АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075, http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-236/18 

Екатеринбург

29 августа 2022 г.

 

Дело № А60-37646/2016

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 августа 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 августа 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О.Н.,

судей Плетневой В.В., Столяренко Г.М.,

при ведении протокола помощником судьи Абушкевичем К.В. рассмотрелв судебном заседании с использованием системы веб-конференции кассационную жалобу Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Свердловской области (далее – Уполномоченный орган)на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2022 по делу № А60-37646/2016 Арбитражного суда Свердловской области.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времении месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет».

В судебном заседании приняли участие представители:

в здании суда округа:

арбитражного управляющего ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 10.12.2019);

конкурсного управляющего имуществом общества с ограниченной ответственностью «Уралгазремонт» (далее – общество «Уралгазремонт», Должник) ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 06.01.2022);

а также ФИО5 (лично);

в режиме веб-конференции: Уполномоченного органа – ФИО6 (доверенность от 28.01.2022).

 

Определением от 08.08.2016 Арбитражным судом Свердловской области принято к своему рассмотрению заявление о признании общества «Уралгазремонт» несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делуо банкротстве.

Решением от 14.03.2017 общество «Уралгазремонт» признано банкротом, в отношении принадлежащего ему имущества открыто конкурсное производство.

Определением от 14.08.2017 (резолютивная часть объявлена 07.08.2017) конкурсным управляющим имуществом Должника утвержден ФИО1.

Определением от 26.09.2018 (резолютивная часть оглашена 19.09.2018) ФИО1 освобожден от исполнения названных обязанностей.

Определением от 19.10.2018 (резолютивная часть от 12.10.2018) в статусе конкурсного управляющего имуществом Должника утвержден ФИО3

Уполномоченный орган обратился 21.10.2019 в Арбитражный суд Свердловской области с жалобой на арбитражного управляющего ФИО1, в которой просил признать незаконными его действия, выразившиеся в перечислении контрагентам Должника 20 181 864 руб. и нарушении очередности текущих платежей, бездействие по вопросу инвентаризации дебиторской задолженности, а также взыскать с него в пользу Должника убытки в указанном выше размере.

Определением от 11.10.2021 данная жалоба удовлетворена частично: признаны незаконными действия управляющего ФИО1 по перечислению денежных средств Должника в общем размере 20 181 864 руб., бездействие, выразившееся в непроведении инвентаризации дебиторской задолженности, с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу Должника взысканы убытки в размере 20 181 864 руб.; в удовлетворении жалобы в оставшейся ее части – отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2022 указанное определение отменено в части взыскания с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу общества «Уралгазремонт» убытковв размере 20 181 864 руб., в удовлетворении данного требования – отказано; в оставшейся части определение от 11.10.2021 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Уполномоченный орган просит апелляционное постановление от 27.04.2022 отменить, оставив в силе определение суда первой инстанции от 11.10.2021. Кассатор прежде всего ссылается на процессуальные нарушения, выразившиеся в несоответствии мотивировочной части обжалуемого судебного акта его резолютивной части, а также принятии апелляционным судом в отсутствие тому оснований дополнительных доказательств и пояснений участников процесса. Далее Заявитель жалобы обращает внимание на то, что апелляционной коллегией не приняты во внимание вступившие в законную силу судебные акты – решение Арбитражного суда Свердловской области от 01.11.2021 по делу № A60-25801/2021 и определение от 28.05.2019 по настоящему делу о банкротстве в части анализа и оценки правоотношений Должника с обществом с ограниченной ответственностью «СнабСтройРесурс» (далее – общество «ССР»), а также не учтены факты признания ФИО5 как бывшим руководителем Должника эпизодов подписания им ряда фиктивных документов, которые хотя и не относятся к спорным правоотношениям, однако в совокупности с иными доказательствами позволяют заключить о подозрительном характере деятельности Должника в спорный период, и невзыскания Должником дебиторской задолженности общества с ограниченной ответственностью «Технология» (далее – общество «Технология»), в интересах которого выполнялись работы привлеченными Должником контрагентами, реальность которых поставлена Уполномоченным органом под сомнение; по мнению Кассатора, апелляционный суд указанным аргументам оценки не дал, построив свои выводы на голословных заявлениях управляющего ФИО1 и ФИО5, которые не подтверждены надлежащими с точки зрения процессуального закона доказательствами, а также ряде обстоятельств, которые нельзя признать достоверными; Уполномоченный орган полагает все сделки Должника, совершенные в процедуре наблюдения, подозрительными, а потому подлежащими анализу и при наличии к тому оснований – оспариванию со стороны управляющего ФИО1, что им сделано не было, тогда как процент голосов не позволял сделать это Уполномоченному органу самостоятельно. Также Заявитель кассационной жалобы ретранслирует приводимые им ранее в судах нижестоящих инстанций доводы и обстоятельства в пользу фиктивности правоотношений, положенных в основу спорных платежей в общем размере 20 181 864 руб., полагая, что таковые должным образом обоснованы и документально подкреплены.

Арбитражный управляющий ФИО1 и ФИО5 в отзывахна кассационную жалобу просят в ее удовлетворении отказать, обжалуемый судебный акт – оставить в силе.

Представитель конкурсного управляющего ФИО3 в своем устном выступлении поддержала позицию процессуальных оппонентов Уполномоченного органа.

Участниками процесса, в числе прочего, даны пояснения относительно того, что общий размер реестра требований кредиторов Должника составляет 680 млн. руб., в результате распределения в настоящий момент окончательно сформированной конкурсной массы полностью погашены текущие требования,  в том числе налогового органа, вторая очередь реестра, частично погашены требования кредиторов третьей очереди, в том числе Уполномоченного органа, в результате чего  остаток долга перед последним составляет порядка 8 млн. руб., включая пени и санкции; в привлечении бывшего руководителя Должника ФИО5 к субсидиарной ответственности по основаниям доведения до банкротства отказано, судебный акт вступил в законную силу.

Проверив законность обжалуемого постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2022 по делу № А60-37646/2016 Арбитражного суда Свердловской области в порядке, установленном статьями 284 – 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,суд округа пришел к следующим выводам.

Как указано в пункте 2 статьи 20.3, пункте 2 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в число обязанностей конкурсного управляющего входит обеспечение сохранности имущества должника.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, которые могут быть соблюдены лишь при условии соответствия действий арбитражного управляющего требованиям Закона о банкротстве и иных нормативных правовых актов, которые регламентируют его деятельность по осуществлению процедур банкротства; при этом реализация прав и исполнение обязанностей конкурсным управляющим обусловлены целями конкурсного производства, которое в силу статьи 2 Закона о банкротстве применяется к должнику с целью соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

Арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве).

В абзаце 3 пункта 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Установленная пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве ответственность арбитражного управляющего за причинение им убытков носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно лишь при наличии определенных условий, предусмотренных статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 2 которой относит к убыткам расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрату или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты причинения вреда, наличие убытков; при этом размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности; по общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации); бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, причинившем вред; вина в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из вышеприведенных положений закона и руководящих разъяснений следует, что, обращаясь в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков, заявителю необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего факт наступления вреда, наличие и размер убытков, противоправность действий/бездействия деликвента, причинно-следственную связь между наступившими убытками и противоправным поведением ответчика (считается имевшей место лишь в случае, когда спорные действия/бездействие явились необходимой причиной наступления вреда на стороне потерпевшего).

Как установлено апелляционным судом и следует из материалов данного спора, заявленные убытки в общем размере 20 181 864 руб. Уполномоченный орган связывает с безосновательными и безвозмездными перечислениями конкурсным управляющим ФИО1 2 039 865 руб. в пользу общества «ССР», 5 938 000 руб. – в пользу общества с ограниченной ответственностью «Агат» (далее – общество «Агат»), 4 479 532 руб. – в пользу обществас ограниченной ответственностью «Ямальская Промышленная Строительная Компания» (далее – общество «ЯПСК»), 4 056 900 руб. – в пользу индивидуального предпринимателя ФИО7,2 440 000 руб. – в пользу общества с ограниченной ответственностью «АвтоСпецТранс» (далее – общество «АвтоСпецТранс»), 1 227 567 руб. – в пользу общества с ограниченной ответственностью ДСК «Запсибдорстрой».

Апелляционной коллегией установлено, что общество «УралГазРемонт» до признания его несостоятельным (банкротом) специализировалось на выполнении строительно-монтажных работ на объектах крупных заказчиков структур «Транснефть» и «Газпром».

Так, между акционерным обществом «Транснефть-Сибирь» (ранее – открытое акционерное общество «Сибнефтепровод»; далее – общество «Транснефть-Сибирь») как заказчиком и обществом «УралГазРемонт» заключен контракт № 17-330-017-0187 от 14.02.2014 на выполнение работ по объекту инвестиционного проекта «Трубопроводная система «Заполярье – НПС «Пур-ПЕ»: п.1.5.2 Трубопроводная система «Заполярье – НПС «Пур-Пе». 1 очередь. Участок от НПС «Пур-Пе» до км. 358. 5 этап. Путевые пункты подогрева нефти на участке нефтепровода от НПС «Пур-Пе» до км. 358. ППН на км. 419» (далее – объект ППН на км. 419).

Данный контракт был крупнейшим, на сумму свыше 850 млн. руб.; в ходе его исполнения сумма контракта неоднократно пересматривалась сторонами в том числе с дополнительными работами, дополнительными расходами на доставку материалов, устранением ошибок в проекте и передачей части работ третьему лицу. В итоге сумма контракта превысила 1 434 млн. руб.

Фактически с 2014 года до конца 2016 года общество «Уралгазремонт» выполняло функции подрядчика на объекте ППН на. км 419, а в дальнейшем, после возбуждения процедур банкротства, общество «Уралгазремонт» по требованию заказчика, по сути, было вынуждено выйти из строительных отношений с обществом «Транснефть-Сибирь» с передачей объемов работ новому подрядчику – обществу с ограниченной ответственностью «Велесстрой» (далее – общество «Велесстрой»); после чего, в конце 2016 года в попытках выхода из кризисной ситуации в виде нахождения новых источников дохода, бывшим руководством Должника были предложены услуги общества «Уралгазремонт» как субподрядчика во взаимоотношениях с подрядчиком – обществом «Технология» на территориально другом объекте строительства группы «Газпром» («Нефтеконденсатопровод Уренгой-Пур-Пе» и «УКПГ и К. УСК №1»).

В целях пополнения оборотных средств, взаиморасчетов со всеми кредиторами и выхода из процедур банкротства общество «Уралгазремонт» планировало заключение новых контрактов; был заключен договор оказания услуг № НКПЛГСС-12/15-С8-СУБ/2 от 29.11.2016 по устройству свайных оснований на объекте «Нефтеконденсатопровод Уренгой- Пур-Пе», «УКПГ и К. УСК №1» с обществом «Технология», по которому было выполнено работ на сумму 36 513 645 руб.

