АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077, http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

 

г. Томск                                                                                                  Дело № А67-6208/2023

14.03.2024

 

Резолютивная часть решения объявлена  05.03.2024.

 

Арбитражный суд Томской области в составе судьи М. В. Пирогова

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску 

ООО "ДСЗ" ИНН 

<

***>  ОГРН 

<

***>

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 ИНН 

<

***> ОГРНИП 307701731000170 

третьи лица:  ФИО3;  ФИО4, ФИО5, ФИО6,

о признании недействительным договора аренды оборудования № 3 от 07.08.2020,

 

при участии в заседании:

от истца – ФИО7 по доверенности от 27.05.2021, диплом, паспорт,

от ответчика – ФИО8 по доверенности от 12.10.2021, диплом, паспорт;

от третьих лиц:

от ФИО3– не явились (извещены);

от ФИО6  - ФИО6, паспорт,

от ФИО5  – ФИО7 по доверенности от 11.05.2021, диплом, паспорт,

от ФИО4 – не явились (извещены), 

 

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «Дробильно-сортировочный завод» (далее – ООО «ДСЗ», истец, Общество) обратилось в арбитражный суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ИП ФИО2, ответчик) о признании недействительным договора аренды оборудования № 3 от 07.08.2020 (л.д. 4-7, т. 1).

 Исковые требования обоснованы ст. ст. 166, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы тем, что договор аренды оборудования № 3 от 07.08.2020 - мнимая сделка, поскольку оборудование по договору фактически истцу не передавалось, истец не использовал оборудование по договору аренды, стороны сделки  не относились к ней как к реальной.

Определением суда от 07.08.2023 исковое заявление принято к производству, назначено предварительное судебное заседание (л.д. 2-3, т. 1).

Этим же определением к рассмотрению искового заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечен участник Общества - ФИО3.

Определением суда от 11.09.2023 к рассмотрению искового заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены ФИО4 (предшествующий владелец оборудования), ФИО5 (участник и директор Общества), ФИО6 (бывший исполнительный директор Общества и подписант договора со стороны Общества) (л.д. 36, т. 1).

Истец представил дополнительные пояснения к исковому заявлению, в которых отметил, что оспариваемая сделка формирует у истца кредиторскую задолженность в размере 72 000 руб. (годовая арендная плата), оборудование, обозначенное в перечне имущества к договору никогда истцу не передавалось, в то же время, кредиторская задолженность перед ответчиком в силу норм Налогового кодекса Российской Федерации будет включена в налоговую базу для исчисления налога на прибыль в соответствующем периоде, т.е. создаст для организации убытки; кроме того, истец отмечает, что никакой хозяйственной деятельности до мая 2021 года Общество не вело; истцом также указано, что документы по оспариваемой сделке не были переданы обществу бывшим единоличным исполнительным органом, эти документы впервые были обнародованы 14.02.2023 (л.д. 41-43, т. 1).

Ответчик представил отзыв на исковое заявление, в котором исковые требования признал в полном объеме, дополнительно пояснил, что на оспариваемом договоре имеется подпись, принадлежащая ему, данный договор он подписал в ноябре 2020 г. по просьбе ФИО6, поскольку третьему лицу – ФИО6 необходимо было развивать деятельность Общества, поэтому нужен был договор аренды оборудования, которое сможет производить песчано-гравийную смесь. Ответчик поставил подпись в договоре, полностью доверяя ФИО6 в том, что он действует в интересах общества. Как указывает ответчик, договор фактически никогда не исполнялся, денежные средства по договору аренды оборудования ответчиком в адрес истца не направлялись, оборудование по договору арендатору не направлялось (л.д. 30-33, т. 2).

От представителя третьего лица – ФИО3 поступили возражения на исковое заявление, в котором он подчеркнул, что Советским районным судом г. Томска в деле № 2-117/2023 было установлено, что на момент составления договора ответчик – ФИО2 знал о существовании договора купли-продажи оборудования, принимал активное участие в его согласовании, а в дальнейшем и участие в согласовании и подписании оспариваемого договора аренды оборудования. В частности, к материалам дела № 2-117/2023 был приложен протокол осмотра доказательств от 28.11.2022, согласно которому нотариусом был произведен осмотр доказательств в виде взаимосвязанных между собой письменных доказательств (в том числе изображений, аудио, видео, текстовых сообщений), полученных в приложении WhatsApp в чате (группе) «Юргинский завод», из данных сообщений подтверждается осведомленность ответчика о наличии договора. Кроме того, в переписке содержатся данные о том, что в обсуждении вопроса о разделе оборудования принимали участие обе стороны сделки. Третье лицо также отмечает, что до августа 2020 г. никакой деятельности истец не осуществлял, заключение спорного договора позволяло обществу, находящемуся в затруднительном положении, начать осуществление своей производственно-хозяйственной деятельности, заключение спорного договора – разумное поведение хозяйствующего субъекта, поскольку давало возможность истцу использовать переданное в аренду оборудование для осуществления производственной деятельности. Стороны спора относились к сделке как к реальной, поскольку ответчик не мог не знать о наличии договора аренды, исходя из представленной в материалы дела, переписки, а также его подписи на оспариваемом договоре (л.д. 34-37, т. 2).

Определением суда от 04.10.2023 подготовка дела к судебному разбирательству окончена, назначено дело к судебному разбирательству в судебном заседании (л.д. 95, т. 2).

Истец представил возражения на отзыв третьего лица, в котором отметил следующее: истец не владел и не использовал оборудование, указанное в договоре аренды оборудования № 3 от 07.08.2020, а также не вел производственную деятельность; договор аренды не подписывался 07.08.2020, ФИО6 предпринимал попытки оформить документ на более раннюю дату, несмотря на то, что истец не вел производственную деятельность; никаких обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения настоящего спора, в деле № 2-117/2023 не устанавливалось; ФИО2 не являлся собственником оборудования в 2020 году (л.д. 103-108, т. 2).

Представитель третьего лица - ФИО3 представил дополнительные пояснения к отзыву, в которых указал, что путем взаимных переговоров между ФИО5, ФИО2, ФИО4, ФИО6 и ФИО3 было согласовано, что оборудование, которое принадлежало ФИО4 будет продано им двум новым участникам общества – ФИО2 и ФИО5 Кроме того, было согласовано и то, что указанное оборудование будет передано обществу в аренду, поскольку основным видом деятельности общества являлось производство инертных материалов и специализированное оборудование, предназначенное для этого, было необходимо. Оборудование было передано Обществу участниками вместе с земельным участком по договорам аренды. Оборудование  использовалось ООО «ДСЗ», что в частности подтверждается приобретением различного рода деталей для дробильно-сортировочного оборудования. Подтверждаются данные аргументы выпиской по счетам бухгалтерского учета. На территории дробильно-сортировочного завода постоянно находились работники для охраны. Данный аргумент подтвердили нынешние работники ООО «ДСЗ», вызванные в Юргинский городской суд по делу 2-472/2022  (л.д. 36-37, т. 4).

