ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-172/2020-2

05 марта 2024 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена   21 февраля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  05 марта 2024 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  судьи Тарасовой М.В., 

судей  Герасимовой Е.А., Кротова С.М.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии посредством использования системы веб-конференции:

ФИО2 (паспорт), 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3 (регистрационный номер 13АП-215/2024) и финансового управляющего ФИО4, утвержденной в деле о банкротстве ФИО3, (регистрационный номер 13АП-44847/2023) на определение Арбитражного суда Калининградской области от 30.11.2023 обособленному спору №А21-172/2020-2 (судья Скорнякова Ю.В.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 об истребовании у ФИО6 и ФИО3 имущества и документации должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Нестеровский маслосырзавод», 

 

установил:

ФНС России обратилась в Арбитражный суд Калининградской области (далее - арбитражный суд) с заявлением о признании ООО «Нестеровский маслосырзавод» несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника.

Решением арбитражного суда от 16.11.2021 ООО «Нестеровский маслосырзавод» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника; конкурсным управляющим утверждена ФИО5. 

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением, уточнив его в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса (далее – АПК РФ) об истребовании у ФИО6 и ФИО3 документации должника (26 позиций). 

Определением суда первой инстанции от 23.06.2022 в удовлетворении заявления отказано.

 Не согласившись с определением, конкурсный управляющий обжаловал его в апелляционном порядке. 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права, влекущем безусловную отмену принятого по делу судебного акта и определением от 12.09.2022 перешел к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции. ФИО3 привлечен к участию в деле в качестве соответчика. 

Постановлением от 28.11.2022 определение арбитражного суда от 23.06.2022 отменено и в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.03.2023 вышеуказанные судебные акты отменены, вопрос направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении конкурсный управляющий заявил об уточнении требований, которое принято судом первой инстанции. 

Определением от 30.11.2023 арбитражный суд удовлетворил требования конкурсного управляющего частично, обязал ФИО3 передать конкурсному управляющему следующие документы (либо сведения об их отсутствии): 

1. Документы по личному составу работников предприятия (личные карточки, приказы о приеме и увольнении, трудовые договора, расчетные и платежные ведомости). Вышеуказанные документы должны быть прошиты в отдельные дела на 4 прокола в твердую обложку из картона с учетом возможности свободного чтения текста всех документов, дат, виз и резолюций на них. Приказы по личному составу, ведомости о начислении заработной платы, акты о несчастных случаях формируются по годам, а личные карточки формы №Т-2 и лицевые счета - в алфавитном порядке. При формировании дела листы должны находиться в строго хронологическом порядке. Допустимое количество листов в деле - 250, но при этом толщина дела не должна превышать 4 см. Все листы нумеруются карандашом в правом верхнем углу. В начале дела кладется чистый лист, в конце каждого дела подшивается лист - заверитель. Чистый лист бумаги и лист – заверитель не нумеруются. Листы дел, состоящие из нескольких томов или частей, нумеруются по каждому тому или по каждой части отдельно.

2. Информацию о дебиторской задолженности и первичные документы, подтверждающие дебиторскую задолженность (с приложением списка дебиторов с указанием размера дебиторской задолженности по каждому дебитору на дату подачи заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

3. Перечень кредиторов должника с указанием размера основной задолженности, штрафов, пеней и иных финансовых (экономических) санкций за ненадлежащее выполнение обязательств по каждому кредитору и срока наступления их исполнения на дату подачи заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), а также за период продолжительностью не менее 2 лет до даты подачи заявления о признании должника несостоятельным (банкротом);

4. Сведения о фактической численности работников в форме справки, утвержденное штатное расписание или штатную расстановку рабочих;

5. Сведения о задолженности по заработной плате;

6. Документы первичного бухгалтерского учета, бухгалтерской отчетности (квартальные и годовые балансы (форма № 1, 2) с отметкой налоговой инспекции, внебюджетные фонды и органы статистики (расчетные ведомости), с соответствующими отметками о принятии) за период 2015-2018 гг.; 

7. Договоры, на основании которых производилось отчуждение или приобретение имущества должника, изменение структуры активов, увеличение или уменьшение кредиторской задолженности, и иные документы о финансово-хозяйственной деятельности должника;

