ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

672000, Чита, ул. Ленина 100б   http://4aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

дело № А19-2474/2018

г. Чита

10 августа 2018 года.

Резолютивная часть постановления объявлена 03 августа 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 10 августа 2018 года.

 

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего судьи Сидоренко В.А.,

судей Желтоухова Е.В., Ломако Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Думы города Иркутска и Администрации города Иркутска на решение Арбитражного суда Иркутской области от 21 мая 2018 года по делу № А19-2474/2018 по заявлению Думы города Иркутска (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Иркутской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании незаконными решения и предписания,

в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, в деле участвуют общество с ограниченной ответственностью «Орион» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и общество с ограниченной ответственностью «Арт-лазер» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

(суд первой инстанции: судья Назарьева Л.В.),

 

при участии в судебном заседании:

от Думы города Иркутска – ФИО2 – представителя по доверенности № 005-39-060779/8 от 20.07.2018, 

 

установил:

Дума города Иркутска (далее также – заявитель) обратилась в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Иркутской области (далее – Иркутское УФАС России, Управление или антимонопольный орган) о признании незаконными решения от 10.01.2018 № 1289 и предписания от 10.01.2018 № 506.

Определением суда от 14.02.2018 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: общество с ограниченной ответственностью «Орион» (далее – ООО «Орион»), общество с ограниченной ответственностью «Арт-лазер» (далее – ООО «Арт-лазер») и Администрация города Иркутска.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 21 мая 2018 года в удовлетворении заявленных требований отказано. Суд первой инстанции не усмотрел каких-либо нарушений действующего законодательства при принятии оспариваемого решения и выдачи предписания, а также нарушения прав и законных интересов заявителя.

Не согласившись с указанным решением, Дума города Иркутска и Администрация города Иркутска обжаловали его в апелляционном порядке. Заявитель апелляционной жалобы ставит вопрос об отмене обжалуемого решения, как незаконного и необоснованного, принятого при неправильном применении норм материального права.

В судебном заседании представитель Администрации поддержала доводы апелляционной жалобы.

Иркутское УФАС России в представленном отзыве на апелляционную жалобу просит оставить обжалуемое решение без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представитель Дума города Иркутска поддержал доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней.

Иркутское УФАС России представило отзыв на апелляционную жалобу, в котором выразило согласие с решением суда первой инстанции.

ООО «Орион» и ООО «Арт-лазер» представили отзывы и дополнительные отзывы, в которых также выразили согласие с решением суда первой инстанции.

О месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), что подтверждается почтовыми уведомлениями, а также отчетом о публикации на официальном сайте Арбитражных судов Российской Федерации в сети «Интернет» (www.arbitr.ru) определения о принятии апелляционной жалобы к производству.

В соответствии с частью 2 статьи 200 АПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного заседания, не является препятствием для рассмотрения дела.

В порядке статьи 163 АПК РФ в судебном заседании 01 августа 2018 года был объявлен перерыв до 10 часов 00 минут 03 августа 2018 года. Информация о перерыве размещена на официальном сайте Четвертого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет.

Четвертый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело в порядке главы 34 АПК РФ, проанализировав доводы апелляционной жалобы, дополнения к ней, отзывов на жалобы и дополнений к ним, изучив материалы дела, выслушав представителя Думы города Иркутска, проверив правильность применения судом первой инстанции норм процессуального и материального права, пришёл к следующим выводам.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в Иркутское УФАС России поступило заявление ООО «Орион» и дополнения к указанному заявлению, указывающие на наличие в действиях Думы города Иркутска признаков нарушения статьи 15 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции) в связи с внесением изменений в Правила размещения наружной рекламы и запретом размещать настенные панно на стенах жилых домов с оконными проемами.

Рассмотрев поступившее заявление Иркутским УФАС России в связи с наличием в действиях Думы города Иркутска признаков нарушения антимонопольного законодательства выдано предупреждение от 17.04.2017 № 24 об изменении акта, который содержит признаки нарушения антимонопольного законодательства.

Предупреждение в установленный Иркутским УФАС России срок до 30.06.2017 не исполнено, а именно не отменен подпункт 10 пункта 1 Решения Думы от 28.10.2016 № 006-20-260427/6.

