АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОЛОГОДСКОЙ ОБЛАСТИул. Герцена, д. 1 «а», Вологда, 160000

Именем Российской Федерации 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А13-17334/2017

город Вологда

08 февраля 2019  года

 

Резолютивная часть решения объявлена 07 февраля 2019 года.

Полный текст решения изготовлен 08 февраля 2019 года.

Арбитражный суд Вологодской области в составе судьи Савенковой Н.В. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1 с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в  судебном заседании  дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Вологдалифтсервис» о признании частично недействительным решения межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 11 по Вологодской области от 05.06.2017 № 13-20/4, с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Вологдалифтсервис-1»,

при участии от заявителя ФИО2 по доверенности от 09.01.2018, ФИО3 по доверенности от 14.02.2018, от налоговой инспекции ФИО4 по доверенности от 09.01.2018 № 13, ФИО5 по доверенности от 09.01.2018 № 25, ФИО6 по доверенности от 23.10.2018 № 143,

у с т а н о в и л :

общество с ограниченной ответственностью «Вологдалифтсервис» (далее – общество, ООО «Вологдалифтсервис», ООО «ВЛС») обратилось в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании частично недействительным решения межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 11 по Вологодской области (далее - налоговая инспекция) от 05.06.2017 № 13-20/4.

Определением суда от 10 января 2018 года в порядке части первой статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Вологдалифтсервис-1» (далее – ООО «Вологдалифтсервис-1», ООО «ВЛС-1»).

Представители третьего лица, надлежащим образом извещенного о времени и месте рассмотрения дела в соответствии со статьей 123 АПК РФ, в судебное заседание не явились. Дело рассмотрено в отсутствие представителей третьего лица в соответствии со статьей 156 АПК РФ.

В обоснование заявленных требований общество сослалось на несоответствие оспариваемого решения инспекции Налоговому кодексу Российской Федерации (далее – НК РФ) и нарушение своих прав.

Инспекция в отзыве на заявление и ее представители в судебном заседании требования общества не признали, ссылаясь на законность и обоснованность оспариваемого решения.

Заслушав объяснения представителей заявителя и налоговой инспекции, исследовав доказательства по делу, суд считает требования общества подлежащими удовлетворению частично.

Как следует из материалов дела, на основании решения заместителя начальника инспекции от 27.06.2016 № 191 (том 2, л.д. 35-36) налоговой инспекцией проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты (удержания и перечисления) обществом налогов, в том числе, единого налога, уплачиваемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения (далее – УСН), налога на добавленную стоимость (далее – НДС) и налога на имущество за период с 01.01.2013 по 31.12.2015.

По итогам выездной налоговой проверки инспекцией составлен акт от 14.04.2017 № 13-20/4 (том 1, л.д. 99-141) и с учетом возражений заявителя принято решение от 05.06.2017 № 13-20/4 (том 1, л.д. 38-81), которым обществу доначислено и предложено уплатить, в том числе, НДС в сумме 19 044 577 руб. 92 коп., пени по НДС в сумме 5 738 857 руб. 05 коп., штрафные санкции за неуплату НДС в сумме 318 589 руб. 50 коп., налог на имущество в сумме 292 746 руб. 51 коп., пени по налогу на имущество в сумме 72 995 руб. 29 коп., штрафные санкции за неуплату налога на имущество в сумме 7248 руб. 86 коп.

Решением управления Федеральной налоговой службы по Вологодской области от 11.08.2017 № 07-09/12439@ (том 1, л.д. 92-98) апелляционная жалоба общества на указанное решение инспекции оставлена без удовлетворения.

Не согласившись с решением налоговой инспекции от 05.06.2017 № 13-20/4 в указанной выше части, общество обжаловало его в судебном порядке.

Как следует из материалов дела, в проверяемый период общество применяло УСН. Основанием доначисления налога на имущество в сумме                  292 746 руб. 51 коп. и НДС в сумме 19 044 577 руб. 92 коп. послужил вывод налоговой инспекции о необоснованном применении заявителем специального налогового режима в условиях целенаправленного, формального дробления бизнеса с целью занижения численности работников путем распределения их с использованием взаимозависимой и подконтрольной организации - ООО «Вологдалифтсервис-1», также применяющей УСН. 

Пунктом 2 статьи 153 НК РФ предусмотрено, что при определении налогоплательщиком налоговой базы по НДС выручка от реализации товаров (работ, услуг), передачи имущественных прав определяется исходя из всех доходов налогоплательщика, связанных с расчетами по оплате указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав, полученных им в денежной и (или) натуральной формах, включая оплату ценными бумагами. Указанные доходы учитываются в случае возможности их оценки и в той мере, в какой их можно оценить.

В соответствии с пунктом 1 статьи 374 НК РФ объектом налогообложения по налогу на имущество признается движимое и недвижимое имущество (имущество, переданное во временное владение, пользование, распоряжение или доверительное управление, внесенное в совместную деятельность, полученное по концессионному соглашению), учитываемое на балансе в качестве объектов основных средств в соответствии с установленным порядком ведения бухгалтерского учета. В силу общего правила пункта 1 статьи 375 НК РФ налоговая база при этом определяется как среднегодовая стоимость имущества, признаваемого объектом налогообложения.