8. Перечень имущества должника на дату подачи заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), а также перечень имущества должника, приобретенного или отчужденного в исследуемый период, с приложением правоустанавливающих документов; 

9. Сведения об аффилированных лицах должника; 

10. Материалы налоговых проверок должника; 

11. Учредительные документы (устав, учредительный договор, свидетельство о регистрации, с соответствующими изменениями, если таковые производились); 

12. Документы, подтверждающие права на недвижимое имущество предприятия, земельный участок, технический паспорт (при наличии); 

13. Учетную политику и документы утвердившие ее; 

14. Последние акты инвентаризации имущества и финансовых обязательств, последние инвентаризационные ведомости (в том числе акций, облигаций, ценных бумаг) по установленным формам; 

15. Сведения об основных направлениях деятельности (основных видах продукции, работ, услуг) в форме пояснительной записки; 

16. Сведения об обременении имущества обязательствами перед третьими лицами (аренда, залог и т.п.); 

17. Сведения о внутренней структуре предприятия, перечень его структурных подразделений, филиалов и представительств;

18. Наименование и адреса организаций, в которых ООО «Нестеровский Маслосырзавод» является учредителем (участником), сведения о доле участия; 

19. Информацию о всех сделках должника за последние 3 года до даты введения конкурсного производства, с приложением договоров. 

20. Печать и штампы организации. 

21. Транспортные средства и документы на него, принадлежащие организации на праве собственности, а именно

№ п/п

Дата рег. действий

ГРН

Марка АМТС

Модель АМТС

Год выпуска

VIN

1

31.10.2013

О544ОА39

ИВЕКО 40С15

TURBODAILY

2003

ZCFC40A000D221654

2

11.12.2013

О331ТО39

Форд

TRANSIT 100 TDE

1999

WFOLXXGBVLXU42766

В удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 и его финансовый управляющий ФИО4 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят определение от 30.11.2023 отменить, в удовлетворении требований конкурсного управляющего ООО «Нестеровский маслосырзавод» об истребовании документов и имущества у ФИО3 отказать.

Финансовый управляющий утверждает, что суд первой инстанции достоверно не установил факт нахождения документов и имущества у ФИО3, однако истребовал их в полном объеме. Решение основано исключительно на пояснениях ФИО6 Запись на уведомлении ликвидатора «принято 01.03.2018» сделана не ФИО3, однако суд первой инстанции подлинник документа не истребовал, почерк ФИО3 не сличил. Запись о недостоверности сведений в отношении ФИО6 внесена в ЕГРЮЛ 15.07.2021, однако суд первой инстанции указал иные периоды руководства ответчиков. Финансовый управляющий настаивает на том, что документы были переданы ликвидатору, который осуществлял свою деятельность на протяжении 9 месяцев (по его словам). Акт приема-передачи в регистрационном деле отсутствует. Конкурсным управляющим не опровергнуты факты отсутствия финансовой деятельности предприятия с 2016 года. Судом не установлен и факт нахождения транспортных средств во владении ФИО3, неправомерного удержания им имущества должника. С 20.10.2022 ФИО3 является мобилизованным и принимает участие в специальной военной операции. Финансовый управляющий настаивает на том, что принятый судебный акт не исполним.

ФИО3 в апелляционной жалобе приводит аналогичные доводы, ссылается на отсутствие у него каких-либо документов и имущества ООО «Нестеровский маслосырзавод» и неисполнимость принятого судом решения.

