ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-2182/2017

г. Киров

24 января 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 января 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 января 2019 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Кормщиковой Н.А.,

судейСандалова В.Г., ФИО1, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

при участии в судебном заседании арбитражного управляющего ФИО3

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 19.09.2018 по делу №А29-2182/2017 (Т-35614/2018), принятое судом в составе судьи Паниотова С.С.,

по заявлению кредитора ФИО4 

к должнику обществу с ограниченной ответственностью «Ижемский строительный участок» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

об установлении требований и включении их в реестр требований кредиторов,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ижемский строительный участок» (далее - ООО «ИСУ», общество, должник) ФИО4 (далее – ФИО4, заявитель жалобы) обратился в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника 3 041 404,87 руб. задолженности.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 19.09.2018 в удовлетворении заявленных требований отказано.

ФИО4 с принятым определением суда не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции от 19.09.2018.

Заявитель жалобы указывает, что у него имеются карточки счетов 51 «Расчётный счёт», 71 «Подотчёт», 73 «Займы». На расчётный счёт ООО «ИСУ» от ФИО4 поступили денежные средства с банковской карты в следующих размерах: 27.03.2015 - 10 000 руб., 24.06.2015 – 260 000 руб.,15.07.2015 – 490 000 руб. Денежные средства вносились на расчётный счёт с целью уплаты лизинга по экскаватору и налогов. Расчёты наличными денежными средствами, проводились за ГСМ, запчасти, проездные билеты, с подрядчиками за выполненные работы, прочие ТМЦ, необходимые для функционирования предприятия. В суде первой инстанции заявитель ходатайствовал  об истребовании бухгалтерских документов, необходимых для включения в реестр требований кредиторов у внешнего управляющего ФИО3 Определением Арбитражного суда Республики Коми от 19.09.2018 отказано в проведении экспертизы по делу. Трехгодичный срок исковой давности не пропущен.

Арбитражный управляющий ФИО3 направил в материалы дела отзыв, просит оставить определение суда первой инстанции без изменения, отказать ФИО4 в удовлетворении его жалобы; указывает, что реестр закрыт, процедура банкротства прекращена, участник общества имеет право на удовлетворение требований после удовлетворения требований всех других кредиторов, займодавец и заемщик аффилированные лица.

В судебном заседании арбитражный управляющий ФИО3 поддержал возражения, изложенные в письменном виде.

Заявитель явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом; направил ходатайство о рассмотрении заявления в свое отсутствие. 

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие представителя заявителя.

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ. 

Как следует из материалов дела, определением суда от 07.08.2017 в отношении ООО «Ижемский строительный участок»  введена процедура внешнее управление, внешним управляющим утвержден ФИО3.

27.03.2018 ФИО4 обратился с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «ИСУ», указав, что в 2015-2016 годах являлся руководителем должника, произвел за свои личные денежные средства хозяйственные расходы в сумме 1 961 404,87 руб. в целях функционирования предприятия, что подтверждается карточкой счета 71.1 ООО «Ижемский строительный участок», а также пополнял расчетный счет предприятия согласно договору займа на общую сумму 1 080 000 руб., что подтверждается карточкой счета 51. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, возражения на нее, заслушав пояснения арбитражного управляющего, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника в порядке, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В соответствии со статьями 307, 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (статья 310 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Пунктом 1 статьи 810 ГК РФ предусмотрено, что заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

На основании статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания выполнения работ несет исполнитель.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц  ФИО4 с 10.02.2009 является учредителем общества с размером доли в уставном капитале - 1/3.

Таким образом, ФИО4 является аффилированным лицом по отношению к ООО «ИСУ» на основании пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве.

Представленные в материалы дела документы свидетельствуют о том, ФИО4 предоставлялись денежные средства для пополнения оборотных средств общества в связи с отсутствием у последнего достаточного имущества для расчета с иными (гражданско-правовыми) контрагентами, в целях обеспечения непрерывного рабочего процесса компании.  Данные факты не оспариваются заявителем жалобы.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1,2), действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. При этом сама по себе выдача займа участником должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства.

Вместе с тем, исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам.

При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801).

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческое решение о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику займов либо иным образом.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации (Определение от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994(1,2)), если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако, обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ), так и его кредиторов подразумевает в числе прочего оказание содействия таким кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4,5)).

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой мажоритарный участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование мажоритарного участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала. Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208).

К тому же, изъятие вложенного названным мажоритарным участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами и в силу недобросовестности такого поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 305-Эс17-17208 и 21.02.2018 № 310-Эс17-17994 (1, 2).

Апелляционный суд считает, что требование участника вытекает из факта его участия в обществе, признанном банкротом, а, следовательно, правовые основания для включения в реестр кредиторов должника требования ФИО4 отсутствуют.

При этом закон не лишает кредитора права на удовлетворение своих требований, однако это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества должника (пункт 1 статьи 148 Закона о банкротстве, пункт 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Изложенные в жалобе доводы не опровергают выводы суда и по существу направлены на переоценку доказательств и установленных судом обстоятельств дела. Между тем несогласие заявителя с выводами суда, основанными на установленных фактических обстоятельствах дела и оценке доказательств, не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта по приведенным в апелляционной жалобе доводам.

Судебный акт является законным и обоснованным, отмене или изменению по приведенным в жалобе доводам не подлежит.

В связи с отсутствием оснований для удовлетворения заявленного требования, изложенное в апелляционной жалобе ходатайство заявителя об истребовании от арбитражного управляющего бухгалтерских документов удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 19.09.2018 по делу №А29-2182/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО4 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий                               

Судьи

Н.А. Кормщикова

ФИО5

ФИО1