По мнению инспекции, в связи с установлением в ходе проверки обстоятельств формального разделения бизнеса на две организации исключительно в целях получения необоснованной налоговой выгоды результаты их деятельности в целях налогообложения должны быть консолидированы. При  суммировании численности работников ООО «ВЛС» и ООО «ВЛС-1» инспекцией установлено превышение ограничения, предусмотренного пунктом 3 статьи 346.12 НК РФ, в связи с чем общество признано утратившим право на применение УСН, ему доначислены налоги по общей системе налогообложения.

В обоснование указанных выводов инспекция сослалась на следующие обстоятельства.

Общество создано с 19.05.1997, до 2012 года применяло общую систему налогообложения, с 01.01.2012 – УСН с объектом налогообложения «доходы»; ООО «ВЛС-1» создано с 07.02.2008, с даты создания применяло УСН; учредителями обеих организаций являлись одни и те же лица – ФИО3 и ФИО7, руководителем ООО «ВЛС» и ООО «ВЛС-1» в проверяемый период был ФИО3; вид деятельности обеих организаций – предоставление услуг по ремонту и техническому обслуживанию подъемно-транспортного оборудования код ОКВЭД 29.22.9 (том 2, л.д. 66-88, том 3, л.д. 1-18).

В ходе проверки инспекцией допрошен руководитель ООО «Вологдалифтсервис» и ООО «Вологдалифтсервис-1» ФИО3 (том 15, л.д. 58-69), который подтвердил, что обе организации занимались одинаковыми видами деятельности, при этом ООО «Вологдалифтсервис-1» применяло УСН, общество применяло общую систему налогообложения, продолжая работать с управляющими компаниями, которые являлись плательщиками НДС, затем общество также перешло на УСН, поскольку объем выручки и численность работников позволяли применять специальный налоговый режим.

Как установлено инспекцией в ходе проверки, ООО «ВЛС» и ООО «ВЛС-1» фактически осуществляли деятельность по одним и тем же адресам: 

<

...> и 

<

...>.

По данным ЕГРЮЛ, ООО «ВЛС-1» с 07.02.2008 по 26.03.2015 зарегистрировано по месту нахождения по адресу: 

<

...>. В ходе встречной проверки инспекцией установлено, что офис по указанному адресу арендовало ООО «ВЛС» путем заключения договора аренды нежилых помещений муниципальной собственности  от 23.03.2007 № 56/3 (том 9, л.д. 56-88). По данным Департамента имущественных отношений Администрации города Вологды, с ООО «ВЛС-1» договоры аренды не заключались, согласования на сдачу в субаренду помещений по указанному адресу не выдавались (том 9, л.д. 90). Письмом от 14.10.2016 № 35 ООО «ВЛС-1» подтвердило, что договоры аренды (субаренды) с ООО «ВЛС» за период  2013-2014 годы отсутствуют (том 9, л.д. 102).

В ходе проверки ООО «ВЛС-1» представило в инспекцию заключенный с ООО «ВЛС» договор аренды от 17.03.2015 № 1 с дополнительным соглашением (том 9, л.д. 94-101), согласно которым ООО «ВЛС» предоставило в безвозмездное пользование ООО «ВЛС-1» офисное помещение № 18, а также часть вспомогательных помещений, находящихся на втором этаже четырехэтажного нежилого дома № 17 по улице Зосимовской города Вологды.

Сопроводительным письмом от 21.11.2016 (том 9, л.д. 105) ООО «Вологдалифтсервис-1» сообщило, что в книгу доходов и расходов не были включены доходы от безвозмездно полученного права пользования имуществом по договору аренды, так как кабинетом № 18 пользуются и работники ООО «Вологдалифтсервис».

При анализе выписок по расчетному счету ООО «Вологдалифтсервис-1» (том 11, л.д. 34-150, том 12, л.д. 1-120) инспекцией установлено отсутствие расходования денежных средств на оплату аренды, коммунальных услуг. Таким образом, инспекция пришла к выводу о том, что ООО «Вологдалифтсервис-1» в течение всего проверяемого периода безвозмездно пользовалось помещениями ООО «Вологдалифтсервис». 

В ходе проверки инспекцией произведен осмотр помещений по адресу: 

<

...> (том 9, л.д. 48-55), в ходе которого установлено, что ведение бухгалтерского учета, оформление первичных бухгалтерских документов, составление бухгалтерской и налоговой отчетности ООО «Вологдалифтсервис» и  ООО «Вологдалифтсервис-1» осуществлялось по одному адресу, в одной программе 1С бухгалтерия. Кроме того ведение и хранение технической документации по обслуживанию лифтов, ведение и хранение документов по кадровому составу по ООО «Вологдалифтсервис» и  ООО «Вологдалифтсервис-1» осуществляется так же по одному адресу.

По показаниям кадровика ФИО8, бухгалтера ФИО9, главного бухгалтера ФИО10, главного инженера ФИО7, инженера по охране труда ФИО11, инженера по надзору за безопасной эксплуатацией лифтов  ФИО12, прораба ФИО13 (том 10, л.д. 114-153, том 11, л.д. 1-33) инспекцией установлено, что указанные лица работали в ООО «Вологдалифтсервис» и в ООО «Вологдалифтсервис-1» на аналогичных должностях по совместительству. 

Таким образом, инспекция пришла к выводу о едином аппарате управления обеими организациями.

