АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А79-14350/2019

14 декабря 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07.12.2023.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Белозеровой Ю.Б.,

судей Елисеевой Е.В., Ионычевой С.В.,

 

при участии представителей

конкурсного управляющего: ФИО1 по доверенности от 23.01.2022,

общества с ограниченной ответственностью «Сигма»: ФИО2 

по доверенности от 05.04.2023

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

конкурсного управляющего акционерным коммерческим банком 

«Чувашкредитпромбанк» (публичным акционерным обществом) 

Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» 

на определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 30.06.2023  и 

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2023 

по делу № А79-14350/2019

 

по заявлению конкурсного управляющего акционерным коммерческим банком «Чувашкредитпромбанк» (публичным акционерным обществом)                                               Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» 

к обществу с ограниченной ответственностью «Сигма»

о признании сделок недействительными, применении последствий их недействительности,

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о несостоятельности акционерного коммерческого банка «Чувашкредитпромбанк» (публичного акционерного общества) (далее – Банк, должник) конкурсный управляющий должником Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Агентство) обратился в Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии с заявлением о признании недействительными договора купли-продажи от 16.01.2019 и договора аренды от 28.01.2019, заключенных Банком и обществом с ограниченной ответственностью «Сигма» (далее – Общество), о применении последствий недействительности сделки.

Требования заявлены на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы совершением последовательных взаимосвязанных сделок, которые привели к безвозмездному отчуждению Банком ликвидного актива с сохранением за должником права фактического использования объекта на условиях аренды.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО3.

Суд первой инстанции определением от 30.06.2023, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2023, отказал в удовлетворении заявления.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, Агентство обратилось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления.

В кассационной жалобе заявитель указывает, что безвозмездность договора купли-продажи обусловлена размером установленной в договоре аренды платы за пользование имуществом, с учетом которого Общество компенсирует своих расходы на приобретение объекта за 4,5 года. Совершение сделок привело не только к отчуждению ликвидного имущества, но и к возникновению у Банка дополнительных расходов по арендной плате.

С точки зрения кассатора, суды первой и апелляционной инстанций не приняли во внимание пункт 5.3 договора аренды, в соответствии с которым Банк имеет право одностороннего отказа от исполнения договора, но при условии уплаты арендных платежей, начисляемых за период со дня отказа до 31.12.2028.  С учетом данного условия при отказе от договора в 2020 году должник обязан уплатить 209 203 200 рублей. Агентство полагает, что наличие такого условия в договоре аренды свидетельствует о намерении сторон причинить вред имущественным правам кредиторов Банка вследствие его заключения, а также об осведомленности Общества о такой цели. Кроме того, пункт 5.3 договора аренды является ничтожным в силу пункта 1 статьи 782 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По мнению Агентства, в приобретении недвижимости участвовали кредитные средства, предоставленные Банком обществу с ограниченной ответственностью «Терминал»; Общество распределяло полученную от должника арендную плату на возврат заемных средств от аффилирвоанных лиц. 

Заявитель считает, что оспариваемые договоры являются «кабальными сделками» по смыслу пункта 3 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации и совершены на экономически невыгодных для должника условиях с явной недобросовестностью со стороны Общества.

Кассатор отмечает, что вывод судов о совершении сделки в соответствии с планом повышения финансовой устойчивости не соответствует представленным в материалы дела доказательствам.

Кроме того, Агентство указывает, что судебные инстанции неверно применили положения о размере государственной пошлины, подлежащей уплате при подаче заявления об оспаривании сделок кредитной организации. Суды рассчитали размер государственной пошлины без учета пункта 3 статьи 189 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, что привело к его необоснованному завышению и взысканию с Агентства в доход федерального бюджета 9 000 рублей.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и подержаны представителем в судебном заседании.

Общество и ФИО3 в отзывах на кассационную жалобу возражали против указанных доводов, просили оставить без изменения обжалованные судебные акты. Представитель ответчика в судебном заседании поддержал изложенную в отзыве позицию.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания жалобы, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установили суды, Банк (продавец) и Общество (покупатель) заключили договор купли-продажи от 16.01.2019, по условиям которого продавец обязался передать в собственность покупателя ТОЦ «Атал», а покупатель обязался оплатить 96 000 000 рублей. 