Однако данные денежные средства в установленный срок оплачены не были, что подтверждается решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 05.02.2018 по делу № А81-10414/2017.

Заказчиком работ на «Нефтеконденсатопровод «Уренгой-Пур-Пэ» являлось общество с ограниченной ответственностью «Газпром Инвест» (структура публичного акционерного общества «Газпром»), генподрядчиком – акционерное общество «Стройгазмонтаж», одним из подрядчиков – общество с ограниченной ответственностью «Геоизол», субподрядчиком – общество «Технология».

Начало трубопровода располагается в 8 км на северо-восток от г. Новый Уренгой, а конечной точкой трубы является узел подключения, расположенный на 358 км. магистрального нефтепровода «Заполярье-Пур-Пе» в 20 км. севернее поселка Сывдарма.

Общество «Уралгазремонт» выполняло работы на объекте вне населенных пунктов рядом с поселком Сывдарма 14 километр по федеральной трассе Сургут-Новый Уренгой.

В рамках контракта №17-330-017-0187 от 14.02.2014 Должник выполнял строительно-монтажные работы и услуги по строительству объекта ППН на км 419.

Строительный объект ППН на км 419 находился в районе автодороги Сургут - Новый Уренгой (не доезжая около 300 км до г. Новый Уренгой) около месторождения Дремучее. Для того, чтобы доехать с федеральной автодороги до самого объекта строительства требовалось проехать после съезда с трассы еще около 30 км, в том числе 20 км по частной дороге акционерного общества «Нефтяная компания «Технологии добычи нефти и инвестиции» (далее – общество «НК «Технефтьинвест»), обустроенной для проезда к месторождению Дремучее.

В целях исполнения условий контракта на объекте ППН на км 419 (территория Пуровского района Ямало-ненецкого автономного округа) обществом «Уралгазремонт» был организован «строительный городок», организована собственная и привлеченная техника и рабочая сила. Также в соответствии с условиями по контракту обществом «Уралгазремонт» была организована работа по доставке механизмов, материалов и оборудования на объект ППН на км 419 (с ближайших карьеров и ж/д пункта: Пуровский ж/д терминал), осуществлялись мероприятия по содержанию в надлежащем виде имеющейся автодороги АО НК «Технефтьинвест», а также дополнительных дорожных проездов, позволяющих осуществить проезд большегрузной техники от федеральной трассы общего значения Сургут-Новый Уренгой до объекта строительства.

Основные подразделы работ (мероприятий), необходимых для исполнения на объекте ППН на км 419, представляли собой, прежде всего: строительство путевых пунктов подогрева нефти (ППН) вдоль путепровода на вверенном подрядчику участке (капитальные котельные и прочие строения под оборудование на монолитных железо-бетонных фундаментах); создание подъездной автодороги рядом с путепроводом нефти на объекте ППН на км 419 для возможности перемещения грузового автотранспорта и техники; создание мостового переезда по строящейся автодороге (дорожного проезда) через реку Хыльмигьяха и пр.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, апелляционный суд верно констатировал, что общество «Уралгазремонт» накануне банкротства исполняло уже не один, а два контракта с двумя разными заказчиками, в отношении разных объектов, территориально удаленных от друга и учитывал данное обстоятельство при оценке деятельности Должника и привлеченных им лиц, как свидетельствующее о необходимости в ведения работ по двум объектам (завершения работ на объекте ППН на км 419) и необходимости перебазировки техники.

Анализируя эпизод, связанный с перечислением 4 479 532 руб. обществу «ЯПСК», суды установили, что 05.10.2017 общество «Уралгазремонт» перечислило в пользу общества «ЯПСК» денежные средства в сумме 4 479 532 руб.; в назначении платежа указано, что оплата произведена по договору аренды от 25.07.2016 № ТС-АР, на основании решения арбитражного суда от 25.09.2017 по делу № А81-4420/2017.

Далее судами также установлено, что согласно договору от 25.07.2016 № ТС-АР аренды транспортных средств с экипажем между обществом «ЯПСК» (арендодатель) в лице генерального директора ФИО8 и обществом «Уралгазремонт» в лице директора ФИО5, арендодатель передал, а арендатор принял транспортные средства, находящиеся в собственности арендодателя, а также обязался оказывать арендатору своими силами услуги по управлению техникой, а арендатор обязался уплатить арендную плату за переданную технику и за услуги по управлению техникой; наличие у общества «ЯПСК» транспортных средств подтверждается как инвентаризационными описями, так и сведениями, представленными УГИБДД ГУ МВД России по Свердловской области.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требования в данной части, признал обоснованными сомнения Уполномоченного органа в реальности правоотношений сторон по поводу аренды техники с экипажем со ссылкой на то, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие несение обществом «Уралгазремонт» расходов на ГСМ, необходимость которых следует из содержания договора от 25.07.2016 № ТС-АР; что в рамках дела № А81-5513/2015 определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 20.01.2016 в отношении арендодателя введена процедура наблюдения, определением от 30.07.2016 – процедура внешнего управления, в дальнейшем общество «ЯПСК» было признано банкротом, а затем – ликвидировано в связи с завершением конкурсного производства; по состоянию на 05.10.2017 не было проведено ни одного собрания работников (бывших работников) общества «ЯПСК», отсутствуют сведения о наличии требований кредиторов второй очереди, о погашении задолженности по заработной плате; представленные сведения о 4 работниках, принявших участие в заочном собрании от 21.02.2019, не позволяют предполагать, что Должнику были оказаны услуги по управлению техникой, так как количество работников в любом случае недостаточно для обслуживания 11 машин.

Кроме того, суд первой инстанции отклонил ссылку арбитражного управляющего ФИО1 на то, что задолженность была подтверждена судебным актом, указав, что из решения Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 25.09.2017 по делу № А81-4420/2017 следует, что судебный акт вынесен на основании документов, формально подтверждающих наличие задолженности; доводов о том, что договор фактически мог не исполняться и совершен лишь для создания видимости, конкурсный управляющий ФИО1 в суде не заявлял.

Отметив, что хозяйственная операция с обществом «ЯПСК» не отражена в книге покупок общества «Уралгазремонт», что конкурсным управляющим ФИО1 не проявлена какая-либо осмотрительность при совершении платежа, тогда как при получении требования общества «ЯПСК» об оплате по договору аренды конкурсный управляющий ФИО1 должен был достоверно убедиться в том, что транспортные средства фактически были предоставлены обществу «Уралгазремонт», каким образом и в каком объеме использовались им, какие именно работы выполняло общество «Уралгазремонт» с использованием данной техники, кем осуществлялось приобретение ГСМ и т.д., суд первой инстанции согласился с утверждением Уполномоченного органа о том, что перечисление Должником в пользу общества «ЯПСК» денежных средств в сумме 4 479 532 руб. совершено с целью вывода активов из конкурсной массы и возникновение убытков находится в причинно-следственной связи с действиями (бездействием) управляющего ФИО1

Суд апелляционной инстанции согласился с нижестоящим судом в том, что конкурсным управляющим ФИО1 не проявлена достаточная осмотрительность при совершении платежа, поскольку с учетом иных эпизодов видно, что бухгалтерский учет хозяйственных операций не был организован в обществе «Уралгазремонт» надлежащим образом, а Управляющим допускалось перечисление денежных средств в отсутствие безупречных документов, подтверждающих денежное обязательство должника перед тем или иным контрагентом.

Однако апелляционный суд не усмотрел оснований для вывода о причинении подобным поведением Управляющего убытков конкурсной массе в размере 4 479 532 руб.

Так, апелляционная коллегия приняла во внимание пояснения ФИО5 и арбитражного управляющего ФИО1 относительно реальности правоотношений с обществом «ЯПСК» в связи привлечением транспорта (техники), посчитав их ясными, последовательными и не противоречащими доказательствам, имеющимся в деле.

Согласно таковым, привлечение грузового автотранспорта общества «ЯПСК» было обусловлено тем, что карьер песка, находящийся рядом с объектом ППН на км 419, используя который общество «Уралгазремонт» могло осуществлять необходимое строительство, принадлежал обществу, которое в апреле 2016 года выступило заявителем по первому делу о банкротстве Должника; поскольку к началу летнего периода 2016 года между Должником и собственником карьера постоянно возникали споры материального характера, то бывшее руководство Должника обосновано предполагало о возможном скором наступлении момента, когда Должнику полностью ограничат доступ к ближайшему карьеру песка, вывоз которого для последнего станет недоступен, что может привести к полной «заморозке» строительных работ на объекте ППН на км 419 по вине общества «Уралгазремонт», что, в свою очередь, было абсолютно недопустимо ввиду существенных штрафных санкций со стороны заказчика строительства – общества «Транснефть-Сибирь»; в связи с этим в июле-августе 2016 года общество «Уралгазремонт» в срочном порядке на условиях аренды было дополнительно привлечено 10 единиц грузового транспорта (самосвалов) у общества «ЯПСК» для вывоза объемов песка с карьера на территорию строительства и формирования собственных запасов на объекте ППН на км 419; также указанный арендованный транспорт частично был использован Должником для перемещения сформированных, но не вывезенных с Пуровского ж/д терминала, объемов иных строительных материалов, механизмов и оборудования до территории объекта строительства ППН на км 419; до этого транспортировку грузов для общества «Уралгазремонт» на объекте осуществляло в обычном рабочем порядке 2 единицы грузового транспорта, предоставленные по договору подряда с обществом с ограниченной ответственностью «ПурНефть», которое за указанные, но полностью не оплаченные транспортные услуги определением суда от 01.12.2017 было включено в реестр требований кредиторов должника; ГСМ для заправки арендованной техники были предоставлены Должником, который в соответствии с условиями контракта обязан был обеспечивать запас ГСМ на строительной площадке; доставленные на объект грузы были использованы в строительстве, Должник перевозку грузов самостоятельно не осуществлял и не имел для этого техники (парк техники общества «Уралгазремонт» включал преимущественно специализированную строительную технику); результат выполненных работ предъявлен обществу «Транснефть-Сибирь» и оплачен им.

Апелляционным судом приняты во внимание документы о закупке дизельного топлива, в том числе счет-фактура от 05.07.2016 № 98 на сумму 4 000 000 руб. и счет-фактура от 05.08.2016 № 99 на сумму 1 000 000 руб.; налоговая декларация общества «Уралгазремонт» по НДС за 3 квартал 2016 года с приложением книги покупок, где в строках № 93 и 106 отражены указанные счете-фактуре по контрагенту обществу с ограниченной ответственностью СК «Электрон»; документы об оплате поставленного последним топлива заказчиком строительства – обществом «Транснефть-Сибирь» в счет оплаты работ по распорядительному письму Должника, а именно платежные поручения на сумму 4 000 000 руб. от 15.07.2016 № 93501 и на сумму 1 000 000 руб. от 23.08.2016 № 275, плательщиком по которому выступило общество с ограниченной ответственностью «Сибирский кузнец»; товарно-транспортные накладные, в которых отражены единицы техники общества «ЯПСК» и пункт погрузки – Пуровский терминал (грузы вывозились с площадки хранения давальческих материалов заказчика и собственных материалов должника).

