ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-76586/2020

30 марта 2021 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 марта 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 марта 2021 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

в составе: председательствующего-судьи Каменской О.В.,

судей Дербенева А.А., Крекотнева С.Н., 

при участии в заседании: 

от истца: ФИО1  по дов. от 25.11.2020;

от ответчика: ФИО2 по дов. от 07.08.2020;

рассмотрев 25 марта 2021 года в судебном заседании кассационную жалобу Министерства обороны Российской Федерации

на решение от 22 июля 2020 года

Арбитражного суда г. Москвы, 

на постановление от 11 декабря 2020 года

Девятого арбитражного апелляционного суда 

по иску МИНИСТЕРСТВА ОБОРОНЫ

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

к ответчику АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО «ТЕТИС ПРО»

о взыскании 4 099 304 руб. 08 коп.,

УСТАНОВИЛ:

Министерство обороны Российской Федерации обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением к Акционерному обществу «ТЕТИС ПРО» о взыскании неустойки в размере 4 099 304 руб. 08 коп

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22 июля 2020 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11 декабря 2020 года, исковые требования удовлетворены частично, с АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «ТЕТИС ПРО» в пользу МИНИСТЕРСТВА ОБОРОНЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ взыскана неустойка в размере 1 244 827 руб. 75 коп.., в удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, Министерство обороны Российской Федерации обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить решение Арбитражного суда города Москвы и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В судебном заседании кассационного суда представитель кассатора поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Представитель ответчика поддержал принятые судебные акты судов нижестоящих инстанций.

Письменный отзыв представлен в материалы дела.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и проверив в порядке статей 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражными судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых решении и постановлении, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, не находит оснований для отмены или изменения судебных актов.

Как установлено судами двух инстанций в ходе рассмотрения дела по существу, между Министерством обороны Российской Федерации (далее - Заказчик) и АО «Тетис Про» (далее - Поставщик) заключен государственный контракт на поставку.

Срок поставки Товара (1 комплект) установлен до 30 марта 2019 г.

30 марта 2019 г. является нерабочим днем (суббота). В соответствии со статьей 193 Гражданского кодекса Российской Федерации, если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день, т.е. 01 апреля 2019 г.

Датой поставки Товара является дата подписания Грузополучателем Акта приема - передачи Товара по форме, установленной Приложением № 1 к Контракту (пункт 7.6. Контракта).

Товар поставлен Поставщиком с просрочкой, что подтверждается Актом приема - передачи Товара № 559, подписанным Грузополучателем 30 августа 2019 г.

Из установленных судебными инстанциями фактических обстоятельств по делу усматривается, что как указал истец, просрочка поставки Товара составляет 151 день (период со 2 апреля 2019 г. по 30 августа 2019 г.), цена Контракта составляет 107 569 755,13 руб.

При этом истцом отражено, что расчет неустойки складывается из следующих показателей (цена Контракта - стоимость фактически исполненных обязательств) х 1/300 х ключевая ставка х количество дней просрочки. Исходя из вышеизложенного, истец произвел расчет неустойки в размере 4 099 304 руб. 08 коп.

Претензия, направленная истцом в адрес ответчика, оставлена ответчиком без удовлетворения.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

Удовлетворяя заявленные исковые требования частично, суд первой инстанции исходил из тех обстоятельств, что ответчик не оспаривает факт исполнения обязательств по Контракту в части поставки Товара без недостатков по качеству в срок до 30 августа 2019 г.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Кассационная коллегия считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций о применении норм права соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, оценка которым судами дана в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; суды первой и апелляционной инстанций правильно применили нормы права; кассационная жалоба удовлетворению не подлежит ввиду следующего.

Как верно установлено судами и следует из материалов дела, контракт подписан сторонами без замечаний и протоколов разногласий, ответчиком не оспаривался, недействительным в судебном порядке не признавался, условия Контракта о сроках поставки Товара, об ответственности Поставщика в случае просрочки исполнения обязательства возражений у Ответчика не вызывал.

Так, из материалов дела, исследованного судами, установлено, что ответчик каких-либо мер по продлению сроков поставки Товара не предпринимал. В рамках настоящего дела обязательства исполнены, товар поставлен с нарушением срока, установленного контрактом.

Между тем, суды согласились с позицией ответчика о неверном расчете суммы неустойки исходя из всей суммы контракта, указывая на то, что начисление неустойки за просрочку в поставке, исходя из общей цены Контракта, даже за минусом исполненных поставок по иным объектам, противоречит природе поставок, содержащихся в Контракте, и нормам ГК РФ.

Выводы судов корреспондируют правовой позиции, содержащейся в Определении Верховного Суда РФ от 22.06.2017 г. № 305-ЭС17-624 по делу № А40- 208730/2015.

Таким образом, суды пришли к убеждению, что верным расчетом неустойки является начисление неустойки на сумму просроченного товара в размере 34 112 658, 22 руб., исходя из расчета суда сумма неустойки составит 1 244 827 руб. 75 коп. Оснований для применения ст. 333 ГК РФ судами не установлено, ввиду отсутствия ходатайства.

Суды установили, что согласно позиции истца, расчет неустойки, исходя из цены контракта, полностью соответствует положениям ч. 4 ст. 34 Закона о контрактной системе, а также условиями Контракта. По мнению истца, расчет суммы неустойки, произведенный Минобороны России, является арифметически и методологически обоснованным.

