АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-3251/2023

24 августа 2023 года

г. Хабаровск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 августа 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 августа 2023 года.

 

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Головниной Е.Н.

судей Сецко А.Ю., Чумакова Е.С.

при участии:

от ФИО1: Пак А.Д. – представителя по доверенности от 26.10.2022,

от ФИО2: ФИО3 – представителя по доверенности от 03.09.2020,

рассмотрев в проведенном с использованием системы веб-конференции судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Сахалинской области от 03.04.2023, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2023

по делу № А59-839/2022

по заявлению ФИО1

о включении требований в реестр требований кредиторов должника как обеспеченных залогом недвижимого имущества

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью Фирма «Даменс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Сахалинской области от 21.03.2022 принято заявление Ро Ен Хак о признании общества с ограниченной ответственностью Фирма «Даменс» (далее – ООО Фирма «Даменс», Общество, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением от 03.06.2022 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4, в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования Ро Ен Хак в размере 10 167 159,80 руб.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2022, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 18.10.2022, определение Арбитражного суда Сахалинской области от 03.06.2022 отменено в части очередности удовлетворения требований Ро Ен Хак и утверждения временным управляющим ФИО4; очередность требования Ро Ен Хак в реестре понижена, требование признано подлежащим удовлетворению в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты; вопрос об утверждении временного управляющего направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением от 22.11.2022 срок процедуры наблюдения продлен, временным управляющим ООО Фирма «Даменс» утверждена ФИО5 (далее – временный управляющий).

Срок процедуры наблюдения неоднократно продлевался, в настоящее время, с учетом отложения судебного заседания, продлен до 27.09.20232 (определения от 12.07.2023, от 23.08.2023).

В рамках настоящего дела о банкротстве 01.08.2022 ФИО1 (далее – заявитель, кредитор) обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника требований в размере 3 905 888,17 руб. основного долга.

Определением от 01.11.2022 судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) принято уточнение заявленных требований, согласно которым заявитель просил включить в реестр требований кредиторов должника требования ФИО1 в размере 3 905 888,17 руб. как обеспеченные залогом следующего имущества:

- земельный участок площадью 15 994+/-44,3 м? с кадастровым номером 65:01:0403002:256 по адресу: г. Южно-Сахалинск, п/р Хомутово, ул. Журавлиная, д. 41;

- земельный участок площадью 10 419+/-36 м? с кадастровым номером 65:01:0403002:806 по адресу: г. Южно-Сахалинск, п/р Хомутово, по южной стороне ул. Журавлиная;

- нежилое здание (административно-бытовое здание) площадью     358,5 м? с кадастровым номером 65:01:0403002:418 по адресу: г. Южно-Сахалинск, п/р Хомутово, ул. Журавлиная, д. 41;

- нежилое здание (склад №1) площадью 436,4 м? с кадастровым номером 65:01:0403002:754 по адресу: г. Южно-Сахалинск, п/р Хомутово, ул. Журавлиная, д.41;

- нежилое здание (гараж) площадью 354,7 м? с кадастровым номером 65:01:0403002:756 по адресу: г. Южно-Сахалинск, п/р Хомутово, ул. Журавлиная, д.41;

- нежилое здание (котельная) площадью 20,2 м? с кадастровым номером 65:01:0403002:755 по адресу: г. Южно-Сахалинск, п/р Хомутово, ул. Журавлиная, д.41;

- нежилое здание (склад №3) площадью 784,3 м? с кадастровым номером 65:01:0403002:419 по адресу: г. Южно-Сахалинск, п/р Хомутово, ул. Журавлиная, д.41;

- нежилое здание (цех по переработке и хранению рыбной продукции) площадью 727,6 м? с кадастровым номером 65:01:0403002:421 по адресу: г. Южно-Сахалинск, п/р Хомутово, ул. Журавлиная, д.41;

- нежилое здание (цех переработки рыбной продукции) площадью 797,9 м? с кадастровым номером 65:01:0403002:426 по адресу: г. Южно-Сахалинск, п/р Хомутово, ул. Журавлиная, д. 41.

