АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3592/25

Екатеринбург

17 декабря 2025 г.

Дело № А47-13728/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 03 декабря 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 декабря 2025 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Дякиной О.Г.,

судей Сафроновой А.А., Проскуряковой С.В.,

при ведении протокола помощником судьи Шерстовой А.Р. рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы индивидуального предпринимателя ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «СКС», индивидуального предпринимателя Мелояна Мнацакана Карапетовичана на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 08.04.2025 по делу № А47-13728/2022 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.07.2025 по тому же делу.

Определениями Арбитражного суда Уральского округа от 24.09.2025, от 12.11.2025 судебное разбирательство по кассационным жалобам откладывалось в порядке, предусмотренном статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе, в целях урегулирования спора мирным путем.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании 03.12.2025 с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание) приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью коммерческий банк «Агросоюз» – ФИО3 (доверенность от 24.07.2024 № 77АД5853732, паспорт, диплом), общества с ограниченной ответственностью «СКС» – ФИО4 (доверенность от 21.10.2024).

В Арбитражном суде Уральского округа приняли участие представители:

индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО5 (доверенность 09.01.2025); индивидуального предпринимателя Мелояна Мнацакана Карапетовичана – ФИО6 (доверенность от 09.01.2025).

Общество с ограниченной ответственностью коммерческий банк «Агросоюз» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – истец, общество КБ «Агросоюз», банк) обратилось в Дзержинский районный суд г. Оренбурга с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «СКС» (далее – общество «СКС», заявитель кассационной жалобы 1, кассатор 1), индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – предприниматель ФИО1, заявитель кассационной жалобы 2, кассатор 2), индивидуальному предпринимателю ФИО7 (далее – предприниматель ФИО7, заявитель кассационной жалобы 3, кассатор 3), обществу с ограниченной ответственностью «Строймац», обществу с ограниченной ответственностью «СпецКапСнаб», некоммерческой организации «Гарантийный фонд для субъектов малого и среднего предпринимательства Оренбургской области (микрокредитная компания)» (далее – Гарантийный Фонд), обществу с ограниченной ответственностью «Гранд», индивидуальному предпринимателю ФИО8 (далее – предприниматель ФИО8) о взыскании задолженности по кредитному договору, договору поручительства, обращении взыскания на заложенное имущество.

Определением суда от 02.08.2022 дело передано по подсудности в Арбитражный суд Оренбургской области.

Истцом неоднократно уточнялись исковые требований, согласно последнему уточнению, в редакции от 11.09.2024, банк просил: взыскать солидарно с общества «СКС», предпринимателя ФИО1, предпринимателя ФИО7, общества с ограниченной ответственностью «Заря» (далее – общество «Заря»), общества с ограниченной ответственностью «Гранд» (далее – общество «Гранд»), предпринимателя ФИО8, некоммерческой организации «Гарантийный фонд для субъектов малого и среднего предпринимательства Оренбургской области» (далее – Гарантийный фонд) сумму задолженности по Кредитному договору от 16.08.2017 

<

***> в общей сумме 135 995 945 руб. 85 коп., в том числе: основной долг в размере 33 567 720 руб. 50 коп.; проценты по кредиту в сумме 18 483 398 руб. 46 коп.; пени (договорная неустойка) в размере 83 944 826 руб. 89 коп.;

взыскать с Гарантийного фонда сумму задолженности по договору поручительства № 03932018-1 в размере 9 500 000 руб.; обратить взыскание путем продажи с публичных торгов на предмет залога по договору залога движимого имущества от 31.08.2017 

<

***>-З, принадлежащий на праве собственности ФИО7, а именно: легковой автомобиль TOYOTA LAND CRUSER 200, год выпуска 2013, VIN 

<

***>. Установить начальную продажную стоимость в сумме 1 365 660 руб. 00 коп.;

обратить взыскание путем продажи с публичных торгов на предмет залога по договору ипотеки от 16.08.2017

<

***>-И, принадлежащий на праве собственности ФИО7, а именно: - нежилое помещение общей площадью 441,4 кв.м. по адресу: 

<

...>. Кадастровый номер 56:25:1101013:569. Установить начальную продажную стоимость в размере 2 613 600 руб. 00 коп.;

- земельный участок общей площадью 456 кв.м. по адресу: 

<

...> стр. 24. Кадастровый номер 56:25:1101013:3. Установить начальную продажную стоимость в размере 142 200 руб. 00 коп.; обратить взыскание путем продажи с публичных торгов на предмет залога, принадлежащий на праве собственности обществу с ограниченной ответственностью «Строительное управление № 7» (далее – общество «СУ № 7»), здание общей площадью 5304 кв. м. по адресу: 

<

...>. Кадастровый номер 56:44:0105001:37. Установить начальную продажную стоимость в размере 3 364 083 руб. 00 коп.; обратить взыскание путем продажи с публичных торгов на предмет залога по договору ипотеки от 31.08.2017 

<

***>-И/1, принадлежащий на праве собственности ФИО1, а именно: - овощехранилище, общая площадь 1 886,4 кв.м, этажность:3, а также подземных 1, адрес (местоположение): 

<

...>. Кадастровый номер 56:44:0101006:164. Установить начальную продажную стоимость в сумме 9 983 586 руб. 00 коп.; - земельные участки, предназначенные для размещения производственных зданий с размещением овощехранилища на уровне подвала общей площадью 3078 кв.м. по адресу: 

<

...>. Кадастровый номер 56:44:0101006:122. Установить начальную продажную стоимость в сумме 1 800 000 руб. 00 коп.

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО9.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 08.04.2025 исковые требования удовлетворены частично. Суд взыскал солидарно с общества «СКС», предпринимателя ФИО1, предпринимателя ФИО7 в пользу общества КБ «Агросоюз» 94 023 532 руб. 40 коп., в том числе основной долг в сумме 33 567 720 руб. 50 коп., 18 483 398 руб. 46 коп. процентов за пользование суммой займа, 41 972 413 руб. 44 коп. неустойки, а также 200 000 руб. 00 коп. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части требований о взыскании денежных средств отказано.

В удовлетворении требований к обществу «Заря», Гарантийному фонду, обществу «Гранд», предпринимателю ФИО8 о взыскании денежных средств отказано.

Обращено взыскание путем продажи с публичных торгов на заложенное имущество по договору ипотеки от 16.08.2017 

<

***>-И, принадлежащее на праве собственности предпринимателю ФИО7, а именно: - нежилое помещение общей площадью 441,4 кв.м. по адресу: 

<

...>. Кадастровый номер 56:25:1101013:569, установив начальную продажную стоимость в размере 2 613 600 руб. 00 коп.; - земельный участок общей площадью 456 кв.м. по адресу: 

<

...> стр. 24. Кадастровый номер 56:25:1101013:3, установив начальную продажную стоимость в размере 142 200 руб. 00 коп.

С предпринимателя ФИО7 в пользу общества КБ «Агросоюз» взысканы расходы по оплате государственной пошлины в сумме 6 000 руб. 00 коп.

Обращено взыскание путем продажи с публичных торгов на заложенное имущество по договору ипотеки от 31.08.2017 

<

***>-И/1, принадлежащее на праве собственности ИП ФИО1, а именно: овощехранилище, общая площадь 1 886,4 кв. м, этажность: 3, а также подземных 1, адрес (местоположение): 

<

...>. Кадастровый номер 56:44:0101006:164, установив начальную продажную стоимость в размере 9 983 586 руб. 00 коп.; земельные участки, предназначенные для размещения производственных зданий с размещением овощехранилища на уровне подвала общей площадью 3078 кв. м. по адресу: 

<

...>. Кадастровый номер 56:44:0101006:122, установив начальную продажную стоимость в размере 1 800 000 руб. 00 коп.

С предпринимателя ФИО1 в пользу общества КБ «Агросоюз» взысканы расходы по оплате государственной пошлины в сумме 6 000 руб.

В удовлетворении требований к обществу «СУ № 7» об обращении взыскания на имущество отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.07.2025 решение суда оставлено без изменения.

Общество «СКС» обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, неполное исследование обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, просит названные решение и постановление отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Оренбургской области.

Оспаривая выводы судов двух инстанции, заявитель указывает на то, что суды двух инстанций не дали надлежащей оценки доводам кассатора 1 относительно отсутствия признания долга общества в сумме 33 567 720 руб. 50 коп. в период течения срока исковой давности, а также виновного поведения кредитора, выразившегося в неприятии соответствующих мер к уменьшению убытков, что в последствии привело к их росту. Внесение ответчиком денежных средств на депозит нотариуса в данном случае, не может расцениваться как признание долга через конклюдентные действия, а лишь говорит о том, что данные действия были направлены исключительно на сохранность денежных средств от возможных мошеннических действий со стороны цессионариев общества КБ «Агросоюз» в условиях отсутствия определенности относительно надлежащего кредитора и суммы задолженности по обязательству. Общество «СКС» полагает, что длительность неисполнения обязательства связана исключительно с виной истца, истребование денежных средств с депозита нотариуса является законным правом должника и не может быть расценено как недобросовестное поведение. По мнению заявителя кассационной жалобы, судами не дана оценка действиям кредитора, недобросовестность которого установлена определением Арбитражного суда г. Москвы от 14.05.2021 по делу № А40-285419/18-4-204Б.

