ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. 

<

***>

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-1011/2014

г. Киров

01 октября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 сентября 2025 года.            

Полный текст постановления изготовлен 01 октября 2025 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Толстого Р.В.,

судей Кормщиковой Н.А., Шаклеиной Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Дербеневым А.О.,

с участием в судебном заседании (при использовании системы онлайн-заседания в режиме web-конференции):

представителя администрации муниципального района «Сыктывдинский» Республики Коми – ФИО1 (по доверенности от 01.01.2025);

представителя УФНС России – ФИО2 (по доверенности от 07.07.2025);

конкурсного управляющего МУП «Жилсервис» ФИО3,

представителя конкурсного управляющего МУП «Жилсервис» – ФИО4 (по доверенности от 24.12.2024);

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу администрации муниципального района «Сыктывдинский» Республики Коми

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 03.06.2025 по делу №А29-1011/2014.

по заявлению Федеральной налоговой службы России в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по Республике Коми 

к администрации муниципального района «Сыктывдинский» Республики Коми

о привлечении к субсидиарной ответственности, 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) муниципального унитарного предприятия «Жилсервис» (далее – должник, МУП «Жилсервис») Федеральная налоговая служба России в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по Республике Коми (далее – уполномоченный орган, ФНС России, заявитель, кредитор) обратилась в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о привлечении к субсидиарной ответственности администрации муниципального района «Сыктывдинский» Республики Коми (далее - ответчик, Администрация, податель жалобы) по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 03.06.2025 заявление ФНС России удовлетворено, признано доказанным наличие оснований для привлечения Администрации к субсидиарной ответственности, рассмотрение спора приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Администрация с принятым определением суда не согласилась, обратилась во Второй арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить.

Как указывает ответчик, материалами дела достоверно подтверждено наличие у налогового органа сведений о данных анализа финансового состояния должника, показателях бухгалтерской отчетности, а также о возврате имущества собственнику. Отмечает, что определенная судом дата начала течения срока исковой давности установлена в рассмотренном случае необоснованно. Считает, что наличие мастерских, а также автомобилей не являлось необходимым условием ведения хозяйственной деятельности должником, их изъятие не повлекло изменений для должника. Более того, суд отказал в признании сделки недействительной в части комплекса объектов недвижимости, указав, что они не могут быть включены в конкурсную массу должника. Подчеркивает, что имущество находилось у должника в фактическом пользовании, должник осуществлял его хранение; тот факт, что имущество законно возвращено правообладателю какими-либо доказательствами не опровергнут. Обращает внимание, что действия по принятию постановления Администрации от 30.01.2014 № 1/177 не могут быть признаны нарушающими права кредиторов, так как не устанавливают вины последней – иного налоговым органом не доказано.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 25.07.2025 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 26.07.2025 в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. На основании указанной нормы стороны надлежащим образом уведомлены о рассмотрении апелляционной жалобы.

В возражениях на апелляционную жалобу конкурсный управляющий МУП «Жилсервис» и УФНС России отмечают несогласие с доводами Администрации. Указывают на подачу рассматриваемого заявления в пределах годичного срока, просят оставить определение без изменения.

По ходатайству Администрации судебное заседание 09.09.2025 организовано и проведено Вторым арбитражным апелляционным судом посредством видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Республики Коми.

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в ходе судебного заседания был объявлен перерыв до 23.09.2025, о чем на официальном сайте Второго арбитражного апелляционного суда размещено объявление.

По ходатайству сторон судебное заседание 23.09.2025 организовано и проведено Вторым арбитражным апелляционным судом посредством веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание).

В судебном заседании представители сторон поддержали свои позиции, изложенные в процессуальных документах, ответили на вопросы суда.

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, МУП «Жилсервис» как юридическое лицо создано 31.05.2002, о чем внесена запись в ЕГРЮЛ, основной вид деятельности – аренда и лизинг прочего автомобильного транспорта и оборудования.

