ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-33562/2020

г. Саратов

03 октября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 сентября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 03 октября 2022 года. 

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего – судьи Н.А. Колесовой,  

судей Г.М. Батыршиной, Е.В. Романовой, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО11,  ФИО5 на решение Арбитражного суда Волгоградской области от 03 июня 2022 года по делу № А12-33562/2020 по исковому заявлению ФИО6, заявлениям Федеральной налоговой службы, ФИО7, акционерного общества «Райффайзенбанк», общества с ограниченной ответственностью «Ю-Райт», общества с ограниченной ответственностью «Статус Плюс» о присоединении к требованиям ФИО6 о привлечении ФИО3, ФИО11, ФИО5, ФИО2, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Галерея Магазинов» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>),

при участии в судебном заседании: от АО «Райффайзенбанк» – ФИО8, представителя, доверенность от 30.08.2022 № 007014.2022 (личность установлена, оригинал доверенности обозревался, копия доверенности приобщена к материалам дела), от уполномоченного органа – ФИО9, представителя, доверенность от 06.05.2022 № 137 (личность установлена, оригинал доверенности обозревался, копия доверенности приобщена к материалам дела), от ФИО3 – ФИО10, представителя, доверенность от 24.03.2022 № 34АА3727981; (личность установлена, оригинал доверенности обозревался, копия доверенности приобщена к материалам дела), от ФИО5 – ФИО10, представителя, доверенность от 05.02.2020 №34АА2922645; (личность установлена, оригинал доверенности обозревался, копия доверенности приобщена к материалам дела), от ФИО11 – ФИО10, представителя, доверенность от 05.02.2020 № 34АА2922647 (личность установлена, оригинал доверенности обозревался, копия доверенности приобщена к материалам дела), иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом в порядке частей 1, 6 статьи 121, части 1 статьи 122, части 1 статьи 123, части 1 статьи 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что подтверждается отчетом о публикации судебных актов от 04.08.2022, 30.08.2022, ходатайством от 17.09.2022,

УСТАНОВИЛ:

30 декабря 2020 года в Арбитражный суд Волгоградской области обратился ФИО6 с иском к ФИО2, ФИО4, ФИО5 привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Галерея Магазинов» в размере 314660,88 рублей. 

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 21 января 2021 года  иск ФИО6 принят к производству суда.

25 марта 2021 года в суд от арбитражного управляющего ФИО7 поступило заявление о присоединении к требованиям ФИО6, в котором просит взыскать с ФИО2, ФИО4, ФИО5 в пользу арбитражного управляющего ФИО7 25000 руб. солидарно. ФИО7 уплачена государственная пошлина в размере 2000 руб. 

15 апреля 2021 года от Федеральной налоговой службы поступило заявление о присоединении к заявлению ФИО6, просит взыскать с ответчиков в пользу ФНС России 2925492,52 руб. 

11 июня 2021 года от АО «Райффайзенбанк» поступило заявление о присоединении к заявлению ФИО6, просит взыскать с ответчиков солидарно 570723,20 руб. и расходы по оплате госпошлины в размере 14414 руб. 

23 июля 2021 года в суд от АО «Райффайзенбанк» поступило заявление, в котором просит привлечь в качестве соответчиков ФИО3, ФИО11.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 09 сентября 2021 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО3, ФИО11. 

14 марта 2022 года от АО «Райффайзенбанк» поступило ходатайство об уточнении заявленных требований, с учетом уточнения Банк просит взыскать с ответчиков солидарно 721343,68 руб. и расходы по оплате госпошлины в размере 14414 руб. Судом уточнения приняты к рассмотрению. 

15 декабря 2021 года от ООО «Ю-Райт» поступило заявление о присоединении к требованиям о привлечении к субсидиарной ответственности, просит взыскать с ответчиков солидарно 727200 руб. на основании решения суда от 17.11.2021 по делу № А12-20584/2021. 