В отзыве ФИО7 по доводам апеллянтов возражает, указывает, что ФИО3 предпринимает попытки избежать субсидиарной ответственности в будущем за непередачу документации должника и пытается извлечь преимущество из своего недобросовестного поведения. ФИО7 ссылается на то, что в сентябре 2022 года ФИО3 лично знакомился с материалами дела, 19.10.2022 представлял отзыв в суд первой инстанции, а доводы о том, что на уведомлении ФИО6 содержится не его подпись, заявил только по прошествии года через своего финансового управляющего, что вызывает обоснованные сомнения в правдивости утверждения апеллянта. ФИО7 также обращает внимание на то, что заявление о недостоверности сведений о нем в ЕГРЮЛ подано в налоговый орган 20.02.2019, о чем в ЕГРЮЛ сделана соответствующая запись. Именно эти документы и были истребованы судом первой инстанции. ФИО3 предоставляет в суде противоречивые сведения и пояснения. Вопреки доводам апеллянтов, сведения о приеме-передаче документов в регистрационном деле и не должны содержаться, поскольку не являются обязательными. ФИО3 ранее пояснил, что автомобили ООО «Нестеровский маслосырзавод» у него отсутствуют, поскольку транспортное средство марки ИВЕКО 40С15 он реализовал несколько лет назад в счет погашения некой задолженности, а второй автомобиль марки Форд был сдан на металлолом. ФИО3 скрыл указанную информацию от ликвидатора, документов должника по имуществу, а также никаких иных первичных документов бухгалтерского учета не передавал, а только учредительные документы. Именно в связи с прекращением учредителем должника контактов по прошествии двух месяцев, а также вследствие непредставления документов для составления промежуточного ликвидационного баланса ФИО7 принял решение о расторжении договора о ликвидации общества и освобождения от должности ликвидатора, уведомление было принято ФИО3 лично, как и вся учредительная документация. В связи с необращением в регистрирующий орган по поводы смены руководителя ФИО7 самостоятельно заявил о недостоверности сведений в ЕГРЮЛ. С марта 2018 года учредитель не обращался к Мельнику С.Е. за истребованием каких-либо документов, что должен был сделать на его месте добросовестный и разумный руководитель, потому ФИО7 настаивает на том, что ФИО3 в настоящий момент злоупотребляет правами и искажает фактические обстоятельства дела. 

В суд апелляционной инстанции 21.02.2024 поступил отзыв конкурсного управляющего на апелляционные жалобы, который судом апелляционной инстанции к материалам дела не приобщен и во внимание не принят в связи с отсутствием доказательств его заблаговременного направления другим лицам, участвующим в деле, и получения его указанными лицами (часть 2 статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ). Поскольку отзыв подан в апелляционный суд в электронном виде, оснований для его возврата на бумажном носителе не имеется.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В судебном заседании ФИО7 поддержал позицию, изложенную в отзыве; надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем, в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения в пределах доводов апелляционных жалоб (часть 5 статьи 268 АПК РФ – в части истребования документов у ФИО3) проверены в апелляционном порядке.

Настоящее дело рассматривалось судом первой инстанции после отмены судебных актов постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.03.2023.

При этом ранее по делу было установлено следующее.

ООО «Нестеровский маслосырзавод» зарегистрировано в качестве юридического лица 13.12.2002, с указанной даты ФИО3 являлся его учредителем. С 18.06.2014 ФИО3 указан в качестве единственного участника должника. Руководителями должника последовательно значились: в период с 30.06.2009 по 05.06.2017 ФИО3, с 06.06.2017 до момента признания должника несостоятельным (банкротом) – ФИО6

Основным видом деятельности Общества указано производство молока (кроме сырого) и молочной продукции. 

В ЕГРЮЛ 06.06.2017 внесена запись о принятии участником общества решения о ликвидации, ликвидатором назначен ФИО6

Требование конкурсного управляющего об обязании передать документацию должника, включая сведения об имуществе должника и о сделках с ним, основано на положениях пункта 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и адресовано как учредителю должника, так и ликвидатору.

ФИО6 указал на то, что не является ликвидатором должника с 01.03.2018, поскольку направил в адрес ФИО3 уведомление в указанную дату о расторжении договора о проведении ликвидации и об освобождении его от должности ликвидатора. 

ФИО3 против удовлетворения заявленных к нему требований возражал, ссылаясь на то, что общество прекратило хозяйственную деятельность с 2016 года, в связи с чем, 06.06.2017 было принято решение о его ликвидации. По утверждению ФИО3 документы общества были переданы ликвидатору Мельнику Е.С., и дальнейшая судьба этих документов участнику не известна.

Отменяя судебные акты нижестоящих судов по настоящему делу, суд кассационной инстанции обратил внимание на следующее.  

Ограничение периода, за который передаются документы, тремя годами до введения процедуры применяется в отношении сведений, подлежащих передаче временному управляющему в процедуре наблюдения, поскольку указанный период охватывается периодом проведения временным управляющим анализа финансово-хозяйственной деятельности должника для целей проверки возможности восстановления его платежеспособности.