При этом апелляционный суд учел, что из материалов дела не следует, а Уполномоченным органом – не подтверждено, что имелся иной перевозчик грузов на объект строительства ППН на км 419; отвергая ссылку суда первой инстанции на отсутствие необходимого количества работников общества «ЯПСК» в 2019 году (то есть через несколько лет после рассматриваемых взаимоотношений), апелляционный суд учел, что согласно открытым источникам базы Casebook.ru по данным налогового органа в 2017 году у общества «ЯПСК» было 15 сотрудников, в 2018 – 10 сотрудников; кроме того, апелляционный суд установил, что в аренду Должнику было предоставлено 10, а не 11 единиц техники – согласно пояснениям в акте приема-передачи «задвоено» одно и тоже транспортное средство под номером 1, тогда как в протоколе согласования месячной арендной платы учтено именно 10 транспортных единиц, счет-фактура выставлена также на сумму аренды 10 транспортных единиц.

Исходя из изложенного и отсутствия доказательств и аргументированных пояснений, свидетельствующих об ином, апелляционный суд пришел к выводу о том, что денежные средства в сумме 4 479 532 руб. перечислены Должником 05.10.2017 в счет оплаты реального долга, взысканного решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 25.09.2017 по делу № А81-4420/2017 и существующего в рамках реальных правоотношений должника с обществом «ЯПСК» по поводу аренды транспорта с экипажем.

Касаемо перечисления денежных средств в пользу общества «АвтоСпецТранс» суды установили, что 28.09.2017 Должником в пользу указанного лица перечислено 2 440 000 руб.; в назначении платежа указано, что оплата произведена за оказание транспортных услуг по счету-фактуре от 06.09.2016 № 27, счету-фактуре от 30.09.2016 № 28, договору от 14.06.2016 № 18-2016 на оказание транспортных услуг.

Между обществом «АвтоСпецТранс» (арендодатель) и обществом «Уралгазремонт» (арендатор) заключен договор от 14.06.2016 № 18-2016 на оказание транспортных услуг, согласно пункту 1.1 которого арендодатель предоставляет арендатору в аренду по заявке нижеуказанную технику с экипажем во временное владение и пользование за арендную плату: автогрейдер ДЗ-98.

В материалы дела представлены копии акта от 06.09.2016 № 14, счета-фактуры от 06.09.2016 № 27 на сумму 1 240 000 руб., а также акта от 30.09.2016 № 15, счета-фактуры от 30.09.2016 № 28 на сумму 1 200 000 руб.

Согласно отзыву арбитражного управляющего ФИО1, представленным им реестрам путевых листов государственный регистрационный номер арендованного автогрейдера указан как государственный регистрационный номер 

<

***>.

Удовлетворяя требования в данной части, суд первой инстанции принял во внимание ответ Службы по надзору за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники Ямало-Ненецкого автономного округа от 06.04.2021 № 89-38-01-04/1017 на запрос Уполномоченного органа № 21-15/11022 от 05.04.2021, согласно которому самоходная техника с государственным регистрационным знаком 

<

***> в период 11.09.2015 по 16.11.2015 была зарегистрирована за обществом с ограниченной ответственностью «Автотрансстрой», с 19.11.2015 по настоящее время данная техника зарегистрирована за обществом «АвтоСпецТранс» и имеет регистрационный знак 

<

***>.

Далее судом первой инстанции принято во внимание, что согласно пункту 2.1 договора от 14.06.2016 № 18-2016 арендодатель обеспечивает соответствие экипажа и его квалификации требованиям обычной практики, однако согласно данным налогового органа в 2016 году у общества «АвтоСпецТранс» трудоустроены два человека: генеральный директор ФИО9 и ФИО10, при этом выписка по расчетному счету не содержит расходов на заработную плату ФИО10 в 2016 году, только генеральному директору ФИО9

Приняв во внимание два указанные выше обстоятельства, а также отсутствие по расчетному счету Должника в период август-сентябрь 2016 года расходов на приобретение ГСМ, суд первой инстанции согласился с утверждением уполномоченного органа о фиктивности договора, создании искусственного документооборота, перечислении денежных средств в целях уменьшения конкурсной массы Должника.

Кроме того, суд первой инстанции учел поведение арбитражного управляющего ФИО1 и обстоятельства, установленные в ином обособленном споре (определение суда от 28.05.2019), связанные с необоснованным перечислением денежных средств в адрес ФИО11 и ФИО12, необоснованным расходованием конкурсной массы Должника и взысканием с ФИО1 убытков в размере 26 627 171 руб. 55 коп., что позволило суду прийти к выводу о том, что установленный характер взаимоотношений ФИО1 с бывшим руководителем общества «Уралгазремонт» свидетельствует об информированности ФИО1 о хозяйственной деятельности Должника.

Согласившись с негативной оценкой действий управляющего ФИО1, апелляционный суд однако не усмотрел, что в результате перечисления в пользу общества «АвтоСпецТранс» денежных средств в сумме 2 440 000 руб. Должнику были причинены соответствующие убытки, посчитав, что материалами дела подтверждено наличие правоотношений по поводу аренды Должником у общества «АвтоСпецТранс» автогрейдера.

Так, апелляционным судом принято во внимание, что привлечение Должником автогрейдера у общества «АвтоСпецТранс» обусловлено тем, что технологическими условиями организации строительства объекта ППН на км 419 расположен в сложных климатических условиях (заболоченность и отсутствие свободного проезда); для движения строительной техники в пределах площадки строительства использовались временные проезды, устраиваемые по постоянной схеме, без верхнего покрытия (выписка из проекта организации строительства ПОС-1); при движении груженной и тяжелой техники формируется колейность, которая устраняется автогрейдером; при этом в период июнь-сентябрь 2016 года происходила особенно повышенная эксплуатация имеющихся проездов и автодороги общества «НК «Технефтьинвест», что приводило к постоянной разбивке дорожного покрытия и необходимости его восстановления для возможности дальнейшей эксплуатации; тем самым, в том числе для указанных целей и был привлечен к работам в июне-сентябре 2016 года указанный автогрейдер.

Апелляционный суд установил, что обязанность общества «Уралгазремонт» обеспечивать сооружение всех временных (подъездных к участку строительства) дорог и коммуникаций установлена пунктом 7.9 контракта от 14.02.2014 № 17-330-017-0187; устройство временной проездной дороги ПОС включено в стоимость контракта поз.424.1 (дополнительное соглашение от 17.10.2016 № 20 к контракту, приложение № 1р); из-за ограниченной возможности проезда к объекту строительства проектом организации строительства ПОС-2 (выписка из проекта организации строительства ПОС-2) предусмотрен ремонт грунтовой автодороги общества «НК «Технефтьинвест», что также включено в стоимость контракта поз.454.1 (дополнительное соглашение № 20 к контракту, приложение № 1р); обязанность общества «Уралгазремонт» согласовать с обществом «НК «Технефтьинвест» (владелец автодороги к месторождению «Дремучее»), транспортную схему перевозки механизмов, материалов и оборудования, установлена пунктами 7.26, 7.47 вышеуказанного контракта.

В связи с указанным апелляционный суд заключил о том, что в названный период времени общество «Уралгазремонт» выполняло работы по ремонту участка автодороги на месторождение «Дремучее» с привлечением арендованной у общества «АвтоСпецТранс» техники – автогрейдера 

<

***>; при этом апелляционным судом учтено, что факт использования данной техники, а также исполнение обязательства общества «Уралгазремонт» по содержанию и возврату из временного пользования части автодороги к месторождению «Дремучее» также подтверждается письмом общества «НК «Технефтьинвест» от 25.08.2017 № 07/23-1, приложением к которому являются соглашение от 01.03.2014 № 19-13, акт осмотра дорожного полотна от 01.03.2014, дополнительное соглашение от 02.09.2015, акт осмотра дорожного полотна от 31.10.2016, а также то, что доказательства наличия у Должника собственного автогрейдера, с помощью которого он мог поддерживать участок автодороги на месторождение «Дремучее» в надлежащем виде, либо аренды Должником автогрейдера у иного лица, в материалах дела отсутствуют.

Кроме того, апелляционный суд принял во внимание то, что арбитражным управляющим ФИО1 сделаны запросы в общество «НК «Технефтьинвест» и общество «АвтоСпецТранс» в целях устранения неясности по поводу использованной должником техники, согласно ответам на которые собственник автодороги необщего пользования – общество «НК «Технефтьинвест» подтвердило, что на работах по содержанию и ремонту автодороги использовалась техника, в том числе грейдер с регистрационным знаком 

<

***> а общество «АвтоСпецТранс» пояснило, что возникшая ошибка, связанная с указанием старого номера автогрейдера ДЗ-98, носит технический характер, так как связана с копированием документации в программе 1С, при этом Должник являлся не единственным лицом, при оформлении документов с которым данная ошибка имела место быть (письма общества «АвтоСпецТранс» от 25.05.2021 и общества «НК «Технефтьинвест» от 25.08.2017).

Апелляционный суд обратил также внимание, что, как указано выше, Должник обеспечивал наличие необходимого запаса ТМЦ и ГСМ на строительной площадке, ГСМ был приобретен и оплачен, факт приобретения отражен в декларации по НДС за 3 квартал 2016 года.

Как справедливо отмечено апелляционной коллегией, само по себе неверное указание государственного регистрационного номера автогрейдера в договоре оказания услуг не свидетельствует о его мнимости или незаключенности, а также о создании искусственного документооборота, при том, что убедительных доказательств обратного не представлено.

Общество «АвтоСпецТранс» также пояснило, что в 2016 году у него было заключено несколько договоров, для выполнения которых были привлечены прикомандированные работники, оплата труда по которым производилась в организациях, где они устроены на постоянной основе.

На основании совокупности изложенного апелляционный суд пришел к выводу о том, что общество «АвтоСпецТранс» признакам фирмы-однодневки не отвечает, в соответствующие период времени располагало техникой, которую предоставило Должнику в аренду, собственник автодороги необщего пользования подтвердил использование должником грейдера при ремонте дороги, у Должника имелись обязательства по обеспечению подъездных путей к объекту строительству ППН на км 419, что в свою очередь, свидетельствует о реальности правоотношений по поводу аренды Должником автогрейдера, с учетом которой не усмотрел оснований считать, что перечисление Должником в пользу общества «АвтоСпецТранс» денежных средств в сумме 2 440 000 руб. повлекло возникновения соответствующих убытков конкурсной массы.

