АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, 

<

...>

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-6439/2024

г. Владивосток

21 июля 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 07 июля 2025 года. 

Полный текст решения изготовлен 21 июля 2025 года.

Арбитражный суд  Приморского края в составе судьи  Колтуновой Н.В., при ведении протокола секретарем судебного  заседания Король А.Г.,

рассмотрев в судебном заседании с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание) дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ФИТА» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации 16.11.2015)

к Владивостокской таможне (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации 15.04.2005)

о признании незаконными решения от 21.03.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/060224/3052419, после выпуска товаров, 

при участии в заседании:

от заявителя – ФИО1 по доверенности от 27.03.2024, паспорт, диплом;

от таможни (онлайн) – ФИО2 по доверенности от 19.05.2025, паспорт, диплом.

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ФИТА» (далее по тексту – заявитель, декларант, общество, ООО «ФИТА») обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконными решения Владивостокской таможни (далее -  таможенный орган, таможня) от 21.03.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10702070/060224/3052419, об обязании  таможенный орган  возвратить  сумму излишне уплаченных таможенных  платежей.

 В обоснование требований декларант по тексту заявления указал, что спорное решение повлекло за собой увеличение размера таможенных платежей, исчисляемых в соответствии с таможенной стоимостью товаров, чем нарушены его права и законные интересы в сфере экономической деятельности; считает, что таможенному органу при декларировании товара были представлены все необходимые документы, подтверждающие заявленную обществом таможенную стоимость, соответственно, в полном объеме выполнена обязанность по ее подтверждению, определенной по первому методу «по стоимости сделки с ввозимыми товарами»; полагает, что таможенный орган не дал объективной оценки документам и сведениям, представленным декларантом, в связи с этим просит признать незаконным решение о внесении изменений (дополнений) в сведения,  указанные в спорной ДТ.

Таможенный орган требования общества не признал, указав, что в ходе таможенного контроля по спорной ДТ в результате анализа представленных декларантом документов установлена невозможность применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, поскольку по итогам сравнительного анализа выявлены значительные расхождения между заявленными декларантом сведениями о величине таможенной стоимости со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа; ссылается на то, что предоставленные обществом документы не подтверждают правильность выбранного метода определения таможенной стоимости и формирование структуры таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости не основаны на достоверных и документально подтвержденных сведениях.

Из материалов дела следует, что в феврале 2024 года ООО «ФИТА» в целях помещения под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления товара № 1 – «СРЕДСТВА, РАСФАСОВАННЫЕ ДЛЯ РОЗНИЧНОЙ ПРОДАЖИ: СРЕДСТВО ДЛЯ ПОСУДЫ», весом нетто - 24 170 кг, код  ТН ВЭД 3402 50 000 0, поступившего на таможенную территорию Евразийского экономического союза на условиях FOB NANSHA во исполнение внешнеторгового контракта  от 10.08.2021 №Lisun-RU21 с компанией «GUANGZHOU LISUN INTERNATIONAL COMMERCE DEVELOPMENT CO., LTD на сумму 12 436,75 долларов США  и в соответствии с коммерческим инвойсом от 23.11.2023 №LISUN-RU2247__2 на  таможенный  пост Морской  порт Владивосток Владивостокской таможни подана декларация на товары №10702070/060224/3052419. 

Таможенная стоимость товара определена декларантом по стоимости сделки с ввозимыми товарами. 

При проведении контроля таможенной стоимости товаров по спорной ДТ были обнаружены признаки, указывающие на то, что заявленные при таможенном декларировании товаров сведения о таможенной стоимости могут являться недостоверными либо должным образом не подтверждены, в связи с чем 06.02.2024 в адрес декларанта таможней был направлен запрос документов и сведений в целях подтверждения заявленной таможенной стоимости.

Также запросом от 06.02.2024 общество уведомлено о возможности выпуска товаров до завершения проверки таможенных, иных документов и сведений, в соответствии со статьей 121 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, в связи, с чем направил декларанту расчет размера обеспечения исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов по ДТ № 10702070/060224/3052419 на сумму 687 603,09 руб.

