24 июля 2023 года.  Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Деминой Я.А., судей Долговой М.Ю., Сурмаляна Г.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии: 

от ФИО2: представителя ФИО3 по  доверенности от 09.06.2022,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу публичного  акционерного общества "ТНС энерго Ростов-на-Дону" на определение  Арбитражного суда Ростовской области от 25.05.2023 по делу № А53-15901/2019  по заявлению публичного акционерного общества "ТНС энерго Ростов-на-Дону" о  привлечении контролирующих должника лиц ФИО2 и  ФИО4 к субсидиарной ответственности в рамках дела о  несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью  управляющая компания "Жилищно-эксплуатационное обслуживание"  (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>);  

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью управляющая компания "Жилищно-эксплуатационное  обслуживание" (далее – должник) в Арбитражный суд Ростовской области  обратился конкурсный кредитор публичное акционерное общество "ТНС энерго  Ростов-на-Дону" с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц  ФИО2 и ФИО4 к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 25.05.2023 по делу   № А53-15901/2019 в удовлетворении заявления о привлечении контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности публичному акционерному  обществу "ТНС энерго Ростов-на-Дону" отказано. Отменены обеспечительные  меры, принятые на основании определения Арбитражного суда Ростовской области  08.11.2021, с учетом постановления Пятнадцатого арбитражного апелляционного  

суда от 05.03.2022. В удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств  публичному акционерному обществу "ТНС энерго Ростов-на-Дону" отказано.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, публичное акционерное  общество "ТНС энерго Ростов-на-Дону" в порядке главы 34 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации обжаловало определение от  25.05.2023, просило его отменить, принять по делу новый судебный акт.  

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судебный акт вынесен при  неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения  обособленного спора. До даты подачи заявления о признании должника банкротом  (заявление подано конкурсным кредитором ПАО "ТНС энерго Ростов-на-Дону  14.05.2019) должником права управления МКД переданы аффилированным  компаниям, что свидетельствует о явной недобросовестности и отсутствии  осуществления должником финансово-хозяйственной деятельности.  Добросовестный участник юридического лица при создании новой аналогичной  организации должен принять меры либо по расчету с кредиторами прежней  организации, либо перевести бизнес на новую организацию вместе с долгами перед  кредиторами, либо принять меры по финансовому оздоровлению должника, а в  случае невозможности, вывести организацию из кризиса, принять меры по ее  ликвидации. При переводе МКД на обслуживание в новое юридическое лицо,  подконтрольное тому же центру принятия решений, должник является центром  убытков, а новое юридическое лицо выполняет функцию центра прибыли.  

От ФИО2 поступил отзыв на апелляционную  жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения,  апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Представитель ФИО2 поддержал доводы,  изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения  апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также  размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", в судебное заседание не явились,  представителей не направили.  

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал  возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся  представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о  времени и месте судебного разбирательства.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав  представителя ответчика, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к  выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по  следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской  области от 20.12.2019 (резолютивная часть решения оглашена 05.12.2019) общество  с ограниченной ответственностью управляющая компания "Жилищно-эксплуатационное обслуживание" признано несостоятельным (банкротом), в  отношении него открыта процедура конкурсное производство. Конкурсным  управляющим утвержден ФИО5 из числа членов ассоциации  "Дальневосточная межрегиональная саморегулируемая организация  профессиональных арбитражных управляющих".  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 03.09.2021  арбитражный управляющий ФИО5 от исполнения  обязанностей конкурсного управляющего общества с ограниченной  ответственностью управляющая компания "Жилищно-эксплуатационное  обслуживание" отстранен.  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 07.06.2022  конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью  управляющая компания "Жилищно-эксплуатационное обслуживание" утверждена  кандидатура ФИО6 из числа членов Союза  "Межрегиональный центр арбитражных управляющих".  

Общество с ограниченной ответственностью управляющая компания  "Жилищно-эксплуатационное обслуживание" зарегистрировано 31.03.2016 и  состоит на налоговом учете в Межрайонной инспекции Федеральной налоговой  службы № 26 по Ростовской области.  

Основным видом деятельности общества является управление  эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе.  

На основании Приказа № 169 от 14.04.2015 ООО УК "ЖЭО" выдана  лицензия № 061000083 от той же даты на управление многоквартирными жилыми  домами (далее - МКД), которая действовала вплоть до ее отзыва Региональной  жилищной инспекций 08.06.2020 по заявлению конкурсного управляющего ввиду  банкротства лицензиата.  

В ведении должника числилось 24 МКД в городе Шахты Ростовской  области. В настоящее время по сведениям ГИС ЖКХ (https://dom.gosuslugi.ru/) на  управлении в организации состоит 9 МКД, расположенных в городе Шахты по  

ул. Текстильной, ул. Бакинских Комиссаров и пер. Отставной. 