Ответчик произвел оплату в полном объеме, что подтверждено платежными поручениями от 17.01.2019 № 4, от 18.01.2019 № 5, от 21.01.2019 № 6, от 22.01.2019 № 8, от 23.01.2019 № 9 и от 24.01.2019 № 10. 

Государственная регистрация перехода права собственности произведена 28.01.2019. 

Впоследствии между Банком и обществом «Сигма» заключен договор от 28.01.2019 аренды ТОЦ «Атал» со сроком аренды десять лет. 

Согласованный сторонами размер арендной составляет 1 743 360 рублей в месяц в 2020 году, 1 808 736 рублей в месяц в 2021 году, 1 852 320 рублей в месяц в 2022 году, далее (с 2023 года по 2028 год) – размер арендной платы за предыдущий год, увеличенный на коэффициент инфляции, определенный Минэкономразвития России (пункт 3.2 договора аренды). 

Государственная регистрация договора аренды произведена. 

Приказами Банка России от 07.11.2019 № ОД-2565 и № ОД-2566 у Банка отозвана лицензия на осуществление банковских операций; в соответствии с пунктом 2 статьи 189.26 Закона о банкротстве назначена временная администрация по управлению Банком, о чем в «Вестнике Банка России» от 13.11.2019 № 72 (2124) опубликованы соответствующие сведения. 

На основании заявления Банка России 20.12.2019 возбуждено производство по делу о банкротстве Банка. 

Решением Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 28.02.2020 Банк признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утверждено Агентство. 

Посчитав, что договор купли-продажи от 16.01.2019 и договор аренды от 28.01.2019 являются цепочкой сделок, совершенных для вывода имущества из конкурсной массы Банка, чем причинен вред имуществам правам должника и его кредиторам, Агентство обратилось в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделок.

Исследовав материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, заслушав представителей Агентства и Общества, суд кассационной инстанции принял постановление, руководствуясь следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

Сделка, совершенная банком или иными лицами за счет банка, может быть признана недействительной в порядке и по основаниям, которые предусмотрены Законом о банкротстве. К оспариванию таких сделок по общему правилу применяются нормы главы III.1 и пункты 1 – 10 статьи 189.40 Закона о банкротстве.

При этом пунктом 3 статьи 189.40 Закона о банкротстве установлено, что периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными, или возникли обязательства кредитной организации, указанные в статьях 61.2, 61.3 и пункте 4 статьи 61.6 настоящего Федерального закона, исчисляются с даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией. 

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

В пунктах 5 и 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Наличие специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3  Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по смыслу статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 Постановления № 63). При этом необходимо учитывать, что нельзя оспаривать сделку, причиняющую вред кредиторам, на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, если она не выходит за рамки понятия подозрительной сделки (определения Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержание приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода. 

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

В пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации    № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, содержится правовая позиция, согласно которой при рассмотрении спора о признании недействительной сделки на основании положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для определения того, причинила ли оспариваемая сделка вред кредиторам, суд должен учесть условия других взаимосвязанных с ней сделок, определяющих общий экономический эффект для имущественного положения должника.

Сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица, может прикрываться цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021).

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Таким образом, в предмет доказывания по делам о признании притворных сделок недействительными входят факт заключения сделки, действительное волеизъявление сторон на совершение прикрываемой сделки, обстоятельства заключения договора и несоответствие волеизъявления сторон их действиям.

Существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имели обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по последовательным сделкам.

Оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций установили, что в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о недобросовестности сторон при заключении оспоренных сделок.

Доказательство того, что сделки совершены при неравноценном встречном исполнении со стороны Общества материалы дела не содержат.

Согласно экспертному заключению от 16.08.2021 № 21-369-Э, полученному в результате проведения судебной экспертизы, рыночная стоимость отчужденного по договору купли-продажи объекта составила 96 460 000 рублей, рыночная стоимость размера арендной платы за данный объект за период с 28.01.2019 по 28.01.2020 составила  1 400 833 рубля, за период с 28.01.2020 по 28.01.2021 – 1 444 167 рублей, за период             с 28.01.2021 по 28.01.2022 – 1 489 167 рублей, за период с 28.01.2022 по 28.01.2023 –          1 535 000 рублей, за период с 28.01.2023 по 28.01.2024 – 1 582 500 рублей, за период           с 28.01.2024 по 28.01.2025 – 1 631 667 рублей, за период с 28.01.2025 по 28.01.2026 –          1 682 500 рублей, за период с 28.01.2026 по 28.01.2027 – 1 735 000 рублей, за период            с 28.01.2027  по 28.01.2028 – 1 789 167 рублей, за период с 28.01.2028 по 28.01.2029 –          1 845 000 рублей.

