728/2018-102635(2) 

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности определения арбитражного суда,  

не вступившего в законную силу

Дело № А65-1332/2017

г. Самара

03 июля 2018г.

Резолютивная часть постановления объявлена 26 июня 2018 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 03 июля 2018 года.  

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: Председательствующего судьи Александрова А.И., судей Колодиной Т.И., Садило Г.М., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, в  отсутствии лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и  месте судебного заседания,  

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале № 7, апелляционную жалобу  ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики  Татарстан от 03 мая 2018 года о признании недействительным договора купли-продажи  квартиры от 25.12.2015 года заключенного между должником и ФИО2,  применении последствий недействительности сделки по делу № А65-1332/2017 (судья  Маннанова А.К.), в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Гармония», ИНН  

<

***>.  

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Республики Татарстан 24 января 2017 года поступило  заявление акционерного общества «БМ-Банк», г.Москва, о признании акционерного  общества «Гармония», г.Казань, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее –  должник, АО «Гармония»), несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30 января 2017 года  требование принято к производству, назначено судебное заседание по проверке  обоснованности заявления.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 мая 2017 года (дата  оглашения резолютивной части 11 мая 2017 года) признано обоснованным заявление  акционерного общества «БМ-Банк», г.Москва, в отношении АО «Гармония», введена  процедура банкротства наблюдение; временным управляющим должника утверждена  кандидатура ФИО3, являющегося членом некоммерческого  партнерства «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных  арбитражных управляющих»; соответствующие сведения опубликованы в газете  «Коммерсантъ» № 88 от 20.05.2017.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03 августа 2017 года  (резолютивная часть решения оглашен 02 августа 2017 года) в отношении АО  «Гармония», открыто конкурсное производство. Исполнение обязанностей конкурсного  управляющего АО «Гармония» возложено на временного управляющего должником -  ФИО3, являющегося членом некоммерческого партнерства  

«Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных  управляющих».  

В Арбитражный суд Республики Татарстан 31 августа 2017 г. поступило заявление  исполняющего обязанности конкурсного управляющего АО «Гармония» ФИО3, о признании сделки недействительным и применении последствий  недействительности сделки, (вх. № 28918).  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.11.2017г.  конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3, являющийся  членом некоммерческого партнерства «Межрегиональная саморегулируемая организация  профессиональных арбитражных управляющих» (109071, 

<

...>).  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.11.2017 г., по делу  назначена судебная экспертиза. 02.04.2018 в суд первой инстанции поступило заключение  эксперта № 0303/Э-18 от 30.03.018.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03 мая 2018 г. по делу   № А65-1332/2017 заявление конкурсного управляющего АО «Гармония» ФИО3, о признании сделки (договора купли-продажи квартиры б/н от 25.12.2015)  недействительным и применении последствий недействительности сделки,  удовлетворено.  

Признан недействительным договор купли-продажи квартиры б/н от 25.12.2015,  заключенный между АО «Гармония» и ФИО2.  

Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в пользу АО «Гармония» 6 392 000 рублей, 8 000 рублей  расходов за проведение экспертизы.  

Взыскано с ФИО2 в доход федерального бюджета  6 000 рублей государственной пошлины.  

Восстановлено право требования ФИО2 к  акционерному обществу «Гармония», г.Казань, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  в размере 1 000 000 рублей (цена по договору купли-продажи квартиры б/н от 25.12.2015).  

С депозитного счета Арбитражного суда Республики Татарстан обществу с  ограниченной ответственностью «Регион Эксперт» (ИНН 

<

***>) на основании счета   № 15 от 30.03.2018 выплачена денежная сумма в размере 8 000 (восемь тысяч) рублей,  перечисленные на депозитный счет Арбитражного суда Республики Татарстан обществом  с ограниченной ответственностью ВТБ (ИНН 

<

***>) за Акционерное общество  «Гармония», г.Казань, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), по платежному  поручению № 3415 от 16.11.2017.  

Перечислено Акционерному обществу «Гармония», г.Казань, (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>), с депозитного счета Арбитражного суда Республики  Татарстан излишне перечисленную сумму по платежному поручению № 3415 от  16.11.2017 за проведение экспертизы в размере 7 000 (семь тысяч) рублей по реквизитам,  указанным в заявлении.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2  обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение  отменить, вынести новый судебный акт, отказав в удовлетворении заявления.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11 мая 2018  года апелляционная жалоба оставлена без движения.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28 мая 2018  года апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 26  июня 2018 года.  

