ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

22.06.2021

Дело № А40-89227/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 16.06.2021

Полный текст постановления изготовлен  22.06.2021

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего судьи – Зверевой Е.А., 

судей: Коротковой Е.Н., Тарасова Н.Н.

при участии в заседании: 

от ГК АСВ – ФИО1 по дов. от 24.02.2021 (по 31.12.2023),

от ФИО2 – ФИО3 по дов. от 10.06.2019 (на 3 года), ФИО4 по дов . от 22.01.2020 (на 3 года),

от ФИО5 – ФИО3 по дов. от 05.06.2019 (на 3 года), ФИО4 по дов . от 22.01.2020 (на 3 года),

от ФИО6 – ФИО3 по дов. от 06.06.2019 (на 3 года), ФИО4 по дов . от 22.01.2020 (на 3 года),

рассмотрев 17.06.2021  в судебном заседании кассационные жалобы

ФИО5, ФИО2, ФИО6 

на постановление от 02.02.2021 

Девятого арбитражного апелляционного суда

по заявлению конкурсного управляющего признании АО «Смартбанк» -

ГК АСВ о привлечении ФИО6, ФИО5, 

ФИО2, ФИО7 к субсидиарной ответственности по 

обязательствам должника в размере 4 493 204 000 руб.

в рамках дела о признании АО «Смартбанк» несостоятельным 

(банкротом),

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 27.06.2016 в отношении АО  "Смартбанк" открыто конкурсное производство сроком на один год. 

В Арбитражный суд г. Москвы поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО6, ФИО5, ФИО2, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 4 493 204 000 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.09.2020 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам АО "Смартбанк" ФИО7 в размере 4 493 204 000 руб. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2021 определение Арбитражного суда г. Москвы от 22.09.2020 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам АО "СМАРТБАНК" ФИО6, ФИО5, ФИО2 отменено.

Заявление конкурсного управляющего в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам АО "Смартбанк" ФИО6, ФИО5, ФИО2 удовлетворено.

Привлечены к субсидиарной ответственности: 

- ФИО8 в размере 4 493 204 000 руб.

- ФИО5 в размере 570 636 908 руб.

- ФИО2 в размере 570 636 908 руб.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО8, ФИО5, ФИО2 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, указав на несоответствие выводов  судов, содержащихся в судебных актах, фактическим обстоятельствам дела, неправильное применение судами норм права.

В судебном заседании заявители кассационных жалоб уточнили просительную часть кассационных жалоб, просили постановление апелляционного суда отменить и оставить в силе определение суда первой инстанции.

До начала судебного заседания в материалы дела поступил письменный отзыв на кассационные жалобы от конкурсного управляющего должником с просьбой оставить судебные акты без изменений, кассационные жалобы – без удовлетворения.

В судебном заседании представители заявителей поддержали доводы  кассационных жалоб, просили об отмене постановления апелляционного суда в части удовлетворения заявления конкурсного управляющего, представитель конкурсного управляющего  - возражал.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Обсудив доводы кассационных жалоб и отзыва, заслушав присутствующих в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ, п. 1 ст. 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Как установлено судом апелляционной инстанции, а также усматривается из материалов дела, до отзыва у банка лицензии (28.03.2016) ФИО8 являлся председателем правления банка с 15.04.2015; членом совета директоров банка с 15.12.2014.

ФИО2 являлся временно исполняющим обязанности председателя правления в период с 15.04.2014 по 14.04.2015; членом правления с 20.06.2013 по 28.03.2016;

ФИО5 являлся членом правления банка в период с 16.09.2013 по 28.03.2016;

В обоснование заявленных требований управляющий ссылался на то, что вследствие действий указанных контролирующих лиц должника произошло существенное ухудшение финансового положения банка, приведшее к банкротству.

Суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу о том, что для определения оснований привлечения к субсидиарной ответственности необходимо руководствоваться положениями статьи 10 Закона о банкротстве (в ред. Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) и статьей 189.23 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

В этой связи Арбитражный суд Московского округа соглашается с выводом суда апелляционной инстанции о том, что мнение суда первой инстанции о пропуске годичного срока исковой давности на подачу заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности является ошибочным, в связи со следующим.

