﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-32043/2018

г. Краснодар

29 июля 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 июля 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 22 июля 2020 года

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Афониной Е.И., судей Аваряскина В.В. и Артамкиной Е.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кучерявенко А.Е.  и участии в судебном заседании, проводимом с применением системы видеоконференц-связи с Арбитражным судом Ростовской области, от истца – акционерного общества ПО «Нефтегазхиммаш» (ИНН 6125023893, ОГРН 1056125018201) – Роменской М.С. (доверенность от 13.12.2019) и Котловой Н.А. (доверенность от 03.02.2020), от ответчика – акционерного общества «Белэнергомашсервис» (ИНН 3123022306, ОГРН 1023101649460) – Ушакова М.Л. (доверенность от 1.04.2019), рассмотрев кассационную жалобу акционерного общества «Белэнергомашсервис» на решение Арбитражного суда Ростовской области от 27.11.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2020 по делу № А53-32043/2018, установил следующее.

АО ПО «Нефтегазхиммаш» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с иском к АО «Белэнергомашсервис» (далее – компания) о взыскании 4 951 604 рублей 27 копеек убытков (уточненные требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее – Кодекс). 

В рамках дела № А53-3279/2019 общество обратилось с иском к компании о взыскании 965 тыс. рублей неустойки. 

 Определением Арбитражного суда Ростовской области от 03.06.2019 дела № А53-32043/2018 и А53-3279/2019 объединены в одно производство, делу присвоен номер А53-32043/2018. 

Решением от 27.11.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 07.02.2020, исковые требования удовлетворены частично. С компании в пользу общества взыскано 723 654 рубля 27 копеек убытков.

В кассационной жалобе компания просит отменить судебные акты в части удовлетворения исковых требований общества. Заявитель указывает, что экспертное исследование необоснованно и противоречит представленным компанией письмам ОАО «Вниинефтемаш» и ООО «СКБ-Нефтехим». Суды не учли, что фактически о недостатках общество узнало из письма от 28.08.2015 № 2249, однако 01.10.2015 подписало акт сдачи-приемки выполненных работ без замечаний и возражений. Предметом договора от 21.10.2015 № 2015-43 являлось не устранение дефектов, возникших в результате некачественно выполненных работ по договору от 12.05.2015 № 2015-5, как указали суды, а абсолютно новые работы, которые необходимо было выполнить в соответствии с измененной истцом расчетной конструкторской документацией. Общество пропустило годичный срок исковой давности для предъявления требований, связанных с ненадлежащим качеством работы, выполненной по договору подряда (пункт 1 статьи 725 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – Гражданский кодекс), который следует исчислять с 14.10.2015. 

В отзыве на жалобу компания просит оставить без изменения судебные акты, считая их законными и обоснованными.

В судебном заседании представители сторон повторили свои доводы и возражения.  

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению.

Как следует из материалов дела, 15.02.2018 общество (заказчик) и компания (подрядчик) заключили договор подряда № 2015-5 (далее – договор № 2015-5) на выполнение работ с использованием материала заказчика, в соответствии с которым исполнитель обязался выполнить по заданию и из комплектующих заказчика сборку комплекта змеевика печи П-1 с упаковкой, разработку деталировки и упаковке, соответствующих испытаний и контроля на основании РКД49-642-00.00.000, и чертежей общего вида на упаковку РД 26-02-80-2004, сдать результат заказчику, а заказчик – принять результат работ и оплатить его. 

Согласно пункту 1.6 договора датой передачи результата работ является дата подписания заказчиком акта приема-передачи выполненных работ (приложение № 4).

Пунктом 2.1 договора предусмотрено, что стоимость работы по договору определяется согласно приложению № 1 и включает компенсацию издержки исполнителя и причитающееся ему вознаграждение. 

В соответствии с пунктом 2.2 договора оплата по договору осуществляется на основании акта-сдачи выполненных работ (приложение № 4), накладной по форме № МХ-18 (приложение № 5), отчета исполнителя об использовании материалов заказчика (приложение № 3) путем перечисления денежных средств на расчетный счет исполнителя по реквизитам, указанным в статье 15 договора. 