07 апреля 2022 года от ООО «Статус Плюс» поступило заявление о присоединении к заявлению ФИО6 и других лиц, просит взыскать с ответчиков солидарно 310000 руб. и расходы по оплате госпошлины в размере 9 200 руб.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 03 июня 2022 года отказано в удовлетворении заявления индивидуального предпринимателя ФИО12 о присоединении к исковому заявлению ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО11, ФИО3 по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Галерея Магазинов»; отказано в удовлетворении ходатайства ФИО5 о проведении судебной финансово-экономической экспертизы, отказано в удовлетворении ходатайства ФИО5 о приостановлении производства по настоящему делу; ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО11, ФИО3 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Галерея Магазинов»; взыскано солидарно с ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО11, ФИО3:

- в пользу ФИО6 314660,88 руб. и расходы по оплате госпошлины в размере 300 руб., 

- в пользу арбитражного управляющего ФИО7 25000 руб. и расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 000 руб., 

- в пользу ФНС России в лице межрайонной ИФНС России № 10 по Волгоградской области 2925492,52 руб., 

- в пользу акционерного общества «Райффайзенбанк» 721343,68 руб. и расходы по оплате госпошлины в размере 14414 руб.; в удовлетворении исковых заявлений общества с ограниченной ответственностью «Ю-Райт» и общества с ограниченной ответственностью «Статус Плюс» отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО11 и ФИО5 обратились с апелляционными жалобами в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд, просят решение суда отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Доводы апелляционных жалоб схожи и сводятся к тому, что основания для привлечения к субсидиарной ответственности отсутствуют. Также апеллянты ссылаются на тот факт, что ФИО11, ФИО3 и ФИО5 не являются контролирующими должника лицами, в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие, что невозможность полного погашения требований кредиторов возникла в результате действий или бездействий привлекаемых к субсидиарной ответственности лиц.

ФИО3 и ФИО11 представили письменные пояснения, просят решение арбитражного суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

В судебном заседании представитель ФИО3, ФИО5 и ФИО11 поддержали доводы, изложенные в апелляционных жалобах, просил обжалуемое решение отменить, апелляционные жалобы удовлетворить.

Представители АО «Райффайзенбанк» и уполномоченного органа возражали против доводов, изложенных в апелляционных жалобах, просили обжалуемое решение оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российско Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Арбитражный апелляционный суд в порядке части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционных жалобах, отзывах на них, выступлениях присутствующих в судебном заседании представителей участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд не считает, что судебный акт подлежит изменению или отмене по следующим основаниям.

Пунктом 3 статьи 4 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона № 266-ФЗ от 29.07.2017 «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях») установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 61.19 Закона о банкротстве если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Заявление, поданное в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи, рассматривается арбитражным судом, рассматривавшим дело о банкротстве. При рассмотрении заявления применяются правила пункта 2 статьи 61.15, пунктов 4 и 5 статьи 61.16 настоящего Федерального закона.

В соответствии с положениями пунктов 1, 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО2 является генеральным директором общества с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов», ФИО4 – единственным участником общества с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов».

Следовательно, указанные лица являются контролирующими должника в силу прямого указания закона.

Учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Аналогичный подход к выбору применяемых норм и действию закона во времени в отношении субсидиарной ответственности закреплен в Определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006.

Применение предусмотренных Законом о банкротстве материально-правовых норм, по вопросам привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в той или иной редакции зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Таким образом, нормы об основаниях для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01 июля 2017 года в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 (с 30 июля 2017 года - статьи 61.11, 61.12) Закона о банкротстве в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. Нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

При этом действующие положения главы III.2 Закона о банкротстве применимы в отношении спорных правоотношений только в части процессуальных норм, поскольку в силу части 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

В соответствии с подпунктом  1 пункта  2   статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в частности, причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 указанного Федерального закона.

Согласно пункту 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Таким образом, на заявителе лежит обязанность по доказыванию совершения и одобрения контролирующими лицами сделок, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 18 апреля 2018 года между обществом с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» и ФИО5 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества № 18-ю, в соответствии с которым общество с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» передало в собственность ФИО5 нежилое помещение с кад. № 34:34:050058:469 и 28852/51700 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым № 34:34:050039:80 (

<

...>). 

По условиям договора цена составила 13000000 руб. 

Как следует из п.п. 2.2.1 и 2.2.2 договора, покупатель обязуется оплатить 3000000 руб. в течение одного года со дня заключения настоящего договора и 10000000 руб. в течении 2-х лет с момента выполнения условий указанных в п. 3.1.2 и 3.1.3 настоящего договора. 

Между тем, в договоре купли-продажи цена реализации имущества должника, расположенного по адресу: 

<

...> с кадастровыми номерами 34:34:050058:469 и 34:34:050039:80, определена в размере 13 000 000 руб. При этом, согласно информации на официальном сайте Росреестра (https://rosreestr.ru/site/) кадастровая стоимость имущества переданного по сделке составляет 30 741 627,04 руб.