По третьему эпизоду – платеж в пользу общества ДСК «Запсибдорстрой» судами установлено, что 06.10.2017 Должник перечислил в пользу этой организации 1 227 567 руб. 24 коп.; в назначении платежа указано: «Оплата текущих платежей по договору № 12-01/2016 от 12.01.2016 г. за август и сентябрь 2016 г. Сумма 1 227 567-24 В т.ч. НДС (18%) 187 256-02».

Суд первой инстанции, соглашаясь с утверждением Уполномоченного органа о совершении данного платежа в отсутствие встречного предоставления, основывался на данных о среднесписочной численности работников общества ДСК «Запсибдорстрой» за 2016 и 2017 годы (1 человек), на отсутствии у данного общества основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств, а также расходов по расчетным счетам на цели, связанные с производством работ или оказанием услуг.

Посчитав, что наличие неточностей в договорах (в представленных договорах подряда и дополнительных соглашениях отсутствует предмет (т.е. какие именно сварочные работы и в каком объеме выполняют подрядчики), сами договоры также являются противоречивыми (в одном договоре указано, что объем выполнения работ и сроки выполнения определяются сторонами ежемесячно, в других договорах – ежесменно)), представление управляющим в банк «иных» документов, отсутствие со стороны общества ДСК «Запсибдорстрой» предпринятых мер по поводу утраченного оборудования должны были породить у ФИО1 сомнения относительно факта выполнения работ и создания сторонами формального документооборота, приняв во внимание указание Уполномоченного органа на достаточно распространенный (массовый) характер осуществления текущих платежей конкурсным управляющим ФИО1 в адрес сомнительных контрагентов в условиях неотражения в книге покупок по НДС, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в результате действий ФИО1 обществу «Уралгазремонт» причинен убыток в размере 1 227 567 руб.

Апелляционный суд, вновь разделив вывод нижестоящего суда о том, что при совершении платежа конкурному управляющему ФИО1 надлежало проявить большую осмотрительность в целях проверки документальной подтвержденности денежного обязательства Должника перед обществом ДСК «Запсибдорстрой», при отсутствии достаточных документов и (или) неясности содержащихся в документах сведений – заручится дополнительными пояснениями либо документами, полученными от третьих лиц, тем не менее не установил оснований для вывода о том, что спорный платеж повлек причинение Должнику убытков, так как признал, что общество «Уралгазремонт» реально привлекало общество ДСК «Запсибдорстрой» к выполнению работ на объекте ППН на км 419.

Так, возражающими лицами пояснено, что до конца 2015 года работы по монтажу металлоконструкций и прочих сварочных работ на объекте ППН на км 419 осуществлялось силами привлеченного должником субподрядчика общества с ограниченной ответственностью «Е.Строй» (далее – общество «Е.Строй»); однако, с конца 2015 года в отношении общества «Е.Строй» было последовательно инициировано несколько дел о его банкротстве (№ А34-7109/2015, № А34-278/2016, № А34-3034/2016, № А34-3969/2016); одновременно, поскольку неофициальная, но проводимая политика заказчика на объекте ППН на км 419 общества «Транснефть-Сибирь» исходила из ограничения участия в строительстве объекта лиц, в отношении которых возбуждались процедуры несостоятельности (банкротстве), Должник вынужден был прекратить подрядные отношения с указанным обществом «Е.Строй»; в свою очередь строительная бригада сварщиков, действующая до 2016 года от общества «Е.Строй», фактически «перешла на работу» в общество ДСК «Запсибдорстрой»; при этом, поскольку данная имеющаяся на объекте ППН на км 419 строительная бригада сварщиков зарекомендовала себя в деловом плане с положительной стороны, общество «Уралгазремонт» в принципе было заинтересовано продолжить работу силами данных проверенных специалистов; кроме того, учитывалось, что вариант с привлечением иных командированных сварщиков от третьих лиц был также связан с перемещением таких работников до труднодоступной территории объекта ППН на км 419, что возлагало бы дополнительные расходы по перемещению и обустройству; кроме того, данный субподрядчик был привлечен обществом «Уралгазремонт», поскольку Должник испытывал проблемы с комплектацией штата и не мог самостоятельно выполнять все работы; в связи с этим указанная строительная бригада сварщиков, оформив гражданско-правовые отношения с обществом ДСК «Запсибдорстрой», смогла продолжить выполнение работ на объекте в 2016 году уже от лица нового субподрядчика – общества ДСК «Запсибдорстрой».

Апелляционный суд установил, что между обществом «Уралгазремонт» (заказчик) и обществом ДСК «Запсибдорстрой» (исполнитель) заключен договор от 12.01.2016 № 12-01/2016 на выполнение работ и оказание услуг, в соответствии с пунктом 1.1 которого заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательства выполнить строительные работы на объекте: «Трубопроводная система «Заполярье-НПС «Пур-Пе». 1 очередь. Участок от НПС «Пур-Пе» до км 358. 7 этап. Путевые пункты подогрева на участке нефтепровода от НПС «Пур-Пе» до км 358. ППН на км 419», а именно: работы по благоустройству территории; работы по сварке металлоконструкций; сварочно-монтажные работы по устройству технологических трубопроводов.

Кроме того, судом апелляционной инстанции приняты во внимание представленные арбитражным управляющим ФИО1 счет-фактура от 31.08.2016 № 33, акт от 31.08.2016 № 44, акт КС-2  от 31.08.2016 № 7, справка КС-3  от 31.08.2016 № 7на сумму 973 049 руб. 41 коп. и счет-фактура от 30.09.2016 № 34, акт от 30.09.2016 № 45, акт КС-2  от 30.09.2016 № 8, справка КС-3 от 30.09.2016 № 8 на сумму 254 517 руб. 83 коп.

Согласно письменным пояснениям третьего лица – общества ДСК «Запсибдорстрой», работы, предусмотренные договором на выполнение работ и оказание услуг от 12.01.2016 № 12-01/2016, исполнитель выполнял с помощью привлекаемых строителей на основе гражданско-правовых договоров; с привлекаемыми работниками были заключены договоры подряда, роль бригадира всех привлеченных строителей выполнял ФИО13; оплата командировочных расходов производилась через списание денежных средств с расчетного счета общества ДСК «Запсибдорстрой» и далее денежные средства выдавались бухгалтером ФИО14 работникам по ведомости под роспись; до настоящего времени окончательный акт не подписан, расчет не произведен, так как бригадой допущена утеря переданного для производства работ оборудования.

Апелляционный суд, учитывая изложенное выше, посчитал, что данное обстоятельство, как и отсутствие итогового акта, а также ежесменных актов, само по себе не может свидетельствовать об отсутствии правоотношений по поводу выполнения сварочно-монтажных работ силами общества ДСК «Запсибдорстрой» в пользу общества «Уралгазремонт», так как в связи с давностью событий полная документация не сохранилась.

Апелляционной коллегией учтено, что результат выполненных обществом ДСК «Запсибдорстрой» сдан заказчику обществу «Транснефть-Сибирь», и Должником получены соответствующие денежные средства, за счет поступивших от заказчика денежных средств, в том числе по сумме гарантийного удержания, были частично удовлетворены включенные во 2 и 3 очередь требования Уполномоченного органа; принято во внимание, что актом визуального осмотра и (или) измерительного контроля закрытого акционерного общества «Лаборатория Неразрушающего Контроля» от 25.05.2016 № 5, от 30.06.2016 № 16, от 28.08.2016 № 30, установлен факт выполнения конкретных сварочных работ привлеченным обществом ДСК «Запсибдорстрой» сварщиком ФИО13 (клеймо 007) на объекте строительства ППН на км 419; учтены судом и представленные обществом ДСК «Запсибдорстрой» ведомости выдачи суточных на объекте ППН на км 419, реестр приобретенного оборудования для проведения монтажных работ металлоконструкций, акт приема-передачи бригадиру ФИО13 оборудования для производства работ по монтажу металлоконструкций от 18.10.2018, протокол опроса ФИО13 от 28.07.2021 относительно обстоятельств привлечения к работе его бригады.

Судом апелляционной инстанции, кроме того, учитывалось, что в рамках настоящего дела о банкротстве уже рассматривались требования общества ДСК «Запсибдорстрой» (определения суда от 21.07.2017 и от 14.02.2018); указанными актами установлено, что в связи с финансовыми трудностями у общества «Е.Строй» 31.12.2015 был заключен акт передачи остаточных объемов работ по договору на выполнение работ и оказание услуг от 05.09.2015 № 0088-Пр, согласно которому общество «Е.Строй» передало, а общество ДСК «Запсибдорстрой» приняло к выполнению остаточные виды и объемы работ, которые были согласованы к выполнению между обществом «Е.Строй» и обществом «Уралгазремонт» на объекте «Трубопроводная система «Заполярье-НПС «Пур-Пе». 1 очередь. Участок от НПС «Пур-Пе» до км 358. 7 этап. Путевые пункты подогрева на участке нефтепровода от НПС «Пур-Пе» до км 358. ППН на км 419», данный акт является трехсторонним, утвердил его генеральный подрядчик общество «Уралгазремонт» в лице директора ФИО5; 12.01.2016 между обществом «Уралгазремонт» (заказчик) и обществом ДСК «Запсибдорстрой» (исполнитель) заключен договор №12-01/2016 на выполнение работ и оказание услуг; в соответствии с актами за период с января 2016 года по сентябрь 2016 года общество ДСК «Запсибдорстрой» выполнило работы для общества «Уралгазремонт» на общую сумму 15 076 397 руб. 03 коп., выполненные работы приняты обществом «Уралгазремонт» без замечаний, соответствующие акты подписаны, но при этом принятые работы оплачены не были; определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.07.2017 заявление общества ДСК «Запсибдорстрой» удовлетворено частично, в реестр кредиторов Должника включены его требования в размере 13 848 829 руб. 79 коп. основного долга, остальные требования (т.е. за август и сентябрь 2016 года) признаны текущими.

При этом обществу «Е.Строй» было отказано во включении в реестр, поскольку анализ документов показал, что заявителем предъявлены документы к оплате за работы, которые выполнялись непосредственно обществом ДСК «Запсибдорстрой» в течение 2016 года в рамках заключенного с Должником обществом «Уралгазремонт» договора на выполнение работ и оказание услуг от 12.01.2016 № 12-01/2016.

Апелляционный суд отметил, что доказательств выполнения кем-либо иным монтажно-сварочных работ в материалах настоящего спора не имеется, определения от 21.07.2017 и от 14.02.2018 по настоящему делу вступили в законную силу, в установленном порядке не отменены, о наличии каких-либо признаков заинтересованности общества ДСК «Запсибдорстрой» по отношению к должнику либо арбитражному управляющему ФИО1 Уполномоченным органом не указано; кроме того, апелляционный суд учел, что согласно представленной в материалы дела налоговой декларации по НДС общества «Уралгазремонт» с приложением книги покупок под № 47 – 55 указан контрагент – общество ДСК «Запсибдорстрой», данная налоговая декларация была принята налоговым органом.

