СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-19861/2019(6)-АК

Дело № А50-30779/2019

08 февраля 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 февраля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 08 февраля 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Герасименко Т.С.,

судей                                         Мартемьянова В.И., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

при участии:

от уполномоченного органа: ФИО2, паспорт, доверенность от 11.01.2022,

от иных лиц, участвующих в деле, не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО3

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 23 ноября 2021 года 

о результатах рассмотрения заявления конкурсного управляющего к ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности, и взыскании с него убытков,

вынесенное в рамках дела № А50-30779/2019

о признании ООО «Уралнефтесервис» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника,

третьи лица: ФИО5, ФИО6, 

 

установил:

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2020 (резолютивная часть от 18.02.2020) ООО «Уралнефтесервис» (далее – должник) признано банкротом по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО3, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Лига». 

Объявление о введении процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 29.02.2020 № 37. 

Определением суда от 20.07.2020 в отношении ООО «Уралнефтесервис» упрощенная процедура, применяемая в деле о банкротстве должника, прекращена, суд перешел к процедуре конкурсного производства по общим правилам. 

24.08.2020 конкурсный управляющий имуществом должника обратился в суд с заявлением о взыскании со ФИО4 в пользу ООО «Уралнефтесервис» убытков в сумме 8 533 827 руб. 06 коп.

Определением от 25.08.2020 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО5, ФИО6. 

04.02.2021 конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Уралнефтесервис» в размере 23 128 999 руб. 31 коп. (с учетом уточнения требований от 02.03.2021).

Определением от 07.04.2021 в порядке ст. 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обособленные споры по заявлениям о привлечении к субсидиарной ответственности и о взыскании убытков объединены для совместного рассмотрения. 

С учетом неоднократных уточнений требований, принятых судом на основании ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, конкурсный управляющий просил привлечь ФИО4 к ответственности в виде взыскания убытков в размере 3 208 989 руб. 75 коп., признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Уралнефтесервис».

Определением Арбитражного суда Пермского края от 23.11.2021 (резолютивная часть от 16.11.2021) ФИО4  привлечен к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве. Со ФИО4 в пользу ООО «Уралнефтесервис» взысканы денежные средства в размере 2 585 549 руб. 92 коп. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Уралнефтесервис» по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве. Приостановлено производство по требованию конкурсного управляющего о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве до окончания расчетов с кредиторами должника. В удовлетворении заявления о взыскании убытков отказано.

Не согласившись с вынесенным определением в части отказа во взыскании со ФИО4 убытков в размере 3 208 989,75 руб., а также в части отказа в признании доказанным наличия оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным ч. 4 ст. 10 Закона о банкротстве за перечисление в 2017 году себе денежных средств в размере 3 102 526,86 руб., конкурсный управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просит судебный акт отменить в данной части и требования управляющего удовлетворить.