Публичное акционерное общество "ТНС энерго Ростов-на-Дону" 14.05.2019  обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании  должника - общества с ограниченной ответственностью управляющая компания  "Жилищно-эксплуатационное обслуживание" несостоятельным с введением в его  отношении процедуры, применяемой в деле о банкротстве, - наблюдение.  

Кредитор указывает, что критическое ухудшение экономической ситуации  должника возникло в январе, феврале 2017 года, долг перед гарантирующим  поставщиком электроэнергии сформировался в размере 248 753,65 рублей.  

Считая, что контролирующим должника лицом совершена совокупность  действий, повлекших объективное банкротство юридического лица, конкурсный  кредитор ПАО "ТНС энерго Ростов-на-Дону" обратился в суд с настоящим  заявлением.  

Кроме того, конкурсный кредитор полагает, что контролирующим должника  лицом одобрена сделка, заведомо направленная на вывод в полном объеме  единственного ликвидного актива – дебиторской задолженности населения в  пользу аффилированной организации; ответчиками организована смена  корпоративной оболочки по принципу "центр доходов - центр убытков",  окончательно ухудшившую финансовое положение должника; директор должника  не передал в надлежащем порядке в установленные сроки хозяйственную и  бухгалтерскую документацию, что повлекло затруднения в формировании  конкурсной массы и убытки для юридического лица.  

Оценив обстоятельства дела, суд первой инстанции пришел к правомерному  выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований  исходя из следующего.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Федерального закона "О  несостоятельности (банкротстве)" от 26 октября 2002г. № 127-ФЗ если иное не  предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего  Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается  физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три  года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их  возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника  банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или  возможность иным образом определять действия должника, в том числе по  совершению сделок и определению их условий.  

В силу части 2 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О  несостоятельности (банкротстве)" возможность определять действия должника  может достигаться:  

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов  управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного  положения;  

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника,  основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном  полномочии;  

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности  главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в  подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности,  предоставляющей возможность определять действия должника);  

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов  органов управления должника либо оказания определяющего влияния на  руководителя или членов органов управления должника иным образом.  

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Федерального закона "О несостоятельности  (банкротстве)" от 26 октября 2002г. № 127-ФЗ пока не доказано иное,  предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это  лицо:  

1) являлось руководителем должника или управляющей организации  должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника,  членом ликвидационной комиссии;  

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными  лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций  акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала  общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем  половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело  право назначать (избирать) руководителя должника;  

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц,  указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

С 03.02.2016 директором ООО УК "ЖЭО" по дату введения процедуры  конкурсного производства являлся ФИО2 (сын).  

С 22.07.2015 единственным учредителем должника с долей участия 100% в  уставном капитале общества является ФИО4 (отец).  

Таким образом, требование конкурсного управляющего о привлечении к  субсидиарной ответственности предъявлено к надлежащим лицам.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции  правомерно исходил из того, что материалами дела не подтверждена вся  

совокупность условий, необходимых для привлечения данных лиц к субсидиарной  ответственности.  

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в  Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской  Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ)  Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)"  дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле  о банкротстве", статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу.  

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона N 266-ФЗ названный Закон вступает в  силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для  которых данной статьей установлен иной срок вступления их в силу.  

Пунктом 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ установлено, что рассмотрение  заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной  статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в  силу Закона N 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по  правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.  

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума ВАС РФ от  27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями  Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные  законодательные акты Российской Федерации", а также исходя из общих правил о  действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской  Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ о  субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника  применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к  такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний  должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени  должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ.  

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу  Закона N 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной  ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции,  действовавшей до вступления в силу Закона N 266-ФЗ, независимо от даты  возбуждения производства по делу о банкротстве.  

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N 266- ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к  субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017  независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было  возбуждено производство по делу о банкротстве.  

Таким образом, настоящее заявление будет рассматриваться по  процессуальным нормам Главы III.2 Закона о банкротстве, в свою очередь  материальными нормами, подлежащими применению, будут как нормы статей 9 и  10 в редакции Закона № 134-ФЗ, так и Глава III.2 в редакции Закона № 266-ФЗ.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное  погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или)  бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную  ответственность по обязательствам должника.  

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве  презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда  сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой  (сделками) причинен существенный вред кредиторам, включая сделки, указанные в  статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.  

В соответствии с разъяснением пункта 23 постановления Пленума  Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"  согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция  доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может  быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками)  причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в  частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его  деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом  следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например,  сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных  обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и  т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно  убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том  числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных  в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в  результате совершения которой должник утратил возможность продолжать  осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности,  приносивших ему ранее весомый доход.  

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для  доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред  кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основании недействительности, в том  числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3  (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на  заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее  существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной  сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность  обстоятельств не подтверждают.  

Таким образом, на заявителе лежит обязанность по доказыванию  совершения и одобрения контролирующими лицами сделок, в результате которых  причинен существенный вред имущественным правам кредиторов.  