Верховным Судом Российской Федерации в Определении от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3) изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

Федеральный закон от 25.02.1999 № 40-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций" утратил силу с принятием Федерального закона от 22.12.2014 № 432-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации". Этим же Законом в Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" введен параграф 4.1 "Банкротство кредитных организаций".

В силу статьи 189.23 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в редакции Федерального закона от 22.12.2014 № 432-ФЗ, если банкротство кредитной организации наступило вследствие действий и (или) бездействия лиц, контролирующих кредитную организацию, такие лица в случае недостаточности имущества кредитной организации несут субсидиарную ответственность по ее обязательствам в порядке, установленном статьей 10 настоящего Федерального закона, с особенностями, установленными настоящей статьей (пункт 1).

Пока не доказано иное, предполагается, что банкротство кредитной организации наступило вследствие действий и (или) бездействия лиц, контролирующих кредитную организацию, при наличии одного из обстоятельств, указанных в абзацах третьем и четвертом пункта 4 статьи 10 настоящего Федерального закона.

Положения абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 настоящего Федерального закона применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность формирования, ведения, хранения документов, отражающих экономическую деятельность кредитной организации, и баз данных кредитной организации на электронных носителях (резервных копий баз данных), а также обязанность их передачи временной администрации по управлению кредитной организацией или ликвидатору (конкурсному управляющему) (пункт 3).

Заявление о привлечении лица, контролирующего кредитную организацию, к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, может быть подано не позднее трех лет со дня признания кредитной организации банкротом. 

В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом (пункт 6).

Принимая во внимание указанное, применение судом первой инстанции исковой давности, срок которой продолжительностью в один год установлен пунктом 5 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", суд апелляционной инстанции обоснованно признал ошибочным.

В отношении действий, совершенных после 23.12.2014, применяется специальная норма пункта 6 статьи 189.23 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" о трехлетнем сроке исковой давности.

Поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано конкурсным управляющим в пределах трех лет с момента открытия в отношении АО "Смартбанк" конкурсного производства, срок исковой давности нельзя признать пропущенным.

Кроме того, суд апелляционной инстанции обоснованно обратил внимание на то, что выводы суда первой инстанции о том, что у временной администрации имелась реальная возможность узнать о допущенных нарушениях ответчиками еще в начале 2016 года, не основаны на нормах права.

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами.

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, в частности, ранее введения первой процедуры банкротства (пункт 59 Постановления № 53, Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472(4,5,7)).

Таким образом, ошибочно связывать начало течения срока исковой давности для подачи конкурсным управляющим заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц с моментом утверждения временной администрации банка.

В силу пункта 1 статьи 189.23 Закона о банкротстве, если банкротство кредитной организации наступило вследствие действий и (или) бездействия лиц, контролирующих кредитную организацию, такие лица в случае недостаточности имущества кредитной организации несут субсидиарную ответственность по ее обязательствам в порядке, установленном статьей 10 настоящего Федерального закона, с особенностями, установленными настоящей статьей.

Согласно пункту 2 статьи 189.23 Закона о банкротстве, при определении контролирующего лица должника (кредитной организации) не применяется положение абзаца тридцать первого статьи 2 настоящего Федерального закона о сроке (менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом), в течение которого такое лицо имеет или имело право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника.

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. 

Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

В соответствии со статьей 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ "Об акционерных обществах" члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Члены Совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

Члены Совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом или акционерами за убытки, причиненные их виновными действиями (бездействием), нарушающими порядок приобретения акций общества, предусмотренный главой XI.1 указанного Федерального закона.

При этом в Совете директоров (наблюдательном совете) общества, коллегиальном исполнительном органе общества (правлении, дирекции) не несут ответственность члены, голосовавшие против решения, которое повлекло причинение обществу или акционеру убытков, или не принимавшие участия в голосовании.