Вместе с тем, такое ограничение фактически не распространяется на процедуру конкурсного производства, поскольку основным критерием для определения состава документации, подлежащей передаче конкурсному управляющему, по смыслу разъяснений пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление №53) является возможность использования этой документации для формирования конкурсной массы, в частности, документация, отражающая имущественное положение должника на момент фактического прекращения его деятельности и составления бухгалтерской и налоговой отчетности.

Суд кассационной инстанции обратил внимание на то, что правоустанавливающие документы в отношении имущества должника не утрачивают своей актуальности с течением времени.

Документация общества должна сохраняться по месту его регистрации, в ведении руководителя общества вне зависимости от фактического осуществления обществом деятельности, в течение нормативных сроков хранения, установленных для соответствующих видов документации.

В этой связи кассационный суд указал, что доводы о фактическом прекращении деятельности должника не могли быть приняты в качестве подтверждения отсутствия документации общества у ответчиков.

Сведения об уничтожении документации общества в связи с истечением срока ее хранения отсутствуют.

Заявление ФИО6 о прекращении его полномочий в качестве ликвидатора не свидетельствует об утрате, в связи с этим, доступа к документации должника. По утверждению ФИО3, документация общества была передана Мельнику Е.С., последний сведений о судьбе этой документации не раскрыл.

Презумпции наличия документации должника по месту его нахождения и введении единоличного исполнительного органа может быть опровергнута в ходе рассмотрения конкретного спора. В данном обособленном споре опровержения этой презумпции не представлено.

Обоими ответчиками в материалы дела представлены противоречивые сведения о судьбе документации должника, обстоятельства хранения этой документации, лица, которые осуществляли это хранение, ответчиками не раскрыты.

Указанные противоречия апелляционным судом при рассмотрении дела по правилам суда первой инстанции не устранены и фактические обстоятельства, связанные с местом хранения и судьбой документации должника не установлены. 

При новом рассмотрении дела, оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, руководствуясь статьей 126 Закона о банкротстве, статьей статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», разъяснениями в пункте 24 постановления №53, принимая во внимание пояснения ФИО6, а также то, что документального подтверждения того, что ФИО3 передавал какую-либо документацию Мельнику Е.С. в материалы дела не представлено, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных требований – истребования документов и имущества у ФИО3 

   Исследовав доводы подателей апелляционных жалоб в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд по существу спора не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права. Апелляционный суд вместе с тем полагает возможным изменить формулировку резолютивной части судебного акта, касающуюся истребования автомобилей.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника. Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Во втором абзаце пункта 24 постановления №53 разъяснено, что конкурсный управляющий вправе требовать от руководителя и иных лиц по суду исполнения в натуре обязанности по передаче документации применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Как указано в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление №7), в соответствии с пунктом 1 статьи 308.3, статьей 396 ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено названным Кодексом, иными законами или договором, либо не вытекает из существа обязательства. При этом следует учитывать, что в соответствии со статьями 309 и 310 ГК РФ должник не вправе произвольно отказаться от надлежащего исполнения обязательства.

По смыслу этих разъяснений, а также позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 30.01.2017 №305-ЭС16-14210, от 24.10.2017 №308-ЭС17-8172, возлагаемая по суду обязанность по исполнению обязательства в натуре для ответчика должна быть объективно и субъективно исполнимой. Судебный акт, обязывающий передать документы должен быть исполнимым (статья 16 АПК РФ).

Объективная невозможность исполнения руководителем обязанности по передаче имущества арбитражному управляющему исключает возможность удовлетворения судом требования об исполнении им в натуре обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве.

Необходимость исследования вопроса о фактическом наличии имущества должника у бывшего (предыдущего) руководителя обусловлена принципом исполнимости судебного акта.

В соответствии с правовыми позициями по вопросу рассмотрения судами споров по заявлениям конкурсных управляющих об истребовании у бывших руководителей документов и имущества должника, изложенными в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 №306-ЭС19-2986 и от 08.10.2020 №305-ЭС20-1476(2), при удовлетворении соответствующего заявления конкурсного управляющего должны быть обеспечены принципы правовой определенности и исполнимости судебного акта об истребовании (обязании передать) документы и имущество; способ защиты права должен соотноситься с характером допущенного нарушения, в связи с чем иск о понуждении к исполнению обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, допустим в ситуации, когда бывший руководитель (или иное лицо) должника уклоняется от участия в передаче конкурсному управляющему имущества, владение которым должник не утратил, создает препятствие в доступе к такому имуществу.