В соответствии с правовой позицией Президиума ВАС РФ, изложенной в Постановлении от 25.06.2013 № 10761/11, кадастровая и рыночная стоимости объектов взаимосвязаны.

Кадастровая стоимость по существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым характером). Установление рыночной стоимости, полученной в результате индивидуальной оценки объекта, направлено прежде всего на уточнение результатов массовой оценки, полученной без учета уникальных характеристик конкретного объекта недвижимости.

Принимая во внимание вышеуказанное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что произошло занижение цены реализации имущества должника по оспариваемому договору, что, в свою очередь, свидетельствует о намерении сторон причинить вред должнику и его кредиторам.

Согласно анализу расчетного счета, денежные средства от ФИО5 по договору № 18-ю не поступали. Таким образом, как верно указал суд, оплата по договору № 18-ю не производилась.

Довод жалоб о том, что ФИО5 в пользу ВГООИ «Отчизна» в счет задолженности общества с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» (по договору займа № Оч-ФЗ/07/001 от 30 июля 2013 года с ВГООИ «Отчизна») были произведены перечисления в размере 10000000 руб. был предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно отклонен исходя из следующего.

Так, в качестве подтверждения оплаты ФИО5 10000000 руб. в пользу ВГООИ «Отчизна» ФИО5 и ФИО2 представлены в материалы дела квитанции к приходным кассовым ордерам № 4 от 30.05.2018, № 6 от 25.06.2018, № 2 от 27.04.2018, № 10 от 31.07.2018.

Согласно абз.3 п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Между тем, как верно указал суд, в материалы дела не представлены доказательства наличия у ФИО5 денежных средств в наличной форме в достаточном размере для передачи их ВГООИ «Отчизна». 

Из выписки по счету ФИО5, представленной в материалы дела, следует, что в период передачи денежных средств ВГООИ «Отчизна» ФИО5 не предпринимались действия по снятию наличных денежных средств со счета, а значит и не могли быть им переданы ВГООИ «Отчизна». 

Кроме того, на момент предоставления выписки по счету в материалы дела (01 июля 2021 года) остаток по счету ФИО5 составлял 1118,87 руб., что свидетельствует о том, что все поступившие ему на счет доходы были распределены им на иные цели, не связанные с оплатой по договору купли-продажи с обществом с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов».  

Согласно п. 3 Указаний Банка России от 11.03.2014 № 3210-Ут «О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства» наличные денежные средства, поступающие в кассы предприятий, подлежат сдаче в учреждения банков для последующего зачисления на счета этих предприятий. 

Между тем, документального подтверждения внесения денежных средств на счет ВГООИ «Отчизна» в размере 10000000 руб., в материалы дела не представлено, кроме того, согласно выписке по счету ВГООИ «Отчизна» денежные средства в размере 10000000 руб. не зачислялись на счет данного юридического лица.

Судом первой инстанции также учтено, что спустя один день после последнего платежа от ФИО5, 02 августа 2018 года, в отношении ВГООИ «Отчизна» было возбуждено дело о банкротстве № А12-24344/2018, в рамках которого конкурсным управляющим ВГООИ «Отчизна» установлено отсутствие у нее достаточного имущества для финансирования процедуры банкротства, в связи с чем определением суда от 20 мая 2021 года по делу № А12-24344/2018 производство по делу о банкротстве ВГООИ «Отчизна» было прекращено по основаниям абз. 8 п.1 ст. 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием средств для финансирования процедуры банкротства. 

При этом, общий размер кредиторской задолженности ВГООИ «Отчизна» составил 3777699 руб., в связи с чем, вывод суда о том, что полученных от ФИО5 10000000 руб.,  было бы достаточно не только для финансирования процедуры банкротства, но и для полного погашения требований всех кредиторов ВГООИ «Отчизна» является обоснованным.

Более того, из пояснений уполномоченного органа следует, что квитанции к приходным кассовым ордерам не представлялись обществом с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» в налоговый орган в ответ на требование о предоставлении пояснений № 4119 от 11 июня 2019 года, а денежные средства, полученные от реализации объектов недвижимости, не включены в налогооблагаемую базу в 2018 и 2019 годах.

