ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

644024, 

<

...> Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А46-13388/2020

29 августа 2025 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 августа 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 29 августа 2025 года. 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Самович Е.А., судей Губиной М.А., Дубок О.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Титовой А.А.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-4444/2025) финансового управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Омской области от 26.02.2025 по делу № А46-13388/2020 (судья Храмцов К.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО1 о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности,  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: г. Омск, ИНН 

<

***>; СНИЛС 

<

***>), при участии в судебном заседании:  

финансовый управляющий ФИО1 посредством системы веб- конференции – лично (паспорт),  

от общества с ограниченной ответственностью «Арбитръ» – директор ФИО3 (паспорт, выписка из Единого государственного реестра юридических лиц от 29.07.2025),  

от ФИО2 – представитель ФИО4 (паспорт, доверенность № 55АА3042228 от 13.03.2023 сроком действия по 13.03.2028),  

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «АРБИТРЪ» (далее – ООО «АРБИТРЪ») обратилось в Арбитражный суд Омской области с заявлением к ФИО2 (далее – должник) о признании его несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Омской области от 10.09.2020 указанное заявление принято к производству, возбуждено производство по делу № А46-13388/2020, назначено судебное заседания по проверке обоснованности заявления.  

Определением Арбитражного суда Омской области от 23.12.2020 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации, финансовым управляющим утвержден ФИО1.  

Решением Арбитражного суда Омской области от 13.09.2021 (резолютивная часть объявлена 06.09.2021) ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО1.  

11.12.2023 (дата регистрации судом – 13.12.2023) финансовый управляющий имуществом ФИО2 ФИО1 обратился в Арбитражный суд Омской области с заявлением со следующими требованиями:  

– признать договор купли-продажи от 23.07.2013, подписанный между ФИО5 (покупатель) и обществом с ограниченной ответственностью Торгово – оптовая фирма «Электроинструмент» (далее – ООО ТОФ «Электроинструмент») в лице конкурсного управляющего ФИО6 (продавец) притворной сделкой, фактически прикрывающей договор купли-продажи между ФИО2 как покупателем и обществом с ограниченной ответственностью ООО ТОФ «Электроинструмент» как продавцом; применить последствия недействительности ничтожной сделки, признать ФИО2 собственником магазина по адресу: 

<

...>, назначение: нежилое помещение, общей площадью 286 кв. м., номера на поэтажном плане: 1П: 1-13. Этаж: 1, Литер: АА1;  

– признать действия по оформлению права собственности на 100% доли в обществе с ограниченной ответственностью «Победа» (ИНН 

<

***>, далее – ООО «Победа») на имя номинального лица ФИО7 притворной сделкой (договором держания), прикрывающей фактическое приобретение права собственности на эту долю ФИО2; применить последствия недействительности ничтожной сделки, признать ФИО2 собственником 100% долей в уставном капитале ООО «Победа» (ИНН 

<

***>);  

– признать договор купли-продажи от 16.09.2013, подписанный между ООО «Победа» (покупатель) и ООО ТОФ «Электроинструмент» в лице конкурсного управляющего ФИО6 (продавец) притворной сделкой; применить последствия ничтожной сделки в виде признания ФИО2 собственником магазина: нежилого помещения 3П, номера на поэтажном плане 1-15, общей площадью 355 кв. м, находящегося на цокольном этаже дома по адресу 

<

...> Октября, д. 10, корпус 3;  

– признать действия по оформления права собственности на 100% долей в обществе с ограниченной ответственностью Торгово – оптовая фирма «Инструмент» (ИНН 

<

***>, далее – ООО ТОФ «Инструмент») на имя номинального лица ФИО8 притворной сделкой (договором держания), прикрывающей фактическое приобретение права собственности на эту долю ФИО2; применить последствия недействительности ничтожной сделки в виде признания ФИО2 собственником 100% долей в уставном капитале ООО ТОФ «Инструмент» (ИНН 

<

***>).  

Определением Арбитражного суда Омской области от 22.01.2024 заявление принято к производству арбитражного суда, назначено судебное заседание по его рассмотрению.  

Определением Арбитражного суда Омской области от 19.03.2024 к участию в обособленном споре в качестве соответчика привлечен ФИО9.  

Определением Арбитражного суда Омской области от 28.05.2024 к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области (далее – Управление Росреестра по Омской области), Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 12 по Омской области (далее – Межрайонная ИФНС России № 12 по Омской области).  

Определением Арбитражного суда Омской области от 02.07.2024 к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего  

самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО10.  

Определением Арбитражного суда Омской области от 23.07.2024 ФИО10 привлечена к участию в настоящем обособленном споре в качестве соответчика.  

05.11.2024 в материалы дела от ФИО11 поступило ходатайство о вступлении в настоящий обособленный спор в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требований относительно предмета спора.  

Определением Арбитражного суда Омской области от 05.11.2024 ФИО11 привлечен к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.  

Финансовым управляющим на основании части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) заявлено об уточнении требований, испрошено:  

– признать договор купли-продажи от 23.07.2013, подписанный между ФИО5 (покупатель) и ООО ТОФ «Электроинструмент» в лице конкурсного управляющего ФИО6 (продавец), а также договор купли – продажи от 21.04.2021, подписанный между ФИО5 (продавцом) и ФИО10 (покупатель), притворной сделкой (цепочкой сделок), фактически прикрывающих договор купли-продажи между ФИО2 как покупателем и ООО ТОФ «Электроинструмент» как продавцом; применить последствия недействительности ничтожной сделки, признать ФИО2 собственником магазина по адресу: 

<

...>, назначение: нежилое помещение, общей площадью 286 кв. м., номера на поэтажном плане: 1П: 1-13. Этаж: 1, Литер: АА1;  

– признать действия по оформлению права собственности на 100% доли в ООО «Победа» (ИНН 

<

***>) на имя номинальных лиц ФИО7, а в последующем на имя ФИО9 притворными сделками (договором держания), прикрывающими фактическое приобретение права собственности на эту долю ФИО2; применить последствия недействительности ничтожной сделки, признать ФИО2 собственником 100% долей в уставном капитале ООО «Победа» (ИНН 