Апеллянт оспаривает выводы о том, что денежные средства в размере                 1 142 468,75 руб. и 811 710 руб. перечислены ФИО4 и ФИО6 в качестве возврата денежных средств, предоставленных должнику для использования им в качестве хозяйственной деятельности. Конкурсный управляющий считает, что представленные ФИО4 доказательства не подтверждают того, что денежные средства от ФИО4 и ФИО6 были предоставлены должнику, так как на расчетный счет они не поступили, кассовая книга бывшим руководителем должника ФИО4 не предоставлена ни суду, ни конкурсному управляющему. При этом карточка счета 66.03, на которую ссылается суд, не является допустимым и достоверным доказательством, подтверждающим перечисление денежных средств в кассу предприятия. Также обращает внимание суда на то, что  из указанной карточки следует, что ФИО6 внес в кассу предприятия 1 000 000 руб., тогда как сумма займа по договору беспроцентного займа, который был предоставлен в материалы дела, составляет 850 000 руб., правовая оценка указанному противоречию не дана. Также указывает на то, что суд первой инстанции не дал оценки следующим доводам конкурного управляющего: - сумма приобретаемого дизельного топлива по документам, представленным ФИО4 составляет 341 843,42 руб., песка – 268 000 руб., дорожных плит – 816 000 руб., всего 1 426 543,42 руб., тогда как займы предоставлены на общую сумму 1 700 000 руб. (по 850 000 руб. каждый). То есть документов, подтверждающих расходования денежных средств на сумму 273 456,58 руб. не представлено вообще,- часть представленных документов – товарная накладная № 36 от 31.07.2014 г. (том 4, л.д. 43) не подписана со стороны грузополучателя, акт оказанных услуг (том 4, л.д. 44) не подписан со стороны Заказчика. Полагает, что в любом случае ООО «Уралнефтесервис» причинены убытки, равные разнице между полученными денежными средствами от ФИО4 в качестве беспроцентного займа в размере 850 000 руб. и суммой денежных средств, перечисленных по кредитным обязательствам ФИО4 в размере 1 142 468,75 руб. и составляют 292 468,75 руб. Указывает, что автомобиль Ssang Yong Action Sport, 2008 г.в., за ремонт которого оплачивал должник,  согласно сведениям, предоставленным ГИБДД конкурсному управляющему ФИО3, должнику не принадлежит. Отсутствуют доказательства того, что транспортное средство было использовано в хозяйственной деятельности должника, приносило прибыль, в связи с чем, денежные средства в размере 100 120 руб. являются для ООО «Уралнефтесервис» убытком, который, среди прочего подлежит взысканию с бывшего руководителя должника. Довод ФИО4 о том, что ремонт транспортного средства, принадлежащего третьему лицу оплачивало ООО «Уралнефтесервис» в связи с причинением ущерба этому транспортному средству работником ООО «Уралнефтесервис» не подтверждается  материалами дела, не представлены справки о ДТП, первичные документы по кузовному ремонту автомобиля. Кроме того управляющий оспаривает выводы суда о том, что фактически денежные средства в сумме 2 164 691 руб. не являлись заработной платой руководителя должника, а являлись платой по договору от 10.04.2012 г. № 04/2012 на оказание автотранспортных услуг. Конкурсный управляющий отмечает, что согласно выписке по расчетному счету, открытому в ПАО АКБ «УралФД» ФИО4 перечислил себе за 2016 г. с назначением платежа – заработная плата 2 164 691 руб., с назначением платежа – оплата по кредитным договорам 

<

***> 924,65 руб., с назначением платежа – оплата за аренду спецтехники 420 000 руб. Денежные средства перечислялись ФИО4 по различным основаниям на протяжении длительного периода времени (весь 2016 год), а не одномоментно, из чего конкурсный управляющий приходит к выводу о том, что денежные средства в размере 2 164 691 руб. были перечислены именно в качестве заработной платы, а не по иному основанию. Считает, что ФИО4, являясь директором ООО «Уралнефтесервис» перечислил себе заработную плату больше на 1 154 691  руб., что причинило ООО «Уралнефтесервис» убыток в заявленной сумме. Также не согласен с выводами суда об  отсутствие оснований для привлечения бывшего руководителя ООО «Уралнефтесервис» к субсидиарной ответственности за перечисление Обществом «Элвест» третьим лицам денежных средств в сумме 6 219 351,43 руб. за должника по его обязательствам. Доказательств возврата денежных средств в размере 750 952 руб. (1 000 000 руб. – 249 048 руб.) либо оказания услуг, поставки товара, выполнении работ на указанную сумму в материалах дела ответчиком не представлено. Отмечает, что анализ выписки по расчетному счету ООО «Профтехнологии» показал, что ООО «Профтехнологии» не закупало инертных материалов, бордюра, строительных материалов у третьих лиц, которые потом поставляло ООО «Уралнефтесервис», также по выписке прослеживается снятие наличных денежных средств. Более того, управляющий обращает внимание суда апелляционной инстанции, что согласно выписке по движению денежных средств должника по расчетному счету в ПАО АКБ «УралФД» ООО «Уралнефтесервис» перечислило ФИО4 за 2017 год 2 798 580,86 руб. с назначением платежа – заработная плата, 303 945 руб. с назначением платежа – оплата по кредитным договорам в ПАО АКБ «АК Барс». В уточненной декларации 6-НДФЛ за 2017 год, которая была принята уполномоченным органом, указано, что доход ФИО4 за 2017 год составил 72 000 руб., остальные денежные средства были получены за аренду спецтехники. Конкурсный управляющий ФИО3 считает, что указанные действия повлекли за собой причинение вреда имущественным правам кредиторов ООО «Уралнефтесервис», были совершены относительно заинтересованного лица, преимущественно перед требованиями иных кредиторов, при наличии признаков неплатежеспособности должника. Указывает, что в 2017 году на счету должника имелась картотека за неисполненные налоговые обязательства, счет был арестован, однако для целей получения денежных средств в приоритетной по отношению к налоговым платежам очереди, ФИО4 указывал в назначении платежей – выплата заработной платы, а, впоследствии сдавал уточненные декларации 6-НДФЛ, с указанием, что такие платежи являлись не заработной платой, а погашением задолженности перед ФИО4, за арендуемую должником технику.