В связи с неисполнением Думой г. Иркутска предупреждения приказом Иркутского УФАС России от 19.06.2017 № 140 в отношении Думы города Иркутска возбуждено дело по признакам нарушения пункта 3 части 1 статьи 15 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», выразившегося во внесении решением Думы города Иркутска от 28.10.2016 № 006-20-260427/6 изменений в решение Думы города Иркутска от 03.06.2013 № 005-20-470795/3 «Об утверждении Правил размещения наружной рекламы и объектов информационного оформления на территории города Иркутска» в части дополнения  подпункта 3.1.2.2 подпункта 3.1.2 пункта 3.1 раздела 3 Приложения № 1 к Правилам положением следующего содержания: «Не допускается размещение настенных панно на стенах многоквартирных домов с оконными проемами».

В результате рассмотрения данного дела антимонопольным органом принято решение от 10.01.2018 № 1289, согласно которому Дума города Иркутска признана нарушившей пункт 3 части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции в результате принятия акта, который приводит или может привести к ограничению конкуренции на товарном рынке, в частности к введению ограничений в отношении свободного перемещения товаров.

На основании указанного решения антимонопольным органом вынесено предписание от 10.01.2018 № 506, согласно которому Думе города Иркутска предписано прекратить нарушение антимонопольного законодательства путем отмены подпункта 10 пункта 1 решения Думы города Иркутска от 28.10.2016 № 006-20-260427/6 «О внесении изменений в решение Думы города Иркутска от 03.06.2013 № 005-20-470795/3 «Об утверждении правил размещения наружной рекламы и объектов информационного оформления на территории города Иркутска» в срок до 01.03.2018, представить информацию о выполнении указанного требования в срок до 05.03.2018.

Дума города Иркутска, полагая, что решение антимонопольного органа от 10.01.2018 № 1289 и предписание от 10.01.2018 № 506 не соответствует закону и нарушает ее права и законные интересы, обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд апелляционной инстанции находит ошибочными выводы суда первой инстанции о законности решения Якутского УФАС России, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 123 Конституции Российской Федерации, статьями 7, 8, 9 АПК РФ, судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равенства сторон.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Пределы судебного разбирательства при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц установлены частью 4 статьи 200 АПК РФ, согласно которой арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными (часть 2 статьи 201 АПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 198, частью 4 статьи 200 АПК РФ и пунктом 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» для удовлетворения требований о признании недействительными ненормативных правовых актов и незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, необходимо наличие двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушение прав и законных интересов заявителя.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции полагает, что требования заявителя могут быть удовлетворены только в том случае, если будут установлены следующие обстоятельства:

- несоответствие оспариваемых решения и предписания антимонопольного органа закону или иному нормативному правовому акту;

- нарушение прав и законных интересов заявителя такими решением и предписание.

При отсутствии хотя бы одного из данных обстоятельств требования заявителя удовлетворению не подлежат.

Согласно части 1 статьи 1 Закона о защите конкуренции данный Закон определяет организационные и правовые основы защиты конкуренции, в том числе предупреждения и пресечения недопущения, ограничения, устранения конкуренции федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, Центральным банком Российской Федерации.

Частью 1 статьи 3 Закона о защите конкуренции предусмотрено, что настоящий Федеральный закон распространяется на отношения, которые связаны с защитой конкуренции, в том числе с предупреждением и пресечением монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции, и в которых участвуют российские юридические лица и иностранные юридические лица, организации, федеральные органы исполнительной власти, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, иные осуществляющие функции указанных органов органы или организации, а также государственные внебюджетные фонды, Центральный банк Российской Федерации, физические лица, в том числе индивидуальные предприниматели.

В статье 15 Закона о защите конкуренции установлен запрет на принятие федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными органами или организациями, осуществляющими функции указанных выше органов власти и местного самоуправления, организациями, участвующими в предоставлении государственных или муниципальных услуг, а также государственными внебюджетными фондами, Центральным банком Российской Федерации ограничивающих конкуренцию актов и совершение ограничивающих конкуренцию действий (бездействие).

В обеспечение надлежащей конкурентной среды, единства экономического пространства законодатель устанавливает требования, направленные на недопущение со стороны указанных органов (организаций) действий (бездействия), которые приводят или могут привести к ограничению конкуренции.

