11/2023-1231(5) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА 

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082  

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции  

Нижний Новгород Дело № А28-17655/2018  25 января 2023 года  

Резолютивная часть постановления объявлена 18.01.2023. 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе: председательствующего Ногтевой В.А., судей Елисеевой Е.В., Прытковой В.П. 

при участии конкурсного управляющего 

общества с ограниченной ответственностью «Компак-плюс»  ФИО1  

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 

на определение Арбитражного суда Кировской области от 25.08.2022 и  на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 07.11.2022  

по делу № А28-17655/2018 

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью 

«Компак-Плюс» (ИНН: 

<

***>. ОГРН: 

<

***>)  о привлечении ФИО2 и ФИО3  

к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  

и у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Компак-Плюс» (далее - ООО «Компак-Плюс», должник) в  Арбитражный суд Кировской области обратился конкурсный управляющий с заявлением о  привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника.  

Определением от 13.04.2022 к участию в настоящем обособленном споре привлечен  ФИО4.  

Определением от 25.08.2022 суд удовлетворил заявление, привлек ФИО2 и  ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Компак-Плюс»;  

приостановил производство по данному обособленному спору до окончания расчетов с  кредиторами.  

Второй арбитражный апелляционный суд постановлением от 07.11.2022 оставил  определение от 25.08.2022 без изменения.  

 Суды двух инстанций руководствовались подпунктами 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11,  статей 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пунктами 23 и 24 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах,  связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве» (далее – Постановление № 53) и исходили из доказанности опровержимых  презумпций доведения организации до банкротства вследствие неправомерных действий  (бездействия) контролирующих должника лиц, в частности, совершение бывшим  руководителем должника ФИО2 существенно убыточных сделок, искажение  бухгалтерской отчетности общества и неисполнение обязанности по передаче  документации должника конкурсному управляющему, что существенно затруднило  формирование конкурсной массы. Суды также установили, что контролирующие  должника лица не исполнили обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве  общества.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратилась в  Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит  отменить определение от 25.08.2022 и постановление от 07.11.2022 в части привлечения ее  к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Компак-Плюс», направить  обособленный спор в Арбитражный суд Кировской области на новое рассмотрение.  

Заявитель жалобы полагает, что при рассмотрении настоящего спора не были  рассмотрены по существу и опровергнуты доводы ФИО2 В обжалованных  судебных актах не приведены мотивы, по которым признана необоснованной позиция  заинтересованного лица. ФИО2 настаивает на том, что вела себя добросовестно.  Конкурсный управляющий вменил в вину ФИО2 заключение от имени должника  существенно убыточных сделок. Вместе с тем обоснования того, какую выгоду от данных  сделок получила ФИО2, не привел. Следовательно, ФИО2 не могла быть  привлечена к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи  61.11 Закона о банкротстве.  

Как считает податель жалобы, отсутствовали правовые основания и для  привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2  пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Вся бухгалтерская документация и имущество  должника переданы конкурсному управляющему. Объективная сторона вмененного  правонарушения в виде бездействия руководителя должника, а также субъективная  сторона правонарушения в виде умышленных действий по сокрытию документов или  искажению бухгалтерской отчетности не установлены.  

ФИО2 не согласна и с выводом судов о наличии у ООО «Компак-Плюс»  признаков неплатежеспособности с ноября 2017 года и о возникновении у руководителя  должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества.  

Законность определения Арбитражного суда Кировской области от 25.08.2022 и  постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 07.11.2022 по делу  

 № А28-17655/2018 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке,  установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Как следует из материалов дела, ООО «Компак-Плюс» создано (учреждено)  29.11.2001 ФИО3, обладающим долей в уставном капитале общества в размере 51  

процента, и ФИО2 с долей участия в размере 49 процентов. ФИО2 с  07.06.2012 также выполняла функции единоличного исполнительного органа общества.  

Арбитражный суд Кировской области определением от 27.12.2018 возбудил  производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Компак-Плюс».  

Определением от 15.04.2019 введено наблюдение. 

Решением от 30.10.2019 должник признан банкротом, в отношении его имущества  открыто конкурсное производство.  

Предметом заявления конкурсного управляющего ООО «Компак-Плюс» явилось  требование о привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности  по обязательствам должника.  