От уполномоченного  органа поступили письменные пояснения.

В судебном заседании представитель уполномоченного органа доводы, изложенные в письменных пояснениях, поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили. В соответствии с частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения апелляционной  жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статей 266, 268 АПК РФ лишь в пределах доводов апелляционной жалобы. 

Как следует из материалов дела, ООО «Уралнефтесервис» зарегистрировано при его создании 04.08.2006. 

Единственным учредителем и руководителем должника являлся ФИО4. 

Из отчета конкурсного управляющего следует, что в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов на общую сумму               14 738 502 руб. 33 коп. 

Ссылаясь на то, что действиями бывшего руководителя должнику причинены убытки в общей сумме 3 208 989 руб. 75 коп., конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о взыскании со ФИО4 в пользу должника убытков в указанном размере. 

Обращаясь с заявлением о привлечении бывшего руководителя ООО «Уралнефтесервис» ФИО4 к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), управляющий указал на то, что ФИО4 должен был обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 01.07.2017, размер субсидиарной ответственности по указанному основанию составляет 2 867 243 руб. 56 коп. 

Кроме того, управляющий привел основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве и п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Оснований для взыскания со ФИО4 убытков судом первой инстанции не установлено. Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что обязанность у ФИО4 по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом возникла в момент вступления в законную силу решения вышестоящего налогового органа по результатам рассмотрения апелляционной жалобы ООО «Уралнефтесервис» на решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 15.14 от 12.09.2017, то есть  30.01.2018, чего сделано не было. Суд установил, что ФИО4 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Уралнефтесервис» на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве в размере 2 585 549  руб. 92 коп. Суд не усмотрел наличия оснований для привлечения бывшего руководителя ООО «Уралнефтесервис» к субсидиарной ответственности за перечисление ООО «Элвест» третьим лицам денежных средств в сумме 6 219 351 руб. 43 коп. за должника по его обязательствам, за перечисления в пользу ФИО4 за 2017 год 2 798 580,86 руб. с назначением платежа – заработная плата, 303 945 руб. с назначением платежа – оплата по кредитным договорам в ПАО АКБ «АК Барс». Судом первой инстанции было установлено, что между должником и ООО «ПермМетСервис» имелся фиктивный документооборот, направленный на получение необоснованной налоговой выгоды, по результатам выездной налоговой проверки должнику до начислено 7 223 770,61 руб., что в конечном итоге привело должника к невозможности ведения дальнейшей деятельности и расчетов с кредиторами, в связи с чем суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве.

Судебный акт в части установления наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности не обжалуется, судом апелляционной инстанции не пересматривается.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, оценив доводы апелляционной жалобы, заслушав лицо, участвующее в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда в обжалуемой части в силу следующего.

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Конкурсный управляющий вменяет в вину ФИО4 неправомерное перечисление должником денежных средств в пользу ФИО4 в размере 1 142 468,75 руб., за ФИО6 в размере 811 710 руб., за ООО «Симакс» в размере 100 120 руб., перечислением ФИО4 самому себе как директору ООО «Уралнефтесервис» заработной платы больше на 1 154 691 руб., тем самым причинение убытков должнику.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Из разъяснений, изложенных в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты. По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

Абзацем пятым пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве предусмотрено, что конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника, в том числе иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника.

Положениями статьи 15 ГК РФ закреплено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Основанием для удовлетворения требования о взыскании убытков является совокупность условий: факт причинения убытков, наличие причинной связи между понесенными убытками и виновными действиями ответчика, документально подтвержденный размер убытков.

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ (лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно пункту 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Привлечение единоличного исполнительного органа к ответственности зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявлял ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

Исходя из разъяснений, изложенных в пунктах 1 - 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причинение юридическому лицу убытков в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Как усматривается из разъяснения Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 12.04.2011 N 15201/10, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

Из разъяснений пункта 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" следует, что если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как было указано выше, ответчик ФИО4 являлся директором должника.

Из материалов дела следует, что по расчетному счету № 

<

***>, открытому в ПАО АКБ «УралФД», ООО «Уралнефтесервис» в период с 28.07.2014 по 29.03.2017 перечислило ФИО4 денежные средства в размере 1 142 468 руб. 75 коп. 

Кроме того, с расчетного счета, открытого в ПАО АКБ «УралФД», ООО «Уралнефтесервис» в период с 31.12.2014 по 29.03.2017 перечислило денежные средства в размере 811 710 руб. за ФИО6 с указанием в качестве основания платежа «оплата по предложению на заключение кредитного договора от 22.05.2014 за ФИО6». 