Как указывает заявитель, должником после возникновения признаков  объективного банкротства совершались действия по выводу активов.  

В ходе исполнения обязанностей конкурсный управляющий установил, что  01.02.2018 ООО УК "Жилищно-эксплуатационное обслуживание" (цедент) и  ООО "Нийсо" (цессионарий) заключили договор уступки требования (цессии), по  условиям которого цедент уступает часть права требования, а цессионарий  принимает часть прав, принадлежащих цеденту. Размер уступаемого требования  составляет 17 815 547,04 рублей.  

Согласно пункту 4.1 договора стоимость уступаемых прав составляет 70%  от суммы 17 815 547 рублей 04 копейки с рассрочкой оплаты на неопределенный  срок.  

Пунктом 3.4 договора предусмотрено, что цессионарий производит  перечисления взысканных сумм задолженностей со своего расчетного счета на  расчетный счет цедента или по письменному распоряжению цедента на расчетные  счета ресурсоснабжающих организаций.  

В соответствии с пунктом 4.2 договора оплата цены уступленных прав  требований производится следующим образом: 70% от суммы задолженности,  полученной от должника, цессионарий обязуется перечислять цеденту на  расчетный счет по факту исполнения обязательств должниками; в случае  

поступления цеденту после заключения настоящего договора денежных средств от  должников, цедент обязан перечислить полученные денежные средства  цессионарию в течение 3 рабочих дней.  

Дополнительным соглашением от 01.02.2018 № 1 пункт 3.4 договора  изложен следующей редакции: "цессионарий производит перечисления взысканных  сумм задолженностей по коммунальным ресурсам со своего расчетного счета по  письменному распоряжению цедента на расчетные счета ресурсоснабжающих  организаций; перечисления взысканных сумм задолженностей по коммунальным  услугам на расчетный счет цедента".  

Пункт 4.2 договора изложен в следующей редакции: "оплата цены  уступленных прав требований по настоящему договору производится следующим  образом: 99% от суммы задолженности, полученной от должников, цессионарий  обязуется перечислять цеденту на условиях, изложенных в пункте 3.4 настоящего  соглашения, по факту исполнения обязательств должниками; 1% от суммы  задолженности, полученной от должников цессионарием, выплачивается цедентом  цессионарию по итогам финансового года за счет прибыли цедента".  

Полагая, что договор уступки требований (цессии) от 01.02.2018 заключен с  заинтересованным лицом при неравноценном встречном исполнении, конкурсный  управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделки  недействительной и применении последствий ее недействительности.  

Определением от 12.09.2022, оставленным без изменения постановлением  апелляционного суда от 25.11.2022 и постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 07.02.2023 в удовлетворении заявленных требований  отказано. Судебные акты мотивированы недоказанностью наличия цели  причинения вреда имущественным интересам кредиторов.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из  следующего. Предметом договора являлась дебиторская задолженность. Согласно  пункту 1.2 договора уступки от 01.02.2018 размер задолженности с учетом  неустойки по состоянию на 31.01.2018 составляет 17 475 154,16 рублей. Однако  суды установили, что ни общество, ни должник неустойку (пени за просрочку) не  начисляют, механизм ее начисления и погашения не устанавливают; данными  полномочиями наделено ООО "Центр коммунальных услуг". Ежегодно  ООО "ЦКУ" проводит коммунальную амнистию. Если абонент оплатит  задолженность с 1 декабря по 31 января каждого года, то ООО "ЦКУ" произведет  списание пени. ООО "ЦКУ" направляло в адрес ООО "Нийсо" оборотно-сальдовые  ведомости по лицевым счетам абонентов, в которых, в том числе, указывалось на  суммы "амнистии", то есть суммы "прощенных" пеней. В результате  "коммунальной амнистии" списаны пени абонентов на сумму более чем 211 357,00  рублей (в эту сумму не входит основной долг и пени по статьям: нагрев ГВ,  отопление, отопление долг). Указанная сумма изначально была включена в предмет  договора уступки требования от 01.02.2018, однако в связи с амнистией  переуступленная сумма дебиторской задолженности автоматически была снижена.  Общество представило в материалы дела единую оборотно-сальдовую ведомость, в  которой по каждому абоненту подробно указан размер задолженности, суммы  пеней с учетом амнистии. Кроме того, при заключении оспариваемого договора  должник передал обществу дебиторскую задолженность от абонентов перед ООО  "ШГТЭС" по статьям нагрев ГВ, отопление, отопление долг в размере 4 942 343,00  рублей по состоянию на 01.02.2018. ООО "ЦКУ" списало сумму основного долга и  пени в размере 4 942 343,00 рублей перед ООО "ШГТЭС", что минимизирует  переуступленную ООО "Нийсо" дебиторскую задолженность.  