Во исполнение условий договора общество перечислило на расчетный счет компании 7 174 476 рублей 91 копейку. 

01 октября 2015 года результат работ отгружен для поставки конечному грузополучателю ПАО «Саратовский НПЗ» 01.10.2015. 

14 октября 2015 года общество получило от ПАО «Саратовский НПЗ» претензии по качеству поставленного товара с приложением акта входного контроля секций и перекидок змеевика печи П-1. 

15 октября 2015 года общество направило компании письмо с описанием выявленных недостатков в ходе приемки змеевика печи П-1 на ПАО «Саратовский НПЗ» и направлением акта о выявленных недостатках от 14.10.2015.

Согласно пункту 7 акта от 14.10.2015 механическая обработка труб по внутреннему диаметру не соответствует требованиям пункта 3.1.1.19 РД 26-02-80-2004. 

Кроме того, допущены нарушения в секциях поз. № 1 (чертеж № 49- 692.03.01.000): поз. № 2 (чертеж № 49-692.01.02.000), поз. № 3 (чертеж № 49-692.03.02.000), поз. № 4 (чертеж № 49-692.01.03.000), перекидок поз. № 16 (чертеж № 49-692.01.06.000), перекидки поз. № 5 (чертеж № 49-692.03.000); в местах проведенной механической обработки толщина стенок труб составила 9,7 – 10,1 мм, что не соответствует пределам допустимых значений пункта 14 ГОСТ 550, который устанавливает минимальное значение толщины стенки 10,2 мм, и согласованной рабочей конструкторской документации. 

Общество указало, что компания допустила излишнюю расточку стенок отводов секции поз. № 3 (чертеж № 49-692.03.02.000), перекидок № 5 (чертеж № 49-692.03.03.000), в местах проведенной механической обработки толщина составляет 9,6 – 10.1 мм, что также не соответствует пределам допустимых значений пункта 14 ГОСТ 550, который устанавливает минимальное значение толщины стенки 10,2 мм, и согласованной рабочей конструкторской документации. 

Материал шпилек 2-1-М24-8gx160 и шпилек 2-1-М24-8gx100, поставляемых в комплекте с коллекторами поз. № 10 (чертеж № 49-692.03.04.000), не соответствует заявленной стали 25Х2М1Ф и согласованной рабочей конструкторской документации. 

Общество также указало, что по акту приемки-сдачи выполненных работ от 01.10.2015 № 1, подписанному сторонами, у общества имелись претензии к комплектности отгруженного результата работ. 

В пункте 4 акта указано, что не отгружены метизы: 

–  шпилька 2-1-М24-8gx100 стали 25ХМ1Ф по ОСТ 26-2040-96 в количестве 1 шт. (составная часть штуцера Ду15, накладная от 24.06.2015 № 15);

– шпилька 2-1-М24-8gx160 стали 25Х2М1Ф по ОСТ 26-2040-96 в количестве 2 шт. (накладная от 30.06.2015 № 16);

– гайка М24-7Н стали 30ХМА по ОСТ 26-2041-96 в количестве 2 шт. (накладная от 30.06.2015 № 16); 

- шайба 24 стали 30ХМА по ОСТ 26-2042-96 в количестве 2 шт. (накладная от 30.06.2015 № 16). Нарушения, указанные в акте от 01.10.2015, устранены. Однако факт передачи некомплектного изделия зафиксирован сторонами. 

При этом несоответствие частей змеевика печи П-1 требованиям ГОСТ 550, а также согласованной рабочей конструкторской документации подтверждается результатами ультразвуковой толщинометрии, а также отчетом по обследованию нового продуктового змеевика печи П-1 установки Л-35-11/300 ПАО «Саратовский НПЗ». 

Выявленные недостатки компания не устранила, ответ на письмо общества от 14.10.2015 не направила. 

