АРБИТРАЖНЫЙ СУД САМАРСКОЙ ОБЛАСТИ

443045, г.Самара, ул. Авроры,148, тел. (846) 226-56-17

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

 

02 августа 2023 года

Дело №

А55-8323/2023

 

Резолютивная часть решения объявлена 27 июля 2023 года

Решение изготовлено в полном объеме 02 августа 2023 года

Арбитражный суд Самарской области

в составе судьи

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Алиевой А.В. (до перерыва), секретарем судебного заседания ФИО2 (после перерыва)

рассмотрев в судебном заседании 20-27 июля 2023 года дело по заявлению

общества с ограниченной ответственностью «ЦентрИнженернойСантехники», Россия, 443082, г. Самара, Самарская область, ул. Новоурицкая, д. 12, литер АА1, ком. 12

к Межрайонной ИФНС России № 21 по Самарской области,

о признании недействительным решения,

с участием в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – УФНС России по Самарской области, МИ ФНС №23 по

Самарской области

при участии в заседании:

от заявителя - ФИО3, по доверенности от 23.01.2023 (до перерыва), ФИО4, по доверенности от 23.01.2023 (после перерыва)

МИ ФНС №21 - ФИО5, по доверенности от 14.11.2022 (до перерыва), ФИО6, по доверенности от 14.03.2023 (после перерыва)

от УФНС - ФИО5, по доверенности от 06.12.2022 (до перерыва), ФИО6, по доверенности от 10.03.2023 (после перерыва)

от МИ ФНС №23 - ФИО5, по доверенности от 16.11.2022 (до перерыва), ФИО6, по доверенности от 10.03.2023 (после перерыва) 

 

Установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ЦентрИнженернойСантехники» (далее – Заявитель, налогоплательщик, ООО «ЦИС», Общество) обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании недействительным решения Межрайонной ИФНС России № 21 по Самарской области (далее – Инспекция, налоговый орган) № 4933 согласно которому налогоплательщик привлечен к налоговой ответственности.

Судом в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора к участию в деле привлечены Управление Федеральной налоговой службы по Самарской области (далее – Управление), МИ ФНС №23 по Самарской области.

В судебном заседании в соответствии со ст. 163 АПК РФ объявлялся перерыв с 20 июля 2023 года до 27 июля 2023 года. Информация о перерыве была опубликована на официальном сайте Арбитражного суда Самарской области в сети Интернет по адресу: http://www.samara.arbitr.ru.

После перерыва судебное заседание продолжено.

Заявителем было представлено ходатайство об уточнении заявленных требований, в котором просит Решение Межрайонной ИФНС №21 по Самарской области №4933 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 16.09.2022 в редакции решений УФНС России по Самарской области от 23.12.2022 № 03-30/183 и от 17.03.2023 № 03-15/08960@, в части начисления НДС а размере 10 488 292 руб., соответствующей сумме пени и штрафа.

Суд в порядке ст. 49 АПК РФ принимает уточнение заявленных требований

Представитель заявителя заявленные требования поддержал в полном объеме.

Представитель налоговых органов просит в удовлетворении заявленных требований отказать, по основаниям, изложенным в отзывах.

В заседаниях суда представители лиц, участвующих в деле, пояснили и поддержали свои правовые позиции по делу.

Рассмотрев материалы дела, заслушав пояснения сторон, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела и установлено судом, Инспекцией  проведена выездная налоговая проверка соблюдения налогового законодательства по всем налогам и сборам за период с 03.07.2018 по 31.12.2020, по результатам которой 16.09.2022 вынесено решение № 4933 о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности, Общество привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной:

- п. 3 ст. 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ), в виде взыскания штрафа в размере 1 042 945,5 руб. (в том числе по НДС – 1 035 565 руб., по налогу на прибыль организаций – 7 137,5 руб., по налогу на имущество – 243 руб.);

- п. 1 ст. 126 НК РФ, в виде взыскания штрафа в размере 2 400 руб.;

- п. 1 ст. 119 НК РФ, в виде взыскания штрафа в размере 500 руб.

Указанным решением Обществу доначислены налог на добавленную стоимость (далее – НДС) в сумме 10 488 292 руб., налог на прибыль организаций в сумме 71 376 руб., налог на имущество организаций в сумме 2 431 руб. и начислены пени в размере 3 207 143,55 руб.

Всего доначисления по обжалуемому решению составляют 14 815 088,05 руб.

Не согласившись с вынесенным решением, ООО «ЦИС» обжаловало его в установленном порядке в вышестоящий налоговый орган.

Решением Управления от 23.12.2022 № 03-30/183@ жалоба заявителя частично удовлетворена. Решение Межрайонной ИФНС России № 21 по Самарской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 16.09.2022 № 4933 отменено в части:

- штрафа по пункту 3 статьи 122 НК РФ за неуплату налога на прибыль организаций на сумму 3 568,75 руб.;

- штрафа по пункту 3 статьи 122 НК РФ за неуплату НДС на сумму 517 782 руб.;

- штрафа по пункту 3 статьи 122 НК РФ за неуплату налога на имущество организаций на сумму 121,50 руб.;

- штрафа по пункту 1 статьи 119 НК РФ за непредставление в установленный законодательством о налогах и сборах срок налоговой декларации по налогу на имущество на сумму 250 руб.;

- штрафа по статье 126 НК РФ за непредставление документов (сведений), необходимых для осуществления налогового контроля на сумму 1 200 руб.

Также 17.03.2023 Управлением принято решение №03-15/08960@ об отмене решения Инспекции № 4933 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 16.09.2022 в части:

начисления пени п налогу на имущество организаций в размере 156,59 руб.;

пени по НДС в размере 689 023,54 руб.

Не согласившись с вынесенным решением Управления в указанной части, заявитель обратился в Арбитражный суд Самарской области с рассматриваемым заявлением.

В силу части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Таким образом, для признания ненормативного акта недействительным, решения и действия (бездействия) незаконными необходимо наличие одновременно двух условий: - несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту; - нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

Оценка требований и возражений сторон производится судом в соответствии с положениями ст. 9, 65 АПК РФ с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективно и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, в соответствии со ст.71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом, в проверяемом периоде ООО «ЦИС» имела взаимоотношения с контрагентами ООО «Ойл-Стандарт» ИНН 

<

***> и ООО «ТК» ИНН 

<

***> по договорам поставки нефтепродуктов (горюче-смазочных материалов).

По результатам проведенной выездной налоговой проверки Инспекцией сделан вывод о наличии обстоятельств, указанных в подпункте 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ, а также о нарушении ст. 171, ст. 172, ст. 169 НК РФ ООО «ЦИС» в виде необоснованного предъявления налоговых вычетов сумм НДС по взаимоотношениям по контрагентам ООО «Монтаж+», ООО «Проспект М», ООО «Ритон», ООО «Спецбизнес», ООО ПКФ «Арсенал новых технрологий», ООО «Автотрейд», ООО «М-Инжиниринг».