Так, частью 1 названной статьи введен прямой запрет указанным органам (организациям) принимать акты и осуществлять действия (бездействие), которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, за исключением предусмотренных федеральными законами случаев принятия актов и (или) осуществления таких действий (бездействия), в частности запрещаются:

1) введение ограничений в отношении создания хозяйствующих субъектов в какой-либо сфере деятельности, а также установление запретов или введение ограничений в отношении осуществления отдельных видов деятельности или производства определенных видов товаров;

2) необоснованное препятствование осуществлению деятельности хозяйствующими субъектами, в том числе путем установления не предусмотренных законодательством Российской Федерации требований к товарам или к хозяйствующим субъектам;

3) установление запретов или введение ограничений в отношении свободного перемещения товаров в Российской Федерации, иных ограничений прав хозяйствующих субъектов на продажу, покупку, иное приобретение, обмен товаров;

4) дача хозяйствующим субъектам указаний о первоочередных поставках товаров для определенной категории покупателей (заказчиков) или о заключении в приоритетном порядке договоров;

5) установление для приобретателей товаров ограничений выбора хозяйствующих субъектов, которые предоставляют такие товары;

6) предоставление хозяйствующему субъекту доступа к информации в приоритетном порядке;

7) предоставление государственной или муниципальной преференции в нарушение требований, установленных главой 5 настоящего Федерального закона;

8) создание дискриминационных условий;

9) установление и (или) взимание не предусмотренных законодательством Российской Федерации платежей при предоставлении государственных или муниципальных услуг, а также услуг, которые являются необходимыми и обязательными для предоставления государственных или муниципальных услуг;

10) дача хозяйствующим субъектам указаний о приобретении товара, за исключением случаев, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

При этом данный перечень не является исчерпывающим. Антимонопольный орган вправе квалифицировать нарушение антимонопольного законодательства и в иных действиях, не поименованных в указанном перечне.

Согласно правовой позиции, выраженной в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июня 2008 года № 30 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ № 30), при рассмотрении дел о признании недействующими или недействительными актов названных органов, о признании незаконными их действий (бездействия) по заявлениям антимонопольного органа, поданным в связи с нарушением части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции, арбитражные суды должны учитывать следующее: если антимонопольным органом доказано, что акты, действия (бездействие) приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, а соответствующим органом не указана конкретная норма федерального закона, разрешившая данному органу принять оспариваемый акт, осуществить действия (бездействие), заявленные требования подлежат удовлетворению.

Следовательно, антимонопольным органам при признании нарушения статьи 15 Закона о защите конкуренции, помимо доказывания незаконности действия органа власти со ссылками на конкретные нарушенные нормы отраслевого законодательства, необходимо доказывать последствия нарушения (в том числе возможные) в виде недопущения, ограничения, устранения конкуренции. Именно доказанность данного обстоятельства является определяющей на стадии рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства.

При этом достаточным основанием для вывода о нарушении части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции является создание условий, возможности для наступления последствий в виде недопущения, ограничения либо устранения конкуренции.

Такая правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 8799/11.

В пункте 11 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 года, указано, что при рассмотрении судом дел, связанных с нарушением части 1 или 2 статьи 15 Закона о защите конкуренции, антимонопольный орган должен доказать факт недопущения, ограничения, устранения конкуренции либо установить возможность наступления таких последствий на соответствующем товарном рынке.

Антимонопольный орган в рамках частей 1 и 2 статьи 15 Закона о защите конкуренции полномочен вынести соответствующее решение об обнаружении и пресечении выявленного нарушения лишь в том случае, когда нарушение привело либо могло привести к нарушению охраняемого законом баланса экономических интересов хозяйствующих субъектов, осуществляющих деятельность на одном и том же рынке в соответствующих географических границах.

В каждом конкретном случае антимонопольный орган должен провести анализ состояния конкуренции на товарном рынке и доказать, что спорные акты органов власти, действия (бездействия) приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции.

Иное нарушение действующего законодательства органом власти, само по себе не является нарушением статьи 15 Закона о защите конкуренции.

При квалификации нарушений статьи 15 Закона о защите конкуренции антимонопольным органом должно быть указано на соответствующие признаки ограничения конкуренции, поименованные в пункте 17 статьи 4 Закона о защите конкуренции и имевшие (могущие иметь) место быть в результате действия органа власти (или организации).

В частности, к таким признакам относятся: сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке, рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке, отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке, определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке, иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке, а также установление органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, участвующими в предоставлении государственных или муниципальных услуг, при участии в предоставлении таких услуг требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, не предусмотренных законодательством Российской Федерации.

Вместе с тем следует учитывать, что перечень признаков ограничения конкуренции, указанный в пункте 17 статьи 4 Закона о защите конкуренции, не является исчерпывающим.

При этом антимонопольный орган в решении о нарушении антимонопольного законодательства раскрывает и доказывает причинно-следственные связи между появлением признаков ограничения конкуренции и действиями органа власти (или организации).

