﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2062/19 

Екатеринбург

29 июня 2021 г.

Дело № А60-51084/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 22 июня 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 июня 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тихоновского Ф.И.,

судей Шершон Н. В., Пирской О.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества «Тагилбанк» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Свердловской области от 11.01.2021 по делу № А60-51084/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.04.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие: представитель собрания (комитета) кредиторов акционерного общества «Тагилбанк» Ловкина А.В. (протокол заседания комитета кредиторов от 19.02.2019 № 1), а также представители: 

конкурсного управляющего акционерного общества «Тагилбанк» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»  – Калинина С.Ю.  (доверенность от 06.08.2019);

общества с ограниченной ответственностью «Трест Тагилстрой»– Пархоменко А.С. (доверенность от 01.10.2018);

Чеканова А.А., Прохорова А.В., Зальцман Р.С. – Пархоменко А.С. (доверенность от 01.10.2018).

 

В Арбитражный суд Свердловской области 03.09.2018 поступило заявление Центрального банка Российской Федерации в лице Уральского главного управления Центрального банка Российской Федерации (далее – Банк России) о признании акционерного общества «Тагилбанк» (далее – общество «Тагилбанк», банк, должник) несостоятельным (банкротом), которое принято к производству суда определением от 07.09.2018, возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 10.10.2018 общество «Тагилбанк» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов».

Определением от 06.12.2018 Семнадцатый арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению заявления Банка России по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2019 решение Арбитражного суда Свердловской области от 10.10.2018 по делу отменено, общество «Тагилбанк» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов».

В Арбитражный суд Свердловской области 13.05.2020 поступило заявление конкурсного управляющего о признании недействительными договора купли-продажи от 20.01.2016, заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью «ПСМО Тагилстрой» (далее – общество «ПСМО Тагилстрой»), и договора купли-продажи от 07.12.2018 № 61/18-ПС, заключенного между обществом «ПСМО Тагилстрой» и обществом с ограниченной ответственностью «УралИнвест», и применении последствий недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника объекта недвижимости, расположенного по адресу: Свердловская область, г. Нижний Тагил, ул. Академика Патона, д. 6, кадастровый номер 66-66-02/005/2005-478 (с учетом уточнения требования, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.01.2021 (судья Грабовская М.Ю.) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.04.2021 (судьи Гладких Е.О., Зарифуллина Л.М., Макаров Т.В.) определение суда первой инстанции от 11.01.2021 оставлено без изменения.

Не согласившись с указанными судебными актами, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение норм материального и процессуального права, просит указанные судебные акты отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.  

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на наличие фактических обстоятельств, свидетельствующих о мнимом характере сделок для создания видимости перехода права собственности, обращает внимание на отсутствие у должника экономических мотивов в заключении оспариваемых сделок, которые повлекли для банка убытки, поскольку размер ежемесячных платежей по договору купли-продажи по сравнению с размером арендной платы незначителен. Заявитель ссылается на несостоятельность выводов судов об отсутствии аффилированности сторон по оспариваемым договорам, полагает, что обстоятельства заключения сделок и принадлежность общества «ПСМО Тагилстрой» и банка одной группе лиц, подтверждают фактическую и юридическую аффилированность. Заявитель жалобы также указывает на неправильное применение судами положений статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, повлекшее ошибочные выводы относительно пропуска срока исковой давности.

Представитель собрания (комитета) кредиторов акционерного общества «Тагилбанк» Ловкина А.В. в своём отзыве по доводам конкурсного управляющего возражает.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 20.01.2016 между обществом «Тагилбанк» (продавец) и обществом «ПСМО Тагилстрой» (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, по условиям которого покупатель купил в частную собственность недвижимое имущество – нежилое помещение общей площадью 375,3 кв.м, расположенное по адресу: Свердловская область, г. Нижний Тагил, ул. Академика Патона, д. 6, кадастровый номер 66-66-02/005/2005-478 (далее – спорное недвижимое имущество).

Отчуждаемое помещение принадлежало продавцу на праве собственности, что подтверждается договором купли-продажи муниципального недвижимого имущества от 20.12.2004 № 343.

В соответствии со спорным договором отчуждаемое имущество продано за 7 500 000 руб.

Оплата покупателем продавцу денежных средств по договору производится в безналичной форме, частями на расчетный счет, в сроки, указанные в пункте 2.1 договора (до 31.12.2020).

Переход права собственности на спорное имущество в пользу покупателя зарегистрирован 11.02.2016.

В дальнейшем на основании договора купли-продажи от 07.12.2018 № 61-18-ПС спорное помещение отчуждено в пользу общества «УралИнвест», право собственности за которым зарегистрировано 12.12.2018.

