ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-4193/2024

Дело № А40-246357/22

г. Москва

01 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 марта 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 01 апреля 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи О.В. Гажур,

судей А.Н. Григорьева, Е.А. Скворцовой

при ведении протокола секретарем судебного заседания П.С. Бурцевым,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1, кредитора ФИО2, ФИО3

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 21.12.2023 по делу №А40-246357/22 (123-481) об отказе в удовлетворении заявления ФИО2 о взыскании убытков с финансового управляющего ФИО4, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца г. Москвы, адрес: 

<

...> Олимпийская деревня, д. 20, кв. 83, ИНН 

<

***>),

при участии в судебном заседании:

от ФИО4: ФИО5 по дов. от 29.06.2023

от финансового управляющего ФИО7: ФИО6 по дов. от 29.06.2023

иные лица не явились, извещены 

 

У С Т А Н О В И Л:

В Арбитражный суд города Москвы посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте Арбитражного суда города Москвы в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, 10.11.2022 года поступило заявление кредитора ФИО7 в лице финансового управляющего ФИО8 о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом); определением от 14.11.2022 года заявление кредитора принято и возбуждено производство по делу № А40-246357/22-123-481Ф.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.01.2023 года заявление кредитора ФИО7 признано обоснованным, в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО4, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Южный Урал». Сообщение о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликовано в газете «КоммерсантЪ» от 04.02.2023 года.

В Арбитражный суд города Москвы 16.08.2023 поступило заявление ФИО2 о взыскании убытков с финансового управляющего должника в размере 337 222,92 руб.

Определением от 21.12.2023 Арбитражный суд города Москвы отказал в удовлетворении заявления ФИО2 о взыскании убытков с финансового управляющего ФИО4.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, Чак А.М., ФИО2 и ФИО3 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просят определение Арбитражного суда города Москвы отменить и принять новый судебный акт.

 В обоснование доводов жалобы ссылаются на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение судом норм материального и процессуального права.

Через канцелярию суда от арбитражного управляющего ФИО4 поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ.

В судебном заседании апелляционного суда представители ФИО4 и финансового управляющего должника по доводам жалобы возражали, просили оставить оспариваемое определение суда первой инстанции без изменений.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 №228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, не находит оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в Арбитражный суд города Москвы посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте Арбитражного суда города Москвы в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, 10.11.2022 года поступило заявление кредитора ФИО7 в лице финансового управляющего ФИО8 о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом).

Требование кредитора ФИО7 основано на вступившем в законную силу определении Арбитражного суда города Москвы от 16.02.2022 по делу №А40-95953/2019 о несостоятельности (банкротстве) ФИО7, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2022 года, которым признаны недействительными сделки ФИО7 по перечислению в пользу Чака А.М. денежных средств в размере 3.136.000 руб., применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с Чака А.М. в пользу ФИО7 денежных средств в размере 3.136.000 руб.

Так, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 16.02.2022 года по делу № А40-95953/2019 установлено, что ФИО7 10.05.2017, 03.07.2017, 07.09.2017 осуществил в пользу ФИО1 перечисления денежных средств на сумму 3.136.000 рублей с назначением платежей «перевод средств на текущие расходы».

Заявитель в качестве основания для оспаривания сделки указывал, что платежи являются недействительными в силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, как совершенные с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Так, суд установил, что признак неплатежеспособности должника ФИО7 наступил 01.08.2016 - с момента прекращения исполнения должником обязательств перед кредиторами по договорам займа.

Таким образом, на момент совершения оспариваемых платежей у должника ФИО7 имелась просроченная задолженность перед кредиторами по денежным обязательствам с более ранним сроком исполнения, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника, что подтверждает факт неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемых платежей.

Денежные средства, полученные ФИО1 от ФИО7, являются безвозмездными сделками; доказательств обоснованного получения денежных средств в столь значительном размере в дело представлены не были, из назначения платежей не следует, на основании чего должник перечислял ответчику денежные средства на текущие расходы.

