ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-46219/2018

21 ноября 2023 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1

Резолютивная часть постановления объявлена     14 ноября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  21 ноября 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Н. Барминой,

судей Н.В. Аносовой, Д.В. Бурденкова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:  

от ФИО2: представителя ФИО3 по доверенности от 01.11.2023; 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-26474/2023)  конкурсного управляющего ООО «РВЛ» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.07.2023 по делу № А56-46219/2018/суб.1 (судья Матвеева О.В,), принятое 

по заявлению конкурсного управляющего ООО «РВЛ» о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих деятельность должника: ФИО2 и ФИО4, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «РВЛ»,

третье лицо: финансовый управляющий ФИО2 – ФИО5,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «РВД» (далее – ООО «РВД») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «РВЛ»(далее – ООО «РВЛ») несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 22.05.2018 заявление ООО «РВД» принято к производству. 

Определением суда первой инстанции от 13.08.2018 заявление ООО «РВД» признано обоснованным, в отношении ООО «РВЛ» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6. 

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 25.08.2018 № 153.

Решением суда первой инстанции от 17.01.2019 ООО «РВД» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО6. 

Названные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 16.02.2019 № 29.

Определением суда первой инстанции от 01.07.2021 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «РВД». Конкурсным управляющим должника утверждена ФИО7.

Конкурсный управляющий ФИО7 11.10.2021 (зарегистрировано 21.10.2021) обратилась в суд первой инстанции с заявлением о привлечении ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «РВД» (далее – ООО «РВД»), ФИО4 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам ООО «РВЛ» в размере 363 386 396 руб. 14 коп.

Определением суда первой инстанции от 18.03.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО7 отказано. 

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 08.02.2023 определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО4 по финансовым обязательствам ООО «РВЛ» отменены. В остальной части судебные акты оставлены без изменения. Дело в отмененной части направлено в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение. 

Направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, суд кассационной инстанции указал на необходимость установления даты возникновения признаков банкротства должника и причин его банкротства, в отношении требований о привлечении к субсидиарной ответственности участника должника ФИО2 и бывшего генерального директора ФИО4

Определением суда первой инстанции от 20.02.2023 рассмотрение обособленного спора назначено к рассмотрению в судебном заседании. 

Впоследствии заявитель уточнил сумму субсидиарной ответственности до 502 986 546 руб. 62 коп. 

Уточнения приняты судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением суда первой инстанции от 07.07.2023 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО7 отказано. 

Конкурсный управляющий ФИО7, не согласившись с определением суда первой инстанции, обратилась с апелляционной жалобой, в которой просила определение от 07.07.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым заявление о привлечении участника должника ФИО2 и бывшего генерального директора ФИО4 к субсидиарной ответственности удовлетворить.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указал, что начиная с 01.01.2016 должник вел убыточную деятельность, о чем ответчики не могли не знать; в действиях ответчиков по заключению договоров поручительства отсутствовала экономическая цель; именно заключение договоров поручительства в совокупности с неудовлетворительным финансовым состоянием должника привело к банкротству общества; между действиями ответчиков и наступлением банкротства общества имеется причинно следственная связь. 

От финансового управляющего ФИО2 – ФИО5 поступил отзыв, в котором изложены возражения по апелляционной жалобе. 

До начала судебного заседания от ФИО2 поступило ходатайство об участии его представителя в судебном разбирательстве посредством системы «веб-конференция», которое судом апелляционной инстанции было удовлетворено. 

В судебном заседании представитель ФИО2 просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения. 

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, правовые позиции иных участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов обособленного спора, единственным участником ООО «РВЛ» является ФИО2 (доля в уставном капитале - 100%). Генеральными директорами ООО «РВЛ» до даты введения процедуры конкурсного производства являлись: ФИО4 (с 10.08.2015 по 13.10.2017) и ФИО9 (с 13.10.2017 по 01.11.2018).

В обоснование заявленных требований к ФИО4 и ФИО2 конкурсный управляющий указывает, что ответчики имели возможность выявить признаки несостоятельности должника и своевременно обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом.

Применительно ФИО4 управляющий также указывает, что им были заключены договоры поручительства, требования по которым впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника, при этом договоры были заключены в условиях неплатежеспособности общества и отсутствия экономической целесообразности.

Применительно к ФИО2 заявитель указал на то, что ответчик, как участник должника, одобрил сделки (в том числе по поручительству) на невыгодных условиях.

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, арбитражный суд первой инстанции пришел к мотивированным выводам об отсутствии причинно следственной связи между действиями ответчиков и банкротством организации, при недоказанности недобросовестного бездействия по обращению в суд с соответствующим заявлением о несостоятельности. 

Доводы подателя апелляционной жалобы отклонены, как не опровергающие выводов суда первой инстанции и не создающие оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон № 266-ФЗ) и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266- ФЗ) Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона№ 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий ссылается на обстоятельства, имевшие место до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, в связи с чем к спорным правоотношениям подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в соответствующей редакции), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта ненадлежащего исполнения обязанностей, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).

Предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве ответственность соотносится с нормами об ответственности по обязательствам юридического лица, установленной в пункте 3 статьи 56 ГК РФ, по правилам которого в случае, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В связи с этим субсидиарная ответственность лиц по названным основаниям наступает в зависимости от того, привели ли их действия или указания к несостоятельности (банкротству) должника.

Исходя из содержания названных норм права, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходима совокупность следующих условий:

- наличие у привлекаемого лица права давать обязательные для руководимого им юридического лица указания либо возможности иным образом определять действия данного юридического лица;

- совершение им действий, свидетельствующих об использовании такого права или возможности;

- наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении юридического лица и наступлением несостоятельности (банкротства) последнего;

- недостаточности имущества у должника для удовлетворения требований кредиторов.

В силу пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), положения гражданского и банкротного законодательства (как в настоящей редакции, так и действовавшей ранее) контролирующие должника лица (то есть лица, которые имеют право давать должнику обязательные для исполнения указания) могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если их виновное поведение привело к невозможности погашения задолженности перед кредиторами должника (иными словами, за доведение должника до банкротства - абзац первый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве). Указанный подход также отражен в пункте 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утвержденного 23.12.2020.

Конкурсный управляющий Должника полагает, что имеются основания для привлечения ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «РВЛ», поскольку, будучи осведомленными о несостоятельности подконтрольного им общества ввиду заключения заведомо невыгодных сделок, ответчики своевременно не обратились в соответствующим заявлением в суд. 

По мнению конкурсного управляющего, признаки неплатежеспособности Должника возникли не позднее 01.01.2016.

Указанная дата определена конкурсным управляющим исходя из данных финансового анализа ООО «РВЛ», проведенного в рамках процедуры наблюдения, согласно которому по состоянию на 01.01.2015 собственные средства предприятия составили 37,1% от всех пассивов, а на конец периода на 01.01.2018 показатель снизился до своего отрицательного значения минус 0,8% за счет колоссального увеличения убытка, полученного в размере 8 654 тыс. руб. и неизменяемого уставного капитала.

Вместе с тем, показатель того, что пассивы преобладали над активами должника, не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое положение должника, а приобретение отрицательных значений и неудовлетворительная структура баланса должника не является основанием для немедленного обращения в суд с заявлением должника о банкротстве.

Возникновение в указанный период задолженности перед конкретными кредиторами не свидетельствует о том, что должник «автоматически» стал отвечать объективным признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. Имеющиеся на определенную дату не исполненные перед кредиторами обязательства не влекут безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Заявителем не доказано, что по состоянию на указанную им дату у должника имелись признаки неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, а также не доказан факт возникновения одного из обстоятельств, перечисленных в Законе о банкротстве, которое могло бы быть принято в качестве основания для обращения ответчиков с заявлением о признании общества банкротом.

Таким образом, конкурсным управляющим не доказана совокупность условий, необходимых для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

В совокупность к указанному следует отклонить довод заявителя о том, что должник при наличии у него признаков неудовлетворительного финансового состояния продолжил наращивать кредиторскую задолженность посредством заключения с ООО «РВД» договора аренды № 14, неисполнение которого впоследующем послужило основанием для банкротства предприятия. 

Заявитель указывает, что ООО «РВД» и ООО «РВЛ» 01.10.2015 был заключен договор аренды № 14, по условиям которого ООО «РВД» (арендодатель) обязался предоставить арендатору – должнику, за плату во временное владение и пользование технически исправные вагоны. Заказчик же обязался, в том числе, своевременно уплачивать арендную плату в соответствии с разделом 3 договора (пункт 2.1.5 договора). 

ООО «РВД» в рамках договора были исполнены обязательства по предоставлению вагонов, что подтверждается актом приема-передачи вагонов за январь 2017 года, актом об оказанных услугах от 31.01.2017 № 0131057 за период с 01.01.2017 по 31.01.2017. 

Решением арбитражного суда от 13.02.2018 по делу № А56-90035/2017 с должника в пользу ООО «РВД» взыскано 8 379 409 руб., в том числе 8 343 072 руб. основного долга и 36 337 руб. расходов по уплате госпошлины. 

ООО «РВД» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «РВЛ» несостоятельным (банкротом) в связи с тем, что должником не исполнены обязательства по уплате денежных средств в сумме 8 379 409 руб., установленные решением от 13.02.2018 по делу № А56-90035/2017.

В связи с изложенным, конкурсный управляющий указывает на продолжение должником аренды ООО «РВД» вагонов при наличии признаков неудовлетворительного финансового состояния должника и невозможности исполнения дальнейших обязательств по оплате арендованных вагонов.

Однако как установлено судом первой инстанции, ООО «РВД» в рамках договора были исполнены обязательства по предоставлению вагонов, и чего следует, что со стороны ООО «РВД» были исполнены условия договора передачи в аренду, что было подтверждено представленными в материалы дела документами, и подтверждено вступившими в законную силу судебными актами.