В связи с необходимостью выполнения своих обязательств перед ПАО «Саратовский НПЗ» 21.10.2015 общество заключило с компанией договор на выполнение работ с материалом заказчика № 2015-43 (далее – договор № 2015-43), в рамках которого на компанию возложена обязанность по замене трубы и отводов секции змеевика печи П-1. Стоимость работ по устранению недостатков составила 723 654 рубля 27 копеек. К указанному договору подписан протокол разногласий.

Общество полагает, что отсутствие в спорном договоре с учетом протокола разногласий указания на устранение недостатков работ по договору № 2015-5 не исключает фактическую цель данного договора. 

ПАО «Саратовский НПЗ» обратилось в суд о взыскании с общества  штрафных санкций (дело № А57-1542/2016), а также о взыскании неустойки за просрочку поставки (дело № А57-1543/2016). 

Решением Арбитражного суда Саратовкой области суда от 19.05.2016 по делу № А57-1542/2016 с общества в пользу ПАО «Саратовский НПЗ» взыскано 785 тыс. рублей штрафа, поскольку качество поставленного товара не соответствовало договору. 

По делу № А57-1543/2016 вынесено определение Арбитражного суда Саратовкой области от 04.07.2016 об утверждении мирового соглашения, которым на общество возложена обязанность уплатить ПАО «Саратовский НПЗ» выплатить 3 млн рублей неустойки.

Полагая, что указанные убытки вызваны действиями компании, общество обратилось в суд с иском.

Частично удовлетворяя заявленные требования, суды руководствовались следующим.

Согласно статье 702 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

На основании пункта 1 статьи 711 Гражданского кодекса заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок. Основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача ему подрядчиком результата работ.

В статье 753 Гражданского кодекса установлено, что сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами.

Статьей 720 Гражданского кодекса предусмотрено, что заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику. Качество выполняемой работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода (пункт 1 статьи 721 Гражданского кодекса). Заказчик вправе предъявить требования в отношении недостатков результата работы, обнаруженных в течение гарантийного срока (пункт 3 статьи 724 названного Кодекса).

Ответственность подрядчика за ненадлежащее качество работы определена в статье 723 Гражданского кодекса, из которой следует, что в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика: безвозмездного устранения недостатков в разумный срок; соразмерного уменьшения установленной за работу цены; возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда (статья 397 Гражданского кодекса).

В силу пункта 3 статьи 723 Гражданского кодекса, если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 393 Гражданского кодекса должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства и определяемые по правилам, предусмотренным статьей 15 названного Гражданского кодекса.

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу статьи 1064 Гражданского кодекса общими условиями ответственности за причиненный вред являются наличие вреда, неправомерные действия (бездействие) лица, его причинившего, и причинно-следственная связь между такими действиями и наступившим вредом. 

В пункте 12 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса).

Таким образом, убытки представляют собой негативные имущественные последствия, возникающие у лица вследствие нарушения его неимущественного или имущественного права. Требование о взыскании убытков может быть удовлетворено при доказанности факта нарушения стороной обязательств по договору, наличия причинной связи между понесенными убытками и ненадлежащим исполнением ответчиком обязательства по договору, документально подтвержденного размера убытков. Отсутствие хотя бы одного из указанных условий является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

В силу статьи 65 Кодекса, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Суды первой и апелляционной инстанции установили и материалами дела подтверждено, что работы по договору № 2015-5 выполнены, переданы обществу и оплачены им. Поскольку договор № 2015-5 заключен обществом для исполнения обязательств перед ПАО «Саратовский НПЗ», результат работ отгружен 01.10.2015 для поставки конечному грузополучателю ПАО «Саратовский НПЗ». Однако ПАО «Саратовский НПЗ» результат работ не приняло ввиду несоответствия качества товара требованиям договора, заключенного с обществом. Об указанных недостатках общество сообщило компании, однако компания с ними не согласилась, о чем предоставила ответ от 16.10.2015 № 355 (т. 2, л. д. 38).