<

***>);  

– признать договор купли-продажи от 16.09.2013, подписанный между ООО «Победа» (покупатель) и ООО ТОФ «Электроинструмент» в лице конкурсного управляющего ФИО6 (продавец) притворной сделкой, фактически прикрывающих договор купли-продажи между ФИО2 как покупателем и ООО ТОФ «Электроинструмент» как продавцом; применить последствия ничтожной сделки в виде признания ФИО2 собственником магазина: нежилого помещения 3П, номера на поэтажном плане 1-15, общей площадью 355 кв. м, находящегося на цокольном этаже дома по адресу 

<

...> Октября, д. 10, корпус 3;  

– признать действия по оформления права собственности на 100% долей в ООО ТОФ «Инструмент» (ИНН 

<

***>) на имя номинального лица ФИО8, притворной сделкой (договором держания), прикрывающей фактическое приобретение права собственности на эту долю ФИО2; применить последствия недействительности ничтожной сделки в виде признания ФИО2 собственником 100% долей в уставном капитале ООО ТОФ «Инструмент» (ИНН 

<

***>).  

Уточнённое заявление судом, не усмотревшим к тому препятствий, предусмотренных частью 5 статьи 49 АПК РФ, принято.  

Определением Арбитражного суда Омской области от 26.02.2025 в удовлетворении заваленных требований отказано полностью.  

Несогласие с указанным судебным актом обусловило обращение финансового управляющего ФИО1 в Восьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой он просил определение Арбитражного суда Омской области от 26.02.2025 по делу № А46-13388/2020 отменить полностью и вынести новый судебный акт, которым требования удовлетворить.  

В обоснование апелляционной жалобы её подателем указано, что суд первой инстанции неверно применил положения закона, касающиеся сроков исковой давности.  

Кроме того, по мнению апеллянта, судом не дана оценка доказательствам и обстоятельствам, указывающим на притворность сделок, заключенных между ФИО7 и ФИО9 и между ФИО5 и ФИО10  

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2025 данная апелляционная жалоба принята к производству, назначена к рассмотрению в судебном заседании суда апелляционной инстанции на 29.07.2025.  

В судебном заседании общество с ограниченной ответственностью «Арбитръ» (далее – ООО «Арбитръ») ходатайствовало о приобщении к материалам дела схем:  

– схемы 1 «Непрерывное сохранение права собственности при внешней смене номинальных владельцев»;  

– схемы 2 «Непрерывное сохранение права собственности ФИО2 на помещения по адресу: 

<

...> при внешней смене номинальных владельцев»;  

– схема 3 «Непрерывное сохранение права собственности на долю в ООО «Победа» при внешней смене номинальных владельцев»;  

– схема 4 «Непрерывное сохранение права собственности на долю в ООО ТОФ «Инструмент» при внешней смене номинальных владельцев».  

Указанные документы приобщены к материалам обособленного спора. 

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2025 на основании части 5 статьи 158 АПК РФ рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 18.08.2025.  

В судебном заседании финансовый управляющий ФИО1 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, счёл определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.  

ООО «Арбитръ» даны пояснения по существу обособленного спора, поддержана позиция финансового управляющего.  

ФИО2 просил оставить определение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, считая определение суда первой инстанции законным и обоснованным.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 АПК РФ о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.  

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ, рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся представителей участвующих в деле лиц.  

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Омской области от 26.02.2025 по настоящему делу проверены в порядке статей 266, 268 АПК РФ.  

Повторно исследовав материалы обособленного спора в пределах доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции.  

В обоснование заявления финансовый управляющий указал, что в период с 2011 по 2021 годы должник и ряд аффилированных по отношению к нему лиц совершили  

действия, которые законодательство о несостоятельности (банкротстве) относит к основаниям для признания сделок недействительными.  

Так, определением Арбитражного суда Омской области от 04.04.2014 по делу № А46-12537/2011 ФИО8 (брат должника) привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО ТОФ «Электроинструмент», в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 судом отказано. Кроме того приговором Куйбышевского районного суда г. Омска от 17.10.2013 по делу № 1-213/2013 ФИО8 признан виновным в совершении мошеннических действий и уклонении от уплаты налогов.  

Прибыль от совершения незаконных действий, активы, товарные запасы, хозяйственные схемы и прочее были переданы формально невзаимосвязанным, но подконтрольным должнику лицам, а именно: ФИО5 (находится в отношениях свойства с должником), ФИО8 (дочь должника), ООО «Победа» (ИНН 

<

***>) и ООО «ТОФ «Инструмент».  

В 2011-2012 годах в ходе процедур наблюдения и конкурсного производства в отношении ООО «ТОФ «Электроинструмент» должник и ФИО8 безвозмездно перевели все товарные запасы фирмы в размере не менее 25 000 000 руб. в собственность ООО «Победа». В 2016 году бизнес был переведен на ООО «ТОФ «Инструмент», директором и единоличным участником которого является дочь должника.  

Таким образом, с 2012 года должник совершил ряд сделок, направленных на сокрытие имущества от обращения на него взыскания:  

1) учреждение ООО «Победа» в 2008 году подконтрольным должнику лицом – ФИО7, работающей у последнего бухгалтером, назначение должника 23.10.2012 директором общества;  

2) перевод в 2012 году движимого имущества ООО «ТОФ «Электроинструмент» во владение общества с ограниченной ответственностью «Инструмент-Комплект», а затем ООО «Победа»;  

3) приобретение 23.07.2013 на имя ФИО5 у ООО «ТОФ «Электроинструмент» магазина, расположенного по адресу: 

<

...>;  

4) предоставление ФИО5 указанного выше помещения в залог закрытому акционерному обществу Коммерческий банк «Мираф-Банк» (далее – ЗАО КБ «Мираф Банк») в обеспечение получаемого ООО «Победа» целевого кредита, выданного 23.10.2013;  

5) приобретение в 2013 году ООО «Победа» у ООО «ТОФ «Электроинструмент» магазина, расположенного по адресу: 

<

...> Октября, д. 10, корп. 2;  

6) перевод торговой деятельности с ООО «Победа» на ООО «ТОФ «Инструмент».  

На основании вышеизложенного финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с указанными требованиями.  

Судом первой инстанции установлены следующие обстоятельства. 

Как следует из заявления финансового управляющего имущество, а именно нежилые помещения (магазины), расположенные по адресам: 

<

...>; 

<

...> Октября, д. 10, корп. 3, были получены ответчиками за счет должника в результате совершения цепочки притворных сделок.  

