АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-30563/2021

г. Краснодар

28 июня 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 июня 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 июня 2023 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Сидоровой И.В., судей Калуцких Р.Г. и Епифанова В.Е., при участии в судебном заседании от истца – индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 (ОГРНИП 315230900005821) – ФИО2 (доверенность от 27.09.2021), ответчика – индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП 307402432400019) – ФИО4 (доверенность от 31.10.2022), третьего лица – Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Краснодарскому краю – ФИО5 (доверенность от 09.01.2023), ФИО6 (доверенность от 09.01.2023), в отсутствие ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Кирилл-Агро» (ИНН 

<

***>), третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: судебного пристава-исполнителя Межрайонного отдела по исполнению особых исполнительных производств Главного Управления Федеральной службы судебных приставов по Краснодарскому краю ФИО7, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, рассмотрев кассационную жалобу индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 28.09.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2023 по делу № А32-30563/2021, установил следующее.

ИП глава КФХ ФИО1 (далее – предприниматель, глава хозяйства) обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к ООО «Кирилл-Агро» (далее – общество) об освобождении от ареста и исключении из описи имущества по исполнительному производству от 22.11.2019 № 21972/20/23061-ИП, принадлежащего предпринимателю, в виде урожая сельскохозяйственных культур (ячмень, кукуруза, пшеница, подсолнечник и другие), расположенного на земельных участках: земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:1067 площадью 1 096 320 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:620 площадью 68 300 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:1068 площадью 46 301 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:1077 площадью 46 309 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:1075 площадью 46 318 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:1076 площадью 46 303 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:618 площадью 54 100 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:794 площадью 53 700 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:874 площадью 68 800 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:795 площадью 61 700 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:873 площадью 61 500 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:796 площадью 61 100 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:621 площадью 68 100 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:760 площадью 53 602 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:757 площадью 51 501 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:797 площадью 53 700 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:663 площадью 53 800 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:872 площадью 67 900 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:763 площадью 66 801 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:762 площадью 62 202 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:759 площадью 60 801 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:761 площадью 61 702 кв. м; земельный участок с кадастровым номером 23:10:0501000:758 площадью 60 702 кв. м; находящихся по адресу: Краснодарский край, Калининский район, месторасположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах данных участков, в границах плана земель СПК (колхоз) «Красное Знамя»; признании незаконными действий судебного пристава-исполнителя Межрайонного отдела по исполнению особых исполнительных производств Главного Управления Федеральной службы судебных приставов по Краснодарскому краю ФИО7 (далее – управление, судебный пристав; межрайонный отдел) по сбору и аресту урожая сельскохозяйственных культур, принадлежащих главе хозяйства.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены судебный пристав и управление.