Общество «СКС» считает, что взыскание процентов и неустойки за период, когда банк не являлся надлежащим кредитором и, как следствие, был лишен возможности принять исполнение обязательств, является неправомерным и несправедливым, независимо от действий ответчика по снятию и внесению денежных средств на депозитный счет нотариуса. В связи с наличием вины самого кредитора, выразившейся в создании препятствий для надлежащего исполнения обязательства, и на основании статей 333 и 404 Гражданского кодекса Российской Федерации, из подлежащей взысканию суммы подлежит исключению период с 31.10.2018 по 15.10.2021.

Кроме того, по мнению кассатора 1, фактический размер рассчитанной судом неустойки составляет 3% в месяц или 36% годовых, что является явно завышенным и несоразмерным последствиям нарушения обязательства, имеются основания для применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, начисление сложных процентов противоречит действующему законодательству.

В дополнениях к кассационной жалобе общество «СКС» указывает, что движение денежных средств на депозите нотариуса обусловлено рядом причин, таких как: неопределенность ситуации на протяжении длительного времени, недобросовестные действия руководства общества КБ «Агросоюз», рассмотрение дела № А40-285419/18.

С вынесенным решением и постановлением также не согласился предприниматель ФИО1, обжаловав их в кассационном порядке. В кассационной жалобе просит решение и постановление в части взыскания солидарно с предпринимателей ФИО1 и ФИО7 в пользу общества КБ «Агросоюз» денежных средств в сумме 94 023 532 руб. 40 коп., а также в части обращения взыскания на заложенное имущество, принадлежащее предпринимателю ФИО1 (овощехранилище общей площадью 1 886,4 кв. м, и земельный участок общей площадью 3078 кв. м, по адресу: 

<

...>) отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе исковых требований банка о взыскании задолженности и обращении взыскания на заложенное имущество.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель 2 со ссылкой на правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.06.2019 № 304-ЭС18-26241, постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.04.2020 № 18-П указывает на неправильное применение судами положений статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 335 Гражданского кодека Российской Федерации о прекращении поручительства и залога, предоставленного третьим лицом, констатируя, что срок действия поручительства истек 15.02.2022, истец же обратился в суд 12.04.2022. По мнению заявителя кассационной жалобы 2 суды необоснованно применили институт злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) при одностороннем рассмотрении вопроса о добросовестности сторон. Установив факт недобросовестного поведения истца, суды применили статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации только в отношении ответчиков, не применив ее к действиям истца, как и положения статей 404 и 406 Гражданского кодекса Российской Федерации, что нарушает принцип равенства и баланс интересов сторон. Предприниматель ФИО1 считает ошибочным вывод суда апелляционной инстанции относительно предпринятых им мер по реализации заложенного имущества после вынесения решения по делу № А47-3399/2021, поскольку залогового имущества он не отчуждал, все находится в его собственности по настоящий день.

Кассатор 2 также ссылается на нарушение принципа всесторонней оценки доказательств и на необоснованную трактовку преюдициальных фактов, полагая, что суды избирательно применили преюдициальное значение фактов, установленных в рамках дела № А47-3399/2021, за весь период рассмотрения указанного дела банком не был озвучен и подтвержден размер задолженности ответчиков, что породило состояние неопределенности. По мнению предпринимателя, в соответствии с процессуальным принципом эстоппель по состоянию на 11.03.2022 истец признает себя просрочившим кредитором, бездействие истца обусловлено исключительно субъективными обстоятельствами. Заявитель кассационной жалобы ссылается на судебную практику, указывая, что сроки исковой давности по требованиям к основному должнику и поручителю исчисляются самостоятельно. В нарушение принципа состязательности и равноправия сторон (статьи 8,9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), суды дали оценку добросовестности только ответчиков, не рассмотрев вопрос о добросовестности действий истца, не смотря на доводы ответчиков, не обеспечили равную оценку действий сторон; суды проигнорировали довод ответчиков о необходимости учета судебных актов по делу № А47-3684/2022, в котором установлена субъективная причина пропуска сроков истцом, данные причины не могут быть различными по отношению к ответчикам по настоящему делу. Предприниматель считает, что фактически имеет место пропуск сроков исковой давности и пресекательных сроков в сочетании с просрочкой кредитора, судами не рассмотрено заявление ответчиков о наличии факта просрочки кредитора, что противоречит правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации 20 ноября 2019 г. № 303-ЭС19-12615 по делу № А24-3917/2018.

Кроме того, предприниматель ФИО1 считает необоснованным отказ судов в применении срока исковой давности к требованиям о взыскании процентов и неустойки, указав, что действия общества «СКС» по внесению денежных средств на депозит нотариуса и письмо от 21.09.2021 свидетельствуют о признании долга, однако данные действия не были совершены им. Заявитель свой долг, следующий именно из обеспечительных обязательств, проценты и неустойку никогда не признавал.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, предприниматель ФИО7 также обратился с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление в части взыскания солидарно с предпринимателей ФИО1 и ФИО7 в пользу общества КБ «Агросоюз» денежных средств в сумме 94 023 532 руб. 40 коп., а также в части обращения взыскания на заложенное имущество, принадлежащее предпринимателю ФИО7 (нежилое помещение общей площадью 441,4 кв. м, и земельный участок общей площадью 456 кв. м, по адресу: 

<

...>/стр. 24), а также принадлежащее предпринимателю ФИО1 (овощехранилище общей площадью 1 886,4 кв. м, и земельный участок общей площадью 3078 кв. м, по адресу: 

<

...>) отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Оренбургской области.

В обоснование доводов кассационной жалобы кассатор 3 указывает на отсутствие в действиях ответчиков признаков недобросовестности, внесение денежных средств на депозит нотариуса было обусловлено объективной правовой неопределенностью относительно надлежащего кредитора, на момент истечения пресекательного срока по залогу (15.02.2020) сам истец не считал себя надлежащим кредитором и залогодержателем, что подтверждается перепиской между лицами, участвующими в деле. Данная переписка также свидетельствует от отсутствии у ФИО7 умысла на причинение вреда истцу, поскольку он своевременно обратился к истцу с просьбой о согласовании действий в отношении предмета залога. По мнению заявителя кассационной жалобы 3 суды неправильно применили положения пункта 1 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 6 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации, ссылаясь на правовую невозможность применения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации к пресекательным срокам. Выводы судов нижестоящих инстанций привели к неправомерному продлению срока действия поручительства с 3 до 6 лет. Такой подход противоречит принципу правовой определённости и нарушает разумные правовые ожидания поручителя, который после истечения срока договора вправе был считать себя свободным от принятых обязательств. Предприниматель ФИО7 указывает на отсутствие причинно-следственной связи между действиями ответчиков и невозможностью для истца реализовать свои права, судами не была дана надлежащая оценка недобросовестному поведению самого истца, которое выразилось в несвоевременном обращении в суд к ответчикам и иным поручителям, изменение его причин пропуска пресекательных сроков и размера заявленной задолженности.

По мнению заявителя жалобы, суды выборочно применили преюдициальное значение судебных актов, не учли обстоятельства, установленные при рассмотрении арбитражных дел № А47-3684/2022 (о прекращении поручительства 15.02.2022), № А47-3399/2021 (о длительном неосмотрительном бездействии истца в реализации своего права). Неоднозначное толкование и применение правовых норм к схожим обстоятельствам подрывает принцип единообразия судебной практики и не соответствует целям арбитражного судопроизводства, изложенным в статье 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, в материалах дела отсутствует подтверждение договоренности о движении денежных средств с депозита нотариуса между предпринимателями и обществом «СКС». Для того, чтобы доказать согласованность их действий, суды должны были установить наличие соглашения и общей цели. Предприниматель также указывает на неполное исследование судами фактичекских обстоятельств, имеющих значение для дела, неверную оценку судами доказательств и нарушение принципа состязательности процесса.

В дополнениях к кассационной жалобе заявитель настаивает, что недобросовестной стороной спора является истец.

Доводы заявителей подробно изложены в кассационных жалобах и дополнениях к ним.

Общество КБ «Агросоюз» представило письменный мотивированный отзыв на кассационные жалобы, в котором просит отказать в ее удовлетворении, ссылаясь на необоснованность доводов заявителей жалоб. По мнению истца, обжалуемые судебные акты являются законными и отмене не подлежат.