ФИО4 оспорил утверждение конкурсного управляющего о безосновательности перечисления денежных средств, ссылался на наличие встречного предоставления.

В обоснование встречного предоставления ФИО4 представил в материалы дела договоры беспроцентных займов, заключенные между ФИО4 и ООО «Уралнефтесервис» от 25.05.2014 на сумму 850 000 руб. и между ФИО6 и ООО «Уралнефтесервис» от 20.05.2014 на сумму 850 000 руб. для целей покупки ООО «Уралнефтесервис» ТМЦ, плит, дизельного топлива, а также счета-фактуры, товарные накладные. 

В свою очередь конкурсный управляющий, оспаривает факт расходования денежных средств на нужды должника в размере 1 142 468 руб. 75 коп. и 811 710  руб., указал на то, что представленные ответчиком документы не подтверждают расходование денежных средств на хозяйственные нужды должника, более того не представлено доказательств внесения денежных средств, полученных ООО «Уралнефтесервис» в качестве займа на расчетный счет для расчетов с юридическими лицами - поставщиками дизельного топлива, инертных материалов, плит. В случае, если расчеты с контрагентами производились наличными денежными средствами, не представлено обоснование экономической целесообразности таких расчетов между юридическими лицами, а также доказательств несения таких расходов.

Проанализировав представленные в материалы дела документы в порядке ст. 71 АПК РФ  суд первой инстанции согласился с доводами ответчика ФИО4, признав, что спорные перечисления были возвращены ФИО4 и перечислены за ФИО6  в качестве возврата денежных средств, предоставленных должнику для использования в хозяйственной деятельности. Суд апелляционной инстанции соглашается с данными выводами суда первой инстанции.

Так из материалов дела следует, что ФИО4 до момента спорных перечислений получил 26.05.2014 в ПАО «БАНК УРАЛСИБ» кредит в сумме 1 000 000 руб., что подтверждено предложением на заключение кредитного договора от 26.05.2014. Согласно письму ПАО «БАНК УРАЛСИБ» от 28.08.2020 № 7495, обязательства по договору выполнены в полном объеме 01.09.2017. 

Также материалами дела подтверждено и то, что ФИО6 по кредитному договору от 22.05.2014 был предоставлен кредит на сумму                   750 000 руб. (письмо от 28.08.2020 № 7496). Обязательства по договору выполнены в полном объеме 31.05.2017. Факт внесения ФИО6 денежных средств в кассу должника на сумму 1 000 000 руб. следует из карточки счета 66.03. 

То обстоятельство, что счета-фактуры, транспортные накладные датированы мартом-апрелем 2014 года, 05.05.2014, тогда как договоры беспроцентных займов датированы 20.05.2014 и 25.05.2014 не свидетельствует о том, что указанные транспортные накладные не могли быть оплачены за счет денежных средств, полученных по кредитным договорам. Согласно пояснениям ответчика, денежные средства по кредитным договорам были привлечены для пополнения оборотных активов должника: с целью закупки инертных материалов и дизельного топлива для выполнения работ по строительству объекта Новоберезниковская ТЭЦ по договору с ОАО «Группа Е4», за счет которых и была произведена оплата. Само по себе оформление договоров займа позднее срока приобретения указанных материалов не опровергает сам факт приобретения этих материалов должником по спорным товарным накладным.

Вместе с тем, не нашло своего подтверждения приобретение должником у ООО «Пермметсервис», ввиду того, что налоговым органом была проведена проверка и решением №15.14 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 12.09.2017 установлено отсутствие реальных хозяйственных отношений между должником и ООО «Пермметсервис».

Однако из материалов дела следует, что 14.02.2014 между  ООО «Уралнефтесервис» (подрядчик) и ОАО «Группа Е4» (генподрядчик) был заключен договор подряда на выполнение общестроительных работ по устройству временных дорог и площадок, пункта мойки колес. 

Согласно п. 3.4. договора, за исключением случаев, установленных договором, работы выполняются подрядчиком с использованием своих материалов и оборудования подрядчика. 

В п. 6.8.6 договора указано на то, что по требованию генподрядчика подрядчик обязан принять и использовать полученные от генподрядчика материалы. 

Факт поставки плит, а также строительного песка, щебня должником ОАО «Группа Е4» подтверждается товарной накладной от 31.07.2014 № 56, актом от 31.07.2014, авансовым отчетом от 28.04.2014, отсутствием претензий со стороны генподрядчика, а также результатами выездной налоговой проверки, из которой следует, что ООО «Уралнефтесервис» поставило спорные плиты на объект ОАО «Группа Е4».