В связи с принятием Федерального закона от 03.04.2018 № 59-ФЗ в 2018  году изменился порядок регулирования отношений, касающихся снабжения  многоквартирных домов коммунальными ресурсами и предоставления  потребителям коммунальных услуг; владельцам жилья разрешено подписывать  прямые договоры с ресурсоснабжающими организациями на предоставление  коммунальных ресурсов. Для целей минимизации кредиторской задолженности  должника, в связи с изменениями законодательства о допустимости применения  прямых договоров и с учетом данных ООО "ЦКУ" о неоплате абонентами  задолженности за отопление после 01.02.2018 было принято решение переуступить  права требования дебиторской задолженности непосредственно ООО "ШГТЭС".  Для этих целей "проводками" ООО "ЦКУ" скорректирован размер дебиторской  задолженности, уступленный в адрес ООО "Нийсо" по оспариваемому договору,  задолженность возращена должнику, а должником 31.08.2018 заключен договор с  ООО "ШГТЭС" о переуступке прав требования в размере 5 503 369,19 рублей (с  учетом уже накопившейся до 01.02.2018 и образовавшейся задолженности после  заключения оспариваемого договора до окончания отопительного сезона). Таким  образом, по оспариваемому договору действиями ООО "ЦКУ" была списана  задолженность абонентов на сумму 5 153 700,42 рублей (4 942 343,00 рублей - по  статьям отопление, нагрев, долг + 211 357,00 рублей - по остальным статьям  расходов). Следовательно, требование взыскания указанной суммы у общества  прекратились. Задолженность перед ООО "ШГТЭС" была погашена, права  требования, переданные по оспариваемому договору в адрес ООО "Нийсо",  переданы ресурсоснабжающей организации.  

Установлено, что при расторжении договора уступки от общества в адрес  ООО "УК ''ЖЭО''" возвращены права требования на сумму 9 734 105,87 рублей (в  виде дебиторской задолженности, зафиксированной в оборотно-сальдовой  ведомости) и судебные приказы на сумму более 3,7 млн. рублей.  

Обществом реальная работа с проблемной дебиторской задолженностью и  она была трансформирована в ликвидный актив. Так, установлено, что погашена  задолженность перед ООО "ШГТЭС", взыскана задолженность с абонентов на  сумму в размере 2 587 347,87 рублей, еще более чем на 3,7 млн. рублей получены  судебные приказы. Данные обстоятельства указывают на отсутствие доказательств,  свидетельствующих о наличии цели причинения вреда имущественным правам  кредиторов и причинения такого вреда.  

Суды отметили, что уступленная должником дебиторская задолженность не  может быть признана безусловно ликвидной, то есть соответствующей своему  номиналу, с учетом ее специфики в виде просрочек и отказов от платежей,  сложности и длительности процедур принудительного взыскания указанной  задолженности с населения (должников по коммунальным платежам).  Предъявление судебных приказов относится к компетенции арбитражного  управляющего как руководителя должника.  

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному  выводу об отсутствии оснований для привлечения КДЛ к субсидиарной  ответственности по указанным доводам.  

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий (с учетом  уточнений) также указал, что у ООО УК "ЖЭО" находилось на обслуживании  25 МКД.  

Согласно (сайту ГИС ЖКХ) МКД, 9 из 25 домов, перешли в обслуживание  ООО УК "Спутник" (ИНН 

<

***>), 8 из 25 домов перешли в управление  ООО "Сервисград".  

ООО УК "Спутник" и ООО УК "ЖЭО", ООО "Сервисград" являются  аффилированными лицами.  

Фактически созданы организации-двойники на рынке управляющих  компаний г. Шахты теми же учредителями.  

После создания организаций-двойников, дома, которые находились под  управлением ООО УК "ЖЭО", практически в полном объеме перешли под  управление ООО УК "Спутник", ООО "Сервисград".  

Согласно выписке из ЕГРЮЛ к основным видам деятельности относятся: 

ООО УК "Спутник" - Управление недвижимым имуществом за  вознаграждение или на договорной основе (68.32);  

ООО "Сервисград" - Управление эксплуатацией жилого фонда за  вознаграждение или на договорной основе (68.32.1).  

Таким образом, ответчики создали другие общества для того, чтобы  продолжать осуществлять ту же самую деятельность, которой занимался должник,  при этом последний был оставлен со своими долгами и в отсутствие возможности  их погашения от основной деятельности.  

При переводе домов у ООО УК "ЖЭО" имелась действующая лицензия,  которая прекращена лишь 08.06.2020.  

То есть, до даты подачи заявления о признании должника банкротом  (заявление подано 14.05.2019) должником переданы права управления МКД  аффилированным компаниям, что свидетельствует о явной недобросовестности и  отсутствии осуществления финансово-хозяйственной деятельности компании.  

При переводе МКД на обслуживание в новое юридическое лицо,  подконтрольное тому же центру принятия решений, должник является центром  убытков, а новое юридическое лицо и прежние подрядчики, начавшие отношения с  новым юридическим лицом, выполняют функцию центра убытков, что явилось  основной причиной несостоятельности (банкротства) должника.  