Конкурсный управляющий, в частности, ссылался на искажение ФИО2  информации в документах бухгалтерского учета; ненадлежащее исполнение обязанности  по передаче базы 1С Бухгалтерия; совершение сделок, причинивших существенный вред  имущественным правам кредиторов.  

 В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по  обязательствам должника (пункт 1).  

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований  кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего  должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:  

- причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате  совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или  нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая  сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (подпункт 1  пункта 2);  

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению  (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской  Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню  назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о  признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах,  предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой  является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо  указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение  процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация  конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2).  

В соответствии с указанной нормой при доказанности условий, составляющих  презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на  другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том,  что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным  поведением ответчика.  

Контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно  совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение  должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее  условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов  должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий  (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника  

реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и,  как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в  будущем (пункт 17 Постановления № 53).  

В пунктах 23 и 24 Постановления № 53 разъяснено следующее.  

Для применения презумпции вины контролирующего должника лица в доведении до  банкротства в результате совершения существенно убыточной сделки наличие  вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной  не требуется.  

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности  презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации  (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать  следующее.  

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие  документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации  искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.  

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции,  доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к  существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие  вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что  им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и  передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него  требовалась.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в  том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его  основных контрагентов, а также:  

невозможность определения основных активов должника и их идентификации; 

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их  условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о  необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;  

невозможность установления содержания принятых органами должника решений,  исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда  должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц,  являющихся членами данных органов.  

Определением от 12.04.2021 суд обязал ФИО2 передать конкурсному  управляющему ООО «Компак-Плюс» компьютерную программу, в которой  осуществлялось ведение бухгалтерского учета общества. Судебный акт ФИО2 не  исполнен. Согласно пояснениям бывшего руководителя должника, данным следственным  органам, после увольнения бухгалтера с октября 2016 года по июль 2018 года ведение  бухгалтерского учета ООО «Компак-Плюс» с использованием программного обеспечения  1С:Бухгалтерия осуществляла ФИО2 В феврале - марте 2019 года она сделала  резервную копию базы 1С на флэш-карту. Как установлено судами, переданный  конкурсному управляющему флеш-накопитель неисправен, база 1С с него не читается.  ФИО2 факт повреждения базы 1С на флеш-накопителе не отрицала. Доказательств  неумышленного повреждения носителя, на который переносилась резервная копия, ни в  ходе доследственной проверки, ни в ходе судебного разбирательства не представила.  Кроме того, ФИО2 также не доказала невозможность передать компьютерную  программу, в которой осуществлялось ведение бухгалтерского учета ООО «Компак-Плюс»  в изначальном виде, равно как и не представила доказательств того, что указанная  

непередача стала невозможной ввиду объективных факторов, находящихся вне сферы  контроля бывшего руководителя.  

Помимо непередачи конкурсному управляющему программы 1С Бухгалтерия, суды  установили и факт искажения бухгалтерской отчетности ООО «Компак-Плюс».  

В ходе проведения анализа финансово-хозяйственной деятельности должника  временный управляющий указал на несогласованность данных отчета о прибылях и  убытках (строка 2120 (Себестоимость) за 2018 год (11071 тыс. рублей) и бухгалтерского  баланса за 2018 год, строка 1210 «Запасы» которого с учетом показателей прежнего  периода (26 797 тыс. рублей) должна составлять 15726 тыс. рублей (26797 тыс. рублей11071 тыс. рублей), а не 0 рублей. Бухгалтерская отчетность должника содержит  недостоверные сведения в части отражения размера уставного капитала общества. Размер  уставного каптала ООО «Компак-Плюс» за 2016 год указан в размере 6 813 000 рублей, за  2017 год в размере 7 013 000 рублей, тогда как в ЕГРЮЛ номинальный размер уставного  капитала общества с 22.02.12 равен 10 000 рублей. Доказательств, подтверждающих  дополнительный вклад со стороны участников общества и увеличение уставного капитала,  в материалы дела не представлено.  

