Арбитражный суд Пензенской области

Кирова ул.,  д.35/39,  Пенза г., 440026

тел.: +78412-52-99-97, факс: ++78412-55-36-96, Email: penza.info@ arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

г. Пенза            Дело № А49-2049/2020

 «01» июля 2021 г.                                                                

Резолютивная часть решения объявлена 29.06.2021г.

Полный текст решения изготовлен 01.07.2021г.

Арбитражный суд Пензенской области в составе  судьи Енгалычевой О.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дмитриевой Л.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ООО «Снабпром» (ОГРН1175835008360, ИНН5836682404) к ООО «СнабПромТехно» (ОГРН1135836003940, ИНН5836658440) 

о взыскании 3 000 000 руб.

при участии

от истца: ФИО1 – представитель по доверенности

от ответчика: ФИО2 – представитель по доверенности

                ФИО3 – представитель по доверенности

                ФИО4 – представитель по доверенности

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Снабпром» обратилось к обществу с ограниченной ответственностью «СнабпромТехно» с иском о взыскании задолженности в сумме 3 000 000 руб. по договору займа №17/03-3 от 17.03.2016г. Денежные средства были перечислены ответчику обществом с ограниченной ответственностью «Снабпром Инжиниринг» (исключено из ЕГРЮЛ 05.09.2018г. в связи с ликвидацией по решению суда) пл. поручениями  №44 от 18.03.2016г., №46 от 23.03.2016г. 

Право требования с ответчика возврата заёмных средств перешло истцу на основании договора цессии №05/06-4 от 05.06.2017г., заключённого с обществом «Снабпром Инжиниринг».

Ответчик иск не признал, заявляя о предъявлении иска на основании сфальсифицированного истцом договора цессии №05/06-4 от 05.06.2017г., что лишает истца права на удовлетворение иска. Не оспаривая факт получения от общества «Снабпром Инжиниринг» денежных средств в сумме 3 000 000 руб., ответчик признавал отсутствующим обязательство по возвращению истцу суммы 3 000 000 руб., так как общество «Снабпром Инжиниринг» до уступки спорного требования истцу  дало согласие на перевод спорного долга   на общество «Пром-Поставка».   В подтверждение перевода долга ответчик представил в материалы дела договор о переводе долга №090117/СПТ от 09.01.2017г.  и соглашение о зачёте взаимных требований от 31.01.2017г., согласно которому общество «Пром-Поставка» уменьшило свою задолженность перед истцом по договору займа на 301 843 руб. 96 коп. (л.д.89,91 т.1).

Истец заявил о фальсификации ответчиком договора о переводе долга №090117/СПТ от 09.01.2017г.  и соглашения о зачёте взаимных требований от 31.01.2017г.

В связи с заявленными сторонами ходатайствами о фальсификации доказательств, представленных в материалы дела, суд в соответствии со ст.161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предложил сторонам исключить доказательства из материалов дела. Истец подтвердил достоверность договора цессии №05/06-4 от 05.06.2017г., ответчик настаивал на достоверности договора о переводе долга №090117/СПТ от 09.01.2017г.  и соглашения о зачёте взаимных требований от 31.01.2017г.

Суд назначил судебные экспертизы для проверки представленных доказательств в порядке ст.161 АПК РФ. На период проведения судебных экспертиз производство по делу приостанавливалось.

Соглашение  о зачёте взаимных требований от 31.01.2017г. не было предметом оценки экспертов, так как подлинное соглашение суду сторонами не представлено. Соглашение оценено судом по правилам ст.71 АПК РФ наряду с другими доказательствами.

Общество «Снабпром Инжиниринг» (ИНН 

<

***>) и общество «Пром-Поставка» (ИНН6315002443) не были привлечены судом к участию в деле в связи с их ликвидацией до возбуждения производства по делу.