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 03.04.2023, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2023, требование ФИО1 в размере           3 905 888,17 руб. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований кредиторов должника, указанных в пункте        4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ                              «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

ФИО1 в кассационной жалобе просит отменить определение Арбитражного суда Сахалинской области от 03.04.2023, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2023, заявленные требования удовлетворить в полном объеме. Заявитель полагает, что суды необоснованно пришли к выводу о том, что требования заявителя подлежат удовлетворению после погашения требований кредиторов должника, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. По мнению заявителя, оснований для неприменения судом первой инстанции положений абзаца пятого пункта 29.5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), а также правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.08.2019 № 309-ЭС19-3185(2), не имелось. Оспаривая выводы судов о субординации требований, заявитель считает приведенные судами правовые позиции высших судов не соотносимыми с настоящим делом, поскольку предметом рассмотрения приведенных судами дел являлись иные обстоятельства, отличные от настоящего спора. Обращает внимание, что в настоящем обособленном споре требования заявителя основаны на вступившем в законную силу судебном акте о признании сделок недействительными и применения последствий их недействительности, при этом злоупотребления правом при подаче заявления о включении в реестр требований кредиторов судами двух инстанций не установлено, в связи с чем заявленные ФИО1 требования признаны обоснованными. По мнению заявителя, при рассмотрении настоящего обособленно спора не подлежали применению пункт 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве, правовая позиция, изложенная  определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, а заявленные требования не подлежали понижению в очередности. Кроме того, заявитель полагает не соответствующими нормам и разъяснениям банкротного законодательства выводы судов двух инстанций о том, что поскольку право удержания прекратилось с момента возвращения удерживаемой вещи должнику, то признание за спорным требованием залогового обеспечения в предусмотренном разъяснениями высших судов режиме, лишено правовых и фактических оснований. Наличие у заявителя права на обращение с заявлением об установлении требований в реестр требований кредиторов должника, как обеспеченных залогом имущества, основанных на решении суда по сделке, признанной недействительной, по мнению заявителя, согласуется с нормами действующего законодательства и не может быть расценено как факт злоупотребления кредитором правом.

Временный управляющий должником ФИО5 в отзыве на кассационную жалобу просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения. Ссылается на установленную судами аффилированность заявителя и должника; при рассмотрении дела № А59-5607/2017 установлены злоупотребление правом со стороны заявителя и должника, согласованность действий сторон оспоренных сделок. Считает доводы заявителя о наличии у него статуса залогового кредитора несостоятельными, основанными на ошибочном толковании норм материального права. Обращает внимание, что в рассматриваемом случае между кредитором и должником отсутствует заключенный договор залога, а удержание имущества должника не является залогом имущества.

ФИО2 (далее – кредитор) в отзыве на кассационную жалобу также просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения. В обоснование своей позиции по спору указывает, что между заявителем и должником отсутствует заключенный договор залога; также не возникло залога в силу закона. Право на удержание вещи должника возникает у кредитора лишь в том случае, когда спорная вещь оказалась в его владении на законном основании. Недобросовестность и аффилированность между заявителем и должником установлены вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда (дело № А59-5607/2017). Считает, что заявителем пропущен срок заявления статуса залогового кредитора. Обращает внимание, что ФИО1 не предпринимал действий по возврату суммы задолженности, заявляемой им к включению в реестр. Таким образом, действия заявителя и должника, выразившиеся в неисполнении решения суда по возврату имущества и не востребовании суммы задолженности, с учетом их аффилированности, по мнению кредитора, можно квалифицировать как компенсационное финансирование в период имущественного кризиса должника, а также как направленные на создание искусственной задолженности и последующее участие в распределении конкурсной массы должника. Ссылается на злоупотребление заявителем своим правом, что влечет отказ в удовлетворении требований.

В заседании суда округа по рассмотрению кассационной жалобы в порядке статьи 163 АПК РФ объявлялся перерыв с 15.08.2023 до 22.08.2023. В этом заседании, проведенном до перерыва с использованием системы веб-конференции, представитель заявителя настаивал на удовлетворении кассационной жалобы по приведенным в ней доводам, дал пояснения по существу спора и ответил на вопросы суда.