Таким образом, должником обязательства по названному выше договору подряда были исполнены, фактически плиты, песок, щебень для ОАО «Группа Е4» были приобретены должником и поставлены на объект.

 Наличие у должника в спорный период действия договора подряда собственных денежных средств, достаточных для приобретения материалов, конкурсным управляющим не доказано (ст. 65 АПК РФ).

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии основании для квалификации спорных платежей в качестве убытков.

В отношении перечисления должником в пользу ООО «Симакс» денежных средств в размере 100 120 руб. судом первой инстанции также не установлена неправомерность их перечисления.

Так, 16.12.2016 между ООО «Симакс» (Исполнитель) и ООО «Уралнефтесервис» (Заказчик) был заключен договор № 68 на выполнение работ по ремонту автомобилей, согласно которому исполнитель обязуется произвести ремонт транспортных средств Заказчика. 

Согласно акту выполненных работ от 27.01.2017, был произведен ремонт автомобиля Ssang Yong Action Sport, 2008 г.в. на сумму 104 670 руб.

Платежным поручением № 12 от 17.01.2017 ООО «Уралнефтесервис» перечислило ООО «Симакс» денежные средства в размере 100 120 руб. в счет оплаты по договору.

Вопреки доводам конкурсного управляющего, судом первой инстанции было установлено, что должник произвел оплату ремонтных работ названного выше автомобиля, принадлежащего ООО «Симакс» вследствие действий работника должника.

Так на строительной площадке, принадлежащей ООО «Уралнефтесервис», водителем КАМАЗ 6520 ФИО7 в ночное время осуществлен непреднамеренный съезд с дороги, в результате чего был поврежден автомобиль, принадлежащий руководителю ООО «Элвест» ФИО8 

Из проектной документации на строительство Усть-Яйвинского рудника на объекте ПАО «Уралкалий» следует, что ФИО8 являлся руководителем проекта ООО «Элвест». 

13.01.2017 руководителем ООО «Уралнефтесервис» ФИО4 издан приказ № 02/17 о происшествии БКРУ-5 в ночное время автотранспорта ООО «Уралнефтесервис», в котором главному инженеру ФИО5 поручено произвести повторный инструктаж передвижения автотранспорта ООО «Уралнефтесервис» на территории ПАО «Уралкалий» БКРУ-5 в ночное время; взыскать с водителя ФИО7 из заработной платы путем удержания 50% стоимости ремонта автомобиля ФИО8; ознакомить водителя ФИО7 с расчетами о частичной компенсации ремонта автомобиля ФИО8; ознакомить ФИО7 с графиком удержания оплат компенсаций за ремонт автомобиля.

Ссылка на отсутствие документов о ДТП не свидетельствует о том, что наезда не было, и отсутствовала необходимость в ремонте транспортного средства.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что фактически должником возмещены причиненные его работником убытки в рамках деликатных обязательств, в связи с чем оснований для взыскания с ответчика убытков в названном выше размере не имеется.

Кроме того, конкурсный управляющий ссылается на то, что ФИО4 как директор ООО «Уралнефтесервис», перечислив себе заработную плату больше на 1 154 691 руб., причинил ООО «Уралнефтесервис» убыток в указанной сумме.

В подтверждение указанного утверждения, конкурсный управляющий указывает, что согласно выписке по расчетному счету, открытом в ПАО АКБ «УралФД», должником за 2016 год перечислено на счет ФИО4                       2 164 691 руб. с назначением платежа – заработная плата. 

Согласно представленной справке 2-НДФЛ за 2016 год от 11.04.2017 года доход от трудовой деятельности ФИО4 за 2016 год составил 1 010 000 руб. 

В решении № 15.14 о привлечении к ответственности за налоговое правонарушение от 12.09.2017 в отношении ООО «Уралнефтесервис» указано, что задолженность по заработной плате по состоянию на 01.01.2016 отсутствует. 

Из чего конкурсный управляющий пришел к выводу о неправомерно перечислении заработной платы в размере 1 154 691 руб.

Между тем, из анализа представленных в материалы дела документов суд первой инстанции пришел к выводу о том, что фактически спорные денежные средства являлись платой по договору от 10.04.2012 №04/2012 на оказание автотранспортных услуг.

Так 29.03.2012 между ОАО «АК БАРС» (Банк) и ФИО4 (Заемщик) заключен кредитный договор № 

<

***> на сумму 1 925 000 руб. на приобретение транспортного средства КАМАЗ 6520-63, 2011 года выпуска, двигатель № 740630 В2629926, идентификационный № ХТС652003В1229849. 