Обществом «СКС» 02.12.2025 через систему «Мой Арбитр» представлено письмо, направленное в адрес общества КБ «Агросоюз» с предложением о заключении мирового соглашения. Вместе с тем стороны не достигли мирного урегулирования спора.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, установленном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе.

Как следует из материалов дела и установлено судами при рассмотрении спора, между обществом КБ «Агросоюз» (кредитор) и обществом «СКС» (заемщик) заключен договор о предоставлении кредита от 16.08.2017 

<

***>, согласно которому заемщик предоставил обществу «СКС» кредит на условиях возврата и выплаты процентов за пользование кредитом, на условиях установленных договором. Срок, сумма и порядок кредитования, а также порядок платы за пользование кредитом определены в приложении № 01 к договору (пункт 1 договора кредита).

Кредитование осуществляется в форме открытия возобновляемой кредитной линии с лимитом единовременной задолженности в размере 34 400 000 руб. (пункт 1 приложения № 01).

В пункте 4.1 кредитного договора стороны согласовали, что кредитор начисляет проценты за пользование кредитом в размере:

А) процентной ставки, установленной в соответствии с Приложением № 01 к договору, при исполнении заемщиком обязательств в полном объеме, предусмотренных п. 12.1 договора;

Б) процентной ставки, установленной в соответствии с Приложением № 01 к договору, увеличенной на 2% при неисполнении или ненадлежащем исполнении заемщиком обязательств, предусмотренных п. 12.1 договора, если кредитор не принял иного решения в соответствии с абз. 4 пункта 4.1.4 договора.

В пункте 4.1.1 приложения № 01 к кредитному договору установлена процентная ставка в размере 14,5% годовых. Срок возврата кредита не позднее 15.02.2019 (пункт 2 приложения № 1 к кредитному договору). Дополнительным соглашением от 26.02.2018 стороны установили процентную ставку в размере 13% годовых.

На основании пункта 11.2.1 кредитного договора в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по внесению платежей в счет возврата кредита, подлежат уплате проценты за пользование кредитом в размере 0,2%.

В соответствии с пунктом 2.1.3 договора от 16.08.2017 

<

***> в качестве обеспечения возврата кредита, полученного обществом «СКС» банком «Агросоюз» заключены следующие договоры залога (ипотеки) с индивидуальными предпринимателями:

1) договор ипотеки от 16.08.2017 № Ю-КЛ3-003-154/17-И между обществом КБ «Агросоюз» (залогодержатель) и ФИО7 (залогодатель) (далее - договор ипотеки от 16.08.2017) по условиям которого залогодатель передал в залог залогодержателю следующее имущество:

а) нежилое здание площадью 441,4 кв. м, количество этажей 3, адрес объекта: 

<

...>, кадастровый номер 56:25:1101013:569 (запись о регистрации ипотеки от 25.08.2017 № 56:25:1101013:569-56/001/2017-3);

б) земельный участок, функционально обеспечивающий указанный объект недвижимости, площадью 456 кв. м, категория земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: для производственных целей, адрес объекта: установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Ориентир – административное здание. Почтовый адрес ориентира: 

<

...>, кадастровый номер 56:25:1101013:3 (запись о регистрации ипотеки от 25.08.2017 № 56:25:1101013:3-56/001/2017-3);

в) асфальтосмесительная установка ДС-117, назначение: нежилое, общая площадь 57,8 кв. м, инв.№ 53:401:002:000104510, литер У1, адрес объекта: 

<

...>, кадастровый номер 56:44:01 05 001:0037:53:401:002:000104510 (согласно сведениям ЕГРН кадастровый номер сооружения 56:44:0105001:312, а ранее присвоенный государственный номер 56:44:0105 001:0037:53:401:002:000104510) (запись о регистрации ипотеки от 25.08.2017 № 56:44:0105001:312-56/001/2017-1);

г) землепользование, функционально обеспечивающее указанный в абз. (в) объект недвижимости, категория земель: здание (строение), помещение, общая площадь 5 304 кв. м, адрес объекта: участок находится примерно в 60 м по направлению на север от ориентира административное здание, расположенного за пределами участка, адрес ориентира: 

<

...>, кадастровый номер 56:44:0105001:37 (запись о регистрации ипотеки от 25.08.2017 № 56:44:0105001:37-56/001/2017-1) (пункт 1.1 договора ипотеки от 16.08.2017).

В силу пункта 2.3 договора ипотеки от 16.08.2017 залогодатель согласен отвечать перед залогодержателем всем заложенным имуществом, в том числе возместить все издержки залогодержателя, возникшие или которые могут возникнуть в случае востребования исполнения по кредитному договору в принудительном порядке.

Согласно пункту 10.2 договора ипотеки от 16.08.2017 залогодатель предоставляет согласие отвечать перед новым кредитором, в случае уступки прав (цессии) по кредитному договору от залогодержателя третьему лицу;

2) договор ипотеки от 31.08.2017 

<

***>-И/1 между обществом КБ «Агросоюз» (залогодержатель) и ФИО1 (залогодатель), по условиям которого залогодатель передал в залог залогодержателю следующее имущество:

а) овощехранилище на уровне подвала, литер В, общая площадь 1420,9 кв. м, адрес объекта: 

<

...>, кадастровый (условный) номер 56-01/00-35/2004-116 (согласно сведениям из Единого государственного реестра недвижимости здание овощехранилища имеет кадастровый номер 56:44:0101006:164) (запись о регистрации ипотеки от 08.09.2017 N 56:44:0101006:164-56/001/2017-1);

б) земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: земельные участки, предназначенные для размещения производственных зданий с размещением овощехранилища в уровне подвала, площадь 3078 кв. м, адрес объекта: 

<

...> на земельном участке расположено овощехранилище в уровне подвала, литер В, № 36/1, кадастровый (условный) номер: 56:44:0101006:122 (запись о регистрации ипотеки от 08.09.2017 № 56:44:0101006:122-56/001/2017-1).

В приложениях № 01 к договорам ипотеки от 16.08.2017, 31.08.2017 кредитование открыто с лимитом единовременной задолженности в сумме 34 400 000 руб.

Указанные договоры залога (ипотеки) в установленном законом порядке прошли государственную регистрацию, в реестр прав на недвижимое имущество Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области внесены соответствующие записи о регистрации договоров ипотеки.

3) также заключен договор от 31.08.2017 № Ю-КЛ3-0003-154/17-3 о залоге движимого имущества между обществом КБ «Агросоюз» (залогодержатель) и ФИО7 (залогодатель), по условиям которого залогодатель передал в залог залогодержателю следующее имущество:

- легковой автомобиль TOYOTA LAND CRUISER 200, 2013 года выпуска, модель, номер двигателя IVD 0216857, ПТС 78 УТ 623222, номер изготовителя/заводской 

<

***> (приложение № 2 к договору залога).

В качестве обеспечения возврата кредита, полученного обществом «СКС», обществом КБ «Агросоюз» были заключены следующие договоры поручительства:

1) договор поручительства от 16.08.2017 

<

***>-ПОР, заключенный между обществом КБ «Агросоюз» (кредитор) и ФИО1 (поручитель), в соответствии с которым поручитель принимает на себя обязательства отвечать перед кредитором за исполнение обществом с ограниченной ответственностью «СКС» (заемщик) всех обязательств его по договору о предоставлении кредита;

2) договор поручительства от 16.08.2017 

<

***>-ПОР-1, заключенный между обществом КБ «Агросоюз» (кредитор) и ФИО7 (поручитель), в соответствии с которым поручитель принимает на себя обязательства отвечать перед кредитором за исполнение общества «СКС» (заемщик) всех обязательств его по договору о предоставлении кредита;

3) договор поручительства от 16.08.2017 

<

***>-ПОР-2, заключенный между обществом КБ «Агросоюз» (кредитор) и ФИО8 (поручитель), в соответствии с которым поручитель принимает на себя обязательства отвечать перед кредитором за исполнение обществом «СКС» (заемщик) всех обязательств его по договору о предоставлении кредита;

4) договор поручительства от 16.08.2017 

<

***>-ПОР-3, заключенный между обществом КБ «Агросоюз» (кредитор) и обществом «Гранд» (поручитель), в соответствии с которым поручитель принимает на себя обязательства отвечать перед кредитором за исполнение обществом «СКС» (заемщик) всех обязательств его по договору о предоставлении кредита;

5) договор поручительства от 16.08.2017 

<

***>-ПОР-4, заключенный между обществом КБ «Агросоюз» (кредитор) и обществом «Специализированное Капитальное Снабжение» (поручитель), в соответствии с которым поручитель принимает на себя обязательства отвечать перед кредитором за исполнение обществом «СКС» (заемщик) всех обязательств его по договору о предоставлении кредита;

6) договор поручительства от 16.08.2017 

<

***>-ПОР-5, заключенный между обществом КБ «Агросоюз» (кредитор) и обществом «СтройМац» (поручитель), в соответствии с которым поручитель принимает на себя обязательства отвечать перед кредитором за исполнение обществом «СКС» (заемщик) всех обязательств его по договору о предоставлении кредита.