Решением от 25.10.2021, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 19.01.2022, отклонены ходатайства истца об истребовании доказательств и отложении судебного разбирательства; в удовлетворении исковых требований отказано; принятые обеспечительные меры отменены. Суды, руководствуясь договором аренды недвижимого имущества от 10.12.2015, сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), согласно которым общество (арендодатель) создано 27.10.2004 и его единственным участником с 29.12.2005 является предприниматель (арендатор), пришли к выводу о притворном характере сделки. При этом суды применили положения пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) о мнимой сделке. По условиям договора ипотеки от 21.11.2016 № ИП 21/11/2016, заключенного ИП ФИО3 (займодавец) и обществом (заемщик) в залог переданы земельные участки, на которых произрастал спорный урожай. По условиям данного договора общество гарантировало, что объект залога не является предметом ипотеки и не будет являться таковым в период действия договора от 21.11.2016 № ИП 21/11/2016, других договоров залога, свободен от обязательств, не отчужден, не передан в доверительное управление, не находится под арестом, в споре не состоит, не обременен иными правами третьих лиц. В случае каких-либо притязаний на предмет ипотеки со стороны третьих лиц, а также возникновения по нему споров и конфликтов, общество обязуется их урегулировать своими силами и средствами, неся все необходимые издержки. Из буквального смысла договора ипотеки от 21.11.2016 № ИП 21/11/2016 следует, что в период срока действия данного договора общество вправе извлекать из заложенного имущества (земельных участков) плоды и доходы, и без письменного согласия залогодержателя (взыскателя) не вправе распоряжаться спорными земельными участками, поэтому (указали обе судебные инстанции) именно должник (общество) является собственником урожая. Так как срок исполнения обеспеченных ипотекой обязательств, которые общество не исполнило, наступил 21.11.2019, – договор аренды, возобновленный на неопределенный срок ввиду его пролонгации, не соответствует требованиям статьи 40 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее – Закон № 102-ФЗ). Ввиду того, что договор ипотеки заключен без предупреждения залогодержателя обо всех, известных залогодателю к моменту государственной регистрации, правах третьих лиц на объект залога (договор аренды между обществом и предпринимателем), – право аренды из данного договора прекратилось 21.11.2019 на основании статьи 40 Закона № 102-ФЗ. При этом, как отметил суд апелляционной инстанции, общество не является лицом, в чью пользу наложен арест на урожай, а является должником по обязательству в рамках исполнительного производства № 21972/20/23061-ИП. Лицо, в пользу которого наложен арест, – ИП ФИО3 (взыскатель по исполнительному производству), который исковые требования не признал. Принятие судом признания иска об освобождении спорного имущества от ареста лишь со стороны общества (должник) не может служить основанием для удовлетворения заявленных требований, поскольку нарушит права кредитора ИП ФИО3 по обязательству из договора денежного займа от 21.11.2016 № 21/11/2016.

Постановлением Арбитражного суда Северо–Кавказского округа от 07.06.2022 решение от 25.10.2021 и постановление апелляционного суда от 19.01.2022 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Окружной суд указал на необходимость дать надлежащую оценку договору аренды от 10.12.2015, исследовать обстоятельства, касающиеся его фактического исполнения обеими сторонами; оценить все представленные в дело доказательства, в том числе подтверждающие исполнение договора аренды предпринимателем (арендатором), а также проверить довод ответчика о реализации спорного урожая третьи лицам для установления возможности исполнения судебного акта.

При новом рассмотрении решением от 28.09.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 29.03.2023, в удовлетворении исковых требований отказано; принятые обеспечительные меры отменены. Суды указали на отсутствие оснований для удовлетворения заявленных требований. С учетом объяснений генерального директора ООО «Кирилл-Агро» ФИО8 и объяснений бухгалтера ООО «Кирилл-Агро» ФИО9 суды пришли к выводу о мнимом характере договора от 10.12.2015, который заключен между аффилированными лицами. Суды расценили поведение предпринимателя как злоупотребление правом в порядке статьи 10 Гражданского кодекса. Такое поведение взаимосвязанных сторон при заключении договора аренды от 10.12.2015 дискредитирует добросовестность предпринимателя и общества, поскольку вступив в подобное соглашение, стороны создали у третьих лиц разумные ожидания того, что спорное имущество не обременено договором аренды. Поскольку договор ипотеки заключен без предупреждения залогодержателя обо всех известных залогодателю к моменту государственной регистрации правах третьих лиц на предмет ипотеки, а именно: договора аренды между обществом и предпринимателем, право аренды из этого договора прекратилось 21.11.2019 на основании статьи 40 Закона № 102-ФЗ.