В ходе проверки инспекцией также установлено, что организации пользовались одними и теми же номерами телефонов (том 10, л.д. 89-113); доступ к системе «Клиент-Банк» обществом  и ООО «ВЛС-1» осуществлялся с одних и тех же IP-адресов: 128.71.165.194, 128.71.202.168, 128.71.165.75, 128.71.165.251, 178.64.64.145.65, 178.64.154.230 (том 9, л.д. 114-149, том 10, л.д. 1-88).

Материалами встречных проверок (том 15, л.д. 19-57, том 17, л.д. 74-159, том 18, л.д. 1-158, том 19, л.д. 1-150, том 20, л.д. 1-63) подтверждено, что часть заказчиков по инициативе ООО «Вологдалифтсервис» перезаключили договоры на аналогичных условиях с ООО «Вологдалифтсервис-1». Сводные данные о заказчиках ООО «Вологдалифтсервис-1» сведены инспекцией в таблицы (том 25, л.д. 53-58), из указанных данных инспекцией сделан вывод о том, что заказчиками ООО «Вологдалифтсервис-1» становились преимущественно лица, ранее состоявшие в договорных отношениях с ООО «Вологдалифтсервис».

Из представленных ООО «Вологдалифтсервис» и ООО «Вологдалифтсервис-1» в налоговый орган сведений о доходах физических лиц  за 2008-2012 годы инспекцией сделан вывод о том, что кадровый состав ООО «Вологдалифтсервис-1» сформирован из работников ООО «Вологдалифтсервис» (том 16, л.д. 107-111); данные о работниках  ООО «Вологдалифтсервис» и ООО «Вологдалифтсервис-1» сведены инспекцией в таблицы, подтверждены справками по форме № 2-НДФЛ (том 21, л.д. 15-153, том 22, л.д. 1-148, том 23, л.д. 1-150, том 24, л.д. 1-153, том 25, л.д. 1-52) и не оспорены обществом. 

По показаниям работников ООО «Вологдалифтсервис-1» – ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32 (том 15, л.д. 70-168, том 16, л.д. 1-102),  после перехода в  ООО «Вологдалифтсервис-1» за работниками сохранились те же должность и заработная плата, обязанности, адрес места работы, работники подчинялись одним и тем же лицам, перевод произведен по инициативе руководства. 

На основании указанных сведений инспекция признала, что руководство обществом, перераспределяя финансовые потоки и клиентскую базу между двумя взаимозависимыми организациями, искусственно регулировало численность работников ООО «Вологдалифтсервис» и ООО «Вологдалифтсервис-1» с целью соблюдения ограничений, установленных подпунктом 15 пункта 3 статьи 346.12 НК РФ.

При этом на основании материалов встречных проверок заказчиков, данных общества об обслуживаемых домах и диспетчерских (том 16, л.д. 112-116), показаний ФИО20, ФИО22, ФИО27, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, ФИО37 (том 15, л.д. 136-146, 158-168, том 16, л.д. 42-57, том 17, л.д. 15-73) инспекцией установлено, что в проверяемый период часть объектов ООО «Вологдалифтсервис» обслуживалась работниками ООО «Вологдалифтсервис-1» и наоборот, данные о чем сведены инспекцией в таблицу (том 16, л.д. 106). 

В своих показаниях (протокол допроса от 07.02.2017 № 17) руководитель ООО «Вологдалифтсервис» и ООО «Вологдалифтсервис-1» ФИО3 объяснил факт обслуживания лифтов одной организации работниками другой тем, что данные работы выполнялись «на взаимооснове» в отношении примерно равного количества лифтов (том 28, л.д. 26-34). По показаниям ФИО3, обслуживанием лифтов занимаются электромеханики, ремонт электронных плат производится электрониками. На вопрос 25 «Назовите ФИО электроников. Работниками какой организации они являются?» ФИО3 показал: «К-вы отец и сын, ФИО37, работают в ООО «Вологдалифтсервис», обслуживают лифты обеих организаций. Все лифты оборудованы диспетчерской связью. Оборудование связи обслуживают связисты, ФИО не помню, а работают в ООО «Вологдалифтсервис-1», обслуживают лифты обеих организаций. Это тоже на взаимооснове». 

Таким образом, по мнению инспекции, разделение бизнеса произведено формально без четкого распределения технологических процессов и обслуживаемых объектов.

Кроме того, инспекцией установлено, что в различных средствах массовой информации местного уровня в течение проверяемого периода была опубликована рекламная информация о деятельности ООО «Вологдалифтсервис», в которой руководителем общества ФИО3 ООО «Вологдалифтсервис» представлено как единое предприятие с ООО «Вологдалифтсервис-1» (том 20, л.д. 64-76).

Придя к выводу о формальном дроблении бизнеса, инспекция в целях налогообложения объединила результаты деятельности ООО «Вологдалифтсервис» и ООО «Вологдалифтсервис-1». В связи с установленным превышением в проверяемом периоде ограничения численности работников, предусмотренного пунктом 3 статьи 346.12 НК РФ (том 27, л.д. 117-136), налоговым органом сделан вывод о необходимости исчисления налогов по общеустановленной системе налогообложения: налогу на прибыль, НДС и налогу на имущество. В оспариваемом решении зафиксировано, что при исчислении налогооблагаемой прибыли обществом в проверяемом периоде получен убыток, в связи с чем оснований для начисления налога на прибыль не имеется. По НДС для расчета налоговой базы инспекцией  применены данные о получении ООО «Вологдалифтсервис» и ООО «Вологдалифтсервис-1» выручки от оказания услуг, расчеты сведены в приложение № 1 к решению (том 25, л.д. 104-150, том 26, л.д. 1-58), применены вычеты по представленным на проверку счетам-фактурам, указанным в приложении № 2 к решению (том 26, л.д. 59-153, том 27, л.д. 1-23). Расчет НДС произведен исходя из расчетной ставки 18/118 (том 28, л.д. 44). Налог на имущество исчислен в отношении объектов основных средств, состоящих на балансе ООО «Вологдалифтсервис», расчет налога на имущество сведен в таблицы (том 28, л.д. 35-43).