При указанном положении суд апелляционной инстанции констатировал, что перечисление обществу ДСК «Запсибдорстрой» денежных средств в сумме 1 227 567 руб. 24 коп. произведено в счет оплаты реальных работ за август и сентябрь 2016 года по договору от 12.01.2016 № 12-01/2016, с учетом чего не могло повлечь возникновения на стороне Должника убытков в указанном размере.

По требованию, связанному с перечислением в пользу общества «ССР» денежных средств в сумме 2 039 865 руб., суды установили, что перечисления произведены 24.08.2017 – в сумме 813 165 руб. 68 коп. с указанием в основании платежа – оплата текущих платежей за кабель по счету-фактуре от 05.07.2017 № 147, договор от 01.03.2017 № 47; 13.03.2018 – в сумме 725 900 руб. (основание: оплата по счету-фактуре от 13.02.2018 №14. Договор оказания услуг от 29.11.2016. Решение арбитражного суда по делу №А81-10414/2017 от 05.02.2018); 13.03.2018 – в сумме 500 800 руб. (основание: оплата текущих платежей по счету-фактуре от 15.02.2018 №16. Договор оказания услуг от 29.11.2016. Решение Арбитражного суда по делу №А81-10414/2017 от 05.02.2018).

Как указывал Уполномоченный орган, сведения о среднесписочной численности работников общества «ССР» за 2016, 2017 годы представлены на 1 человека, справки о доходах по форме 2-НДФЛ не представлялись с момента постановки на учет; у общества «ССР» отсутствуют основные средства, производственные активы, складские помещения, транспортные средства, то есть условия, которые необходимы для инженерно-геодезического сопровождения, одновременно отсутствуют расходы по расчетному счету на эти цели, в том числе на покупку или производство кабеля; в письме Федеральной налоговой службы в лице Управления по Тюменской области указано, что в отношении общества «ССР» выездные налоговые проверки и осмотр юридического адреса не проводились, данная организация являлась участником схем ухода от налогообложения, выявленных при проведении проверок в отношении лиц, состоящих на учете в субъектах Российской Федерации, в ходе проверок, в т.ч. камеральных налоговых проверок налогоплательщиков, состоящих на территории Тюменской области, схем по взаимоотношениям с указанным лицом не установлено, руководителю ФИО15 была направлена повестка о вызове свидетеля № 7405 от 29.09.2017, на допрос не явился; 20.08.2021 общество «ССР» прекратило деятельность.

Как верно отмечено апелляционным судом, из фактических обстоятельств дела усматривается, что денежные средства в пользу общества «ССР» перечислены Должником по двум основаниям – за кабельную продукцию и за оказанные услуги.

Признавая действия Управляющего по перечислению денежных средств в части суммы 813 156 руб. 68 коп., суд первой инстанции исходил из того, что представленные документы в подтверждение движения кабеля вызывают сомнения; так, суд обратил внимание на то, что согласно представленной Уполномоченным органом справке по организации, включенной в ИР «Риски» лицо, у которого обществом «ССР» был приобретен спорный кабель – общество с ограниченной ответственностью «Строительные Решения» (далее – общество «Строительные Решения») не уплачивает налоги, не имеет работников и лиц, привлеченных по договорам гражданско-правового характера; 07.10.2019 общество «Строительные Решения» прекратило деятельность как недействующее юридическое лицо; кроме того, согласно универсальному передаточному документу № 214 общество «Строительные Решения» отгрузило кабельную продукцию обществу «ССР» 19.12.2016, однако само общество «ССР» передало товар обществу «Уралгазремонт» уже 18.12.2016, что подтверждается соответствующим актом; суд первой инстанции также указал на отсутствие доказательств, подтверждающих то, каким образом происходила транспортировка, хранение данного товара от общества «Строительные Решения» обществу «ССР», а затем – обществом «ССР» в пользу общества «Уралгазремонт»; суд также выразил сомнение в подтвержденности реальности приобретения товара фактом перечисления 19.12.2016 обществом «ССР» в пользу общества «Строительные Решения» денежных средств в сумме 2 657 865 руб. (л.д.9 т.5).

Принимая во внимание, что общество «ССР» не располагало необходимыми материальными и трудовыми ресурсами для выполнения работ, суд первой инстанции согласился с позицией Уполномоченного органа о том, что денежные средства были перечислены Должником в целях уменьшения конкурсной массы, отклонив ссылку арбитражного управляющего на наличие договоров бригадного подряда и на то, что задолженность подтверждена вступившим в законную силу судебным актом.

Суд апелляционной инстанции согласился с отрицательной оценкой действий арбитражного управляющего ФИО1, который должен был действовать осмотрительно и разумно и при совершении платежа, убедиться в достоверности имеющихся документов, подтверждающих наличие долга общества «Уралгазремонт», полноте и непротиворечивости содержащихся в них сведений, однако оснований для взыскания с него в пользу Должника соответствующих средств в качестве убытков, не усмотрел.

Апелляционным судом при этом установлено, что 21.10.2016 в отношении общества «Уралгазремонт» по настоящему делу была введена процедура наблюдения, в связи с чем со стороны заказчика – общества «Транснефть-Сибирь» стал рассматриваться вопрос расторжения контракта на основании статьи 32 контракта; с учетом рисков срыва сроков строительства стратегически важного линейного объекта обществом «Транснефть-Сибирь» было принято решение определить общество «Велесстрой» в качестве второго подрядчика на объекте ППН на км 419; Должник вынужден был подписать дополнительные соглашения на уменьшение объемов и цены выполняемых работ по факту их фактического выполнения обществом «Велесстрой».

Для завершения обществом «Уралгазремонт» работ и их сдачи заказчику по объекту ППН на км 419 к концу 2016 года требовалось доделать все объемы работ (пункт 2.1 контракта), освободить строительную площадку и землю (пункт 7.16 контракта), отчитаться по давальческим материалам (пункты 7.12, 7.17, 9.27, 10.1 контракта), сдать дорогу обществу «НК «Технефтьинвест» (пункт 7.14 контракта) и устранить замечания заказчика (пункт 7.19 контракта); только после выполнения всех данных работ общество «Уралгазремонт» могло рассчитывать на получение оплаты по контракту, в том числе гарантийных удержаний в размере 5%, которые были удержаны заказчиком на период гарантийного срока.

Согласно условиям контракта строительство на объекте ППН на км 419 осуществлялось обществом «Уралгазремонт» как за счет ТМЦ поставки самого подрядчика (Должника), что учитывалось при стоимости контракта, так и за счет представленных заказчиком давальческих материалов.

В связи с принятым заказчиком решения о полноценном разделении объемов строительства (по причине возбуждения дела о банкротстве в отношении подрядчика) и передачей оставшейся части работ обществу «Велесстрой» 17.10.2016 между обществом «Уралгазремонт» и обществом «Велесстрой» был подписан акт передачи материально-технических ресурсов, для выполнения работ на объекте, передача объемов строительства от общества «Уралгазремонт» к обществу «Велесстрой» осуществлена согласно разделительной ведомости от 23.11.2016.

В соответствии с фактически переданными ТМЦ по акту между обществом «Уралгазремонт» и обществом «Велесстрой» был заключен договор купли-продажи материалов и оборудования от 04.03.20217 № ДКС /00/000/2017-94 на общую сумму 23 925 349 руб. 70 коп., денежные средства по которому в полном размере были перечислены на расчетный счет Должника.

При этом общество «Уралгазремонт» в соответствии с пунктом 7.17 контракта и предписаний заказчика должен был вернуть обществу «Транснефть-Сибирь» остатки неиспользованного давальческого материала, ранее предоставленного заказчиком.

Однако выяснилось, что при передаче материалов от общества «Уралгазремонт» к обществу «Велесстрой» последнему ошибочно были проданы и некоторые ТМЦ, которые являлись давальческим материалом (кабель); тем самым, предвиделся очередной возможный спор Должника с обществом «Транснефть-Сибирь» относительно вопроса давальческих материалов, что могло повлечь затягивание разрешения последующих этапов взаимодействия по расчету заказчика с обществом «Уралгазремонт» в рамках завершения работ по контракту.

В целях избежания временных и иных потерь необходимые ТМЦ были приобретены Должником у общества «ССР», а затем переданы заказчику обществу «Транснефть-Сибирь» по ведомости переработки давальческих материалов за февраль 2017 года.

Таким образом, апелляционным судом установлено, что кабель, приобретенный у общества «ССР» в необходимом количестве, был передан Должником обществу «Транснефть-Сибирь» как возврат давальческих материалов.

При этом апелляционный суд согласился с возражающими лицами в том, что стоимость таких ТМЦ, за которую общество «Уралгазремонт» приобрело их у общества «ССР» (813 165 руб. 68 коп.) ниже стоимости, за которую Должник сам ранее непреднамеренно продал их обществу «Велесстрой» (1 257 416 руб. 87 коп.); кроме того, приобретение данных ТМЦ (кабеля) у общества «ССР» на сумму 813 156 руб. 68 коп. позволило обществу «Уралгазремонт» избежать прямых убытков на сумму 103 209 руб. 57 коп. в случае наступления ситуации возможного невозврата заказчику давальческого материала.

Апелляционный суд при этом отметил, что происхождение кабельной продукции на сумму 813 156 руб. 68 коп. не является достаточно прозрачным, поскольку согласно универсальному-передаточному документу (счету-фактуре) от 05.07.2017 № 147 кабельная продукция на сумму 813 156 руб. 68 коп. была передана должнику все же 05.07.2017, а не 18.12.2016, договор от 01.03.2017 № 47, на который имеется ссылка в назначении платежа, в материалах дела отсутствует, при этом между обществом «ССР» и Должником имеется другой договор – от 12.12.2016 № 47 о предоставлении товарного кредита, во исполнение которого и составлен акт приема-передачи от 18.12.2016.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции посчитал, что само по себе ненадлежащее исполнение Управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве не является достаточным доказательством причинения Должнику убытков и основанием для их взыскания при недоказанности наличия причинно-следственной связи между поведением арбитражного управляющего и возможным причинением вреда; суд справедливо отметил, что именно на Уполномоченном органе лежит обязанность доказать не только нарушение Управляющим обязанности заботливости, но и наличие убытков и причинную связь с нарушением, однако факт причинения убытков и причинно-следственная связь применительно к правоотношениям по оплате кабельной продукции Уполномоченным органом не доказана.

Как установил апелляционный суд, кабельная продукция на сумму 813 156 руб. 68 коп. передана Должнику по универсальному передаточному документу (счету-фактуре) от 05.07.2017 № 147, в первичной книге продаж общества «ССР» за 3 квартал 2017 года в строке 10 указан контрагент – общество «Уралгазремонт» и в столбце 7 указана сумма с НДС 813 165 руб. 68 коп., что соответствует указанному выше универсальному передаточному документу, из чего следует, что продукция передана Должнику до утверждения ФИО1 его конкурсным управляющим (резолютивная часть определения от 07.08.2017).