Подобное искажение документации не позволяет конкурсному управляющему  получить достоверную информацию о размере и структуре активов должника и принять  результативные меры для его обнаружения. Недостоверность сведений о размере  собственного капитала общества свидетельствует о недостоверности иных  корреспондирующих им сведений и может быть следствием либо завышения стоимости  активов, либо занижения размера обязательств. В свою очередь изменение любого из  указанных показателей влияет на итоговый совокупный финансовый результат  деятельности предприятия - наличие нераспределенной прибыли или непокрытого убытка.  Кроме того, как отметили суды, искажение финансовых результатов деятельности  организации не позволяет достоверно установить финансовое состояние должника в те  периоды, за которые представлены недостоверные бухгалтерские балансы, а также  момент, когда у должника возникли признаки объективного банкротства. Искажение  бухгалтерской отчетности направлено на введение неограниченного круга лиц в  заблуждение относительно активов должника, а также сделало невозможным установление  степени полноты переданной конкурсному управляющему документации и формирования  конкурсной массы, что не может быть охарактеризовано как добросовестное поведение  руководителя должника.  

Констатировав, что искажение бухгалтерской отчетности ООО «Компак-Плюс»,  непередача конкурсному управляющему данных 1С Бухгалтерия влекут негативные  последствия для проведения процедуры банкротства, поскольку конкурсный управляющий  не может достоверно определить состав активов должника, полноту переданных  документов и, соответственно, принять все необходимые меры для формирования  конкурсной массы в полном объеме, суды пришли к верному выводу о наличии оснований  для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности в силу подпункта 2  пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

В вину контролирующему должника лицу вменены следующие сделки,  совершенные им от имени должника:  

- банковские операции по списанию со счета должника в период с 25.12.2017 по  10.04.2018 в пользу ООО «Авангард» денежных средств в общей сумме 163 957 рублей  

55 копеек с назначением платежа «возврат по договору займа от 25.03.2016» (в отсутствие  доказательств предоставления займа должнику);  

- банковские операции по перечислению со счета должника в период с 30.12.2015 по  03.07.2018 в пользу ФИО2 денежных средств в сумме 11 258 200 рублей; выдача  

ФИО2 из кассы должника 922 500 рублей с указанием на возврат займов по  договорам займа от 24.10.2014, 12.11.2014, 31.03.2015, 04.06.2015, 15.07.2015, 29.09.2015,  14.01.2016, 01.03.2016, 20.04.2016, 15.07.2016, 31.10.2016, 03.11.2016, 02.12.2016,  28.12.2016, 02.02.2017, 06.02.2017, 13.12.2017;  

- договоры аренды нежилых помещений от 01.12.2016 № 01/16 и от 01.02.2018  № 01/18 и дополнительные соглашения к ним. 

Конкурсный управляющий ООО «Компак-Плюс» ссылался на отсутствие правовых  оснований для получения от должника денежных средств обществом «Авангард» и  ФИО2 Как утверждал конкурсный управляющий, договоры займа между  должником и ООО «Авангард», между должником и ФИО2 фактически не  заключались и носили мнимый характер.  

Как установлено судами двух инстанций, несмотря на наличие в деле договоров  займа от 25.03.2016, 30.12.2016 и 30.09.2017, подписанных должником (заемщиком) и  ООО «Авангард» (займодавцем), доказательства предоставления должнику займов во  исполнение данных договоров (поступления денежных средств на счет должника)  отсутствуют. Согласно пояснениям конкурсного управляющего, банковские операции по  списанию со счета должника в период с 25.12.2017 по 10.04.2018 в пользу ООО  «Авангард» денежных средств в общей сумме 163 957 рублей 55 копеек с назначением  платежа «возврат по договору займа от 25.03.2016», им не оспаривались в установленном  законом порядке, поскольку в ЕГРЮЛ в отношении ООО «Авангард» 27.05.2019 внесена  запись о недостоверности сведений о директоре общества, ООО «Авангард» прекратило  свою деятельность.  

Что касается сделок, совершенных должником в пользу бывшего руководителя  должника ФИО2 (банковских операций по перечислению денег со счета должника  на счет ФИО2, выдача наличными ФИО2 денежных средств из кассы  должника по расходным кассовым ордерам с указанием на возврат должником займов), то  данные обстоятельства также были предметом оценки в судах первой и апелляционной  инстанций, по результатам которой суды пришли к выводу о безденежном характере  договоров.  

 Как установлено судами, согласно справкам по форме 2-НДФЛ за 2015 – 2018 годы  у ФИО2 отсутствовала финансовая возможность выдачи займов должнику в  период с марта 2015 года по август 2018 года.  

