АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

Нижний Новгород

Дело № А82-5924/2019

22 декабря 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15.12.2022.

Постановление в полном объеме изготовлено 22.12.2022.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Прытковой В.П.,

судей Елисеевой Е.В., Ионычевой С.В.

при участии представителя

от ФИО1:

ФИО2 по доверенности от 01.07.2022

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

ФИО3 

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 16.04.2022  и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 26.07.2022

по делу № А82-5924/2019 

по заявлению ФИО3 

о включении требований в реестр требований кредиторов 

закрытого акционерного общества «Ярмарка» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

и   у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Ярмарка» (далее – Общество; должник) в Арбитражный суд Ярославской области обратился ФИО3 с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требований в размере 3 258 995 рублей 86 копеек.

Арбитражный суд Ярославской области определением от 16.04.2022, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 26.07.2022, отказал в удовлетворении заявления.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение. 

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает, что суды первой и апелляционной инстанций необоснованно сослались на обстоятельства, установленные в постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2019 по делу № А40-52851/2017. Общество с ограниченной ответственностью «Добрый хлеб» (далее – общество «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>) и должник не являлись участниками указанного дела, обстоятельства аффилированности данных лиц по предварительному договору купли-продажи от 07.12.2016 в рамках указанного дела не рассматривались.

ФИО1 настаивает на том, что должник и общество «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>) не являются аффилированными лицами, доказательств иного в материалы дела не представлено. Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2019 по делу № А40-52851/2017 вынесено в отношении другого лица – общества с ограниченной ответственностью «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>) (далее – общество «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>). Общество «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>) создано 26.09.2016. В связи с изложенным вывод суда апелляционной инстанции о наличии в правоотношениях должника и общества «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>) признаков предоставления покрытия, основанный на судебном акте Девятого арбитражного апелляционного суда, несостоятелен. Общество являлось поручителем  общества «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>). 

По мнению заявителя, судебные инстанции нарушили принцип равноправия сторон, не приняв во внимание заключение специалиста от 15.11.2021 № Т623-рдэ/2021, которое подтверждает наличие в экспертных заключениях от 13.09.2021 № 1470/1-3-3-2, 1509/1-3-3.1 многочисленных ошибок и неточностей,  а также их несоответствие требованиям, предъявляемым к таким исследованиям. ФИО1 полагает, что суды не предоставили ему возможности оспорить результаты судебной экспертизы.

Податель жалобы считает, что вывод судов о неотносимости платежей и о свободном перемещении денежных средств внутри группы компаний не соответствуют фактическим обстоятельствам настоящего обособленного спора. ФИО1, как и общество «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>), не соответствуют признакам, которые присущи другим лицам, входящим в одну группу компаний с должником. Руководители общества «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>) и  Общества не являются аффилированными лицами. 

ФИО1 обращает внимание суда округа на то, что Общество не оспаривает наличие у него перед заявителем – правопреемником общества «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>), обязательств по возврату денежных средств, перечисленных в счет исполнения предварительного договора купли-продажи. При этом вывод судов об отсутствии экономической целесообразности реализации Обществом имущественного комплекса нарушает принципы свободы договора и свободы распоряжения имуществом. На дату заключения предварительного договора купли-продажи должник не отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества. 

Заявитель указывает, что наличие у него финансовой возможности оплатить договор уступки подтверждается копией расходного кассового ордера о возврате ФИО1 обществом с ограниченной ответственностью «Прита» займа на сумму 1 600 000 рублей, выпиской по расчетному счету указанного общества о снятии наличных денежных средств. Вывод суда первой инстанции о необращении подателя жалобы в суд с иском о взыскании с Общества задолженности сделан без учета пояснений ФИО1 о том, что через месяц после приобретения им права требования к должнику было возбуждено настоящее дело о банкротстве, в связи с чем оснований для обращения в суд в общеисковом порядке у заявителя не имелось. 

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и поддержаны его представителем в судебном заседании. 

Отзывы на кассационную жалобу в суд округа не поступили. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения жалобы, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, должник (продавец) и общество «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>) (покупатель) заключили предварительный договор купли-продажи от 07.12.2016, по условиям которого продавец обязуется продать покупателю на условиях, установленных договором, недвижимое имущество: помещения № 12 – 18, 20 – 23, общей площадью 760 квадратных метров, расположенные на 2 этаже административно-производственного здания по адресу – Ярославская область, город Тутаев, Промскладская зона, дом 11.

В соответствии с пунктом 1.3 договора стоимость помещений составляет 3 350 000 рублей.

