РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-30769/20-68-198

г. Москва

14 октября 2022 г.

Резолютивная часть решения объявлена 23 сентября 2022 г. 

Решение в полном объеме изготовлено 14 октября 2022 г.

Судья Абрамова Е.А.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ООО "РАЗВИТИЕ СИСТЕМ СВЯЗИ И ЭНЕРГЕТИКИ" (119119, МОСКВА ГОРОД, ПРОСПЕКТ ЛЕНИНСКИЙ, ДОМ 42, КОРПУС 6, ЭТАЖ 2 ПОМ. IV, КОМН.14, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 31.07.2014, ИНН: 

<

***>, КПП: 773601001) 

к ответчику АО "НАУЧНО-ПРОИЗВОДСТВЕННОЕ ПРЕДПРИЯТИЕ "КВАНТ" (129626, МОСКВА ГОРОД, УЛИЦА МЫТИЩИНСКАЯ 3-Я, 16, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 26.03.2007, ИНН: 

<

***>, КПП: 771701001)  о взыскании 

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Спец Строй Индустрия» (117556, 

<

...>), Госкорпорация «Роскосмос» (107996, 

<

...>) о взыскании 

при участии:

от истца: ФИО2, по доверенности № 04-08/21-1 от 04.08.2021 г., паспорт, диплом; ФИО3, по доверенности № 04-08/21-1 от 04.08.2021 г., паспорт, диплом.

от ответчика: ФИО4, по доверенности № ю/о-025 от 25.03.2022 г., паспорт, диплом.

от третьего лица: (ГК «Роскосмос»): ФИО5, по доверенности № 260/21 от 24.12.2021 г., паспорт, диплом.

от третьего лица (ООО Спец Строй Индустрия): ФИО6, по доверенности от 27.06.2022 г., паспорт, диплом. 

эксперты: ФИО7, паспорт; ФИО8, паспорт, ФИО9, паспорт (до перерыва).

УСТАНОВИЛ:

ООО «РАССЭ» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к АО «НПП «КВАНТ» о взыскании с учетом принятого судом уточнения в порядке ст. 49 АПК РФ задолженности в сумме 82.870.676 руб. 55 коп за работы,  выполненные до даты прекращения договора от 09.01.2018 № 3/П-18, неустойки в сумме 17.148.705 руб. 33 коп. за нарушение срока оплаты работ по договору за период с 15.02.2020 по 31.03.2022, а также до момента фактического исполнения обязательства по выплате долга с учетом моратория, о взыскании 3.824.291 руб. 07 коп. в качестве компенсации расходов, понесенных на оплату банковской гарантии от 28.12.2017 № 224000/G1/171228, о взыскании 1.468.251 руб. 25 коп. в качестве компенсации расходов, понесенных на оплату страховой премии по договору от 02.02.2018 № 23-52/2018(А).

Определениями Арбитражного суда города Москвы 18.09.2020, от 31.03.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ООО «Спец Строй Индустрия», Госкорпорация «Роскосмос».

В судебном заседании от ответчика поступил встречный иск о взыскании неотработанного аванса по договору в размере 15.865.213 руб. 32 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 10.963.341 руб. 81 коп., об истребовании у ООО «РАССЭ» и об обязании его передать АО «НПП «КВАНТ»  исполнительную документацию на выполненные работы в рамках договора.

Суд считает, что встречный иск подлежит возврату, исходя из следующего.

Первоначальный иск подан в суд 18.02.2020, принят судом к производству, предварительное судебное заседание по делу было назначено на 24.04.2020.

С момента принятия первоначального иска к производству и до даты предъявления встречного иска дело находится в производстве суда более 2-х лет. В этот период по делу состоялось значительное количество судебных заседаний, на которых присутствовал представитель ответчика, а также проведена судебная экспертиза.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» арбитражный суд, установив, что встречный иск не был своевременно подан лицом, участвующим в деле, вследствие злоупотребления процессуальным правом и его подача со всей очевидностью направлена на воспрепятствование рассмотрению дела (затягивание судебного разбирательства), на основании части 2 статьи 41 , части 5 статьи 159 АПК РФ вправе вынести определение о возвращении встречного иска и разъяснить ответчику право на предъявление самостоятельного иска. Возвращение встречного иска по данному основанию не допускается, если ответчик ранее не имел возможности подать такое заявление по объективным или иным заслуживающим внимания причинам, которые были сообщены суду.

Из пункта 45 этого же Постановления Верховного Суда РФ следует, что при применении части 5 статьи 159 АПК РФ необходимо учитывать, что в случае несвоевременной подачи лицом, участвующим в деле, какого-либо ходатайства или заявления такое лицо должно указать на уважительные причины невозможности обратиться с ним ранее и представить соответствующие доказательства.

Обращаясь со встречным иском спустя более двух лет с даты принятия первоначального иска к производству, а также не представляя доказательств наличия уважительных причин невозможности своевременно обратиться в суд, ответчик объективно злоупотребляет своими процессуальными правами.

На основании части 2 статьи 41, части 5 статьи 159 АПК РФ встречный иск подлежит возврату.

Кроме того, условия принятия встречного иска установлены частью 3 статьи 132 АПК РФ, согласно которым встречный иск принимается арбитражным судом в случае, если: встречное требование направлено к зачету первоначального требования; удовлетворение встречного иска исключает полностью или в части удовлетворение первоначального иска; между встречным и первоначальным исками имеется взаимная связь и их совместное рассмотрение приведет к более быстрому и правильному рассмотрению дела.

По смыслу части 3 статьи 132 АПК РФ встречный иск при условии выполнения установленных законом требований к его форме и содержанию принимается арбитражным судом при наличии хотя бы одного из указанных выше условий (пункт 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции»).

Между тем, перечисленные условия для принятия встречного иска отсутствуют.

Из встречного иска следует, что в нем содержится в том числе требование неимущественного характера о передаче исполнительной документации на выполненные работы в рамках договора. При этом заявляя соответствующее требование, ответчик не указывает ни состав ни объем такой документации, оставляя данные обстоятельства для последующего исследования в ходе судебного разбирательства, что свидетельствует о намерении ответчика исключительно затянуть судебное разбирательство, длящееся уже значительный срок.