На основании вышеизложенного, судом обоснованно отклонены как необоснованные доводы ФИО5 и ФИО2 об оплате ФИО5 по договору купли-продажи недвижимого имущества № 18-ю.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

По общему правилу повышенный стандарт доказывания должен применяться и при установлении действительности заемных отношений, что должно сопровождаться большей глубиной и широтой проверки, по сравнению с обычным спором, и не может ограничиваться только лишь формальной ссылкой на назначение платежа, например "Возврат по договору займа" / "временной финансовой помощи".

Так, из представленной в материалы дела выписки по счету общества с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» следует, что денежные средства, полученные по договору займа № Оч-ФЗ/07/001 от 30 июля 2013 года, не использовались обществом с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» в собственных коммерческих целях, были сразу же после получения переведены в том же размере аффилированному лицу закрытому акционерному обществу «Пассаж» (аффилированность единственного участника ФИО13 с ГК «Диамант» установлена определением Арбитражного суда г. Москвы от 24 ноября 2020 года по делу № А40-122284/15-38-403«Б», оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 23 марта 2021 года), что свидетельствует о транзитном характере переводов по договору займа в отсутствие реальных отношений между сторонами. 

Транзитный характер перечислений, повлекший внутригрупповое перераспределение денежных средств между аффилированными лицами, свидетельствует как верно указал суд о мнимости договора займа (определение Верховного Суда Российской Федерации от 04.10.2017 по делу № 304-ЭС17-11489(2), А70-14296/2015).

Аналогичные сделки по перечислению денежных средств по договорам займа между аффилированными с обществом с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» лицами уже признавались судами мнимыми ничтожными сделками в связи с транзитным характером перечислений в рамках дел №А12-2501/2020, №А12-2948/2020, №А12-5217/2020, №А12-3439/2020. 

Таким образом, ФИО5 не могла быть погашена задолженность общества с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» по договору займа № Оч-ФЗ/07/001 от 30 июля 2013 года в связи с ничтожностью такого договора.

Суд также отметил, что договоры займа № Кл-ФЗ/06/002 от 15 июня 2016 года с обществом с ограниченной ответственностью «Кластер» и № Кп-ФЗ/07/002 от 14 июля 2015 года с обществом с ограниченной ответственностью «Капитал-Плюс» также имеют признаки мнимых сделок в связи с транзитным характером перечислений, что следует из выписки по счету общества с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов».

Данные обстоятельства в совокупности с изложенными доводами и представленными в материалы дела доказательствами свидетельствуют о цели общества с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» уклониться от погашения задолженности перед бюджетом и независимыми кредиторами, о внутригрупповом транзитном движении денежных средств.

Кроме того, из представленного в материалы дела заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства общества с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» от 12 августа 2019 года временный управляющий пришел к выводу о наличии признаков преднамеренного банкротства общества с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов», о причинении ущерба сделкой по отчуждению ФИО5 объектов недвижимости.

Таким образом, в результате безвозмездного отчуждения единственного ликвидного имущества, общество с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» утратило возможность продолжать осуществлять основной вид своей хозяйственной деятельности, приносивший ему ранее весомый доход – сдача помещений в аренду, что в соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ в отношении общества с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» является основным её видом деятельности.

Указанным договором купли-продажи недвижимого имущества, подписанным и заключенным ФИО2 (директор ООО «Галерея магазинов») причинен существенный вред имущественным правам кредиторов, что привело к невозможности полного удовлетворения требований кредиторов и является в соответствии с пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

ФИО4, как единственный участник общества с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов», имеет право давать обязательные к исполнению указания, определять действия должника, в связи с чем, ему не могло быть неизвестно о безвозмездном выводе имущества должника в пользу аффилированного лица.

Доказательства того, что ФИО4 не одобрял и не знал об отчуждении объектов недвижимости, в материалы дела не представлены.

В соответствии с п. 21 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подп. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную ст. 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абз. 1 ст. 1080 ГК РФ).

Данная презумпция обоснованно применена к ФИО5, поскольку он извлек выгоду из незаконного безвозмездного отчуждения объектов недвижимости, в связи с чем, является контролирующим общество с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» лицом и подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Галерея магазинов».

Кроме того, судом учтено, что вступившими в силу судебными актами установлено, что ФИО2, ФИО4 и  ФИО5 являются аффилированными лицами, наряду с обществом с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов», входят в одну группу «Диамант». Покупателем имущества должника является ФИО5, который является сыном ФИО14 (бенефициар группы компаний «Диамант»). 