29.05.2006 на основании Постановления главы муниципального района – руководителя администрации района № 5/380 из муниципальной казны МУП «Жилсервис» в хозяйственное ведение передано имущество стоимостью 28 095 172,93 руб.: 29 единиц техники и 2 объекта недвижимого имущества: здание мастерских (литер ИИ) площадь объекта: 235.1 кв.м, адрес (местоположение) объекта: Республика Коми, Сыктывдинский район, с. Лозым, м. Санаторий «Лозым», д. 1; гараж, площадь объекта: 568.8 кв.м., адрес (местоположение) объекта: Республика Коми, 

<

...>.

08.07.2008 и 15.07.2009 сторонами подписаны дополнительные соглашения к договору о закреплении муниципального имущества на праве хозяйственного ведения от 29.05.2006.  30.11.2009 на основании постановления администрации № 11/3565 в приложении к постановлению главы муниципального района от 24.06.2009 № 6/1903 внесены изменения.

18.08.2009, 11.10.2010, 11.10.2021, 28.11.2011, 26.11.2012, 14.01.2013 между МУП «Жилсервис» (арендодатель) и ООО «Сыктывдинские коммунальные системы» (арендатор) подписаны договоры о передаче в аренду муниципального имущества (здания, сооружения, помещения, сети, оборудование) для последующей эксплуатации в целях оказания коммунальных услуг, согласно которым арендодатель обязуется производить в отношении переданного в аренду имущества капитальный ремонт либо, если такой ремонт произведен арендатором самостоятельно, оплатить последнему стоимость такого ремонта или зачесть эту стоимость в счет арендной платы.

02.08.2013 и 22.01.2014 МУП «Жилсервис» направило в адрес руководителя МОМР «Сыктывдинский» и администрации письма с просьбой изъять муниципальное имущество из хозяйственного ведения (л.д. 3-4, т.3).

Администрация постановлениями от 04.07.2013 № 7/1626, от 24.09.2013 № 9/2398, от 11.12.2013 № 12/3064, от 30.01.2014 № 1/177 право хозяйственного ведения МУП «Жилсервис» на муниципальное имущество прекратила, имущество изъяла.

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 05.12.2013 по делу №А29-7252/2013 с МУП «Жилсервис» взыскана задолженность по договору аренды муниципального имущества от 18.08.2009 (произведен капительный ремонт арендуемого имущества в 2010 году) в сумме 6 815 346,67 руб., 1 493 128,87 руб. за период с 01.02.2011 по 26.09.2013. Определением Арбитражного суда Республики Коми от 12.12.2013 между МУП «Жилсервис» (арендодатель) и ООО «Сыктывдинские коммунальные системы» (арендатор) утверждено мировое соглашение, согласно которому должник должен был перечислить на расчетный счет ООО «Сыктывдинские коммунальные системы» денежные средства до 10.01.2014.

Отмечая отсутствие погашения задолженности со стороны МУП «Жилсервис» ООО «Сыктывдинские коммунальные системы» обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 06.11.2014 МУП «Жилсервис» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО5. Определением от 21.02.2022 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3.

В ходе проведения процедуры банкротства конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о признании недействительными сделок по прекращению права хозяйственного ведения МУП «Жилсервис», оформленных постановлениями Администрации МО МР «Сыктывдинский» от 04.07.2013 № 7/1626, от 24.09.2013 № 9/2398, от 11.12.2013 № 12/3064, от 30.01.2014 № 1/177.

Определением Арбитражного суда Республики Коми 17.05.2016 по делу №А29-1011/2014 (З-90840/2015), оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 09.08.2016, сделка по изъятию из хозяйственного ведения имущества, оформленная Постановлением Администрации муниципального образования муниципального района «Сыктывдинский»  от 04.07.2013 № 7/1626, признана недействительной; применены последствия недействительности сделки должника в виде возврата нежилого здания – здания мастерских, расположенного по адресу: с. Лозым, м. санаторий «Лозым», д. 1, год ввода 1990 год, площадью 235,1 кв.м., первоначальной стоимостью – 316 933,43 руб., остаточной стоимостью – 250 005,44 руб.; частично признана недействительной сделка по изъятию части имущества, оформленная Постановлением Администрации муниципального образования муниципального района «Сыктывдинский»  от 30.01.2014 № 1/177; в применении последствий недействительности сделки отказано; в удовлетворении иных заявленных требований МУП «Жилсервис» отказано.