В соответствии с решением № 1 учредителя ООО «Победа» от 19.12.2008, ФИО7 принято решение о создании общества, формировании уставного капитала в размере 10 000 руб., утверждении устава общества, назначении директором общества ФИО7  

23.12.2008 ФИО7 в регистрирующий орган подано заявление по форме № Р11001 о государственной регистрации юридического лица при создании.  

30.12.2008 ООО «Победа» зарегистрировано в качестве юридического лица. 

В последующем, единственным участником ООО «Победа» ФИО7 принимались решения об избрании единоличного исполнительного органа общества и досрочном прекращении его полномочий:  

– решением б/н от 16.10.2012 обязанности директора ООО «Победа» возложены на ФИО2;  

– решением № 2 от 14.12.2022 ФИО2 освобожден от занимаемой должности директора общества, директором общества назначен ФИО9  

14.12.2022 и 29.08.2023 в регистрирующий орган ООО «Победа» представлены заявления по форме № Р13014 (соответственно вх. № 26529А и вх. № 12297А), которые имели своими последствиями внесение в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в указанном реестре, а именно: о лице, имеющим право без доверенности действовать от имени юридического лица, и об участнике – физическом лице соответственно.  

В соответствии со сведениями ЕГРЮЛ в настоящее время директором и единственным участником ООО «Победа» является ФИО9 (регистрационные записи № 2225500748097 от 21.12.2022, № 2235500301452 от 05.09.2023 соответственно).  

В соответствии с решением № 1 единственного учредителя ООО «ТОФ «Инструмент» от 09.06.2016 ФИО8 принято решение о создании общества, утверждении устава общества, формировании уставного капитала в размере 10 000 руб., назначении директором общества ФИО8  

17.06.2016 в регистрирующий орган подано заявление по форме № Р11001 о государственной регистрации юридического лица при создании.  

22.06.2016 ООО «ТОФ «Инструмент» зарегистрировано в качестве юридического лица.  

В соответствии со сведениями ЕГРЮЛ в настоящее время директором и единственным участником ООО «ТОФ «Инструмент» является ФИО8  

В соответствии договором купли-продажи от 23.07.2013, заключенным между конкурсным управляющим «ТОФ «Электроинструмент» (продавец) и ФИО5 (покупатель), последний на основании результатов открытого аукциона с открытой формой подачи предложений по цене имущества приобрел магазин: встроенно – пристроенные нежилые помещения, номера на поэтажном плане 1П:1-13, общей площадью 286 кв. м, находящиеся на первой этаже семиэтажного жилого дома, литера АА1, расположенного по адресу: 

<

...>. Стоимость недвижимого имущества, составляющего предмет настоящего договора, составляет 13 986 000 руб. Задаток в размере 666 000 руб., оплаченный покупателем, засчитывается в счет оплаты имущества. За вычетом суммы задатка покупатель обязан уплатить продавцу 13 320 000 руб. Оплата производится в течение 30 дней с момента подписания настоящего договора путем перечисления на счет продавца, указанный в настоящем договоре (пункты 1.1.1.2, 1.3, 2.1, 2.2, 2.3 договора).  

По акту приема-передачи от 02.09.2013 к договору купли-продажи б/н от 23.07.2013 вышеуказанные нежилые помещения переданы покупателю.  

20.09.2013 произведена государственная регистрация перехода права собственности к покупателю по договору.  

В последующем между ФИО5 (продавец, сторона 1) и ФИО10 (покупатель, сторона 2) заключен договор купли-продажи от 21.04.2021, по условиям которого сторона 1 продала, а сторона 2 купила магазин – нежилое помещение, кадастровый номер 55:36:090107:3608, номера на поэтажном плане 1П:1-13, общей площадью 286 кв. м, этаж 1, литер: АА1, расположенное по адресу: г. Омск,  

ул. М. Жукова, 6. Цена приобретаемого стороной 2 недвижимого имущества составила 14 000 000 руб. (пункты 1-3 договора).  

По акту приема-передачи от 21.04.2021 вышеуказанное недвижимое имущество передано покупателю.  

23.04.2021 произведена государственная регистрация перехода права собственности к покупателю по договору.  

В соответствии с договором купли-продажи (в рамках торгов в электронной форме по продаже имущества ООО «ТОФ «Электроинструмент», назначенных на 12.09.2013) от 16.09.2013 ООО «Победа» (покупатель) приобрело у ООО «ТОФ «Электроинструмент» объект недвижимого имущества: нежилое помещение № 3П, площадью 355 кв. м, литера А, номера на поэтажном плане 1-15, расположенное на цокольном этаже по адресу: 

<

...> Октября, д. 10, корп. 3 (имущество находится в залоге у ЗАО «Банк Интеза»). Цена имущества определена по итогам торгов, назначенных на 12.09.2013 (протокол № СИС-613/1 от 12.09.2013). Внесенный покупателем задаток в сумме 711 500 руб. засчитывается в счет оплаты имущества. Покупатель обязуется оплатить цену имущества в течение 30 дней со дня подписания настоящего договора по реквизитам, указанным в настоящем договоре (пункты 1,2 договора).  

По акту приема-передачи от 12.11.2013 к договору купли-продажи б/н от 16.09.2013 вышеуказанное нежилое помещение передано покупателю.  

29.11.2023 произведена государственная регистрация перехода права собственности к покупателю по договору.  

ФИО2 в указанной сделке указан как директор ООО «Победа», действовал при заключении договора от имени и в интересах общества, право собственности возникло непосредственно у ООО «Победа».  

Как следует из материалов дела, магазин, расположенный по адресу: 

<

...> Октября, д. 10, корп. 3, приобретен ООО «Победа» за счет средств, полученных по кредитному договору с ЗАО КБ «Мираф Банк» в размере 10 000 000 руб.  

Заявитель свои требования обосновывает аффилированностью всех лиц, участвовавших в цепочке сделок, целью которых являлось сохранение активов ФИО2, прикрытое формальной регистрацией на иных подконтрольных ему лиц.  

Как указывает финансовый управляющий, родные братья ФИО8 и ФИО2 являлись учредителями ООО ТОФ «Электроинструмент» с размером долей 20 % и 80 % соответственно. За ООО ТОФ «Электроинструмент» было зарегистрировано два объекта недвижимости – нежилые помещения, расположенные по адресам: 

<

...> лет Октября, д. 10/3.  

По результатам проведения выездной налоговой проверки подразделением Федеральной налоговой службы выявлены факты нарушения законодательства о налогах и сборах, отраженные в акте выездной налоговой проверки № 16-09/89дсп от 09.12.2010.  