Апелляционная коллегия учла пояснения бывшего руководителя Должника относительно того, что кабель закупался частично для формирования полных остатков давальческого сырья в целях возврата его заказчику – обществу «Транснефть-Сибирь», отметив, что доказательств непринятия Должником мер к восполнению остатков давальческого сырья, которое было ошибочно реализовано обществу «Велесстрой» при передаче объемов строительства на объекте ППН на км 419 и за которое были получены денежные средства, в материалах дела отсутствуют, а сомнения Уполномоченного органа в добросовестности контрагента Должника (общества «ССР») и поставщика второго уровня (общества «Строительные Решения»), нельзя признать достаточными для вменения Управляющему факта причинения убытков.

Далее апелляционным судом установлено, что в целях пополнения оборотных средств, взаиморасчетов со всеми кредиторами и выхода из процедуры банкротства общество «Уралгазремонт» планировало заключение новых контрактов; в конце 2016 года в попытках выхода из кризисной ситуации в виде нахождения новых источников дохода бывшим руководством Должника были предложены услуги общества «Уралгазремонт» как субподрядчика во взаимоотношениях с подрядчиком обществом «Технология» на территориально другом объекте строительства группы «Газпром» («Нефтеконденсатопровод Уренгой-Пур-Пе» и «УКПГ и К. УСК №1»).

Между обществом «Технология» (заказчик) и обществом «Уралгазремонт» (исполнитель) был заключен договор оказания услуг от 29.11.2016 №НКП-ЛГСС-12/15-С8-СУБ/2 по устройству свайных оснований на объекте «Нефтеконденсатопровод Уренгой-Пур-Пе», «УКПГ и К. УСК № 1», в рамках которого Должником было выполнено работ на сумму 36 513 645 руб., что установлено определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.01.2019 по настоящему делу об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности и решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 05.02.2018 по делу № А81-10414/2017 о взыскании долга с общества «Технология».

В целях выполнения вышеуказанного договора услуг по устройству свайных оснований Должник привлек общество «ССР», с которым были заключены в том числе договор оказания услуг (по монтажу свай) от 29.11.2016, договор оказания услуг (инженерно-геодезическому сопровождению работ) от 29.11.2016 и договор оказания услуг (по организации питания работников) от 29.11.2016, что также установлено решением по делу № А81-10414/2017.

В отношении выполнения услуг по инженерно-геодезическому сопровождению работ по устройству свайных оснований на объектах строительства «Нефтеконденсатопровод Уренгой-Пур-Пе» «УКПГ и К. УСК №1» в период с 01.12.2016 по 31.12.2016 на сумму 725 900 руб. и в период с 01.01.2017 по 31.12.2017 – на сумму 500 800 руб. представлены универсальные передаточные документы от 13.02.2018 № 14 и от 15.02.2016 № 16, при этом факт устройства свайного поля на объекте «Нефтеконденсатопровод Уренгой-Пур-Пе», «УКПГ и К. УСК № 1» (работ на сумму 36 513 645 руб.) никем не отрицается; как указывает Должник, работы выполнены им в рамках договора оказания услуг от 29.11.2016 №НКП-ЛГСС-12/15-С8-СУБ/2 (для заказчика – общества «Технология»), но с привлечением общества «ССР».

Согласно пояснениям возражающих лиц относительно причин привлечения общества «ССР» к выполнению работ по устройству свайных оснований к моменту заключения договора оказания услуг от 29.11.2016 № НКП-ЛГСС-12/15-С8-СУБ/2 с обществом «Технология» Должник имел необходимое имущество, но не имел штата сотрудников для выполнения работ; объект принимался в работу именно с условием привлечения субподрядчика, способного мобилизовать людские ресурсы, которые бы выполнили работы на технике и ГСМ общества «Уралгазремонт», для общества «ССР» не требовалась техника, оборудование, склады, материал, поскольку все это предоставлялось со стороны общества «Уралгазремонт»; имущество было доставлено на объект «Нефтеконденсатопровод Уренгой-Пур-Пе», «УКПГ и К. УСК №1» предпринимателем ФИО7, в том числе вагончики для проживания бригад; обществом «ССР» мобилизованы людские ресурсы, обеспечено их питание и организовано выполнение работ.

Согласно договору оказания услуг (инженерно-геодезическому сопровождению работ) от 29.11.2016 общество «ССР» в лице генерального директора ФИО15 приняло на себя обязанность организовать инженерно-геодезическое сопровождение работ по устройству свайных оснований на объектах строительства «Нефтеконденсатопровод Уренгой-Пур-Пе», «УКПГ и К. УСК № 1», стоимость которых определена в размере 2 912 213 руб. 34 коп., срок выполнения работ с 01.12.2016 по 28.02.2017 (пункты 1.1, 1.2 договора).

Согласно пунктам 2.1.1-2.1.3 договора исполнитель обязан обеспечить мобилизацию инженеров-геодезистов в количестве не менее 6 человек, обеспеченных необходимым оборудованием для производства работ; обеспечить в круглосуточном режиме инженерно-геодезическое сопровождение работ по устройству свайных оснований, в том числе контроль за проектными отметками площадки строительства, определение и отметки координат каждой сваи на местности металлическим стрежнем, контроль отклонения свай от вертикальной отметки при погружении, определение и маркировку высотных отметок погруженных свай для их последующего среза и монтажа оголовников; обеспечить надзор за безопасной эксплуатацией оборудования, соблюдение правил техники безопасности персоналом, правил поведения персонала на строительной площадке и в местах проживания и отдыха.

В дело представлены договоры бригадного подряда от 25.11.2016 между индивидуальным предпринимателем ФИО15 и бригадами в лице бригадиров ФИО16 и ФИО17, исполнительные схемы, подтверждающие производство геодезических работ и составленные с участием представителей заказчика, в которых отражены работники бригады ФИО16; ФИО16 был опрошен адвокатом, о чем в дело предоставлен соответствующий протокол от 22.11.2019, в котором отражены обстоятельства организации и работы бригады, в том числе на объекте в районе станции Сывдарма (л.д.118 т.8).

Таким образом, апелляционный суд пришел к выводу о том, что фактически общество «ССР» в лице его директора организовало и обеспечило на объектах «Нефтеконденсатопровод Уренгой-Пур-Пе», «УКПГ и К. УСК № 1» выполнение работ по устройству свайного поля на объекте, стоимость которых (36 513 645 руб.) взыскана Должником с общества «Технология» по договору оказания услуг от 29.11.2016 №НКП-ЛГСС-12/15-С8-СУБ/2, с учетом чего констатировал отсутствие оснований полагать, что перечисление должником в пользу общества «ССР» денежных средств в суммах 725 900 руб. и 500 800 руб. также не повлекло убытков конкурсной массы, поскольку услуги по инженерно-геодезическому сопровождению работ по устройству свайных оснований на строительных площадках Должник получил, а без инженерно-геодезического сопровождения выполнение соответствующих работ было бы невозможно, при том, что доказательства, что работы по устройству свайных оснований с инженерно-геодезическим сопровождением таких работ выполнил сам Должник либо иное, нежели общества «ССР», лицо в материалах дела отсутствуют.

Касаемо эпизода с перечислением предпринимателю ФИО7 4 056 900 руб., суды установили, что данный платеж учинен 29.09.2017 с указанием в назначении платежа – оплата произведена по агентскому договору от 10.11.2016 № 73/11/16 за транспортные услуги.

Между должником (принципал) и предпринимателем ФИО7 (агент) заключен агентский договор от 10.11.2016 № 73/11/16, согласно которому принципал поручает, а агент принимает на себя обязательства совершать от своего имени, но в интересах и за счет принципала юридические и фактические действия, направленные на приобретение услуг для принципала, связанные с организацией перевозки техники, по поручениям (заявкам) принципала, а принципал обязуется возмещать агенту расходы и выплачивать вознаграждение.

В качестве доказательств надлежащего исполнения обязательств предпринимателем ФИО7 в материалы дела представлены подписанные директором общества «Уралгазремонт» ФИО5 заявки на перевозку спецтехники, отчеты агента, а также подписанные сторонами акты о приемке выполненных работ.

К указанным доказательствам суд первой инстанции отнесся критически и согласился с позицией Уполномоченного органа о том, что денежные средства перечислены предпринимателю ФИО7 в отсутствие встречного предоставления и в целях вывода денежных средств из конкурсной массы; при этом суд исходил из того, что согласно представленному Уполномоченным органом перечню транспортных средств, принадлежащих предпринимателю ФИО7, фактически у него в спорный период транспорт и техника, необходимые для выполнения заявок общества «Уралгазремонт» на перевозку спецтехники, отсутствовали; указания арбитражного управляющего ФИО1 на то, что спорные услуги фактически оказывало общество «Аскон», генеральным директором которого является ФИО7, при том, что общество «Аскон» в ходе судебного разбирательства данную информацию подтвердило, представив копии путевых листов, свидетельствующие о фактическом оказании услуг, суд первой инстанции отклонил, так как 01.06.2021 Уполномоченным органом представлена выписка по расчетному счету общества «Аскон», из которой не усматривается, что предприниматель ФИО7 оплатил услуги общества «Аскон» по оказанию транспортных услуг, в то время как смысл заключения договора с предпринимателем ФИО7, применяющим упрощенную систему налогообложения, а не с обществом «Аскон», находящимся на общей системе налогообложения, суду не раскрыт; суд первой инстанции посчитал, что проведенный Уполномоченным органом анализ представленных путевых листов свидетельствует о наличии в них сведений, не подтверждающих факт оказания услуг, экономическая целесообразность перевоза техники общества «Уралгазремонт» в конце 2016 года – начале 2017 года – не подтверждена, поскольку согласно ответу общества «Транснефть-Сибирь» от 25.03.2020 № ТСИБ-01-231-34/19447 выполнение работ обществом «Уралгазремонт» на объекте не производилось, происходила сдача исполнительской документации; кроме того, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что с учетом особенностей сложившихся взаимоотношений общества «Уралгазремонт» с различными контрагентами (их многочисленность, наличие в отдельных случаях явных признаков фиктивных отношений), добросовестный конкурсный управляющий должен был запросить у предпринимателя ФИО7 дополнительные доказательства факта оказания услуг именно ФИО7, а в случае непредставления таковых доказательств Управляющий был вправе обратиться с заявлением об оспаривании соответствующей сделки на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд в целом согласился с нижестоящим судом в том, что действия Управляющего в данной части не являлись разумными и добросовестными, однако оснований для взыскания убытков в размере совершенного платежа им не установлено, поскольку арбитражным управляющим ФИО1 и третьими лицами представлены достаточные доказательства, свидетельствующие об оказании Должнику услуг по перемещению его строительной техники с одного строительного объекта до места хранения на склад в г. Новый Уренгой, на другой строительный объект и обратно, а Уполномоченным органом не доказано наличие убытков в заявленном размере; при этом апелляционный суд отметил, что значимым обстоятельством является именно факт оказания либо неоказания Должнику услуг по перемещению его техники, а вопрос о том, чьи грузовые автомобили были использованы и как были урегулированы правоотношения между предпринимателем ФИО7 и обществом «Аскон», в котором ФИО7 является одним из участников и руководителем, при оказании Должнику услуг существенного значения не имеет.