Выбор способа управления многоквартирным домом регулируется статьей  161 Жилищного кодекса Российской Федерации.  

Согласно пункту 2 статьи161 Жилищного кодекса Российской Федерации,  управление МКД может быть осуществлено тремя способами: непосредственное  управление собственниками помещений в МКД; управление товариществом  собственников жилья / жилищным или потребительским кооперативом; управление  управляющей организацией.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 161 Жилищного кодекса Российской  Федерации способ управления МКД выбирается на общем собрании собственников  помещений МКД и может быть выбран и изменен в любое время на основании  решения.  

Решение общего собрания собственников о выборе способа управления  является обязательным для всех собственников помещений в МКД. Таким образом,  собственники помещений в МКД могут в любое время изменить, расторгнуть  договор управления МКД (пункт 8 статьи 162 Жилищного кодекса Российской  Федерации).  

Кроме того, собственники помещений в одностороннем порядке в любое  время на основании решения общего собрания могут отказаться от договора  управления МКД с управляющей компанией (пункт 8.1 статьи 162 Жилищного  кодекса Российской Федерации).  

Судом первой инстанции установлено, что собственники жилых помещений,  находящихся ранее в управлении должника, на общем собрании приняли  собственные решения о переходе в другие управляющие компании (не только те  

компании, которые, по мнению кредитора, являются аффилированными), а также  решения о смене способа управления МКД ("непосредственное управление  собственниками МКД").  

Заявитель указывает, что ответчики инициировали перевод домов в  аффилированные управляющие компании.  

Между тем, как установлено судом и следует из материалов дела, часть  МКД перешли в другие управляющие компании, также под непосредственное  управление собственниками МКД. Заявитель указывает, что в отношении ряда  домов у него отсутствуют сведения, однако сведения относительно способа  управления МКД и управляющей компании являются общедоступными. Решения  собственников МКД о смене управляющей организации не оспорены,  доказательств обратного в материалах дела не имеется.  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об  отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной  ответственности по данному основанию, поскольку смена управляющей  организации не явилась следствием действий ответчиков. Обратного материалы  дела не содержат.  

Конкурсный кредитор также просит привлечь руководителя должника за  неисполнение обязанности по передаче документации конкурсному управляющему.  

В силу пункта 1 статьи 61.11 Федерального закона "О несостоятельности  (банкротстве)" от 26 октября 2002г. № 127-ФЗ если полное погашение требований  кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность  по обязательствам должника.  

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований  кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих  обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по  ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством  Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения  (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или  принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат  информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской  Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с  законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена,  в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в  деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы  (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

Положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в  отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения  бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или)  бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского  учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской  (финансовой) отчетности должника.  

Для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо  установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо  отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и  причинно-следственную связь между отсутствием документации и  невозможностью удовлетворения требований кредиторов.  

Вина субъекта ответственности устанавливается, исходя из того, приняло ли  это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и  передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая  от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (п. 1 ст. 401  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Необходимо отметить, что привлечение к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника контролирующих должника лиц фактически является  специальным способом возмещения убытков.  

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения  убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено, что  единоличный исполнительный орган юридического лица должен возместить  убытки, причиненные юридическому лицу нарушением обязанности действовать в  интересах юридического лица разумно и добросовестно, при этом истец должен  доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или)  неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные  последствия для юридического лица.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона банкротстве, с даты принятия  арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии  конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника,  иных органов управления должника и собственника имущества должника -  унитарного предприятия.  

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения  конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной  документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей  конкурсному управляющему.  

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет  ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.  

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 16.10.2017 по делу N 302-ЭС17-9244, указанное  требование Закона о банкротстве обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие  необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному  управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и  совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2  статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на  поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц;  предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником,  требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.  

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной  причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему  документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении,  направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого  могут быть погашены требования кредиторов.  

Установленная указанной нормой права ответственность соотносится с  нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в  организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных  операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского  учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17  Федерального закона от 21.11.1996 N 129-ФЗ "О бухгалтерском учете", пункт 1  статьи 6, пункт 3 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 Ж02-ФЗ "О  

бухгалтерском учете") и обязанностью руководителя должника в установленных  случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию  (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).  

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего  исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и  законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию  возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем  предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств,  возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания  сделок должника.  

Таким образом, применение изложенных норм допустимо при доказанности  следующих обстоятельств:  

1. надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник,  учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать  обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность  определять его действия;  

2. факт несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания  арбитражным судом или объявлении должником о своей неспособности в полном  объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или)  исполнить обязанность по уплате обязательных платежей;  

3. наличие причинной связи между обязательными указаниями или  действиями указанных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут  быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда  несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или  иными действиями.  

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия  которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной  ответственности, если докажет, что его вина в признании должника  несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается  невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.  