17.05.2013 между ОАО «АК БАРС» (Банк) и ФИО4 (Заемщик) был заключен кредитный договор 

<

***> на сумму  2 989 000 руб. с целью приобретения экскаватора DOOSAN DX225LCA, 2013 года выпуска, идентификационный номер DHKCEBACСD0012789.

10.04.2012 между ФИО4 (Исполнитель) и ООО «Уралнефтесервис» (Заказчик) был заключен договор № 04/2012 на оказание автотранспортных услуг по заявкам заказчика.

 В п. 5.1. договора указано на то, что расчеты за услуги, оказываемые исполнителем, производятся заказчиком по договорным тарифам на перевозку грузов, согласованных в приложении № 1. 

Оплата производится в счет погашения кредитных обязательств исполнителя по кредитным договорам № 

<

***> и № 1600444036863001 (п. 5.2. договора).

Факт использования должником указанной техники с момента приобретения, в том числе на протяжении 2016 года при выполнении работ подтвержден путевыми листами за период с 2014 по 2017 год, договорами с контрагентами ООО «Уралнефтесервис», на объектах которых выполнялись работы, допусками техники на объекты заказчиков. 

Надлежащее выполнение работ подтвержден перечислением контрагентами по результатам выполненных работ денежных средств на счет должника, часть которых была перечислена, в том числе ФИО4 в порядке, предусмотренном пунктом 5.2. договора. 

Из выписки по расчетному счету должника следует, что денежные средства ФИО4 перечислялись либо в счет исполнения обязательств ФИО4 по предложению на заключение кредитного договора от 26.05.2014 либо по кредитным договорам № 

<

***> и № 1600444036863001.

Конкурсный управляющий не оспаривает факт использования приобретенной ФИО4 техники в производственной деятельности должника (ст. 65 АПК РФ).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что спорные денежные средства не являются заработной платой ответчика, а фактически являются платой за оказанные транспортные услуги.

Таким образом, недобросовестность в действиях ответчика установлена не была. 

Суд апелляционной инстанции поддерживает данные выводы суда первой инстанции, и также не усматривает оснований для взыскания с ФИО4 убытков в рассмотренной части.

Кроме того, ответчику, вменяется совершение действий, которые, по мнению управляющего, привели к банкротству должника.

Конкурсный управляющий полагает неправомерным, направленным на вывод денежных средств, перечисление третьим лицом за должника  платежей в пользу иных лиц на общую сумму 6 219 351,43 руб., а также перечисление в 2017 году в пользу ФИО4 денежных средств в размере 2 798 580,86 руб. с назначением – заработная плата, 303 945 руб. с назначением – оплата по кредитным договорам в ПАО АКБ «АК Барс».

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве закреплено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с п. 16 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (ст. 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В пункте 23 Постановления №53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка; заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Вопреки доводам конкурсного управляющего, судом первой инстанции было установлено, что денежные средства в размере 6 219 351,43 руб. были перечислены за должника третьим лицам при наличии встречных обязательств, данные перечисления не имели своей целью вывод активов должника.

Так между ООО «Элвест» и ООО «Уралнефтесервис» был заключен договор подряда № ЭЛ-01/17 от 10.01.2017. 

В счет оплаты по договору представлены платежные поручения о перечислении ООО «Элвест» денежных средств должнику и третьим лицам на основании письменных уведомлений ООО «Уралнефтесервис». В  адрес третьих лиц ООО «Элвест» были совершены следующие платежи:

1. 21.06.2017 в размере 1 000 000 руб., получатель ООО «Профтехнологии» (ИНН5911069038); 

2. 21.07.2017 в размере 740 400 руб., получатель ООО «Профтехнологии» (ИНН5911069038); 

3. 27.07.2017 в размере 1 100 000 руб., получатель ООО «Профтехнологии» (ИНН5911069038); 

4. 15.09.2017 в размере 126 000 руб., получатель ООО «Профтехнологии» (ИНН5911069038); 

5. 22.09.2017 в размере 150 000 руб., получатель ООО «Профтехнологии» (ИНН5911069038); 

6. 12.10.2017 в размере 126 000 руб., получатель ООО «Профтехнологии» (ИНН5911069038); 

7. 30.05.2017 в размере 607 818 руб., получатель ООО «Минералэнерготранс» (ИНН5903104627) с назначением платежа за автотранспортные услуги катка ДУ-84 1140ЕЕ; 