Не согласившись с решением инспекции, общество указало, что ООО «Вологдалифтсервис» и ООО «Вологдалифтсервис-1» являлись самостоятельными организациями, независимо друг от друга осуществляли предпринимательскую деятельность, имели право на применение специального налогового режима. Как указал заявитель, цена услуг на обслуживание лифтов являлась фиксированной, была установлена для управляющих компаний в составе платы за обслуживание и содержание жилья органами местного самоуправления. Учитывая отказ некоторых заказчиков работать с НДС часть клиентской базы ООО «Вологдалифтсервис» вынуждено было передать ООО «Вологдалифтсервис-1», применявшему с момента создания УСН и не являвшемуся плательщиком НДС, в связи с чем в ООО «Вологдалифтсервис-1» переведена часть персонала ООО «Вологдалифтсервис». Впоследствии с целью сохранения конкурентоспособности ООО «Вологдалифтсервис» также перешло на специальный налоговый режим, поскольку работать с НДС стало невыгодно. В подтверждение обществом представлен расчет себестоимости услуг ООО «Вологдалифтсервис», начиная с 2008 года, из которого следует, что при применении общей системы налогообложения с 2012 года обществом были бы получены убытки (том 27, л.д. 82). По мнению заявителя, данный факт также подтверждается расчетом инспекции, приведенным в разделе решения, касающемся налогооблагаемой прибыли. Учитывая изложенное, общество считает, что применение им специального налогового режима имело разумную деловую цель и не было направлено на получение необоснованной налоговой выгоды. 

Кроме того, не согласившись с начислением НДС по размеру, общество указало на наличие дополнительных счетов-фактур, не учтенных инспекцией при расчетах.

В пунктах 3, 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53) определено, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами, целями делового характера. В случае наличия особых форм расчетов и сроков платежей, свидетельствующих о групповой согласованности операций, суду необходимо исследовать, обусловлены ли они разумными экономическими или иными причинами (деловыми целями).

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 04.07.2017 № 1440-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО38 на нарушение его конституционных прав положениями статей 146, 153, 154, 247-249 и 274 Налогового кодекса Российской Федерации» сделал вывод о том, что налоговое законодательство не исключает в налоговых правоотношениях действия принципа диспозитивности и допускает возможность выбора налогоплательщиком того или иного метода учетной политики (применения налоговых льгот или отказа от них, применения специальных налоговых режимов и т.п.), которая, однако, не должна использоваться для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиками своими правомочиями. Конституционный Суд Российской Федерации в указанном определении отметил, что в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), то это, в свою очередь, предполагает доначисление суммы налогов и сборов, подлежащих уплате в бюджет так, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом, на основании соответствующих положений НК РФ, регулирующих порядок исчисления и уплаты конкретного налога и сбора.

По мнению суда, налоговой инспекцией собраны достаточные доказательства, свидетельствующие о взаимозависимости обоих обществ: одинаковый состав учредителей, один руководитель, наличие единых аппарата управления и служб, осуществляющих ведение бухгалтерского и налогового учета, представление отчетности.

Вместе с тем, учитывая разъяснения, изложенные в пункте 4 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением глав 26.2 и 26.5 НК РФ в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, сам по себе факт взаимозависимости налогоплательщика и его контрагентов не является основанием для консолидации их доходов и для вывода об утрате права на применение специального налогового режима, если каждый из налогоплательщиков осуществляет самостоятельную хозяйственную деятельность. Налоговый орган может доначислить платежи исходя из подлинного экономического содержания деятельности проверяемых лиц путем консолидации их доходов и исчисления налогов по общей системе налогообложения только в том случае, если видимость действий нескольких лиц прикрывала фактическую деятельность одного хозяйствующего субъекта.

В пояснительной записке к проекту Федерального закона «О внесении изменений и дополнений в часть вторую Налогового кодекса Российской Федерации и некоторые другие акты законодательства Российской Федерации, а также о признании утратившими силу отдельных актов законодательства Российской Федерации о налогах и сборах» (принят Федеральным законом от 24.07.2002 № 104-ФЗ) указано, что целью введения специального налогового режима «Упрощенная система налогообложения» являлось снижение налогового бремени на субъекты малого предпринимательства, упрощение процедур налогообложения и представления отчетности, освобождение от налогов, требующих ведения сложного бухгалтерского и налогового учета, и в конечном счете, создание более благоприятных условий для ускорения развития малого бизнеса. 

Применение УСН организациями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате налога на прибыль (за исключением налога, уплачиваемого с доходов, облагаемых по налоговым ставкам, предусмотренным пунктами 3 и 4 статьи 284 НК РФ), налога на имущество. Организации, применяющие УСН, не признаются налогоплательщиками НДС, за исключением НДС, подлежащего уплате в соответствии с НК РФ при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, а также НДС, уплачиваемого в соответствии со статьей 174.1 НК РФ.