Согласно пункту 3 статьи 71 Закона об акционерных обществах, при определении оснований и размера ответственности членов Совета директоров (наблюдательного совета), единоличного исполнительного органа общества (директора, генерального директора) и (или) членов коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющей организации или управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

В силу положений пункта 4 статьи 71 Закона об акционерных обществах, в случае, если в соответствии с положениями указанной статьи ответственность несут несколько лиц, их ответственность перед обществом, а в случае, предусмотренном абзацем вторым пункта 2 настоящей статьи, перед акционером является солидарной.

В силу положений пункта 3 статьи 189.23 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что банкротство кредитной организации наступило вследствие действий и (или) бездействия лиц, контролирующих кредитную организацию, при наличии одного из обстоятельств, указанных в абзацах третьем и четвертом пункта 4 статьи 10 настоящего Федерального закона.

Положениями абз. 2 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Применительно к правовому характеру настоящего спора, состав правонарушения, влекущего субсидиарную ответственность, имеет место при доказанности: факта неправомерных действий (бездействия), факта признания должника банкротом, наличия причинно-следственной связи (объективная сторона) и наличия вины (субъективная сторона).

По общему правилу элементы объективной стороны подлежат доказыванию лицом, требующим привлечь к субсидиарной ответственности, отсутствие вины - лицом, привлекаемым к ответственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 189.8 Закона о банкротстве кредитная организация считается неспособной удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязанности не исполнены ею в течение четырнадцати дней после наступления даты их исполнения и (или) стоимость имущества (активов) кредитной организации недостаточна для исполнения ее обязательств перед кредиторами и (или) обязанности по уплате обязательных платежей.

Отменяя определение суда первой инстанции в части отказа, и, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего в указанной части, апелляционный суд принял во внимание то, что существенное ухудшение финансового положения банка, приведшее к банкротству, произошло в результате совокупности следующих виновных действий (бездействия) лиц, контролирующих должника: 

выдача кредитов банком организациям, не ведущим реальной хозяйственной деятельности (техническим заемщикам); 

приобретение банком ценных бумаг по завышенной стоимости; 

недостача имущества (основных средств).

Так, вопреки доводам кассационных жалоб суд апелляционной инстанции подробно установил то, что ссудная задолженность юридических и физических лиц являлась "технической", сформирована задолженностью организаций, не осуществлявших реальной хозяйственной деятельности или осуществлявшей ее в несопоставимых с объемами кредитования масштабах, и физических лиц, которые были неспособны исполнить принятые на себя обязательства.

В период с 01.01.2016 по 28.03.2016 банком, в лице советника председателя Правления ФИО7, действующего от имени банка на основании доверенности № 46/1 от 01.02.2016, выданной Председателем Правления банка ФИО6, заключены договоры с ООО "Антарес", ООО "Магстрой", ООО "Дорожник", ООО "Инжстройгрупп", на условиях которых предоставлены кредитные средства в размере 440 000 000 руб.

Совершение сделок одобрено кредитным комитетом, в состав которого входили члены органов управления ФИО8, ФИО2 и ФИО5

Суд апелляционной инстанции также учитывал то, что на балансе банка на отчетные даты учитывались ценные бумаги, приобретенные  и учтенные банком по завышенной стоимости.

Апелляционный суд отметил то, что какие-либо документы, свидетельствующие об изучении финансового положения эмитентов при принятии решения о приобретении ценных бумаг в банке, в материалы дела не представлены.

Также судом апелляционной инстанции было установлено, что в период с 18.03.2016 по 22.03.2016 банк заключил семь договоров купли-продажи ценных бумаг, повлиявших на ухудшение финансового положения банка.

Кроме того, в ходе конкурсного производства установлено, что на дату отзыва лицензии на балансе банка числилось имущество на общую сумму 12 309 284, 07 руб.

В ходе инвентаризации нематериальных активов банка конкурсным управляющим выявлена недостача вышеуказанного имущества, указанное имущество не передано от руководства банка временной администрации по управлению бнком в нарушение п. 5 ст. 183.9 Закона о банкротстве.