В кассационной жалобе предприниматель просит решение от 28.09.2022 и постановление суда апелляционной инстанции от 29.03.2023 отменить, дело направить на новое рассмотрение, указывая, что статья 40 Закона № 102-ФЗ не распространяется на правоотношения, возникшие до заключения договора ипотеки. Договор аренды недвижимого имущества от 10.12.2015 с автоматической пролонгацией заключен ранее, чем договор ипотеки от 21.11.2016 № ИП 21/11/2016, действия которого (в частности, пункт 3.6) не распространяются на отношения, возникшие до его заключения. Вывод судов о том, что именно общество (должник) является собственником урожая, выращенного на спорных земельных участках, основан на неверном толковании закона и неправильном установлении обстоятельств по делу. Именно предприниматель (арендатор) имеет право собственности на выращенный на спорных земельных участках урожай. Кроме того, в предмет настоящего спора не входит оспаривание арендной сделки. Выводы судов о злоупотреблении правом взаимосвязанными сторонами ошибочен, в том числе, потому, что договор аренды заключен ранее договора ипотеки. Договор аренды от 10.12.2015 заключен в соответствии с требованиями действующего законодательства (недвижимое имущество передано в соответствии с актом приема-передачи от 10.12.2015) и не оспорен в судебном порядке, а сделки между взаимосвязанными лицами не запрещены законом, иное бы противоречило гражданскому законодательству. Ответчиком встречных исковых требований о признании сделки недействительной не предъявлялось, также данная сделка не оспаривалась в отдельном судопроизводстве, напротив, общество признало иск. Согласно сведениям органа статистики, общество не производило посев урожая в 2021 году, что исключает принадлежность арестованного урожая ответчику. Уплата обязательных платежей возложена на арендатора земельных участков, исполнение чего истец подтвердил соответствующими платежными поручениями. В случае утраты незаконно изъятого имущества вред, причиненный должнику и иным лицам, взыскивается с главного распорядителя бюджета, следовательно, при рассмотрении настоящего дела затрагиваются права ФССП России. Вместе с тем, к участию в деле не был привлечен главный распорядитель бюджета – ФССП России. Данное процессуальное нарушение является безусловным основанием для отмены судебных актов.

В дополнении к кассационной жалобе предприниматель указывает, что выводы суда апелляционной инстанции о фактах фальсификации договора арендынедвижимого имущества от 10.12.2015, сделанные на основании дополнительнопредставленных доказательств ГУ ФССП России по Краснодарскому краю (материалпроверки КУСП от 11.02.2021 № 12), являются необоснованными и подменяютрезультаты расследования по ранее возбужденному уголовному делу в отношении предпринимателя.

В отзыве ИП ФИО3 выразил мотивированное мнение об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов. По его мнению, судами первой и апелляционной инстанций учтены все фактические обстоятельства, исследованы и оценены представленные сторонами доказательства и правильно применены нормы права. Доводы жалобы общества проверены судом апелляционной инстанции, которым обоснованно отклонены.

В судебном заседании представители предпринимателя, ИП ФИО3 и управления поддержали позиции своих доверителей.

Иные участвующие в деле лица явку в суд кассационной инстанции не обеспечили, извещены согласно статьям 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс).

Изучив материалы дела, доводы, приведенные в кассационной жалобе и отзыве, выслушав представителей спорящих сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению, с учетом следующего.

Как видно из материалов дела, ИП ФИО3 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к обществу о взыскании по договору займа от 21.11.2016 № 21/11/2016 основного долга в размере 11 млн рублей; процентов за 1-й год пользования займом в размере 7 337 241 рубля 41 копейки, из которых: в период с 21.11.2016 по 20.11.2017 – 1 199 631 рубль 71 копейка, с 15.12.2016 по 20.11.2017 – 1 120 943 рубля 18 копеек, с 22.12.2016 по 20.11.2017 – 2 195 984 рубля 73 копейки, с 26.12.2016 по 20.11.2017 – 2 820 681 рубль 79 копеек; а также процентов за 2-й год пользования займом в размере 7 920 000 рублей, из которых: в период с 21.11.2017 по 20.11.2018 – 7 920 000 рублей.

Вступившим в законную силу решением от 16.08.2019 по делу № А32-30320/2019 с общества в пользу ИП ФИО3 взыскано 11 млн рублей задолженности по договору денежного займа от 21.11.2016 № 21/11/2016; 7 337 241 рубль 41 копейка процентов за пользование суммой займа за 1-й год: с 21.11.2016 по 20.11.2017; 7 920 000 рублей процентов за пользование суммой займа за 2-й год: с 21.11.2017 по 20.11.2018, а также 154 286 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

На основании исполнительного листа от 20.09.2019 серии ФС № 023088587 возбуждено исполнительное производство от 22.11.2019 № 21972/20/23061-ИП о взыскании с должника (общества) в пользу взыскателя (ИП ФИО3) 26 411 527 рублей 41 копейки по договору денежного займа от 21.11.2016 № 21/11/2016.