Также, заключен договор поручительства от 15.03.2018 № 0393/2018-1 между обществом КБ «Агросоюз» (кредитор) и Гарантийным фондом (поручитель), в соответствии с которым поручитель принимает на себя обязательства отвечать перед кредитором за исполнение обществом «СКС» (заемщик) по кредитному договору, сумма кредита - 34 400 000 руб.

В соответствии с пунктом 1.2 договора ответственность поручителя перед кредитной организацией по договору является субсидиарной и ограничена суммой 9 500 000 руб., что составляет 27,62 % от суммы кредита.

На основании п. 6.1 договора договор заключен на 337 календарных дней и прекращает свое действие 15.02.2019.

Заключенный договор о предоставлении кредита 

<

***> в части предоставления кредита был исполнен, кредит со стороны обществом КБ «Агросоюз» в адрес общества «СКС» выдан.

Приказом Центрального Банка Российской Федерации от 07.11.2018 № ОД-2900 у кредитной организации общества КБ «Агросоюз» отозвана лицензия на осуществление банковских операций. Решением от 04.02.2019 по делу № А40-285419/18-4-204Б Арбитражного суда г. Москвы банк признан несостоятельным (банкротом) с открытием конкурсного производства. Функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

В преддверии отзыва лицензии, между обществом КБ «Агросоюз» (цедент), и обществом «Восход», обществом «Мегаторг» (цессионарий) заключен договор уступки прав требований от 31.10.2018 № 31/10-10, согласно которому цедент уступил, а цессионарий принял и оплатил все права и требования по кредитным договорам, заключенным цедентом с указанными в пункте 1.1.1 настоящего договора заемщиками, а также по обеспечительным договорам к ним, заключенным в обеспечение исполнения обязательства по кредитным договорам (пункт 1.1 договора уступки прав требований от 31.10.2018 № 31/10-10), в том числе по кредитному договору от 16.08.2017 

<

***> (заемщик общество «СКС»).

Далее права требования по указанным договорам переданы от общества «Восход» в пользу общества «Мегаторг» (договор уступки прав требования от 05.02.2019 № М-2019-266, сумма уступаемых прав в отношении общества «СКС» 34 727 184 руб. 58 коп., от общества «Мегаторг» в пользу общества «Добрые Деньги» (договор уступки прав требования от 08.02.2019 № 02.2019/ДД-266, сумма уступаемых прав в отношении общества «СКС» 34 763 051 руб. 22 коп., от общества «Добрые Деньги» в пользу общества «Технология» (договор уступки прав требования от 15.03.2019 № 03.2019/Т-75).

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 14.05.2021 по делу № А40-285419/18-4-204Б, в том числе, признан недействительными договор, заключенный между обществом КБ «Агросоюз» и обществом «Восход», а именно договор уступки прав требования от 31.10.2018 № 31/10-10. Признаны недействительными договоры уступки прав требований от 05.02.2019, заключенные между обществом «Восход» и обществом «Мегаторг» по передаче прав требований по договорам, заключенным с общества КБ «Агросоюз». Признаны недействительными договоры уступки прав требований от 08.02.2019, заключенные между обществом «Мегаторг» и обществом «Добрые Деньги» по передаче прав требований по договорам, заключенным с обществом КБ «Агросоюз». Признаны недействительными договоры уступки прав требований от 15.03.2019, заключенные между обществом «Добрые Деньги» и обществом «Технология» по передаче прав требований по договорам, заключенным с обществом КБ «Агросоюз», в том числе по кредитному договору 

<

***> от 16.08.2017.

Применены последствия недействительности сделок в виде восстановления прав требований общества КБ «Агросоюз» по следующим кредитным договорам и обеспечивающим их исполнение обязательствам, в том числе:

- по кредитному договору от 16.08.2017 № Ю-КЛЗ-ОООЗ-154/17, заключенному с обществом «СКС»,

- по договору поручительства от 16.08.2017 № Ю-КЛЗ-ОООЗ-154/17-ПОР, заключенному с ФИО1,

- по договору поручительства от 16.08.2017 № Ю-КЛЗ-ОООЗ-154/17-ПОР/1, заключенному с ФИО7,

- по договору поручительства от 16.08.2017 № Ю-КЛЗ-ОООЗ-154/17-ПОР/2, заключенному с ФИО8,

- по договору поручительства от 16.08.2017 № Ю-КЛЗ-ОООЗ-154/17-ПОР/З, заключенному с обществом «Гранд»,

- по договору поручительства от 16.08.2017 № Ю-КЛЗ-ОООЗ-154/17-ПОР/4, заключенному с обществом «Специализированное Капитальное Снабжение»,

- по договору поручительства от 16.08.2017 № Ю-КЛЗ-ОООЗ-154/17-ПОР/5, заключенному с общества «СтройМац»,

- по договору поручительства № 0393/2018-1, заключенному с Гарантийным фондом,

- по договору о залоге движимого имущества от 31.08.2017 № Ю-КЛЗ-ОООЗ154/17-3, заключенному с ФИО7,

- по договору ипотеки от 16.08.2017 № Ю-КЛЗ-ОООЗ-154/17-И, заключенному с ФИО7,

- по договору ипотеки № Ю-КЛЗ-ОООЭ-154/17-И/1 от 31.08.2017, заключенному с ФИО1

Указанное определение оставлено без изменения постановлением апелляционной инстанции 15.10.2021.

Обществом «СКС» в адрес истца направлено сообщение от 21.09.2021, подписанное генеральным директором ФИО10 и скрепленное печатью общества, о возможности погашения задолженности с приложением соглашения о порядке погашения задолженности, которое получено банком 28.09.2021 и в котором общество сообщает о возможности самостоятельно, без привлечения поручителей и обращения взыскания на предмет залога, погасить соответствующую по договору задолженность в указанном обществом «КБ Агросоюз» размере.

В письме от 21.09.2021 общество «СКС» указывает, что в полученных требованиях содержится расчет задолженности, который по данным банка составляет следующие денежные суммы: сумма основного долга - 25 167 529 руб. 66 коп., сумма процентов - 779 848 руб. 66 коп., штрафные санкции - 113 069 руб. 09 коп. Итого общая сумма задолженности по договору от 16.08.2017 № ЮКЛЗ-0003-154/17 с учетом начисленных и подлежащих уплате процентов за пользование кредитом и штрафных санкций составляет 26 060 447 руб. 41 коп. В приложенном к сообщению соглашении о порядке погашения задолженности обществом предложено погасить задолженность в следующем порядке: 6 060 447 руб. 41 коп. в течение 10 рабочих дней с момента подписания соглашения; начиная с 01.11.2021 общество «СКС» оплачивает ежемесячно 2 000 000 руб. до 25 числа текущего месяца.

Ссылаясь на восстановление в правах требования по кредитному договору и обеспечивающим их исполнение обязательствам ввиду ненадлежащего исполнения обязательств по кредитному договору, 12.04.2022 банк обратился в суд с рассматриваемым иском.

Согласно расчету истца в период действия кредитного договора образовалась просроченная задолженность в размере 33 567 720 руб. 50 коп., проценты за пользование займом за период с 21.08.2017 по 24.01.2023 составили 18 483 398 руб. 46 коп., за нарушение сроков возврата займа, уплаты процентов за пользование денежными средствами истцом начислена неустойка, (за исключением мораторного периода), в сумме 83 944 826 руб. 89 коп.

При разрешении настоящего спора судами установлено, что 24.03.2021 предприниматели ФИО1 и ФИО7, ссылаясь на исполнение обязательств путем перечисления денежных средств на депозит нотариуса, обратились в Арбитражный суд Оренбургской области к обществу КБ «Агросоюз» с исковым заявлением, принятым в рамках дела № А47-3399/2021:

1) о признании прекращенными следующих договоров:

- договора ипотеки от 16.08.2017 № Ю-КЛЗ-003-154/17-И, заключенного между обществом КБ «Агросоюз» и ФИО7;

- договора ипотеки от 31.08.2017 

<

***>-И/1, заключенного между обществом КБ «Агросоюз» и ФИО1;

- договора о залоге движимого имущества от 31.08.2017 

<

***>-3, заключенного между обществом КБ «Агросоюз» и ФИО7;

2) о признании погашенными регистрационных записей в Едином государственном реестре недвижимости о регистрации указанных договоров ипотеки;

3) о признании прекращенными следующих договоров поручительства:

- договора от 16.08.2017 

<

***>-ПОР, заключенного между обществом КБ «Агросоюз» и ФИО1;

- договора от 16.08.2017 

<

***>-ПОР-1, заключенного между обществом КБ «Агросоюз» и ФИО7

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 17.09.2021 по делу № А47-3399/2021, оставленным без изменения постановлениями Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2021, Арбитражного суда Уральского округа от 11.03.2022, исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Общество КБ «Агросоюз» 08.04.2022 обратилось с заявлением о пересмотре судебного акта по делу № А47-3399/2021 по вновь открывшимся обстоятельствам, ссылаясь на то, что уже на момент рассмотрения искового заявления 26.03.2021 - 10.09.2021 денежные средства были возвращены обществу «СКС» и ФИО7 с депозита нотариуса, обязательства должников были не исполнены, правовые основания для прекращения залога и договоров поручительства отсутствовали. Об этих обстоятельствах банку стало известно 24.03.2022 из ответа нотариуса.