В ответ на запрос таможенного органа от 06.02.2024 обществом 21.02.2024 предоставлена часть запрошенных документов и сведений.

10.03.2024 в соответствии с пунктом 15 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенным постом в адрес общества направлен дополнительный запрос. В ответ на дополнительный запрос Обществом документы представлены не были.

21.03.2024 таможней принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10702070/060224/3052419. В результате изменения сведений в части таможенной стоимости, увеличилась сумма начисленных таможенных платежей.

Не согласившись с данным решением таможни, декларант обратился в суд с настоящим заявлением.

 Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения на дату его издания, суд пришел к выводу об обоснованности заявленного требования ввиду следующего. 

  В силу статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. 

В соответствии со статьей 32 Договора о Евразийском экономическом союзе (подписан в г. Астане 29.05.2014, вступил в силу 01.01.2015) в Евразийском экономическом союзе осуществляется единое таможенное регулирование в соответствии с Таможенным кодексом Евразийского экономического союза и регулирующими таможенные правоотношения международными договорами и актами, составляющими право Евразийского экономического союза, а также в соответствии с положениями указанного Договора.

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. 

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС установлено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.

В случае, если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании (далее – контроль таможенной стоимости товаров), таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в случае, если документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 данной статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения, либо если таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений. Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств (пункт 5 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 15 статьи 325 ТК ЕАЭС, если представленные в соответствии с указанной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенный орган до истечения срока, установленного 2 абзацем пункта 14 статьи 325 ТК ЕАЭС, вправе запросить дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах. Такие дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, должны быть представлены не позднее 10 календарных дней со дня регистрации таможенным органом запроса.

Пунктом 17 статьи 325 ТК ЕАЭС установлено, что при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с данной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 3 статьи 112 ТК ЕАЭС после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях, предусмотренных данным Кодексом и (или) определяемых Комиссией, по решению таможенного органа либо с разрешения таможенного органа. Форма решения таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров определяется Комиссией. Сроки и порядок совершения таможенных операций, связанных с изменением (дополнением) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, после выпуска товаров определяются Комиссией.

Согласно пункту 21 Порядка внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 № 289 «О внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, и признании утратившими силу некоторых решений Комиссии Таможенного союза и Коллегии Евразийской экономической комиссии», внесение изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, после выпуска товаров по инициативе таможенного органа осуществляется на основании решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, по форме согласно приложению № 1. 

В качестве решения может рассматриваться иное решение таможенного органа, принятое по результатам таможенного контроля, если такое решение содержит требование о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, сведения о регистрационном номере ДТ, перечень изменений (дополнений), вносимых в сведения, заявленные в ДТ, основания внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, срок представления в таможенный орган КДТ, а при корректировке таможенной стоимости товаров - также ДТС (пункт 23 указанного Порядка).

Выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС (пункт 9 Постановления Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019).

Исследовав документы сделки, суд пришёл к выводу о том, что представленные обществом документы являются сопоставимыми и относимыми между собой, признаков недостоверности либо недействительности документов суд не установил; наименование товара, его стоимость и объём товарной партии, условия оплаты товара и его поставки сторонами согласованы в полном объёме, документы об  указанном представлены таможне в полном объёме.

В  соответствии с  пунктом  1 Контракта от 10.08.2021 покупатель  обязуется приобрести, а продавец – продать бытовую химию, хозяйственные товары на условиях настоящего Контракта.

Общая сумма Контракта составляет 2 000 000 китайских юаней, что  предусмотрено  пунктом  2  Контракта.

Пунктом 3  Контракта  сторонами  согласовано,  что  количество  и цена  товара,  срок и способ доставки согласуются сторонами на отдельную  партию  товара,  прописываются в инвойсе  и  действуют  только в отношении  конкретной партии товара.

По  условиям  контракта (пункт  4  контракта), после получения   продавцом заявки от покупателя продавец высылает покупателю инвойс,  изготовление партии товара осуществляется  после  получения  10%  предоплаты согласно инвойсу, отгрузка товара покупателю осуществляется после получения продавцом всей стоимости  товара.