Истец представил возражение на отзыв третьего лица, в котором отметил, что ФИО4 продал все оборудование только ФИО5 и при продаже доли в земельном участке дал заверение об отсутствии на земельном участке своего имуществ и имущества третьих лиц. Перечисленное в спорном договоре аренды оборудование не находилось на земельном участке; проекты договора аренды № 3 в 2020-2021 отличались по своим условиям от оспариваемой сделки; платежи по договору аренды № 3 не осуществлялись; бухгалтерский учет велся ФИО3 и ФИО6, ФИО3 не доказал фактическое исполнение договора аренды № 3 и не обосновал деловую цель заключения сделки (л.д. 40-46, т. 5).

Представитель третьего лица: ФИО3 представил дополнительные пояснения к отзыву, в которых указал, что из анализа переписки в группе Юргинский завод в приложении WhatsApp следует, что все учредители ООО «ДСЗ» обсуждали начало осуществления хозяйственной деятельности общества, знакомились с проектами договоров — использования приобретенного имущества (оборудования), расположенного на земельном участке в Юргинском районе, обсуждали, в том числе условия приобретения оборудования у ФИО4, что подтверждается перепиской в приложении WhatsApp. Представленными доказательствами подтвержден факт осведомленности и одобрения сделки — договора аренды оборудования № 3 от 07.08.2020 обществом в лице его учредителей. Производственную деятельность ООО «ДСЗ» начал вести с 2020 г., денежные средства выделялись на ремонт оборудования, имелись обороты за апрель 2021, что подтверждается оборотно-сальдовой ведомостью за период 07.04.2021-22.09.2022, карточками счетов (л.д. 111-113, т. 5).

Третье лицо - ФИО4 в отзыве на исковое заявление отметил, что составленный ФИО6 список оборудования был некорректен по своей сути. Фактически то оборудование, которое там указано имело другие идентификационные номера, либо вообще не находилось в тот момент на земельном участке, либо являлись неотделимыми частями другого оборудования. Указал, что являлся собственником всего смонтированного на земельном участке оборудования дробильно-сортировочного завода (27 единиц), которое он продал ФИО5 (л.д. 114-115, т. 5).

Истец представил дополнительные возражения на отзыв (ФИО3) – в частности, пояснил, что вступившим в законную силу судебным актом установлено отсутствие на земельном участке двух позиций оборудования из договора аренды № 3; третье лицо не обосновало деловую цель заключения спорного договора, третье лицо подтвердило, что оборудование, находящееся на земельном участке могло быть использовано только целиком в составе единого комплекса (л.д. 121-123, т. 5).

 

В судебном заседании 05.03.2024 истец и ответчик заявили об утверждении мирового соглашения от 04.03.2023.

ФИО6 против утверждения мирового соглашения возражал.

Определением суда от 05.03.2024 (дата оглашения резолютивной части) в утверждении мирового соглашения от 04.03.2023 между ООО "ДСЗ" и индивидуальным предпринимателем ФИО2 отказано.

Представитель истца в судебном заседании после отказа в утверждении мирового соглашения поддержал исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика в судебном заседании признал иск, пояснил, что подписание договора со стороны ответчика – ФИО2 не отрицает. Объясняет это доверием со стороны ФИО2 к ФИО3, который попросил подписать договор для подключения электричества.

Представитель третьего лица ФИО5  – ФИО7 иск поддержал.

Третье лицо - ФИО6 против удовлетворения иска возражал, настаивал на реальности и исполнении спорного договора.

Третьи лица – ФИО3 и ФИО4 надлежащим образом, извещенные о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явились.

Руководствуясь частями 1, 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

В судебном заседании представитель истца заявил ходатайство о проведении выездного судебного заседания на территории земельного участка с кадастровым номером 42:17:0101047:21 по адресу: Кемеровская область, Юргинский район, северо-восточнее д. Пятково, проведении осмотра земельного участка с кадастровым номером 42:17:0101047:21 на предмет наличия на нем оборудования обозначенного в договоре аренды № 3 от 07.08.2020, привлечении в качестве специалиста для осмотра ФИО9.

Протокольным определением от 05.03.2024 суд отказал в удовлетворении вышеуказанных ходатайств истца.

В судебном заседании представитель истца также поддержал ранее поданное заявление о фальсификации доказательств (л.д. 1-3, т. 6):   договора аренды оборудования № 01/12/2017 от 01.12.2017, заключенного между ФИО3 (арендодатель) и обществом с ограниченной ответственностью «Юргинский Дробильно-сортировочный завод» (арендатор); договора аренды оборудования № 2 от 07.08.2020, заключенного между ФИО3 (арендодатель) и обществом с ограниченной ответственностью «НТУ» (арендатор); договора купли-продажи оборудования № 21/07/2017 от 21.07.2017  между гражданином ФИО10 (продавец) и гражданином ФИО3 (покупатель).

Представитель ответчика данное заявление  поддержала. 

ФИО6 против заявления возражал.

Суд не рассматривает данное заявление, согласно разъяснениям, изложенным  третьем абзаце пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции"  (Постановление № 46), в т.ч. потому что согласно пояснениям сторон документы, о фальсификации которых заявил истец, являются предметом оспаривания и процессуальной оценки в других судебных спорах.

От представителя истца в судебном заседании поступило ходатайство об изменении основания иска: истец просил признать договор аренды оборудования № 3 от 07.08.2020 недействительной сделкой на основании ч. 2 ст. 168 ГК РФ ввиду того, что обозначенное в договоре аренды № 3 оборудование никогда не принадлежало ответчику. 

Суд протокольным определением суда отказал в удовлетворении ходатайства об изменении основания иска на основании следующего.

Согласно ч. 2 ст. 168 ГК РФ  сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Суд при рассмотрении данного ходатайства учитывает, что дело находится на рассмотрении длительное время (определение о принятии искового заявления к производству было вынесено 07.08.2023), в судебном заседании не обеспечено участие  всех лиц, участвующих в деле (ФИО3 и ФИО4 отсутствовали). Поэтому  удовлетворение ходатайства истца приведет бы к срыву (отложению) судебного разбирательства в целях надлежащего уведомления третьих лиц об изменении основания иска, сбору и оценке новых доказательств, а в итоге - к затягиванию рассмотрения спора. Вместе с тем, истец не лишен права подать исковое заявление с соответствующим требованием (о признании договора недействительным на основании ч. 2 ст. 168 ГК РФ) в рамках самостоятельного производства.

 Представителем истца заявлено о вступлении ФИО7 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, поскольку ранее в судебном заседании и пояснениях ФИО6 утверждал, что проект спорного договора аренды был выгружен в приложении WhatsApp в чате (группе) «Юргинский завод» непосредственно  ФИО7, что оспаривал представитель истца.

Определением от 05.03.2024 (дата объявления резолютивной части определения) суд отказал во вступлении в дело третьего лица ФИО7 на основании следующего.

Согласно ст. 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Данное ходатайство суд считает необоснованным: в последнем судебном заседании  ФИО6 снял свой довод о том, что проект спорного договора аренды был выгружен в приложении WhatsApp в чате (группе) «Юргинский завод» представителем истца ФИО7 Кроме того, суд полагает, что для правильного рассмотрения спора не имеет значения, кто именно выгружал в чат группы проект спорного договора, кроме того, судебный акт в данном случае не влияет на права и обязанности ФИО7, поскольку все доводы и возражения на отзыв третьих лиц, он заявляет и может заявить как представитель истца. Удовлетворение ходатайства приведет к затягиванию рассмотрения спора, поскольку рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда будет производиться с самого начала.