Полагая, что действия Администрации по изъятию имущества из хозяйственного ведения должника причинили вред кредиторам, ФНС России обратилась в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона № 266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

При этом, порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Информационное письмо № 137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта. Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

Согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма № 137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности. 

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров, а поскольку в настоящем случае заявление о привлечении к субсидиарной ответственности поступило после указанной даты, то оно подлежит рассмотрению в порядке главы III.2 Закона о банкротстве (в части применения процессуальных положений), с учетом положений Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ, что соответствует подходу Верховного суда Российской Федерации, изложенному в определении от 04.10.2018 № 304-ЭС16-17558 (2,3) по делу № А70-11814/2015.

В настоящем случае обстоятельства, послужившие основанием для обращения ФНС России с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, имели место до вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ, соответственно, к спорным отношениям подлежат применению нормы, предусмотренные статьей 10 Закона о банкротстве, действовавших на момент спорных правоотношений. 

В силу статьи 2 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до Федерального закона № 266-ФЗ) под контролирующим должника лицом понималось лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника). Руководителем должника считался единоличный исполнительный орган юридического лица или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо, осуществляющее в соответствии с федеральным законом деятельность от имени юридического лица без доверенности.

Предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве ответственность соотносится с нормами об ответственности по обязательствам юридического лица, установленной в пункте 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовавшем в спорный период, по правилам которого в случае, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено: при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

В связи с этим субсидиарная ответственность лиц по названному основанию наступает в зависимости от того, привели ли их действия или указания к несостоятельности (банкротству) должника и пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). В пункте 16 Постановления № 53 указано, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в Постановлении № 53).

При этом, суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротство и для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходима совокупность следующих условий: наличие у привлекаемого лица права давать обязательные для руководимого им юридического лица указания либо возможности иным образом определять действия данного юридического лица; совершение им действий, свидетельствующих об использовании такого права или возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении юридического лица и наступлением несостоятельности (банкротства) последнего; недостаточности имущества у должника для удовлетворения требований кредиторов.

Помимо этого, неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В это же время, лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФНС России указал на изъятие имущества, переданного должнику на праве хозяйственного ведения, что привело к негативным последствиям для кредиторов в виде невозможности удовлетворения кредиторской задолженности и к банкротству МУП «Жилсервис».

Согласно подпунктам 6, 12 пункта 1 статьи 20 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» собственник имущества унитарного предприятия в отношении указанного предприятия: формирует уставный фонд государственного или муниципального предприятия; утверждает показатели экономической эффективности деятельности унитарного предприятия и контролирует их выполнение. В силу статьи 11 данного закона имущество унитарного предприятия формируется за счет имущества, закрепленного за унитарным предприятием на праве хозяйственного ведения или на праве оперативного управления собственником этого имущества.

Осуществляя свою деятельность, в частности, принимая решения в отношении предприятия, собственник имущества должен действовать в интересах самого общества и его кредиторов, проявляя высшую степень заботливости и осмотрительности, обязан принимать все меры для надлежащего формирования активов организации и ведения хозяйственной деятельности предприятия, не допускать ухудшения ее финансового состояния. Не проявление должной меры заботливости и осмотрительности означает наличие вины собственника в наступлении банкротства юридического лица (абзац 2 пункта 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 294 Гражданского кодекса Российской Федерации муниципальное унитарное предприятие, которому имущество принадлежит на праве хозяйственного ведения, владеет, пользуется и распоряжается этим имуществом в пределах, определяемых в соответствии с названным Кодексом.

В силу пункта 3 статьи 299 Гражданского кодекса Российской Федерации право хозяйственного ведения имуществом прекращается по основаниям и в порядке, предусмотренным настоящим Кодексом, другими законами и иными правовыми актами для прекращения права собственности, а также в случаях правомерного изъятия имущества у предприятия или учреждения по решению собственника.