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о  времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном  сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу:  www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.  

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте  рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения  

информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах  Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской  Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих  представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба  рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

От представителя конкурсного управляющего должника поступила письменная  позиция по апелляционной жалобе, содержащая ходатайство о рассмотрении  апелляционной жалобы в его отсутствие.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в  соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов  содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и  имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не  усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.  

На основании статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК  РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Из доказательств, имеющихся в материалах дела следует, что 25.12.2015 между АО  «Гармония» (должника) и ФИО2 (ответчик) был заключен договор купли- продажи квартиры б/н, в соответствии с условиями которого, должник продает, а ответчик  покупает квартиру № 73 на 10 этаже многоквартирного жилого дома № 60 по ул. Калинина,  г. Казань, общей площадью 119,1 кв.м., инвентарный номер, литер 6272-73,  16:50:011131:38:4/69 (п.1. договора).  

Согласно п.3. договора стоимость квартиры составляет 1 000 000 рублей. 

В качестве доказательств оплаты по договору купли продажи квартиры  конкурсный управляющий представил копию приходного кассового ордера № 1 от  02.06.2016, ответчик, в свою очередь, копию квитанции к приходному косовому ордеру   № 1 от 02.06.2016 .  

Полагая, что договор от 25.12.2015, заключенный в течение трех лет до принятия  заявления о признании должника банкротом, при наличии у должника признаков  неплатежеспособности, заключен с заинтересованным лицом, при неравноценном  встречном исполнении, вследствие чего был причинен вред имущественным правам  кредиторов, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд  Республики Татарстан с заявлением о признании его недействительным на основании п. 2  ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации  (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем  Федеральном законе.  

В силу положений статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании  сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве  должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.  

Из разъяснений, содержащихся в п. 9 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010г. № 63 «О некоторых  вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве) (далее по тексту - Постановление Пленума ВАС РФ от  23 декабря 2010г. № 63) следует, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия  заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания  ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о  

банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной  статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была  совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления  о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на  основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им  обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего постановления).  

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих  оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается,  что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если  она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или  недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе  должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей  (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:  

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности  составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для  кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов  должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю  отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления  кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо  скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы,  документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение  которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате  ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению  бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания  его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Согласно разъяснениям данным пункту 5 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС № 63) для признания сделки  недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» необходимо доказать наличие совокупности  следующих обстоятельств:  

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника  к моменту совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду,  что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества  должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также  иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий,  приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности  кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за  счет его имущества.  

Статьей 2 Закона о банкротстве предусмотрено, что под вредом, причиненным  имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера  имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к  должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически  значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов  получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его  имущества.  

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления Пленума ВАС №  63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности  или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами  вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)», среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в  отношении заинтересованного лица.  

При этом для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2  статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» презумпций само  по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в  статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков  неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления  Пленума ВАС РФ № 63).  

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» предполагается, что другая сторона сделки знала о  совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она  признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или  должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции  являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной  сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об  указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя  разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность,  установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 Постановление Пленума ВАС № 63).  

Согласно абзацам 33 и 34 ст. 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества -  превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных  платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника;  неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных  обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное  недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств  предполагается, если не доказано иное.  

В силу части 1 статьи 64, статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие  обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а  также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на  основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется  

правилами статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  об относимости и допустимости доказательств.  

В рассматриваемом случае оспариваемая сделка совершена 25 декабря 2015 г., то  есть в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом  (определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30 января 2017 г.), в пределах  периода подозрительности, определенного пунктом 2 статьи 61.2 Закона банкротстве.  

Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных  обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью  имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения  должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных  платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность  денежных средств предполагается, если не доказано иное (статья 2 Закона о банкротстве).  

Признак неплатежеспособности подразумевает недостаточность денежных средств,  при этом законодательно сформулирована презумпция названного обстоятельства,  которая может быть опровергнута (абзац тридцать четвертый статьи 2 Закона о  банкротстве).  

Согласно бухгалтерского баланса должника на 31.12.2015 следует, что стоимость  имущества (основных средств) должника на указанный отчетный период составила  70 007 000 рублей. Однако долгосрочные заемные средства (стр.1410) должника за  указанный период составили 618 747 000 рублей, краткосрочные заемные средства –  12 818 000 рублей, кредиторская задолженность – 1 756 000 рублей.  