Кроме того, встречный иск, содержащий неимущественное требование, не погашает полностью либо частично первоначальный иск вследствие производимого судом зачета. Кроме того, исходя из расчета, приведенного ответчиком в части имущественного требования, удовлетворение встречного иска не исключает полностью или в части удовлетворение первоначального иска.

Совместное рассмотрение первоначального и встречного исков затруднительно и будет способствовать затягиванию рассмотрения дела, поскольку заявленное в том числе во встречном иске требование о передаче исполнительной документации нуждается в самостоятельной оценке, включая установление состава и объема такой документации, что требует специальных знаний.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии предусмотренных законом оснований для принятия встречного иска, что в силу части 4 статьи 132 АПК РФ также является основанием для возврата встречного иска.

Ответчиком, третьими лицами в порядке статьи 158 АПК РФ заявлены ходатайства об отложении судебного разбирательства, мотивированные тем, что ответчику и третьим лицам необходимо дополнительное время для ознакомления с письменными пояснениями экспертов, а также скорректированным заключением в редакции от 12.09.2022.

Суд, рассмотрев ходатайства ответчика и третьих лиц об отложении судебного разбирательства, отказывает в их удовлетворении в связи с отсутствием оснований для отложения судебного заседания, установленных статьей 158 АПК РФ, поскольку письменные пояснения экспертов были озвучены ими в судебном заседании до перерыва 16.09.2022, а со скорректированным заключением в редакции от 12.09.2022 суд предоставил возможность ознакомиться лицам, участвующим в деле. При этом суд отмечает, что, объявляя перерыв в судебном заседании от 16.09.2022 до 23.09.2022 до 10 час., суд выяснял мнение у лиц, участвующих в деле, о достаточности такого времени для ознакомления с указанными документами. Именно для этой цели и был объявлен перерыв. 

Исследовав материалы дела, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, оценив представленные доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, суд приходит к следующим выводам.

Между истцом и ответчиком был заключен договор от 09.01.2018 № 3/П-18, из пункта 2.1 которого следует, что заказчик поручает, а генподрядчик принимает на себя обязательства по выполнению комплекса работ (реконструкции и техническому перевооружению) по объекту капитального строительства «Реконструкция и техническое перевооружение производства для создания солнечных батарей нового поколения на основе многослойной структуры», ОАО «НПП «Квант», г. Москва».

Договор по своей правовой природе является договором строительного подряда, отношения по которому регулируются нормами главы 37 ГК РФ, Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон № 44-ФЗ).

Заказчик решением от 02.10.2019 № 000909/1122 сообщил генподрядчику об отказе от исполнения договора.

В соответствии с частью 23 статьи 95 Закона № 44-ФЗ при расторжении контракта в связи с односторонним отказом стороны контракта от исполнения контракта другая сторона контракта вправе потребовать возмещения только фактически понесенного ущерба.

В пункте 18.14 договора установлено, что при расторжении договора в связи с односторонним отказом от исполнения договора, стороны вправе потребовать возмещения только фактически понесенного ущерба, непосредственно обусловленного обстоятельствами, являющимися основанием для принятия решения об одностороннем отказе от исполнения Договора.

Положения части 23 статьи 95 Закона № 44-ФЗ применяются вне зависимости от того, какая сторона отказалась от контракта и по каким причинам, что следует из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 27.03.2018 № 305-ЭС17-19009.

Законом № 44-ФЗ и договором установлена ограниченная ответственность в виде права требовать возмещения только реального ущерба.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», в состав убытков согласно статьям 15, 393 ГК РФ входят реальный ущерб и упущенная выгода. Под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества.

Неполучение оплаты за выполненные работы при расторжении государственного контракта является для подрядчика убытками, которые подлежат возмещению в виде реального ущерба.

Сложившиеся между сторонами правоотношения по договору также регулируются нормами ГК РФ о подряде (глава 37 ГК РФ).

По договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его (пункт 1 статьи 702 ГК РФ).

В статье 763 ГК РФ определено, что подрядные строительные работы (статья 740), проектные и изыскательские работы (статья 758), предназначенные для удовлетворения государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе государственного или муниципального контракта на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд.

По государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату (пункт 2 статьи 763 ГК РФ).

В пункте 4 статьи 753 ГК РФ указано, что сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами.

Заказчик вправе отказаться от приемки результата работ в случае обнаружения недостатков, которые исключают возможность его использования для указанной в договоре строительного подряда цели и не могут быть устранены подрядчиком или заказчиком (пункт 6 статьи 753 ГК РФ).

В то же время статья 753 ГК РФ предусматривает возможность составления одностороннего  акта сдачи-приемки результата работ и защищает таким образом интересы подрядчика, если заказчик необоснованно уклоняется от надлежащего оформления документов, удостоверяющих приемку.

Исходя из этого, определяющим элементом подрядных правоотношений является результат выполненных работ, который непосредственно и оплачивается заказчиком. Приемка выполненных работ является важным моментом в договоре подряда, осуществляется с учетом акта выполненных работ и является обязанностью заказчика при условии сообщения подрядчика о готовности результата работ к сдаче.

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику. Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными (пункт 4 статьи 753 ГК РФ).

Оценивая поведение сторон договора, суд установил, что заказчик необоснованно уклонился от совместной с генподрядчиком приемки работ, выполненных до даты прекращения договора.

Письмом от 05.09.2019 № 000909/991 заказчик сообщил, что создаст комиссию для приемки работ по договору.

Письмом от 18.11.2019 № 332 истец потребовал от ответчика принять строительную площадку после прекращения договора. Заказчик от приемки строительной площадки уклонился, доказательств обратного в материалы дела вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ не представлены.

В ответ на письмо заказчика от 22.11.2019 генподрядчик письмом от 27.11.2019 № 342, полученным заказчиком 02.12.2019, сообщил о своей готовности провести проверку результата работ по договору, а также назначил ответственных представителей со своей стороны. Заказчик от приемки работ с генподрядчиком уклонился.