По разъяснениям, изложенным в третьем абзаце пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», судам при разрешении споров, связанных с защитой права хозяйственного ведения и права оперативного управления государственных (муниципальных) предприятий и учреждений, следует исходить из того, что, поскольку в федеральном законе, в частности в статье 295 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей права собственника в отношении имущества, находящегося в хозяйственном ведении, не предусмотрено иное, собственник, передав во владение унитарному предприятию имущество, не вправе распоряжаться таким имуществом независимо от наличия или отсутствия согласия такого предприятия.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.2008 № 10984/08, согласно пункту 5 статьи 113 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункту 1 статьи 7 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» унитарное предприятие отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом. В соответствии с положениями пункта 7 статьи 114 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник имущества предприятия, основанного на праве хозяйственного ведения, не отвечает по обязательствам предприятия.

При этом нормы законодательства не предоставляют собственнику имущества унитарного предприятия, образованного на праве хозяйственного ведения, права изымать у него имущество.

С учетом положений статьи 295, пункта 2 статьи 296 и пункта 3 статьи 299 Гражданского кодекса Российской Федерации изъятие излишнего, неиспользуемого или используемого не по назначению имущества допускается только в отношении имущества, закрепленного за казенным предприятием или учреждением на праве оперативного управления. Кроме того, добровольный отказ предприятия от имущества, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения, не допускается в силу положений пункта 3 статьи 18 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», который прямо обязывает предприятие распоряжаться своим имуществом только в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом.

Сторонами не оспаривается, что МУП «Жилсервис» не обладало собственными активами для покрытия возникающих убытков по результатам деятельности. Текущий и капитальный ремонт закреплённого за МУП имущества производился арендатором в пределах арендной платы, в последующем производился зачет по встречным денежным обязательствам. При этом при создании предприятия в целях оказания коммунальных услуг населению Администрация должна была иметь полное представление относительно рынка и масштабов его деятельности. Уже на начальном этапе было известно, что МУП «Жилсервис» не имеет возможности вести нормальную безубыточную деятельность в этой сфере ввиду явного несоответствия полученного ею имущества объему планируемых мероприятий (износ имущества более 53%), то есть избранная учредителем модель хозяйственной деятельности уже в момент ее выбора приводила к очевидному дисбалансу прав должника и его кредиторов. Осуществление муниципальных программ для целей финансирования за счет средств муниципального и республиканского бюджетов, внебюджетного финансирования для улучшения состояния имущества с учетом процента изношенности сетей не являлось достаточным, о чем ответчик как учредитель не мог не знать. 

Администрация, изъяв имущество, не наделила должника иными объектами, которые могли бы использоваться им для выполнения уставной деятельности и расчетов с кредиторами, меры по выделению денежных средств на покрытие убытков также не были предприняты – ООО «Сыктывдинские коммунальные системы» обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом). При тяжелом финансовом положении должника, убыточной деятельности, растущей кредиторской задолженности и недостаточности у должника оборотных денежных средств, действия по изъятию имущества усугубили и без того затруднительное финансовое состояние должника, привели к недофинансированию и невозможности осуществления МУП «Жилсервис» уставной деятельности и погашения обязательств перед своими кредиторами. Ухудшение показателей финансовых результатов деятельности должника, прекращение его деятельности по теплоснабжению произошло именно вследствие изъятия из его пользования котельных, тепловых пунктов, сетей отопления.

Пункт 17 Постановления № 53 предусматривает, что контролирующее лицо подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Из материалов рассматриваемого дела следует, что в рамках дела о банкротстве должника судом рассмотрено заявление конкурсного управляющего о признании недействительными сделок об изъятии переданного должнику на праве хозяйственного ведения имущества и определением от 17.05.2016 сделка по изъятию из хозяйственного ведения имущества, оформленная Постановлением Администрации муниципального образования муниципального района «Сыктывдинский»  от 04.07.2013 № 7/1626, признана недействительной; применены последствия недействительности сделки должника в виде возврата нежилого здания – здание мастерских, расположенное по адресу: с. Лозым, м. санаторий «Лозым», д. 1, год ввода 1990 год, площадью 235,1 кв.м., первоначальной стоимостью – 316 933,43 руб., остаточной стоимостью – 250 005,44 руб.; частично признана недействительной сделка по изъятию части имущества, оформленная Постановлением Администрации муниципального образования муниципального района «Сыктывдинский» от 30.01.2014 № 1/177; в применении последствий недействительности сделки отказано; в удовлетворении иных заявленных требований МУП «Жилсервис» отказано. 