В соответствии с пунктом 5 статьи 720 Гражданского кодекса при возникновении между заказчиком и подрядчиком спора по поводу недостатков выполненной работы или их причин по требованию любой из сторон должна быть назначена экспертиза. 

Поскольку у сторон возникли разногласия относительно качества выполненных работ, суд первой инстанции назначил проведение экспертного исследования.

Экспертным заключением ООО «Новая судебная экспертиза» от 07.10.2019 № 66 установлено следующее.

На вопрос суда о том, содержатся ли в расчетно-конструкторской документации змеевка печи П-1 (РКД 49-642-00.00.000) указания на минимальную толщину стыкуемых элементов змеевика (труб и отводов) после их механической обработки, эксперт ответил, что в РКД 49-692-00.00.000 указана минимальная исполнительная толщина стенки, которая по расчету (в соответствии РТМ 26-02-67-84) для труб равна 1,046 см, для отводов равна 1,4 см. Эти значения приняты на основании прочностного расчета и являются минимально допустимыми. В пункте 3.1.19 РД 26-02-80-2004 «Змеевики сварные для трубчатых печей. Требования к проектированию, изготовлению и поставке» имеется требование: «при сборке элементов без подкладного кольца внутренняя расточка должна производиться под углом 15º». Данное требование ограничивает длину расточки до 5,75 мм при минимально-исполнительной толщины трубы 10.46 мм, а при фактической толщине 9,7 мм составляет 8,58 мм.

Эксперты установили, что в изготовленном компанией змеевике печи П-1 имеются следующие отступления: 

1. Несоответствие РКД 49-692-00.00.000: 

– не соблюдена исполнительная толщина стенок труб в местах проведенной механической обработки; 

– механическая обработка элементов змеевика с отступлениями от согласованной с заказчиком расчетно-конструкторской документации. 

2. Несоответствие РД 26-02-80-2004: 

– не выполнены требования пункта 3.1.19 названного РД, а именно: 

1) не выдержан угол расточки 15º, что привело к необоснованному увеличению длины расточки; 

2) стыкуемые трубы не были предварительно подобраны по внутреннему диаметру, что привело к увеличению объема стачиваемого металла.

Указанные отступления свидетельствуют о нарушении технологии сборки и обработки труб и несоблюдении толщины стенок в местах механической обработки согласно прочностному расчету и являются грубыми нарушениями, способными привести к существенному снижению ресурса эксплуатации змеевика и созданию аварийных ситуаций.

Эксперты сделали вывод о том, что змеевик печи П-1, изготовленный компанией, не пригоден для эксплуатации в установке Л-35-11/300 ПАО «Саратовский НПЗ», поскольку не соответствует расчетным параметрам работы печи П-1 установки Л-35-11/300 и выполнен с отступлениями от РКД 49-692-00.00.000 и нарушениями РД 26-02-80-004.

Довод заявителя жалобы о несогласии с выводами судебной экспертизы суд кассационной инстанции отклоняет, поскольку он не свидетельствует о допущенных нарушениях при ее проведении, а также о неправильном применении судами норм материального и процессуального права при ее оценке в совокупности с иными доказательствами, представленными в материалы дела. Суды установили, что названное экспертное заключение является полным, не содержит неясностей и противоречий, имеет обоснованные выводы по поставленным вопросам и соответствует требованиям статьи 86 Кодекса, поэтому правильно посчитал это заключение достоверным доказательством по делу. Заключение эксперта, который предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, надлежащим образом оценено судами в соответствии со статьями 71 и 86 Кодекса. Сам по себе факт несогласия заявителя с выводами экспертного заключения не свидетельствует о недостоверности и необходимости назначения повторной экспертизы и направлен на переоценку доказательств по делу, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. 