В заседании суда округа после перерыва, проведенном с использованием системы веб-конференции 22.08.2023, представитель заявителя настаивал на удовлетворении кассационной жалобы по приведенным в ней доводам, дал пояснения по существу спора и ответил на вопросы суда. ФИО6 Бон высказался согласно представленному отзыву в поддержку обжалуемых судебных актов, дал пояснения по существу спора и ответил на вопросы суда.

Проверив в соответствии со статьей 286 АПК РФ законность определения и апелляционного постановления в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе, возражения на кассационную жалобу,  заслушав пояснения представителей заявителя и ФИО2, Арбитражный суд Дальневосточного округа приходит к следующему.

 

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, статье 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным процессуальным кодексом, с особенностями, установленными законодательством о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе в течение тридцати дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения предъявить свои требования к должнику с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Проверка обоснованности требований, заявленных в ходе наблюдения, осуществляется арбитражным судом вне зависимости от наличия либо отсутствия возражений по заявленным требованиям (пункты 3 и 5 этой же статьи).

 

Как установлено судами и следует из материалов дела, требования ФИО1 основаны на обстоятельствах признания арбитражным судом недействительными договоров купли-продажи недвижимого имущества с применением последствий в виде двусторонней реституции путем возложения обязанности - на ФИО1 возвратить в собственность ООО Фирма «Даменс» отчужденное по недействительным сделкам недвижимое имущество (9 объектов), а на должника - возвратить заявителю денежные средства в размере 3 905 888,17 руб.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что ФИО2 обратился в суд с иском  к ООО Фирма «Даменс» и ФИО1 о признании недействительными договора купли-продажи недвижимого имущества от 12.08.2017 между ООО Фирма «Даменс» и обществом с ограниченной ответственностью «Риэлт» (далее – ООО «Риэлт») и договора купли-продажи недвижимого имущества от 08.09.2017 между ООО «Риэлт» и ФИО1, о применении последствий недействительности сделок путем обязания ФИО1 возвратить ООО Фирме «Даменс» следующее недвижимое имущество в количестве 9 объектов (дело № А59-5607/2017):

- земельный участок с кадастровым номером 65:01:0403002:256, под нежилые здания (литеры А, Б, Б1, Б2, В, Д, 3), расположенный по адресу: г.Южно-Сахалинск, п/р Хомутово, ул. Журавлиная, д. 41, площадью 15 994+/-44.30 м?, кадастровой стоимостью 19 388 886,44 руб.;

- земельный участок с кадастровым номером 65:01:0403002:806, для строительства 1-2 этажных жилых домов и хозяйственных построек, расположенный по адресу: г. Южно-Сахалинск, п/р Хомутово, по южной стороне ул. Журавлиная, площадью 10419+/ 36 м?, кадастровой стоимостью  9 377 725,14 руб.;

- нежилое здание (административно-бытовое здание), кадастровый номер 65:01:0403002:418, расположенное по адресу: г. Южно-Сахалинск, п/р Хомутово, ул. Журавлиная, д. 41, площадью 358,5 м?, кадастровой стоимостью 3 749 810 руб.;

- нежилое здание (склад № 1), кадастровый номер 65:01:0403002:754, расположенное по адресу: г.Южно-Сахалинск, п/р Хомутово, ул.Журавлиная, д.41, площадью 436,4 м?, кадастровой стоимостью 8 602 884,12 руб.;

- нежилое здание (гараж), кадастровый номер 65:01:0403002:756, расположенное по адресу: г. Южно-Сахалинск, п/р Хомутово, ул. Журавлиная, д.41, площадью 354,7 м?, кадастровой стоимостью 6 992 307,51 руб.;

- нежилое здание (котельная), кадастровый номер 65:01:0403002:755, расположенное по адресу: г. Южно-Сахалинск, п/р Хомутово, ул. Журавлиная, д. 41, площадью 20,2 м?, кадастровой стоимостью 398 208,66 руб.;

- нежилое здание (склад № 3), кадастровый номер 65:01:0403002:419, расположенное по адресу: г. Южно-Сахалинск, п/р Хомутово, ул. Журавлиная, д. 41, площадью 784,3 м?, кадастровой стоимостью 1 971 419,34 руб.;

- нежилое здание (цех по переработке и хранению рыбной продукции), кадастровый номер 65:01:0403002:421, расположенное по адресу: г. Южно-Сахалинск, п/р Хомутово, ул. Журавлиная, д. 41, площадью 727,6 м?, кадастровой стоимостью 23 778 315,66 руб.