Основной договор купли-продажи подлежал заключению до 01.02.2018 (пункт 1.4 договора). 

В силу пункта 3.1 договора покупатель обязался перечислить продавцу за объект3 250 000 рублей аванса до 01.02.2018, остальную сумму – 100 000 рублей,  в течение пяти рабочих дней после государственной регистрации основного договора. 

Общество «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>) в период с 09.12.2016 по 09.01.2018 в соответствии с письмами должника осуществило платежи в пользу контрагентов последнего на общую сумму 3 258 995 рублей 86 копеек. 

Неисполнение Обществом обязательств по предварительному договору купли-продажи послужило основанием для направления обществом «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>) 19.11.2018 должнику уведомления о его расторжении. Покупатель также просил возвратить денежные средства, перечисленные контрагентам Общества в качестве оплаты недвижимого имущества. 

Общество «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>) (цедент) и ФИО1 (цессионарий) заключили договор уступки права требования (цессии) от 04.12.2018, по условиям которого цедент уступил, а цессионарий принял права (требования) по предварительному договору купли-продажи от 07.12.2016 в сумме 3 258 995 рублей 86 копеек.

В соответствии с пунктом 3.1 договора стоимость уступаемого права составила 1 600 000 рублей; сроки оплаты договором не определены; пунктом 1.3 договора предусмотрено, что право требования переходит от цедента к цессионарию с момента подписания договора. 

Арбитражный суд Ярославской области определением от 22.04.2019 возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества; решением от 24.07.2021 признал должника несостоятельным (банкротом), ввел в отношении его имущества процедуру конкурсного производства, утвердил исполняющим обязанности конкурсного управляющего ФИО4. 

Неисполнение Обществом обязанности по возврату аванса, внесенного по предварительному договору купли-продажи от 07.12.201, послужило основанием для обращения ФИО1 в арбитражный суд с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов должника.

Как разъяснено в первом абзаце пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки судом требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов иных кредиторов, а также должника и его учредителей (участников).

При установлении требований в деле о банкротстве признание должником обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Процессуальный закон обязывает лиц, участвующих в деле, доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений, а арбитражный суд – оценивать эти доказательства (в том числе их взаимную связь в совокупности) по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и отражать результаты оценки доказательств в судебном акте (статьи 8, 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Общие правила доказывания при рассмотрении обособленного спора по включению в реестр требований кредиторов предполагают, что заявитель, обратившийся с требованием о включении в реестр, обязан представить первичные документы в подтверждение факта передачи кредитором должнику какого-либо имущества (в том числе и денежных средств), иные участники процесса при наличии возражений обязаны подтвердить их документально (например, представить доказательства встречного предоставления со стороны должника по рассматриваемому обязательству).

Однако в ситуации предъявления к должнику требований аффилированного кредитора в судебной практике выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(7); от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)).

Такое распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера заявленного долга, возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально в целях искусственного формирования задолженности и контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации, когда у арбитражного управляющего отсутствует документации должника и она не представлена аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Таким образом, сам по себе факт аффилированности кредитора, предъявившего требование о включении в реестр, и должника, хотя и не свидетельствует о намерении сторон искусственно создать задолженность, однако при заявлении иными незаинтересованными участниками процесса обоснованных возражений, возлагает бремя опровержения таких возражений на аффилированного кредитора.

Проанализировав в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные инстанции установили, что должник и общество «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>) являются аффилированными лицами.

Указанное обстоятельство установлено в постановлениях Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2019 и Арбитражного суда Московского округа от 07.11.2019 по делу № А40-52851/2017.

Довод ФИО1 о том, что в рамках данных судебных актов установлена аффилированность должника только с обществом «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>) опровергается их содержанием. В частности, на странице 6 постановления суда апелляционной инстанции и на станице 19 постановления суда округа отмечено, что общество «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>) и должник входят в одну группу компаний, являются аффилированными лицами. 

Кроме того, вопреки позиции, изложенной в кассационной жалобе, в указанных судебных актах также установлена фактическая аффилированность ФИО5, ФИО6 и ФИО7. ФИО5 и ФИО7 состоят в фактических брачных отношениях, воспитывают совместных несовершеннолетних детей; ФИО7 и ФИО6 являются близкими родственниками.  Отсутствие юридической аффилированности не исключает констатацию фактической аффилированности между участниками гражданских правоотношений.

При этом из материалов настоящего обособленного спора следует, что предварительный договор купли-продажи от 07.12.2016 заключен должником в лице генерального директора ФИО5 и обществом «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>) в лице генерального директора ФИО6, то есть аффилированными лицами. 