В обоснование указанных выводов налоговый орган указывает, что ООО «ЦИС» с целью получения налоговой экономии в виде неправомерно заявленных вычетов по НДС умышленно заключило договоры со спорными контрагентами. Из анализа договоров поставки и установленных в ходе проверки обстоятельств, следует невозможность поставки спорными контрагентами в адрес общества заявленных товаров ввиду отсутствия у них необходимой материально-технической базы, а также трудовых ресурсов.

Налоговый орган указывает на нереальность сделок со спорными контрагентами, что подтверждается: отсутствием материальных и трудовых ресурсов, необходимых для осуществления финансово-хозяйственной деятельности; отсутствие по расчетным счетам расходов по арендным, коммунальным  и иным платежам, свидетельствующим о ведении финансово-хозяйственной деятельности; представлением в налоговые органы отчетности с нулевым или минимальными показателями; непредставлением документов подтверждающих взаимоотношение с контрагентами; транзитным характером денежных средств по расчетным счетам контрагентов; совпадением IP-адресов между налогоплательщиком и контрагентами ООО «Автотрейд», ООО «М-Инжиниринг».

На основании чего, Инспекция, пришла к выводу, что реальные финансово-хозяйственные отношения у ООО «ЦИС»» с привлеченными контрагентами ООО «Монтаж+», ООО «Проспект М», ООО «Ритон», ООО «Спецбизнес», ООО ПКФ «Арсенал новых технологий», ООО «Автотрейд», ООО «М-Инжиниринг» отсутствуют; взаимоотношения между налогоплательщиком, контрагентами и далее по цепочке направлены на искусственное создание видимости осуществления поставки путем фиктивного документооборота, что свидетельствует о наличии обстоятельств, указанных в подпункте 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ, а также о нарушении ст. 171, ст. 172, ст. 169 НК РФ, то есть намеренно создан фиктивный документооборот в целях неправомерно заявленных вычетов по данным сделкам.

Оспаривая решение налогового органа, заявитель указывает, что оспариваемое решение нарушает его права и законные интересы, и не соответствует законам, иным нормативным актам.

Общество полагает, что приведенные в оспариваемом решении совокупность фактов не является неопровержимым доказательством того, что товары не поставлялись лицами являющимися стороной договора и не соблюдении заявителем требований подпунктом 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ, нарушении ст. 169, 171, 172 НК РФ.

В представленных Обществом первичных документах по контрагентам ООО «Монтаж+», ООО «Ритон», ООО «Проспект М», ООО «Спецбизнес», ООО «ПКФ Арсенал новых технологий», ООО «Автотрейд» указаны юридические адреса поставщиков в полном соответствии с их учредительными документами, отражены количественные и качественные показатели хозяйственных операций, т.е. наименование товара, единица измерения, количество товара, стоимость, выделен НДС. Первичная документация подписана уполномоченными лицами, что не оспаривается Инспекцией.

Налогоплательщик указывает, что довод налогового органа о невозможности поставки товара спорными контрагентами в виду отсутствие складских помещений, транспортных средств, трудовых ресурсов, несостоятелен, поскольку отсутствие у контрагентов имущества и трудовых ресурсов не исключает реального осуществления деятельности и не является доказательством невозможности поставки товара.

Совпадение IP-адресов у налогоплательщика и у контрагентов ООО «Автотрейд», ООО «М-Инжиниринг», не может свидетельствовать о подконтрольности указанных организаций.

Показания ФИО7 о формальности руководства ООО «М-Инжиниринг» не могут свидетельствовать о не поставке товара контрагентом.

По мнению заявителя, принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, налоговым органом не собрано достаточных и необходимых доказательств правомерности применения положений подпунктом 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ при оценке действий ООО «ЦИС».

Рассмотрев материалы дела, проверив доводы, приведенные в заявлении, отзывах,  в выступлении представителей лиц, участвующих в деле в судебном заседании, относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности и с учетом требований статьи 162 АПК РФ и положений статьи 71 АПК РФ, разъяснений, содержащихся в пункте 2 Постановления N 53, арбитражный суд находит заявленные требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации сформулированной в определении от 16.10.2003 № 329-О, истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет, а правоприменительные органы не могут истолковывать понятие «добросовестный налогоплательщик» как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, непредусмотренные законодательством. Также положения НК РФ не позволяют сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия других организаций и за ненадлежащее исполнение такими организациями своих налоговых обязательств.

Законодательство о налогах и сборах Российской Федерации исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, в частности, налоговых вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

В соответствии с Постановлением № 53, судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. 

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. 

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. 

При этом вывод о необоснованности налоговой выгоды должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены на создание благоприятных налоговых последствий.

Факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Таким образом, при отсутствии доказательств несовершения хозяйственных операций, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора, а также иных обстоятельств, указанных в Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление № 53).

В соответствии с положениями ст. 146 НК РФ объектом налогообложения налогом на добавленную стоимость признается операция по реализации товаров (работ, услуг) на территории РФ.

Пунктом 1 ст. 168 НК РФ установлено, что при реализации товаров (работ, услуг) налогоплательщик дополнительно к цене (тарифу) реализуемых товаров (работ, услуг) обязан предъявить к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг) соответствующую сумму налога.

В силу пункта 2 указанной статьи сумма налога, предъявляемая налогоплательщиком покупателю товаров (работ, услуг) исчисляется по каждому виду этих товаров (работ, услуг) как соответствующая налоговой ставке процентная доля указанных в пункте 1 настоящей статьи цен (тарифов).

Пунктами 1 и 2 статьи 171 НК РФ предусмотрено, что налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на полагающиеся налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории РФ, в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с НК РФ.

Согласно пункту 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг). Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории РФ, после их принятия на учет.

Таким образом, при расчете налога на добавленную стоимость налогоплательщики основываются на первичных бухгалтерских документах, в частности, счетах-фактурах.