Письмом от 24.12.2019 № 392 истец вновь потребовал от заказчика принять строительную площадку, принять работы, выполненные по договору. Заказчик от приемки строительной площадки и приемки работ уклонился.

Справкой от 10.08.2020, подписанной нотариусом города Москвы ФИО10, изготовленной в порядке статей 102 и 103 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате от 11.02.1993 № 4462-1, подтверждается, что ответчик не обеспечил возможность осмотра указанной строительной площадки, поскольку заказчик не пустил генподрядчика и нотариуса для осмотра строительной площадки.

Указанные доказательства принимаются судом в качестве подтверждающих уклонение заказчика от совместной приемки работ, выполненных до даты прекращения договора. Представленные доказательства свидетельствуют о том, что у ответчика возникла обязанность по оплате работ, выполненных по договору до даты его прекращения.

Справками от 31.08.2018 № 1, от 28.09.2018 № 2, от 30.11.2018 № 3, а также перечисленными в них актами по форме КС-2 подтверждается, что заказчиком частично приняты работы по договору на сумму 88 188 439,86 руб.

Как подтверждается письмом генподрядчика от 25.07.2019, в адрес заказчика представлена справка от 25.07.2019 № 4 с актом от 25.07.2019 № 8-1, корректирующая указанный выше объем работ, до 82 657 020,81 руб.

Из расчета непринятых работ усматривается, что ответчик уклонился от приемки и оплаты работ, указанных в справках от 25.07.2019 № 5 и от 12.10.2019 № 6.

Фактически письмом от 22.08.2019 № 226 генподрядчик, устранив полученные от заказчика в письме от 16.08.2019 № 000909/919 замечания, 27.08.2019 сдал заказчику спорный результат работ на сумму 80 866 966,87 руб., отраженный в справке от 25.07.2019 № 5 согласно актам по форме КС-2.

Генподрядчик письмом от 30.12.2019 № 403 дополнительно предъявил заказчику результат работ, выполненных по договору до даты его прекращения, согласно справке от 12.10.2019 № 6, где перечислены конкретные акты по форме КС-2.

 Таким образом, объем и стоимость работ, которые не приняты заказчиком, складываются из работ, поименованных в справке от 25.07.2019 № 5 за период 01.07.2019 - 31.07.2019, справке от 12.10.2019 № 6 за период 01.08.2019 - 12.10.2019.

При рассмотрении дела истцом и ответчиком заявлено ходатайство о назначении строительно-технической экспертизы с целью ответа на вопрос об объеме работ, выполненных по договору до даты его прекращения (вопрос о качестве работ ответчиком не оспаривался; такие доказательства в материалах дела отсутствуют).

В соответствии со статьей 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Поскольку для рассмотрения дела возник спор о фактическом объеме и стоимости выполненных истцом работ, их соответствии условиям договора, в том числе о стоимости и необходимости поставки оборудования для исполнения договора, в связи с чем необходимы специальные познания, суд назначил судебную экспертизу, проведение которой поручил экспертам Союза судебных экспертиз «Экспертный совет» ФИО7, ФИО8, ФИО9

На разрешении экспертам поставлены следующие вопросы:

1.Каковы фактический объем и стоимость работ, выполненных ООО «РАССЭ» по договору от 09.01.2018 №3/П-18 и в соответствии с ним до момента его расторжения решением АО «НПП «КВАНТ» от 02.10.2019 № 000909/1122 (т.е. до 22.10.2019)?

2.Возможно ли достичь цели договора от 09.01.2018 №3/П-18 без поставки АО «НПП «КВАНТ» установки МОС-гидридной эпитаксии полупроводниковых соединений /AIX 2800G4/ Basic MOVPE reactor?

3.Какова рыночная стоимости установки МОС-гидридной эпитаксии полупроводниковых соединений /AIX 2800G4/ Basic MOVPE reactor?

В установленном порядке 24.05.2021 у экспертов ФИО7, ФИО8, ФИО9 отобраны подписки, где разъяснены права и обязанности эксперта, а также эксперты предупреждены об уголовной ответственности в соответствии со статьей 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Во исполнение указанного выше определения представлено экспертное заключение от 04.04.2022 № Э-1003/22 (далее - заключение).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.07.2022 эксперты вызваны в судебное заседание от 16.09.2022 в целях дачи пояснений.

В ходе судебного заседания от 16.09.2022 эксперты дали пояснения по представленному заключению, приобщив к материалам дела скорректированное заключение в редакции от 12.09.2022, учитывающее поступившие замечания от ответчика и третьего лица-  ООО «Спец Строй Индустрия».

Согласно скорректированному заключению эксперты пришли к выводу, что стоимость выполненных работ до даты расторжения договора составляет 561 924 329,73 руб.

Эксперты также установили, что невозможно достичь цели договора без поставки оборудования - установки МОС-гидридной эпитаксии полупроводниковых соединений/AIX 2800G4 / Basic MOVPE reactor (далее - установка).

Из скорректированного заключения усматривается, что рыночная стоимость установки составляет 427 345 000 руб.

Уточняя исковые требования, истец из расчета стоимости работ исключил стоимость установки. 

Оценив заключение, суд признает его достоверным, допустимым и достаточным доказательством, поскольку экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ сведения, ответы экспертов на поставленные судом вопросы понятны и непротиворечивы. Сомнений в правильности и обоснованности заключение не вызывает, соответствует требованиям действующего законодательства. Сведения, изложенные в заключении, являются достоверными и согласуются с материалами дела.

Экспертиза проведена лицами, обладающими специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов, экспертному исследованию был подвергнут необходимый и достаточный материал, проведенные исследования, ход которых подробно указан в исследовательской части заключений, и методы, использованные при экспертных исследованиях, а также сделанные на их основе выводы обоснованы.

Не согласившись с результатами судебной экспертизы, ответчиком и третьим лицом в порядке статьи 87 АПК РФ заявлено ходатайство о назначении по делу дополнительной или повторной экспертизы, мотивированное тем, что эксперты не учли мотивы отказа заказчика от приемки работ в связи с отсутствием исполнительной документации либо в связи с ее ненадлежащим оформлением, установленный экспертом объем работ опровергается актами проверок, подготовленными заказчиком, в расчет стоимости работ, который произведен экспертами, включены работы, выполненные другими лицами, эксперты неправомерно включили в объем выполненных работ те работы, которые сделаны после указания заказчика о приостановке выполнения работ.