Рассмотрев материалы дела, выслушав пояснения представителей сторон, арбитражный суд установил: общество с ограниченной ответственностью «Снабпром Инжиниринг» платёжными поручениями от 18.03.2016г. №44, от 23.03.2016г. №46 перечислило обществу с ограниченной ответственностью «СнабПропТехно» сумму 3 000 000 руб. (л.д.21,22 т.1).  В назначении платежа, лицом, производившим перечисление денежных средств, был указан договор займа 17/03-З от 17.03.2016г. 

Право требования к ответчику о возврате суммы 3 000 000 руб. истец подтвердил договором цессии №05/-6-4 от 05.06.2017г., заключённым с ООО «Снабпром Инжиниринг» (л.д.20 т.1). Цедент уступил цессионарию право на получение с ответчика суммы 3 000 000 руб., перечисленной пл. поручениями от 18.03.2016г. №44, от 23.03.2016г. №46, ссылка на договор займа 17/03-З от 17.03.2016г. в договоре цессии отсутствовала.

Договор займа 17/03-З от 17.03.2016г. ни одной из сторон не был предоставлен в материалы дела, в связи с чем, истец первоначально предъявил требование к ответчику о возврате неосновательно удерживаемой суммы в соответствии со ст.1102 Гражданского кодекса Российской Федерации. Ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности для защиты нарушенного права.

В период рассмотрения дела ответчик представил дополнительные доказательства: договор перевода долга №090117/СПТ от 09.01.2017г. по договору займа от 17.03.2016г. №17-03-З на сумму 3 000 000 руб., заключённый с  обществом с ограниченной ответственностью «Пром-Поставка», долг переведён на иное лицо с согласия кредитора, о чём на договоре имеется подпись  директора «Снабпром Инжиниринг» ФИО5;  соглашение о зачёте взаимных требований от 31.01.2017г., заключённое обществом «Снабпром Инжиниринг» и обществом «Пром-Поставка», по которому истец  зачёл в счёт исполнения обязательства по договору займа сумму 301 843,96 коп.

Истец, основываясь на представленных ответчиком в дело доказательствах, изменил предмет исковых требований и просил взыскать с ответчика сумму 3 000 000  руб. как долг по договору займа. Условия предоставления заёмный средств установить не представилось возможным в связи с отсутствием в материалах дела текста договора займа, в связи с чем, истец предъявил требование о возврате заёмных средств, срок возврата которых не установлен или определён моментом востребования (ст.810 ГК РФ). Истец заявил требование о возврате заёмных средств и сообщил о перемене лиц в обязательстве в уведомлении от 05.11.2019г. (л.д.23 т.1). 

Одновременно   истец заявил о фальсификации договора перевода долга, оспаривая подпись генерального директора ООО «Снабпром Инжиниринг» ФИО5, проставленную на договоре.

Ответчик представил суду подлинный договор перевода долга, сообщив об отсутствии подлинного соглашения о зачёте требований между ООО «Снабпром Инжиниринг» и ООО «Пром-Поставка», участником которого ответчик не являлся. Учитывая месторасположение подписи ФИО5 в нижнем левом углу договора перевода долга ближе к кромке листа, подпись была повреждена (прокол в начальной букве подписи) при сшивании документов, прямой умысел в повреждении подлинного документа судом не установлен. 

Суд счёл возможным предоставить судебному эксперту повреждённый документ. Предметом исследования эксперта была подпись ФИО5,  принадлежность которой оспаривалась ФИО5, давность составления договора перевода долга истцом не оспаривалась, в связи с чем, техническое исследование договора перевода долга не проводилось.

Судебный эксперт  Саратовской ЛСЭ ФИО6, проводивший экспертизу подписи ФИО5  на договоре перевода долга согласно определению суда от 21.07.2020г.,  в заключении от 18.08.2020г. указал, что отверстие от брошюровки повредило начальную часть подписи, данное обстоятельство не позволяло проанализировать в полном объёме признаки подписного почерка исполнителя. В то же время экспертом сделан вывод о неприменении  технических средств и приёмов при выполнении подписи, оценил подпись как чёткую, краткую, с высокой степенью (л.д.12 т.2). Экспертом установлены некоторые различия в исполнении подписи, однако в совокупности выявленные различия были недостаточны для однозначного вывода  о том, что исследуемая подпись выполнена не ФИО5, а иным лицом.