Между тем, привлечение к субсидиарной ответственности представляет  собой меру ответственности руководителя за действия, повлекшие невозможность  сформировать конкурсную массу в объеме, достаточном для погашения требований  кредиторов должника. Следовательно, руководитель должника может быть  привлечен к субсидиарной ответственности, если непередача документов явилась  препятствием для формирования конкурсной массы должника.  

При этом заявитель должен представить суду объяснения относительно того,  как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в  документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур  банкротства.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства  понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц,  контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:  

- невозможность определения основных активов должника и их  идентификации;  

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок  и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть  вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;  

- невозможность установления содержания принятых органами должника  решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения  

ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания  убытков с лиц, являющихся членами данных органов.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 24 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых  вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве", применяя при разрешении споров о  привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с  непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4  пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать, что  привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции,  доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели  к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав  отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности  подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей  по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и  осмотрительности, какая от него требовалась, что согласуется с положениями  пункта 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации об основаниях  ответственности за нарушение обязательств.  

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции  доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о  банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего  лица явились необходимой причиной объективного банкротства.  

Учитывая экстраординарный характер субсидиарной ответственности, то  есть то, что она является исключительным механизмом восстановления  нарушенных прав кредиторов (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации N 53) истец не может быть освобожден от бремени  обоснования своего иска в той степени, в которой такое обоснование ему доступно.  

Судом первой инстанции установлено, что в рассматриваемом случае  ФИО2 документы должника переданы конкурсному управляющему, что  подтверждается соответствующими актами приема-передачи. Доказательств  обратного материалы дела не содержат.  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об  отсутствии оснований для привлечения руководителя должника за непередачу  документации.  

В обоснование наличия оснований для привлечения ФИО2  (руководителя) и ФИО4 (учредителя) к субсидиарной ответственности  заявитель указывает, что они являясь руководителем и учредителем должника  (соответственно), подводя итоги 2016 года, при наличии просроченных  обязательств перед ГУП РО УРСВ и ПАО "ТНС энерго Ростов-на-Дону", не  позднее 31.03.2017 должны были обратиться в суд с заявлением о банкротстве  должника.  

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность  руководителя по обращению в суд при условии, что удовлетворение требований  одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности  исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате  обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими  кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его  учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника,  принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;  органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного  

предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением  должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит  или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник  отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности  имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине  недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий,  оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в  размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым  законодательством.  

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника  должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом  1 этой статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты  возникновения соответствующих обстоятельств.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение  обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок,  которые установлены статьей 9 указанного Федерального закона, влечет за собой  субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом  возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в  арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника,  возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9  Закон о банкротстве.  

Аналогичные положения указаны в статье 61.12 Закона о банкротстве в  редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.  

Пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве определено, что неисполнение  обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания  для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника  или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9  настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность  лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по  созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в  арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного  заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими  лицами эти лица отвечают солидарно.  

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью  удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности,  предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на  привлекаемом к ответственности лице (лицах).  

Руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно  не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по  отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен  учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в  получении необходимой информации.  

Пунктом 9 Постановления N 53 предусмотрено, что обязанность  руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент,  когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных  обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая  масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие  одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение  признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом,  

седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об  объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения,  добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил  необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически  обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной  ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с  точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.  

При этом неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица  могут выражаться, в частности, в принятии ключевых управленческих решений с  нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование,  заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с  заведомо неспособным исполнить обязательство лицом, создание и поддержание  такой системы управления должником, которая нацелена на извлечение третьим  лицом необоснованной выгоды на постоянной основе во вред должнику и его  кредиторам, в том числе внутреннее перераспределение совокупного дохода,  получаемого от осуществления предпринимательской деятельности лицами,  объединенными общим интересом, с использованием формального  документооборота в пользу одного из них с одновременным аккумулированием  основных обязательств перед контрагентами и основной налоговой нагрузки на  стороне другого лица (должника) и т.д.  

В силу вышеуказанных положений конкурсный управляющий должен  доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а  наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о  признании должника банкротом.  

В соответствии с изложенной в Определении Верховного Суда РФ от  27.01.2017 № 306- ЭС16-20500 правовой позицией, специфика функционирования  организаций по управлению многоквартирными домами такова, что текущая  кредиторская задолженность перед ресурсоснабжающими организациями  сочетается с наличием дебиторской задолженности граждан за коммунальные  услуги, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной  ликвидностью.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской  Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, даже формальное  превышение размера кредиторской задолженности над размером активов,  отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством  невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не  может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое  состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является  основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением  должника о банкротстве.  

Сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности  хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности)  может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства),  когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с  заявлением о признании должника банкротом.  

Наличие у должника задолженности не может рассматриваться как  безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо  обязательства перед конкретным кредитором для целей определения  необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании  должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о  

банкротстве. Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено  статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя  обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.  