Пунктом 1 ст. 54.1 НК РФ установлено, что не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Письмом ФНС РФ от 31 октября 2017 г. №ЕД-4-9/22123@ разъяснено, что характерными примерами такого "искажения" являются: создание схемы "дробления бизнеса", направленной на неправомерное применение специальных режимов налогообложения; совершение действий, направленных на искусственное создание условий по использованию пониженных налоговых ставок, налоговых льгот, освобождения от налогообложения; создание схемы, направленной на неправомерное применение норм международных соглашений об избежании двойного налогообложения; нереальность исполнения сделки (операции) сторонами (отсутствие факта ее совершения). К числу способов искажения сведений об объектах налогообложения, которые могут быть квалифицированы по пункту 1 статьи 54.1 НК РФ, могут быть отнесены: неотражение налогоплательщиком дохода (выручки) от реализации товаров (работ, услуг, имущественных прав), в том числе в связи с вовлечением в предпринимательскую деятельность подконтрольных лиц, а также отражение налогоплательщиком в регистрах бухгалтерского и налогового учёта заведомо недостоверной информации об объектах налогообложения.

При отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 НКРФ, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй Налогового Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Согласно пункта 3 статьи 54.1 НК РФ в целях пунктов 1 и 2 настоящей статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

В соответствии с пунктом 8 статьи 3 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» факт хозяйственной жизни - сделка, событие, операция, которые оказывают или способны оказать влияние на финансовое положение экономического субъекта, финансовый результат его деятельности и (или) движение денежных средств.

Нормами пункта 2 статьи 54.1 НК РФ определены условия, при одновременном соблюдении которых, в случае отсутствия обстоятельств, установленных пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ, налогоплательщик вправе по имевшим место сделкам (операциям) уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ.

К таким условиям относятся следующие обстоятельства:

- основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога (подпункт 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ);

- обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону (подпункт 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ).

Доказывание обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 Кодекса, и (или) факта несоблюдения условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 54.1 Кодекса, производится налоговым органом при проведении камеральных налоговых проверок налоговых деклараций (расчетов), представленных в налоговый орган после 19.08.2017, а также при проведении выездных налоговых проверок и проверок полноты исчисления и уплаты налогов в связи с совершением сделок между взаимозависимыми лицами, решения о назначении которых вынесены налоговыми органами после указанной даты (пункт 5 статьи 82 Кодекса, пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 18.07.2017 №163-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации").

Ранее правовые подходы, аналогичные регулированию, введенному в действие статьей 54.1 Кодекса, были сформированы на основании Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление №53).

В соответствии с Постановлением №53 представление налогоплательщиком документов как в обоснование налоговых вычетов по НДС, так и расходов по налогу на прибыль не является само по себе достаточным основанием для получения соответствующей налоговой выгоды, если налоговым органом доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

При этом необходимо учитывать, что положения НК РФ не ограничивают само право налогоплательщиков проводить свои хозяйственные операции так, чтобы налоговые последствия были минимальными, однако в избранном налогоплательщиком варианте сделки (операции) не должно присутствовать признака искусственности, лишенной хозяйственного смысла. Кроме того, налоговый орган не вправе настаивать на том, что налогоплательщик должен был выбрать тот или иной вариант построения хозяйственных операций.

Налоговые органы должны опровергать реальность спорной сделки (операции) посредством доказывания фактов исполнения обязательств по сделке (операции) иным лицом, чем лицо, являющееся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону, и (или) доказывания фактов, свидетельствующих о том, что исполнение, предусмотренное спорной сделкой (операцией), выполнено проверяемым налогоплательщиком самостоятельно. В этих случаях налоговые органы должны эффективно использовать такие механизмы, как: получение пояснений от лиц, обладающих информацией об обстоятельствах заключения, совершения, исполнения сделки (операции); проведение осмотров территорий, помещений, документов, предметов с применением технических средств; сопоставление объема поставляемых товаров размеру складских помещений (территорий); инвентаризация имущества; анализ и воссоздание полного баланса предприятия (товарного баланса, складского учета и т.п.); истребование документов (информации), а в необходимых случаях проведение выемки документов (предметов), проведение экспертиз и другие. Для целей установления фактов выполнения налогоплательщиком работ, услуг собственными силами основным доказательством может являться информация, прямо или косвенно подтверждающая данный факт, полученная посредством опросов должностных лиц проверяемого налогоплательщика, занятых на производстве; истребования документов (информации) у заказчиков и допросов их должностных лиц, лиц, осуществляющих технический надзор; выявления иных, "непроблемных", контрагентов, оказывающих налогоплательщику аналогичные работы, услуги, с последующим проведением в отношении них контрольных мероприятий; исследования локальных актов об установлении пропускного режима охраняемых объектов, пропусков, журналов регистрации.

Если налоговым органом будут представлены доказательства того, что в действительности реально хозяйственные операции поставщиками (контрагентами) не осуществлялись и налоги в бюджет ими не уплачивались, в систему поставок и взаиморасчетов вовлечены юридические лица, зарегистрированные по подложным или утерянным документам или несуществующим адресам, либо схема взаимодействия производителя, поставщика и покупателя продукции указывает на недобросовестность участников хозяйственных операций, арбитражный суд не должен ограничиваться проверкой формального соответствия представленных налогоплательщиком документов требованиям налогового законодательства, а должен оценить все доказательства по делу в совокупности и во взаимосвязи с целью исключения внутренних противоречий и расхождений между ними.

На основании положений статьи 169 НК РФ и позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 16.07.2009 №924-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы открытого акционерного общества "ЛК Лизинг" на нарушение конституционных прав и свобод положениями статей 106, 110, 169, 171 и 172 Налогового кодекса Российской Федерации", нормы налогового права не предполагают формального подхода при разрешении налоговых споров, и не исключают возможности оценки совокупности обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела.

Суд с учетом имеющихся в материалах дела документов, доводов приведенных в заявлении, отзывах, дополнительных пояснениях, в выступлении представителей сторон, считает, что в оспариваемом решении налоговой проверки не содержится неоспоримых доказательств, нарушения Обществом подпунктом 2 пункта 2 статьи 54.1, ст. 169, ст. 171, ст. 172 НК РФ, по следующим основаниям.

Судом установлено, материалами дела подтверждается, что налогоплательщиком на налоговую проверку представлены: договоры поставки/оказания услуг, счета-фактуры, товарные накладные, акты, задания, отчеты по выполненным работам, приходные ордера, отчеты об использовании материалов, запасных частей и спец одежды, заявки на поставку материалов, запасных частей и спец одежды. Представленные документы соответствуют требованиям Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ "О бухгалтерском учете" и статьи 169, 171, 172 НК РФ.