Продавцом покупателю выставлен инвойс от 23.11.2023 №LISUN-RU2247__2 на сумму 12 436,75 долларов США на условиях поставки FOB Nansha, сумма инвойса и условия поставки соответствуют данным граф 20 и 22 спорной  ДТ. 

Поставщик выставил проформу инвойс Lisun-RU2247 от 17.10.2023 на два контейнера на общую сумму 24873,50 долларов США.

Порядок оплаты в проформе-инвойса №Lisun-RU2247 от 17.10.2023 установлен следующий: 30% предоплата перед изготовлением, 70% оплата перед поставкой.

По данному проформе-инвойсу 30% предоплаты были внесены по заявлению на перевод №195 от 20.11.2023  (7 462,05 долларов США) за два контейнера.

Как пояснил заявитель в судебном заседании - далее партия разделена на две одинаковые партии товара - два контейнера и выставлены два коммерческих инвойса: Lisun-RU2247_1 и Lisun-RU2247_2 на сумму 12 436,75 долл. США и 12 436,75 долл. США. соответственно.

Первая партия товара была поставлена по ДТ №10702070/110124/3012279. Вторая партия товара поставлена по рассматриваемой ДТ № 10702070/060224/3052419.

Общая сумма поставляемых по двум ДТ товаров составляет 24 873,50 долл. США, что соответствуют сумме проформе-инвойса Lisun-RU2247 от 17.10.2023. 

          Поскольку отправка контейнеров была с интервалом почти в месяц, то доплата за первый контейнер была сделана по заявлению на перевод от 21.12.2023 № 200 на сумму 8 705,72 доллара США, а доплата за второй контейнер - по заявлению на перевод № 44 от 29.01.2024 на сумму 61 610,45 китайских юаней.

Доплата осуществлялась по проформе инвойсу как за первый, так и за второй контейнер.

         Суд учитывает пояснения декларанта, согласно которым Банк в Китае не принимал оплату в долларах США от российских контрагентов, в связи с чем, доплата за второй контейнер по заявлению на перевод №44  от 29.01.2024 осуществлялась в юанях (по курсу 1 USD = 7,077 юаней, что эквивалентно  8705,73 долл. США), на основании уточненной проформы-инвойса (Lisun-RU2247 от 17.10.2023). При этом курс определен по курсу ЦБ на дату платежа.

        Таким образом, оплата произведена тремя частями:

- заявление на перевод № 195 от 20.11.2023 г. - 7462,05 долл. США;

- заявление на перевод № 200 от 21.12.2023 г. - 8 705,72 долл. США;

- заявление на перевод № 44 от 29.01.2024 г. - 61 610,45 китайских юаней по курсу 1 USD = 7.077CNY = 8705,73 долл. США.

         Общая сумма оплат: 7462,05+8705,72+8705,73 = 24873,50 долл. США.

В назначениях платежа указанных судом заявлений на перевод и  платежного поручения содержится указание на проформу инвойса №Lisun-RU2247 от 17.10.2023,  что также позволяет  идентифицировать счета  с  оплатами.

 Осуществление платежей по контракту в частитоваров, поставленных в спорной ДТ, также подтверждается ведомостью банковского контроля от 21.02.2024: строки 86, 94 раздела II «Сведения о   платежах»   ВБК   и   строка   52   подраздела «Сведения о подтверждающих документах».

Таким образом, представленные платежные документы, в своей совокупности, позволяют идентифицировать произведенную оплату со спорной партией товара.

Одновременно необходимо учитывать, что в целях определения таможенной стоимости товаров на основании пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС обществом были представлены все необходимые документы. 

Так, исходя из условий поставки FOB NANSHA, были произведены дополнительные начисления на сумму транспортных расходов в размере 139781,46 руб. по маршруту порт Наньша - Владивосток в контейнере № FCIU9714924, что нашло отражение в графе 17 ДТС-1. 

Величина транспортных расходов подтверждена договором оказания транспортно-экспедиционных услуг при международной перевозке от 17.02.2023 №2029 (между экспедитором ООО «Фарес» и ООО «ФИТА» клиент), заявкой на организацию международной перевозки №14 от 11.01.2024, счет-фактурой от 12.02.2024 №4350, коносаментом от 02.02.2024 №SNKO03B240100806, платежным поручением №109  от 31.01.2024 на сумму 139 781,46 руб.