Таким образом, по состоянию на 31.12.2015 обязательства должника составили  633 330 000 рублей, что многократно превышает стоимость основных средств за  указанный период.  

Данные обстоятельства как верно указал суд первой инстанции в обжалуемом  судебном акте, подтверждают факт неплатежеспособности должника.  

Кроме того, за указанный период в отношении должника были открыты  исполнительные производства ИП № 97465/15/16003-ИП от 05.10.2015, № 33648/15/16005- ИП от 13.05.2015, № 98108/15/16003-ИП от 07.10.2015.  

Также у должника имелись неисполненные обязательства по возврату кредита по  договору № 12/3028/0/25-2013 от 12.02.2013 перед ООО «Внешпромбанк» в размере  50 000 000 рублей.  

Наличие просроченных обязательств перед иными кредиторами, на момент  совершения оспариваемой сделки, подтверждается реестром требований кредиторов.  

По смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца  третьего пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы  111.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» указанные  обстоятельства подтверждают факт неплатежеспособности должника в период  заключения оспариваемой сделки.  

При этом не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или  иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака  неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен  зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего  отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. В противном  случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования  содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных  сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно  противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования  института несостоятельности (аналогичная правовая позиция изложена в определении  Верховного суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3)).  

С учетом вышеизложенного и установленных по делу обстоятельств суд  апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что на дату  заключения договора купли-продажи от 25.12.2015 должник отвечал признаку  

неплатежеспособности и недостаточности имущества. Указанные обстоятельства  заявителем апелляционной жалобы опровергнуты не были.  

Статья 19 Закона о банкротстве определяет круг заинтересованных лиц по  отношению к должнику. Заинтересованными лицами по отношению к должнику  признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135- ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое  является аффилированным лицом должника (пункт 1 статьи 19 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)»).  

Кроме того, заинтересованными лицами по отношению к должнику -  юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в  совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или  иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе  указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента  возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими  лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных  пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении  должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих  видах юридических лиц (пункт 2 статьи 19 Закона о банкротстве).  

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32  «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям,  предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», при  толковании абзаца пятого пункта 1 статьи 19 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)», в силу которого к числу заинтересованных по отношению к должнику лиц  помимо субъектов, прямо указанных в пункте 1 статьи 19 Закона, относятся и иные лица в  случаях, предусмотренных федеральным законом, судам рекомендовано учитывать, что  под иными лицами понимаются лица, признаваемые законодательством о юридических  лицах заинтересованными в совершении юридическим лицом сделки (пункт 1 статьи 81  Федерального закона «Об акционерных обществах», пункт 1 статьи 45 Федерального  закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», пункт 1 статьи 27  Федерального закона «О некоммерческих организациях»).  

Согласно сведениям представленным в материалы дела Управлением ЗАГС от  26.09.2017 исх. № 4502 следует, что ответчик - ФИО2 является  братом ФИО4 (т.2 л.д.6). В свою очередь,  ФИО4 является генеральным директором  должника.  

Оспариваемый договор купли-продажи от 25.12.2015 от имени должника подписан  директором ФИО5, от имени ответчика – ФИО2  

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции в обжалуемом судебном  акте, оспариваемая сделка совершена должником в отношении заинтересованного лица,  который не мог не знать о признаках неплатежеспособности и недостаточности  имущества должника.  

Таким образом, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов при ее  совершении считается установленной.  

Кроме того, заключение оспариваемого договора купли-продажи от 25.12.2015  повлекло причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, выразившееся  в уменьшении размера имущества должника, что привело к утрате возможности  кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за  счет его имущества, поскольку в результате совершенной сделки должник лишился актива  в виде квартиры.  

Отчуждение должником имущества заинтересованному лицу в период  подозрительности, при отсутствии у должника реальной возможности удовлетворить  требования кредиторов повлекло причинение вреда имущественным правам последних.  

Согласно материалам дела, в целях определения рыночной стоимости спорной  квартиры и для проверки доводов заявлений конкурсного управляющего и конкурсного  

кредитора, суд первой инстанции определением от 21 ноября 2017 г. назначил по делу  оценочную судебную экспертизу по определению рыночной стоимости квартиры.  