Согласно части 1 статьи 87 АПК РФ в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту.

Ответчиком вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ не представлено доказательств недостаточной ясности или неполноты заключения, что исключает необходимость назначения дополнительной экспертизы.

В соответствии со статьей 7 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее -Закон № 73-ФЗ), который распространяет свое действие и на лиц, осуществляющих производство судебных экспертиз вне государственных судебно-экспертных учреждений (статья 41), эксперт независим от органа или лица, назначивших судебную экспертизу, сторон и других лиц, заинтересованных в исходе дела, и дает заключение, основываясь на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями, что соответственно предполагает независимость в выборе методов, средств и методик экспертного исследования, необходимых, с его точки зрения, для выяснения поставленных вопросов и решения экспертных задач.

Принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений (часть 2 статьи 7 Закона № 73-ФЗ) предполагает его самостоятельность в выборе методов проведения экспертного исследования.

Учитывая содержание принципа независимости эксперта, эксперты не должны были руководствоваться мотивами отказа заказчика от приемки работ, поскольку эксперт независим от сторон. Формируя выводы заключения, эксперты должны были основываться исключительно на результатах проведенного исследования, а не на мотивах ответчика об отказе в приемке работ.

Суд также учитывает, что в силу пункта 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» эксперты не обладают полномочиями, связанными с оценкой доказательств.

Акт выявленных замечаний на объекте капитального строительства не может опровергать выводы заключения, поскольку подписан в одностороннем порядке директором по строительству заказчика.

Из другого акта проверки, на основании которого сформированы замечания к заключению, усматривается, что данный акт составлен в одностороннем порядке, кем-либо не подписан, в том числе самим ответчиком.

Из данных актов и имеющихся в деле доказательств не следует, что заказчик уведомлял генподрядчика о дате и времени проведения указанных выше проверок, в рамках которых составлены приведенные акты.

Суд считает, что представленные акты проверки, нарушающие права истца, не являются надлежащими доказательствами (часть 2 статьи 71 АПК РФ), а также не могут опровергать выводы заключения.

Ответчик не указывает конкретные объемы работ, которые выполнены другими подрядчиками и которые неправомерно включены экспертами в расчет стоимости выполненных работ, указанный в заключении.

Эксперты исключили объем работ, который выполнен другими организациями, вопреки возражениям ответчика об обратном. Как подтверждается документацией электронного аукциона, в рамках которого заключен договор, приложением № 6 к договору раскрыт перечень актов выполненных работ до заключения договора. Из перечня актов выполненных работ, указанного в заключении, следует, что акты выполненных работ до заключения договора не являлись объектом исследования со стороны экспертов.

Эксперты правомерно определили объем выполненных работ с учетом даты расторжения договора от 22.10.2019. Ссылка ответчика на его письмо от 01.08.2019 № 000909/857 о приостановке работ в целях фиксации объема работ не имеет правового значения, поскольку заказчик уклонился от совместной приемки работ, выполненных до даты прекращения договора.

Фактической приостановки работ по договору на основании указанного письма не состоялось, так как следующим письмом от 02.08.2019 № 000909/861 заказчик дал указание генподрядчику выполнять работы.

Более того, из общего журнала производства работ (запись 443) усматривается, что указание ответчика о прекращении работ поступило 09.10.2019 в соответствии с приказом заказчика от 03.10.2019 № 363 и уведомлением от 02.10.2019, что согласуется с объемами работ, которые не приняты заказчиком.

Суд отклоняет иные доводы ответчика, связанные с рассмотрением спора по существу или свидетельствующие исключительно о несогласии лица с выводами, сделанными квалифицированными специалистами, и касающиеся вопроса специальных познаний.

ООО «Спец Строй Индустрия» также заявлено ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы в порядке статьи 87 АПК РФ, указывая на ряд противоречий в выводах экспертов со ссылкой на заключение специалиста от 12.08.2022 № 2022-08-07 по рецензированию заключения.

В силу части 2 статьи 87 АПК РФ в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

По смыслу названных норм права повторная экспертиза назначается, если: выводы эксперта противоречат фактическим обстоятельствам дела, сделаны без учета фактических обстоятельств дела; во время судебного разбирательства установлены новые данные, которые могут повлиять на выводы эксперта; необоснованно отклонены ходатайства участников процесса, сделанные в связи с экспертизой; выводы и результаты исследований вызывают обоснованные сомнения в их достоверности; при назначении и производстве экспертизы были допущены существенные нарушения процессуального закона.

Третьим лицом в нарушение требований статьи 65 АПК РФ не представлено доказательств объективных сомнений в обоснованности заключения или наличия противоречий в выводах экспертов.

Все замечания, указанные ООО «Спец Строй Индустрия», в том числе в заключении специалиста от 12.08.2022 № 2022-08-07 по рецензированию заключения, устранены экспертами путем дачи пояснений, а также в скорректированном заключении.

Таким образом, заключение принято судом в качестве допустимого и достоверного доказательства.

На основании выводов заключения суд установил, что стоимость выполненных истцом работ составляет 561 924 329,73 руб.

Письмом от 25.05.2022 № 142 истец уведомил ответчика, что генподрядчик вернет установку поставщику по причине длительного уклонения заказчика от принятия и оплаты установки.

Истец исключил из объема и стоимости работ, подтвержденных скорректированным заключением, установку, стоимостью 375 000 000 руб.

Общая стоимость работ, выполненных истцом до даты прекращения договора, составляет 186 924 329,73 руб., из которых ответчиком оплачено 104 053 653,18 руб.

При указанных обстоятельствах требование истца о взыскании задолженности в сумме 82.870.676 руб. 55 коп. за работы, выполненные до даты прекращения договора, правомерно и подлежит удовлетворению. 

Довод ответчика о том, что он не обязан оплачивать спорные работы, поскольку причиной отказа от договора стала непригодность проектной документации, переданной истцу, отклоняется.