Таким образом, наличие реальных хозяйственных правоотношений, послуживших основанием для возникновения задолженности на стороне должника, на которые ссылается конкурсный управляющий, надлежащим образом не опровергается.

При таких обстоятельствах, совершение и одобрение ответчиками от имени должника вменяемой сделки по аренде вагонов, само по себе не повлекло банкротства должника и не могло его повлечь в силу фактических обстоятельств дела, принимая во внимание, что аренда спорных вагонов была обусловлена необходимостью осуществления текущей деятельности общества и не может свидетельствовать о нетипичном характере поведения должника в лице его руководства.

Довод конкурсного управляющего о том, что ФИО4 по согласованию с ФИО2 в юридически значимый период, в условиях неплатежеспособности и отсутствия целесообразности заключил договоры поручительства, что привело к невозможности погашения требований кредиторов впоследствии включенных в реестр, судом первой инстанции также обоснованно отклонен. 

Из материалов спора следует, что:

- определением от 15.11.2018 суд первой инстанции признал обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра кредиторов ООО «РВЛ» требование АО «Банк Интеза» в сумме 92 434 590 руб. 44 коп., основанного на договоре поручительства от 09.12.2015;

- определением от 01.11.2018 по суд первой инстанции признал обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра кредиторов ООО «РВЛ» требование ПАО «Совкомбанк» в сумме 76 848 935 руб. 09 коп., основанного на договоре поручительства от 30.06.2016;

- определением от 05.02.2021 суд первой инстанции признал обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра кредиторов ООО «РВЛ» требование ПАО «Промсвязьбанк» в сумме 97 569 919 руб.,  основанного на договоре поручительства от 11.04.2017.

Конкурсный управляющий указывает, что взятие на себя вышеуказанных обязательств в виде выдачи поручительств носило безвозмездный характер, поскольку должником не получено экономической выгоды от перечисления денежных средств от кредитных организаций.

Однако как верно установлено судом первой инстанции, ООО «РВД», ООО «РВЛ» и ООО «Изи-Вэй Деливери» входили в одну крупу компаний, целью которой являлось осуществление транспортной деятельности, что подтверждается сведениями из ЕГРЮЛ и финансового анализа должника.

На уровне высших судебных инстанций сформирована позиция о том, что получение поручительства от компании, входящей в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой, указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении сторон и лиц, их контролирующих (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 14510/13 по делу № А67-6922/2011; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 № 308-ЭС15-1607 по делу № А63-4164/2014; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/2014; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 № 305-ЭС18-17611 по делу № А41-14638/2016).

Согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 № 305-ЭС18-17611, сама по себе выдача должником поручительства за аффилированное лицо не может быть вменена контролирующему лицу в качестве основания для привлечения его к субсидиарной ответственности даже при условии, что размер обязательства, исполнение которого обеспечено поручительством, превышает размер активов должника. Это объясняется тем, что при кредитовании одного из участников группы лиц, как правило, в конечном счете выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

Соответственно, сам по себе факт выдачи должником поручительства по обязательствам лица, входящего в группу компаний, не только не является проявлением недобросовестности со стороны его руководителей, но и подтверждает наличие корпоративных связей между поручителем и основным должником, объясняет мотивы действий руководителя должника при совершения обеспечительных сделок.

Выдавая поручительства должник участвовал в развитии деятельности всей группы компаний, поскольку получение кредитных средств представляло возможности для развития всей группы компаний в целом.

Исходя из указанного, выдача должником поручительств по обязательствам ООО «РВД» было обычной хозяйственной практикой внутри группы компаний.

В свою очередь, какие-либо иные доказательства того, что действия (бездействие) ответчиков выходили за пределы обычных предпринимательских рисков, не соответствовали принципам добросовестности и разумности и сознательно были направлены, а причинение вреда имущественным правам кредиторов, заявителем не представлены.

С учетом вышеуказанных положений можно заключить, что конкурсный управляющий ООО «РВЛ» при обращении в суд с рассматриваемым заявлением не указал конкретные действия ответчиков, которые привели к ухудшению финансового положения общества и нарушениям прав кредиторов.

В этой связи суд первой инстанции правильно указал, что презумпция доведения до банкротства посредством совершения сделок, признанных недействительными, в настоящем деле неприменима. Наличие оснований для применения презумпции доведения должника до банкротства действиями ответчиков конкурсным управляющим не доказано. Иных обстоятельств, свидетельствующих о совершении ответчиками неправомерных, недобросовестных действий в ущерб должнику и кредитором, являющихся основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, заявителем не приведено.

Учитывая изложенное, в том числе отсутствие причинно-следственной связи между действиями контролирующих лиц должника и его несостоятельностью, суд первой инстанции правильно и обоснованно в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказал.

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ апелляционный суд не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, 269 ч. 1, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 07.07.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.Н. Бармина

 

Судьи

 

Н.В. Аносова

 

 Д.В. Бурденков