Определением Арбитражного суда Омской области от 14.02.2012 по делу № А46-12537/2011 в отношении ООО ТОФ «Электроинструмент» введена процедура наблюдения, в третью очередь требований кредиторов установлены требования Федеральной налоговой службы в размере 40 938 708 руб. 17 коп.  

В ходе процедуры банкротства ООО ТОФ «Электроинструмент» нежилые помещения, расположенные по адресам: 

<

...> лет Октября, д. 10/3, реализованы с публичных торгов.  

Как указано финансовым управляющим, ФИО2 принято решение выкупить указанные объекты недвижимости.  

По мнению апеллянта, в результате согласованных действий ФИО8 и ФИО2, нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>, было приобретено номинальным собственником ФИО5, не имевшим собственных денежных средств для покупки, за счет: денежных средств в размере 10 000 000 руб., полученных ФИО2 по договору займа от 01.11.2012 у ФИО12; денежных средств в размере 2 500 000 руб., полученных ФИО8 по договору цессии от 21.08.2013 от ООО «Арбитръ» за уступку права требования ООО ТОФ «Электроинструмент» задолженности в размере 9 666 115 руб. 62 коп. к ФИО2, ФИО13, ФИО14, ФИО15; полученных ФИО2; денежных средств в размере 2 000 000 руб., полученных ФИО2 по договору займа у ФИО16. Указанные денежные средства в общем размере 13 986 000 руб. переданы ФИО2 ФИО5 с целью оплаты последним покупной цены по договору купли-продажи от 23.07.2013.  

Последующее отчуждение указанного объекта недвижимости другому номинальному собственнику, формально не являющемуся аффилированным по отношению к должнику, – ФИО10, по мнению финансового управляющего, совершенно с целью затруднить исполнение судебного акта, обезопасить имущество от возможного обращения на него взыскания.  

Относительно нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...> Октября, д. 10/3, финансовый управляющий счёл, что для приобретения указанного помещения ФИО2 (на тот момент являющимся директором ООО «Победа») произведены переговоры с ЗАО КБ «Мираф-Банк» о предоставлении кредита с целью выкупа магазина. В соответствии с кредитным договором 

<

***> от 23.10.2013 ЗАО КБ «Мираф-Банк» предоставил ООО «Победа» кредит в размере 10 000 000 руб. для приобретения помещения, при этом в соответствии с договором ипотеки от 23.10.2013 ФИО5 в обеспечение исполнения обязательств ООО «Победа» по кредитному договору предоставлено в залог нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>. С учетом изложенного, финансовый управляющий предположил, что участие в торгах ООО «Победа» принимало еще до регистрации перехода права собственности на первый магазин к ФИО5, заведомо зная, что этот первый магазин будет предоставлен в качестве залога для обеспечения исполнения кредитного обязательства по предоставлению денежных средств на приобретение второго магазина.  

Судом первой инстанции сделки по последовательному отчуждению объектов недвижимости – нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...>, и нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...> Октября, д. 10/3, проанализированы (с учётом соответствующего заявления (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)) на предмет пропуска заявителем срока исковой давности.  

В частности, судом сделан вывод о том, что на дату обращения финансового управляющего в арбитражный суд с настоящими требованиями (11.12.2023) им пропущен десятилетний срок исковой давности (пункт 1 статьи 181 ГК РФ в ред. Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ), что является в соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления о признании недействительными:  

– договора купли-продажи от 23.07.2013, заключенного между ФИО5 и ООО «ТОФ «Электроинструмент»;  

– договора купли-продажи от 16.09.2013, заключенного между ООО «Победа» и ООО «ТОФ «Электроинструмент».  

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для иных выводов применительно к указанному ввиду следующего.  

Поскольку по части оспариваемых сделок отчуждено недвижимое имущество, право собственности на которое подлежит государственной регистрации (пункт 2 статьи 8.1 ГК РФ), для целей применения положений о недействительности сделок необходимо принимать во внимание не дату подписания соглашения, по которому стороны обязались осуществить передачу имущества, а дату перехода права собственности (определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2018 № 07-ЭС18-1843, от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721(4), от 19.06.2017 № 303-ЭС17-7042).  

Так как первоначальные сделки об отчуждении нежилых помещений совершены 23.07.2013, 16.09.2013 (даты заключения договоров купли-продажи), 20.09.2013, 29.11.2013 (даты государственной регистрации перехода права собственности), они могут быть оспорены только в соответствии с ГК РФ (пункт 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63).  

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.  

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.  

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, установленных Федеральным законом от 6 марта 2006 года № 35-ФЗ «О противодействии терроризму» (пункты 1, 2 статьи 196 ГК РФ).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.  

Следует отметить, что Федеральным законом от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» в ГК РФ были внесены изменения, пункт 1 статьи 181 данного Кодекса изложен в новой редакции, согласно которой срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года; течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения; при этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.  

В пункте 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) разъяснено, что положения ГК РФ об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ применяются к сделкам, совершенным после дня вступления его в силу, то есть после 01.09.2013 (пункт 6 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ).  

Наряду с этим пункт 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ содержит переходные положения, касающиеся правил исчисления и применения новых сроков исковой давности, согласно которым сроки исковой давности и правила их исчисления, в том числе установленные статьей 181 ГК РФ, применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года.  

По требованию о признании недействительными сделок, оформленных договорами от 23.07.2013 и 16.09.2013, регистрация перехода права собственности по которым состоялась соответственно 20.09.2013 и 29.11.2013, срок исковой давности, исчисленный по правилам ГК РФ в редакции, действовавшей на момент заключения сделок, к 01.09.2013 не истек.  

Следовательно, при разрешении настоящего спора судом первой инстанции правомерно применена новая редакция пункта 1 статьи 181 ГК РФ (в ред. Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ).  

Таким образом, срок исковой давности по требованиям о признании недействительными сделками договора купли-продажи от 23.07.2013, подписанного между ФИО5 и ООО ТОФ «Электроинструмент», и договора купли-продажи от 16.09.2013, подписанного между ООО «Победа» (покупатель) и ООО ТОФ «Электроинструмент», действительно пропущен.  