Представителем истца неоднократно в ходе судебного заседания заявлялись ходатайства об отложении судебного заседания для изменения условий мирового соглашения, представления дополнительных документов.

Протокольными определениями суд отказал в удовлетворении ходатайств представителя истца об отложении судебного разбирательства на основании следующего.

Одной из задач судопроизводства в силу пункта 5 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является формирование уважительного отношения к закону и суду.

Стороны, наделенные равными процессуальными правами и обязанностями, установленными статьей 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, должны добросовестно ими пользоваться.

Из анализа норм арбитражно-процессуального законодательства следует, что злоупотреблением процессуальными правами являются действия (бездействие) сторон, ведущие к срыву судебного заседания, затягиванию судебного процесса, воспрепятствованию рассмотрения дела и принятию законного и обоснованного судебного акта. Злоупотребление правами может выразиться, в том числе, в необоснованном заявлении ходатайств об истребовании доказательств, отложении судебного разбирательства и т.д.

Кроме того, стороны вправе заключить мировое соглашение на любой стадии процесса.

Заявляя ходатайство об отложении судебного заседания, истец фактически предпринимал действия к затягиванию рассмотрения дела, срыву судебного заседания. Суд приходит к выводу, что ходатайства истца (о вступлении третьего лица, изменении оснований иска, отложении) сопряжены со злоупотреблением процессуальными правами и направлены на затягивание судебного разбирательства.

 

При рассмотрении спора  суд исходит из следующего.

Между индивидуальным предпринимателем ФИО2 (далее также – арендодатель) и обществом с ограниченной ответственностью «НТУ» (в настоящее время – общество с ограниченной ответственностью «Дробильно-сортировочный завод) (далее – арендатор) был подписан договор аренды оборудования № 3 от 07.08.2020 (далее – договор, т.1 л.д.69-72).

Согласно п. 1.1 договора арендодатель обязуется предоставить во временное пользование, а арендатор – принять, оплатить пользование и своевременно возвратить оборудование в исправном состоянии с учетом нормального износа в соответствии с номенклатурой, прилагаемой к договору и являющейся его неотъемлемой частью, сопровождаемой технической документацией (далее – оборудование).

На момент заключения договора оборудование, сдаваемое в аренду, принадлежит арендодателю на праве собственности, не заложено или арестовано, не является предметом исков третьих лиц (п. 1.2 договора).

Договор считается заключенным с момента подписания его сторонами и передачи арендатору оборудования по акту приема-передачи. В акте приема-передачи указываются принадлежности и запасные части оборудования, ключи, документы (п. 1.9 договора).

Оборудование представляется на срок 1 (один) год. Арендатор вправе продлить срок аренды на 3 (три) года, о чем он обязан сообщить арендодателю не позднее, чем за 20 дней до окончания срока аренды (п. 2.1 договора).

Согласно п. 3.1 договора сумма арендной платы за оборудование составляет 18 000 руб. (восемнадцать тысяч) ежеквартально.

Перечень имущества, подлежащий передаче арендатору, указан в приложении № 1 к договору в спецификации (местонахождение имущества: Кемеровская область, Юргинский район, пос. Пятково, Кулаковский карьер) и состоит из 8 пунктов.

Согласно пункту  44  Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 N 18 "О некоторых вопросах досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства" установлено, что положениями арбитражного процессуального законодательства не предусмотрен досудебный порядок урегулирования спора при обращении в арбитражный суд с требованием о признании сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно статье 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 названной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в абзаце 2 пункта 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. 

По смыслу статьи 170 ГК РФ мнимость сделки устанавливается на момент заключения данной сделки, юридически значимым обстоятельством для признания сделки мнимой является отсутствие у нее основания, поскольку стороны не стремятся к достижению того правового результата, который должен возникнуть из данной сделки.

Совершая мнимую сделку, стороны хотят создать лишь видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, которые вытекают из этой сделки. Дефект мнимой сделки как раз и проявляется в отсутствие направленности сделки на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. 

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Согласно пункту 1 статьи 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В силу пункта 1 статьи 611 ГК РФ арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества.

В соответствии с п. 1 статьи 614 ГК РФ арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. В соответствии с частями 1 - 3 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При рассмотрении спора суд учитывает, что в рамках дела № А67-2446/2022 Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2023 были установлены следующие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения настоящего спора. 

До 21.07.2020 ФИО4 и ФИО3 принадлежало по ? доли в праве собственности на земельный участок, расположенный северо-восточнее д. Пятково Юргинского района Кемеровской области, вид разрешенного использования: для строительства дробильно-сортировочного цеха, кадастровый номер земельного участка 42:17:0101047:21. 

В соответствии с договором аренды от 01.12.2007 № 10-ЗУ земельный участок был передан в аренду ООО «Юргинский дробильно-сортировочный завод», которое использовало его в своей деятельности по переработке песчано-гравийной смеси. 

21.07.2020 ФИО4 продал ФИО5 по договору купли-продажи ? доли в праве на земельный участок. Согласно пункту 3.1 договора продавец заверяет, что земельный участок свободен от имущества, принадлежащего продавцу или третьим лицам. 

05.08.2020 ФИО2 приобрел у ФИО3 по договору купли-продажи 1/10 от ? принадлежащей ему в праве на земельный участок, у ФИО5 – 2/10 от ? доли в праве на земельный участок. 

15.07.2020 ФИО4 продал оборудование ФИО5 

07.08.2020 земельный участок передан в аренду истцу – ООО «НТУ» (с 05.11.2020 – ООО «ДСЗ») по договору аренды. 

07.08.2020 оборудование, принадлежащее на праве собственности ФИО3, по договору аренды передано ООО «НТУ» сроком на 1 год. 

Учредителями ООО «НТУ» являлись ФИО5, ФИО2, ФИО3, директором с 27.07.2020 – ФИО3 

Таким образом, в июле-августе 2020 изменился состав участников ООО «НТУ» (ООО «ДСЗ»). 

06.04.2021 участниками ООО «ДСЗ» принято решение о прекращении полномочий директора ФИО3, директором назначен ФИО5 

Между участниками ООО «ДСЗ» возник корпоративный конфликт, следствием которого явились судебные споры в арбитражном суде и суде общей юрисдикции.

В соответствии с частью 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле. 

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.12.2011 N 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Таким образом, у суда отсутствуют основания для пересмотра и переоценки выводов, сделанных судом в вышеуказанном постановлении от 06.07.2023.

Кроме того, во  вступившем в законную силу решении Кировского районного суда г. Томска по делу № 2-187/2022   суд установил факт заключения договора аренды оборудования № 2 от 07.08.2020 между ФИО3 и ООО «НТУ» (предшественником ООО «ДСЗ) и перечисления 18.09.2020 платежным поручением № 16 Обществом ФИО3 денежных средств в размере 74 000 руб. с назначением платежа «оплата по договору аренды № 1 от 07.08.2020 арендная плата за землю и оборудование за август 2020 года», 24 000 руб. от данной суммы оплачены в счет аренды за оборудование по договору аренды оборудования № 2 от 07.08.2020. 

