АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

620075 г. Екатеринбург, ул. Шарташская, д.4,

www.ekaterinburg.arbitr.ru   e-mail: info@ekaterinburg.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

 

Дело №А60-69401/2022

23 августа 2023 года

г. Екатеринбург

    

Резолютивная часть определения объявлена 16.08.2023

В полном объеме определение изготовлено 23.08.2023

Арбитражный суд Свердловской области в составе судьи Силищева И.А. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании заявление общества с ограниченной ответственностью «МОТОВИЛИХА-ГРАЖДАНСКОЕ МАШИНОСТРОЕНИЕ» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: г. Свердловск, ИНН 

<

***>, адрес: 

<

...>) по обязательствам должника общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазоборудование»  (ИНН 

<

***>).

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, в том числе публично - путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Свердловской области. 

В судебном заседании принял участие представитель ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 14.03.2023). 

Процессуальные права и обязанности известны. Отводов составу суда не заявлено.

Иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом (статья 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд

                                                  УСТАНОВИЛ:

  В рамках дела № А60-68966/2021 в Арбитражный суд Свердловской области 27.12.2021 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «МГМ» (ИНН 

<

***>) о признании общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазоборудование» (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 18.01.2022  указанное заявление принято к производству.

Определением суда от 02.06.2022 производство по делу о несостоятельности (банкротстве)  общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазоборудование» (ИНН 

<

***>, адрес: 620017, г. Екатеринбург. Ул. Фронтовых бригад, д. 18, пом. 140) возбужденное по заявлению общества с ограниченной ответственностью «МГМ» (ИНН 

<

***>) прекращено.

Впоследствии в Арбитражный суд Свердловской области 19.12.2022 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «МОТОВИЛИХА-ГРАЖДАНСКОЕ МАШИНОСТРОЕНИЕ» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 (ИНН 

<

***>) по обязательствам должника общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазоборудование»  (ИНН 

<

***>).

Определением суда от 26.12.2022 названное заявление оставлено без движения.

Во исполнение названного определения суда заявителем представлены документы.                       

         Определением суда заявление принято к производству, предварительное судебное заседание назначено на 28.02.2023.

Определениями суда судебное разбирательство неоднократно откладывалось. 

При этом суд, неоднократно в определениях об отложении, указывал заявителю на необходимость уточнения  основания привлечения к субсидиарной ответственности. Так, в случае привлечения по ст. 61.12. Закона о Банкротстве, заявителя необходимо указать размер обязательств, возникших после даты объективного банкротства.

Согласно письменным пояснениям от 19.07.2023, ООО «МГМ» не владеет информацией о наличии кредиторской и дебиторской задолженности, о финансовом состоянии и платежеспособности ООО   «Нефтегазоборудование», поэтому не может  установить  дату  объективного банкротства и обязательства, возникшие после этой даты.

Возражая против заявленных требований, ответчик в отзыве и дополнении к нему  указывал, что неподача ФИО4 в суд заявления о банкротстве общества "Нефтегазоборудование" не повлекла возникновение у общества новых обязательств и увеличение (наращивание) кредиторской задолженности и, соответственно, не привела к нарушению прав и законных интересов кредиторов должника. 

Исследовав и оценив имеющуюся доказательственную базу и заслушав пояснения участников процесса, суд приходит к следующим выводам. 

Судом установлено, что согласно выписке из ЕГРЮЛ ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "НЕФТЕГАЗОБОРУДОВАНИЕ" зарегистрировано Инспекцией  Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г.Екатеринбурга 03.08.2016, юридическому лицу присвоен ОГРН 

<

***>.

Согласно решению единственного участника ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "НЕФТЕГАЗОБОРУДОВАНИЕ" от 18.06.2020, после распеределения доли вышедшей из общества ФИО5, размер доли единственного участника ФИО2 составил 100%. 

ФИО2 также является руководителем ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "НЕФТЕГАЗОБОРУДОВАНИЕ" с 03.08.2016 по настоящее время. 

Обращаясь с рассматриваемым заявлением ООО «МГМ» указывало, что в данном случае имеет место совокупность следующих обстоятельств:

На момент подачи ООО «МГМ» заявления о признании ООО «Нефтегазобоурдование» несостоятельным (банкротом), ООО «Нефтегазоборудование» обладало признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Задолженность ООО «Нефтегазоборудование» перед ООО «МГМ» подтверждена решением Арбитражного суда Пермского края от 28.07.2020 по делу № А50-4319/20, вступившим в законную силу 19.11.2021.

Задолженность, которая подтверждена решением по делу № А50-4319/20, не погашена до настоящего времени.

Производство по делу о банкротстве в отношении ООО «Нефтегазоборудование» прекращено на основании абзаца 8 п. 1 ст. 57 Закона.

По мнению заявителя данные обстоятельства являются достаточными для привлечения директора ООО «Нефтегазоборудование» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в сумме 967 022 руб., взысканной решением суда по делу № А50-4319/20. 