- нежилое здание (цех переработки рыбной продукции), кадастровый номер 65:01:0403002:426, расположенное по адресу: г. Южно-Сахалинск, п/р Хомутово, ул. Журавлиная, д. 41, площадью 797,9 м?, кадастровой стоимостью 26 974 917,17 руб.

По результатам рассмотрения этого иска по делу № А59-5607/2017 принято решение Арбитражного суда Сахалинской области от 30.08.2019, оставленное без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2019, об удовлетворении исковых требований ФИО2 в полном объеме: признаны недействительными договоры купли-продажи недвижимого имущества, применены последствия недействительности сделки - на ФИО1 возложена обязанность по возврату в собственность ООО Фирма «Даменс» отчужденного по недействительным сделкам недвижимого имущества (9 объектов), на ООО Фирма «Даменс» возложена обязанность по возврату ФИО1 денежных средств в размере 3 905 888,17 руб. Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 21.05.2020 названные судебные акты оставлены без изменения.

Из представленных в материалы дела сведений из Единого государственного реестра недвижимости в форме выписки от 13.01.2023 судами установлено, что вышеперечисленные объекты возвращены в собственность ООО Фирма «Даменс» в сентябре-декабре 2022 года.

ФИО1, ссылаясь на вышеприведенные обстоятельства и полагая, что заявленные требования, основанные на судебном акте, обеспечены залогом переданного должнику имущества и в силу положений статьи 359 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и статьи 138 Закона о банкротстве подлежат включению в реестр требований кредиторов должника и последующему удовлетворению как залоговые, обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

 

Суд первой инстанции, оценив представленные в дело доказательства, проанализировав материалы дела, руководствуясь пунктом 6 статьи 16, пунктом 1 статьи 19, пунктом 3 статьи 61.6, статьей 71 Закона о банкротстве, пунктом 1 статьи 329, статьями 359, 360 ГК РФ, статьями 65, 68 АПК РФ, статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», а также разъяснениями, изложенными в пункте 29.5 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), с учетом правовой позиции, изложенной в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/2014, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015, от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533 по делу № А40-247956/2015, от 10.12.2018 № 308ЭС17-10337 по делу № А32-16352/2016, пришел к выводу об обоснованности заявленного требования, указал на отсутствие оснований для его учета в качестве залогового и включил его в реестр в качестве подлежащего удовлетворению после погашения требований кредиторов должника, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Апелляционный суд, при проверке доводов заявителя, руководствуясь вышеназванными нормами и разъяснениями, а также положениями статей 1, 10 ГК РФ, с учетом разъяснений пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35), пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление        № 25), поддержал выводы суда первой инстанции.

 

Суд округа по результатам проверки состоявшихся по спору судебных актов приходит к следующим выводам.

Наличие и размер требования кредитора ФИО1 установлены верно, учитывая вступившее в законную силу решение, его исполнение кредитором и отсутствие доказательств встречного исполнения Обществом; указанное спорным не является.

Как указывалось выше, заявитель не согласен с выводами судов о субординации требований и определенной судами очередностью удовлетворения требования кредитора, а также с отказом в признании заявленного требования залоговым.

 

По поводу залогового статуса требования.

В данном случае сделка, последствия недействительности которой обусловили заявление рассматриваемого требования, признана недействительной до возбуждения дела о банкротстве, по предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ основаниям (дело № А59-5607/2017).

Как следует из разъяснений, данных в пункте 29.5 Постановления №63, если сделка является ничтожной или оспоримая сделка признана недействительной, но не на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве либо других норм этого закона, а по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, в таких случаях применяются предусмотренные пунктом 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве правила (с учетом толкования, данного в пункте 25 и абзаце втором пункта 27 настоящего постановления); пункты 2 и 3 этой статьи не применяются.