Полагая, что сделки по отчуждению указанного имущества являются недействительными, поскольку совершены на заведомо невыгодных условиях, а также с аффилированными лицами, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, указывая в качестве основания для признания сделок недействительными положения статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным указанным Законом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 Постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснил, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В качестве обоснования заявленных требований и в подтверждение довода о причинении вреда оспариваемой сделкой конкурсный управляющий указывал, что на период совершения оспариваемых сделок должник обладал признаками неплатежеспособности. Конкурсный управляющий указывал, что в соответствии с заключением временной администрации о финансовом состоянии банка размер его активов, отраженный в документах бухгалтерской отчетности, существенным образом завышен, в том числе за счет искусственного увеличения стоимости ссудной задолженности, действительная стоимость ссудной задолженности по результатам анализа временной администрации составила 574 440 000 руб., что меньше стоимости, учитываемой бывшим руководством банка, на 329 593 000 руб. Указанные обстоятельства, по мнению конкурсного управляющего, подтверждают факт превышения размера обязательств банка по отношению к его активам, а равно наличие признаков недостаточности имущества.

Рассмотрев доводы и возражения сторон о причинении оспариваемыми договорами вреда, суды установили, что по сведениям, предоставленным Центральным Банком Российской Федерации в лице Уральского главного управления Центрального банка Российской Федерации, спорное помещение расценено временной администрацией как непрофильный актив, в выписке из заключения временной администрации должника по сделкам, совершенным в преддверии отзыва лицензии, указано, что должником реализовано имущество (непрофильный актив), которое негативно влияло на соблюдение банком надзорных норм Банка России, в результате сделки с обществом «ПСМО Тагилстрой» банком получен чистый доход в сумме 5 633,8 тыс.руб. 

Кроме того, судами установлен факт досрочной оплаты (30.03.2018) обществом «ПСМО Тагилстрой» спорного имущества за счет заемных денежных средств, полученных от Чеканова А.А. (председатель совета директоров банка) и признаны убедительными пояснения акционеров должника, согласно которым аренда спорного помещения после его продажи связана с тем, что офис на ул. Патона, д. 6, являлся единственным офисом, работающим в Дзержинском районе города Нижний Тагил, в связи с чем банк рассматривал иные варианты размещения офиса, понимая необходимость реализации данного объекта, однако, на рынке не имелось свободных помещений, отвечающих требованиям по безопасности осуществления банковской деятельности. 

Помимо изложенного судами было установлено, что в результате реализации спорного имущества банк прекратил нести ряд обязательств (обязанность уплаты налога на имущество, оплаты расходов по содержанию здания ввиду нахождения помещений в составе многоквартирного дома, расходов на общее освещение, управление, капитальный ремонт здания, несение расходов, связанных с обеспечением охраны объекта и на осуществление текущего и капитального ремонта помещений).

Исследовав представленные в материалы спора сведения о финансовом положении должника на момент заключения оспариваемой сделки, экономические предпосылки реализации недвижимого имущества и последствия его отчуждения, указав на отсутствие доказательств того, что на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, суды сделали вывод об отсутствии оснований для утверждения о совершении сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Обращаясь с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий указывал, что ответчики и должник являются заинтересованными по отношению друг к другу лицами, поскольку Зальцман Р.С. на момент совершения сделки (20.01.2016) являлась единственным участником общества «ПСМО Тагилстрой», а также акционером должника с долей в размере 9,97 %, помимо приведенного, конкурсный управляющий ссылался на то, что доля в уставном капитале общества «УСК» принадлежит Чеканову С.А. – брату основного акционера банка Чеканова А.А., из чего заявитель делал вывод о принадлежности должника и ответчиков одной группе лиц, контроль за действиями которой осуществляет Чеканов А.А.

Рассмотрев доводы конкурсного управляющего об аффилированности должника и общества «ПСМО Тагилстрой», суды не усмотрели оснований для признания ответчика фактически или юридически заинтересованным по отношению к должнику. Суды исследовали и отклонили доводы заявителя, указав, что ни Зальцман Р.С., ни Варкентин А.Д. (действующий директор общества «ПСМО Тагилстрой», назначенный на должность 27.03.2018) на момент совершения сделки 20.01.2016 по отчуждению нежилого помещения не занимали руководящих должностей в банке и не являлись его акционерами. Указание конкурсного управляющего на наличие у Чеканова А.А. статуса основного акционера также не принято во внимание в связи с тем, что доля акций указанного лица в размере 26,23 % не предоставляет возможность единоличного принятия решения по совершению сделок. Судами также приняты во внимание выводы временной администрации банка, сделанные в результате анализа сделок, о том, что общество «ПСМО Тагилстрой» не является лицом, юридически связанным с банком, иного в материалы дела конкурсным управляющим, не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Более того, суды обоснованно указали, что сама по себе заинтересованность сторон сделки ввиду непредставления в материалы дела доказательств, подтверждающих, что совершение оспариваемой сделки привело к уменьшению размера имущества должника, не является основанием для признания сделки недействительной.