Возражая против заявленных требований, ФИО2 ссылался на то, что к финансовым затруднениям ООО «Нефтегазоборудование» привели следующие обстоятельства.

12.07.2019 ООО «Нефтегазоборудование» заключило с ООО «Завод приводной техники» договору поставки, который предусматривал поставку и монтаж колеса 5В.003.09.0 на редуктор ЦД-2300, работающий в шахте. Цена договора - 4 886 660 руб. Это тот доход, который ООО «Нефтегазоборудование» получило бы в случае исполнения договора.

С целью исполнения указанного договора ООО «Нефтегазоборудование» (Покупатель) 15.08.2019 заключило с ООО «МГМ» (Поставщщик) договор поставки от № 866/1-623-01, который предусматривал поставку колеса 5В.003.09.0 Сталь ХМЛ ГОСТ 977-88 в количестве 1 шт., общей стоимостью 1 718 400 руб.

Данный товар имел скрытые недостатки, что стало известно только при его механической обработке. В целях механической обработки литья колеса 15.09.2019 ООО «Нефтегазоборудование» и ООО «ПСК «Орион» заключили договор подряда № 12/09/2019. В ходе работ по обработке литья колеса выяснилось, что невозможно выполнить работы по механической обработке до состояния, при котором колесо бы безопасно эксплуатировалось в работающем редукторе в шахте. У колеса были выявлены следующие существенные недостатки: лицевые поры, раковины, дыры с инородными телами или с формовочным песком размерами от 30x50мм до 350x450мм по длине и 60x70мм по ширине глубиной до 100мм.

Без устранения этих недостатков использовать его по назначению возможным не представлялось, о чем в адрес истца было сообщено письмом от 18.02.2020 (исх.№32).

В ответном письме (исх № 866-б/н от 03.03.20), ООО «МГМ» рекомендовало самостоятельно устранить имеющиеся дефекты литья методом их заварки в стальных отливках.

ООО «Нефтегазоборудование» привлекло к устранению имеющихся недостатков ООО «НВ-Промсервис» и ООО ПСК «Орион», заключив с ним соответствующие договоры, которые предусматривали механическую обработку Колеса (заварку, наплавку) с целью устранения имевшихся у товара недостатков.

Затраты по устранению выявленных недостатков, понесенные ООО «МГМ» составили: ООО «НВ-Промсервис» - 245 000 руб., ООО ПСК «Орион» - 96 192,96 руб.

Кроме того, были понесены затраты по оплате перевозки некачественного товара к месту устранения недостатков, составившие 25 000 руб.

Общий размер затрат на устранение недостатков составил 366 192,96 руб.

Вместе с тем ООО «Завод приводной техники», ознакомившись с документацией по устранению недостатков, отказалось от исполнения договора от 12.07.2019, поскольку к данному Колесу с учетом способа и режима его использования предъявляются требования высокой прочности и вязкости для работы под действием статических и динамических нагрузок. Отливка колеса чертеж 5В.003.09.0, зав. №001 поставленная ООО «Мотовилиха-гражданское машиностроение»  не соответствует  требованиям  ГОСТ 977-88,  что было подтверждено Заключением технической экспертизы о соответствии отливки колеса чертеж 5В.003.09.0, зав. №001 требованиям ГОСТ 977-88, выполненным по заказу ООО «Нефтегазоборудование».

Как следствие ООО «Нефтегазоборудование» не смогло исполнить обязательства по договору поставки от 12.07.2019, заключенному между ООО «Нефтегазоборудование» и ООО «Завод приводной техники» и получить оплату по указанному договору.

Как указывает ответчик, ООО «МГМ» не только отказалось вернуть произведенную ООО «Нефтегазоборудование» предварительную оплату за товар и возместить убытки, но и потребовало через суд полной оплаты по договору. Требование было удовлетворено, так как суд посчитал, что ООО «Нефтегазоборудование» нарушил порядок приемки товара и направления претензий.

ООО «Нефтегазоборудование» специализировалось на изготовлении промышленного оборудования. Заключение данных договоров соответствовало профилю деятельности организации, не выходило за пределы обычного делового риска и не было направлено на нарушение прав и законных интересов третьих лиц. В случае поставки заявителем Колеса надлежащего качества Договоры были бы исполнены. ООО «Нефтегазоборудование» получило бы доход, за счет которого обязательства перед ООО «МГМ» были бы исполнены.

Колесо с указанными дефектами не пригодно для эксплуатации по назначению, в связи с чем не может быть реализовано ООО «Нефтегазоборудование» иным лицам. ООО «Нефтегазоборудование» не передало данный товар, полученный от ООО «МГМ» иным лицам.