Если недействительная сделка была исполнена обеими сторонами (как должником, так и контрагентом), то в случае, когда должник обязан в порядке реституции уплатить контрагенту деньги, а контрагент - вернуть должнику вещь, необходимо иметь в виду, что в связи со встречным характером обязательств сторон (статья 328 ГК РФ) в таком случае применяются правила статьи 359 ГК РФ об удержании, а потому на основании статьи 360 ГК РФ требование контрагента включается в реестр как обеспеченное залогом и удовлетворяется в порядке статьи 138 Закона о банкротстве (абзац пятый пункта 29.5 Постановления № 63).

Указанные правовые последствия, как следует из их содержания, направлены на обеспечение встречного характера реституционных требований сторон (статья 328 ГК РФ) по сделкам, признанным недействительными по общегражданским основаниям. В таком случае участники сделки, как правило, не преследуют цель причинения вреда кредиторам, в связи с чем подлежат применению правила статьи 359 ГК РФ об удержании и на основании статьи 360 ГК РФ требование контрагента включается в реестр как обеспеченное залогом.

Таким образом, данные разъяснения применимы к ситуациям, когда действия лиц, участвующих в соответствующих сделках с должником, которые впоследствии признаны недействительными, не носили характер злоупотреблений и стороны сделки действовали добросовестно, поскольку обеспечиваться могут лишь правомерные интересы и требования.

При рассмотрении дела № А59-5607/2017 суды, признавая договоры купли-продажи недвижимого имущества недействительными, исходили из того, что сделки направлены на вывод имущества общества по цене, существенно заниженной в сравнении с его рыночной стоимостью с целью уклонения от выполнения обязанности по выплате действительной стоимости доли вышедшему участнику (ФИО2).

В соответствии с частью 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Установленные в рамках ранее рассмотренного дела обстоятельства подтверждают, что действия сторон, в том числе кредитора при приобретении имущества должника не отвечали критерию добросовестности в гражданском обороте, являлись злоупотреблением правом, были направлены на достижение незаконной цели, нарушали права и законные интересы кредиторов должника, следовательно, не подлежат судебной защите.

Кроме того, как верно указывают оппоненты кассатора, ФИО1 не предпринял мер к исполнению решения, которым сделка признана недействительной и применены последствия ее недействительности, в разумные сроки после вступления этого решения в законную силу. Решение вступило в законную силу с даты оставления его без изменения апелляционным судом – 17.12.2019, а имущество передано ООО Фирма «Даменс» в сентябре-декабре 2022 года и лишь после возбуждения в отношении Общества дела о банкротстве (21.03.2022), при недоказанности объективных препятствий к своевременному исполнению. Как следствие, право требовать денежное исполнение со стороны должника кредитор получил и реализовал уже в условиях ведущейся в отношении Общества процедуры банкротства. Такое поведение сторон сделки не соотносится с принципам добросовестного участия в гражданских правоотношениях.

С учетом приведенных обстоятельств имущество, возвращенное в конкурсную массу должника по недействительным сделкам, свободно от прав залога в пользу ФИО1.

Приведенный подход к установлению статуса кредитора как участника сделки, признанной недействительной, поддержан определением Верховного Суда Российской Федерации от 11.09.2020 № 307-ЭС19-18598(4,7) по делу №А56-94386/2018.

При изложенном отказ в признании требования ФИО1 залоговым правомерен.

Возражения заявителя кассационной жалобы относительно отказа судами первой и апелляционной инстанций в признании заявленного требования в качестве обеспеченного залогом, судом округа отклоняются как несостоятельные и противоречащие приведенному обоснованию.

 

По поводу очередности удовлетворения требования.