Ввиду отсутствия доказательств равноценного предоставления со стороны ФИО1 в пользу ФИО7, суд первой инстанции пришел к выводу, что денежные средства перечислены с целью вывода ликвидного актива со счетов должника и невозможностью погашения требований кредиторов.

Кроме того, указанным судебным актом установлено, что ФИО1 является братом ФИО7, т.е. является лицом, заинтересованным по отношению к должнику в силу ст. 19 Закона о банкротстве, в связи с чем, судом сделан вывод об осведомленности ФИО1 о признаке неплатежеспособности должника.

На основании вышеизложенного, суд пришел к выводу, что материалами дела подтверждена совокупность обстоятельств, предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, признал недействительными сделки ФИО7 по перечислению в пользу ФИО1 денежных средств в размере 3.136.000 рублей по платежам от 10.05.2017, 03.07.2017, 07.09.2017 и применил последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в пользу ФИО7 денежных средств в размере 3.136.000 рублей.

В связи с изложенным, определением Арбитражного суда города Москвы от 24.01.2023 года заявление кредитора ФИО7 признано обоснованным, требование ФИО7 признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 3.136.000 руб.; заявление кредитора в части 666.717,72 руб. оставлено без рассмотрения. В отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО4, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Южный Урал».  Сообщение о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликовано в газете «КоммерсантЪ» от 04.02.2023.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.03.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 24.01.2023 по делу № А40-246357/22 в части оставления без рассмотрения требования кредитора о включении в реестр требований кредиторов в размере 666.717,72 руб. отменено; вопрос направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Так, помимо суммы долга, подтвержденного вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 16.02.2022 года по делу №А40-95953/2019, кредитором заявлено требование о включении в реестр требований кредиторов процентов в размере 666 717,72 рублей за период с 02.11.2019 по 02.11.2022, начисленных в порядке п. 29.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.08.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2023 года, признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника ФИО1 требование ФИО7 в размере 666 717,72 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами, с учетом п. 3 ст. 137 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

ФИО2 при обращении в суд с настоящим заявлением указал, что при рассмотрении требования ФИО7 о включении в реестр требований кредиторов процентов в размере 666 717,72 рублей за период с 02.11.2019 по 02.11.2022, начисленных в порядке п. 29.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», финансовый управляющий должника ФИО4 не заявили о пропуске кредитором срока исковой давности за период с 02.11.2019 по 09.11.2021, в связи с чем, требования ФИО7 были признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника в полном объеме. 

Апеллянт полагает, что указанное бездействие финансового управляющего причинило должнику и кредиторам убытки в размере 337 222,92 руб.

В обоснование своей правовой позиции заявитель ссылается на определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.10.2022 №307-ЭС20-6417(4) по делу №А56-91308/2016 и указывает, что срок исковой давности по требованию о взыскании процентов составляет один год и начинает течь с момента, когда имеющее право на взыскание таких процентов лицо должно было узнать о нарушенном праве.

В соответствии со статьями 195, 196, 197, 200 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности устанавливается в три года и его течение начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

При этом, законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности для отдельных видов требований.

В силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

В соответствии со статьей 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которого заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как разъяснено в пункте 29.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если суд признал на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действия должника по уплате денег, то проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику, на основании пункта 2 статьи 1107 ГК РФ подлежат начислению с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной, если не будет доказано, что кредитор узнал или должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, ранее признания ее недействительной - в последнем случае указанные проценты начисляются с момента, когда он узнал или должен был узнать об этом. По аналогичным правилам определяется момент, с которого начисляются предусмотренные законом (например, статьей 395 ГК РФ) или договором проценты (с учетом статей 4 и 126 Закона о банкротстве) на восстановленное требование кредитора.