Согласно пункту 4 статьи 346.13 НК РФ (в редакции, действовавшей в спорный период), если по итогам отчетного (налогового) периода доходы налогоплательщика, определяемые в соответствии со статьей 346.15 и подпунктами 1 и 3 пункта 1 статьи 346.25 НК РФ, превысили 60 000 000 руб. и (или) в течение отчетного (налогового) периода допущено несоответствие требованиям, установленным пунктами 3 и 4 статьи 346.12 и пунктом 3 статьи 346.14 НК РФ, такой налогоплательщик считается утратившим право на применение УСН с начала того квартала, в котором допущены указанное превышение и (или) несоответствие указанным требованиям.

В подпункте 15 пункта 3 статьи 346.12 НК РФ установлено, что не вправе применять упрощенную систему налогообложения организации, средняя численность работников которых за налоговый (отчетный) период, определяемая в порядке, устанавливаемом федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в области статистики, превышает 100 человек.

На основании пункта 7 статьи 3 НК РФ судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. Принимая во внимание, что судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой (при уплате налогов в большем размере) не может являться основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, если соответствующая налоговая экономия получена в связи с осуществлением реальной хозяйственной деятельности.

При рассмотрении данной категории споров на налоговом органе лежит бремя доказывания того, что имело место формальное деление по существу единого хозяйствующего субъекта, чья деятельность в силу значительности своего объема фактически не отвечает ограничениям, установленным пунктом 3 статьи 346.12, пунктом 4 статьи 346.13 НК РФ, связанным, в частности, с размером полученного дохода, численностью работников, стоимостью основных средств.

По мнению суда, налоговой инспекцией собрана совокупность доказательств, подтверждающих формальное разделение деятельности ООО «Вологдалифтсервис» и ООО «Вологдалифтсервис-1». Материалами дела подтверждено, что субъекты организационно и территориально не обособлены, ООО «Вологдалифтсервис-1» не несло затрат на аренду помещений, используемых в своей деятельности, помещения были предоставлены ООО «Вологдалифтсервис» безвозмездно. Руководящий кадровый состав (руководитель, главный бухгалтер, бухгалтер, главный инженер, инженер по охране труда, инженер по надзору за безопасной эксплуатацией лифтов, прораб) обеих организаций одинаковый. ООО «Вологдалифтсервис» передавало своих клиентов ООО «Вологдалифтсервис-1», переводя часть своего персонала во взаимозависимую организацию, что свидетельствует имитации самостоятельной деятельности спорных юридических лиц. 

Материалами дела также подтвержден довод инспекции о том, что часть объектов ООО «Вологдалифтсервис» обслуживалась работниками ООО «Вологдалифтсервис-1» и наоборот. 

В судебном заседании 13 декабря 2018 года представитель общества пояснил, что такие случаи являлись единичными и общества рассчитывались между собой за подобные услуги. Вместе с тем, в порядке статьи 65 АПК РФ указанный довод не подтвержден. Представленное соглашение о сотрудничестве и совместной деятельности от 01.09.2011 (том 27, л.д. 55-56) таким доказательством не является, поскольку в силу указанного соглашения ООО «Вологдалифтсервис» и ООО «Вологдалифтсервис-1» договорились оказывать друг другу услуги по приему и регистрации заявок о неполадках в работе лифтового оборудования¸ предоставлении в аренду помещений, устранению аварийных ситуаций  безвозмездно. 

Тот факт, что действия обществ носили систематический характер и являлись обычной практикой, подтвержден  протоколами допросов ФИО20, ФИО22, ФИО27, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, ФИО37

По показаниям ФИО3, данным в период проверки, инженеры-электроники были трудоустроены в ООО «Вологдалифтсервис», связисты – в ООО «Вологдалифтсервис-1», фактически обслуживали лифты обеих организаций.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что путем согласованных действий общество и ООО «Вологдалифтсервис-1» имитировали самостоятельную деятельность каждого хозяйствующего субъекта в их совместной финансово-хозяйственной деятельности, фактически деятельность общества и третьего лица является частью единого производственного процесса, только вместе, дополняя друг друга, общество и ООО «Вологдалифтсервис-1» создавали условия для непрерывного, бесперебойного процесса по обслуживанию лифтов.

Довод заявителя о том, что произведенные им расчеты подтверждают, что налоговая выгода от применения такого способа организации бизнеса отсутствует, подлежит отклонению. Из материалов дела следует, что целью применения специального налогового режима обществом и ООО «Вологдалифтсервис-1» было неисчисление НДС.

Как указано в абзаце втором пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53, налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели, поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды при отсутствии намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Поскольку судом установлено формальное разделение деятельности на две организации,  следует признать, что в целях налогообложения инспекция правомерно объединила результаты деятельности общества и ООО «Вологдалифтсервис-1». Расчеты среднесписочной численности работников обществом и третьим лицом не оспорены, подтверждены материалами дела, в связи с чем вывод инспекции о необходимости исчисления в такой ситуации налогов по общей системе налогообложения следует признать правомерным.

Возражая против расчета НДС, произведенного налоговой инспекцией, общество указало на наличие дополнительных счетов-фактур, выставленных как в адрес ООО «Вологдалифтсервис», так и в адрес ООО «Вологдалифтсервис-1». В результате назначенной судом сверки сторонами подтверждено, что размер излишне начисленного НДС составил 181 867 руб. 30 коп. (том 25, л.д. 66-103). 