В рамках обособленного спора по заявлению ФИО5 о  включении в реестр требований кредиторов ООО «Компак-Плюс» требования в размере  1 231 742 рублей 89 копеек долга по договорам займа от 02.02.2017, 05.03.2018 и  02.04.2018, права требования по которым перешли к ФИО5 в порядке уступки  права (требования), данные договоры займа, подписанные должником и ФИО2,  признаны незаключенными ввиду отсутствия доказательств предоставления Носковой Е.Ю  денежных средств заемщику (ООО «Компак-Плюс»).  

При данных обстоятельствах, учитывая повышенные стандарты доказывания в деле  о банкротстве, несопоставимость заявленных сумм займов с данными о движении  денежных средств по счету ООО «Компак-Плюс» суды пришли к выводу о  недобросовестности бывшего руководителя должника ФИО2 при заключении  названных сделок.  

Определением суда от 06.08.2021 с учетом изменений, внесенных постановлением  Второго арбитражного апелляционного суда от 23.11.2021, признан недействительным  пункт 1.3 договора аренды нежилых помещений от 01.02.2018 № 01/18 в редакции  соглашения от 31.12.2018, заключенного ООО «Вяткавторметалл» (арендодателем) и ООО  «Компак-Плюс» (арендатором), в части установления размера арендной платы по цене  

значительно выше рыночной; с ООО «Вяткавторметалл» в пользу ООО «Компак-Плюс»  взыскано 1 250 204 рублей 78 копеек в качестве последствий недействительности сделки.  

Как установили суды, упомянутые сделки на общую сумму свыше 13 млн рублей  совершены на фоне дефицита оборотных средств, при наличии у должника признаков  неплатежеспособности и недостаточности имущества, в связи с чем пришли к выводу о  том, что эти сделки усугубили и без того затруднительное финансовое состояние должника  и привели к его банкротству, которое стало неизбежным. Так, согласно протоколу общего  собрания участником ООО «Компак-Плюс» от 30.07.2018 в связи с отсутствием оборотных  средств деятельность предприятия приостановлена, работники общества выведены на  простой.  

Суды двух инстанций также установили наличие оснований для привлечения  бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности за  неподачу заявления о банкротстве общества.  

В пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве перечислены обстоятельства, при наличии  которых руководитель обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании  должника банкротом. В частности, руководитель должника обязан обратиться с  заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам  неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества (абзац шестой  пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве).  

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд на основании  пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве не позднее чем через месяц со дня возникновения  соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).  

Согласно статье 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче  заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об  обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в  случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет  за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным  законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче  заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче  данного заявления в арбитражный суд.  

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру  обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после  истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального  закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления  уполномоченного органа о признания должника банкротом).  

Приняв во внимание обстоятельства настоящего дела и динамику развития  кризисной ситуации на предприятии, суды двух инстанций пришли к выводу о том, что  объективное банкротство ООО «Компак-Плюс» наступило с ноября 2017 года, именно  тогда должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над стоимостью активов.  Следовательно, ФИО2 как руководитель общества была обязана обратиться с  заявлением в суд в течение ноября 2017 года. Данная обязанность ФИО2 не  исполнена. Доказательства того, что руководителем принимались экономически  обоснованные меры по выводу общества из кризисной ситуации, не представлены.  

 С учетом изложенного ФИО2 правомерно привлечена к субсидиарной  ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о  банкротстве.  

Доводы заявителя жалобы свидетельствуют о его несогласии с установленными по  делу фактическими обстоятельствами и с оценкой судами двух инстанций доказательств.  

Переоценка доказательств и установленных судами предыдущих инстанций фактических  обстоятельств дела не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.  

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно,  представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в  обжалуемых судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и  нормам права. Оснований для отмены судебных актов по приведенным в кассационной  жалобе доводам не имеется.  

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению. 

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины по  кассационной жалобе не рассматривался, так как в статье 333.21 Налогового кодекса  Российской Федерации уплата государственной пошлины при рассмотрении данной  категории споров не предусмотрена.  

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 часть 1) и 289 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского  округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кировской области от 25.08.2022 и постановление  Второго арбитражного апелляционного суда от 07.11.2022 по делу № А28-17655/2018  оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 - без  удовлетворения.  

 Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не  превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье  291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 Председательствующий  В.А. Ногтева  

Судьи  Е.В. Елисеева  

В.П. Прыткова