Перед экспертом были поставлены вопросы: 

- какова была рыночная стоимость объекта недвижимости: Вид объекта  недвижимости: помещение, кадастровый номер 16:50:011131:144, назначение объекта  недвижимости: Жилое, площадь: 119,1 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...> по состоянию на 25 декабря 2015 года.  

12 декабря 2017 года в суд первой инстанции поступило заключение эксперта   № 2583, согласно которого рыночная стоимость объекта недвижимости: Вид объекта  недвижимости: помещение, кадастровый номер 16:50:011131:144, назначение объекта  недвижимости: Жилое, площадь: 119,1 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...> по состоянию на 25 декабря 2015 года,  составила 7 820 000 рублей.  

Однако, суд первой инстанции пришел к выводу, что заключение экспертизы   № 2583, выполненное ООО «Аудит Советник», было составлено с нарушением требований  Закона № 135-ФЗ, и не может быть признано надлежащим доказательством по делу, а  величина оценки, указанная в заключении, по правилам статьи 12 того же Закона не  может быть признана достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с  объектом оценки.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.03.2018 судом  первой инстанции назначена повторная судебная экспертиза, проведение которой поручил  ООО «Регион Эксперт», - эксперту ФИО6.  

Перед экспертом был поставлен вопрос: 

- какова была рыночная стоимость объекта недвижимости, с учетом черновой  отделки: Вид объекта недвижимости: помещение, кадастровый номер 16:50:011131:144,  назначение объекта недвижимости: Жилое, площадь: 119,1 кв.м., расположенного по  адресу: 

<

...>, по состоянию на  25.12.2015 года.  

02.04.2018 в суд поступило заключение эксперта № 0303/Э-18 от 30.03.2018. В  соответствии с заключением эксперта № 0303/Э-18 от 30.03.2018 рыночная стоимость  объекта недвижимости, с учетом черновой отделки: Вид объекта недвижимости:  помещение, кадастровый номер 16:50:011131:144, назначение объекта недвижимости:  Жилое, площадь: 119,1 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>, по состоянию на 25.12.2015 года, составляет 6 392 000 рублей.  

Назначая повторную судебную оценочную экспертизу, суд определи поставить  перед экспертом вопрос об определении рыночной стоимости квартиры с учетом  «черновой» отделки.  

Согласно пункту 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации показания свидетелей допускаются в арбитражном процессе в качестве  доказательств по делу.  

В судебном заседании суда первой инстанции 29 января 2018 года третье лицо -  ФИО7 дал пояснения, что спорная квартира им была приобретена по договору купли  продажи от 29.08.2017, заключенного между ним и ФИО8 по цене 5 109 000  рублей с ремонтом, который был произведен, по его мнению, не более года назад.  

В судебном заседании суда первой инстанции от 21 февраля 2018 года судом был  заслушан свидетель ФИО9, являющаяся покупателем спорной  квартиры по договору купли продажи от 10.06.2016, заключенного между ней и  ответчиком ФИО2 Цена в договоре определена в размере 4 400 000 рублей. В  судебном заседании свидетель ФИО9 сообщила суду, что указанную квартиру по  договору купли продажи она приобрела у ответчика ФИО2 На момент совершения  сделки указанная квартира находилась в состоянии «черновой» отделки. Ремонт квартиры  производился ею.  

В судебном заседании суда первой инстанции от 13 марта 2018 года заслушан  свидетель ФИО10, являющийся работником ТСЖ «Калинина 60». В  судебном заседании свидетель ФИО10 сообщил суду, что в рамках исполнения  

возложенных на него должностных обязанностей имел доступ в спорную квартиру,  проводил инструктаж с рабочими, которые были привлечены собственником квартиры  для проведения ремонта. На момент покупки Гайнановой С.А. у ответчика квартиры  (июнь 2016 года), спорная квартира находилась в состоянии «черновой» отделки.  

Таким образом, как уже было отмечено выше, из заключения эксперта, рыночная  стоимость объекта недвижимости, с учетом черновой отделки по состоянию на 25.12.2015  года, составляет 6 392 000 рублей, что в 6 раз превышает установленную в договоре цену.  

Судом первой инстанции также учтено, что согласно сведениям, размещенным на  сайте Росреестра (www.rosreestr.ru) кадастровая стоимость квартиры составляет  6 311 529,42 рубля (на дату утверждения стоимости – 09.12.2014).  