8. 07.06.2017 в размере 408 030 руб. 43 коп., получатель ООО «Стройкомплект» (ИНН5904650153) с назначением платежа оплата по счету в размере 50% за бетон; 

9. 30.08.2017 в размере 960 313 руб. 22 коп., получатель ООО «Стройкомплект» (ИНН5904650153) с назначением платежа оплата по счету за трубу; 

10. 28.04.2017 в размере 165 000 руб., получатель ООО «Пермсбыт» (ИНН5906999736) с назначением оплата по счету за материалы; 

11. 28.04.2017 в размере 258 269 руб. 20 коп., получатель ООО «Новотех» (ИНН5905027791) с назначением платежа оплата по счету за материалы; 

12. 28.04.2017 в размере 279 561 руб. 29 коп., получатель ООО «Новитек» (ИНН5905995707) с назначением платежа оплата по счету за колодцы; 13. 28.04.2017 в размере 297 959 руб. 29 коп. получатель ООО «Новитек» (ИНН5905995707) с назначением платежа оплата по счету за колодцы. 

Всего перечислено третьим лицам 6 219 351 руб. 43 коп. 

Согласно пояснениям ответчика, в связи с тем, что ООО «Элвест» перестало перечислять должнику авансовые платежи по договору в связи с задержкой оплаты заказчиком ПАО «Уралкалий», руководителем должника был поставлен вопрос об отказе от исполнения обязательств со стороны ООО «Уралнефтесервис» в связи с отсутствием оплаты авансов и невозможностью приобретения материалов для выполнения работ за счет собственных средств, угрозой штрафов со стороны заказчика за отставание от графиков выполнения работ. 

Указанные обстоятельства подтверждены письмом от 27.03.2017 № 268, в котором должник обратился к ООО «Элвест» с просьбой ускорить перечисление аванса по договору № ЭЛ-01/17 от 10.01.2017 и дополнительным соглашениям для обеспечения принятых на себя обязательств, в противном случае будут сорваны графики завоза материалов и должник будет вынужден ходатайствовать об изменении сроков окончания заявленных работ. 

Должником были достигнуты договоренности с ООО «Элвест» о том, что ООО «Элвест» напрямую оплачивает поставщикам денежные средства на основании писем должника после завоза материалов на строительную площадку. 

Письмом от 24.05.2017 № 291 ООО «Уралнефтесервис» уведомило ООО «Новитек» о том, что счета на оплату продукции включены в реестр оплаты и переданы заказчику ООО «Элвест» для прямой оплаты так, как это было произведено в предыдущий раз. 

Для соблюдения графика производства работ должник просил произвести отгрузку продукции в первую очередь, не дожидаясь поступления средств на расчетный счет. 

Письмом от 25.04.2017 № 281 должник просил ООО «Элвест» оплатить счета поставщиков за материалы на сумму 165 000 руб., 297 959 руб. 29 коп., 279 561 руб. 29 коп., 256 037 руб. 44 коп., 657 140 руб. 

Письмом от 11.07.2017 № 304 должник просил ООО «Элвест» оплатить счета ООО «Стройкомплект» на сумму 960 313 руб. 22 коп. 

На основании писем от 11.07.2017 № 305, 24.05.2017 № 290 ООО «Элвест» оплатило за должника счета ООО «Новитек». 

Оплата счетов ООО «Промтехобслуживание» произведена на основании письма должника от 08.09.2017 № 321. 

Счета ООО «Профтехнологии» были оплачены на основании писем должника от 14.08.2017 № 322, от 25.09.2017 № 323. 

Счета ООО «Минералэнерготранс» оплачены ООО «Элвест» на основании письма должника от 25.05.2017 № 292.

В материалы дела представлены договоры ООО «Уралнефтесервис» с поставщиками материалов: договор поставки от 25.04.2017 с ООО «Новотех», спецификация, счет-фактура от 22.05.2017, договор поставки № 1 от 01.01.2017 с ООО «Пермсбыт», товарная накладная от 29.03.2017, договор оказания транспортных услуг № 24/07-2014 от 24.07.2014 с ООО «Минералэнерготранс», акты, счета-фактуры за сентябрь, октябрь 2017 года, договор поставки металлоизделий с ООО «Стройкомплект» от 20.05.2017, акты приема-передачи строительных материалов за май 2017 года, акты и товарные накладные ООО «Новитек», подтверждающие поставку материалов с период с марта по июль 2017 года строительных материалов, договор поставки инертных материалов № 241 от 20.05.2017 с ООО «Профтехнологии», товарные накладные за период с июля по сентябрь 2017 года. 