Возражений против расчетов налога на имущество общество не заявило (том 28, л.д. 35-43).

С учетом изложенного, суд признает, что всего оспариваемое решение подлежит признанию недействительным в части начисления и предложения обществу уплатить НДС в сумме 181 867 руб. 30 коп.

Как указало общество, ООО «Вологдалифтсервис» и ООО «Вологдалифтсервис-1», применяя УСН, исчисляли и уплачивали налог по данной системе налогообложения в течение всего проверяемого периода. Материалами дела подтверждено, что за период 2013-2015 годы ООО «Вологдалифтсервис» исчислило и уплатило в бюджет налог по УСН в сумме 1 868 944 руб.,  ООО «Вологдалифтсервис-1» - в сумме 2 035 429 руб. (том 27, л.д. 140-158).

По мнению заявителя, при квалификации ООО «Вологдалифтсервис» и ООО «Вологдалифтсервис-1» в качестве единого хозяйствующего субъекта инспекции следовало учесть уплаченные обоими обществами суммы налога по УСН в счет доначислений по итогам проверки, а также при расчете пеней и штрафных санкций.

Согласно пункту 4 статьи 89 НК РФ предметом выездной налоговой проверки является правильность исчисления и своевременность уплаты налогов. Поскольку в ходе проверки инспекция проверяет правильность определения налогоплательщиком налоговой базы, налоговый орган обязан выявлять не только ошибки, приводящие к занижению суммы налогов к уплате, но и ошибки, в результате которых налоги исчислены налогоплательщиком в завышенных размерах, поскольку задачей выездной налоговой проверки является установление действительного размера налоговой обязанности проверяемого лица.

Таким образом, объединив в целях налогообложения результаты деятельности ООО «Вологдалифтсервис» и ООО «Вологдалифтсервис-1» и придя к выводу о неправомерном применении ООО «Вологдалифтсервис» УСН за проверяемый период, инспекции следовало уменьшить исчисленный обществом налог по УСН на начисленные в завышенных размерах суммы. Довод инспекции о том, что исчисленный и уплаченный обществом налог по УСН за 2013-2015 годы станет переплатой только после сдачи обществом уточненных налоговых деклараций за указанные периоды подлежит отклонению, поскольку приводит к искажению реальной цели налогового контроля и влечет двойное налогообложение одних и тех же сумм. Кроме того,  довод инспекции о необходимости представления уточненных деклараций по  УСН, при условии, что общество не обязано было платить налог по УСН, не основан на нормах налогового законодательства. 

Доводы заявителя о том, что в решении инспекции необоснованно не отражен вывод о завышении налога по УСН ООО «Вологдалифтсервис-1» за спорные налоговые периоды, не принимается судом, поскольку такая возможность в отношении непроверяемого налогоплательщика статьей 101 НК РФ не предусмотрена. В свою очередь, ООО «Вологдалифтсервис-1», привлеченное к участию в настоящем деле, чьи права затронуты результатами выездной налоговой проверки, не лишено возможности откорректировать свои налоговые обязательства по УСН по результатам разрешения данного спора, поскольку судебные акты будут иметь для него юридическое значение в налоговых правоотношениях при применении специального налогового режима.

Вместе с тем, независимо от фиксации факта переплаты по налогам ООО «Вологдалифтсервис» и ООО «Вологдалифтсервис-1» суммы переплаты в любом случае не могут быть учтены инспекцией при определении сумм налогов, начисленных по оспариваемому решению.

Суд обращает внимание заявителя на то, что оспариваемое решение принято инспекцией в порядке статьи 101 НК РФ; содержание решений, принимаемых по итогам  проверки,  регламентировано в пункте 8 указанной статьи. В решении о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения излагаются обстоятельства совершенного правонарушения со ссылкой на документы и иные сведения, подтверждающие эти обстоятельства, доводы, приводимые лицом, в отношении которого проводилась проверка, в свою защиту, и результаты проверки этих доводов, принятое решение о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности с указанием статей НК РФ, предусматривающих ответственность за совершенное правонарушение. В решении указываются размер выявленной недоимки и начисленных пеней, а также подлежащий уплате штраф.

В соответствии с пунктом 1 статьи 101.3 НК РФ решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения подлежит исполнению со дня его вступления в силу.

На основании вступившего в силу решения о привлечении к налоговой ответственности лицу, в отношении которого вынесено это решение, направляется в установленном статьей 69 НК РФ порядке требование об уплате налога (сбора), соответствующих пеней, а также штрафа в случае привлечения этого лица к ответственности за налоговое правонарушение (пункт 3 статьи 101.3 НК РФ).

В силу указанных норм принятое налоговым органом в соответствии со статьей 101 НК РФ решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения не может включать в себя положения, направленные на осуществление фактического взыскания доначисленной недоимки, поэтому указание в таком решении инспекции на предложение налогоплательщику уплатить недоимку по налогу без учета имеющейся на момент вынесения решения переплаты по этому или иным налогам не является нарушением прав налогоплательщика и не может служить основанием для признания решения налогового органа недействительным. Вопрос о зачете имеющейся переплаты в счет погашения недоимки по налогу  разрешается инспекцией самостоятельно применительно к пункту 5 статьи 78 НК РФ на этапе исполнения ее решения в соответствии со статьей 101.3 НК РФ.