Заказчик решением от 02.10.2019 № 000909/1122 сообщил генподрядчику об отказе от исполнения договора.

Ответчик, как подтверждается его отзывом, не оспаривает факт того, что причиной отказа от договора стала непригодность проектной документации, переданной истцу, что также следует из содержания указанного решения об отказе от исполнения договора.

В пункте 2.1 договора установлено, что заказчик поручает, а генподрядчик принимает на себя обязательства по выполнению комплекса работ (реконструкции и техническому перевооружению).

Согласно пункту 1 статьи 743 ГК РФ подрядчик обязан осуществлять строительство и связанные с ним работы в соответствии с технической документацией.

Пунктом 2 статьи 743 ГК РФ определено, что договором строительного подряда должны быть определены состав и содержание технической документации, а также должно быть предусмотрено, какая из сторон и в какой срок должна предоставить соответствующую документацию.

Пунктом 2.2 договора установлено, что содержание и объем работ, выполняемых по договору, требования к порядку и способам их выполнения, а также к результату приведены в проектно-сметной документации, получившей положительное заключение ФАУ «Главгосэкспертиза России», и техническом задании (приложение № 4 к договору).

Пунктом 6.2.5 договора предусмотрена обязанность заказчика передать генподрядчику на период строительства всю необходимую документацию для строительства, в том числе проектную документацию.

Частью 6 статьи 52 ГрК РФ установлено, что заказчик обязан передать подрядчику проектную документацию, пригодную для исполнения обязательств по договору.

Таким образом, по условиям договора и в силу закона заказчик обязан передать генподрядчику проектную документацию, пригодную для строительства.

Суд отклоняет ссылку ответчика на то, что проектная документация разрабатывалась третьим лицом и прошла государственную экспертизу, поскольку это не имеет правового значения. Как указано в пункте 3 статьи 401 ГК РФ, нарушение обязанностей со стороны контрагентов заказчика не исключает вину ответчика в передаче ненадлежащей проектной документации. Заказчик является лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность.

Довод заказчика о том, что он не является профессиональным участником рынка строительства, опровергается материалами дела, поскольку согласно сведениям ЕГРЮЛ ответчик осуществляет следующие виды экономической деятельности (41.20 -строительство жилых и нежилых зданий; 43.29 - производство прочих строительно-монтажных работ).

При таких обстоятельствах довод ответчика о том, что он не обязан оплачивать спорные работы, не может быть принят судом. 

Довод ответчика о непередаче исполнительной документации в отношении работ, выполненных до даты расторжения договора, также не обоснован.

Как было установлено ранее, объем и стоимость работ, которые не приняты заказчиком, складываются из работ, поименованных в справке от 25.07.2019 № 5 и справке от 12.10.2019 № 6.

В отношении работ, указанных в справке от 25.07.2019 № 5, судом установлено следующее.

Письмом от 25.07.2019 генподрядчик представил в адрес заказчика справку от 25.07.2019 № 5 с приложением актов по форме КС-2. Этим же письмом истец представил в адрес ответчика журнал учета выполненных работ по форме КС-6а в 2 экземплярах.

Письмом генподрядчика от 30.07.2019 № 140 подтверждается, что заказчику нарочно по реестрам передана исполнительная документация на указанный выше объем работ.

Факт получения письма от 30.07.2019 № 140 и исполнительной документации подтверждается письмом заказчика от 31.07.2019 № 000909/856, где указано, что в приемке работ отказано, поскольку исполнительная документация передана не на весь объем работ.

Письмом от 09.08.2019 № 207 генподрядчик повторно представил в адрес заказчика справку от 25.07.2019 № 5 (с приложением актов по форме КС-2), а также иные первичные документы с указанием на то, что письмо заказчика от 31.07.2019 № 000909/856 не содержит конкретных мотивов для отказа в приемке работ.

Письмом от 16.08.2019 № 000909/919 заказчик вновь отказал в приемке работ, указав на то, что ряд объемов не подтвержден исполнительными схемами, а также отсутствуют исполнительные схемы демонтажных работ.

Письмом от 22.08.2019 № 226, полученным заказчиком 27.08.2019, генподрядчик сообщил, что письмами от 19.08.2019 № 144 и 21.08.2019 № 145 устранил полученные от заказчика в письме от 16.08.2019 № 000909/919 замечания.

Как подтверждается письмом от 19.08.2019 № 144, генподрядчик нарочно передал заказчику комплект исполнительной документации по проведению демонтажных работ на основании реестра № 4 (исполнительные схемы).

Из письма генподрядчика от 21.08.2019 № 145 следует, что истец нарочно передал ответчику по реестру № 5 комплект исполнительной документации (исполнительные схемы). Письмом от 22.08.2019 № 226 генподрядчик повторно потребовал принять работы на основании справки от 25.07.2019 № 5.

Из письма заказчика от 05.09.2019 № 000909/991 усматривается, что претензии к составу исполнительной документации, переданной на объем работ, предусмотренный справкой от 25.07.2019 № 5, отсутствуют.

Переписка сторон подтверждает факт передачи заказчику полного комплекта исполнительной документации на объем работ, предусмотренный справкой от 25.07.2019 № 5. Иного ответчиком, как того требует статья 65 АПК РФ, не доказано (ответчик не направлял после письма от 05.09.2019 № 000909/991 каких-либо требований о передаче исполнительной документации).

В отношении работ, указанных в справке от 12.10.2019 № 6, судом установлено следующее.

Письмом от 30.12.2019 № 403 генподрядчик нарочно 31.12.2019 передал заказчику справку от 12.10.2019 № 6 за период с 01.08.2019 по 12.10.2019 с приложением актов по форме КС-2.

На письме от 30.12.2019 № 403 имеется штемпель канцелярии заказчика с присвоением входящего № 1834, а также описанием полученных документов.

Согласно письму от 30.12.2019 № 403 генподрядчик передал заказчику журнал учета выполненных работ по форме КС-6а в 2 экземплярах, исполнительную документацию на основании реестров.