В материалы арбитражного дела № А47-3399/2021 поступили справки нотариуса от 24.03.2022, от 05.04.2022, ответ нотариуса ФИО11 от 27.05.2022 исх. № 427, в которых указано, что все денежные средства на основании требования общества «СКС» и предпринимателя ФИО7 были возвращены в соответствии с пунктом 3 статьи 327 Гражданского кодекса Российской Федерации:

03 марта 2020 года - 17 200 000 руб. 00 коп. возвращены обществу «СКС»,

21 февраля 2020 года - 3 000 000 руб. 00 коп. возвращены обществу «СКС»,

14 декабря 2021 года - 13 367 496 руб. 55 коп. возвращены обществу «СКС»,

14 декабря 2021 года - 1 498 584 руб. 83 коп. возвращены ФИО7

Общая сумма возвращенных нотариусом денежных средств составила 35 066 081 руб. 38 коп.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 16.06.2022 решение Арбитражного суда Оренбургской области от 17.09.2021 по делу № А47-3399/2021 отменено по вновь открывшимся обстоятельствам.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.09.2022 решение Арбитражного суда Оренбургской области от 16.06.2022 по делу № А47-3399/2021 оставлено без изменения, апелляционная жалоба предпринимателя ФИО7 без удовлетворения.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 01.10.2022 в удовлетворении требований предпринимателей отказано.

Суд первой инстанции, разрешая спор и руководствуясь статьями 8, 200, 203, 307, 309, 310 329, 327, 334, 337, 349, 350, 361, 363, 807, 809, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из доказанности факта ненадлежащего исполнения ответчиками кредитных обязательств, наличия задолженности, отсутствия в материалах дела доказательств полного погашения задолженности, процентов за пользование кредитом и неустойки, отсутствия условий для применения срока исковой давности, частично удовлетворил исковые требования, уменьшив размер неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по соответствующему ходатайству ответчика и указав на прекращение обязательств по договорам поручительства общества «Заря», Гарантийного фонда, общества «Гранд», предпринимателя ФИО8 с учетом истечения пресекательного срока. Принимая во внимание обстоятельства, установленные в рамках дела Арбитражного суда Оренбургской области № А47-3399/2021, суд не установил оснований прекращения обязательств поручителей предпринимателя ФИО1, предпринимателя ФИО7 по договорам поручительства и договорам залога (ипотеки) с учетом недобросовестного поведения указанных лиц.

Апелляционная коллегия, повторно рассматривая спор, согласилась с произведенной судом первой инстанции оценкой доказательств, оставила решение без изменения.

Рассмотрев доводы кассационных жалоб, изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационных жалоб.

На основании положений статей 307, 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства возникают из договоров и иных оснований, предусмотренных законом, и должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Согласно пункту 1 статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

Правовой и экономической сущностью кредитования является предоставление денежных средств на возмездной и возвратной основе. Плата за пользование кредитом взимается в виде процентов (пункт 1 статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов за пользование займом их размер определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды (пункт 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена обязанность заемщика возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Факт получения заемных денежных средств и наличия задолженности по существу сторонами не оспаривается.

Судами установлено, что предоставление обеспечения в виде залога имущества ответчиками не оспаривается, сведения о заключении договоров залога (ипотеки) и предметах залога размещены в реестре уведомлений о залоге.

Арбитражный суд устанавливает наличие, отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств; каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статьи 64, 65, 67, 68, 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности и взаимосвязи, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, установив факт получения обществом «СКС» денежных средств на условиях кредитного договора, констатировав нарушение обществом «СКС» и предпринимателями ФИО1 и ФИО7 принятой на себя обязанности возврата денежных средств в согласованный сторонами срок и уплаты процентов, с учетом обстоятельств, установленных вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Оренбургской области по делу № А47-3399/2021, установив недобросовестное поведение указанных лиц, проверив расчет задолженности, процентов и неустойки, усмотрев основания для снижения размера санкции до размера 0,1 %, суды аргументированно частично удовлетворили заявленные исковые требования.

Суд округа считает выводы судов соответствующими установленным обстоятельствам дела и примененным нормам права.

Доводы заявителей кассационных жалоб о нарушении положений статей 335 и 367 Гражданского кодекса Российской Федерации в части неприменения пресекательных сроков и выборочном применении преюдициального значения судебных актов получили надлежащую правовую оценку судов первой и апелляционной инстанций и подлежат отклонению судом округа как необоснованные.

На основании пункта 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться поручительством.

В силу пункта 1 статьи 361 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Договор поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и неденежных обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем.

Поручительство может возникать на основании закона при наступлении указанных в нем обстоятельств. Правила настоящего Кодекса о поручительстве в силу договора применяются к поручительству, возникающему на основании закона, если законом не установлено иное (пункт 2 статьи 361 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 2 статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

Пунктом 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

Взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства (пункт 1 статьи 348 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 349 Гражданского кодекса Российской Федерации обращение взыскания на заложенное имущество осуществляется по решению суда, если соглашением залогодателя и залогодержателя не предусмотрен внесудебный порядок обращения взыскания на заложенное имущество.

При этом залоговое правоотношение является акцессорным, то есть может существовать только пока существует обеспечиваемое (основное) обязательство.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 352 Гражданского кодекса Российской Федерации залог прекращается с прекращением обеспеченного залогом обязательства.

Более того, в подпункте 1 пункта 1 статьи 322 Гражданского кодекса Российской Федерации также содержится положение о том, что залог прекращается с прекращением обеспеченного залогом обязательства.

На основании абзаца 2 пункта 1 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае, когда залогодателем является третье лицо, к отношениям между залогодателем, должником и залогодержателем применяются правила статей 364 - 367 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом или соглашением между соответствующими лицами не предусмотрено иное.

При этом самостоятельным основанием прекращения обеспечения является истечение срока его действия.

Согласно пункту 6 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации обеспечение прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иск к поручителю.

С учетом того, что правила о поручительстве распространяются на залог, выданный третьим лицом, истечение срока действия такого залога равным образом является основанием для его прекращения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.06.2019 № 304-ЭС18-26241).

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 10.11.2015 № 80-КГ15-18, норма пункта 6 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускает бессрочного существования обязательства поручителей в целях установления определенности в существовании прав и обязанностей участников гражданского оборота.

По смыслу правовых позиций, сформулированных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15 апреля 2020 года № 18-П, правило о прекращении поручительства, не допускающее бессрочного обязательства поручителя, направлено на поддержание определенности в правоотношениях с его участием, позволяет предвидеть имущественные последствия предоставления обеспечения и стимулирует участников гражданского оборота к своевременной реализации своих прав. Аналогичный подход воспринят и судебной практикой. Согласно разъяснению, содержащемуся в абзаце третьем пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2020 года № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве», сроки поручительства не являются сроками исковой давности и соответствующие правила главы 12 ГК Российской Федерации к ним не применяются. Это означает, что срок действия поручительства является пресекательным сроком существования самого обеспечительного обязательства; он не может быть продлен, восстановлен, приостановлен либо прерван (постановление Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 23 марта 2022 года № 317-ПЭК21 по делу № А40-269134/2019 и др.).

Таким образом, при исчислении срока (действия) поручительства в соответствии с пунктом 6 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации в его понимании правоприменительной практикой (в том числе в деле с участием заявителя) срок поручительства не может быть отождествлен с исковой давностью - установленным законом сроком для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 данного Кодекса), притом что целью введения подобного рода сроков служит, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, сохранение стабильности соответствующих правовых отношений, а также недопущение угрозы обременения на неопределенный или слишком долгий срок (постановления от 20 июля 1999 года № 12-П, от 27 апреля 2001 года №7-П и от 24 июня 2009 года № 11-П; Определение от 3 ноября 2006 года № 445-О и др.).