Таким образом, заявление о взыскании процентов, является частью требования, направленного на устранение последствий исполнения недействительной оспоримой сделки (расчетной операции), в силу пункта 29.1 постановления №63, предусматривающего возможность начисления процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму признанного недействительным в рамках дела о банкротстве денежного исполнения.

При этом, кредитор, с которого в связи с применением последствий недействительности сделки взысканы в пользу должника-банкрота денежные средства, неправомерно пользуется ими вплоть до возврата должнику- банкроту полученной им денежной суммы. При этом за каждый день просрочки возврата денег у такого кредитора возникает обязательство по уплате процентов за этот день. В этот же день должнику-банкроту становится известно о его праве на получение с кредитора процентов и начинает течь срок исковой давности для судебной защиты этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Так, исходя из пункта 29.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в корреспонденции с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, в данном случае началом течения срока исковой давности по требованию о взыскании процентов является следующий день после даты вступления в законную силу определения суда о признании сделки недействительной (15.06.2022); требование ФИО7 было направлено в суд 09.11.2022.

Определением суда от 04.08.2023 установлено, что ФИО1 является братом ФИО7, в связи с чем, суд пришел к выводу, что ФИО1 был осведомлен о противоправной цели причинения вреда кредиторам и недействительности совершенных в его адрес платежей ФИО7 с момента их перечисления.

В настоящем случае заявление о применении сроков исковой давности по требованию о взыскании процентов было бы направлено на сохранение такого правового положения сторон, которое возникло при нарушении законодательного запрета на осуществление действий исключительно с намерением причинить вред другому лицу, т.е. на избежание ответственности за совершение платежей, признанных судом недействительными.

Кроме того, как следует из судебных актов по делу №А40-95953/2019, с заявлением о признании спорных платежей недействительными обратился кредитор (ФИО9), а не финансовый управляющий ФИО7, которое определением суда от 28.09.2021 по указанному делу было принято к производству.

При этом в период с 09.09.2021 (постановление Арбитражного суда Московского округа по делу №А40-95953/2019 об отмене решения Арбитражного суда города Москвы от 24.02.2021 в части утверждения финансового управляющего ФИО7) по 10.12.2021 (определение Арбитражного суда города Москвы об утверждении финансовым управляющим ФИО7 арбитражного управляющего ФИО8) в процедуре банкротства ФИО7 отсутствовал финансовый управляющий, в том числе на момент принятия к производству заявления кредитора ФИО9 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

Кроме того, на дату осведомленности об основаниях (пороках) для признания сделки недействительной влияет множество факторов, таких как количество совершенных сделок должника, сокрытие документации о финансово-хозяйственной деятельности, период времени, прошедший с момента совершения сделки и др.

При этом знания о самом по себе факте совершения платежа по сделкам недостаточно для оспаривания сделки по основанию со сложным юридическим составом.

Также согласно пп. 3 п. 1 ст. 202 ГК РФ, течение срока исковой давности приостанавливается в силу установленной на основании закона Правительством Российской Федерации отсрочки исполнения обязательств (мораторий). В силу п. 2 указанной статьи, течение срока исковой давности приостанавливается при условии, что указанные в пункте 1 настоящей статьи обстоятельства возникли или продолжали существовать в последние шесть месяцев срока исковой давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев, в течение срока исковой давности.

Так, в период с 01.04.2022 года по 01.10.2022 года действовал мораторий, введенный Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 №497. Помимо прочего, введение моратория в указанный период также препятствовало подаче заявления о признании должника банкротом и установлении требований о выплате процентов в порядке п. 29.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Ссылка заявителя на определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.10.2022 №307-ЭС20-6417(4) по делу №А56-91308/2016 не применима в рассматриваемом случае, поскольку указанный судебный акт вынесен при иных фактических обстоятельствах дела.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Согласно ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу нормы п. 2 ст. 15 ГК РФ истец в соответствии со ст. 65 АПК РФ должен представить доказательства, свидетельствующие о наличии совокупности нескольких условий (основания возмещения убытков): противоправность действий (бездействия) причинителя убытков, причинную связь между противоправными действиями (бездействием) и убытками, наличие и размер понесенных убытков, вину причинителя вреда. Общими положениями о гражданско-правовой ответственности (ст. 401 ГК РФ) установлена презумпция виновности лица, не исполнившего свою обязанность либо исполнившего ее ненадлежащим образом.