Заявленная в графе 17 ДТС-1 сумма транспортных расходов в размере 139 781,46 руб. полностью корреспондирует представленным документам. Доказательств того, что расходы за перевозку понесены обществом в ином размере, таможенным органом не представлено.

Довод таможенного органа об адресности прайс-листа продавца, который полностью копирует номенклатуру ввезенных товаров, судом не принимается во внимание, поскольку законодательно не установлено ограничений на формирование индивидуальных прайс-листов для конкретных покупателей. 

Суд учитывает, что под прайс-листом понимается документ, содержащий сведения о цене предложения реализуемых товаров, оказываемых услуг, производимых работ на определенную дату или определенный период. 

Соответственно, указанная в прайс-листе информация по выбору лица, реализующего товар, может быть и публичной, и адресованной к конкретному контрагенту с учетом фактически сложившихся правоотношений последнего с продавцом товара. 

Сведения, указанные в прайс-листе фирмы-продавца товаров не содержит каких-либо определенных гражданско-правовых обязательств и не является обязательным для гражданского оборота, в связи с чем, не может повлиять на достоверность цены сделки. 

Вопрос ценообразования относится к хозяйственной деятельности продавца (изготовителя) товара и к структуре таможенной стоимости отношения не имеет. 

Информация прайс-листа может являться лишь справочной, либо проверочной величиной в совокупности с иными коммерческими документами, но не основным коммерческим документом, свидетельствующим об условиях конкретной сделки, ни тем более основанием для корректировки таможенной стоимости. 

Декларантом по запросу таможни представлена экспортная декларация страны отправления № 516620240664063593, которая является одним из документов, отражающим цену товара при его таможенном оформлении в стране вывоза, и в отличие от коммерческих документов (инвойс, спецификация, коммерческое предложение) оформляется не только от имени продавца, который находится в прямой коммерческой зависимости от покупателя и его интересов, но и государственными органами страны отправления.

Сведения, содержащиеся в экспортной декларации страны вывоза, представляются в таможенный орган страны отправления продавцом товара, у которого отсутствует заинтересованность в предоставлении таможенному органу страны отправления сведений, отличных от сведений, содержащихся в коммерческих документах по сделке, тем более приводящих к завышению таможенной стоимости вывозимого товара.

В этой связи следует признать, что сведения, содержащиеся в экспортной декларации, являются значимыми для осуществления контроля таможенной стоимости ввозимых товаров, как отражающие результаты контроля государственных органов страны вывоза. 

Анализ экспортной декларации позволяет установить наименование, весовые и ценовые характеристики товара, условия поставки; грузоотправителя и производителя, номер инвойса, коносамента, условия поставки, что соответствует коммерческим документам сделки и позволяет соотнести сведения экспортной декларации с рассматриваемой товарной партией.

При обращении в суд заявитель представил копию экспортной таможенной декларации №516620240664063593 с переводом, анализ которых показывает, что грузоотправитель, производитель и продавец товара, данные  контракта, номер коносамента SNKO03B240100806, номер контейнера, условия поставки, наименование товара, его стоимостные показатели соответствуют коммерческих документам сделки и позволяют соотнести сведения экспортной декларации с рассматриваемой товарной партией; экспортная декларация заверена печатью.

Ссылка  таможенного  органа  о том, что наименование зарубежного грузополучателя  указано не  в соответствии  с Порядком  заполнения  экспортно-импортной  декларации  Главного  таможенного управления  Китая,   поскольку аббревиатура  организационно-правовой формы организации - ООО «FITA» указана с использованием  русского  языка, судом отклоняется. 

Пункт  8  указанных  Правил предусматривает, что  под зарубежным  грузополучателем понимается  покупатель, который заключил  и исполняет внешнеторговый договор, в данном поле указывается его наименование. Наименование  покупателя в представленных  суду: контракте,  коммерческом  инвойсе указано в том  же  виде, что и в  экспортной декларации - ООО «FITA». Указание таможни на то, что наименование должно отражаться на  английском  языке, суд признаёт необоснованным, поскольку правила содержат оговорку - по общему правилу, между тем сокращённое написание организационно-правовой формы подлежит транслитерации (тому написанию, которое слышится на переводимом  языке), а не переводу, поскольку это соответствует общепринятым правилам  перевода.