Действия (бездействие) поручителя при рассмотрении предъявленных к нему кредитором требований не освобождают кредитора от соблюдения сроков, предусмотренных для предъявления в суд требований, связанных с поручительством, и не лишают кредитора права обратиться в суд с иском к поручителю в установленные договором сроки. Поведение поручителя, не влияющее на понимание кредитором правильности исчисления срока поручительства и не препятствующее ему в обращении в суд, не может быть признано злоупотреблением правом (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.04.2017 № 305-ЭС16-18849).

В соответствии с пунктом 8.1 договоров поручительства, заключенных с ФИО1, ФИО7, ФИО8, обществом «Гранд», обществом «Заря» (ранее общество «СтройМац») и пункта 2 приложения № 1 к кредитному договору поручительство должника прекращается по истечении трех календарных лет, прошедших с даты 15.02.2019 (срок возврата кредита), то есть 15.02.2022.

Согласно пункту 6.1 договора поручительства от 15.03.2018№ 0393/2018-1, заключенного с Гарантийным фондом, данный договор заключен на 337 календарных дней и прекращает свое действие 15.02.2019.

Судами верно установлено, что банк обратился с исковым заявлением 12.04.2022, то есть за пределами 15.02.2022.

Суды первой и апелляционной инстанций, приняв во внимание, что поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано, пришли к верному выводу о том, что поручительство ФИО8, общества «Гранд», общества «Заря» и Гарантийного фонда прекратилось, требование предъявлено кредитором после прекращения права требования кредитора.

В суде первой и апелляционной инстанций ответчики - ФИО7 и ФИО1 указывали на истечение срока для предъявления к ним требований как к поручителям и залогодателям - 15.02.2020.

Вместе с тем как отмечено в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.02.2024 № 8-П применение положения пункта 6 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации не должно поощрять недобросовестного поручителя в его стремлении уклониться от исполнения обязанности по заключенному договору, что сделает невозможным возмещение имущественных потерь кредитора. Это, в свою очередь, может приводить к несоразмерному и не подкрепленному никакой конституционно оправданной целью ограничению прав кредиторов в их отношениях с поручителями, а значит, нарушать баланс конституционно защищаемых интересов.

Именно на суд, рассматривающий конкретное гражданское дело, возлагается обязанность, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения нормы, исследовать по существу все фактические обстоятельства (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 6 июня 1995 года № 7-П, от 13 июня 1996 года № 14-П, от 28 октября 1999 года № 14-П, от 22 ноября 2000 года № 14-П, от 14 июля 2003 года № 12-П, от 12 июля 2007 года № 10-П и др.). При этом условия договора должны толковаться во взаимосвязи с другими его условиями, а также в соответствии с природой отношений сторон и их нормативным регулированием в целом (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 1252-О).

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по реализации принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав. При этом лицо совершает действия с незаконной целью или незаконными средствами, нарушая права и законные интересы других лиц и причиняя им вред или создавая соответствующие условия. Также под злоупотреблением правом понимается ситуация, когда лицо действует в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным образом (определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.10.2015 № 18-КГ15-181, от 01.12.2015 № 4-КГ15-54, от 14.06.2016 № 52-КГ16-4).

В силу абзаца 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в последнем абзаце пункта 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», как следует из статьи 10 Кодекса, отказ в защите права лицу, злоупотребившему правом, означает защиту нарушенных прав лица, в отношении которого допущено злоупотребление.

Таким образом, непосредственной целью названной санкции является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, пострадавшего от этого злоупотребления.

Злоупотребление как явление проявляется в большинстве случаев в том, что при внешне формальном следовании нормам права нарушитель пытается достичь противоправной цели. Формальному подходу, в частности, может быть противопоставлено выявление противоречивых, парадоксальных, необъяснимых обстоятельств, рассогласованности в доказательствах, нелогичности доводов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2019 № 306-ЭС19-3574).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, установленный в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет злоупотребления правом в любых формах прямо направлен на реализацию принципа, закрепленного в статье 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, и не может рассматриваться как нарушающий какие-либо конституционные права и свободы (определения от 21.12.2000 № 263-О, от 20.11.2008 № 832-О-О, от 25.12.2008 № 982-О-О, от 19.03.2009 №166-О-О, от 18.01.2011 № 8-О-П, от 16.07.2013 № 1229-О).

Судами установлено, что указанные лица составляют группу, объединенную общими интересами.

1) ФИО7 (ИНН 

<

***>) в период с 16.01.2012 по 17.02.2014 являлся генеральным директором общества «СКС», а в период с 16.01.2012 по 13.05.2016 - единственным участником этого общества; в период с 13.05.2016 по 15.05.2023 единственным участником общества «СКС» являлась ФИО8 (ИНН 

<

***>);

2) ФИО1 (ИНН 

<

***>) в период с 11.02.2008 по 26.03.2015 являлся генеральным директором общества «СтройМац» (общество «Заря»), а в период с 11.02.2008 по 16.02.2023 - единственным участником этого общества; в период с 27.03.2015 по 19.01.2021 генеральным директором общества являлся ФИО7 (ИНН 

<

***>);

3) ФИО1 (ИНН 

<

***>) в период с 07.03.2013 по 11.04.2021 являлся директором общества «Гранд», а в период 07.03.2013 по 31.03.2021 - единственным участником общества.

Судами на основании справки, представленной нотариусом ФИО11, также установлено, что общество «СКС» и предприниматель ФИО7 совершили следующие операции по депозиту (в порядке хронологии):

29.12.2018 внесение 17 200 000 руб.;

30.01.2020 внесение 3 000 000 руб.;

21.02.2020 возврат 3 000 000 руб.;

03.03.2020 возврат 17 200 000 руб.;

09.02.2021 внесение 13 367 496 руб. 55 коп.;

23.06.2021 внесение 1 498 584 руб. 83 коп. (ФИО7);

14.12.2021 возврат 13 367 496 руб. 55 коп.;

14.12.2021 возврат 1 498 584 руб. 83 коп. ( ФИО7).

В рамках арбитражного дела № А47-3399/2021 было установлено, что согласно представленной банком в материалы дела справке нотариуса от 24.03.2022, от 05.04.2022, ответу нотариуса ФИО11 от 27.05.2022 исх. № 427 все денежные средства на основании требования общества «СКС» и предпринимателя ФИО7 были возвращены в соответствии с пунктом 3 статьи 327 Гражданского Кодекса Российской Федерации:

03.03.2020 - 17 200 000 руб. 00 коп. возвращены обществу «СКС»;

21.02.2020 - 3 000 000 руб. 00 коп. возвращены обществу «СКС»;

14.12.2021 - 13 367 496 руб. 55 коп. возвращены обществу «СКС»

14.12.2021 - 1 498 584 руб. 83 коп. возвращены ФИО7

О невозможности истца получить денежные средства из депозита нотариуса ответчикам не могло не быть известно, поскольку, как следует из позиции ответчика общества «СКС», уведомления об уступке права требования по кредитному договору ему поступали. Впоследствии, определением Арбитражного суда города Москвы от 10.04.2019 по делу № А40-285419/2018 общество «СКС» было привлечено к участию в обособленном споре о признании договоров цессии недействительными в рамках дела о банкротстве истца.

С иском о признании прекращенными ипотеки, залога и поручительства ФИО7 и ФИО1 обратились в Арбитражный суд Оренбургской области 24.03.2021 (дело № А47-3399/2021).

Судами верно отмечено на основании анализа операций по депозиту нотариуса, что на момент возбуждения дела № А47-3399/2021 (определение Арбитражного суда Оренбургской области от 26.03.2021) денежные средства на сумму 20 200 000 руб. уже были возвращены ответчикам, на депозите нотариуса находилась сумма 13 367 496 руб. 55 коп., внесенная 09.02.2021.

На момент оглашения судом резолютивной части решения по делу № А47-3399/2021 (10.09.2021) на депозите нотариуса находились денежные средства в размере 14 866 081 руб. 38 коп., то есть законных оснований считать обязательства общества «СКС» по кредитному договору исполненными в полном объеме не имелось.

При этом ФИО7 и ФИО1 при рассмотрении дела №А47-3399/2021 сведения о возвращении денежных средств из депозита нотариуса скрыли, что и повлекло вынесение решения об удовлетворении иска, а впоследствии - отмену этого решения по вновь открывшимся обстоятельствам, когда конкурсному управляющему банка удалось получить сведения от нотариуса.

После вынесения по делу № А47-3399/2021 положительного решения о прекращении ипотеки, залога и поручительства от 17.09.2021 (резолютивная часть объявлена 10.09.2021), а именно 14.12.2021 осуществлены действия по возврату денежных средств - 13 367 496 руб. 55 коп. обществу «СКС№ и 1 498 584 руб. 83 коп. возвращены ФИО7, при этом общество «СКС» было привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в связи с чем общество «СКС» было осведомлено относительно данного судебного акта.