По смыслу разъяснений, данных в абз. 2 п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Так, причинно-следственная связь между противоправным деянием и причиненным вредом является обязательным условием для привлечения лица к гражданско-правовой ответственности. Причинно-следственная связь должна быть необходимой и достаточной для наступления ответственности. В правоприменительной практике причинно-следственная связь определяется как прямое и неизбежное последствие действия конкретного причинителя вреда.

Наличие вреда, ущерба, как было отмечено, также является обязательным условием ответственности, то есть возникновения деликтного обязательства.

В силу п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В соответствии с п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Согласно Обзору практики Конституционного Суда Российской Федерации за третий квартал 2021 года, положение п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве об ответственности арбитражного управляющего в полной мере применимо к ответственности финансового управляющего.

В пункте 10 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 N 150 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих" разъяснено, что под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которое произошли вследствие неправомерных действия (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков.

Из пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 №29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона Российской Федерации «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 №309-ЭС15-13978, бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. В соответствии с процессуальными правилами доказывания (ст. ст. 65, 68 АПК РФ) заявитель обязан доказать допустимыми доказательствами правомерность своих требований. Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств. Сторона пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений (ст.ст. 8, 9 АПК РФ).

В силу абзаца второго пункта 1 статьи 20, абзаца третьего пункта 2 статьи 20.3, пункта 1 статьи 129, абзаца девятого пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве и части 1 статьи 131 АПК РФ управляющий оценивает все предъявленные к должнику требования на предмет их действительности, проверяет наличие задолженности и ее размер.

При этом, предполагается, что добросовестным и разумным будут действия управляющего по заявлению возражений по требованиям, в отношении которых у управляющего имеются сомнения в их обоснованности.

Возражения, заявляемые управляющим, должны быть обоснованными и подтвержденными соответствующими доказательствами (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае, убеждение заявителя в том, что в случае, если бы заявление о пропуске срока давности было заявлено финансовым управляющим, то суд непременно с ним бы согласился, является умозрительным.

При этом ФИО2, осведомленный о рассмотрении требования кредитора ФИО7, не заявил о своей позиции относительно включения указанных требований в реестр требований кредиторов должника, явку в судебное заседание в суде первой инстанции не обеспечил, возражений с указанием на истечение срока исковой давности по требованиям кредитора не направил. Должник, присутствуя в судебном заседании, о пропуске срока исковой давности также не заявил.

Доказательств того, что поведение арбитражного управляющего должника привело к причинению должнику и его кредиторам убытков в виде включения в реестр необоснованных требований конкурсного кредитора, не представлено.

Помимо прочего, требование ФИО7 признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника ФИО1 в размере 666 717,72 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами, с учетом п. 3 ст. 137 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно п. 3 ст. 137 Закона о банкротстве, требования кредиторов третьей очереди по возмещению убытков в форме упущенной выгоды, взысканию неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, в том числе за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанности по уплате обязательных платежей, учитываются отдельно в реестре требований кредиторов и подлежат удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

Таким образом, указанное требование ФИО7 при удовлетворении требований кредиторов должника будет погашено после основной суммы задолженности кредиторов и причитающихся процентов.

Кроме того, в настоящий момент конкурсная масса должника не сформирована, расчеты с кредиторами не проводились.

В нарушение ст. 65 АПК РФ заявителем в материалы дела не представлено относимых, допустимых, достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих факт причинения финансовым управляющим ФИО4 убытков кредиторам и должнику, доказательств нарушения прав кредитора, а также доказательств уменьшения или утраты возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действия (бездействия) управляющего.