Довод подателя жалобы об охваченности первоначальных и последующих сделок единым умыслом подлежит отклонению ввиду существенной отдалённости таковых во времени. Из материалов дела не усматривается, что при заключении договоров купли-продажи в 2013 году у сторон настоящего спора имелось намерение заключения последующих договоров купли-продажи в 2017 и в 2021 годах с целью прикрытия фактического владения этим имуществом должником.  

Судебная коллегия также солидарна с критической оценкой судом первой инстанции доводов финансового управляющего и конкурсного кредитора ООО «Арбитръ», ссылающихся на материалы судебной практики, о неприменении срока исковой давности к лицам, злоупотребляющим своими правами (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 17912/09 от 08.09.2011 по делу № А54-5153/2008-С16, постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа по делу № А63-420/2005-С2, постановление Президиума Верховного Суда Российской Федерации по делу № А43-25745/2013 от 28.09.2016), поскольку в настоящем обособленном споре обстоятельства, аналогичные установленным в поименованных делах, не доказаны.  

Также обоснованно отклонён довод финансового управляющего и конкурсного кредитора ООО «Арбитръ» о возможности применения к сроку исковой данности правил статьи 204 ГК РФ в связи с обращением финансового управляющего с заявлением к ФИО5, ФИО8, ООО «Победа» и ООО «ТОФ «Инструмент» о взыскании убытков.  

В соответствии с пунктами 1, 2, 3 статьи 204 ГК РФ срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права. При оставлении судом иска без рассмотрения течение срока исковой давности, начавшееся до предъявления иска, продолжается в общем порядке, если иное не вытекает из оснований, по которым осуществление судебной защиты права прекращено. Если судом оставлен без рассмотрения иск, предъявленный в уголовном деле, начавшееся до предъявления иска течение срока исковой давности приостанавливается до вступления в законную силу приговора, которым иск оставлен без рассмотрения. Если после оставления иска без рассмотрения неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев, за  

исключением случаев, если основанием оставления иска без рассмотрения послужили действия (бездействие) истца.  

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 43) со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права срок исковой давности не течет на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита (пункт 1 статьи 204 ГК РФ), в том числе в случаях, когда суд счел подлежащими применению при разрешении спора иные нормы права, чем те, на которые ссылался истец в исковом заявлении, а также при изменении истцом избранного им способа защиты права или обстоятельств, на которых он основывает свои требования (часть 1 статьи 39 ГПК РФ и часть 1 статьи 49 АПК РФ). По смыслу статей 199, 200 ГК РФ увеличение истцом размера исковых требований до принятия судом решения не изменяет наступивший в связи с предъявлением иска в установленном порядке момент, с которого исковая давность перестает течь. Вместе с тем, если судом принято заявление об увеличении иска в отношении задолженности за периоды, которые при обращении с первоначальным требованием не заявлялись, то срок исковой давности по измененным требованиям перестает течь с даты заявления таких требований, а не с даты предъявления первоначального иска.  

Вместе с тем, поскольку предметы заявлений финансового управляющего о взыскании убытков и по настоящему обособленному спору о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности различны (судом рассмотрены два самостоятельных обособленных спора), правовых оснований для применения статьи 204 ГК РФ и приостановления срока исковой давности суд не усматривает.  

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).  

Таким образом, в удовлетворении требований в этой части судом отказано правомерно.  

Применительно к сделке, оформленной договором купли-продажи от 21.04.2021, подписанным между ФИО5 и ФИО10, судебная коллегия отмечает следующее.  

Применительно к данному требованию срок исковой давности финансовым управляющим не пропущен.  

Финансовым управляющим заявлено о притворности данной сделки в составе цепочки сделок, фактически прикрывающих договор купли-продажи недвижимости, заключённый между ООО ТОФ «Электроинструмент» (как продавцом) и ФИО2 (как покупателем).  

Общими требованиями к поведению участников гражданского оборота являются добросовестность и разумность их действий (статья 10 ГК РФ).  

В пункте 1 Постановления № 25 разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.  

В соответствии со статьей 170 ГК РФ притворной является сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях.  

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно (абзац первый пункта 87 Постановления № 25).  

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).  

Судом ранее высказано скептическое отношение к доводу апеллянта об охваченности первоначальных и последующих сделок единым умыслом. Соответственно, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для анализа договора купли-продажи от 21.04.2021, подписанного между ФИО5 и ФИО10, в составе цепочки сделок.  

При таких обстоятельствах первостепенно следует обратить внимание на несовпадающий субъектный состав анализируемой и прикрываемой сделок.  

Суд апелляционной инстанции соглашается с судом первой инстанции в том, что доводы финансового управляющего о том, что у сторон договора купли-продажи от 21.04.2021, заключенного между ФИО5 и ФИО10, не было намерений создать соответствующие им правовые последствия, и в действительности они имели в виду заключение иной сделки, не нашли подтверждения в материалах дела, оцениваемых судом по правилам статьи 71 АПК РФ, в их совокупности и взаимной связи.  

Так, согласно пояснениям ФИО10 перед приобретением помещения у ФИО5, до совершения сделки она добросовестно уточнила сведения, проверив, что данным помещением он владеет с 2013 года, приобрел его на торгах, в связи с чем сомнений в законности этой сделки у нее не возникло. Сначала она предполагала приобрести часть помещения, но ФИО5 отказался от такого предложения, и ей пришлось дополнительно занимать денежные средства, а также оформить кредиты под залог своей квартиры и автомобиля, далее она рассчитывала разделить помещение на две части, продать одну из частей и отдать долг.  

Согласно письменным пояснениям ФИО11, а также его устным объяснениям, данным в ходе рассмотрения заявления (аудиопротоколы судебного заседания от 05.12.2024, 19.12.2024), между ним и ФИО10 обсуждалась возможность совместного ведения предпринимательской деятельности по организации туристской деятельности, для которой ФИО10 было приобретено нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>, в том числе на заемные денежные средства, предоставленные им. В последующем в связи с возникновением настоящего обособленного спора и невозможностью реализации вышеуказанных планов, денежные средства, предоставленные ФИО10 по договору займа в сумме 9 000 000 руб., были учтены в качестве оплаты покупной цены по предварительному договору купли-продажи нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...>, заключенному между ФИО10 и ФИО11 (пункт 3.1 договора). Денежные средства для предоставления вышеуказанного займа у него имелись в связи с длительным осуществлением ранее предпринимательской деятельности, а также из иных источников.  