Основанием для начисления оспариваемой суммы налога на добавленную стоимость по итогам выездной налоговой проверки послужил вывод налогового органа о необоснованном завышении Обществом налоговых вычетов по НДС по взаимоотношениям с ООО «Монтаж+», ООО «Проспект М», ООО «Ритон», ООО «Спецбизнес», ООО ПКФ «Арсенал новых технологий», ООО «Автотрейд», ООО «М-Инжиниринг», в связи с несоблюдением условий, установленных подпунктом 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ, сделки не исполнены данными контрагентами.

Между тем, суд не может согласится с выводами налогового органа, поскольку налоговым органом не учтены следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, в проверяемом периоде между ООО «Монтаж+» (Поставщик) и ООО «ЦИС» (Покупатель) заключен договор поставки от 09.01.2020, согласно которому Поставщик обязуется передавать в собственность Покупателя, а Покупатель принимать и оплачивать: радиатор Royal Thermo биметалл Vittoria Super 500/90/8; радиатор Royal Thermo биметалл Vittoria Super 500/90/12. Стоимость сделки составила 9 476 084,18 руб., в том числе НДС – 1 579 347,33 руб.

В подтверждение данной сделки по требованию налогового органа Обществом представлены договор поставки, универсально-передаточные документы (далее - УПД), сертификаты на поставленный товар, карточка счета 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками».

Товарно-транспортные накладные, путевые листы; карточки счетов 01 «Основные средства», 08 «Вложения во внеоборотные активы», 10 «Материалы», 41 «Товары», 20 «Основное производство», 23 «Вспомогательные производства», 26 «Общехозяйственные расходы», 44 «Расходы на продажу», 91 «Прочие доходы и расходы» и иных счетов; договор с транспортной компанией по доставке товара от ООО «Монтаж+»; деловая переписка, контактные данные контрагента налогоплательщиком не представлены.

Также между ООО «Ритон» (Поставщик) и ООО «ЦИС» (Покупатель) заключен договор поставки от 11.07.2019 № 44, согласно которому Поставщик обязуется передавать в собственность Покупателя, а Покупатель принимать и оплачивать: радиаторы Royal Thermo биметалл Vittoria Super, радиаторы биметаллические Rifar Base, Indigo Super, алюминиевые Royal Thermo, трубы, краны шаровые латунные, полотенцесушители, муфты. Стоимость сделки составила 25 661 288,41 руб., в том числе НДС - 4 276 881,43 руб.

Между ООО «Проспект М» (Поставщик) и ООО «ЦИС» (Покупатель) заключен договор поставки от 08.07.2020, согласно которому Поставщик обязуется передавать в собственность Покупателя, а Покупатель принимать и оплачивать: радиаторы марок Royal Thermo Compact Биметалл РБС различных модификаций. Стоимость сделки составила 3 369 382,2 руб., в том числе НДС - 561 563,7 руб.

30.09.2020 между ООО «Спецбизнес» (Поставщик) и ООО «ЦИС» (Покупатель) заключен договор поставки № 301-СБ с отсрочкой платежа (трубы ПЭ различных диаметров, переходы, муфты, антивибрационная вставка). Стоимость сделки составила 6 828 982 руб., в том числе НДС - 1 138 163,68 руб. По условиям договора Покупатель оплачивает товар в течение 365 дней; размер и срок очередного платежа согласовывается сторонами отдельно.

Между ООО ПКФ «Арсенал новых технологий» (Поставщик) и ООО «ЦИС» (Покупатель) заключен договор поставки от 12.10.2020 № 119-ЦИС теплотехнического оборудования (затвор, фланец, люк чугунный, труба ПЭ). Стоимость сделки составила 8 981 725,64 руб., в том числе НДС - 1 496 954,27 руб.

09.04.2020 между ООО «Автотрейд» (Поставщик) и ООО «ЦИС» (Покупатель) заключен договор поставки № 0904/2020, согласно которому Поставщиком поставляется инженерно-технический товар (кран шаровой, радиатор Royal Thermo биметалл Vittoria, труба арм. стекловолокном, муфта переходная, трубы Пиарком ПНД ПЭ, радиаторы биметаллические Rommer Optima ВМ). Стоимость сделки составила 7 816 416,31 руб., в том числе НДС – 1 302 736,1 руб.

Между ООО «М-Инжиниринг» (Поставщик) и ООО «ЦИС» (Покупатель) заключены договоры поставки сантехнического оборудования от 30.07.2018 № МИ-18-3 5, от 31.07.2018 № ЦИС-18/001 (смесители, циркуляционные насосы, муфты, трубы, отводы, тройники, насосы, утеплитель, хомут, радиаторы алюминиевые марок Revolution, Radena, Rifar, Global Piano Forte, биметалл Indigo, Super, Royal Thermo, Vittoria и прочее оборудование). Стоимость сделок составила 20 171 354,29 руб., в том числе НДС – 3 131 846,3 руб.

Как неоднократно пояснялось заявителем налоговому органу в ходе проверки и указано в заявлении, все договоры Общество, заключало с спорными контрагентами после соответствующей проверки, проявляя должную осмотрительность в отношении контрагентов для проверки добросовестности и благонадежности, заявителем были запрошены и получены от организаций-контрагентов все документы по должной осмотрительности.

Как установлено судом и налоговым органом не оспорено, в проверяемом налоговом периоде контрагенты числились в ЕГРЮЛ, зарегистрированы в установленном законом порядке, поставлены на налоговый учет, исков и исполнительных производств в отношении спорных контрагентов не возбуждалось, как должники по налогам и сборам не числилось, в реестре недобросовестных поставщиков не значились, осуществляли реальную хозяйственную деятельность, что не может свидетельствовать об неблагонадежности указанных контрагента.

В соответствии с пунктом 3 статьи 49 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.

Доводы налогового органа о внесении записи о недостоверности сведений о юридическом лице в отношении контрагентов налогоплательщика ООО «Проспект М», ООО «Спецбизнес», ООО «Авторейд» судом отклоняется, поскольку данное обстоятельство не повод для отказа в учете затрат по НДС.

Кроме того, данное обстоятельство не может негативным образом отражаться на положении заявителя, добросовестно предпринявшего все меры по проверке контрагента на этапе заключения сделок с ними. Налогоплательщик никак не мог повлиять на это обстоятельство. Исполнение либо неисполнение контрагентом требований законодательства находится вне сферы возможностей и полномочий общества, поэтому такие обстоятельства не могут быть поставлены ему в вину.