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации, изложенной в постановлении от 25.06.2013 № 10761/11,  кадастровая и рыночная стоимости объектов взаимосвязаны. Кадастровая стоимость по  существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым характером).  Установление рыночной стоимости, полученной в результате индивидуальной оценки  объекта, направлено, прежде всего, на уточнение результатов массовой оценки,  полученной без учета уникальных характеристик конкретного объекта недвижимости  (определение Верховного суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 305ЭС16-11170).  

В рассматриваемом случае определенная по результатам судебной экспертизы  стоимость квартиры (6 392 000 рублей) оказалась равнозначной ее кадастровой стоимости  (6 311 529,42 рубля).  

Выводы эксперта о многократном занижении стоимости квартиры соотносятся со  сведениями, полученными государственного кадастра недвижимости.  

По мнению заявителя апелляционной жалобы, заключение эксперта № 0303/Э-18 от  30.03.2018 не может быть принято в качестве допустимого доказательства, достоверно  устанавливающего стоимость квартиры.  

Однако суд апелляционной инстанции не может согласиться с данным доводом  апелляционной жалобы, в силу следующего. Как указано в определении о назначении  экспертизы, оценка проводилась по вопросу о рыночной стоимости квартиры по  состоянию на 25.12.2015, а не на момент рассмотрения дела, что не предполагало осмотр  экспертом квартиры и оценку ее фактического состояния на момент проведения  экспертизы.  

При таких обстоятельствах, использованный при исследовании экспертом  сравнительный метод вследствие истечения длительного времени с момента покупки  квартиры не противоречит Федеральному закону от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной  деятельности в Российской Федерации».  

Доводы апелляционной жалобы фактически направлены на несогласие с  результатом экспертизы, что само по себе не влечет необходимости в проведении  повторной экспертизы, а результаты исследования, изложенные в представленном суду  заключении, не содержат противоречий и неясностей.  

Согласно статье 14 Закона об оценочной деятельности оценщик имеет право  самостоятельно применять методы проведения оценки объекта оценки в соответствии со  стандартами оценки.  

Эксперт провел оценку квартиры надлежащим образом, используя объявления на  рынке о продаже аналогичных квартир за декабрь 2015 года. Эксперт не имеет  возможности и не несет обязанности анализировать фактически заключенные  аналогичные сделки, так как перед экспертом стояла задача оценить рыночную стоимость  квартиры на декабрь 2015 года, то есть наиболее вероятную цену, по которой квартира  могла быть отчуждена на рынке в условиях конкуренции.  

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришёл к обоснованному  выводу о продаже квартиры по явно заниженной цене.  

С учетом вышеизложенных обстоятельств дела, норм права, суд первой инстанции  пришел к законному и обоснованному вводу о признании недействительным договора  купли-продажи квартиры от 25.12.2015.  

В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации  недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех,  которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.  При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все  полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том  числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной  работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные  последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.  

В рассматриваемом случае спорная квартира находится в собственности иного  лица, что ответчиком не оспаривается.  

Принимая во внимание, что на момент рассмотрения спора имущество подлежащее  возврату в конкурную массу должника отсутствует у ответчика, суд первой инстанции в  качестве применения последствия недействительности сделки правомерно определил  взыскать с ответчика в пользу должника рыночную стоимость имущества (квартиры) на  момент приобретения.  

При этом также правомерно восстановлению право требования ФИО2 к должнику в размере 1 000 000 рублей, так как применение  последствий в таком виде позволит восстановить положение, имевшее место до  заключения недействительной сделки (определение Верховного суда Российской  Федерации от 04.12.2017 308ЭС17-17441).  

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку выводов  суда первой инстанции, не опровергая их, сводятся к несогласию с оценкой имеющихся в  материалах дела доказательств и установленных обстоятельств по делу, что в  соответствии со статьей 270 АПК РФ, не может рассматриваться в качестве основания для  отмены обжалуемого судебного акта.  

Так как доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, нарушений  норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной  отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, определение  Арбитражного суда Республики Татарстан от 03 мая 2018 года о признании  недействительным договора купли-продажи квартиры от 25.12.2015 года заключенного  между должником и ФИО2, применении последствий недействительности  сделки по делу № А65-1332/2017 является законным и обоснованным. Апелляционная  жалоба удовлетворению не подлежит.  

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 03 мая 2018 года о  признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 25.12.2015 года  заключенного между должником и ФИО2, применении последствий  недействительности сделки по делу № А65-1332/2017 оставить без изменения,  апелляционную жалобу без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через  арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий А.И. Александров 

Судьи Т.И. Колодина 

 Г.М. Садило