Факт получения заказчиком письма от 30.12.2019 № 403 подтверждается отзывом ответчика, в котором заказчик утверждает, что письмом от 31.12.2019 № 000909/1579 представил ответ на письмо генподрядчика от 30.12.2019 № 403.

За период с 31.12.2019 до 23.09.2022 ответчик не направлял в адрес истца конкретного перечня исполнительной документации, отсутствующей у заказчика на объем работ, предусмотренный справкой от 12.10.2019 № 6.

Истец с 31.12.2019 (с момента сдачи результата работ по договору) направил в адрес ответчика претензии: от 23.01.2020 № 24, № 58, от 28.05.2020 № 235, от 27.10.2020 № 626.

Заказчик оставил все указанные выше претензии без внимания. Требований, связанных с отсутствием исполнительной документации применительно к работам, предусмотренным справкой от 12.10.2019 № 6, ответчик в ответ на указанные выше претензии также не направил.

Переписка сторон подтверждает факт передачи заказчику полного комплекта исполнительной документации на объем работ, предусмотренный справкой от 12.10.2019 № 6.

Суд обращает внимание, что непредставление подрядчиком исполнительной документации не является безусловным основанием для отказа в оплате выполненных работ. Исходя из положения статьи 726 ГК РФ, отказываясь оплачивать переданные результаты подрядных работ по причине непредоставления исполнительной документации, заказчик, как того требует статья 65 АПК РФ, обязан доказать, что отсутствие такой документации исключает возможность использования принятого им объекта подряда по прямому назначению. Такие доказательства в материалах дела отсутствуют.

Суд дополнительно отмечает, что ссылка ответчика на пункт 6.2.7 договора, согласно которому заказчик имеет право отказать генподрядчику в оплате работ при отсутствии исполнительной документации, не имеет правового значения, поскольку указанными выше доказательствами подтверждается факт передачи исполнительной документации. При этом, как следует из материалов дела, заказчик, как этого требуют условия пункта 12.1.3 договора, до настоящего времени не представил в адрес истца мотивированный отказ от приемки выполненных работ, предусмотренных справкой от 12.10.2019 № 6, т.е. не имеется доказательств того, что заказчик воспользовался своим правом, установленным пунктом 6.2.7 договора.

Электронное письмо от 31.12.2019, предоставленное ответчиком, не может считаться надлежащим образом оформленным мотивированным отказом от приемки работ, поскольку в силу пункта 22.6 договора любое письмо дается в письменной форме и направляется заказным письмом получателю по его адресу, указанному в договоре. Обмен электронными письмами в договоре не предусмотрен. Кроме того, из электронного письма не усматривается наличие в нем вложений в виде письма от 31.12.2019 № 000909/1579, а также невозможно установить его доставку и прочтение истцом.

Доказательств направления в адрес истца конкретного перечня исполнительной документации, отсутствующей у заказчика, в материалы дела не представлено.

Суд также учитывает, что эксперты смогли определить фактически выполненный объем работ с учетом представленной исполнительной документации, что свидетельствует о достаточности исполнительной документации, переданной заказчику.

Суд отклоняет довод ответчика о том, что в рамках правоотношений между генподрядчиком и ООО «Спец Строй Индустрия» по договору подряда от 12.01.2018, заключенного для целей исполнения договора, истец не принимает работы у субподрядчика по причине отсутствия исполнительной документации.

Ответчиком в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено доказательств того, что истец не принимает у ООО «Спец Строй Индустрия» именно те работы, которые предъявлены истцом к оплате ответчику, а также то, что состав исполнительной документации, запрашиваемый истцом у ООО «Спец Строй Индустрия», является идентичным тому, что истец передал ответчику.

Суд принял во внимание, что в рамках договора наряду с ООО «Спец Строй Индустрия» были привлечены различные субподрядчики, которые также готовили исполнительную документацию, о чем свидетельствуют реестры исполнительной документации: ООО ПТК «ВОЛМАК», ООО «Стройинвест», согласно которым нарочно передана исполнительная документация ответчику.

Истец также не был лишен возможности самостоятельно готовить исполнительную документацию по договору, имея в штате соответствующих работников, что подтверждается среднесписочной численностью на 01.01.2019 и на 01.01.2020, а также соответствующими штатными расписаниями.

Суд отклоняет довод ответчика о ничтожности заключенных между заказчиком и генподрядчиком дополнительных соглашений к договору от 20.11.2018 № 4 и от 07.06.2019 № 7 в силу следующего.

Договор заключен в порядке Закона № 44-ФЗ по результатам конкурентных процедур. Финансирование договора направлено на удовлетворение публичных нужд и производится за счет бюджетных средств, что следует из пункта 3.2 договора.

Пунктами 3.1, 3.3, 3.4 договора установлено, что цена договора является твердой и составляет 1.019.803.317 руб. Цена договора определяется в соответствии с разработанной генподрядчиком и утвержденной заказчиком сметой, с учетом распределения цены договора по видам затрат, определенным в проектно-сметной документации.

Изложенные положения буквально указывают на то, что цена по договору определяется на основании сметы, разработанной генподрядчиком и утвержденной заказчиком.

В пункте 1 дополнительного соглашения от 20.11.2018 № 4 указано, что стороны согласовали смету по договору в пределах твердой цены договора. В пункте 3 дополнительного соглашения от 07.06.2018 № 7 установлено, что генподрядчик и заказчик изменили смету по договору в пределах твердой цены договора.

Суд принимает указанные дополнительные соглашения как заключенные в порядке, предусмотренном договором.

Вопреки доводу ответчика сметная документация, сформированная ранее в составе проектной документации, утрачивает свое значение для целей реализации государственного контракта (договора).

Письмом Минстроя России от 23.03.2015 № 7830-ЛС/03 «О применении сметной документации, разрабатываемой с использованием сметных нормативов, включенных в федеральный реестр» разъяснено, что заключение государственных контрактов на строительство объектов осуществляется по результатам конкурсных процедур, а также на основании решений органов государственной власти без конкурсных процедур в соответствии с ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 743 ГК РФ при заключении государственного контракта сторонами контракта, заказчиками и исполнителями (подрядчиками) формируется смета, определяющая цену работ по государственному контракту в уровне цен на весь период реализации контракта.