Довод Инспекции о непредставлении контрагентами налогоплательщика: ООО «Спецбизнес», ООО «Монтаж+», ООО «Проспект М», ООО ПКФ «Арсенал новых технологий» документов, подлежит отклонению, поскольку само по себе не представление документов не может свидетельствовать о наличии умысла на искажение фактов хозяйственной деятельности.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что применительно к спорным сделкам у общества отсутствовала разумная экономическая цель, либо то, что общество действовало совместно со спорными контрагентами с целью получения необоснованной налоговой выгоды, либо имеются иные обстоятельства, которые позволили бы утверждать о недобросовестности налогоплательщика.

Таким образом, Обществом учтены операции со спорными контрагентами в соответствии с их действительным экономическим смыслом.

Из п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 №53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" следует, что факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом.

Налоговая выгода может быть также признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что деятельность налогоплательщика направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей.

В силу ст. 65 АПК РФ доказывание обстоятельств, послуживших основанием для принятия акта налоговым органом, возлагается на последнего, что, однако, не исключает обязанности налогоплательщика доказать те обстоятельства, на которые он ссылается в обоснование своих возражений.

Оценив представленные в материалы дела заявителем доказательства в порядке ст. 65, 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводам о реальности финансово-хозяйственных операций, совершенных между налогоплательщиком и указанными выше спорными контрагентами, о недоказанности налоговым органом недобросовестности налогоплательщика и направленности его действий на получение необоснованной налоговой выгоды по спорным сделкам.

Доводы налогового органа о неявке руководителей контрагентов (ООО «Автотрейд», ООО «Ритон»)  налогоплательщика судом отклоняются, поскольку неявка руководителей контрагентов на допрос или отказ его от руководства компанией не повод для отказа в учете затрат по НДС.

Кроме того, данное обстоятельство не может негативным образом отражаться на положении заявителя, добросовестно предпринявшего все меры по проверке контрагентов на этапе заключения сделок с ними. Налогоплательщик никак не мог повлиять на это обстоятельство. Исполнение либо неисполнение контрагентами требований законодательства находится вне сферы возможностей и полномочий общества, поэтому такие обстоятельства не могут быть поставлены ему в вину.

Таким образом, вывод о формальном документообороте сделан проверяющими при отсутствии достаточного количества доказательств основан на субъективных предположениях. Доказательствами могут являться только факты, а не отсутствие фактов.

При этом налоговым органом не доказано, что основной целью сделок являлась налоговая экономия, в чем конкретно она выражалась, не установлена причинно-следственная связь между действиями должностных лиц Общества и спорных контрагентов при совершении сделок, в чем заключаются потери бюджета РФ (если они имеют место быть).

Судом также признается несостоятельным довод налогового органа о том, что спорные контрагенты не имели возможности осуществлять хозяйственную деятельность ввиду отсутствия складских помещений, материалов, необходимых для выполнения работ, имущество, транспортные средства, собственных и привлеченных трудовых ресурсов, поскольку налоговым органом не учтено, что отсутствие у контрагентов материальных и трудовых ресурсов не исключает реального осуществления ими хозяйственных операций, и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды ввиду возможности привлечения контрагентами физических лиц к осуществлению какой-либо деятельности по договорам гражданско-правового характера, привлечения материально-технических ресурсов на условиях договора аренды.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 №305-КГ16-10399 отсутствие работников у контрагента само по себе не является признаком недобросовестности, поскольку закон не обязывает организацию иметь собственные основные средства и штат работников при осуществлении хозяйственной деятельности. Если у контрагента нет имущества, это не означает, что он не может вести деятельность. Аналогичная правовая позиция получила свое отражение в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 19.04.2017 по делу №А12-20203/2016.

Отсутствие у спорных контрагентов задекларированной материально-технической базы, персонала, минимизация им уплаты налогов, неисполнительность в своих налоговых обязанностях, сами по себе не порочат сделки с их участием по налоговым последствиям для ОО «ЦИС», а касаются оценки деятельности спорных контрагентов, за которую заявитель ответственность нести не может.

Данный вывод подтверждается Постановлениями АС Поволжского округа от 29.06.2018 №Ф06-34135/2018 по делу №А12-37867/2017, от 13.02.2018 года по делу №А12-10631/201, от 13 сентября 2018 г. № Ф06-24135/2017 по делу №А55-2995/2016 и т.д.

Приведенные налоговым органом в решении выводы сами по себе, безусловно не могут свидетельствовать о несовершении им хозяйственных операций, о наличии в его действиях умысла без наличия доказательств, что оно знало об указанных фактах и заключило со спорными контрагентом сделки, желая либо сознательно допуская наступление вредных последствий.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг

То есть, налоговый орган, вменяя налогоплательщику создание формального документооборота должен доказать, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности.

Однако такие обстоятельства в рамках настоящего дела не подтверждены налоговым органом.

Обстоятельства, на которые ссылается налоговый орган не могут служить основанием для возложения соответствующих негативных последствий на общество, являющееся покупателем товаров (работ, услуг).

Подлежит отклонению и довод налогового органа о визуальном несоответствие подписей руководителей ООО «Проспект М», ООО «Спецбизнес», ООО ПКФ «Арсенал новых технологий» в первичных документов, так как Инспекция не воспользовалась своим правом, установленным статей 95 НК РФ, и не провела экспертизу в рамках выездной налоговой проверки. Кроме того, при рассмотрении дела по существу Инспекция также не заявляла ходатайство о проведении почерковедческой экспертизы. Визуальное сличение подписей не является доказательством, подтверждающим их отличие.

Действующее законодательство не возлагает на налогоплательщика, для которого выполняют работы организации - контрагенты, обязанности установления подлинности подписи на документах, принимаемых к бухгалтерскому и налоговому учету, что возможно установить только посредством проведения почерковедческой экспертизы.

Из обстоятельств, установленных в ходе рассмотрения дела и анализа доказательств, имеющихся в материалах дела следует, что обществом соблюдены требования ст.ст. 169, 171, 172, п. 1 ст. 54.1 НК РФ по сделкам с контрагентами.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений. Пунктом 1 названной статьи, и пунктом 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого решения, возложена на налоговый орган, который принял решение.

В связи с этим, при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, такого рода обстоятельства, налоговым органом в ходе проведения выездной налоговой проверки установлены не были и в ходе судебного разбирательства соответствующие доказательства суду не представлены.