В подтверждение финансовой возможности приобретения ФИО10 нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...>, и реального характера отношений по совершению данной сделки в материалы дела  

представлены: договор займа от 20.04.2021 на сумму 5 000 000 руб., заключенный с ФИО17, с приложением расписок от 30.09.2021, 03.01.2023, 11.04.2023, 25.07.2023, 24.11.2023; кредитный договор от 30.09.2021 на сумму 950 000 руб.; договор займа от 17.04.2021 на сумму 9 000 000 руб., заключенный с ФИО11, с приложением расписки от 21.04.2021; кредитный договор от 23.12.2022 № V634/2943-0000097, выписка по расчетному счету, налоговые декларации ФИО17, информация о доходах индивидуального предпринимателя ФИО11 с приложением налоговых деклараций по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2015, 2016, 2017, 2018, 2019, 2020, 2021, 2022, 2023 годы, копия предварительного договора купли-продажи б/н от 07.02.2022.  

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.  

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 по делу № А07-3169/2014 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.  

При этом конкурсный кредитор либо арбитражный управляющий, не являясь стороной спорных правоотношений, объективно ограничены в возможности доказывания недействительности/ничтожности сделки, ввиду чего предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к процессуальному неравенству; в случае наличия возражений кредитора либо арбитражного управляющего со ссылкой на мнимость соответствующих правоотношений и представления ими в суд прямых или косвенных доказательств, подтверждающих существенность сомнений в наличии долга, бремя опровержения этих сомнений возлагается на ответчика, при этом последнему не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.  

Между тем сам по себе факт соответствующего распределения бремени доказывания не указывает на недействительность сделки и не освобождает управляющего от обязанности доказывания своей правовой позиции (статья 65 АПК РФ).  

В силу части 3 статьи 8 АПК РФ арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон. Обязанность доказывать обстоятельства, подтверждающие порочность сделок, возлагается на лицо, которое их оспаривает, то есть в данном случае на финансового управляющего (статья 65 АПК РФ).  

Суд апелляционной инстанции полагает, что в данном случае финансовым управляющим и кредитором не опровергнуты поименованные выше, представленные в обоснование действительности спорной сделки доказательства, не подтверждено, что деятельность ФИО5, ФИО10 номинальна, не самостоятельна,  

и подконтрольна должнику (именно ФИО2, а не иному лицу), последний имеет фактическую возможность определять их действия.  

Сама по себе аффилированность сторон сделки никак не свидетельствует о порочности сделки. Указанная позиция подтверждается устоявшейся правоприменительной практикой (например, определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 08.02.2023 № 305-ЭС21-8027(7) по делу № А40-225341/2019).  

Надлежит отметить, что определением Арбитражного суда Омской области от 04.04.2014 по делу № А46-12537/2011 ФИО8 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТОФ «Электроинструмент», при этом в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 судом отказано. Кроме того указано на недоказанность полномочий ФИО2 давать обязательные указания обществу.  

Кроме того, приговором Куйбышевского районного суда г. Омска от 17.10.2013 по делу № 1-213/2013 именно ФИО8 признан виновным в совершении мошеннических действий и уклонении от уплаты налогов.  

Таким образом, нарушение конкретно должником требований закона и совершение иных противоправных действий указанными актами не установлено.  

Также финансовым управляющим оспариваются действия по оформлению права собственности на 100% доли в ООО «Победа» (ИНН 

<

***>) и в ООО ТОФ «Инструмент» (ИНН 

<

***>).  

Так, в отношении учреждения ООО «Победа» ФИО7 финансовым управляющим указано, что ООО «Победа» зарегистрировано в нежилом помещении, ранее принадлежавшем ООО ТОФ «Электроинструмент», ФИО8 и ФИО2 перераспределены активы ООО ТОФ «Электроинструмент» и продолжен бизнес по торговле инструментами. Первоначально в ООО «Победа» директором и учредителем являлась ФИО7, лицо, состоявшее в трудовых отношениях с ООО ТОФ Электроинструмент» в должности главного бухгалтера; далее в 2012 году директором ООО «Победа» становится ФИО2, в 2022 году директором и единственным участником ООО «Победа» стал ФИО9  

По мнению финансового управляющего, факт аффилированности ФИО2 и ФИО7 подтверждается вышеуказанными трудовыми отношениями, номинальный характер участия ФИО7 в деятельности ООО «Победа» подтверждается ее финансовым состоянием.  

На основании изложенного, финансовым управляющим сделан вывод, что конечным бенефициаром ООО «Победа» и его контролирующим лицом является ФИО2, учитывая отсутствие должного образования и опыта работы у ФИО9, который также является подконтрольным лицом должника.  

При рассмотрении требований финансового управляющего о признании недействительными действий по оформлению права собственности на 100% доли в ООО «Победа» (ИНН 

<

***>) заявлено о пропуске срока исковой давности.  

Как уже указывалось выше, в пункте 69 Постановления № 25 разъяснено, что положения ГК РФ об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ применяются к сделкам, совершенным после дня вступления его в силу, то есть после 01.09.2013 (пункт 6 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ).  

Наряду с этим пункт 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ содержит переходные положения, касающиеся правил исчисления и применения новых сроков исковой давности, согласно которым сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были  

предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года.  

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ (в ред. Федерального закона от 21.07.2005 № 109-ФЗ) срок исковой давности о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.  

Принимая во внимание дату учреждения ООО «Победа» (2008 год), суд первой инстанции обоснованно пришёл к выводу о том, что на дату обращения финансового управляющего в арбитражный суд (11.12.2023) им пропущен ранее установленный законом трехлетний срок исковой давности, что является в соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ самостоятельными основанием для отказа в удовлетворении заявления в соответствующей части.  

Применительно к требованию о признании действия по оформлению права собственности на 100% доли в ООО «Победа» (ИНН 

<

***>) на имя ФИО9 притворной сделкой (договором держания), прикрывающей фактическое приобретение права собственности на эту долю ФИО2 суд апелляционной инстанции отмечает недоказанность осуществления должником фактического контроля за отчужденным активом и осуществления ФИО2 прав и обязанностей участника организации.  

Заключение сделок между аффилированными лицами законодательством Российской Федерации не запрещено, и само по себе наличие аффилированности (заинтересованности) участников сделки не является безусловным основанием для признания такой сделки недействительной.  

Оспаривая сделку по учреждению в 2016 году дочерью должника – ФИО8 ООО «ТОФ «Инструмент» финансовый управляющий указывает, что ФИО8, не имея должного образования и опыта работы для осуществления хозяйственной деятельности, является номинальным директором и участником указанного общества.  