Признавая Думу города Иркутска нарушившей Закон о защите конкуренции, антимонопольный орган посчитал, что подпунктом 10 пункта 1 решения Думы города Иркутска от 28.10.2016 № 006-20-260427/6 «О внесении изменений в решение Думы города Иркутска от 03.06.2013 № 005-20-470795/3 «Об утверждении правил размещения наружной рекламы и объектов информационного оформления на территории города Иркутска» установлены требования о недопущении размещения настенных панно на стенах многоквартирных домов с оконными проемами, не соответствующие положениям пункта 3 части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции, и препятствующие осуществлению хозяйствующими субъектами деятельности на рынке распространения наружной рекламы.

Однако с такими выводами антимонопольного органа суд апелляционной инстанции согласиться не может ввиду следующего.

В силу статьи 132 Конституции Российской Федерации органы местного самоуправления самостоятельно управляют муниципальной собственностью, формируют, утверждают и исполняют местный бюджет, устанавливают местные налоги и сборы, осуществляют охрану общественного порядка, а также решают иные вопросы местного значения.

Пунктом 3 части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции установлено, что федеральным органам исполнительной власти, органам государственной власти субъектов Российской Федерации, органам местного самоуправления, иным осуществляющим функции указанных органов органам или организациям, организациям, участвующим в предоставлении государственных или муниципальных услуг, а также государственным внебюджетным фондам, Центральному банку Российской Федерации запрещается принимать акты и (или) осуществлять действия (бездействие), которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, за исключением предусмотренных федеральными законами случаев принятия актов и (или) осуществления таких действий (бездействия), в частности запрещается установление запретов или введение ограничений в отношении свободного перемещения товаров в Российской Федерации, иных ограничений прав хозяйствующих субъектов на продажу, покупку, иное приобретение, обмен товаров.

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Закона о защите конкуренции под товаром понимается объект гражданских прав (в том числе работа, услуга, включая финансовую услугу), предназначенный для продажи, обмена или иного введения в оборот.

Пунктом 1 статьи 3 Федерального закона от 13.03.2006 № 38-ФЗ «О рекламе» (далее – Закон о рекламе) установлено, что реклама – информация, распространенная любым способом, в любой форме и с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц и направленная на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке; рекламораспространитель – лицо, осуществляющее распространение рекламы любым способом, в любой форме и с использованием любых средств (пункт 7).

Согласно части 1 статьи 19 Закона о рекламе распространение наружной рекламы с использованием щитов, стендов, строительных сеток, перетяжек, электронных табло, проекционного и иного предназначенного для проекции рекламы на любые поверхности оборудования, воздушных шаров, аэростатов и иных технических средств стабильного территориального размещения, монтируемых и располагаемых на внешних стенах, крышах и иных конструктивных элементах зданий, строений, сооружений или вне их, а также остановочных пунктов движения общественного транспорта осуществляется владельцем рекламной конструкции, являющимся рекламораспространителем, с соблюдением требований настоящей статьи.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, решением Думы города Иркутска от 28.10.2016 № 006-20-260427/6 внесены изменения в решение Думы города Иркутска от 03.06.2013 № 005-20-470795/3 «Об утверждении Правил размещения наружной рекламы и объектов информационного оформления на территории города Иркутска» в части дополнения подпункта 3.1.2.2 подпункта 3.1.2 пункта 3.1 раздела 3 Приложения № 1 к решению абзацем следующего содержания: «Не допускается размещение настенных панно на стенах многоквартирных домов с оконными проемами».

Из оспариваемого решения антимонопольного органа следует, что подпункт 10 пункта 1 решения Думы города Иркутска от 28.10.2016 № 006-20-260427/6 приводит или может привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции на товарном рынке, в частности к введению ограничений в отношении свободного перемещения товаров.

В качестве продуктовых границ товарного рынка Управлением определен рынок услуг по размещению наружной рекламы.

Проанализировав приведенные нормы в их системном единстве, с учетом установленных по делу обстоятельств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что рассматриваемые положения абзаца: «Не допускается размещение настенных панно на стенах многоквартирных домов с оконными проемами» подпункта 3.1.2.2 подпункта 3.1.2 пункта 3.1 раздела 3 Приложения № 1 к решению не регламентируют какие-либо параметры и характеристики настенных панно, в том числе текстовое содержание, их стиль и дизайн, а в целях обеспечения эстетического состояния территории определяют места их возможного размещения на стенах многоквартирных домов, находящихся в городе, то есть устанавливают требования к внешнему виду фасадов, что является в силу пункта 25 части 1 статьи 16 Федерального закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» составной частью правил благоустройства, утверждение которых федеральным законодателем отнесено к вопросам местного значения и компетенции органов местного самоуправления.