Смета на реализацию государственного контракта на строительство, цена которого является твердой, должна учитывать в своем составе полный комплекс работ и затрат, необходимых для выполнения инженерных и организационно-технологических решений, предусмотренных в проектной документации.

При этом в связи с тем, что сметные нормативы не предназначены для расчетов за выполненные работы, сметная документация, сформированная ранее в составе проектной документации, после проведения проверки достоверности определения сметной стоимости объекта капитального строительства, установления начальной (максимальной) цены государственного контракта и выбора исполнителя (подрядчика) государственного контракта по итогам конкурсных процедур, или на основании решений органов государственной власти без конкурсных процедур, в результате которых определена твердая цена, утрачивает свое значение для целей реализации государственного контракта.

 По соглашению сторон в процессе реализации государственного контракта доли затрат могут быть откорректированы сторонами контракта, в том числе с учетом объемно-планировочных решений и конструктивных особенностей объекта капитального строительства в пределах установленной государственным контрактом твердой договорной цены.

Сметная документация, сформированная ранее в составе проектной документации, утратила свое значение для целей реализации государственного контракта (договора), и стороны правомерно утвердили новую смету по договору в пределах его твердой цены для выполнения работ.

Суд в любом случае учитывает, что заявление ответчика о недействительности сделки не имеет правового значения в силу пункта 5 статьи 166 ГК РФ, поскольку его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В пункте 70 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Поведение заказчика, связанное с заключением указанных дополнительных соглашений и утверждением смет, предусмотренных ими, давало основание генподрядчику полагаться на действительность этих дополнительных соглашений.

Истец заявил также требование о взыскании неустойки в сумме 17.148.705 руб. 33 коп. за нарушение срока оплаты работ по договору за период с 15.02.2020 по 31.03.2022, а также до момента фактического исполнения обязательства по выплате долга с учетом моратория.

Из расчета непринятых работ усматривается, что ответчик уклонился от приемки и оплаты работ, указанных в справках от 25.07.2019 № 5 и от 12.10.2019 № 6.

Фактически письмом от 22.08.2019 № 226 генподрядчик, устранив полученные от заказчика в письме от 16.08.2019 № 000909/919 замечания, 27.08.2019 сдал заказчику спорный результат работ на сумму 80 866 966,87 руб., отраженный в справке от 25.07.2019 № 5.

31.12.2019 генподрядчик письмом от 30.12.2019 № 403 дополнительно предъявил заказчику результат работ, выполненных по договору до даты его прекращения, согласно справке от 12.10.2019 № 6.

Из скорректированного заключения, где проанализированы работы, включенные в справки от 25.07.2019 № 5 и от 12.10.2019 № 6, усматривается, что общая стоимость выполненных работ по договору составляет 561 924 329,73 руб.

Пунктом 12.1.3 договора установлено, что в течение 5 рабочих дней с момента получения первичных документов от генподрядчика заказчик обязан подписать их либо направить мотивированный отказ от их подписания.

Оплата выполненных генподрядчиком работ производится заказчиком в течение 30 дней после подписания заказчиком первичных документов (пункт 4.4 договора).

Согласно расчету истца, который ответчиком не оспорен, с учетом перечисленных положений договора просрочка оплаты спорных работ наступила 15.02.2020, т.е. после указанных выше сроков, установленных договором, начиная с даты сдачи работ, отраженных в последней справке от 12.10.2019 № 6.

Частью 5 статьи 34 Закона № 44-ФЗ предусмотрено, что в случае просрочки исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, подрядчик вправе потребовать уплаты неустоек (штрафов, пеней).  Пеня  начисляется  за  каждый  день  просрочки  исполнения  обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства. Такая пеня устанавливается контрактом в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пеней ключевой ставки Центрального банка РФ от не уплаченной в срок суммы. Аналогичные условия содержатся в пункте 17.6 договора.

Расчет неустойки судом проверен и признан верным, произведен с учетом период действия моратория с 01.04.2022 по 01.10.2022, установленного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами».

Контррасчет ответчик не представил, оснований для снижения неустойки в порядке ст. 333 ГК РФ ответчик не привел, а суд таких оснований не усмотрел, исходя из размера неустойки, предусмотренного договором и периода просрочки. 

При таких обстоятельствах требование истца о взыскании неустойки также подлежит удовлетворению в заявленном размере, в том числе до фактического погашения долга, исключая период временного моратория, что учитывается при исполнении судебного акта, поскольку это соответствует действующему законодательству.   

В части требования истца о возмещении расходов, понесенных на оплату банковской гарантии, суд установил следующее.

Частями 1 и 2 статьи 45 Закона № 44-ФЗ предусмотрено, что заказчик обязан установить требование к обеспечению заявок на участие в конкурсах и аукционах при условии, что начальная (максимальная) цена контракта превышает пять миллионов рублей, если Правительством РФ не установлено иное. Обеспечение заявки на участие в конкурсе или аукционе может предоставляться участником закупки в виде банковской гарантии. Выбор способа обеспечения заявки на участие в конкурсе или аукционе осуществляется участником закупки.

Пунктом 21.1 договора установлено, что исполнение договора может обеспечиваться предоставлением банковской гарантии.

Исходя из изложенных положений закона и условий договора, генподрядчик в целях обеспечения исполнения обязательств по договору предоставил банковскую гарантию от 28.12.2017 № 224000/G1/171228 на сумму 101 980 331,70 руб.

Из представленных банковских ордеров усматривается, что генподрядчик понес расходы на оплату банковской гарантии в размере 3 824 291,07 руб.

В соответствии с частью 23 статьи 95 Закона № 44-ФЗ при расторжении контракта в связи с односторонним отказом стороны контракта от исполнения контракта другая сторона контракта вправе потребовать возмещения фактически понесенного ущерба.

Расходы генподрядчика по заключению банковской гарантии на обеспечение исполнения обязательств по договору понесены в целях исполнения обязательств по нему и находятся в прямой причинно-следственной связи с действиями заказчика по исполнению договора.