Несмотря на доводы ООО «ДСЗ» в том судебном процессе о том, что весь платеж платежным поручением № 16 в размере 74 000 руб. подлежал отнесению за аренду земельного участка, а за аренду оборудования ООО «ДСЗ» выплачивает только ИП ФИО2, суд пришел к указанному выше выводу и указал, что факт перечисления денежных средств в размере 45 000 руб. ИП ФИО2 по платежному поручению № 15 подтверждается выпиской от 21.01.2021 операций по лицевому счету ООО «ДСЗ», в качестве назначения платежа указано – оплата по договору аренды № 2 от 07.08.2020.

В соответствии с частью 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле. 

Данная норма не обусловливает преюдициальное значение судебных актов судов общей юрисдикции для дел, рассматриваемых в порядке арбитражного судопроизводства, тождеством субъектного состава дел, указывая на преюдициальность фактов, имеющих отношение к лицам, участвующим в арбитражном деле.

При рассмотрении настоящего спора у суда также отсутствуют основания для пересмотра и переоценки данных выводов.

Допрошенная в судебном заседании качестве свидетеля ФИО11 (финансовый директор, впоследствии - бухгалтер ООО «ДСЗ») показала, что фактически руководство обществом в 2020 году осуществлял ФИО6 По его поручению  она произвела платежи в сентябре 2020 участникам Общества (ФИО2, ФИО12 и ФИО3) с указанием «арендная плата за землю и оборудование за август 2020 года». Проектами договоров аренды оборудования обменивались в чате приложения WhatsApp. Сама ФИО11 подписанных договоров аренды оборудования  не видела. Впоследствии часть этих платежей отнесли в бухгалтерском учете к плате за аренду земельного участка.

При оценке доказательств суд исходит из следующего.

Истец в иске указал, что узнал о наличии договора аренды оборудования № 3 от 07.08.2020 с ИП ФИО2 в судебном процессе № 2-117/2023, где для сверки суду  ФИО6 был предъявлен подлинник.

Участниками общества с 2020 г. являются ФИО2 (30%  доли), ФИО3 (40 % доли) и  ФИО5 (30%  доли с 07.10.2020г.).

Решением внеочередного общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Дробильно-сортировочный завод», оформленным протоколом от 06.04.2021, полномочия ФИО3 как директора ООО «ДСЗ» прекращены, директором общества назначен ФИО5 Таким образом, в период с 27.07.2020 г. по 06.04.2021 г. обществом руководил ФИО3 

Затем по настоящее время единоличным исполнительным органом Общества и представителем, имеющем право действовать без доверенности,  является ФИО5

Существенно, что в процессе судебного разбирательства ФИО2 и ФИО6, как  бывший исполнительный директор Общества, подписание оспариваемого договора и приложения подтвердили, о фальсификации (подлоге) данного документа не заявлено.

Кроме того, из пояснений сторон и представленных в дело материалов, в т.ч. нотариальных осмотров доказательств (т.2 л.д.48-89, т.3 л.д.52-151, т.4 л.д.78-120, приложения к отзыву ФИО3 в электронном виде от 31.01.2024), следует, что в целях обсуждения вопросов приобретения земельного участка и оборудования, а также  организации дальнейшей деятельности ООО «НТУ» (впоследствии - ООО «ДСЗ») была создана группа «Юргинский завод» в приложении WhatsApp, куда входили будущие участники  Общества, юристы и ФИО6

Из данной переписки приложения WhatsApp следует, что участниками группы «Юргинский завод» в июле-сентябре 2020 года рассматривались вопросы приобретения, распределения земельного участка и оборудования между участниками и их передачи Обществу, размещены проекты договоров и иные материалы.

Анализ данных материалов и пояснений участвующих в деле лиц позволяет прийти к выводу, что намерения будущих участников Общества были направлены на приобретение у ФИО4 доли земельного участка и принадлежащего ему оборудования новыми участниками (ФИО2 и ФИО5), с последующей передачей в аренду Обществу всего земельного участка и всего оборудования, включая доли ФИО3, с распределением арендной платы (за землю и оборудование) пропорционально доле их участия в Обществе.

Такие договоренности по существу подтверждены также пояснениями ФИО5 в судебном заседании 06.02.2024.

Как пояснил представитель истца в связи с временным отсутствием ФИО2, приобретение доли земельного участка и оборудования у ФИО4 должен был сначала произвести ФИО5, с последующим распределением с ответчиком.

При оценке доказательств суд исходит из того, что фиксация действий по обмену информацией  в приложении WhatsApp на электронном носителе является объективной с указанием лиц, даты, времени и характера, не зависит  от воли участников  и последующего изменения их интересов. 

На стадии рассмотрения спора участниками дела признается раздел и передача в аренду ООО «ДСЗ» земельного участка, т.е. договоренность, отраженная в приложении WhatsApp, в этой части была действительно реализована, что  никем не оспаривается. Платежи за аренду земли признаются всеми.

ФИО3 и ФИО6 в данном процессе утверждают, что договоренности по распределению и передаче Обществу оборудования, отраженные в WhatsApp, включая спорный договор, также сохранились и были фактически реализованы, доказательства изменения этих договоренностей не представлены.

Также в данном чате был размещен договор купли-продажи оборудования № 21/07/2017 от 21.06.2017 между ФИО10 и ФИО3 с приложением на 17 пунктов (элементов оборудования), расположенного в Кулаковском карьере (т.5 л.д.18-20). Существенно, что в тот период данный договор никем из участников под сомнение поставлен не был, а значит  принадлежность части находящегося на земельном участке оборудования ФИО3 и возможность передачи им в аренду Обществу не оспаривались.

Кроме того, согласно выписке от 18.01.2021 операций по лицевому счету ООО «ДСЗ» ПАО «Сбербанк России» (приложена к отзыву ФИО3 в электронном виде от 31.01.2024) подтверждается  факт перечисления Обществом денежных средств в размере 45 000 руб. ИП ФИО2 по платежному поручению № 15 от 21.09.2020 в качестве назначения платежа указано – оплата по договору аренды № 2 от 07.08.2020, арендная плата за землю и оборудование за август 2020. Такие же выплаты за землю и оборудование за август 2020 произведены ООО «ДСЗ» 18.09.2020 ИП ФИО5 (платежное поручение № 14)  и ФИО3 (платежное поручение № 16).

Оценка части данных платежей судом общей юрисдикции приведена выше.

Сам факт осуществления данных платежей под сомнение никем не ставится, при этом истец и ответчик указывают на некую ошибочность платежей, а ФИО3 и ФИО6 утверждают, что исполняли заключенные договоры аренды оборудования. Объективно в назначении платежей указано в т.ч. «за оборудование», платежи превышали  согласованный размер платы за аренду земли, платежи произведены всем участникам Общества.

Существенно, что, исходя из материалов дела, до определенного времени никто из арендодателей  и одновременно участников Общества не оспаривал поступление им денежных сумм с назначением «за аренду оборудования» как себе, так и другим, не вернул «переплаты», а перенос части сумм «за оборудование» на аренду земельного участка был произведен значительно позднее. 

К показаниям свидетеля ФИО11 в части суд относится критически, учитывая наличие служебной зависимости от  ФИО5

Суд критически относится к доводу истца о том, что внесенные платежи как относимые к арендной плате за землю подтверждены судом в решении по делу № А67-8932/2023, поскольку данное обстоятельство не было предметом оценки, не оспаривалось в силу реализации сторонами спора  своих диспозитивных полномочий.