Ответчик сообщил суду о назначении  следственными органами почерковедческой  экспертизы договора перевода долга в связи с проведением следственных действий в отношении гражданина ФИО5 

По запросу суда  Управление МВД по Пензенской области представило копию заключения эксперта ФБУ ЛСЭ Минюста РФ ФИО7 от 10.06.2020 №1123/3-5. Экспертом, предупреждённым об уголовной ответственности, был сделан вывод о принадлежности подписи на договоре перевода долга от 09.01.2017г.  ФИО5. Заключение эксперта основано на исследовании электрографической копии договора, выполненной  до его повреждения посредством брошюрования. Верховный Суд РФ в определении от 14.03.2017 №20-КГ16-21 подтвердил возможность проведения почерковедческой экспертизы по копии документа. Вопросы о достаточности и пригодности предоставленных для исследования образцов, методике проведения экспертизы было разрешено лицом, проводившим экспертизу.

В судебном заседании 21.07.2020г. была допрошена эксперт ФИО7, которая подтвердила выводы, изложенные в заключении от 10.06.2020 №1123/3-5, признала достаточным для вывода эксперта документов, в качестве свободных образцов представленных сторонами в материалы уголовного дела. 

В соответствии с п.13 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" заключение эксперта ФИО7 признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства по делу в соответствии со статьей 89 АПК РФ.

Согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 АПК РФ заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами. 

Учитывая, что заключение судебной экспертизы, подготовленное экспертом ФИО6, и заключение эксперта ФИО7 выполнено квалифицированными экспертами-почерковедами  Государственных бюджетных учреждений «Лаборатория судебной экспертизы» при Минюсте РФ, суд признаёт возможным оценить заключения в совокупности, как письменные доказательства по делу.

С учётом отсутствия утвердительного вывода судебного эксперта  об учинении подписи на договоре перевода долга не ФИО5, а иным лицом, при одновременном подтверждении судебным экспертом неприменения  технических средств и приёмов при выполнении подписи; учитывая исследования специалистом ФИО7 полной подписи ФИО5 на договоре перевода долга и подтверждённый вывод о принадлежности подписи  ФИО5, суд не нашёл оснований для признания договора перевода долга сфальсифицированным доказательством. Оценка доказательства нашла отражение при рассмотрении заявления о фальсификации 07.10.2020г. (в протоколе судебного заседания от 07.10.2020г. допущена описка в наименовании оценённого судом доказательства: следовало указать договор перевода долга №090117/СПТ от 09.01.2017г., так как о фальсификации договора цессии заявил ответчик и только 23.10.2020).

23.10.2020г. ответчик, в свою очередь, заявил о фальсификации истцом договора цессии, положенного в основу предъявления настоящего иска обществом «Снабпром».

Судом назначена техническая экспертиза давности составления договора цессии №05/06-4 от 05.06.2017г., учитывая, что подпись лиц подписавших договор сторонами дела не оспорена.

В заключении от 04.03.2021г. эксперты ФБУ «Пензенская лаборатория судебной экспертизы» Минюста РФ ФИО8 и ФИО9 сделали вывод о том, что оттиск печати ООО «Снабпром Инжиниринг»  проставлен на договоре после декабря 2018 года. 

При рассмотрении заявления о фальсификации доказательства указанный вывод эксперта является значимым, учитывая, что общество с ограниченной ответственностью «Снабпром Инжиниринг»  было исключено из ЕГРЮЛ в связи с ликвидацией 05.09.2018г. и применение печати указанного юридического лица после указанной даты не являлось легитимным.