Материалами дела подтвержден факт представления налогоплательщиком на проверку налоговому органу всех необходимых документов, подтверждающих взаимоотношения между заявителем и спорными контрагентами. 

Приведенные Инспекцией в решении выводы сами по себе, безусловно не могут свидетельствовать о не совершении обществом хозяйственных операций, о наличии в его действиях умысла без наличия доказательств, что оно знало об указанных фактах и заключило с данным контрагентом сделки, желая либо сознательно допуская наступление вредных последствий.

Налоговый орган в целях легализации объектов налогообложения на постоянной основе приглашает налогоплательщиков на комиссии, в том числе и налогоплательщиков с низкой налоговый нагрузкой.

Таким образом, именно налоговый орган обязан своевременно выявлять допущенные налогоплательщиками нарушения налогового законодательства, запрашивать у налогоплательщиков причины низкой налоговой нагрузки, пресекать участие в схемах уклонения от налогообложения и предпринимать меры к легализации плательщиками объектов налогообложения.

Согласно правовой позиции КС РФ, выраженной в Определении № 329-0 от 16.10.2003, налоговое законодательство не возлагает на налогоплательщика обязанность по проверке деятельности его контрагентов, которые являются самостоятельными налогоплательщиками и несут в случае недобросовестного исполнения налоговых обязательств налоговую ответственность.

Тем более Общество не может нести ответственность за всю цепочку контрагентов и контролировать налоговую добросовестность поставщиков товаров, работ, услуг 2-го, 3-го и прочих звеньев, что подтверждается Письмом ФНС России от 23.03.2017 № ЕД-5-9/947@.

Общество, как налогоплательщик, не несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет.

Кроме того, возложение ответственности на ООО «ЦИС» по разрывам в цепочке в системе АИС НДС за действия контрагентов, в том числе второго и далее звена, противоречит позиции указанной в определении Верховного суда РФ от 01.02.2016 №308-КГ 15-18629, из которой следует, что если компания и контрагенты первого звена подтвердили реальность сделок, сделку нельзя признать фиктивной, если контрагенты второго и далее звена оказались недобросовестными. 

Также Верховным Судом РФ в определении от 14.05.2020 № 307-ЭС19-27597, указано, что если организация доказала факт приобретения товаров, то налоговый орган не вправе отказать ей в вычете НДС даже в том случае, если ее контрагент (поставщик) имеет признаки фирмы-однодневки и не платит в бюджет НДС. 

В письме ФНС России № ЕД-5-9-547/@ от 23.03.2017 указано, что нельзя возлагать на налогоплательщика ответственность за недобросовестные действия его контрагентов второго и последующих звеньев, если не доказано, что этот недобросовестный контрагент не подконтролен налогоплательщику. 

Инспекция указывает на минимальные отчисления контрагентами налоговых исчисленной к уплате в бюджет. Однако налоговым органом не установлены признаки вывода денежных средств контрагентами в адрес заявителя, фиктивность совершаемых операций и иные порочащие достоверность налоговой отчетности и полноту уплаты налогов контрагентами факты.

Как неоднократно отмечалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц (Постановление от 19.12.2019 N 41-П, Определения от 16.10.2003 N 329-О, от 10.11.2016 N 2561-О, от 26.11.2018 N 3054-О и др.).

Таким образом, отказ в праве на вычет "входящего" налога обуславливается фактом неисполнения обязанности по уплате НДС контрагентом налогоплательщика или (и) поставщиками предыдущих звеньев в той мере, в какой это указывает на отсутствие экономического источника вычета (возмещения) налога, но один лишь этот факт не может быть достаточным, чтобы считать применение налоговых вычетов покупателем неправомерным. Лишение права на вычет НДС налогоплательщика-покупателя, который не преследовал цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, а при отсутствии такой цели - не знал и не должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях, действуя в рамках поведения, ожидаемого от разумного участника хозяйственного оборота, по существу означало бы применение меры имущественной ответственности за неуплату налогов, допущенную иными лицами, в том числе, при искажении ими фактов своей хозяйственной деятельности, к налогоплательщику-покупателю, не имевшему возможности предотвратить эти нарушения и (или) избежать наступления их последствий.

Дифференциация вызванных указанными нарушениями последствий для налогоплательщиков-покупателей с учетом того, знали и должны ли последние были знать о допущенных контрагентом и третьими лицами нарушениях при исполнении обязанности по уплате НДС, необходима, поскольку позволяет обеспечить нейтральность налогообложения по отношению ко всем плательщикам НДС, которые действовали осмотрительно в хозяйственном обороте, и имеет превентивный характер для обеспечения стабильности налоговой системы, стимулируя участников оборота к вступлению в договорные отношения преимущественно с контрагентами, ведущими реальную хозяйственную деятельность и уплачивающими налоги.

Как указано в связи с этим в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 №53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", в признании обоснованности получения налоговой выгоды может быть отказано, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность (пункт 9) или в случаях, когда налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом, в силу того, что деятельность налогоплательщика, его взаимозависимых или аффилированных лиц ведется преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей (пункт 10).

Принимая во внимание изложенное, к обстоятельствам, подлежащим установлению при оспаривании правомерности применения налоговых вычетов по основаниям, связанным с отсутствием экономического источника для вычета (возмещения) НДС налогоплательщиком-покупателем, помимо данного факта также относится реальность приобретения товаров (работ, услуг) налогоплательщиком для осуществления своей облагаемой налогом деятельности, и то, преследовал ли налогоплательщик-покупатель цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, либо в отсутствие такой цели - знал или должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях.

Названный подход к разрешению споров, связанных с получением необоснованной налоговой выгоды за счет вычета (возмещения) НДС, ранее также нашел отражение в пункте 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2010 N 12670/09, от 30.06.2009 N 2635/09, от 12.02.2008 N 12210/07.

Аналогичный вывод содержит Определение ВС РФ от 14.05.2020 по делу А42-7695/2917.

Оценивая действия заявителя при заключении договора, суд полагает, что им была проявлена должная осмотрительность. Заявитель удостоверился в правоспособности контрагента. Действия заявителя полностью соответствовали указаниям, изложенным в письме Минфина от 10.04.2009 № 03-02-07/1-177, по проявлению должной осмотрительности.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017 года, факт неисполнения поставщиком обязанности по уплате налогов сам по себе не может являться основанием для возложения негативных последствий на налогоплательщика, проявившего должную осмотрительность при выборе контрагента, при условии реального исполнения заключенной сделки.