Факт оплаты Обществом приобретенного по оспариваемому договору имущества в сумме 96 000 000 рублей подтвержден документально и не оспаривается лицами, участвующими в деле. 

Судебными инстанциями установлено, что в пункте 2.6.3 договора аренды, пункте 3 приложения № 1 к договору аренды предусмотрено возмещение Банку расходов, понесенных в результате реализации мероприятий по улучшению помещений на сумму                20 000 000 рублей.

Кроме того, должник и ответчик 15.10.2019 произвели зачет встречных однородных требований на сумму 1 721 568 рублей в виде арендной платы за октябрь 2019 года на основании уведомления о проведении зачета от 15.10.2019 № 01/1151. 

Решением Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 10.02.2021 по делу № А79-6806/2020 установлено, что отделочные работы в ТОЦ «Атал» выполнены на сумму 7 613 899 рублей 52 копеек.

При указанных обстоятельствах вывод судов об отсутствии неравноценного встречного предоставления со стороны Общества по оспариваемым сделкам является верным и подтвержден представленными в материалы дела доказательствами.

Суды установили, что основанием для совершения договора купли-продажи здания являлось выполнение Плана повышения финансовой устойчивости Банка, на необходимость которого неоднократно указывалось на рабочих встречах Банка с Отделением – Национального банка Чувашской Республики и Волго-Вятским главного Управления Банка России при участии представителей акционеров и руководства Банка (протокол № 5 от 21.09.2017 ВН-15-07/295ДСП, от 02.10.2017 № ПС-4-14-2-4/40ДСП). 

Полученные денежные средства от продажи ТОЦ «Атал» позволили должнику улучшить нормативы достаточности капитала Банка, в том числе увеличить уровень выполнения норматива Н1.2 на 0,15 процентных пункта, запаса основного капитала на                      6 000 000 рублей, уровень выполнения норматива Н1.0 на 0,21 п.п., запаса совокупного капитала – на 8 000 000 рублей. При этом последующая аренда спорного имущества обусловлена необходимостью Банка в помещениях ТОЦ «Атал» с учетом увеличения численности штата организации и выполнения в них отделочных работ.

Судами установлено, что Общество не является аффилированным по отношению к Банку, либо подконтрольным одному бенефициару лицом, общих экономических интересов у сторон сделок не выявлено. 

Аргумент кассатора о том, что должник после продажи недвижимого имущества продолжал осуществлять над ним контроль, был предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и правомерно им отклонен, поскольку сделки зарегистрированы в установленном законом порядке; содержание имущества, в том числе оплату расходов на налоги и коммунальные платежи, осуществлял собственник имущества – Общество; Банк нес только расходы по исполнению обязательств по договору аренды.

Довод Агентства о том, что осведомленность Общества о совершении сделки с целью причинения вреда кредиторам должника следует из пункта 5.3 договора аренды, согласно которому Банк имеет право одностороннего отказа от исполнения договора с условием уплаты Обществу арендной платы за период со дня отказа до 31.12.2028, судом округа отклоняется.

Оценивая данное условие договора, суд первой инстанции обоснованно руководствовался пунктом 3 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому предусмотренное настоящим Кодексом, другим законом, иным правовым актом или договором право на односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, или на одностороннее изменение условий такого обязательства может быть обусловлено по соглашению сторон необходимостью выплаты определенной денежной суммы другой стороне обязательства.

При этом из разъяснений, содержащихся в абзаце втором пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» следует, что если будет доказано очевидное несоответствие размера согласованной сторонами денежной суммы, подлежащей выплате в связи с односторонним отказом от исполнения обязательств (изменением обязательств), неблагоприятным последствиям, вызванным таким отказом или изменением, а также заведомо недобросовестное осуществление права требовать ее уплаты в этом размере, то в таком исключительном случае суд вправе отказать в ее взыскании полностью или частично (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Судом также приняты во внимание положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснения, изложенные в пункте 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» о возможности снижения в судебном порядке предусмотренной договором неустойки.