Отменяя указанное решение от 17.09.2021 по вновь открывшимся обстоятельствам (решение от 16.06.2022 по делу № А47-3399/2021), суд указал, что в ходе судебного разбирательства истцы поясняли, что обязательства общества «СКС» по погашению кредита, в том числе процентов, исполнены в полном объеме, в подтверждение чего представили справки от 22.01.2019 № 47, от 30.01.2020 № 69, от 09.02.2021 б/н и платежные поручения о внесении денежных средств на депозит нотариуса по кредитному договору 

<

***> в сумме 17 200 000 руб. от 29.12.2018, в сумме 3 000 000 руб. от 30.01.2020, в сумме 13 367 496 руб. 55 коп. от 09.02.2021, сумме 1 498 584 руб. 83 коп. от 23.06.2021. Всего на сумму 35 066 081 руб. 38 коп.

Суд, установив факт надлежащего исполнения обязательства по кредитному договору, с учетом начисленных банком процентов и штрафных санкций путем внесения денежных средств на депозит нотариуса, пришел к выводу о прекращении ипотеки, обеспечивающей кредитные обязательства, о прекращении залога недвижимого имущества, залога в отношении транспортного средства, о прекращении договоров поручительства, ввиду чего было вынесено решение от 17.09.2021.

07.04.2022 банк обратился с заявлением о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам. Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 16.06.2022 заявление удовлетворено, решение Арбитражного суда Оренбургской области от 17.09.2021 по делу № А47-3399/2021 отменено.

ИП ФИО7 не согласился с вынесенным судебным актом и обжаловал его в порядке апелляционного производства.

При рассмотрении дела в апелляционной инстанции, судом установлено, что суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что приведенные банком обстоятельства с очевидностью обладают признаками вновь открывшихся обстоятельств. Кроме того, судебная коллегия учла, что согласно сложившейся правоприменительной практике недобросовестное поведение одной из сторон спора, заключающееся в сокрытии ключевых доказательств, имеющих решающее для разрешения дела значение, является самостоятельным основанием для пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам.

Судом апелляционной инстанции в постановлении от 07.09.2022 установлено, что при рассмотрении спора по существу предприниматели и общество «СКС» скрыли от суда то обстоятельство, что по заявлению общества «СКС» денежные средства с депозита нотариуса были возвращены лицу, ранее их перечислившему.

Таким образом, в отношении вопроса о существовании на депозите нотариуса денежных средств, достаточных для погашения задолженности, предприниматели и общество «СКС» вели себя противоречиво и непоследовательно, преследуя исключительно собственную выгоду, что свидетельствует об их недобросовестности.

После пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам (решение Арбитражного суда Оренбургской области от 01.10.2022 по делу № А47-3399/2021), суд установил, что все денежные средства на основании требования общества «СКС» и ФИО7 возвращены в соответствии с пунктом 3 статьи 327 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом также учтено, что после получения положительного решения по делу № А47-3399/2021 от 17.09.2021, обращения ФИО7 к нотариусу за возвратом внесенных денежных средств в сумме 1 498 584 руб. 83 коп. (14.12.2021 - возвращены ФИО7) ФИО7 осуществлены действия по реализации имущества, ранее переданного в качестве обеспечения обязательства, а именно:

- легковой автомобиль TOYOTA LAND CRUSER 200, год выпуска 2013, являющийся предметом залога по договору залога от 31.08.2017 

<

***>-З, реализован по договору купли-продажи от 26.03.2022;

- здание (строение), помещение, общая площадь 5 304 кв. м, адрес: объекта: участок находится примерно в 60 м по направлению на север от ориентира административное здание, расположенного за пределами участка, адрес ориентира: 

<

...>, кадастровый номер 56:44:0105001:37, являющееся предметом договора ипотеки от 16.08.2017, реализовано по договору купли-продажи объектов недвижимости 28.12.2021, заключенного с обществом «Строительное управление № 7»;

а) нежилое помещение общей площадью 441,4 кв. м по адресу: 

<

...>. Кадастровый номер 56:25:1101013:569;

б) земельный участок общей площадью 456 кв. м по адресу: 

<

...> стр. 24. Кадастровый номер 56:25:1101013:3, были реализованы ФИО12 по договору купли-продажи объектов недвижимости от 03.03.2022 и впоследствии заключено соглашение от 04.03.2024 о расторжении договора купли-продажи объектов недвижимого имущества от 03.03.2022, ввиду чего, с учетом согласия истца, ФИО12 исключена из числа ответчиков по делу (протокольное определение от 02.07.2024).

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом обстоятельств, установленных при разрешении спора по делу № А47-3399/2021 суды, установив, что с учетом наличия описанных выше взаимосвязей, действия общества «СКС», ФИО7 и ФИО1 по внесению денежных средств на депозит нотариуса, получению соответствующих подтверждающих документов и обращению в суд с иском о прекращении обеспечивающих обязательств уже после возврата денежных средств из депозита являлись согласованными и были направлены на недобросовестное уклонение от исполнения обязательств перед банком, поскольку при обращении с иском в суд о прекращении обязательств, общество «СКС», ФИО7 и ФИО1 скрыли факт возврата денежных средств от суда в целях получения положительного решения суда о прекращении обязательств, не имея цели исполнения основного обязательства, тем самым создав ситуацию, в которой у банка, обоснованно доверившегося заверениям должника об исполнении обязательства путем перечисления денежных средств на депозит нотариуса, не могли возникнуть сомнения относительно исполнения обязательства и необходимости обращения в суд, пришли к аргументированному выводу о том, что результатом подобных действий общества «СКС», ФИО7 и ФИО1 стало освобождение поручителей и залогодателей от обязательств при полном отсутствии исполнения со стороны основного должника, что привело к тому, что ответчики (недобросовестная сторона) получила преимущества вопреки требованиям пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, что недопустимо.

Установление подобного рода обстоятельств является прерогативой судов первой и апелляционной инстанций, которые в силу присущих им дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, разрешают дело на основе установления и исследования всех его обстоятельств.

Доводы предпринимателей о том, что на момент обращения с иском в суд по делу № А47-3399/2021 обязательства по заключенному договору ипотеки прекратились в связи истечением срока еще 15.02.2020 были предметом исследования суда апелляционной инстанции и обоснованно отклонены им со ссылкой на непоследовательное поведение самих предпринимателей, с учетом того обстоятельства, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Оренбургской области от 01.10.2022 по делу № А47-3399/2021 в удовлетворении иска о признании указанных обязательств прекращенными отказано.

Как верно отмечено судом апелляционной инстанции в соответствии с нормативным регулированием сроков действия залога, поручительства и согласно общим началам гражданского законодательства согласование сторонами срока действия таких обязательств наделяет поручителя, залогодателя правом рассчитывать на прекращение соответствующего обязательства в установленный срок, если к нему не будет предъявлено иска.

Между тем, лицу, которое, действуя недобросовестно, препятствовало возможности предъявления такого иска, создав в пределах предусмотренного договором срока действия залога, поручительства видимости надлежащего исполнения в праве полагаться на истечение этого срока должно быть отказано, в чем и заключалась правомерная и обоснованная позиция судов.

Несогласие общества «СКС» с выводами судов относительно размера уменьшения неустойки, не свидетельствует о неправильном применении судами положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, не свидетельствует о нарушении судами норм материального права и подлежат отклонению. Указанный довод фактически направлен на переоценку выводов судов первой и апелляционной инстанций.

В данном случае размер согласованной сторонами неустойки за нарушение сроков возврата основного долга и (или) уплаты процентов за пользование кредитом и (или) других платежей кредитору равен 0,2%, и указывает на повышенный размер ответственности должника за нарушение своего обязательства против ключевой ставки Банка России, которая определяет минимальный уровень потерь кредитора при просрочке должником исполнения своего обязательства.

Сам по себе повышенный размер неустойки по сравнению со ставкой рефинансирования (ключевой ставкой), установленной Центральным банком Российской Федерации, или иными ставками не может служить основанием для признания размера неустойки завышенным.

В каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения санкций с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон. При этом установление подобного рода обстоятельств является прерогативой судов первой и апелляционной инстанций, которые в силу присущих им дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, разрешают дело на основе установления и исследования всех его обстоятельств.

С учетом принципа инстанционного распределения компетенции судов определение конкретного размера неустойки является вопросом факта, следовательно, вопрос о ее снижении относится к компетенции судов фактов, на что указано Верховным Судом Российской Федерации в определении 28.01.2016 № 303-ЭС15-14198.