Суды двух инстанций, разрешая вопрос об очередности удовлетворения заявленных требований, с учетом установленных в рамках дела № А59-5607/2017 обстоятельств, расценили поведение заявителя и должника как свидетельство взаимосвязи должника и кредитора, являющееся основанием для субординации требований такого кредитора по отношению к требованиям иных (независимых) кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, в связи с чем пришли к выводу о необходимости удовлетворения требования заявителя после погашения требований кредиторов должника, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкрот, в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Суд округа признает ошибочным выводы судов двух инстанций о наличии оснований для субординации требований заявителя и понижения очередности удовлетворения требования ФИО1 до уровня после погашения требований кредиторов должника, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

При рассмотрении дела № А59-5607/2017 суды первой и апелляционной инстанций, поддержанные судом округа, признавая договоры купли-продажи недвижимого имущества от 12.08.2017 и от 08.09.2017 недействительными, руководствовались статьями 10, 168, пунктом 2 статьи 170 ГК РФ, пришли к следующим выводам:

- договор купли-продажи от 12.08.2017 является в силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворной сделкой, поскольку ООО  «Риэлт» не имело намерений приобретать имущество и использовать его в своей деятельности и выступило посредником при совершении прикрываемой сделки по отчуждению имущества в пользу ФИО1;

- в результате последовательного совершения оспариваемых сделок купли-продажи недвижимого имущества в течение непродолжительного времени ООО Фирма «Даменс» вывело активы в виде принадлежавшего ему недвижимого имущества, которое использовалось Обществом для осуществления хозяйственной деятельности, в том числе для сдачи в аренду;

- имущество продано по заниженной стоимости и при отсутствии разумного экономического обоснования, сделки совершены исключительно с целью причинения ФИО2 имущественного вреда путем искусственного создания ситуации отсутствия у должника финансовых возможностей для исполнения своих обязательств, при которых выплата действительной стоимости его доли в уставном капитале Общества оказывается невозможной;

- в действиях ответчиков (ООО Фирма «Даменс», ФИО1) установлены признаки злоупотребления правом при совершении оспариваемых сделок;

- установлены обстоятельства о согласованности действий сторон оспариваемых сделок, совершенных с целью создания видимости добросовестного поведения последнего приобретателя имущества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Законом № 135-ФЗ входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, следует, что аффилированность может носить не только юридический, но и фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами.

Таким образом, из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации следует необходимость исследования обстоятельств, указывающих на фактическую заинтересованность сторон оспариваемой сделки в отсутствие формальных признаков, что сделано судами трех инстанций при рассмотрении дела № А59-5607/2017.

Исходя из изложенного, вступившими в законную силу итоговыми судебными актами по делу № А59-5607/2017 подтверждается фактическая заинтересованность ООО Фирма «Даменс» и ФИО1, поскольку судами установлены обстоятельства о согласованности действий сторон оспариваемых сделок, совершенных с целью создания видимости добросовестного поведения последнего приобретателя имущества, доказана недобросовестность действий заявителя и должника при заключении оспоренных в рамках дела № А59-5607/2017 сделок.

В пункте 2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), разъяснено, что очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц.

Как разъяснено в пункте 4 Обзора от 29.01.2020, очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица.

Из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 № 305-ЭС20-8593, следует, что действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Вместе с тем, из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре от 29.01.2020, обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

В пункте 3 Обзора от 29.01.2020 перечислены ситуации, при которых требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, в том числе, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3.1 Обзора от 29.01.2020, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (далее – очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Согласно пункту 3.3 Обзора от 29.01.2020 разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункта 1 статьи 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункта 1 статьи 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункта 1 статьи 614 ГК РФ) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 АПК РФ).

Как правило, понижение очередности требований контролирующих лиц имеет место в тех случаях, когда возникновение указанных требований связано с финансированием должника контролирующим лицом в рамках корпоративных правоотношений, исходя из принципа преимущественного удовлетворения требований независимых кредиторов относительно требований кредиторов, возникающих из правоотношений по управлению должником.

Субординация требований осуществляется в связи с явно несправедливым уравниванием прав независимых кредиторов с требованиями контролировавших должника лиц, которые, избрав отличную от предписанной Законом о банкротстве модель поведения, пошли на дополнительный риск и предоставили подконтрольному им лицу компенсационное финансирование. В таких условиях риск объективного банкротства должника и, как следствие, утраты компенсационного финансирования, не может в равной степени перекладываться на независимых кредиторов.