Аргумент заявителя о том, что общество «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>) и ФИО1 не являлись участниками обособленного спора по делу № А40-52581/2017, в связи с чем обстоятельства, изложенные в постановлениях Девятого арбитражного апелляционного суда и Арбитражного суда Московского округа не являются преюдициальными для настоящего спора, отклонен окружным судом на основании следующего. 

Действие принципа правовой определенности обеспечивается помимо преюдициальности еще и принципом обязательности судебных постановлений (статья 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), что также служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов.

В соответствии с частью 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Каких-либо правовых оснований для непринятия во внимание вступившего в законную силу судебного акта, который в силу статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является обязательными для исполнения, суды не установили. Обязательность для исполнения вступивших в законную силу судебных актов направлена на обеспечение в условиях действия принципа состязательности законности выносимых арбитражным судом актов.

Руководствуясь принципом правовой определенности и непротиворечивости судебных актов, суды обоснованно учли обстоятельства, установленные судом апелляционной инстанции по делу № А40-52581/2017.

Таким образом, на ФИО1, как на лицо, заинтересованное в разрешении настоящего обособленного спора в свою пользу, обоснованно переложено бремя опровержения факта заключения договора от 07.12.2016 заинтересованными лицами, установленного в судебных актах по указанному делу.

Между тем, заявитель в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил в материалы дела необходимых доказательств, в связи с чем суды пришли к обоснованному выводу об аффилированности должника и общества «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>).

В рамках рассматриваемого спора исполняющий обязанности конкурсного управляющего и кредитор  должника общество с ограниченной ответственностью «Филинг» заявили возражения относительно реальности требований ФИО1, указав на мнимость предварительного договора купли-продажи, в связи с чем суды обоснованно обязали последнего нести бремя их опровержения.

В целях проверки заявленных доводов суд первой инстанции назначил судебную экспертизу по вопросу установления давности составления предварительного договора купли-продажи от 07.12.2016.

Согласно заключению эксперта от 13.09.2021 время нанесения оттиска печати на предварительном договоре купли-продажи недвижимого имущества от 07.12.2016 не соответствует дате, указанной в документе; оттиск печати нанесен не ранее декабря 2018 года, по заключению эксперта ФИО8, и не ранее 16.11.2017, по заключению эксперта ФИО9 

Вопреки позиции заявителя, представленное ФИО1 заключение специалиста оценено судами наряду с иными доказательствами, имеющимися в материалах дела, в том числе заключениями экспертов.

Суды пришли к выводу о том, что  спорное заключение не опровергает выводы судебной экспертизы, а содержит лишь субъективную оценку действий эксперта, в то время как доказательства по делу подлежат судебной оценке. В представленной рецензии не изложено каких-либо выводов, которые опровергали бы по существу выводы, сделанные экспертами. 

Кроме того, эксперты представили письменные пояснения, где ответили на вопросы суда, основанные на сведениях, изложенных в заключении специалиста. 

Каких-либо доказательств, подтверждающих иную дату нанесения оттисков печати в предварительном договоре купли-продажи, ФИО1 в материалы дела не представил. 

На основании изложенного суды констатировали, что предварительный договор купли-продажи, на котором основаны требования ФИО1, изготовлен обществом «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>) и должником позднее даты осуществления спорных платежей. 

Кроме того, судебные инстанции установили, что платежные поручения, на основании которых общество «Добрый хлеб» вносило контрагентам должника денежные средства, не содержат ссылки на предварительный договор купли-продажи;  доказательств, подтверждающих направление должником распорядительных писем обществу «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>), которые можно было бы соотнести с  датами осуществления платежей, в материалы дела не представлено. Имеющиеся в материалах дела письма не содержат отметки об их получении обществом «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>) или иных доказательств того, что они были направлены должником. 

ФИО1 или иные заинтересованные лица, в том числе бывший руководитель общества «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>), не раскрыли экономические мотивы внесения покупателем аванса в размере практически полной стоимости (97 процентов) недвижимого имущества сразу после заключения предварительного договора купли-продажи, в то время как условиями договора срок оплаты установлен до заключения основного договора купли-продажи.

Судебные инстанции также приняли во внимание, что между датой заключения предварительного договора (07.12.2016) и предполагаемой датой заключения основного договора (01.02.2018) стороны предусмотрели ничем не обусловленный продолжительный срок, при этом сторонам ничего не препятствовало заключить договор в более короткий срок, причин, в связи с которыми передача имущества не состоялась в течение времени, близкого к датам платежей, не раскрыто.