 Копии экспортной декларации и ее перевода были раскрыты заявителем перед таможенным органом.

Суд также принимает во внимание, что экспортная декларация является  документом, оформляемым  продавцом (иностранным  контрагентом), в  связи с чем  ответственность за ненадлежащее оформление данного документа не может быть переложена  на российского резидента, не  участвующего  в  его  составлении.

Вывод таможенного органа относительно  необходимости  указания единого шрифта в  графах экспортной  декларации  по начертанию  и размеру по  всему тексту данного  документа  нормативно  таможней  не  обоснован,  общая  ссылка на  Порядок заполнения  экспортной  декларации не  позволяет установить  нарушение указанного  Порядка и  лицо, его  допустившее. Кроме того,  таможней  не  указано,  каким  образом различный размер шрифта в экспортной декларации влияет на достоверность  содержащихся в  указанном  документе  сведений.

С учётом указанного, суд отклоняет доводы таможни о недочетах экспортной декларации, не позволяющих принять ее в  качестве  документа, обосновывающего таможенную стоимость товара, как необоснованные.

Суд полагает, что поскольку непосредственное оформление экспортной декларации находится вне зоны контроля декларанта, отличие  указанных таможней данных экспортной  декларации само по себе не свидетельствует о недостоверности иных коммерческих документов сделки, а установленные таможенным органом несоответствия не препятствуют сопоставлению иных сведений о ввезённом товаре и принятию экспортной декларации в качестве документа, подтверждающего уровень заявленной таможенной стоимости спорных товаров.

По изложенному, следует признать, что декларант надлежащим образом исполнил обязательство по оплате поставленных товаров, чем соблюдено обществом требование пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС к формированию цены сделки.

Иных оснований для вывода о недостоверности представленных декларантом документов или неполноте представленных сведений и пояснений таможня в оспариваемом решении не привела.   

Таможенный орган в силу имеющихся у него полномочий на проверку предоставленных декларантом документов и сведений мог не удовлетвориться содержанием представленных документов и полной приведённых в них сведений, между тем такая оценка должна содержаться в принятом по итогам проверки таможенной стоимости решении, чего таможней сделано не было.

Суд полагает, что в рассматриваемом случае декларант надлежащим образом воспользовался возможностью подтвердить  заявленную им таможенную стоимость товара и представил имеющиеся у него дополнительные документы по запросам таможни, а также предпринял активные, самостоятельные, достаточные и разумные действия, направленные на сбор и представление таможенному органу дополнительно запрошенных документов, в том числе получение недостающих документов у третьих лиц, которые декларант представил таможенному органу в пределах уставленного им срока для предоставления дополнительных документов.

При таких обстоятельствах, вопреки доводам таможенного органа следует признать, что все существенные условия сделки были согласованы сторонами во внешнеэкономическом контракте, на основании которого продавец поставил в адрес декларанта товар, а последний его принял и фактически оплатил на условиях предварительной оплаты; документы заявителя выражают содержание и условия заключенной сделки, являются взаимосвязанными, имеют соответствующие ссылки, подписаны сторонами, содержат все необходимые сведения о наименовании товара, его количестве и стоимости; описание товара в указанных документах соответствует воле сторон и позволяет идентифицировать товар, а сведения в данных документах позволяют с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товара, условиям поставки и оплаты. 

Факт перемещения товаров, указанных в ДТ, и реального осуществления сделки между участниками внешнеторгового контракта на определенных условиях подтвержден материалами дела. Доказательств недостоверности представленных обществом документов либо заявленных в них сведений таможенным органом не представлено.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 8 Постановления Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019, принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований Кодекса и Соглашения судам следует исходить из презумпции достоверности представленной информации, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

Рассматривая споры, связанные с результатами таможенного контроля таможенной стоимости, начатого до выпуска товаров, включая споры о возврате таможенных платежей в связи с несогласием плательщика с результатами таможенного контроля, судам следует учитывать, что исходя из взаимосвязанных положений статей 313, 325 ТК ЕАЭС вывод о неподтвержденности заявленной таможенной стоимости формулируется таможенным органом в соответствии с тем объемом документов, сведений и пояснений, которые были им собраны и даны (раскрыты) декларантом на данной стадии таможенного контроля.