Довод заявителей жалоб о неправомерности взыскании процентов и неустойки за период, когда банк не являлся надлежащим кредитором независимо от действий ответчика по снятию и внесению денежных средств на депозитный счет нотариуса подлежит отклонению судом округа как несостоятельный.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 3 пункта 44 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», при возвращении должнику денежных средств, внесенных в депозит, обязательство не считается исполненным (пункт 3 статьи 327 Гражданского кодекса Российской Федерации), и проценты, предусмотренные статьей 395 этого же Кодекса, подлежат начислению на сумму долга со дня возникновения просрочки, включая период нахождения денежных средств на депозите.

С учетом изложенного, суды пришли к верному выводу, что действия ответчиков по возврату денежных средств с депозита нотариуса в рамках пункта 3 статьи 327 Гражданского кодекса Российской Федерации не позволяют отнести данное общество к лицу, исполнившему обязательство.

Довод заявителей кассационных жалоб о невозможности для ответчиков (должников) определить надлежащего кредитора для исполнения своих обязательств по кредитному договору, о недобросовестности самого истца, выразившееся в несвоевременном обращении в суд к ответчикам и иным поручителям, был предметом детальной оценки судов первой и апелляционной инстанций и мотивированно ими отклонен, учитывая, что добросовестность и разумность действий сторон предполагается, а с учетом наличия имеющейся переписки и наличия информации о внесении денежных средств в депозит нотариуса (надлежащем исполнении обязательств по погашению задолженности), оснований для вывода о том, что такие действия должны были быть поставлены истцом под сомнение и предприняты какие-либо действия по истребованию задолженности, не имелось, следовательно, в связи с отсутствием информации об истребовании денежных средств с депозита нотариуса и до получения информации о возврате денежных средств, у истца отсутствовали основания для принятия мер по обращению с соответствующим иском.

Банк обоснованно доверился заверениям общества «СКС», предпринимателей ФИО7 и ФИО1 относительно наличия денежных средств на депозите нотариуса в целях исполнения основного обязательства, исходя из принципа добросовестности в дальнейшем общество «СКС», предприниматели ФИО7 и ФИО1 обязаны учитывать созданные ими разумные ожидания контрагента (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Указанный подход также согласуется с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.05.2023 № 307-ЭС22-26731 по делу № А56-36251/2021.

При сопоставлении тяжести аномалий поведения противоборствующих сторон, взвешивая интересы каждой из них с учетом допущенного отступления от эталона поведения, суду следует исходить из того, что большей ценностью для гражданского оборота при подобной альтернативе обладают интересы его неосмотрительного участника в сравнении с интересами недобросовестного (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Ссылки заявителей кассационных жалоб на неправомерный отказ судов в применении сроков исковой давности к требованиям о взыскании процентов и неустойки подробно исследованы судами первой и апелляционной инстанцией и обоснованно отклонены ими с учетом положений статей 195, 196, 200, 203 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 20, 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» по следующим основаниям.

Спорный кредитный договор 

<

***> заключен 16.08.2017, срок возврата кредита, согласованный сторонами в п. 2 3 Приложения № 01 к кредитному договору - 15.02.2019. Истец обратился с исковым заявлением в суд 12.04.2022.

Судами установлено, что 29.12.2018, 30.01.2020, 09.02.2021 ответчиком - обществом «СКС» в сумме 33 567 496 руб. 55 коп. и 23.06.2021 индивидуальным предпринимателем ФИО7 в сумме 1 498 584,83 руб. вносились денежные средства на депозитный счет нотариуса. Основанием для внесения денежных средств на депозитный счет нотариуса самим ответчиком обществом «СКС» указывалось «очевидное отсутствие определенности по поводу того, кто является кредитором по договору о предоставлении кредита 

<

***>».

Кроме того, 28.09.2021 в адрес истца поступило письмо № 1 от 21.09.2021) за подписью генерального директора общества «СКС» ФИО10, содержащее предложение о заключении соглашения о погашении задолженности по кредитному договору в сумме 26 060 447 руб. 41 коп., что также свидетельствует о признании факта наличия задолженности.

Учитывая внесение обществом «СКС» и ИП ФИО7 денежных средств в депозит нотариуса 29.12.2018, 30.01.2020, 09.02.2021 и 23.06.2021, оснований для вывода о нарушении прав по состоянию на 15.02.2022 (окончание трехлетнего срока с момента даты возвраты средств 15.02.2019) и необходимости обращения в суд, у истца не имелось.

Должник вправе внести причитающиеся с него деньги в депозит нотариуса, если обязательство не может быть исполнено вследствие очевидного отсутствия определенности по поводу того, кто является кредитором по обязательству, в частности в связи со спором по этому поводу между кредитором и другими лицами; внесение денежной суммы в депозит нотариуса считается исполнением обязательства (подпункт 3 пункта 1, пункт 2 статьи 327 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абзацем первым статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. По смыслу приведенной нормы о признании долга могут свидетельствовать, в частности, любые действия должника гражданско-правового характера, имеющие внешнее проявление, совершая которые он осознает, что кредитор об этих действиях не может не узнать и разумно воспримет их как подтверждение имеющейся задолженности.

В рассматриваемом случае ответчик породил у кредитора такого рода разумные ожидания, внеся причитающиеся деньги в депозит нотариуса, то есть признало долг по кредитному договору, создав видимость направленности его воли на предоставление исполнения в соответствии с правилами подпункта 3 пункта 1 статьи 327 Гражданского кодекса Российской Федерации. Впоследствии оно стало действовать вопреки этой видимости - потребовало у нотариуса возврата денег, сославшись на пункт 3 статьи 327 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах последствия сформированной самим ответчиком и предпринимателями видимости исполнения следовало возложить на них, обеспечив защиту правомерных ожиданий кредитора, возникших под влиянием должника и существовавших до тех пор, пока денежные средства находились на депозите, при том, что у общества все это время не было какой-либо неопределенности относительно его правового положения, а именно: признать, что применительно к абзацу второму статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности началось заново не с момента внесения денежных средств в депозит, а с момента, когда должник потребовал возврата денег из депозита и перестал считаться лицом, исполнившим обязательство; время, истекшее до этого, не засчитывается в новый срок.

Иное толкование положений статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации вступило бы в противоречие с сущностью института исковой давности, поскольку допускало бы течение нового срока давности по требованию кредитора в ситуации, когда обязательство перед ним в силу закона считалось исполненным и его права не были нарушены (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, приняв во внимание, что своими конклюдентными действиями ответчик фактически признал существующую перед истцом задолженность, а также с учетом, того, что о нарушении прав истцу стало известно не ранее получения ответа от нотариуса (05.04.2022), суды пришли к аргументированному выводу о том, что срок исковой давности банком не пропущен.

Довод кассатора о начислении «сложных процентов» обоснованно отклонен судами с учетом условий заключенного кредитного договора как основанный на неверном толковании норм материального права

Вопреки доводам заявителей кассационных жалоб во исполнение требований статей 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судами обеспечены сторонам равные условия для реализации ими своих процессуальных прав, в том числе на представление доказательств в состязательном процессе; созданы условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств дела.

По существу, иные доводы заявителей кассационных жалоб о признаваемом размере задолженности, о круге преюдициальных обстоятельств при рассмотрении дел № А47-3399/2021, № А40-285419/18-4-204Б, о добросовестности действий участников спора, о мерах по реализации предмета залога и другие были предметом исследования в судах первой и апелляционной инстанций, не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке имеющихся в деле доказательств и сделанных на их основании выводов судов, полномочий для которой у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Между тем из полномочий суда кассационной инстанции исключены действия по установлению обстоятельств, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судами, по предрешению вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими, а также по переоценке доказательств, которым уже была дана оценка судами первой или апелляционной инстанций (статьи 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Иное толкование заявителем жалобы положений действующего законодательства, а также иная оценка обстоятельств спора, не свидетельствуют о неправильном применении судами норм права.

В обжалуемых судебных актах суды в полной мере исполнили процессуальные требования, изложенные в части 1 статьи 168, пункте 2 части 4 статьи 170 и пункте 12 части 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, указав выводы, на основании которых они пришли к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований, а также мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, доводы и возражения сторон.

Все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм материального или процессуального права, влекущих отмену решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Определением суда кассационной инстанции от 01.08.2025 удовлетворено ходатайство индивидуального предпринимателя ФИО1 о приостановлении исполнения обжалуемых судебных актов до окончания производства в арбитражном суде кассационной инстанции. Поскольку производство по кассационной жалобе завершено, суд на основании статьи 283 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отменяет принятое приостановление исполнения судебных актов.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 08.04.2025 по делу № А47-13728/2022 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.07.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы индивидуального предпринимателя ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «СКС», индивидуального предпринимателя Мелояна Мнацакана Карапетовичана – без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения обжалуемых судебных актов, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа от 01.08.2025.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий	О.Г. Дякина

Судьи	А.А. Сафронова

С.В. Проскурякова