Компенсационным признается финансирование, предоставленное должнику в условиях имущественного кризиса, когда контролирующее лицо вместо исполнения предписанной статьей 9 Закона о банкротстве обязанности обратиться с заявлением о банкротстве пытается вернуть подконтрольное общество, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования.

В рассматриваемом случае спорная задолженность возникла вследствие признания арбитражным судом  рамках дела № А59-5607/2017 недействительными договоров купли-продажи недвижимого имущества и применения двусторонней реституции (ФИО1 обязан возвратить в собственность ООО Фирма «Даменс» отчужденное по недействительным сделкам недвижимое имущество, должника обязанность возвратить заявителю денежные средства в размере 3 905 888,17 руб.).

Установленные обстоятельства не позволяют сделать вывод о том, что в посредством совершения сделки, последствия недействительности которой заявлены в обоснование предъявленного требования, кредитор (ФИО1) предоставил должнику компенсационное финансирование, как оно понимается согласно вышеприведенным разъяснениям и правовым подходам. Напротив, как установили суды, в результате сделки должник лишился ликвидного и необходимого в хозяйственной деятельности имущества, при этом не получил соразмерной оплаты взамен утраченного, так как имущество приобретено кредитором по заниженной стоимости.

При изложенном основания для субординации требования ФИО1 с понижением очередности удовлетворения заявленного им требования до очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, отсутствовали.

Вместе с тем, суд округа, учитывая установленные судами двух инстанций обстоятельства, приходит к выводу о наличии оснований для иного понижения очередности восстановленного требования кредитора - на основании пункта 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 и пункта 3 статьи 61.3 настоящего Федерального закона, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов.

То есть такое требование подлежит удовлетворению в очередности, предусмотренной пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве (пункт 26 Постановления № 63).

Такое понижение, как следует из разъяснений пункта 27 Постановления № 63, является ответственностью особой природы, которая применяется при  неправомерном поведения или вины кредитора в совершении оспоренной сделки.

Кроме того, действующая судебная практика исходит из единой сути подозрительных сделок (пункт 2 статья 61.2 Закона о банкротстве) и сделок со злоупотреблением правом (статья 10 ГК РФ), поскольку и в первом и во втором случае их совершение направлено на причинение вреда (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2023 № 305-ЭС19-18803(10) по делу № А40-168513/2018).

В этой связи, учитывая установленные пороки сделок, в связи с которыми заявлено рассматриваемое требование, кредитор не может быть учтен в очередности выше, чем участник подозрительной сделки.

Оснований для включения требования ФИО1 в третью очередь реестра требований кредиторов должника без понижения очередности их удовлетворения, вопреки доводам кассационной жалобы, не имеется, учитывая нижеследующее.

Разъяснения абзаца 2 пункта 29.5 Постановления № 63 о неприменимости пункта 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве к сделкам, признанным недействительным по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, в данном случае применению не подлежат, учитывая (также как и при решении вопроса о залоге), что данные разъяснения имеют отношение  к правомерным требованиям, они не могут быть истолкованы как позволяющие обеспечивать интересы недобросовестно действующего лица наравне с иными независимыми кредиторами.

Таким образом, суд округа приходит к выводу о наличии оснований для понижения очередности удовлетворения заявленного требования  применительно к пункту 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве, в связи с чем следует изменить обжалуемые определение и апелляционное постановление – вместо предписанной судом первой инстанции очередности удовлетворения требования ФИО1 (после погашения требований кредиторов должника, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) надлежит признать требования ФИО1 подлежащими удовлетворению после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов должника.

 

В остальном судебные акты, принятые с правильным применением норм права, следует оставить в силе.

Кассационная жалоба, с учетом вышеприведенной аргументации, удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Сахалинской области от 03.04.2023, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2023 по делу № А59-839/2022 изменить, изложив абзац первый определения в следующей редакции:

«Требование ФИО1 в размере 3 905 888 рублей 17 копеек признать обоснованным и подлежащим удовлетворению после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью Фирма «Даменс».».

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                       Е.Н. Головнина

 

Судьи                                                                                А.Ю. Сецко

Е.С. Чумаков