Как обоснованно указано судом первой инстанции, принимая во внимание положения пункта 1 статьи 181 ГК РФ (в ред. Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ), пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности для предъявления данного требования заявителем не пропущен.  

Согласно материалам дела в соответствии с решением № 1 единственного учредителя ООО «ТОФ «Инструмент» от 09.06.2016 ФИО8 принято решение о создании общества, утверждении устава общества, формировании уставного капитала в размере 10 000 руб., назначении директором общества ФИО8 17.06.2016 в регистрирующий орган подано заявление по форме № Р11001 о государственной регистрации юридического лица при создании. 22.06.2016 ООО «ТОФ «Инструмент» зарегистрировано в качестве юридического лица. В соответствии со сведениями ЕГРЮЛ в настоящее время директором и единственным участником ООО «ТОФ «Инструмент» является ФИО8  

Возражая относительно доводов финансового управляющего, ФИО8 в представленных письменных пояснения указала, что она является единственным учредителем данной организации, которую создавала самостоятельно для ведения коммерческой деятельности.  

Доводы финансового управляющего об учреждении ФИО8 ООО «ТОФ «Инструмент» с целью прикрытия участия ФИО2 судом первой инстанции правомерно отклонены, поскольку из материалов дела указанное обстоятельство не следует. Само по себе наличия родственных отношений и осуществления аналогичной предпринимательской деятельности недостаточно  

для подтверждения того, что указанное лицо является номинальным участником общества, а фактическое руководство его деятельностью осуществляется должником.  

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.  

Положения данной нормы освобождают от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключают возможность их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора. Оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, не имеет преюдициального значения при рассмотрении арбитражным судом другого дела. Арбитражный суд не связан выводами других судов о правовой квалификации рассматриваемых отношений и толковании правовых норм. Если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы. Правовые выводы не могут рассматриваться в качестве обстоятельств, не требующих доказывания (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.01.2006 № 11297/05, от 03.04.2007 № 13988/06, от 17.07.2007 № 11974/06, от 25.07.2011 № 3318/11, от 10.06.2014 № 18357/13, определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.10.2016 № 305-ЭС16-8204, от 13.03.2019 № 306-КГ18-19998).  

Ранее в рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) 27.04.2021 финансовый управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Омской области с заявлением к ФИО5, ФИО8, ООО «Победа» и ООО «ТОФ «Инструмент» о взыскании убытков.  

Определением Арбитражного суда Омской области от 06.12.2021, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2022 по делу № А46-13388/2020, в удовлетворении заявленных требований отказано.  

Судебной коллегией в соответствующем судебном акте применительно к обстоятельствам, имеющим касательство к настоящему обособленному спору, сделаны следующие выводы.  

Одного наличия родственных (свойственных) отношений (аффилированности ответчиков) и осуществления схожей предпринимательской деятельности недостаточно для подтверждения того, что указанные лица являются номинальными, а фактическое руководство их деятельностью осуществляется должником.  

В правовой доктрине к «теневым директорам» относят лиц, которые по объему полномочий приближаются или равны членам органов управления и фактически выполняют их функции – например, на основании доверенности либо имеют фактическую возможность оказывать влияние на ведение дел юридическим лицом; лицах, формально не входящих в состав органов управления юридического лица, но в силу ряда причин, главным образом экономического характера, могут давать указания лицам, входящим в состав таких органов.  

Судебная практика в качестве доказательств номинальности и подконтрольности указывает на совокупность различных признаков, таких как: осуществление деятельности по одному адресу, без разграничения используемого складского помещения; наличие у директора организации доверенности от предпринимателя; наличие у данных лиц расчетных счетов в одном банке; централизованное оформление бухгалтерских документов; наличие общего помещения бухгалтерии, в котором производится прием денежных средств; совпадение ассортимента товаров, реализуемых от имени данных лиц, руководители организаций подтвердили, что зарегистрировали их за вознаграждение, фактическую деятельность  

не вели; ответчик ведет деятельность того же вида, по тому же фактическому адресу и с использованием тех же контактных телефонов, информационного сайта, деловых контактов; ответчик получил от должника весь бизнес, включая основные средства и рабочий персонал; ответчик перевел на себя все права и обязанности, вытекающие из гражданско-правовых договоров, заключенных должником; ответчику поступала выручка за реализованные должником работы (услуги); поступление на расчетный счет новой организации денежных средств, связанных с осуществлением деятельности прежней организации – должника.  

Суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о недоказанности того, что деятельность ФИО5, ФИО8, ООО «Победа» и ООО «ТОФ «Инструмент» номинальна, не самостоятельна, и подконтрольна должнику, последний имеет фактическую возможность определять и х действия.  

Суд апелляционной инстанции отклоняет доводы кредитора и финансового управляющего о том, денежные средства для приобретения недвижимости были предоставлены ни кем иным, как самим должником, в результате совершения сделок произошла регистрация права собственности на недвижимое имущество на имя ФИО5 и ООО «Победа». Магазин, расположенный по адресу: 

<

...>, приобретен ФИО5 Вместе с тем, как следует из материалов дела, магазин, расположенный по адресу: 

<

...> Октября, д. 10, корп. 3 приобретен ООО «Победа» за счет средств, полученных по кредитному договору с ЗАО КБ «Мираф Банк» в размере 10 000 000 руб., что также не оспаривается сторонами, подтверждается приобщенной в материалы дела копией кредитного договора. Указанные обстоятельства опровергают доводы о том, что имущество приобретено за деньги должника.  

Суд апелляционной инстанции также отклоняет доводы о том, что ФИО2 принимал решающее и исключительное участие в совершении сделок по приобретению активов ООО ТОФ «Электроинструмент» на имя ООО «Победа» и ФИО5 ФИО2 в период приобретения имущества (как и в настоящее время) являлся директором ООО «Победа».  

Довод о продолжении того же самого бизнеса теми же самыми лицами (должником и его братом Андреем Шкурченко), только при номинальном оформлении держания активов на детей должника Максима и Анастасию, не свидетельствует о причинении убытков кредиторам, поскольку не представлено доказательств совершения противоправных действий ФИО2, само по себе ведение бизнеса с участием родственников не свидетельствует о вредоносности указанных действий.  