Довод истца об отсутствии иных выплат может объясняться началом конфликта между участниками.

Следовательно, оплата ответчику за аренду оборудования по спорному договору со стороны ООО «ДСЗ» частично была произведена в сентябре 2020, что ответчиком не оспаривалось.

Таким образом, суд приходит к выводу, что заключение и исполнение оспариваемого договора подтверждено, в первую очередь, объективными доказательствами:

- по форме письменный договор как носитель конкретно не оспорен, его подписание уполномоченными лицами подтверждено;

- в приложении WhatsApp размещен проект договора, наряду с договорами по земле которые не оспорены; 

- оплата по данному договору производилась арендатором в виде банковской операции.

При этом получение всего комплекса оборудования в аренду обществом с ограниченной ответственностью «НТУ» признавалось и признается на стадии рассмотрения спора  лицами, выступавшими от имени Общества  в момент оформления сделки: ФИО3 (единоличный исполнительный орган) и ФИО3 (исполнительный директор), подписавшим спорный договор. 

Согласно пояснениям сторон и свидетеля именно последний осуществлял фактическое руководство деятельностью Общества в тот период.

Также истец, ссылаясь на заключение специалиста ФИО9 от 25.04.2023 и судебные акты по делу  №  33а-10008/2022, указал,  что технологическая линия и оборудование дробильно-сортировочного завода является единым имущественным комплексом, расположенным на принадлежащем участникам Общества земельном участке, взаимосвязано между собой, как совокупность объединенных единым назначением зданий, сооружений, технологического оборудования и иных строений, неразрывно связанных физически и технологически (т.5 л.д.121-141).

Данный довод остальные участники спора  в целом подтвердили.

Суд принимает данное обстоятельство как правильное и обоснованное.

Истец также настаивал на признаках недвижимого имущества у данного оборудования, как имеющего связь с землей.

При рассмотрении спора судом передача всего земельного участка  в аренду Обществу признается и  не оспаривается участниками процесса.

Как следует из пояснений участников процесса, находившееся на данном земельном участке оборудование на стадии смены участников бизнеса не демонтировалось и не вывозилось. Соответственно, вместе с арендованным земельным участком оно поступило во владение Общества в августе-сентябре 2020 года. Передача комплекса технологического оборудования Обществу следует как из характера связи между собой (единство предназначения), так и с его связи землей. Доказательства владения этим имуществом в тот период иным лицом (лицами) в дело не представлены.

На основании пояснений сторон и анализа представленных доказательств  суд приходит к выводу о достижении участниками Общества общей договоренности о приобретении, распределении и передаче ООО «НТУ» в аренду как земельного участка, так и находящегося на нем оборудования. Данные договоренности были реализованы в августе-сентябре 2020.

Так, участвующими лицами  признается приобретение, распределение  и передача в аренду ООО «ДСЗ» земельного участка, т.е. договоренность, отраженная в приложении WhatsApp, в этой части была действительно реализована, что  никем не оспаривается. Платежи за аренду земли не оспариваются, а дальнейшая плата взыскивается в пользу арендодателей в судебном порядке.

В отличие прав на земельный участок права на оборудование не обеспечивались государственной регистрацией.

Однако, в Постановлении от 06.07.2023 по делу № А67-2446/2022 Седьмой арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что 07.08.2020 оборудование, принадлежащее на праве собственности ФИО3, по договору аренды передано ООО «НТУ» сроком на 1 год.

Также из  вступившего в законную силу решения Кировского районного суда г. Томска по делу № 2-187/2022 следует   факт заключения договора аренды оборудования № 2 от 07.08.2020 между ФИО3 и ООО «НТУ» (предшественником ООО «ДСЗ) и перечисления 18.09.2020 платежным поручением № 16 Обществом ФИО3 денежных средств в размере 74 000 руб. с назначением платежа «оплата по договору аренды № 1 от 07.08.2020 арендная плата за землю и оборудование за август 2020 года», 24 000 руб. от данной суммы оплачены в счет аренды за оборудование по договору аренды оборудования № 2 от 07.08.2020.

Оспариваемый договор, основанный на владении ответчиком частью оборудования, передаваемого в пользование ООО «НТУ»,  находится в «цепочке» договоренностей, поддерживаемых и исполненных частично всеми участниками Общества.

До начала корпоративного конфликта и иных споров, всех устраивало распределение, передача  имущества, а также  распределение оплаты  как за земельный участок, так и за оборудование.

 Данные обстоятельства в значительной мере подтверждаются, в том числе объективными доказательствами, которые находятся в системной логической связи и согласуются между собой. 

Поэтому суд принимает как верные в этой части пояснения третьих лиц (ФИО6 и ФИО3), а к  доводам и доказательствам сторон, ФИО5 и ФИО4 о том, что  все оборудование было приобретено ФИО5 у ФИО4 и находилось во владении   ФИО5 с 15.07.2020 по 01.05.2021 суд относится критически. 

Как пояснил ФИО6  в судебном заседании причиной поддержания ФИО4 в отзыве позиции ООО «ДСЗ» и ответчика могут быть сложившиеся ранее  неприязненные отношения, связанные с прекращением совместного бизнеса.

Кроме того, ФИО2, будучи участником Общества и индивидуальным предпринимателем,  при подписании юридически значимых документов, в т.ч. оспариваемого договора, должен был действовать разумно, осмотрительно и добросовестно. На стадии судебного разбирательства он не смог представить разумные  причины подписания договора аренды № 3 от 07.08.2020. При этом, исходя из его позиции и позиции истца,  в 2020 году он вообще не являлся собственником какого-либо оборудования, расположенного на рассматриваемом земельном участке.

При оценке доводов участников спора судом не установлено какой-либо иной цели помимо реального исполнения со стороны ООО «НТУ» в лице ФИО3 и ФИО6  в оформлении и подписании с ФИО2 оспариваемого договора. Договор предусматривает обязанности по возврату оборудования по его окончании и внесение арендной платы в качестве обязательств Общества, что не подразумевает каких-либо личных выгод и преимуществ для ФИО3 и ФИО6  

Заключение договора аренды № 3 имело значение только  в порядке реализации общей договоренности участников ООО «НТУ» о передаче земельного участка и оборудования Обществу в целях ведения хозяйственной деятельности и извлечения прибыли. Такие действия имеют разумную экономическую цель как для самих участников, так и для созданного ими общества с ограниченной ответственностью, вопреки доводам истца.

Заключение спорного договора, наряду с другими договорами аренды земли и оборудования позволяло Обществу  начать осуществление своей хозяйственной деятельности, как  взаимовыгодной цели для обеих сторон договора.

При этом для аренды имеет значение владение и возможность использования, а не фактическое (реальное) использование. Поэтому суд полагает, что для правильного разрешения данного спора не имеет значения точный момент  начала осуществления  производственной  деятельности Обществом.