При этом ООО «Нефтегазоборудование» совершало юридические и фактические действия по исполнению договора, заключенного с ООО «МГМ», в том числе на механическую обработку Колеса, устранение его недостатков в соответствии с рекомендациями ООО «МГМ», а также заключало и исполняло иные договоры, направленные на исполнение своих обязательств перед ООО «Завод приводной техники» по договору от 12.07.2019 вплоть до выявления недостатков Колеса, препятствующих его использованию по назначению.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Институт субсидиарной ответственности является правовым механизмом защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, возмещения причиненного им вреда вследствие негативных действий контролирующих должника лиц по доведению хозяйствующего субъекта до банкротства.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума N 53), по своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Закон о банкротстве предусматривает два юридических состава для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника-банкрота: невозможность полного погашения требований кредиторов и неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника. В связи с этим причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков составов этих правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. И напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Исходя из этого в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшем ранее, статье 61.12 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение.

Заявление должника должно быть направлено в суд в случаях, предусмотренных настоящей статьей, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц к субсидиарной ответственности по указанному основанию возникает при наличии совокупности следующих условий: возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств; неподача указанными лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума ВС РФ N 53) обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Момент возникновения обязанности, установленной нормами статьи 9 Закона о банкротстве в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов (пункт 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2018), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 14.11.2018). 

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах 5, 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов ответственности освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение плана является разумным. 

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статья 168 АПК РФ). 

При этом согласно требованиям статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

Как было указано выше, по основанию, заложенному в ст. 61.12 Закона о банкротстве, ответственность руководителя должника наступает за принятие на должника, уже отвечающего признакам банкротства, дополнительных обязательств, соответственно, размер ответственности определяется размером тех обязательств, которые возникли после наступления у должника объективного банкротства.

Между тем, не представляется возможным прийти к выводу, что обязательства должника перед ООО «МГМ» возникли после даты объективного банкротства, поскольку причиной неплатежеспособности должника и послужила сделка (а именно невозможность впоследствии исполнения должником своих обязательств перед контрагентами), заключенная должником с ООО «МГМ», а иного не доказано (ст. 9, 65 АПК РФ). 

Ответственность за невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве предполагает под собой в качестве объективной стороны правонарушения недобросовестное сокрытие от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица и заведомой невозможности удовлетворения требований новых кредиторов, повлекшее впоследствии возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. 

Именно такое поведение влечет возложение на руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы, обеспечивая, тем самым, защиту кредиторов, не осведомленных по вине такого руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов. 

Причинения вреда независимым участникам оборота вследствие сокрытия руководителем должника информации о неудовлетворительном имущественном положении возглавляемого им юридического лица судом в данном случае не установлено. 

Каких-либо обоснований тому, что после истечения месячного срока на обращение заинтересованного лица с правами ответчика с заявлением о банкротстве ООО «Нефтегазоборудование» возникли какие-либо обязательства, которые в соответствии со статьей 61.12 Закона о банкротстве могут составлять размер субсидиарной ответственности руководителя по указанному основанию, заявителем не приведено.

Учитывая изложенное, правовые основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по ст. 61.12 Закона о банкротстве в рассматриваемом случае отсутствуют.

Согласно пункту 1 постановления Пленума ВС РФ N 53 привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. 

Нельзя автоматически подменять обязательства должника по настоящему делу ответственностью руководителя и (или) учредителя предприятия по таким обязательствам. 

Ответственность контролирующих должника лиц перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неплатежеспособность спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) таких лиц. 

Конкретных действий или бездействия ответчика, которые бы повлияли на ухудшение финансового положения общества «Нефтегазоборудование», в заявлении ООО «МГМ» не указано. 

Напротив заявление ООО «МГМ» представляет собой цитирование норм права и позицией Высшей судебной инстанции, с указанием лишь на факт подтверждения в судебном порядке долга общества «Нефтегазоборудование» перед обществом «МГМ», который до настоящего момента не погашен. 

Между тем, заявителем не учтено, что само по себе наличие у ответчика статуса руководителя или учредителя должника и наличия у последнего оставшейся на сегодняшний день непогашенной кредиторской задолженности не могут влечь применение института субсидиарной ответственности. 

Институт субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов, не предполагает возможности его применения без достаточных оснований и без учета, в том сущности конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ) (пункт 1 постановления Пленума ВС РФ N 53). 

При этом не любое сомнение в добросовестности действий руководителя или учредителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, т.е. ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой доказательств подтверждать неправомерное поведение контролирующих должника лиц. 

В данном конкретном случае заявителем таковых обстоятельств не приведено.

Учитывая изложенное, правовые основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по ст. 61.11 Закона о банкротстве в рассматриваемом случае также отсутствуют.

Руководствуясь статьями 61.11, 61.12, 61.16 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

 

РЕШИЛ:

в удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью «МОТОВИЛИХА-ГРАЖДАНСКОЕ МАШИНОСТРОЕНИЕ» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: г. Свердловск, ИНН 

<

***>, адрес: 

<

...>) по обязательствам должника общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазоборудование»  (ИНН 

<

***>), отказать. 

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Свердловской области. 

Судья                                                               И.А. Силищев