Как установил апелляционный суд, в конце 2016 года – начале 2017 года Должник завершал работы по объекту ППН на км 419, а также осуществлял работы по объекту «Нефтеконденсатопровод Уренгой-Пур-Пе», «УКПГ и К. УСК №1»; согласно пункту 7.16 контракта от 14.02.2014 № 17-330-017-0187 общество «Уралгазремонт» обязано было в течение 20 календарных дней с момента окончания работ вывезти со строительной площадки все собственное оборудование, спецтехнику и материалы (освободить территорию); согласно пункту 28.1.4 контракта, в случае несвоевременного освобождения обществом «Уралгазремонт» строительной площадки от собственного оборудования, спецтехники и материалов, последнее несло бы ответственность в виде штрафной неустойки в размере 0,05% контрактной цены за каждый день просрочки.

В октябре 2016 года общество «Уралгазремонт» передало ТМЦ новому подрядчику обществу «Велесстрой»; в ноябре 2016 года была подписана окончательная разделительная ведомость о передаче объемов работ от общества «Уралгазремонт» к обществу «Велесстрой»; в связи с этим Должник начал предпринимать действия по вывозу собственной спецтехники и крупногабаритного имущества с территории объекта ППН на км 419 до места хранения на склад в г.Новый Уренгой с помощью услуг привлеченного грузового транспорта по агентскому договору с предпринимателем ФИО7

Согласно заявке на перевозку спецтехники от 11.11.2016 № 433 перемещению подлежали, в том числе: бульдозер KOMATSU D155A-5 (Япония), зав.номер 65751, гос.номер 66СА5597; экскаватор Hitachi ZX-330 (Япония), номер двигателя 6НК1-513122-522345 (8759); экскаватор Hitachi ZX350LCH-3, гос.номер 66СА5806; бульдозер Т-20:01 ЯБР-1, гос.номер ПСМ BE 769582; трубоукладчик ТГ-503 К (176) 0118, гос.номер ПСМ ВЕ769848; жилые вагоны (лайфбокс «Хаски»); жилые вагоны - здание мобильное «Екатерина»; дизельная электростанция FG Wilson.

Специфика указанного имущества исключала ее возможное самостоятельное перемещение по дорогам общего пользования и пересеченной местности с места строительства в тайге до г.Новый Уренгой (например, трубоукладчик ТГ-503 К представлял собой спецтехнику на гусеничном ходу весом 69 тонн, грузоподъемностью порядка 50 тонн и длиной стрелы более 8,9 м).

Проектом организации строительства ПОС-2 регламентирован порядок транспортирования техники, экскаваторы и трубоукладчики на гусеничном ходу могут транспортироваться только прицепами-тяжеловозами; в отсутствие у общества «Уралгазремонт» прицепов-тяжеловозов для вывоза техники с объекта ППН на км 419 были и были привлечены услуги предпринимателя ФИО7

Как отметила апелляционная коллегия, Уполномоченный орган не отрицает факт того, что указанная спецтехника и крупногабаритное имущество действительно были перебазированы с территории Объекта ППН на км 419 до г. Новый Уренгой, при этом не приводит ни одного доказательства и разумного довода того, какое иное лицо могло осуществить такую перебазировку техники и имущества в отсутствие такой технической возможности у самого Должника; перебазировка техники общества «Уралгазремонт» с места хранения в г. Новый Уренгой на иной объект и обратно согласуется с фактом выполнения работ обществом «Уралгазремонт» (через привлечение общества «ССР») для общества «Технология» на объекте «Нефтеконденсатопровод Уренгой-Пур-Пе», «УКПГ и К. УСК №1».

Апелляционный суд признал, что для выполнения работ по договору от 29.11.2016 № НКП-ЛГСС-12/15-С8-СУБ/2, заключенному между обществом «Технология» и обществом «Уралгазремонт», на выполнение работ по устройству свайных оснований на объектах «Нефтеконденсатопровод Уренгой-Пур-Пе» и «УКПГ и К. УСК №1», предприниматель ФИО7 обеспечил мобилизацию и демобилизацию (заявки от 10.12.2016 и 21.02.2017) строительной техники и оборудования общества «Уралгазремонт» до пос. Сывдарма (14 км от федеральной трассы Сургут-Новый Уренгой) и после выполнения работ к месту хранения в г. Новый Уренгой, а также то, что специфика перемещаемой техники и имущества Должника, равно как и временной период фактической его перебазировки полностью соответствовали целям договора оказания услуг от 29.11.2016 № НКП-ЛГСС-12/15-С8-СУБ/2 по устройству свайных оснований на объекте «Нефтеконденсатопровод Уренгой-Пур-Пе», «УКПГ и К. УСК №1» с обществом «Технология» и срокам выполнения работ на таких объектах.

Судом апелляционной инстанции установлено, что для обеспечения хранения имущества общества «Уралгазремонт» был заключен с обществом СК «Электрон» договор на хранения от 11.11.2016; материалами дела подтверждается действительное наличие грузового транспорта, заявленного к перевозке, что также, на его взгляд, подтверждает реальность отношений по транспортировке (в отсутствие каких-либо разумных объяснений от Уполномоченного органа о том, каким иным образом заявленная спецтехника и имущество общества «Уралгазремонт» могло быть перемещено, без реальной самостоятельной возможности исполнения самим Должником таких действий).

Как указано, после завершения работ на объекте «Нефтеконденсатопровод Уренгой-Пур-Пе», «УКПГ и К. УСК № 1» по заявке от 21.02.2017 № 28 техника общества «Уралгазремонт» была возвращена посредством услуг предпринимателя ФИО7 из поселка Сывдарма 14 км от федеральной трассы Сургут-Новый Уренгой в г. Новый Уренгой Северная промзона (территория общества СК «Электрон»), впоследствии по данному месту нахождения имущество было инвентаризировано арбитражным управляющим.

Апелляционный суд отметил, что те недостатки путевых листов (10 из 31 шт.), которые выявлены Уполномоченным органом и описаны судом первой инстанции, не могут свидетельствовать о неоказании Должнику услуг по перемещению его строительной техники, так как в материалах дела имеются документально подкрепленные пояснения общества «Аскон», в частности, с приложением копии ПТС № 16 HP 868774 на автомобиль КАМАЗ г.н. В181СВ89 о том, что дата 22.04.2016 – это дата перехода права от лизинговой компании (ВЭБ-лизинг) к обществу «Аскон», копии ПТС 16НР 868774 и полиса ОСАГО № XXX0159484867; на автомобиль КАМАЗ г.н. А525МЕ89 относительно того, что в путевом листе имеется опечатка в последней цифре, предоставлена копия ПТС 16 МТ № 903384, из которого видно, что указанный автомобиль имеет гос. номер 

<

***>; в отношении автомобиля МАН г.н. В906МА89, представлены копии ПТС № 77 УР 767612, где дата 29.10.2016 – это дата перехода права от лизинговый компании (ВЭБ-лизинг) к обществу «Аскон», а также представлена копия полиса ОСАГО № ХХХ0145571459.

Относительно замечаний Уполномоченного органа по иным путевым листам, с которыми согласился суд (водители ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21 в обществе не трудоустроены), апелляционный суд указал, что форма 6-НДФЛ не несет информацию о личных данных сотрудника (ФИО), а только о количественном составе трудоустроенных, при этом из предоставленных обществом «Аскон» документов видно, что указанные водители фигурируют в документах по взаимоотношениям указанного общества с другими контрагентами.

Кроме этого, апелляционный суд учел, что обществом «Аскон» в судебном заседании предоставлялись оригиналы ПТС на соответствующие грузовые автомобили, что Уполномоченным органом не отрицается.

Наконец, апелляционный суд счел необоснованной ссылку суда на письмо общества «Транснефть-Сибирь» от 25.03.2020 № ТСИБ-01-231-34/19447, поскольку указанное письмо по рассматриваемому эпизоду ничего не подтверждает и не опровергает, так как Должник в соответствующий период времени освобождал строительную площадку по объекту ППН на км 419, работы не вел, а к строительству объектов «Нефтеконденсатопровод Уренгой-Пур-Пе», «УКПГ и К. УСК № 1» общество «Транснефть-Сибирь» отношения не имеет.

Таким образом, суд апелляционной инстанции посчитал подтвержденным факт перевозки предпринимателем ФИО7 техники Должника, а равно и соотносимым с деятельностью Должника в спорный период: предприниматель ФИО7 осуществил вывоз техники по завершении контракта между Должником и обществом «Транснефть-Сибирь», в дальнейшем при заключении контракта с обществом «Технология» осуществил доставку и последующий вывоз техники с объекта «Нефтеконденсатопровод Уренгой-Пур-Пе», «УКПГ и К. УСК № 1», тогда как иное Уполномоченным органом не доказано (в частности, что Должник самостоятельно или с использованием иных перевозчиков транспортировал необходимую технику), в связи с чем оснований для взыскания соответствующих убытков не нашел.

По эпизоду с перечислением в пользу общества «Агат» денежных средств в сумме 5 938 000 руб. суды установили, что соответствующий платеж учинен 16.10.2017; в назначении платежа указано «Оплата по акту № 161 от 31.07.2017 за услуги по ремонту автодороги. Договор №1ППН/17 от 27.01.2017 г. Сумма 5938000-00 В т.ч. НДС (18%) 905796-60».

В материалах дела имеется договор от 27.01.2017 № 1 ППН/17, согласно которому общество «Агат» (исполнитель) в лице директора ФИО22 обязалось собственными силами выполнить по заданию Должника (заказчика) работы по устранению замечаний в гарантийный период на объекте строительства ППН на км 419.

Удовлетворяя требования в данной части, суд первой инстанции учитывал протокол допроса свидетеля ФИО22 от 28.02.2018, согласно которому она никогда не являлась учредителем, руководителем или доверенным лицом никаких организаций, в том числе общества «Агат», юридический и фактический адрес обществ «Агат» ей неизвестны, поставщиков и покупателей данного общества ФИО22 не знает, расчетными счетами не распоряжалась, документы общества «Агат» не подписывала, а также данные из карточки «Спарк», согласно которым адрес общества «Агат» признан недостоверным; принял во внимание позицию Уполномоченного органа о том, что сведения о среднесписочной численности работников общества «Агат» за 2016 год представлены на 1 человека, за 2017 и 2018 годы не представлены вообще, справки о доходах по форме 2-НДФЛ не представлялись с момента постановки на учет, и того, что помимо работников у общества «Агат» отсутствуют основные средства, производственные активы, складские помещения, транспортные средства, то есть условия, которые необходимы для ремонта автодороги, одновременно с этим отсутствуют и расходы по банку на эти же цели.