Кроме того, истец подтвердил, что ФИО5 и ФИО10, подписавшая договор цессии со стороны общества «Снабпром Инжиниринг» являются близкими родственниками. Договор цессии датирован  05.06.2017г., т.е. заключён в период подозрительности, так как 16.06.2017г. в отношении общества «Снабпром Инжиниринг» возбуждено дело о банкротстве №А49-7470/2017. 

По заявлению сторон, арбитражный управляющий ООО общества «Снабпром Инжиниринг» не оспаривал договор цессии от 05.06.2017г, как сделку, совершённую в период подозрительности, не предъявлял требований  о возврате денежных средств обществу  «СнабпромТехно».  По мнению ответчика, не совершение указанных правовых действий со стороны арбитражного управляющего является косвенным доказательством отсутствия спорной задолженности ответчика перед истцом в размере 3 000 000 руб. в связи с переводом указанного долга на общество «Пром-Поставка» ещё в январе 2017 года (ликвидировано 19.11.2019г.).

Истец отрицал наличие каких-либо правоотношений с обществом «пром-поставка». В доказательство  существования  между истцом и обществом «Пром-Поставка» договорных отношений, что подтверждало осведомлённость истца о наличии такого контрагента при заключении сделки перевода долга, ответчик представил договор поставки №2 от 03.06.2015г., заключённый истцом и обществом «Пром-Поставка», товарные накладные, выписку с лицевого счёта в подтверждение взаиморасчётов истца и общества «Пром-Поставка». Из протокола очной ставки от 02.06.2020г.  между ФИО5 и ФИО11 (лицами, подписавшими договор перевода долга), представленного в материалы дела истцом, со слов ФИО11 следовало, что инициатором заключения договора перевода долга являлся именно ФИО5, предоставивший для подписания договор перевода долга (т.3).

Согласно решению от 27.12.2016г. единственного участника общества «Снабпром Инжиниринг» ФИО5  (л.д.29 т.1) общество «Снабпром» было выделено из общества «Снабпром Инжиниринг». Истец в судебных заседаниях подтверждал, что при выделении право на возврат заёмных средств  с ответчика в сумме 3 000 000 руб. к истцу не перешло. Пояснения о необходимости заключения истцом и обществом «Снабпром Инжиниринг» договора цессии вскоре после утверждения разделительного баланса организаций, где указанная сделка могла быть учтена при разделении активов, истец суду не дал.

Совокупная оценка обстоятельств, доказательств, представленных в дело, свидетельствует о том, что договор цессии №05/06-4 был заключён не 05.06.2017г., а в более поздний период – после ликвидации общества «Снабпром Инжиниринг», являвшегося цедентом по договору, оценивается судом как недействительный в связи с фальсификацией, и подлежит исключению из числа доказательств. К истцу не перешло право требования долга с ответчика по договору займа. Суд усматривает со стороны истца злоупотребление правом, которое не подлежит судебной защите в соответствии со ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковые требования не подлежат удовлетворению в соответствии со ст.ст.10,309, 807 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судебные расходы по делу, включая расходы на проведение судебных экспертиз, подлежат отнесению на истца в соответствии со ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

1. В иске отказать, судебные расходы по  делу отнести на истца.

2. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СНАБПРОМ» в пользу общества с ограниченной ответственностью «СнабПромТехно» расходы на проведение экспертизы в сумме 33 800 руб.

3.Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СНАБПРОМ» в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 38 000 руб.

4. Бухгалтерии арбитражного суда произвести перечисление с депозитного счёта арбитражного суда Государственному бюджетному учреждению Саратовская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации за проведение почерковедческой экспертизы сумму 11 600 руб., обществу с ограниченной ответственностью «СнабПромТехно» сумму 400 руб.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Пензенской области в течение одного месяца со дня изготовления решения в полном объеме.

          Судья                                                                       О.А. Енгалычева