Указанный вывод соответствует позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума от 25.09.2012 № 4050/12,  от 16.04.2014 № 15638/12.

Согласно доводам заявителя при начислении обществу соответствующих сумм пеней и налоговых санкций налоговой инспекции надлежало учесть имеющуюся у заявителя и ООО «Вологдалифтсервис-1» переплату по УСН за проверяемый период.

В соответствии со статьей 75 НК РФ в случае уплаты причитающихся сумм налогов в более поздние по сравнению с установленными законодательством о налогах и сборах сроки, налогоплательщик уплачивает пени за каждый календарный день просрочки исполнения обязанности по уплате налога, начиная со следующего за установленным законодательством о налогах и сборах дня уплаты налога и сбора. Пеня за каждый день просрочки определяется в процентах от неуплаченной суммы налога и сбора. Процентная ставка пени применяется равной одной трехсотой действующей в это время ставки рефинансирования Центрального банка России. Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.12.1996 № 20-П, пени являются компенсацией потерь казны в результате недополучения налоговых сумм в срок в случае задержки уплаты налогов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 122 НК РФ неуплата или неполная уплата сумм налога в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога или других неправомерных действий (бездействия) влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов от неуплаченных сумм налога.

Как указал Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 20 постановления от 30.07.2013 № 57, занижение суммы конкретного налога по итогам определенного налогового периода не приводит к возникновению у налогоплательщика задолженности по этому налогу, в связи с чем не влечет применения ответственности, предусмотренной статьей 122 НК РФ, в случае одновременного соблюдения следующих условий:

- на дату окончания установленного законодательством срока уплаты налога за налоговый период, за который налоговым органом начисляется недоимка, у налогоплательщика имелась переплата сумм того же налога, что и заниженный налог, в размере, превышающем или равном размеру заниженной суммы налога;

- на момент вынесения налоговым органом решения по результатам налоговой проверки эти суммы не были зачтены в счет иных задолженностей налогоплательщика.

Материалами дела подтверждено, что по итогам проверки обществу начислены пени и штрафные санкции за неуплату НДС и налога на имущество. Поскольку судом признано неправомерным начисление обществу НДС в сумме 181 867 руб. 30 коп., начисление пеней и штрафных санкций на указанную сумму налога произведено инспекцией неправомерно. 

В остальной части суд не усматривает оснований для признания решения инспекции недействительным.

Анализ приведенных выше положений позволяет сделать вывод о том, что начисление пеней и применение мер ответственности возможно, если у налогоплательщика имеется реальная задолженность перед бюджетом соответствующего уровня по уплате налога. Наличие переплаты по другим налогам в данные бюджеты свидетельствует об отсутствии потерь казны.

Согласно статьям 13, 14 НК РФ НДС является федеральным налогом, налог на имущество – региональным налогом.

При этом в соответствии с пунктом 7 статьи 12 НК РФ данным кодексом устанавливаются специальные налоговые режимы, которые могут предусматривать федеральные налоги, не указанные в статье 13 НК РФ, определяются порядок установления таких налогов, а также порядок введения в действие и применения указанных специальных налоговых режимов.

Таким образом, единый налог по УСН также относится к федеральным налогам.

В соответствии с пунктом 2 статьи 56 Бюджетного кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей в период спорных правоотношений) налог, взимаемый в связи с применением УСН, подлежал зачислению в налоговые доходы бюджета субъекта Российской Федерации по 100-процентному нормативу.

Согласно статье 50 Бюджетного кодекса Российской Федерации НДС подлежал зачислению по 100-процентному нормативу в федеральный бюджет.

В силу пункта 1 статьи 56 Бюджетного кодекса Российской Федерации в бюджеты субъектов Российской Федерации подлежат зачислению налоговые доходы от налога на имущество организаций в размере 100 процентов. Указанные налоговые доходы могут быть переданы полностью или частично органами государственной власти субъектов Российской Федерации в соответствующие местные бюджеты.

В соответствии с приложением № 4 к Закону Вологодской области от 20.12.2012 № 2940-ОЗ «Об областном бюджете на 2013 год и плановый период 2014 и 2015 годов», приложением № 3 к Закону Вологодской области от 16.12.2013 № 3246-ОЗ «Об областном бюджете на 2014 год и плановый период 2015 и 2016 годов», приложением № 3 к Закону Вологодской области от 22.12.2014 № 3532-ОЗ «Об областном бюджете на 2015 год и плановый период 2016 и 2017 годов» налог на имущество организаций, находящихся в городе Вологде, в полном объеме (100 процентов) подлежит зачислению бюджет городского поселения (местный бюджет).

Таким образом, принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о невозможности учета имеющейся у заявителя и ООО «Вологдалифтсервис-1» переплаты по УСН в счет начисленных пени и штрафов по НДС и налогу на имущество, поскольку уплата УСН, в 100-процентном размере направляемого в бюджет субъекта, никоим образом не компенсировала потери федерального и местного бюджетов вследствие неуплаты обществом НДС и налога на имущество.

Иных доводов, свидетельствующих о неправомерном начислении пеней и штрафных санкций по НДС и налогу на имущество, обществом не заявлено, судом не установлено.

Таким образом, всего оспариваемое решение следует признать недействительным в части начисления и предложения  обществу уплатить НДС в сумме 181 867 руб. 30 коп., пени и штрафные санкции по НДС в соответствующих суммах.