Таким образом, суд обоснованно пришел к выводу о том, что само по себе согласование сторонами в договоре аренды условия о праве Банка заявить отказ от договора при выплате арендной платы за первоначально предусмотренный срок его действия, не свидетельствует о причинении вреда кредиторам Банка и наличии у сторон договора соответствующей цели.

Агентство в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не опровергло указанные фактически обстоятельства,  а также не представило в материалы дела доказательств, свидетельствующих о нарушении имущественных прав кредиторов Банка либо подтверждающих довод о совершении цепочки взаимосвязанных сделок, охваченных единой целью вывода имущества должника.

При таких обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций правомерно отказали в удовлетворении заявления Агентства.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемых судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам материального права.

Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции. 

Рассмотрев доводы Агентства о неверном исчислении судами размера государственной пошлины, подлежащей оплате за рассмотрения заявления об оспаривании сделок, суд округа установил следующее. 

Разрешая вопрос о распределении государственной пошлины за рассмотрение заявления Агентства о признании сделок недействительными, судебные инстанции руководствовались подпунктом 2  пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, согласно которому государственная пошлина по спорам о признании сделок недействительными составляет 6000 рублей.

Суд апелляционной инстанции также сослался на разъяснения, содержащиеся в абзаце четвертом пункта 19 Постановления № 63 об оплате заявлений об оспаривании сделок в деле о банкротстве государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок.

Учитывая, что при подаче заявления Банк оплатил государственную пошлину в размере 3000 рублей, Агентством оспорено две сделки, не признанные единой цепочкой, суды определили, что по результатам рассмотрения заявления по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с Банка подлежит взысканию государственная пошлина в размере 9000 рублей.

Вместе с тем, судами не учтено следующее.

В силу подпункта 3 пункта 1 статьи 189.67 Закона о банкротстве при рассмотрении дела о банкротстве кредитной организации разрешаются вопросы о признании сделок недействительными и (или) применении последствий недействительности сделок, совершенных кредитной организацией.

Заявления о разрешении вопросов, предусмотренных подпунктами 2 и 3 пункта 1 настоящей статьи, оплачиваются государственной пошлиной в размере, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах для оплаты заявлений о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решений третейского суда (пункт 3 статьи 189.67 Закона о банкротстве).

Данные положения Закона о банкротстве является исключением из общих правил, указанных в пункте 19 Постановления № 63.

Из пункта 8 части 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации следует, что по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с арбитражным процессуальным законодательством Российской Федерации, арбитражными судами, при подаче заявления о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решения третейского суда размер государственной пошлины составляет 3000 рублей.

В настоящем обособленном споре рассматривается заявление Агентства о признании недействительными сделками договоров, заключенных Банком (кредитной организацией).

Таким образом, размер государственной пошлины, подлежащей уплате                              Агентством при подаче заявления о признании недействительными двух сделок, совершенных Банком, составляет 6000 рублей. 

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены арбитражным судом первой и апелляционной инстанций на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, но этим судом неправильно применена норма права.

В связи с неправильным применением судами норм процессуального права определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 30.06.2023 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2023 подлежат отмене в части взыскания с Банка 6000 рублей государственной пошлины.  

В остальной части судебные акты являются обоснованными и правомерными и подлежат оставлению без изменения. 

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом первой и апелляционной инстанций не допущено.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 2 части 1), 288 (частью 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 30.06.2023 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2023 по делу                                          № А79-14350/2019 отменить в части взыскания с акционерного коммерческого банка «Чувашкредитпромбанк» (публичного акционерного общества) 6000 рублей государственной пошлины.

В остальной части определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 30.06.2023 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2023 по делу № А79-14350/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего акционерным коммерческим банком «Чувашкредитпромбанк» (публичным акционерным обществом) Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – без удовлетворения.

Арбитражному суду Чувашской Республики – Чувашии (в случае необходимости) разрешить вопрос о повороте исполнения судебного акта.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                         Ю.Б. Белозерова

 

            Судьи                                                                                                          Е.В. Елисеева

 

                                                                                                                                 С.В. Ионычева