При этом в материалах дела не имеется доказательств, подтверждающих осуществление сторонами каких-либо действий, указывающих на намерение сторон исполнять предварительный договор купли-продажи, в том числе принятие корпоративных решений, подготовку проекта основного договора купли-продажи, согласование его условий,  вручение арендаторам спорных помещений уведомлений о расторжении договоров аренды или необходимости их перезаключения с новым собственником.

Суды также заключили, что продажа нежилых помещений не имела экономической целесообразности для Общества, поскольку недвижимое имущество, в том числе спорные помещения, являлись единственным активом должника, который использовался им в целях извлечения прибыли путем сдачи их в аренду аффилированным лицам. На дату заключения предварительного договора у должника отсутствовали какие-либо обязательства, для исполнения которых обществу необходимо было получить денежные средства за счет продажи объекта недвижимости. Обществом не проводились мероприятия, связанные с изменением профиля деятельности (например, от сдачи объектов недвижимости в аренду к производству).

Совокупность указанных обстоятельств позволила судебным инстанциям прийти к выводу о том, что предварительный договор купли-продажи является мнимой сделкой, которая совершена в целях создания видимости денежного требования к должнику и искусственного увеличения кредиторской задолженности Общества, а спорные платежи, осуществленные обществом «Добрый хлеб» в пользу третьих лиц во исполнение обязательств должника не имеют отношения к исполнению обязательств по спорному договору. 

Кроме того, суды также исследовали вопрос об экономической целесообразности заключения ФИО1 договора цессии с обществом «Добрый хлеб» (ИНН  

<

***>) и пришли к выводу о несостоятельности позиции заявителя относительно получения за 1 600 000 рублей требования к Обществу на сумму более 3 000 000 рублей.

В частности, требование общества «Добрый хлеб» возникло в связи с тем, что оно длительный период оплачивало за Общество коммунальные услуги. Суды констатировали, что действуя разумно и добросовестно, приняв во внимание, что основной договор купли-продажи в установленный предварительным договором срок заключен не был, денежные средства с января 2018 года должником обществу «Добрый хлеб» не возвращены как до, так и после направления требования об осуществлении возврата, а также факт оплаты цедентом коммунальных услуг за должника, ФИО1 должен был усомниться в платежеспособности Общества. Как следует из пояснений заявителя (том 2, листы дела 66 – 67). ФИО1 был осведомлен о возбуждении в отношении Общества дела о банкротстве, а также об отказе суда в принятии заявления 27.11.2018.

Между тем, приведенные обстоятельства не породили у ФИО1 обоснованных сомнений в платежеспособности должника и возможности реального получения денежных средств от лица, которое не исполняет свои обязательства как перед обществом «Добрый хлеб», так и перед иными контрагентами. Более того, ФИО1  в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора не подтвердил, что анализировал финансовое состояние должника.

С учетом изложенного суды пришли к обоснованному выводу о том, что поведение ФИО1 нельзя признать разумным. 

Ссылка ФИО1 на то, что выводы судов об отсутствии экономической целесообразности заключения договоров противоречат принципу свободы договора отклонена судом округа.

Принцип свободы договора, закрепленный статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, предполагая равенство, автономию воли и имущественную самостоятельность при заключении договора, подразумевает добросовестность действий сторон, разумность и справедливость его условий, включая их соответствие действительному смыслу заключаемого соглашения.

В рассматриваемом случае суды констатировали мнимость предварительного договора купли-продажи, что свидетельствует о недобросовестности его сторон.  

Необоснованная ссылка суда апелляционной инстанции на обстоятельства, связанные с исполнением Обществом обязательств за общество «Добрый хлеб» (ИНН 

<

***>), не повлекла принятия неправильного по существу судебного акта, а потому не является основанием для отмены состоявшихся определения и постановления.

Вопрос о наличии или отсутствии у ФИО1 финансовой возможности оплатить уступленные права, с учетом установленной мнимости предварительного договора купли-продажи не имеет правового значения для рассмотрения настоящего спора.

Позиция, изложенная ФИО1 в кассационной жалобе, не свидетельствует о наличии в обжалованных судебных актах существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судами ошибки, а направлена на иную оценку представленных в материалы дела доказательств. Между тем, переоценка доказательств не входит в компетенцию суда округа. 

Таким образом, оснований для отмены обжалованных судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется. 

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами первой и апелляционной инстанции не допущено. 

Оснований для отмены обжалованных судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется. 

Руководствуясь статьями 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 16.04.2022 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 26.07.2022 по делу № А82-5924/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

           Председательствующий

 

В.П. Прыткова

 

Судьи

Е.В. Елисеева

С.В. Ионычева