В этой связи, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что  необеспечение контролирующими банк лицами сохранности принадлежащего банку имущества повлекло за собой выбытие активов стоимостью 12 309 284,07 руб.

Статьей 189.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что в случаях, когда размер собственных средств кредитной организации меньше величины уставного капитала, кредитная организация обязана осуществлять меры по предупреждению банкротства.

Апелляционный суд принял во внимание то, что в течение периода с 01.01.2016 по 01.03.2016 величина собственных средств (капитала) банка, скорректированных на технические активы была меньше величины уставного капитала.

В период наличия основания для осуществления мер по предупреждение банкротства кредитной организации должность единоличного исполнительного органа занимал ФИО8

Вместе с тем, в течение всего периода указанное лицо, в нарушение своих обязанностей, скрывая реальное финансовое положение банка, не обращалось в совет директоров банка и Банк России с ходатайством об осуществлении мер по предупреждению банкротства банка.

Лицом, обязанным принять меры по предупреждению банкротства банка в соответствии со статьей 189.19 Закона о банкротстве является его руководитель - председатель правления.

При таких обстоятельствах апелляционный суд пришел к обоснованному  выводу о том, что бездействие ФИО6, выраженное в непринятии мер по предупреждению банкротства банка одновременно с увеличением технической задолженности и совершением сделок по выводу активов банка, согласно статье 189.23 Закона о банкротстве является основанием для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам банка.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что ФИО8, ФИО2, ФИО5,  входившие в состав кредитного комитета, одновременно являлись и контролирующими банк лицами.

Установив фактические обстоятельства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что со стороны привлекаемых лиц не было предпринято каких-либо разумных действий по созданию надлежащей системы контроля за совершением сделок в обход целей финансово-хозяйственной деятельности банка и установленным внутрибанковским порядкам.

За совершенные в отношении общества неразумные, недобросовестные и, следовательно, виновные действия исполнительные органы несут ответственность в соответствии с законодательством (статья 53, статья 53.1, пункт 1 статья 401 ГК РФ, статья 189.23 Закона о банкротстве).

В итоге апелляционный суд пришел к выводу о том, что совокупный ущерб, причиненный банку в результате вышеуказанных действий (выдача кредитов нерыночным юридическим лицам, приобретение ценных бумаг) и бездействия (непередача основных средств, неосуществление мер по предупреждению банкротства банка) составляет 2 117 528 215,20 руб.

Размер субсидиарной ответственности контролирующих Банк лиц, по состоянию на дату обращения в суд с заявлением составляет 4 493 204 000,00 руб.

Принимая во внимание установленные фактические обстоятельства, суд апелляционной инстанции верно определил объем субсидиарной ответственности каждого из привлекаемых к ответственности лиц.

Учитывая установленные судом апелляционной инстанции обстоятельства, суд округа не усматривает оснований для несогласия с выводами апелляционного суда, а доводы кассационных жалоб находит основанными на неправильном толковании норм права.

В соответствии со статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив все представленные доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определил спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснил имеющие существенное значение для дела обстоятельства.

В соответствии с частью 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, постановления.

Таких нарушений судом не допущено.

Ссылка заявителей кассационных жалоб на то, что судом неверно применены нормы закона, что повлекло за собой вынесение незаконного судебного акта, судом кассационной инстанции отклоняется, поскольку иная оценка заявителями жалоб установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Доводы кассационных жалоб изучены судом, однако, они подлежат отклонению как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, является недопустимым при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной ст. ст. 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в Определении от 17.02.2015 №  274-О, ст. ст. 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции,  предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм  материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Учитывая изложенное,  принимая во внимание  положения ст. ст. 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции не находит  оснований для удовлетворения кассационных жалоб, а принятый по  делу судебный акт считает законным и обоснованным. 

Кроме того, оснований, предусмотренных ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в том числе, нарушений норм процессуального права, которые в любом случае являются основанием к отмене обжалуемых судебных актов), не усматривается.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда  от 02.02.2021 по делу № А40-89227/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                  Е.А. Зверева

Судьи:       Е.Н. Короткова 

       Н.Н. Тарасов