18 июня 2021 года в рамках названного исполнительного производства судебный пристав осуществил выход на земельные участки, принадлежащие обществу и находящиеся в аренде предпринимателя, по итогам которого составил акт о наложении ареста (описи имущества) от 18.06.2021 в отношении урожая сельскохозяйственных культур на арендованных земельных участках.

С 23.06.2021 по 25.06.2021 по указанию судебного пристава осуществлен сбор упомянутого урожая с земельных участков, находящихся в аренде главы хозяйства, о чем свидетельствуют материалы проверки от 23.06.2021 КУСП № 3361 ОМВД России по Калининскому району.

По делу установлено, что 10.12.2015 общество в лице директора ФИО8 (арендодатель) и предприниматель (арендатор) заключили договор аренды, по которому главе хозяйства во временное возмездное пользование предоставлены, помимо прочего, земельные участки: кадастровый номер 23:10:0501000:1067 (площадь 1 096 320 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:620 (площадь 68 300 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:1068 (площадь 46 301 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:1077 (площадь 46 309 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:1075 (площадь 46 318 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:1076 (площадь 46 303 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:618 (площадь 54 100 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:794 (площадь 53 700 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:874 (площадь 68 800 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:795 (площадь 61 700 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:873 (площадь 61 500 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:796 (площадь 61 100 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:621 (площадь 68 100 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:760 (площадь 53 602 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:757 (площадь 51 501 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:797 (площадь 53 700 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:663 (площадь 53 800 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:872 (площадь 67 900 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:763 (площадь 66 801 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:762 (площадь 62 202 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:759 (площадь 60 801 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:761 (площадь 61 702 кв. м); кадастровый номер 23:10:0501000:758 (площадь 60 702 кв. м); находящиеся по адресу: Краснодарский край, Калининский район, месторасположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах данных участков, в границах плана земель СПК (колхоз) «Красное Знамя» (т. 1, л. д. 25 – 34). Данный договор не расторгнут, заключен с пролонгацией на 11 месяцев (пункт 2.3 договора).

Предприниматель, ссылаясь на незаконность действий судебного пристава по наложению ареста на принадлежащий ему урожай сельскохозяйственных культур, обратился в арбитражный суд с исковым заявлением об освобождении от ареста и исключении из описи имущества по исполнительному производству от 22.11.2019 № 21972/20/23061-ИП.

Законность решения и постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, с учетом установленных статьей 286 Кодекса пределов рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции. 

Согласно части 1 статьи 80 Закона № 229-ФЗ в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях, судебный пристав-исполнитель вправе наложить арест на имущество должника. В соответствии с частью 1 статьи 119 Закона № 229-ФЗ в случае возникновения спора, связанного с принадлежностью имущества, на которое обращается взыскание, заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском об освобождении имущества от ареста или исключении его из описи. 

В пунктах 50, 51 постановления от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» Пленумы Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснили, что при наложении такого ареста на имущество, не принадлежащее должнику, собственник имущества вправе обратиться с иском об освобождении имущества от ареста. Ответчиками по таким искам являются должник, у которого произведен арест имущества, и те лица, в интересах которых наложен арест. Судебный пристав-исполнитель привлекается к участию в таких делах в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Иск об освобождении имущества от ареста или исключении его из описи может быть предъявлен собственником этого имущества или иным лицом, владеющим имуществом по основаниям, предусмотренным законом или договором (статьи 301 – 305 Гражданского кодекса).

Обращаясь в суд с требованием об освобождении имущества от ареста, истец в соответствии со статьей 65 Кодекса должен представить доказательства тому, что он является собственником арестованного имущества (законным владельцем, иным заинтересованным лицом). Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Согласно пункту 3 статьи 154 Гражданского кодекса для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса сделка недействительна по основаниям, установленным данным кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1 статьи 168 Гражданского кодекса).