Между тем, в рамках настоящего дела таможенный орган в нарушение части 5 статьи 200, части 1 статьи 65 АПК РФ не доказал, что лицо, декларирующее таможенную стоимость ввозимых товаров, не подтвердило соответствие заявленных им сведений действительности и не представило в таможенный орган количественно определяемую и документально подтвержденную информацию о структуре таможенной стоимости и её величине.

В этой связи суд полагает, что выводы таможенного органа о невозможности применения первого метода определения таможенной стоимости в отношении спорного товара не нашли подтверждения материалами дела.

Соответственно, в рассматриваемой ситуации у таможни не имелось препятствий для принятия заявленной декларантом таможенной стоимости товара, ввезенного по спорной ДТ, а также оснований считать указанную таможенную стоимость, определенную по первому (основному) методу, документально неподтвержденной.

В соответствии с частью 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

При изложенных обстоятельствах требование о признании незаконным решения таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, подлежит удовлетворению. 

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, самостоятельно определив способы их судебной защиты соответствующих статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется заявителем и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или реальной защите законного интереса. Избранный заявителем способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения. 

Как следует из пункта 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, в резолютивной части решения по делу об оспаривании действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, об отказе в совершении действий, в принятии решений должно содержаться указание на признание оспариваемых действий (бездействия) незаконными и обязанность соответствующих органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц совершить определенные действия, принять решения или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя в установленный судом срок либо на отказ в удовлетворении требования заявителя полностью или в части. 

Такое понуждение органа, осуществляющего публичные полномочия, принять решение или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, не относится к исковым требованиям, а является способом устранения нарушенного права. При этом суд вправе самостоятельно определять способ восстановления нарушенного права заявителя. 

Исходя из пункта 33 Постановления Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза», в случае признания судом незаконным решения таможенного органа, принятого по результатам таможенного контроля и влияющего на исчисление таможенных платежей, либо отказа (бездействия) таможенного органа во внесении изменений в декларацию на товар и (или) в возврате таможенных платежей в целях полного восстановления прав плательщика на таможенный орган в судебном акте возлагается обязанность по возврату из бюджета излишне уплаченных и взысканных платежей (пункт 3 части 4 и пункт 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, пункт 1 части 3 статьи 227 КАС РФ).

Возврат сумм излишне уплаченных (взысканных) платежей во исполнение решения суда производится таможенным органом в порядке, установленном таможенным законодательством, при этом отдельного обращения плательщика с заявлением о возврате соответствующих сумм в этом случае не требуется.

Принимая во внимание указанные выше положения Постановления Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019, суд обязывает таможню возвратить обществу излишне взысканные таможенные платежи по спорной ДТ, окончательный размер которых подлежит определению таможенным органом на стадии исполнения судебного решения.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в силу статьи 110 АПК РФ относятся на таможенный орган.

Заявителем при подаче иска оплачена государственная пошлина в размере 3000руб. Однако, при изготовлении резолютивной части решения от 07.07.2025 судом ошибочно было указано на распределении расходов по уплате государственной пошлины в размере 50000руб. Суд считает возможным исправить указанную опечатку.   

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 179, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Признать незаконным решение Владивостокской таможни от 21.03.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10702070/060224/3052419, после выпуска товаров, как не соответствующее Таможенному кодексу Евразийского экономического союза. 

В данной части решение подлежит немедленному исполнению.

Обязать Владивостокскую таможню возвратить обществу с ограниченной ответственностью «ФИТА» сумму излишне уплаченных (взысканных) таможенных платежей по декларации на товары №10702070/060224/3052419, окончательный размер которых определить на стадии исполнения решения суда.

Взыскать с Владивостокской таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью «ФИТА» судебные расходы на уплату госпошлины в сумме 3000 (три тысячи) рублей. 

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения в суде апелляционной инстанции.

Судья                                                                                  Н.В. Колтунова