ФИО3 не опроверг презумпцию нахождения у него документов должника, доказательств их передачи Мельнику  Е.С. не представил, сведений об их уничтожении документально не подтвердил. Доводы о прекращении обществом хозяйственной деятельности с 2017 года получили правовую оценку со стороны суда кассационной инстанции, отклонены им и правового значения не имеют. 

Отсутствие (непередача руководителем или иным ответственным лицом управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняет проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Скрывая, уничтожая, искажая, производя иные манипуляции с названной документацией, руководитель или иное ответственное лицо (в данном случае учредитель) утаивает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение управляющего и кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N305-ЭС18-14622(4,5,6).

ФИО3 ссылается на передачу всех документов ликвидатору, однако факт такой передачи не подтвердил.

Статус учредителя ООО «Нестеровский маслосырзавод» ФИО3 не утратил, тогда как ФИО7, в свою очередь, совершил все доступные действия для снятия с себя полномочий ликвидатора в связи с невозможностью доведения процедуры до конца, исходя из недостаточности информации и отсутствия документов общества. 

Факт уведомления Мельником С.Е. ФИО3 о расторжении договора о ликвидации общества не опровергнут надлежащими доказательствами.

Доводы о том, что запись ФИО3 о принятии уведомления ликвидатора 01.03.2018 не соответствует действительности (выполнена другим лицом) заявлены только при новом рассмотрении спора, по прошествии года. Ранее ФИО3 на данное обстоятельство не ссылался, о проведении экспертизы не заявлял. С учетом этого апелляционная коллегия исходит из обоснованности пояснений ФИО6 о принятии им решения о расторжении договора на ликвидацию общества в связи с прекращением взаимодействия с учредителем общества и отсутствием документации последнего. 

ФИО3 не объяснил собственного бездействия, выразившегося в неистребовании документов у лица, с которым последний заключил договор о ликвидации подконтрольного общества, если согласиться с его доводами, что вся необходимая финансовая и иная документация действительно была передана Мельнику С.Е. и не возвращена последним. О прекращении полномочий ликвидатора ФИО3 также не заявлял. О том, что процесс ликвидации не был завершен с 2017 года ФИО3 не мог не знать. 

При этом апелляционный суд принимает во внимание, что доказательств нахождения транспортных средств у ФИО3 в материалах дела не имеется, последний ранее сообщал Мельнику С.Е. о фактах распоряжения названным имуществом. В указанной части судебный акт надлежит изменить, истребовав у ФИО3 документы о совершенных с автомобилями сделках за период после 31.10.2013 и 11.12.2013 (даты государственной регистрации учета транспортных средств за должником), а также информацию о местонахождении транспортных средств. 

При этом апелляционный суд исходит из того, что учредитель не может не знать причин и обстоятельств уменьшения объема активов общества, отчуждения и утраты движимого имущества.   

Доводы, приведенные в апелляционных жалобах, не опровергают по существу обстоятельств, установленных судом первой инстанции при рассмотрении настоящего дела, и, соответственно, не влияют на законность принятого судом судебного акта за исключением той части, которую суд апелляционной инстанции полагает необходимым изменить. 

Оснований для отмены судебного акта в полном объеме и отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего, предъявленных к ФИО3, суд апелляционной инстанции не установил.

Обоснованность судебного акта в части отказа в истребовании документов у Мельника С.И. судом апелляционной инстанции не проверялась ввиду отсутствия такого требования в просительной части апелляционных жалоб ФИО3 и его финансового управляющего. 

Руководствуясь статьей 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

определение Арбитражного суда Калининградской области от 30.11.2023 обособленному спору №А21-172/2020-2 изменить, изложив пункт 21 резолютивной части указанного определения в следующей редакции: 

 «документы, отражающие сделки, совершенные должником после 31.10.2013 и 11.12.2013 в отношении транспортных средств ИВЕКО 40С15, TURBODAILY, ГРН О544ОА39 VIN 

<

***> года выпуска и  Форд TRANSIT 100 TDE, ГРНО331ТО39 VIN 

<

***> года выпуска, а также сведения об адресе местонахождения данных транспортных средств.».

В остальной части обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

М.В. Тарасова

Судьи

Е.А. Герасимова

 С.М. Кротов