Существование группы компаний «Диамант», как объединения лиц и организаций, преследующих единые экономические цели и подконтрольных ФИО14, установлено определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30 марта 2017 года № 306-ЭС16-17647(2) по делу № А12-45752/2015. Факт родства ФИО5 и ФИО14 (сын и отец) установлен постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 13 января 2020 года № 12АП-14623/2019 по делу № А12-46968/2018.

В постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 02 июня 2020 года № Ф06-61201/2020 по делу № А12-3173/2019 указано, что генеральным директором общества с ограниченной ответственностью «Клуб» являлась ФИО15, которая в свою очередь является генеральным директором общества с ограниченной ответственностью «КОМ Старт» и общества с ограниченной ответственностью «Стройкомплект», где учредителем является ФИО4.  

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 16 октября 2017 года по делу № А12-45751/2015 установлено, что до 2015 года генеральным директором ООО «Цикл» был ФИО4, который одновременно являлся генеральным директором общества с ограниченной ответственностью «Ортон», а также единственным участником общества с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов». Одним из учредителей общества с ограниченной ответственностью «Ортон» выступает ФИО12 - мать ФИО11 

Суд также указал, что аффилированность общества с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» с иными компаниями входящую в группу компаний «Диамант» также прослеживается через генерального директора общества с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» - ФИО2, которая была директором общества с ограниченной ответственностью «Вест-М», единственным участником которой выступает общество с ограниченной ответственностью «Фаэтон».  

Если в результате явно незаконного или недобросовестного поведения аффилированных лиц выводятся активы должника, следует предположить, что такие лица действовали совместно (согласованно). В данном случае согласованность подтверждается еще и тем, что выгоду от совершения операций, в конечном счете, извлекла группа лиц, к которой принадлежали ответчики (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3) по делу № А22-941/2006).

В связи с изложенным суд первой инстанции пришёл к верному выводу о доказанности обстоятельств, составляющих содержание презумпций доведения предприятия до банкротства, закреплённых в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, а также к выводу о том, что именно действия ФИО2, ФИО4 и ФИО5 явились необходимой причиной невозможности погашения требований кредиторов, вследствие чего именно они несут субсидиарную ответственность по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов».

Доказательств, позволяющих прийти к иным выводам, в рамках настоящего обособленного спора, ответчиками не представлено.

Относительно привлечения ФИО3 и ФИО11 к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве суд первой инстанции исходил из следующего.

29 января 2018 года обществом с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» с банковского вклада снято и переведено на расчетный счет 

<

***> руб. Указанной суммы было бы достаточно для полного удовлетворения требований независимых кредиторов, предъявленных в рамках настоящего дела.

В апреле-мае 2018 года, в то же время, когда обществом с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» было отчуждено недвижимое имущество в пользу ФИО5, обществом с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» были заключены договоры займа с ФИО3 и ФИО11, по которым в их пользу были переведены денежные средства в общей сумме 3760000 руб. с назначением платежа выдача займа. 

Указанной суммы было бы достаточно для погашения требований независимых кредиторов, предъявленных в рамках настоящего дела, а также существовавших на момент выдачи займов и не погашенных до сих пор (в частности, требования УФНС по Волгоградской области, ФИО6).

При этом, судом учтено, что ФИО3 является сыном бенефициара группы компаний «Диамант», в которую также входит и обществом с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов», а ФИО11 - женой ФИО3, что установлено постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 26 июня 2020 года № 12АП-2419/2020 по делу №А12-5421/2019, постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 18 марта 2020 года № Ф06-56927/2019 по делу №А12-5421/2019. 

Таким образом, как верно указал суд, денежные средства по договорам займа были выданы в пользу аффилированных лиц.

Сами по себе факты наличия семейных отношений между контролировавшим должника лицом и ФИО3 и ФИО11, не свидетельствуют о наличии оснований для возложения на них ответственности за соучастие в доведении до банкротства.

Однако имевшаяся в рассматриваемом деле совокупность этих фактов с учетом того, что ФИО3 и ФИО11, не могли не знать о том, что ФИО5 не была произведена оплата по договору купли-продажи недвижимого имущества № №18-ю от 18.04.2018, с учетом получения значительной части средств, которые должны были быть израсходованы в интересах должника, в том числе направлены на исполнение им обязанности по уплате долгов кредиторам, указывает на то, что действия ФИО3 и ФИО11 являлись согласованными, скоординированными, направленными на реализацию общего противоправного намерения.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришёл к верному выводу, что под видом выдачи займов, денежные средства со счета общества с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» были выведены в пользу аффилированных лиц, ближайших родственников бенефициара общества с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов». Указанные действия привели к невозможности удовлетворения требований независимых кредиторов должника, наряду с выводом недвижимого имущества, привели к объективному банкротству общества с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов».