Ссылки налогового органа на уплату спорными контрагентами налогов в минимальном размерах по сравнению с оборотами нельзя признать обоснованными, поскольку, если компания является реально действующей, то сам по себе факт представления налоговой отчетности с "минимальными" показателями, в отсутствие анализа финансово-хозяйственной деятельности данной организации, не может служить основанием для выводов о том, что данное обстоятельство косвенно подтверждает факт уклонения спорного контрагента от налогообложения осуществляемых ими финансово-хозяйственных операций.

Кроме того, уплата налогов в минимальных размерах не свидетельствует о нарушении спорными контрагентами налогового законодательства, так как нарушение налогового законодательства в виде неуплаты налогов может быть выявлено только в ходе камеральных или выездных налоговых проверок, которые в отношении организаций-контрагентов не проводились. Общество, как налогоплательщик, не несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет.

Суд находит обоснованным довод Общества об отсутствии у него реальной возможности убедиться как в указанных обстоятельствах, так и в иных фактах финансово-хозяйственной деятельности контрагентов, их взаимоотношений с налоговыми органами, как в силу банковской, так и налоговой тайны. Контрагенты к ответственности за совершение налоговых правонарушений не привлекались

Меры по установлению надлежащей деловой репутации контрагента по гражданско-правовому договору включают в себя, в частности, получение налогоплательщиком от контрагента копии свидетельства о постановке на учет в налоговом органе, проверку факта занесения сведений о контрагенте в Единый государственный реестр юридических лиц, получение доверенности или иного документа, подтверждающего необходимые полномочия представителя на подписание документов от имени контрагента, использование официальных источников информации, характеризующих деятельность контрагента. Об этом сказано в совместном письме Минфина РФ и ФНС России от 11.02.2010 N 3-7-07/84, Письме Минфина РФ от 31.12.2008 N 03-02-07/2-231, Письме Минфина РФ от 29.11.2013 N 03-02-07/1/51753.

Суд считает, что данный довод Инспекции по сути подтверждает факт получения от заявителя денежных средств в рамках исполнения договорных обязательств, в связи с чем, ссылка на транзитный характер платежей не обоснована доказательствами, а ссылка на минимальный объем налоговых платежей не свидетельствует об отсутствии у организаций хозяйственной деятельности.

Кроме того, суд полагает, что отсутствие у спорных контрагентов материальных ресурсов и возможность выполнения ими договорных обязательств недопустимо, так как это не влияет на возможность выполнения ими договорных обязательств.

В части доводов налогового органа о взаимозависимости и подконтрольности контрагента налогоплательщику суд отмечает следующее.

Совпадение IP-адреса, налогоплательщика и IP-адресов у ООО «Автотрейд»; ООО «ООО «М-Инжиниринг» само по себе не может свидетельствовать о подконтрольности указанных организаций налогоплательщику и согласованности их действий.

Суд отмечает, что IP-адрес – это сетевой адрес узла в компьютерной сети, а не адрес конкретного компьютера. IP адреса бывают двух видов. IP-адрес называют статическим (то есть постоянным, неизменяемым), если он не может быть присвоен другому устройству. IP-адрес называют динамическим (непостоянным, изменяемым), если он назначается автоматически при подключении устройства к сети и используется в течение ограниченного промежутка времени, как правило, до завершения сеанса подключения. Таким образом, динамический IP-адрес, а именно они в большинстве случаев используются, не уникален. IP адрес соединения узла с сетью Интернет может совпадать у весьма значительного числа устройств связи, если Интернет- соединения были сделаны в разное время.

В большинстве случаев для подключения к сети применяются динамические IP-адреса, что дает провайдеру возможность обслуживать больше клиентов, чем реальное количество свободных адресов, находящихся во владении провайдера. В результате динамические IP-адреса соединения с Интернетом могут совпадать у весьма значительного числа устройств связи, если подключения к сети Интернет были осуществлены в разное время.

Следовательно, одинаковый динамический IP-адрес - это отнюдь не один компьютер, а чаще всего сервер, расположенный, например, в офисном здании или группе зданий. Один и тот же IP-адрес без использования ключа электронной цифровой подписи не является средством идентификации клиента автоматизированной системы расчетов.

При этом указание налоговым органом в решении и впоследствии в отзывах о том, что IP-адреса статические, не соответствует сведениям в оспариваемом решении, в котором на вид IP-адреса указание отсутствует.

При каждом подключении пользователь Интернета получает от провайдера один и тот же номер сети, при этом уникальный номер компьютера (узла), с которого осуществляется выход в сеть, каждый раз может меняться. Само по себе совпадение IP-адресов не может достоверно и безусловно свидетельствовать о подконтрольности и согласованности действий налогоплательщика и его контрагентов.

Такие сведения, как IP-адрес, не носят характер индивидуальных и не являются идентификационными данными клиента, поскольку вход в программу банковского обслуживания может быть осуществлен из общих точек доступа интернет (Wi-Fi в гостиницах, аэропортах и т.д.). Совпадение IP-адресов может свидетельствовать только о совпадении интернет-шлюза, территории (адреса), оператора связи, его оборудования, (что имеет место в рассматриваемом случае).

Суд отмечает, что такие сведения, как IP-адрес, не носят характер индивидуальных и не являются идентификационными данными клиента, поскольку вход в программу банковского обслуживания может быть осуществлен из общих точек доступа интернет (Wi-Fi в гостиницах, аэропортах и т.д.). Совпадение IP-адресов может свидетельствовать только о совпадении оператора связи (его оборудования), интернет-шлюза, территории (адреса).

Кроме того, авторизация клиентов в банке производится не по IP/MAC-адресам, а по логинам, паролям и ЭЦП. Фиксируемая на оборудовании банка информация об IP-адресах может соответствовать как компьютеру клиента, так и сетевому оборудованию клиента или провайдера клиента. В большинстве случаев IP-адрес компьютера клиента является динамическим и может меняться в разные сеансы связи. Данный довод подтверждается судебной практикой (Постановлении Девятого ААС от 02.07.2018 №09АП-29181/2018 по делу №А40-174817/17, Постановление АС ПО от 05.12.2016 по делу №А72-16136/2014, Постановление АС ЦО от 28.08.2017 по делу №А64-8137/2015, Постановление АС ЦО от 04.05.2017 по делу № А54- 6206/2015).