Ссылка управляющего на то, что ООО «Профтехнологии» не закупало инертных материалов, бордюра, строительных материалов у третьих лиц, которые потом поставляло ООО «Уралнефтесервис», судом первой инстанции правомерно отклонена с учетом того, что факт оплаты материалов производился ООО «Элвест» после фактического получения материалов. 

Доказательств, подтверждающих, что указанные материалы приобретены должником у иного лица, не представлено. 

В обоснование перечисления на счет ООО «Профтехнологии» 21.07.2017 денежных средств 740 400 руб. представлена товарная накладная на указанную сумму 15.06.2017 № 34, 27.07.2017 денежных средств в размере 1 100 000 руб. – товарная накладная № 45 от 20.07.2017, 15.09.2017 денежных средств в размере 126 000 руб. – товарная накладная № 66 от 14.09.2017, 22.09.2017 денежных средств в размере 150 000 руб. – товарная накладная № 51 от 19.08.2017, 12.10.2017 денежных средств в размере 126 000 руб. – товарная накладная № 69 от 14.09.2017. 

Кроме того, из выписки по расчетному счету ООО «Профтехнологии» в ПАО «Сбербанк России» следует, что ООО «Профтехнологии», получив денежные средства от ООО «Элвест», оплачивало за ООО «Уралнефтесервис» третьим лицам, а именно: ООО «ТК Альтернатива», ООО «АвтоСнабСевер», ООО «ТК Евразия», ООО «Ринако Альянс».

Наличие у должника реальных правоотношений с указанными лицами не оспаривается, подтверждено при включении требований в реестр требований кредиторов должника. 

Согласно данным уполномоченного органа, ООО Профтехнологии» не относится к лицам, создающим формальный документооборот с контрагентами, прекратило свою деятельность. 

Судом первой инстанции установлено, что указанная схема оплаты контрагентам была вынужденной для должника мерой, связанной с отсутствием авансирования со стороны заказчика. Кроме того, выставление налоговым органом к счету должника инкассовых поручений, что фактически заблокировало возможность пользоваться счетом для осуществления расчетов с кредиторами, за исключением уполномоченного органа. Соответственно, чтобы рассчитываться с иными своими кредиторами должник вынужден был обращаться к своим дебиторам с просьбой о перечислении причитающихся должнику сумм его кредиторам, что действующим законодательством не запрещено.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что  сделки по перечислению денежных средств должника на счета третьих лиц основаны на реальных отношениях должника с контрагентами, оснований полагать, что должником реализована схема по выводу денежных средств, не имеется, в связи с чем обоснованно отказал в привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по данным обстоятельствам.

Также не нашло своего подтверждения и неправомерное перечисление денежных средств в 2017 году в размере 2 798 580,86 руб. с назначением платежа – заработная плата и 303 945 руб. с назначение – оплата по кредитным договорам в ПАО АКБ «АК Барс».

Конкурсный управляющий указывает, что в уточненной декларации 6-НДФЛ за 2017 год указано, что доход ФИО4  за 2017 год составил 72 000 руб., остальные денежные средства получены за аренду спецтехники.

Как верно отмечено судом первой инстанции, данные перечисления совершены за три года до принятия заявления о признании должника банкротом и могли быть оспорены по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, конкурсным управляющим не доказано, что данные перечисления совершены в отсутствие встречного предоставления, были направлены на вывод имущества должника, и как следствие имели целью причинение вреда должнику и его кредиторам.

Лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что фактически полученные ФИО4 денежные средства с назначением – заработная плата, были направлены на погашение кредитных обязательств ФИО4, за счет которых была приобретена техника, используемая в производственной деятельности должника на возмездной основе (договоры на оказание автотранспортных услуг).

Судом установлено, что данные перечисления были направлены на уменьшение обязательств должника, возможность осуществления предпринимательской деятельности существовала именно за счет использования техники, приобретенной на привлеченные кредитные средства, в результате чего должник получал прибыль.

Ссылка на преимущественное удовлетворение требований подлежит отклонению, поскольку оспариваемые сделки не подпадают под ст. 61.3 Закона о банкротстве.

Ввиду того, что оспариваемые перечисление не привлекли к банкротству должника, оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по данному факту не имеется.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со статьей 71 АПК РФ и не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и для отмены судебного акта в обжалуемой части не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена.

 Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 23 ноября 2021 года  по делу № А50-30779/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

Т.С. Герасименко 

 

 

Судьи

 

В.И. Мартемьянов 

 

 

 

М.А. Чухманцев