В судебном заседании представитель истца также поддержал ранее поданное заявление о фальсификации доказательств (л.д. 1-3, т. 6):   договора аренды оборудования № 01/12/2017 от 01.12.2017, заключенного между ФИО3 (арендодатель) и обществом с ограниченной ответственностью «Юргинский Дробильно-сортировочный завод» (арендатор); договора аренды оборудования № 2 от 07.08.2020, заключенного между ФИО3 (арендодатель) и обществом с ограниченной ответственностью «НТУ» (арендатор); договора купли-продажи оборудования № 21/07/2017 от 21.07.2017  между гражданином ФИО10 (продавец) и гражданином ФИО3 (покупатель).

В силу части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Согласно разъяснениям, изложенным во втором и третьем абзацах пункта 39 постановления N 46, в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат рассмотрению заявления, мотивированные наличием признаков подложности доказательств, то есть совершением действий, выразившихся в подделке формы доказательства: изготовление документа специально для представления его в суд (например, несоответствие времени изготовления документа указанным в нем датам) либо внесение в уже существующий документ исправлений или дополнений (например, подделка подписей в документе, внесение в него дополнительного текста). В силу части 3 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подлежат рассмотрению по правилам названной статьи заявления, касающиеся недостоверности доказательств (например, о несоответствии действительности фактов, изложенных в документе).

Таким образом, под фальсификацией доказательств понимается сознательное искажение представляемых доказательств путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл, или ложных сведений.

Поскольку документы, о фальсификации которых заявил истец, являются предметом оспаривания в других судебных спорах, не были изготовлены (изменены) для настоящего судебного спора, а часть из них стала предметом судебной оценки до  представления в настоящее дело, т.е. не связана с их изготовлением для настоящего процесса  и введения в заблуждение участников данного процесса,  то заявление истца основано на неправильном понимании института  фальсификации, проверка в предусмотренном порядке приведет к затягиванию рассмотрения спора.

В абзаце третьем пункта 39 Постановления № 46 разъяснено, что исходя из положений части 1 статьи 64, части 2 статьи 65, статьи 67 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подлежит рассмотрению заявление о фальсификации, если оно подано в отношении документа, подложность которого, по мнению суда, не повлияет на исход дела в связи с наличием в материалах дела иных доказательств, позволяющих установить фактические обстоятельства.

Руководствуясь данным разъяснением, суд не рассматривает данное заявление.

 

В качестве доводов истцом также указано на отсутствие в спорном договоре титула владения ФИО2 оборудованием, несоответствие даты его подписания, различие размера арендной платы в размещенных в чате проектов и подписанного договора, неправильное наименование и «пересечение» позиций в разных договорах аренды, отсутствие поименованного оборудования на земельном участке и иное.

При оценке данных возражений истца и ответчика суд приходит к выводу, что сторонами действительно допущена небрежность в оформлении спорного договора.

Как пояснил ФИО6  в судебном заседании, данные обстоятельства   объясняются различным наименованием оборудования  и определением его функционального назначения, изменением воли участников  по стоимости аренды. 

Однако, цель договоренностей участников Общества, как и воля сторон договора аренды № 3, была направлена на передачу земельного участка и всего имущества (оборудования) Обществу с получением платы пропорционально участию в обществе, а не на какой-либо раздел оборудования. Участники ООО «НТУ» были намерены обеспечить хозяйственную (производственную) деятельность создаваемого предприятия с получением прибыли, а не вывоз (демонтаж) оборудования.

Договор был заключен и исполнялся наряду с другими договорами аренды.

Представитель также истца заявил ходатайство о проведении выездного судебного заседания с привлечением специалиста.

Согласно пункту 5 части 1 статьи 135 АПК РФ при подготовке дела к судебному разбирательству судья рассматривает вопросы о возможности проведения выездного судебного заседания.

Необходимость проведения такого заседания, его целесообразность, невозможность рассмотрения дела по существу и принятия законного судебного акта должны быть документально обоснованы. При этом необходимые случаи проведения выездного судебного заседания определяются на основании внутреннего убеждения суда с учетом приведенных заявителем обоснований и доказательств (позиция изложена в Постановлении ФАС Дальневосточного округа от 13.03.2013 N Ф03-336/2013 по делу N А51-18770/2011)

Суд полагает, что заявленное ходатайство является необоснованным на основании следующего.

Договор датирован 07.08.2020. Ходатайство рассматривается 05.03.2024.

С момента оформления договора аренды оборудования прошел значительный промежуток времени, состав оборудования и его маркировка могли быть изменены. Суд не обладает специальными техническими познаниями.

В таком случае проведение выездного судебного заседания с целью осмотра оборудования не приведет к получению необходимых доказательств и приведет лишь к затягиванию рассмотрения спора.

Кроме того, суд в целом принимает довод истца, выраженный в экспертном заключении № 307-05/2021 от 17.05.2021 (эксперт ФИО9): технологическое и вспомогательное оборудование, здания и сооружения для дробильно-сортировочного комплекса, расположенное на земельном участке с кадастровым номером 42:17:0101047:21, по адресу: Кемеровская область, Юргинский район, северо-восточнее д. Пятково, являются единым недвижимым комплексом как совокупность объединенных единым назначением зданий, сооружений, технологического оборудования и иных строений, неразрывно связанных физически и технологически между собой и расположенных на одном земельном участке с кадастровым номером 42:17:0101047:21.

Идентификация (наименование) оборудования, количество  и его состав в приложении к договору аренды с учетом приведенных выше доводов являются второстепенными.

С учетом этого, заявленные недостатки оформления договора аренды № 3, могут объясняться доверием между участниками Общества в тот период,  не имеют значения для оценки договора на предмет действительности. У сторон не было неопределенности относительно переданного во владение Общества оборудования.

Арендодателями могут быть также лица, управомоченные законом или собственником сдавать имущество в аренду (ст. 608 ГК РФ).

Не оценивая и не предрешая вопросы принадлежности оборудования с учетом наличия судебных споров, суд приходит к выводу, что достигнутые между участниками Общества договоренности относительно приобретения, распределения и передаче земельного участка и оборудования Обществу в аренду в целях ведения хозяйственной деятельности и извлечения прибыли были реализованы. Оспариваемый  договор подписан и исполнялся сторонами как реальный.

Заключение и исполнение договора аренды, свидетельствует, что сделка в момент ее совершения была направлена на установление изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей, в полном соответствии со статьей 153 ГК РФ, то есть на достижение определенного правового результата, в связи с чем, она не может быть признана недействительной. Каких-либо пороков оспариваемой сделки, влияющих на ее действительность, суд не усматривает. 

Не отражение арендованных объектов в бухгалтерском учете и не передача спорного договора бывшим директором – ФИО3 после начала корпоративного конфликта также не влекут сами по себе недействительность сделки.

Соответственно, оспариваемый по делу договор был заключен и исполнялся обеими сторонами до начала конфликта, доказательств его мнимости не представлено и не обоснованно.

Третье лицо – ФИО6 заявил об истечении срока исковой давности по требованию о признании договора аренды оборудования недействительным. В обоснование заявления он указал, что оплата по договору аренды была произведена 21.09.2020. Осведомленность истца о сделке также подтверждается протоколами осмотра доказательств. Таким образом, истец знал о существовании договора № 3 от 07.08.2020, подача искового заявления по настоящему делу произведена истцом за пределами срока исковой давности.

В силу п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 (ред. от 22.06.2021) "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" установлено следующее: согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 ГПК РФ, статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Поскольку исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре (пункт 2 статьи 199 ГК РФ), соответствующее заявление, сделанное третьим лицом, по общему правилу не является основанием для применения судом исковой давности. 