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце 2 пункта 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25), в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам относятся мнимая или притворная сделка (статья 170 Гражданского кодекса).

На основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не намеривают ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Исходя из правовой позиции, изложенной в абзаце 2 пункта 86 постановления № 25, стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Таким образом, исходя из данного разъяснения, норма, изложенная в пункте 1 статьи 170 Гражданского кодекса, применяется также в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять фактически, а совершают формальные действия, свидетельствующие о порочности воли обеих сторон сделки.

Если сделка имеет цель создать, изменить или прекратить гражданские права и обязанности (статья 153 Гражданского кодекса), то мнимая сделка такой цели не преследует. Мнимая сделка понимается как мнимая обеими сторонами сделки. Доказывание мнимой сделки состоит, следовательно, в опровержении доказательств ее исполнения.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Кодекса).

В соответствии с частью 1 статьи 64, частью 2 статьи 65, статьей 71 Кодекса арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Исходя из положений пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса, притворной понимается сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. Притворная сделка ничтожна, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу приведенной нормы притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка) и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка). Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является.

В соответствии с пунктом 87 постановления № 25 в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса). 

Соответственно, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при ее заключении. Установление расхождения волеизъявления с волей осуществляется судом посредством анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В силу пункта 2 настоящей статьи стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

Согласно пункту 1 статьи 53 Гражданского кодекса юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом иными правовыми актами и учредительными документами. В силу данной нормы органы юридического лица не могут рассматриваться как самостоятельные субъекты гражданских правоотношений и, следовательно, выступать в качестве представителей юридического лица в гражданско-правовых отношениях.

На основании пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого. В силу пункта 3 статьи 182 Гражданского кодекса представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично.

В то же время, в определении от 08.10.2009 № 12880/09 Высший Арбитражный Суд Российской Федерации указал, что пункт 3 статьи 182 Гражданского кодекса направлен на защиту интересов представляемого, которая осуществляется посредством признания оспоримой сделки недействительной и применением последствий ее недействительности (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.06.2009 № 17580/08).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, несет риск наступления последствий совершения или несовершения им процессуальных действий (статьи 9 и 65 Кодекса).

По результатам повторного исследования представленных в материалы дела доказательств, с учетом указаний суда кассационной инстанции, приведенных в постановлении от 07.06.2022 (обязательных для судов первой и апелляционной инстанций), судебные инстанции пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска. С учетом объяснений генерального директора ООО «Кирилл-Агро» ФИО8 и объяснений бухгалтера ООО «Кирилл-Агро» ФИО9 суды пришли к выводу о мнимом характере договора от 10.12.2015, который заключен между аффилированными лицами. Суды расценили поведение предпринимателя как злоупотребление правом в порядке статьи 10 Гражданского кодекса. Такое поведение взаимосвязанных сторон при заключении договора аренды от 10.12.2015 дискредитирует добросовестность предпринимателя и общества, поскольку вступив в подобное соглашение, стороны создали у третьих лиц разумные ожидания того, что спорное имущество не обременено договором аренды. Поскольку договор ипотеки заключен без предупреждения залогодержателя обо всех известных залогодателю к моменту государственной регистрации правах третьих лиц на предмет ипотеки, а именно: договора аренды между обществом и предпринимателем, право аренды из этого договора прекратилось 21.11.2019 на основании статьи 40 Закона № 102-ФЗ.

Отклоняя доводы кассационной жалобы, суд кассационной инстанции отмечает, что решение вопросов исследования и оценки доказательств отнесено к компетенции судов первой и апелляционной инстанций, в связи с чем доводы предпринимателя не могут служить основанием для отмены состоявшихся судебных актов, по сути направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и имеющихся в деле доказательств, что в силу статьи 286 Кодекса выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции.

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену решения и апелляционного постановления (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 284 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 28.09.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2023 по делу № А32-30563/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке статьи 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

И.В. Сидорова

 

Судьи

В.Е. Епифанов

Р.Г. Калуцких