При этом судом отмечено, что в результате прекращения права хозяйственного ведения МУП «Жилсервис» на объект недвижимости на основании постановления Администрация МОМР «Сыктывдинский» от 04.07.2013 № 7/1626, и на движимые вещи (имеющие остаточную стоимость) на основании постановления Администрация МОМР «Сыктывдинский» от 30.01.2014 № 1/177 предприятие лишилось возможности удовлетворить требования кредиторов, что является подтверждением факта причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов.

Вопреки позиции Администрации, установленная судом невозможность возвращения изъятого имущества МУП «Жилсервис» добросовестность и разумность действий ответчика не подтверждают – изъятие имущества в отсутствие встречного исполнения привело к невозможности МУП «Жилсервис»  осуществлять свою деятельность. Доказательств принятия должных мер для восстановления платежеспособности должника, а также мер, направленных на снижение роста кредиторской задолженности, не представлено. Доказательства наделения предприятия иным имуществом не представлены.

Субсидиарная ответственность наступает тогда, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов возникла не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц. Бездействием по непринятию мер по наделению должника имуществом Администрация довела МУП до состояния, не позволяющего удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей. Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о доказанности наличия оснований для привлечения Администрации к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  Администрация не привела убедительных обстоятельств и не представила доказательств, свидетельствующих о добросовестности и разумности своих действий, не опровергла презумпцию несения ответственности за деятельность должника, повлекшую его объективное банкротство.

Ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности для предъявления требования о привлечении к субсидиарной ответственности, так как наличие задолженности перед ФНС России имелась с 2012 года, однако с заявлением уполномоченный орган обратился только 23.09.2016.

В силу статьи 195, пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, по пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, то есть не может начаться ранее введения процедуры конкурсного производства.

Согласно абзацу четвертому пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Закон № 134-ФЗ) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

По сведениям открытой информационной системы «Картотека арбитражных дел» производство по заявлению ООО «Сыктывдинские коммунальные системы» о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 25.02.2014. Уполномоченный орган является конкурсным кредитором должника с 24.07.2014, тогда как заявление о привлечении к субсидиарной ответственности Администрации по обязательствам должника подано 27.09.2016. 

В свою очередь, информация, позволяющая сделать вывод о наличии оснований для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, могла быть получена ФНС России не ранее установления сведений об итоговом составе имущества должника или перечня выбывшего из его пользования. Такие сведения представлены в материалы дела только 03.11.2015, когда конкурсный управляющий МУП «Жилсервис» обратился в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о признании недействительными сделок по прекращению права хозяйственного ведения МУП «Жилсервис», оформленных постановлениями Администрации МО МР «Сыктывдинский» от 04.07.2013 № 7/1626, от 24.09.2013 № 9/2398, от 11.12.2013 № 12/3064, от 30.01.2014 № 1/177. 

Информационное письмо Администрации от 10.09.2015, а также письмо - замечания к собранию кредиторов в апреле 2015 состава имущества не содержит, результаты инвентаризации имущества размещены на сайте ЕФРСБ 01.02.2016. Помимо этого, сделка по изъятию из хозяйственного ведения МУП «Жилсервис» имущества признана недействительной определением от 17.05.2016. Судебный акт вступил в законную силу 09.08.2016. В этой связи оснований полагать, что срок на обращение с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности заявителем пропущен, не имеется. 

Таким образом, принимая во внимание указанные выше нормы права, а также учитывая конкретные обстоятельства по делу, суд апелляционной инстанции считает, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для его отмены по доводам жалобы не имеется, апелляционная жалоба является необоснованной и удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно положениям статьи 333.37 Налогового Кодекса Российской Федерации податель жалобы освобожден от уплаты государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 03.06.2025 по делу №А29-1011/2014 оставить без изменения, а апелляционную жалобу администрации муниципального района «Сыктывдинский» Республики Коми – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий                               

Судьи

Р.В. Толстой

Н.А. Кормщикова

Е.В. Шаклеина