Наличие у организации кредиторской задолженности в определенный  период времени не свидетельствует о неплатежеспособности организации в целом,  не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве  должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий  по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку  не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что  должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура  активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с  осуществлением хозяйственной деятельности.  

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от  21.12.2017 № 53, объективное банкротство - это момент, в который должник стал  неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об  уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера  обязательств над реальной стоимостью его активов. Объективное банкротство  является юридическим фактом, влекущим конкретные последствия применительно  к субсидиарной ответственности: дата начала объективного банкротства  учитывается для периода определения контроля (по смыслу п. 4 вышеуказанного  Постановления); данное обстоятельство имеет значение при привлечении к  субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве (по смыслу п.  9 вышеуказанного Постановления).  

Момент возникновения обязанности по подаче заявления должника в  каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем  критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о  невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных  последствий для должника и его кредиторов. Сами по себе кратковременные и  устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями  руководителя, затруднения не могут рассматриваться как безусловное  доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с  заявлением о банкротстве.  

Бухгалтерский баланс сам по себе не может рассматриваться как  безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо  обязательства перед конкретным кредитором для целей определения  необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании  должника банкротом, поскольку отражает лишь общие сведения об активах и  пассивах применительно к определенному отчетному периоду.  

Действующее законодательство не предполагает обязанность указанных в  Законе о банкротстве лиц обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании  общества банкротом (принять такое решение), в момент, как только активы  общества стали уменьшаться. Показатель того, что пассивы преобладали над  активами должника, не может рассматриваться как единственный критерий,  характеризующий финансовое положение должника, а приобретение  отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в  суд с заявлением должника о банкротстве.  

Согласно пункту 2 статьи 162 Жилищного кодекса Российской Федерации  по договору управления многоквартирным домом одна сторона (управляющая  организация) по заданию другой стороны (собственники помещений в  многоквартирном доме, органы управления товарищества собственников жилья,  

органы управления жилищного кооператива или органы управления иного  специализированного потребительского кооператива) в течение согласованного  срока за плату обязуется оказывать услуги и выполнять работы по надлежащему  содержанию и ремонту общего имущества в таком доме, предоставлять  коммунальные услуги собственникам помещений в таком доме и пользующимся  помещениями в этом доме лицам, осуществлять иную направленную на  достижение целей управления многоквартирным домом деятельность.  

По существу, такая организация осуществляет, в том числе, полномочия по  сбору денежных средств с владельцев квартир и оплате потребленной энергии. При  этом может возникнуть ситуация, когда из-за несвоевременной оплаты жилищно- коммунальных услуг собственниками помещении в многоквартирных домах  наступает просрочка в оплате поставленных коммунальных ресурсов.  

В этой связи организация имеет непогашенную кредиторскую  задолженность перед энергоснабжающими организациями, бюджетом  одновременно с дебиторской задолженностью, что является обычным для  функционирования управляющих организаций.  

Таким образом, сам по себе признак недостаточности имущества у должника  и наличие задолженности перед ресурсоснабжающими организациями за  определенный период времени не могут свидетельствовать о наступлении  обязанности у ответчика (руководителя) подать заявление о признании общества  несостоятельных" (банкротом).  

Правоотношения должника со своими контрагентами носили длительный  характер и не могли быть прекращены, с учетом положений Правил  предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в  многоквартирных домах и жилых домой утвержденных Постановлением  Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 № 354.  

Ответственность за невыполнение руководителем требований Закона о  банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его  собственном банкротстве предполагает под собой в качестве объективной стороны  правонарушения недобросовестное сокрытие от кредиторов информации о  неудовлетворительном имущественном положении юридического лица и заведомой  невозможности удовлетворения требовании новых кредиторов, повлекшее  впоследствии возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов,  введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.  

Именно такое поведение влечет возложение на руководителя субсидиарной  ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности  конкурсной массы, обеспечивая, тем самым, защиту кредиторов, не осведомленных  по вине такого руководителя должника о возникшей существенной диспропорции  между объемом обязательств должника и размером его активов.  

ФИО2 указывает, что в целях урегулирования проблемной ситуации  неоднократно вел диалог с ресурсоснабжающими организациями. По факту  переговоров с ООО "ШГТС" была переуступлена задолженность, что существенно  минимизировало долговую нагрузку; по факту переговоров с ПАО "ТНС энерго  Ростов-на-Дону" достигнута договоренность о погашении обязательств третьим  лицом, соответствующие выплаты начали осуществляться, а это означает, что сам  заявитель был согласен на сотрудничество по вопросу преодоления проблемной  ситуации.  

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правомерному  выводу, что правовых оснований для привлечения ФИО4 как участника  должника к субсидиарной ответственности по его обязательствам за нарушение  

обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (после 30.03.2017 и  не позднее 30.04.2017) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о  банкротстве, не имеется.  