 

Предъявление настоящего иска и процессуальное поведение сторон объясняется следующим.

Из пояснений сторон и материалов следует наличие ряда судебных споров между участниками Общества и самим ООО «ДСЗ», в т.ч. по установлению принадлежности оборудования завода  и другие.

Так, Советским районным судом г. Томска рассмотрено дело №  2-117/2023 (2-3221/2022) по иску общества с ограниченной ответственностью «Дробильно-сортировочный завод» к ФИО3 о признании недействительным договора аренды оборудования № 2 от 07.08.2020, перечня оборудования и акта приема-передачи оборудования. По результатам рассмотрения дела суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска, решение в законную силу не вступило. 

            Из открытых источников, картотеки арбитражных дел следует, что разделение сторон споров, когда противопоставляются имущественные  и иные интересы, произошло следующим образом: на одной стороне выступают Общество и физические лица: ФИО5, представляющий одновременно ООО «ДСЗ» как директор и ФИО2, а на другой стороне - ФИО3 (как участник, собственник доли, арендодатель, бывший директор) и его отец – ФИО6 (исполнительный директор, участник  трудовых и иных отношений). 

При этом ФИО5 и ФИО2 не имеют корпоративного конфликта между собой и обеспечивают контроль самого Общества через 60 % совокупной доли, реализацию  функций единоличного исполнительного органа.

По существу  споры связаны с противодействием  физических лиц: ФИО5 и ФИО2 - с одной стороны, родственников ФИО6 и ФИО3 – с другой.

            Интересы первой группы лиц на протяжении длительного времени представляют действующие на основании соответствующих доверенностей ФИО8 и ФИО13 При этом они выступают подписантами исков и отзывов и имени ООО «ДСЗ», ФИО5 и ФИО2, осуществляют их представительство в судебных инстанциях. 

Так, рассматриваемый иск подписан представителем ООО «ДСЗ» – ФИО7 по доверенности от 27.05.2021 сроком на три года (т.1 л.д.29),, он же представляет интересы ФИО5 по доверенности от 11.05.2021. Интересы ФИО2 в судебных заседаниях по настоящему делу представляла ФИО8 по доверенности от 12.10.2021 сроком на пять лет.

            В арбитражном деле № А67-6394/2023 иск подписан представителем ФИО2 – ФИО7 по нотариальной доверенности от 17.05.2022 сроком на десять лет, а непосредственно интересы ФИО2 в судебных заседаниях также  представляла ФИО8 по доверенности от 12.10.2021.

            Они же представляли данных участников в деле № А67-5041/2023.

            В судебных заседаниях первой и апелляционной инстанции по делу № А27-14186/22 интересы общества с ограниченной ответственностью «Дробильно-сортировочный завод» (по доверенности от 27.05.2021), а также интересы ФИО5, (по доверенности от 27.05.2021), ФИО2 (по доверенности от 17.05.2022) представлял ФИО7

В судебных заседаниях по делу № А67-9244/2022 интересы общества с ограниченной ответственностью «Дробильно-сортировочный завод» представлял ФИО7 по доверенности от 27.05.2021.

В судебных заседаниях по делу № А67-3152/2023 интересы общества с ограниченной ответственностью «Дробильно-сортировочный завод» представляет ФИО8 по доверенности от 01.09.2021 г.

Кроме того, в деле № А67-2446/2022 ФИО2, не привлеченный к участию в рассмотрении дела в первой инстанции, подал апелляционную жалобу на соответствующее решение и поддержал доводы общества с ограниченной ответственностью «Дробильно-сортировочный завод» и ФИО5, при этом согласно постановлению от 06.07.2023 интересы ООО «ДСЗ», ФИО5 и ФИО2 представлял ФИО7 по соответствующим доверенностям, а интересы ФИО8 также представляла интересы ФИО2 

            Анализ состава участников, представителей и процессуального поведения в настоящем деле и приведенных выше делах показывает, что интересы ФИО2, ФИО5  и ООО «ДСЗ» одинаковы, не противопоставляются друг  другу. 

Сторонами признается и подтверждается, что какие-либо требования из оспариваемого договора фактически после начала корпоративного конфликта не предъявлялись как то оплатить арендную плату или  вернуть оборудование и др. 

В такой ситуации при наличии корпоративного контроля над ООО «ДСЗ» со стороны ФИО2  и ФИО5 могли самостоятельно принять меры по аннулированию действия договора, констатировать отсутствие необходимости исполнять его, а обращение в суд являлось излишним и не было направлено на реальную защиту либо восстановление прав. 

Действительными совместными целями иска для обеих сторон (истца и ответчика) могут быть: искажение ранее достигнутых договоренностей по распределению  оборудования между участниками Общества, пересмотр состоявшихся судебных актов, в т.ч. о взыскании арендной платы в пользу ФИО3  и избежание дальнейших оплат, возврата оборудования, пересмотр принадлежности (прав собственности) оборудования завода.

В том числе, эти цели  следуют из пунктов 3-6 мирового соглашения, поддержанного сторонами в судебном заседании 05.03.2024.

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 ГК РФ).

В силу общеправового принципа «эстоппель» сторона лишается права ссылаться на возражения в отношении ранее совершенных действий и сделок, а также принятых решений, если поведение свидетельствовало о его действительности. 

Законодательством не допускается противоречивое и недобросовестное поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них.

Оценивая поведение участников спора на предмет добросовестности, суд приходит к выводу, что поведение ФИО3 является последовательным и добросовестным. Будучи директором, он  обеспечил оформление договора аренды оборудования № 3 с ФИО2 в соответствии с достигнутыми соглашениями и, получив в пользу Общества оборудование от всех участников Общества вместе с земельным участком, произвел выплаты участникам, в том числе за оборудование. Поддерживает данную позицию на стадии судебного разбирательства вместе с ФИО6

В этой ситуации поведение ФИО2 и ФИО14 (как участника и директора ООО «ДСЗ») не соответствует правилам эстоппеля, в силу чего их требования не подлежат судебной защите.

Их процессуальное поведение также направлено на обход преюдициальных выводов судов.

В частности, вопреки выводу Седьмого арбитражного апелляционного суда в Постановлении от 06.07.2023 по делу № А67-2446/2022 о том, 07.08.2020 оборудование, принадлежащее на праве собственности ФИО3, по договору аренды передано ООО «НТУ» сроком на 1 год, сторонами утверждается, что все оборудование принадлежало ФИО4 и продано ФИО5, соответственно ФИО3 не принадлежало.

Однако, договор между ФИО10 и ФИО3 № 21/07/2017 от 21.07.2017 был «выложен» в группе WhatsApp, что никем не оспаривался, из переписки и пояснений сторон следует наличие договоренности разделить имущество на троих участников.

Также стороны оспаривают вывод, отраженный в решении Кировского районного суда г. Томска по делу № 2-187/2022 о том, что 18.09.2020 платежным поручением № 16 обществом с ограниченной ответственностью «Дробильно-сортировочный завод» перечислено ФИО3 денежных средств в размере 74 000 руб. с назначением платежа «оплата по договору аренды № 1 от 07.08.2020 арендная плата за землю и оборудование за август 2020 года», 24 000 руб. от данной суммы оплачены в счет аренды за оборудование по договору аренды оборудования № 2 от 07.08.2020.