Таким образом, совокупность вышеперечисленных обстоятельств свидетельствует о согласованности действий аффилированных лиц не с целью получения экономического эффекта в виде получения дохода для погашения задолженности перед кредиторами, в том числе и налоговым органом, а с целью вывода денежных средств и имущества, что является основанием для привлечения указанных аффилированных лиц к субсидиарной ответственности (постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2021 № 12АП-6231/2021 по делу № А12-1010/2021).

Доводы апеллянтов о частичном погашении задолженности по договорам займа подлежат отклонению, поскольку как верно указал суд первой инстанции, указанные погашения являлись незначительными по сравнению с общей суммой задолженности. Кроме того, после получения денежных средств от ФИО3 или ФИО11 общество с ограниченной ответственностью «Галерея Магазинов» сразу же перечисляло указанные денежные средства иным аффилированным лицам, что свидетельствует о транзитном характере перечислений внутри группы и отсутствии реальности экономических отношений, наличии цели уклонения от погашения задолженности перед независимыми кредиторами, в том числе перед бюджетом. 

То есть, фактически денежные средства обществу с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» не поступали, оставались под контролем ФИО3 и ФИО11, как ближайших родственников бенефициара группы. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что сделки по перечислению денежных средств ФИО3 и ФИО11 противоречат экономическим интересам ООО «Галерея магазинов», что является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472(4,5,7) по делу № А33-1677/2013).

В связи с вышеизложенным, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что обществом с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» были выданы займы в пользу ФИО3 и ФИО11 с целью вывода в их пользу денежных средств должника, что привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов и является в соответствии с п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Кроме того, судом также учтено, что в 2018 году из имущественной массы общества с ограниченной ответственностью «Галерея магазинов» в пользу другого аффилированного лица, КПК «Диамант», выведено более 15000000 руб., что свидетельствует о систематических действиях по выводу имущества должника с целью недопущения удовлетворения требований кредиторов.

ФИО3 и ФИО11 извлекли выгоду из незаконного вывода денежных средств ООО «Галерея магазинов», в связи с чем, они являются контролирующими ООО «Галерея магазинов» лицами на основании презумпции, закрепленной в пп. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, и подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

ФИО2, ФИО4, ФИО3 и ФИО11 являются аффилированными лицами, входят в одну группу «Диамант», бенефициаром которой является отец ФИО3

Суд первой инстанции, оценив представленные доказательства в их совокупности, пришел к обоснованному выводу, что в результате совместных и согласованных действий по выводу денежных средств и имущества ООО «Галерея магазинов» выгоду, в конечном счете, извлекла группа лиц, в которую входят ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО11 и ФИО5, в виду чего указанные лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Галерея магазинов».

Каких-либо доводов, основанных на доказательствах, которые имели бы правовое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы арбитражного суда первой инстанции, апелляционные жалобы не содержат.

Всем доводам, содержащимся в апелляционных жалобах, арбитражный суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку при разрешении спора по существу заявленных требований в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив все доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности, правовые основания для переоценки доказательств отсутствуют.

Согласно Постановлению Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года № 62 «О внесении дополнений в пункт 61.9 главы 12 Регламента арбитражных судов Российской Федерации» считается определенной практика применения законодательства по вопросам, разъяснения по которым содержатся в постановлениях Пленума и информационных письмах Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации».

В порядке пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации или статьей 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения возник спор, и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

По смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений, определив при этом, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, какие законы и иные нормативные правовые акты подлежат применению в конкретном спорном правоотношении (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2010 года № 8467/10, Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 марта 2013 года № ВАС-1877/13).

Представленные в материалы дела доказательства исследованы полно и всесторонне, оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, выводы, содержащиеся в решении, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, не установлено нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта.

При таких обстоятельствах, у арбитражного суда апелляционной инстанции не имеется правовых оснований для изменения или отмены состоявшегося по делу судебного акта в соответствии с положениями статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.         

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Волгоградской области от 03 июня 2022 года по делу  № А12-33562/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции, принявший решение.

 

ПредседательствующийН.А. Колесова

 

СудьиГ.М. Батыршина

 

Е.В. Романова