В отсутствие обстоятельств, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, арбитражные суды отказали в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований о признании сделки недействительной по указанному основанию.

Судами также рассмотрены требования конкурсного управляющего о признании спорных сделок недействительными в порядке статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и установлено отсутствие оснований для их удовлетворения.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное на причинение вреда третьим лицам. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Рассматривая заявление конкурсного управляющего о признании спорных сделок мнимыми, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались тем, что в связи с мнимостью недействительной может быть признана лишь сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Судом апелляционной инстанции, так же как и судом первой инстанции, при рассмотрении спора установлено, что переход права собственности зарегистрирован за каждым из покупателей непосредственно после совершения сделок; покупатели несут бремя содержания имущества. Принимая во внимание указанное, а также факт уплаты покупной цены каждым из покупателей по каждой совершаемой сделке в полном объеме, суды признали рассматриваемые обстоятельства свидетельствующими о реальности сделок, что исключает их квалификацию в качестве мнимых.

Указание конкурсного управляющего на наличие единой цели у оспариваемых сделок опровергнуто судом апелляционной инстанции с указанием на совершение сделок с длительным временным интервалом почти в три года, а также на материалы дела, подтверждающие реальной сделок, по цене, соответствующей рыночной стоимости, что установлено из отчета об оценке рыночной стоимости от 04.12.2015 № 76/41-15.

Исходя из установленных обстоятельства, учитывая, что при рассмотрении настоящего обособленного спора конкурсный управляющий ссылался только на факты, свидетельствующие о наличии совокупности обстоятельств, необходимой для признания платежей недействительными сделками по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не приводя при этом доводов о наличии у спорных сделок пороков, выходящих за пределы подозрительных сделок, принимая во внимание, что указанные соглашения о зачете, акты зачета взаимных требований никем не оспорены, не признаны в установленном законом порядке недействительным, констатировав отсутствие доказательств, свидетельствующих о заключении  спорных сделок с нарушением установленного законом порядка, суды пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для признания их недействительными в силу ничтожности.

Основанием для отказа в удовлетворении настоящего заявления послужило также признание доводов заинтересованных лиц о пропуске конкурсным управляющим срока давности для обращения с настоящим заявлением обоснованными.

Делая указанный вывод, суды руководствовались правовой позицией, изложенной в абзаце втором в пункта 32 Постановления № 63, согласно которой, срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности – абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Установив, что в рассматриваемом случае определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.10.2018 в отношении должника введена процедура конкурсного производства, принимая во внимание, что приказом от 20.07.2018 № ОД-1828 у банка отозвана лицензия на осуществление банковской деятельности, на основании приказа № ОД-1829 в обществе «Тагилбанк» назначена временная администрация, сотрудниками которой назначены члены государственной корпорации  «Агентство по страхованию вкладов», суды сделали вывод, что с момента назначения временной администрации и подготовки проекта заключения о сделках должника, конкурсный управляющий знал о совершенных должником сделках. Вместе с тем, обладая необходимыми сведениями, конкурсный управляющий обратился с рассматриваемым заявлением только лишь 13.05.2020 - по истечении срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

Исходя из указанного, принимая во внимание, что при рассмотрении обособленного спора обстоятельства недействительности спорных сделок на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не нашли свое подтверждение, основания для квалификации сделки в качестве совершенной со злоупотреблением правом заявителем не приведены, и то, что настоящее заявление подано по истечении срока исковой давности, суды отказали в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок.

Суд округа считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Доводы подателя кассационной жалобы о заведомо невыгодных условиях заключённого впоследствии договора аренды спорного нежилого помещения, о несопоставимости размера арендной платы с размером ежемесячных платежей, производимых покупателем недвижимого имущества в рассрочку, подлежат отклонению, поскольку недействительность такого договора аренды предметом рассматриваемого заявления не являлась.   

Доводы заявителя кассационной жалобы судом кассационной инстанции изучены и отклонены, поскольку не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении дела и могли повлиять на законность судебного акта либо опровергнуть выводы судов. Оснований для переоценки выводов судов, установленных ими фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств у суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется. 

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставитьбез изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 11.01.2021 по делу № А60-51084/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.04.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества «Тагилбанк» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий					           Ф.И. Тихоновский 

Судьи					           Н.В. Шершон 

                                                                                             О.Н. Пирская