В суде первой и апелляционной инстанции арбитражный управляющий ФИО1 и третьи лица поясняли, что фактически работы выполняло общество с ограниченной ответственностью «Транспортная компания «Миг» (далее – компания «Миг»), о чем Управляющему было известно.

Апелляционная коллегия вновь согласилась с данной судом первой инстанции оценкой действий Управляющего, так как с его стороны имела место грубая неосмотрительность, ведь он располагал информацией о фактическом выполнении работ компанией «Миг».

Вместе с тем апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии на стороне Должника убытков в размере 5 938 000 руб., поскольку установил, что оплаченные работы по устранению разрушений на подъездной дороге к объекту ППН на км 419 в интересах Должника, который обязан был устранить замечания заказчика – общества «Транснефть-Сибирь», выполнены, что верно расценено им в качестве единственно важного критерия при рассмотрении вопроса о наличии убытков.

Так, суд апелляционной инстанции установил, что обществом «Транснефть-Сибирь» составлен акт от 16.01.2017 № 3007 комиссионного обследования о выявленных недостатков (замечаний) по выполненным ранее обществом «Уралгазремонт» работам; данный акт составлен, в том числе, с участием общества «Уралгазремонт» и компании «Миг»; со ссылкой на пункт 26.9 контракта об ответственности подрядчика за выполненные работы заказчик направил обществу «Уралгазремонт» претензию от 25.02.2017 № ТСИБ-1700901-09/4846 о выявленных недостатках с требованием устранения обществом «Уралгазремонт» перечисленных замечаний (смещение водопропускных труб от проектного положения подъездной автодороги к ППН (5 шт.); размыв участков откосов в результате плохого укрепления (300 кв. м); разрушение плит дорожных на мостовом переходе (18 шт.); смещение и разрушение плит дорожных укрепления откосов и подходов (18 шт.) в результате паводка; деформация и коррозийное разрушение барьерного ограждения в результате некачественного АКЗ); кроме того, указано на незавершение работ по вывозу грунта с площадки временного вагон-городка (2000 кв. м), дообустройству переезда через действующий газопровод (переукладка плит дорожных), спрямлению русла у мостового перехода для снижения воздействия в паводковый период.

Вместе с тем, поскольку в отношении общества «Уралгазремонт» с августа 2016 года уже действовала возбужденная процедура банкротства, собственных работников (сотрудников), способных исправить выявленные недостатки, у Должника не было, то исправление выявленных недостатков было возможно только за счет сторонних привлеченных сил.

Письмом от 19.01.2017 № 3 компания «Миг» просила Должника перезаключить договор на исполнение работ по устранению замечаний общества «Транснефть-Сибирь» на подъездной дороге к объекту ППН на км 419 с обществом «Агат», гарантируя выполнение работ силами компании «Миг».

С учетом характера выявленных недостатков, а также письменного обращения компании «Миг» о готовности выполнения работ, для их исправления бывшим руководством Должника и было привлечено указанное общество «Агат» путем подписания договора от 27.01.2017 № 1 ППН/17; в этот же день между обществом «Агат» и компанией «Миг» подписан договор от 27.01.2017 № 1А ППН/17.

В рамках подрядных отношений с обществом «Транснефть-Сибирь» по контракту от 14.02.2014 № 17-330-017-0187 устранение замечаний по подъездной дороге (подобъект 650-АД) осуществлялось в соответствии с пунктом 7.38 контракта с учетом дополнительного соглашения от 10.10.2016 № 20.

Согласно акту от 28.02.2017 № 3009 комиссионного обследования устранения замечаний подъездной дороги по объекту строительства с участием заказчика, подрядчика (должника) и компании «Миг» зафиксировано устранение всех замечаний с указанием на то, что качество выполненных работ требует подтверждения по окончанию паводкового периода, в срок не ранее 01.07.2017 (приложение 30).

Согласно письму общества «Транснефть-Сибирь» от 20.07.2017 № ТСИБ-17-1700902-06/34567 замечания гарантийного периода к подрядной организации обществу «Уралгазремонт» по устройству мостового перехода, устройству водопроводных труб и устройству подъездной дороги к ППН на км 419 устранены в полном объеме.

Актом от 31.07.2017 № 161 между обществом «Уралгазремонт» и обществом «Агат» оформлена приемка услуг по устранению вышеуказанных замечания на сумму 5 938 000 руб.

Поскольку к обществу «Уралгазремонт» заказчиком сняты претензии гарантийного периода по ранее выполненным работам по устройству мостового перехода, устройству водопроводных труб и устройству подъездной дороги к ППН на км 419, апелляционный суд пришел к выводу о том, что общество «Уралгазремонт» получило положительный результат от выполненных третьими лицами работ по устранению замечаний общества «Транснефть-Сибирь» на подъездной дороге к объекту ППН на км 419, исправление таких замечаний позволило произвести обществу «Уралгазремонт» сдачу полного комплекта исполнительной документации в сентябре 2017 года и получить от общества «Транснефть-Сибирь» денежные средства в размере более 119 млн руб., что Уполномоченным органом не оспаривалось.

Таким образом, апелляционный суд признал доказанным и подтвержденным факт выполнения компанией «Миг» работ по устранению недостатков, оплата которых произведена обществу «Агат», отметив то, что выполнение работ компанией «Миг» с одновременным указанием производить оплату в пользу общества «Агат» является неразумным прежде всего для самой компании «Миг», однако данные риски она приняла на себя самостоятельно, утратив тем самым право предъявления денежных требований к Должнику, что само по себе не является достаточным для квалификации действий Управляющего как причиняющих Должнику убытки.

Таким образом, отказывая в удовлетворении требования Уполномоченного органа о взыскании с арбитражного управляющего ФИО1 заявленных сумм убытков, суд апелляционной инстанции исходил из недоказанности совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения управляющего ФИО1 к гражданско-правовой ответственности по заявленным основаниям, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Довод кассационной жалобы о несоответствии мотивировочной и резолютивной частей постановления от 27.04.2022 судом проверен и отклоняется как несоответствующий материалам дела, из которых следует, что определение от 11.10.2021 обжаловалось управляющим ФИО1 как в части признания незаконными его действий по перечислению контрагентам 20 181 864 руб., так и в части взыскания с него соответствующих убытков, и суд апелляционной инстанции согласился с нижестоящим судом в части первого требования по всем шести эпизодам, не усмотрев оснований для удовлетворения требования о взыскании убытков; таким образом, отменив определение от 11.10.2021 в части взыскания убытков и оставив его в силе в иной обжалованной части, апелляционный суд не допустил нарушений норм процесса.

Ссылка Уполномоченного органа на необоснованное принятие апелляционным судом дополнительных доказательств судом округа отвергается, так как из определений суда апелляционной инстанции об отложении судебных разбирательств видно, что инициатором представления сторонами спора дополнительных пояснений и доказательств, вследствие чего последующее принятие апелляционной коллегией соответствующих позиций и дополнительных документов нельзя признать нарушающим требования процессуального законодательства, тем более, что Уполномоченный орган обеспечивал участие в судебных разбирательствах и не был лишен возможности представления возражений и контрдоказательств.

Довод Кассатора о том, что апелляционной коллегией не приняты во внимание вступившие в законную силу судебные акты – решение Арбитражного суда Свердловской области от 01.11.2021 по делу № A60-25801/2021 и определение от 28.05.2019 по настоящему делу о банкротстве, судом округа отклоняется, так как предмет исследования в деле № A60-25801/2021 не является тождественным предмету рассматриваемого спора (административный спор о признании недействительными ненормативных правовых актов налогового органа по результатам налоговых проверок против спора о привлечении к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков), а также ввиду того, что при рассмотрении настоящего спора представлены в значительном объеме иные пояснения и доказательства, которые не рассматривались и не оценивались при вынесении вышеуказанных актов, с учетом которых апелляционный суд не был лишен возможности прийти к иным выводам по смежным предметам исследования с изложением соответствующих мотивов, которые нашли отражение в мотивировочных частях обжалуемого и настоящего постановлений.

Иные доводы Уполномоченного органа, изложенные в его кассационной жалобе, по существу дублируют ранее приводимые им доводы и обстоятельства, исследованные и оцененные апелляционным судом полно и всесторонне, при этом состоятельности данной с его стороны оценки не опровергают, правильности и обоснованности его выводов по существу разрешения настоящего спора под сомнение не ставят, о нарушении им норм права, регулирующих спорные правоотношения,– не свидетельствуют, и сводятся к простому несогласию Кассатора с результатами исследования и оценки обстоятельств дела и представленных доказательств, тогда как переоценка доказательств по делу и установленных на их основании обстоятельств выходит за рамки компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных нормами статей 286 – 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а потому является недопустимой (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, оценки приведенных участвующими в деле лицами при рассмотрении спора доводов, пояснений, в том числе о том, что в результате проведения в отношении Должника мероприятий конкурсного производства требования Уполномоченного органа в подавляющем их размере погашены, а также о том, что в привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по основанию доведения Должника до банкротства отказано вступившим в законную силу судебным актом, и возражений суд округа считает, что суд апелляционной инстанции, надлежащим образом и в полном объеме исследовав и оценив все приведенные сторонами спора доводы и возражения и представленные в материалы дела доказательства, верно и в полной мере установил имеющие существенное значение для правильного разрешения настоящего спора фактические обстоятельства, дал таковым надлежащую и мотивированную правовую оценку, на основании которой пришел к верным, соответствующим установленным ими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основанным на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения, выводам о неподтвержденности материалами дела наличия правовых и фактических оснований для применения к управляющему ФИО1 меры ответственности в виде взыскания убытков в заявленном размере.

Таким образом, учитывая, что выводы суда апелляционной инстанции являются правильными, соответствующими материалам дела и положениям действующего законодательства, а нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для отмены/изменения постановленного им судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не выявлено, следует признать, что обжалуемое постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2022 по делу № А60-37646/2016 Арбитражного суда Свердловской области является законным и обоснованным, ввиду чего отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежит.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2022 по делу № А60-37646/2016 Арбитражного суда Свердловской областиоставить без изменения, кассационную жалобу Федеральной налоговойслужбы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Свердловской области – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

 

Председательствующий                                                             О.Н. Пирская 

 

Судьи                                                                                          В.В. Плетнева 

 

                                                                                                    Г.М. Столяренко