Выданная в пользу генподрядчика банковская гарантия является безотзывной, что в силу статей 371 и 378 ГК РФ лишает генподрядчика возможности, несмотря на расторжение договора, самостоятельно ее отозвать или осуществить иные действия по прекращению ее действия.

Предоставляя обеспечение исполнения договора, генподрядчик исходил из добросовестного поведения заказчика и был вправе рассчитывать на то, что его расходы, связанные с получением банковской гарантии, будут покрыты доходами, полученными от исполнения договора. Вместе с тем, с учетом частичного выполнения работ по договору по причине его прекращения, отсутствуют основания полагать, что полученные от заказчика денежные средства компенсируют понесенные генподрядчиком расходы, связанные с исполнением договора, в том числе на оплату комиссии по банковской гарантии.

При указанных обстоятельствах, учитывая, что контракт расторгнут не по вине истца, требование о взыскании денежных средств в сумме 3.824.291 руб. 07 коп. в качестве компенсации расходов, понесенных истцом на оплату банковской гарантии, подлежит удовлетворению. 

Также правомерно и требование истца о возмещении расходов на оплату страховой премии.

В пункте 1 статьи 742 ГК РФ установлено, что договором строительного подряда может быть предусмотрена обязанность стороны, на которой лежит риск случайной гибели или случайного повреждения объекта строительства, материала, оборудования и другого   имущества,   используемых   при   строительстве,   либо   ответственность   за причинение при осуществлении строительства вреда другим лицам, застраховать соответствующие риски.

Пунктом 14.1 договора предусмотрено, что генподрядчик заключает договор комплексного страхования строительно-монтажных рисков. Страховые риски, которые должны быть предусмотрены договором страхования, приведены в пункте 14.1.1 договора.

Пунктом 14.1.4 договора предусмотрено, что период страхования должен соответствовать периоду выполнения строительно-монтажных работ, от момента начала строительства до момента подписания акта приемки законченного строительством объекта приемочной комиссией.

Генподрядчик застраховал риски, предусмотренные пунктом 14.1.1 договора, по договору от 02.02.2018 № 23-52/2018(А), заключенному между генподрядчиком и АО «Страховая компания «ПАРИ».

Страховая премия составила 815 844,25 руб. Срок действия договора страхования установлен с 02.02.2018 по 31.12.2018.

Дополнительным соглашением от 26.12.2018 № 5 заказчик и генподрядчик установили иной срок окончания производства работ - 30.11.2020, другой срок действия договора - по 31.12.2020.

Дополнительным соглашением от 28.12.2018 № 1 к договору от 02.02.2018 № 23-52/2018(А) срок действия договора страхования изменен до 31.12.2019, а страховая премия увеличена на 652 407 руб. Общий размер страховой премии составил 1 468 251,25 руб., полностью оплаченный истцом, что подтверждается платежными поручениями от 13.04.2018 № 517, от 22.01.2019 № 133.

Согласно пункту 3 статьи 958 ГК РФ при досрочном отказе страхователя (выгодоприобретателя) от договора страхования уплаченная страховщику страховая премия не подлежит возврату, если договором не предусмотрено иное. Из пункта 4.9 договора от 02.02.2018 № 23-52/2018(А) следует, что страховая премия не подлежит возврату.

Суд приходит к выводу, что договор от 02.02.2018 № 23-52/2018(А) был заключен для целей исполнения договора и расходы истца на заключение договора от 02.02.2018 № 23-52/2018(А) находятся в прямой причинно-следственной связи с действиями заказчика по исполнению договора.

Заключая договор страхования, генподрядчик исходил из добросовестного поведения заказчика и был вправе рассчитывать на то, что его расходы, связанные с оплатой страховой премии, будут покрыты доходами, полученными от исполнения договора. Вместе с тем, с учетом частичного выполнения работ по договору по причине его прекращения, отсутствуют основания полагать, что полученные от заказчика денежные средства компенсируют понесенные генподрядчиком расходы, связанные с исполнением договора, в том числе, на оплату страховой премии по договору от 02.02.2018 № 23-52/2018(А).

При таких обстоятельствах требование истца о взыскании с ответчика 1.468.251 руб. 25 коп. в качестве компенсации расходов, понесенных истцом на оплату страховой премии, также правомерно и подлежит удовлетворению. 

Иные доводы ответчика и третьих лиц оценены судом и признаны не влияющими на выводы суда.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по оплате государственной пошлины и судебной экспертизе  относятся на ответчика. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 10, 12, 15, 393, 309, 310, 393, 702, 743, 753, 763, ГК РФ, статьями 4, 9, 65, 82, 87, 123, 132, 156, 167, 170, 171, 176, 180, 181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Встречный иск и приложенные к нему документы возвратить заявителю.

Возвратить АО «НПП «Квант» из федерального бюджета РФ государственную пошлину в сумме 163.143 руб., перечисленную по платежному поручению от 06.07.2022 № 3240.  

В удовлетворении ходатайств о назначении повторной и дополнительной экспертиз отказать.

В удовлетворении ходатайств об отложении судебного заседания отказать.

Взыскать с АО "НАУЧНО-ПРОИЗВОДСТВЕННОЕ ПРЕДПРИЯТИЕ "КВАНТ" (ОГРН: 5077746415533, ИНН: 7717585042) в пользу ООО "РАЗВИТИЕ СИСТЕМ СВЯЗИ И ЭНЕРГЕТИКИ" (ОГРН: 1147746870303, ИНН: 7727840502) задолженность в сумме 82.870.676 руб. 55 коп., неустойку в сумме 17.148.705 руб. 33 коп. за период с 15.02.2020 по 31.03.2022 и до фактического погашения долга, исходя из 1/300 ключевой ставки ЦБ РФ, действующей в соответствующий период, за исключением временного моратория с 01.04.2022 по 01.10.2022, а также расходы на оплату банковской гарантии в сумме 3.824.291 руб. 07 коп. и страховой премии в сумме 1.468.251 руб. 25 коп., расходы по уплате государственной пошлины в сумме 200.000 руб. и расходы на оплату судебной экспертизы в сумме 200.000 руб.     

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятом арбитражном апелляционном суде.

Судья             Е.А. Абрамова