Таким образом, суды установили, что компания выполнила работы с нарушением технологии в части длины проточки спорных труб, так как проточка должна быть для сварки с подкладными кольцами; компания делала без подкладных колец. С учетом наличия проточки ее длина должна быть 11 мм (пункт 3.1.19) РД 26-02-80-2004, так как эта длина проточки перекрывается шириной шва сварки, а более длинная проточка, не обеспечивает необходимый ресурс эксплуатации. Выполнение всех условий (угол проточки, длина проточки, ширина сварного шва и толщина трубы 9,7 мм в пределах проточки 11 мм) может обеспечить ресурс 100 тыс. часов. Толщина стенки 9,7 мм по всей длине проточки, то есть длиннее сварного шва, является ненадлежащей. 

При изложенных обстоятельствах, установив, что по договору № 2015-43 компания фактически выполнила работы по устранению допущенных ею недостатков, а общество оплатило эти работы, суды обоснованно удовлетворили заявленные требования в части взыскания 723 654 рублей 27 копеек убытков.

Компания также прилагает ответ ОАО «Вниинефтемаш» 08.09.2015 № ВГ-30-22/1520, в котором указано на возможность допустить отводы стали 15Х5М-У с расточкой без подкладных колец на проектные параметры печи П-1, и ответ от 21.09.2015 № ВГ-30-22/1594, подтверждающий возможность эксплуатации печного змеевика с толщиной в месте расточки 9,34 мм и шириной зоны расточки 40 мм отвода и трубы при проектных параметрах печи П-1 (т. 2, л. д. 30 – 31).

Между тем, как указано в экспертном исследовании, информация, изложенная в письме ОАО «Вниинефтемаш» от 21.09.2015, не может приниматься во внимание, так как в нем представлена формула для расчета толщины стенок труб в местах расточки под подкладные кольца, однако в изготовленном компанией змеевике печи П-1 применялась стыковка труб сваркой без подкладных колец (т. 11, л. д. 22).

Кроме того, если ни СТО СА-03-004-2009, ни чертежи, ни иное действующее НТД не содержит отбраковочных величин труб 219х19 и отводов 219х14, то подрядчик должен был согласовать указанные пределы с заказчиком и проектировщиком до выполнения работ. Компания, являясь профессиональным участником хозяйственного оборота, должна была действовать с той степенью заботливости и осмотрительности, которые от нее требовались по характеру обязательства и условиям оборота.

При выполнении спорных работ при прочих равных обстоятельствах риск наступления неблагоприятных последствий должен нести подрядчик как профессиональный участник рынка выполнения работ в соответствующей области.

Аргумент заявителя о том, что предметом договора № 2015-43 являлось не устранение дефектов, возникших в результате некачественно выполненных работ по договору № 2015-5, а новые работы, которые необходимо было выполнить в соответствии с измененной истцом расчетной конструкторской документацией, несостоятелен с учетом установленных судами по делу обстоятельств.

Довод о неправильном исчислении срока исковой давности также надлежит отклонить, поскольку с требованием об устранении недостатков общество обратилось своевременно (14.10.2015), компания указанные недостатки фактически устранила, однако неосновательно получила за это плату. Общество 10.10.2018 заявило в суд требования о взыскании убытков, поэтому суд апелляционной инстанции правильно применил статью 196 Гражданского кодекса, указав, что трехлетний срок исковой давности по указанным требованиям не пропущен.

Иные доводы кассационной жалобы были предметом рассмотрения в судах первой и апелляционной инстанций и получили надлежащую правовую оценку, по существу направлены на переоценку доказательств. Пределы полномочий суда кассационной инстанции регламентируются положениями статей 286 и 287 Кодекса, в соответствии с которыми кассационный суд не обладает процессуальными полномочиями по оценке (переоценке) установленных по делу обстоятельств.

Суды первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследовали и оценили представленные доказательства, установили имеющие значение для дела фактические обстоятельства, правильно применили нормы права.

Основания для отмены или изменения обжалуемых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют. 

Руководствуясь статьями 284 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 27.11.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2020 по делу № А53-32043/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий 							    Е.И. Афонина

Судьи 										    В.В. Аваряскин        

										    Е.В. Артамкина