Диапазон IP-адресов, присвоенный оборудованию общества - маршрутизатору, мог использоваться для выхода в сеть Интернет любыми лицами с любого устройства, подключенного к этому оборудованию как посредством локальной сети, так и с использованием сети беспроводного доступа (Wi-Fi); Инспекцией также не представлены доказательства того, что необходимые для управления расчетными счетами посредством интернет-систем типа "банк-клиент" ключи электронно-цифровых подписей, предоставленных банковскими учреждениями названным организациям-клиентам, находились в распоряжении сотрудников заявителя или связанных с ним лиц.

Таким образом, оценив и исследовав в совокупности и взаимосвязи, установленные факты, с обстоятельствами, положенными налоговым органом в основу оспариваемого решения, суд считает выводы налогового органа об отсутствии реальности сделок с указанным контрагентом необоснованными, и приходит к выводу о недоказанности налоговым органом наличия согласованных неправомерных и умышленных действий заявителя и контрагента, а также создании видимости гражданско-правовых отношений направленных на получение заявителем необоснованной налоговой выгоды.

Таким образом, Обществом учтены операции со спорными контрагентами в соответствии с их действительным экономическим смыслом, так как поставка осуществлялась именно указанными контрагентами в соответствии с требованиями каждого Покупателя.

Все операции общества учтены в соответствии с действующим законодательством и обусловлены экономическим смыслом в виде получения дохода, ни один из участников не является убыточным. 

Представленные документы в совокупности подтверждают реальность совершенных хозяйственных операций, действительное исполнение договоров заявителем и контрагентами. 

Таким образом, судом в действиях заявителя и контрагентов не усматривается недобросовестность налогоплательщика, поскольку все представленные документы подтверждают реальность совершенных сделок и их разумную деловую цель, обусловленную характером предпринимательской деятельности.

Оценивая действия заявителя при заключении договоров, суд полагает, что им была проявлена должная осмотрительность. Заявитель удостоверился в правоспособности контрагентов, контрагентами предоставлены правоустанавливающие документы. Действия заявителя полностью соответствовали указаниям, изложенным в письме Минфина от 10.04.2009 № 03-02-07/1-177, по проявлению должной осмотрительности.

Из материалов дела следует, что реальность хозяйственных операций заявителя с контрагентами подтверждена договорами и соответствующими товаросопроводительными документами, представленными по запросу налогового органа, указанных судом по каждому спорному контрагенту в отдельности, надлежащих доказательств недостоверности которых не имеется. При этом выводы Инспекции о создании заявителем фиктивного документооборота, не подтверждаются представленным в материалы дела доказательствам и установленными судом фактами.

При этом, согласно п. 7 ст. 3 НК РФ, все неустранимые сомнения, противоречия и неясности акта законодательства о налогах и сборах трактуются в пользу налогоплательщика.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что налоговый орган не доказал факт получения Обществом необоснованной налоговой выгоды во взаимоотношениях со спорными контрагентами.

Кроме того, в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от № 305-КГ16-10399 противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность товародвижения от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и более дальних звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров.

Таким образом, обстоятельства, на которые ссылается налоговый орган, не опровергают и не свидетельствуют о недобросовестности Общества, относятся исключительно к деятельности рассматриваемых контрагентов. Указанные обстоятельства не могут служить основанием для возложения соответствующих негативных последствий на общество, являющегося покупателем товаров.

В силу положений статей 146, 169, 171, 172 НК РФ для получения налогового вычета необходима совокупность следующих условий: наличие счетов-фактур, документов, подтверждающих принятие указанных товаров (работ, услуг) на учет, а также строгое соответствие выставленных счетов-фактур требованиям пунктов 5, 6 статьи 169 НК РФ.

В пунктах 1,3 и 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 №53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» разъяснено, что судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики, в связи с чем предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны; представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы; налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера); налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В рассматриваемой ситуации налоговым органом не представлено достоверных и достаточных доказательств в подтверждение доводов о нереальности спорных хозяйственных операций, связанных с закупкой материалов (комплектующих) для доукомплектованием оборудования,  выполнения работ, недобросовестности общества и направленности его действий на получение необоснованной налоговый выгоды. Достоверность представленных обществом документов и сведений, связанных с использование спорных комплектующих и работ, налоговым органом не опровергнута.

Таким образом, оснований для исключения понесенных обществом затрат из состава расходов при определении налогооблагаемой прибыли и уменьшение предъявленного к возмещению налога на добавленную стоимость у Инспекции не имелось.

В связи с чем, а также учитывая отсутствие доказательств умышленных действий заявителя, привлечение налогоплательщика к ответственности за совершение налогового правонарушения, взыскание доначисленных налогов, штрафов, является незаконным и указанное решение нарушает права и законные интересы заявителя.

Согласно частям 2 и 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными, а, в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Из содержания  частей 2 и  3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует вывод о том, что для признания оспариваемого ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц незаконными суд должен установить наличие двух условий в совокупности: 

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту; 

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. 

В силу  части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Согласно п. 7 ст. 3НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента).

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что решение Межрайонной ИФНС России № 21 по Самарской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 16.09.2022 № 4933, в части доначисления НДС в размере  10 488 292 руб. и соответствующих сумм пени и штрафа, не соответствует требованиям Налогового кодекса Российской Федерации и нарушает права и законные интересы заявителя что в силу статьей 198, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для признания его недействительным, и, возложения на налоговый орган обязанности устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

Судебные расходы в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд относит на Инспекцию. 

Руководствуясь ст.ст. 49, 110, 167-176, 198-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Руководствуясь ст.ст. 167-176,198-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

1. Заявленные требования удовлетворить.

Признать недействительным решение Межрайонной ИФНС России №21 по Самарской области от 16.09.2022 № 4933 в редакции решений УФНС России по Самарской области от 23.12.2022 № 03-30/183 и от 17.03.2023 № 03-15/08960@ о привлечении Общества с ограниченной ответственностью «ЦентрИнженернойСантехники» к ответственности за совершение налогового правонарушения, в части доначисления НДС в размере 10 488 292 руб., а так же соответствующих сумм пеней и штрафов.

2. Обязать Межрайонную инспекцию ФНС Росси № 21 по Самарской области устранить допущенные нарушения прав и законных интересов Общества с ограниченной ответственностью «ЦентрИнженернойСантехники».

3. Взыскать с Межрайонной инспекции ФНС Росси № 21 по Самарской области в пользу Общества с ограниченной ответственностью «ЦентрИнженернойСантехники» судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

Решение  может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.

 

Судья

 

/

ФИО1