В силу указанного является несостоятельным вывод Иркутского УФАС России о противоречии подпункта 10 пункта 1 решения Думы города Иркутска от 28.10.2016 № 006-20-260427/6 «О внесении изменений в решение Думы города Иркутска от 03.06.2013 № 005-20-470795/3 «Об утверждении правил размещения наружной рекламы и объектов информационного оформления на территории города Иркутска» пункту 3 части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции, поскольку он распространяется в равной мере на всех хозяйствующих субъектов, осуществляющих деятельность по размещению наружной рекламы.

Кроме того, запрет размещение настенных панно на стенах многоквартирных домов с оконными проемами не является запретом в отношении свободного перемещения товаров, установленным Иркутским УФАС России, то есть нарушением пункта 3 части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции.

Такой запрет может быть необоснованным препятствованием осуществлению деятельности хозяйствующими субъектами, в том числе путем установления не предусмотренных законодательством Российской Федерации требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, то есть нарушением пункта 2 части 1 стать 15 Закона о защите конкуренции.

Вместе с тем, решением Иркутского УФАС России от 10 января 2018 года № 1289 Думе города Иркутска не вменялось нарушение пункта 2 части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции.

Арбитражный же суд, исходя из конституционного принципа разделения властей (статья 10 Конституции Российской Федерации), не вправе подменять уполномоченные органы исполнительной власти в области антимонопольного регулирования и финансового контроля и самостоятельно устанавливать наличие или отсутствие в действиях Думы города Иркутска нарушения требований пункта 2 части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции.

При указанных фактических обстоятельствах и правовом регулировании суд апелляционной инстанции признает недоказанным антимонопольным органом нарушение Думой города Иркутска требований части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции (в том виде, как суть вмененного нарушения изложена в оспариваемом решении).

В соответствии с частью 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

В связи с изложенным, оценив исследованные доказательства, с учетом всех установленных по делу обстоятельств в их совокупности и взаимной связи, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемое решение антимонопольного органа не соответствуют Закону о защите конкуренции, нарушает права и законные интересы Думы города Иркутска и подлежат признанию незаконным и недействительным соответственно.

В соответствии с пунктом 3 части 3.4 статьи 41 Закона о защите конкуренции резолютивная часть решения по делу о нарушении антимонопольного законодательства должна содержать выводы о наличии оснований для выдачи предписания и перечень действий, включаемых в предписание и подлежащих выполнению.

Частью 1 статьи 50 Закона о защите конкуренции также предусмотрено, что по результатам рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства на основании решения по делу комиссия выдает предписание ответчику по делу.

Согласно подпункту «а» пункта 3 части 1 статьи 23 Закона о защите конкуренции антимонопольному органу предоставлено право выдавать органам местного самоуправления, их должностным лицам, за исключением случаев, установленных пунктом 4 настоящей части, обязательные для исполнения предписания об отмене или изменении актов, нарушающих антимонопольное законодательство.

Как уже отмечалось, предписанием № 506 от 10 января 2018 года Иркутское УФАС России обязало Думу города Иркутска прекратить нарушение антимонопольного законодательства путем отмены подпункта 10 пункта 1 решения Думы города Иркутска от 28.10.2016 № 006-20-260427/6 «О внесении изменений в решение Думы города Иркутска от 03.06.2013 № 005-20-470795/3 «Об утверждении правил размещения наружной рекламы и объектов информационного оформления на территории города Иркутска» в срок до 01.03.2018, представить информацию о выполнении указанного требования в срок до 05.03.2018.

Исходя из приведенных положений статей 23, 41 и 50 Закона о защите конкуренции, признание арбитражным судом незаконным решения антимонопольного органа № 1289 от 10 января 2018 года одновременно влечет за собой и недействительность вынесенного на его основе предписания.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости отмены решения суда первой инстанции, как принятого при несоответствии выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, с принятием нового судебного акта об удовлетворении заявленных требований.

Четвертый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 268 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 21 мая 2018 года по делу № А19-2474/2018 отменить, принять по делу новый судебный акт.

Решение Управления Федеральной антимонопольной службы по Иркутской области от 10.01.2018 № 1289 и предписание от 10.01.2018 № 506 признать незаконными, как несоответствующие Федеральному закону от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» и Федеральному закону от 06.11.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации».

Управлению Федеральной антимонопольной службы по Иркутской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664025, 

<

...>) устранить допущенные нарушения прав и законных интересов Думы города Иркутска.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи жалобы через принявший решение в первой инстанции арбитражный суд.

 

Председательствующий судья                                                      Сидоренко В.А.

 

Судьи                                                                                               Желтоухов Е.В.

 

Ломако Н.В.