В удовлетворении остальной части требований следует отказать.

Как следует из материалов дела, при обращении в суд обществом через своего представителя ФИО7 по чеку-ордеру от 16.10.2017 уплачена государственная пошлина за рассмотрение дела в сумме 3000 руб.

В соответствии с частью первой статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В силу статьи 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом. 

При рассмотрении вопроса о распределении судебных расходов следует учитывать, что в соответствии с частью первой статьи 111 АПК РФ в случае, если спор возник вследствие нарушения лицом, участвующим в деле, претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора, предусмотренного федеральным законом или договором, в том числе нарушения срока представления ответа на претензию, оставления претензии без ответа, арбитражный суд относит на это лицо судебные расходы независимо от результатов рассмотрения дела.

По данным налоговой инспекции, документы, послужившие основанием для удовлетворения требований общества, заявителем в инспекцию в ходе проверки, а также на стадии апелляционного обжалования в вышестоящий налоговый орган не представлялись.

Возражая против заявленного инспекцией довода, общество указало, что все документы по заявленным вычетам были представлены им в налоговую инспекцию, в подтверждение чего в суд представлены сопроводительные письма.  

Как указано в пункте 78 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации», из положений статей 88, 89, 100, 101, 139 НК РФ следует, что право налогового органа осуществлять сбор доказательств, равно как и право налогоплательщика знакомиться с этими доказательствами, представлять возражения против выводов налогового органа и подтверждающие такие возражения доказательства, предоставляются им на всех стадиях осуществления налогового контроля вплоть до вынесения вышестоящим налоговым органом решения по жалобе налогоплательщика на решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решение об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. В связи с этим судам необходимо исходить из того, что по общему правилу сбор и раскрытие доказательств осуществляется как налоговым органом, так и налогоплательщиком на стадии осуществления мероприятий налогового контроля и в ходе досудебного разрешения налогового спора.

В случае представления дополнительных доказательств суд по ходатайству лица, участвующего в деле, вправе в целях предоставления другой стороне возможности ознакомления с ними и представления опровергающих их доказательств объявить перерыв в судебном заседании или отложить судебное разбирательство. При этом в целях получения доказательств, опровергающих дополнительные доказательства, лицо, участвующее в деле, вправе заявлять ходатайство об истребовании судом необходимых доказательств с обоснованием причин невозможности самостоятельного получения этих доказательств.

При этом независимо от результатов рассмотрения дела судебные расходы по нему применительно к части первой статьи 111 АПК РФ полностью или в части могут быть отнесены на сторону, представившую в суд доказательства, не раскрытые в ходе осуществления мероприятий налогового контроля и досудебного разрешения налогового спора при отсутствии объективных препятствий к их своевременному представлению.

При рассмотрении спора суд исходит из того, что на сторону не может быть возложено бремя доказывания отрицательного факта. Таким образом, тот факт, что спорные счета-фактуры были представлены в инспекцию в ходе проверки, должен быть доказан именно обществом. 

По мнению суда, таких доказательств в материалах дела не имеется, сопроводительные письма (том 27, л.д. 97-109) обезличены, описи представленных документов отсутствуют. На стадии возражений или апелляционного обжалования решения инспекции общество о наличии дополнительно права на вычет НДС не заявляло. При таких обстоятельствах, суд признает, что в данном случае спор в суде в части удовлетворенных требований возник из-за нарушения обществом законодательства о налогах и сборах, а именно: подпункта 6 пункта 1 статьи 23 НК РФ (обязанность представления в налоговый орган документов, необходимых для исчисления и уплаты налогов). Кроме того, общество допустило злоупотребление правами, предоставленными ему подпунктами 6 и 7 пункта 1 статьи 21 НК РФ (представление своих интересов в отношениях, регулируемых законодательством о налогах и сборах, лично либо через своего представителя; представление налоговым органам пояснений по исчислению и уплате налогов, а также по актам проведенных налоговых проверок), а также пунктом 6 статьи 100 НК РФ (представление с письменными возражениями по акту проверки налоговому органу документов, подтверждающих обоснованность своих возражений). Общество не привело суду данных о наличии объективных препятствий, не позволивших ему представить возражения по спорным вычетам НДС на стадии принятия оспариваемого решения, на стадии его апелляционного обжалования. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2004 № 454-О, при применении статьи 110 АПК РФ суд обязан установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

На основании изложенного, учитывая, что налоговая инспекция не могла предотвратить наступление для нее неблагоприятных последствий в виде несения судебных расходов, суд считает, что расходы по уплате госпошлины за рассмотрение настоящего дела должны быть отнесены на заявителя.  

Руководствуясь статьями 111, 167 - 170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Вологодской области

р е ш и л :

признать не соответствующим Налоговому кодексу Российской Федерации и недействительным решение межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 11 по Вологодской области от 05.06.2017 № 13-20/4 в части начисления и предложения обществу с ограниченной ответственностью «Вологдалифтсервис» уплатить налог на добавленную стоимость в сумме 181 867 руб. 30 коп., пени и штрафные санкции по налогу на добавленную стоимость в соответствующих суммах.

Обязать  межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 11 по Вологодской области устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью «Вологдалифтсервис». 

В удовлетворении остальной части требований отказать.

В части признания недействительным решения налогового органа решение суда подлежит немедленному исполнению. 

Решение суда может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья                      Н.В. Савенкова