В рассматриваемом случае не доказано, что ФИО5, ФИО8, общество с ограниченной ответственностью «Победа» (ИНН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью «ТОФ «Инструмент» получали денежные средства кредиторов, участвовали в совершении каких-либо противоправных действий, выводили денежные средства и активы, в том числе путем совершения каких-либо сделок. По убеждению суда апелляционной инстанции сами по себе факты наличия семейных отношений между должником и его родственниками не свидетельствуют о наличии оснований для возложения на родственников ответственности за соучастие в доведении до банкротства.  

Финансовый управляющий ссылается на совершение действий по переводу бизнеса в 2012-2014 гг. однако не представлено доказательств, что именно в этот период должник уже отвечал признакам неплатежеспособности.  

Так, заявитель указывает, что все товарные запасы в 2011-2012 годах стоившие совокупно не менее 25 000 000 рублей были безвозмездно переведены в собственность ООО «Победа», что подтверждается данным Росстата. Данный доводы отклоняется  

судом апелляционной инстанции, поскольку при рассмотрении дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТОФ «Электроинструмент» данные сделки оспорены не были, также как и не было установлено, что действительно осуществлялся вывод имущества от ООО «ТОФ «Электроинструмент» в пользу ООО «Победа», при этом данные Росстата не является достоверным и достаточным доказательством вывода (отчуждения) имущества. Кроме этого, определением Арбитражного суда Омской области от 04.04.2014 по делу № А46-12537/2011, при рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8 и ФИО2 по обязательствам должника ООО «ТОФ «Электроинструмент» установлено, что не представлено документов свидетельствующих о том, что ФИО2 обладает какими- либо полномочиями давать обязательные указания, в связи с чем суд отказал в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности. При этом суд привлек к субсидиарной ответственности именно ФИО8  

Кроме этого, как указано выше между ЗАО КБ «Мираф-Банк» (кредитор) и ООО «Победа» (заемщик) был заключен кредитный договор 

<

***> от 23.10.2013 года, в соответствии с условиями которого кредитор передал заемщику денежные средства (кредит) в размере 10 000 000 руб. на приобретение нежилого помещения № ЗП, по адресу 

<

...> Октября, д. 10, корпус 3, а заемщик обязался возвратить кредит в срок до 22.10.2016 года. В обеспечение надлежащего исполнения обязательств ООО «Победа» перед банком по кредитному договору 

<

***> заключен договор поручительства № 63 от 23.10.13 между банком и ФИО2 (поручитель), в соответствии с которым поручитель обязался перед банком отвечать за исполнение ООО «Победа» всех его обязательств перед кредитором по кредитному договору 

<

***> от 23 октября 2013. Также во исполнение обязательств по кредитному договору между банком и ФИО5 заключен договор об ипотеке (залоге недвижимости) от 23.10.2013, в соответствии с которым ФИО5 предоставил в залог банку магазин, назначение: нежилое помещение. Площадь: общая 286 кв. м, номер на поэтажном плане: Ш 1-12, этаж 1. Литер АА1. Адрес (местоположение): 

<

...>. При этом, ФИО2 перед ЗАО КБ «Мираф-Банк» частично погашена задолженность по кредитному договору 

<

***> от 23.10.2013 в размере 5 062 007,6 руб., из которых основной долг – 2 998 632,5 руб., проценты – 2 063 375,1 руб.  

Также суду не представлено доказательств, каким образом аффилированность бухгалтера ФИО7, учреждение ей ООО «Победа» причинило убытки кредиторам именно ФИО2, учитывая, что какие-либо сделки по передаче имущества от ООО «ТОФ «Электроинструмент» оспорены не были, а доказательств передачи имущества не представлено.  

Суд апелляционной инстанции также отклоняет доводы о том, что ООО ТОФ «Инструмент» оформлено на ФИО8 лишь для вида – Анастасия Шкурченко лично не занималась ведением бизнеса ни до оформления на ее имя организации, поскольку факт осуществления хозяйственной деятельности также подтверждается появлением дополнительных точек сбыта товара: на ул. Жуковского и ул. Заозерная в г. Омске.  

Не представлено достоверных и достаточных доказательств, что фактически бизнес был переведен из ООО ТОФ «Электроинструмент» в ООО «Победа», а затем в ООО «ТОФ «Инструмент», поскольку при рассмотрении дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТОФ «Электроинструмент» данные сделки оспорены не были, также как и не было установлено, что действительно осуществлялся вывод имущества от ООО «ТОФ «Электроинструмент» в пользу ООО «Победа», при этом данные  

Росстата не является достоверным и достаточным доказательством вывода (отчуждения) имущества.  

Как было указано выше, действующим законодательством об арбитражном судопроизводстве закреплено правило преюдиции фактов, имеющих юридическое значение для разрешения дела. То есть в этой части вмешательство в установленные ранее судом обстоятельства недопустимо.  

Вместе с тем судебная коллегия с учётом представленной в материалы настоящего обособленного спора совокупности доказательств, проанализировав заявленные финансовым управляющим и кредитором доводы, не усматривает оснований для переоценки выводов, приведённых в постановлении Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2022 по настоящему делу.  

Заявление участвующих в деле лиц о том, что мотивом вынесения определения, которым отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего о взыскании с ФИО5, ФИО8, ООО «Победа» и ООО «ТОФ «Инструмент» убытков, являлось (исключительно) избрание заявителем ненадлежащего способа защиты права, не соответствует действительности, тогда как даже из приведённых выше выдержек видно, что судом произведён детальный анализ фактических взаимоотношений и доводов, являющихся предметом рассмотрения в соответствующем обособленном споре.  

С учётом изложенного апелляционная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьями 10, 168, 170 ГК РФ, для признания оспариваемых сделок недействительными.  

Таким образом, приведённые в апелляционной жалобе доводы являются направленными на переоценку уже исследованных и должным образом оценённых судом обстоятельств дела, не содержат новых фактических данных, не свидетельствуют о нарушении норм материального или процессуального права и, следовательно, не могут повлечь отмену или изменение судебного акта.  

При этом неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов участвующего в деле лица не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки.  

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.  

В связи с этим основания для отмены или изменения определения суда от 26.02.2025 и удовлетворения апелляционной жалобы финансового управляющего отсутствуют.  

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Омской области от 26.02.2025 по делу № А46-13388/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд  

Западно-Сибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.  

Председательствующий Е.А. Самович  

Судьи М.А. Губина  

О.В. Дубок