 

В судебном заседании 05.03.2024 суд отказал в удовлетворении ходатайства истца об утверждении судом мирового соглашения, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «ДСЗ» и ФИО2.

Так, согласно условиям мирового соглашения, заключенного 04.03.2024 между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и обществом с ограниченной ответственностью «Дробильно-сортировочный завод»:

1. Настоящее Соглашение заключается Сторонами в соответствии со ст. 138-141 АПК РФ с целью мирного урегулирования спора по делу А67-6208/2023, рассматриваемому в Арбитражном суде Томской области, в результате которого Истец обратился с иском о признании недействительным Договора аренды №3 от 07.08.2020.

2. По настоящему мировому соглашению Ответчик признает в полном объеме исковые требования Истца о признании недействительной сделкой Договора аренды №3 от 07.08.2020 с момента его заключения.

3. Ответчик признает, что он не являлся собственником следующего оборудования: Дробилка КМД 1200Т 1шт., Насосные станции ПБ 100/16 15/1470 Ид. №А-32, г. вып. 1990 1шт., Емкость алюминиевая (для нефтепродуктов) Ид.№А-31, г. вып. 1980 2шт, АЗС (1 колонка, 2 емкости для ГСМ) Ид.А-33, г. вып. 1980 1 шт., ВЛ-бкВ (2,8км) Ид.№А-38 1 шт., Приемный бункер объем 24 куб.м. Ид.№А-25, г. вып. 1990 1 шт., Классификатор 1 шт., Склад металлический (передвижной) Ид.№А-26 г. вып. 1990 1 шт. (далее - оборудование) ни к 07.08.2020, ни позднее.

4. Стороны признают фактическое отсутствие на земельном участке, расположенного по адресу Кемеровская область, Юргинский район, северо-восточнее д. Пятково, кад. номер: 42:17:0101047:21, оборудования как на дату заключения Договора аренды № 3 от 07.08.2020, так и в настоящее время.

5. Стороны признают, что обозначенное в Договоре аренды № 3 от 07.08.2020 оборудование Истцу не передавалось и им не использовалось, производственная деятельность в 2020 г. не велась, в связи с чем обязанности по возврату этого оборудования у Истца отсутствуют, как и основания для начисления и выплаты арендной платы.

6. Стороны подтверждают отнесение платежа от 21.09.2020 № 15 с назначением: «Оплата по договору аренды № 2 от 07.08.2020 г. арендная плата за землю и оборудование за август 2020 г.» целиком в уплату арендных платежей по Договору аренды земельного участка № 1 от 07.08.2020, что уже было установлено во вступивших в законную силу судебных актах Арбитражного суда Томской области по делу А67-5041/2023 и делу А67-8932/2023.

7. Все судебные расходы, прямо или косвенно связанные с настоящим делом, Сторонами друг другу не возмещаются и лежат исключительно на той Стороне, которая их понесла. Стороны, в том числе отказываются от взыскания любых судебных расходов (убытков) по настоящему делу с третьих лиц: ФИО3 и ФИО6 в связи с рассмотрением настоящего дела в суде первой инстанции.

8. Стороны гарантируют, что настоящее Соглашение не нарушает права и законные интересы третьих лиц и не противоречит закону.

9. При соблюдении условий Мирового соглашения стороны не будут иметь друг к другу материальных и иных претензий.

Рассматривая ходатайство об утверждении мирового соглашения, суд находит его не подлежащим удовлетворению.

Согласно ст. 138 АПК РФ стороны могут урегулировать спор, заключив мировое соглашение. 

Мировое соглашение не может нарушать права и законные интересы других лиц и противоречить закону (п. 3 ст. 139 АПК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2014 N 50 "О примирении сторон в арбитражном процессе" (далее - Постановление N 50), мировое соглашение представляет собой соглашение сторон, то есть сделку, вследствие чего к этому соглашению, являющемуся одним из средств защиты субъективных прав, помимо норм процессуального права, подлежат применению нормы гражданского права о договорах, в том числе правила о свободе договора (статья 421 ГК РФ).

В соответствии со статьей 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

В пункте 13 Постановления N 50 стороны при заключении мирового соглашения могут самостоятельно распоряжаться принадлежащими им материальными правами, они свободны в согласовании любых условий мирового соглашения, не противоречащих федеральному закону и не нарушающих права и законные интересы других лиц, в том числе при включении в мировое соглашение положений, которые связаны с заявленными требованиями, но не были предметом судебного разбирательства.

С учетом приведенных доводах о злоупотреблении сторонами, утверждение мирового соглашения в такой ситуации позволит сторонам через реализацию процессуальных правомочий констатировать недействительность оспариваемого договора под видом судебного контроля без учета мнения возражающих заинтересованных лиц (ФИО3 и ФИО6), что нарушит их права. 

 

В судебном заседании представитель ответчика признал иск в полном объеме.

В соответствии с частью 3 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчик вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде любой инстанции признать иск полностью или частично.

В соответствии с абзацем третьим пункта 3 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае признания иска ответчиком в мотивировочной части решения может быть указано только на признание иска ответчиком и принятие его судом.

В силу части 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. В этих случаях суд рассматривает дело по существу.

Одной из основополагающих целей процессуального законодательства является восстановление нарушенных прав (статьи 2, 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), что обеспечивается посредством установления судебной истины в рамках арбитражного судопроизводства.

Наличие корпоративного конфликта между участниками ООО «ДСЗ» предполагает вероятность наличия у каждой из сторон латентного намерения причинить оппоненту максимально возможный ущерб, ущемить его права.

Суд полагает, что принятие признания иска ответчиком приведет к нарушению прав третьих лиц ФИО3 и ФИО6, поскольку повлечет за собой удовлетворение исковых требований без оценки возражений, выраженных в отзывах и дополнениях к отзывам третьих лиц. Последствием такого решения также может являться искажение фактической картины сложившихся отношений, правовой определенности, возможного взыскания убытков, а также обходу преюдициально установленных фактов и иных выводов судов, к необоснованному возложению на них судебных расходов.

Целью признания иска и заключения мирового соглашения является действительное примирение сторон без намерения ущемления прав иных лиц. В данном случае стороны преследуют иные  цели.

Согласно статье 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пунктом 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации основной задачей судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность. Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права.

Согласно части 5 статьи 2 АПК РФ одной из задач судопроизводства в арбитражных судах является формирование уважительного отношения к закону и суду.

Предъявление настоящего иска с учетом приведенных обоснований направлено на обход состоявшихся выводов судов, искажение фактически сложившихся отношений, обстоятельств, сопряжено со злоупотреблением сторонами правами  и  не несет восстановительной функции.

Иной подход позволит «дружественным» лицам под видом судебной защиты обходить не удовлетворяющие их судебные акты и достигать противоречащие законодательному регулированию  цели.

С учетом изложенных обстоятельств иск удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 49, 110, 167 – 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд, 

 

Р Е Ш И Л:

В принятии признания иска ответчиком отказать.

В удовлетворении исковых требований отказать полностью.

 

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его вынесения (изготовления решения в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Томской области.

 

                        Судья                                                                                    М.В. Пирогов