Доводы Апеллянтов о начале исчисления срока исковой давности с момента совершения недействительной сделки (с 2017г.) являются несостоятельными.

Пунктом 29.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 (далее - Постановление Пленума №63) предусмотрено, что если суд признал на основании статей 61.2 или 61.3 Федерального закона о банкротстве недействительными действия должника по уплате денег, то проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику, на основании пункта 2 статьи 1107 ГК РФ подлежат начислению с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной, если не будет доказано, что кредитор узнал или должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, ранее признания ее недействительной- в последнем случае указанные проценты начисляются с момента, когда он узнал или должен был узнать об этом.

По мнению Апеллянтов, из данного пункта следует, что поскольку кредитору Чаку С.М. было известно об основаниях для признания недействительной сделки по перечислению Должнику денежных средств с момента ее совершения, то и срок исковой давности по начислению процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму недействительной сделки подлежит исчислению с момента ее заключения - с 2017г.

Действительно, судебными актами по делу №А40-95953/2019 (определение Арбитражного суда города Москвы от 16.02.2022г, постановление 9ААС от 14.06.2022г.), как и по настоящему делу (определение Арбитражного суда города Москвы от 04.08.2023г., постановления 9ААС от 18.10.2023г., Арбитражного суда Московского округа от 16.02.2024г.) установлено, что Чак С.М. и Чак А.М. являются аффилированными между собой лицами (родными братьями), и что они были осведомлены о противоправном характере совершенных в адрес Чака А.М. платежей.

Именно в силу их аффилированности с Чаком С.М., а также осведомленности Должника о выводе активов ФИО7 путем перечисления ему денежных средств, спорные проценты в силу п. 29.1 Постановления Пленума №63 начисляются с момента совершения недействительных платежей - с 2017г.

Однако Апеллянтами не принято во внимание, что в отношении ФИО7 введена процедура банкротства. Заявление о признании платежей, совершенных в отношении Должника, недействительной сделкой было подано по специальным основаниям ст.61.2 Закона о банкротстве по причине нарушения прав его кредиторов путем согласованных действий между Чаком С.М. и Чака А.М. по выводу активов ФИО7, его кредитором (ФИО10) в соответствии с предоставленным ему ст. 61.9 Закона о банкротстве правом.

По данным причинам доводы Апеллянтов о том, что исковая давность по требованиям о взыскании спорных процентов исчисляется с момента, когда недействительные платежи были совершены, поскольку Чаку С.М. как стороне сделке о них изначально было известно, являются несостоятельными, противоречащим нормам материального права и сделанным без учета конкретных обстоятельств дела, поскольку право на оспаривание сделки и применении последствий ее недействительности возникло у кредиторов ФИО7 и его финансового управляющего не ранее введения в отношении ФИО7 процедуры банкротства (в том числе после проведения анализа документов и сведений о его финансовой деятельности).

Вопреки утверждению Апеллянтов отсутствуют доказательства пропуска срока исковой давности по требования о взыскании спорных процентов и обязанности арбитражного управляющего заявить о нем.

Кроме того, в силу ст.205 ГК РФ не исключено, что ФИО8, в случае заявления о пропуске им срока исковой давности, могло бы быть подано заявление о восстановлении данного срока.

Утверждение Апеллянтов о том, что срок исковой давности пропущен, не основан на фактических обстоятельствах дела.

Вопреки доводам жалобы, Апеллянтами также не доказано возникновение вреда, его причинение бездействием ФИО4, а также наличие причинно-следственной связи между действиями ФИО4 и возникшими (по мнению кредитора ФИО2) убытками.

Иные доводы апелляционной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, которым судом первой инстанции дана правильная оценка, и для иной оценки апелляционный суд не усматривает.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка. Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 21.12.2023 по делу №А40-246357/22 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1, кредитора ФИО2, ФИО3 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                      О.В. Гажур 

 

Судьи:                                                                                               А.Н. Григорьев 

 

                                                                                                                       ФИО11 

 

 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.