Кроме того, судом первой инстанции сделаны выводы о пропуске  заявителем срока исковой давности на подачу заявления о привлечении  контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.  

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой  давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого  нарушено.  

По общему правилу, предусмотренному в пункте 1 статьи 200 Гражданского  кодекса Российской Федерации, течение срока исковой давности начинается со дня,  когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто  является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.  

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 21 Обзора судебной  практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018), утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, согласно пункту  1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности  по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему  правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов  арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу  заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к  субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице,  контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику  обязательные для исполнения указания или иным образом определять его  действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших  вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о  недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми  кредиторами. При этом в любом случае течение срока исковой давности не может  начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к  субсидиарной ответственности, то есть не может начаться ранее введения  процедуры конкурсного производства.  

Согласно абзацу четвертому пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в  редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ "О внесении изменений в  отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия  незаконным финансовым операциям" (далее - Закон N 134-ФЗ) заявление о  привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по  основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть  подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало  или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к  субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника  банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может  быть восстановлен судом.  

Федеральным законом от 28.12.2016 N 488-ФЗ "О внесении изменений в  отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Закон N 488-ФЗ)  в пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве внесены изменения, согласно которым  заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной  ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 статьи 10 Закона  о банкротстве, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее  право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии  

соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но  не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.  

Согласно статье 4 Закона N 488-ФЗ положения пунктов 5 - 5.4, 5.6 статьи 10  Закона о банкротстве в редакции Закона N 488-ФЗ применяются к поданным после  01.07.2017 заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности или заявлениям о привлечении контролирующих  должника лиц к ответственности в виде возмещения убытков.  

Суд первой инстанции установил, что спорные действия ответчиков были  совершены в период с 2017 по 2020 годы; настоящее заявление подано конкурсным  кредитором 15.06.2021. На момент вступления в силу положений Закона о  банкротстве в редакции Закона N 488-ФЗ, установивших трехгодичный срок  исковой давности, годичный срок исковой давности, установленный действовавшей  ранее редакцией Закона о банкротстве, даже если его исчислять с даты признания  должника банкротом (резолютивная часть решения суда от 05.12.2019), не истек.  Кроме того, судебная коллегия обращает внимание, что конкурсный кредитор  узнал о наличии всех обстоятельств, необходимых для привлечения лица к  субсидиарной ответственности (в том числе о недостаточности активов должника  для проведения расчетов со всеми кредиторами), не в день открытия конкурсного  производства, а значительно позднее.  

Таким образом, с учетом использования по аналогии правил применения  положений Гражданского кодекса Российской Федерации о сроках исковой  давности к обычным (небанкротным) правоотношениям (пункт 9 статьи 3  Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ), следует исходить из того, что в  данной ситуации подлежат применению нормы о трехгодичном сроке исковой  давности.  

Поскольку институт исковой давности не регулирует содержание  правоотношений, которые могут стать предметом судебного спора, и поскольку  истечение срока исковой давности находится вне контроля должника, а потому  является для него лишь следствием поведения другой стороны, активные действия  которой могут привести к перерыву течения срока исковой давности независимо от  поведения должника, его правовое положение не изменяется до тех пор, пока не  истечет срок исковой давности, установленный законом.  

Увеличение срока исковой давности применительно к тем отношениям, по  которым установленный ранее действовавшим законодательством срок исковой  давности еще не истек, не может расцениваться как ухудшение правового  положения лица и ограничение его прав, уже существующих в конкретных  правоотношениях, недопустимое с точки зрения Конституции Российской  Федерации (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от  20.04.2010 N 9-П).  

С учетом изложенного трехгодичный срок исковой давности, установленный  Законом о банкротстве в редакции Закона N 488-ФЗ, на дату обращения  конкурсного кредитора в суд не истек.  

Согласно пункту 39 постановление Пленума Верховного Суда РФ от  30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной  инстанции" в случае несогласия суда только с мотивировочной частью  обжалуемого судебного акта, которая, однако, не повлекла принятия неправильного  решения или определения, арбитражный суд апелляционной инстанции, не отменяя  обжалуемый судебный акт, приводит иную мотивировочную часть. На изменение  

мотивировочной части судебного акта может быть также указано в резолютивной  части постановления суда апелляционной инстанции.  

Таким образом, выводы суда первой инстанции о пропуске заявителем срока  исковой давности на подачу заявления являются ошибочными, вместе с тем, не  привели к вынесению неправильного решения.  

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке  доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного  акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не  свидетельствуют о неправильном применении норм материального и  процессуального права.  

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и  оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный  судебный акт.  

Нарушений или неправильного применения норм материального или  процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием к  отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной  инстанции не установлено.  

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 25.05.2023 по делу   № А53-15901/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи  176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление  арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его  принятия.  

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке,  определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.  

Председательствующий Я.А. Демина 

Судьи М.Ю. Долгова  

Г.А. Сурмалян