Ответчик утверждает, что последний надлежаще и в срок исполнил обязательство по поставке истцу первой единицы товара, в связи с чем, начисления ответчику неустойку за нарушение срока поставки первого товара у истца не имеется. Ответчиком представлен контрарасчет неустойки, который по мнению истца является обоснованным.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 1, 8, 153, 307,  309, 310, 329, 330, 506, Гражданского кодекса Российской Федерации, суды в обжалуемых актах, по мнению кассационной коллегии, правомерно удовлетворили заявленные требования частично, ввиду следующего.

Как обоснованно указано судами, соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке (статья 331 ГК РФ).

Неустойка как способ обеспечения обязательства должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором.

Включенная в договор неустойка выполняет обеспечительные функции и является дополнительным к основному (акцессорным) обязательством, следовательно, удовлетворение требования истца о взыскании с ответчика предусмотренной договором неустойки зависит от установления факта ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств, исполнение которых обеспечено неустойкой.

Как верно установлено судами и следует из материалов дела, спорные правоотношения сложились между сторонами по поводу исполнения подписанного ими государственного контракта.

Сроки поставки Товара согласованы Сторонами в п. 3.2.2 Контракта: 1 единица Товара - в срок до 30 марта 2019 года; 1 единица Товара - в срок до 10 ноября 2019 года; 1 единица Товара - в срок до 10 ноября 2020 года.

Пунктом 15.2 Контракта определено, что поставка Товара должна быть осуществлена в сроки, установленные подпунктом 3.2.2. Контракта. Таким образом, срок поставки Товара (1 комплект) - до 30 марта 2019 г.

Вопреки заявленным доводам об обнаружении скрытого дефекта в конструкции товара, который выявить в ходе производства не представлялось возможным, которые были правомерно отклонены судом апелляционной инстанции как необоснованные, поскольку, выявленные недостатки Товара в ходе испытаний не является основанием для продления сроков исполнения обязательств.

В силу п. 16.4 Контракта, стороны согласовали, что внесение изменений, не противоречащих законодательству Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок, в условия Контракта осуществляется путем заключения сторонами в письменной форме дополнительных соглашений к Контракту, которые являются неотъемлемой частью Контракта.

Таким образом, как верно указали суды, стороны предусмотрели обязательное согласование изменения условий Договора.

Поскольку отметки об окончании сроков по Контракту и их продлении не сделаны в надлежащем порядке, а дополнительных соглашений к Контракту об изменении сроков выполнения работ между сторонами не заключалось, указанные ответчиком изменения на срок исполнения договорных обязательств, считаются не согласованными и не обоснованными.

Суды в обжалуемых актах, по мнению кассационной коллегии, правильно установили, что позиция ответчика о начислении неустойки с учетом размера ключевой ставки на день вынесения решения, отраженная в контррасчете, является ошибочной в силу следующего.

Согласно п. 11.2 Контракта, в случае просрочки исполнения поставщиком обязательства, предусмотренного контрактом, заказчик требует уплату неустойки. Неустойка (пени) начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, в размере 1/300 на дату уплаты неустойки (пени) ключевой ставки Центрального Банка РФ от цены Контракта, уменьшенную на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных Контрактом и фактически исполненных поставщиком.

В соответствии с частью 5 статьи 34 Закона о контрактной системе пеня за просрочку заказчиком исполнения своих обязательств устанавливается контрактом в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пеней ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от не уплаченной в срок суммы.

Следовательно, при добровольной уплате названной неустойки ее размер по общему правилу подлежит исчислению по ставке, действующей на дату фактического платежа. При этом закон не содержит прямого указания на применимую ставку в случае взыскания неустойки в судебном порядке.

Истец заявил период просрочки с 02.04.2019г по 30.08.2019г. Данный период отражен и в контррасчете ответчика.

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов о том, что расчет является правильным, не противоречащим фактическим обстоятельствам дела и выполненным с учетом положений Контракта.

Таким образом, порядок начисления неустойки в части определения начала периода просрочки, окончания периода просрочки, верно определен судами.

Как обоснованно указано судами, стороны, подписав данный контракт, достигли соглашение по всем существенным условиям, в том числе о цене единицы товара, протоколов разногласий в адрес Минобороны России не поступало.

Из установленных судебными инстанциями фактических обстоятельств по делу усматривается, что ответчик допустил нарушение срока выполнения работ, в связи с чем, начисление неустойки правомерно.

Вместе с тем, вопреки доводам истца, суды пришли к верным убеждениям, что расчет неустойки, представленный истцом следует производить от суммы просроченного обязательства, но не от общей суммы контракта.

В соответствии с пунктом 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика.

Так, из материалов дела, исследованного судами, установлено, что п. 3.2.2 рассматриваемого контракта установлены сроки по поставке 3 самостоятельных обязательств по поставке, каждое из которых имеет свой срок поставки.

Каждая поставка по цене подлежащего поставке оборудования имеет свою стоимость (п.3.2.2. и 4.2. Контракта).

Приемка изделия осуществляется отдельно по каждому объекту поставки командиром конкретной войсковой части, указанной в п.3.2.2. Контракта.

В связи, с чем поставки в адреса 3-х грузополучателей нельзя рассматривать, как единое обязательство по поставке, разделенное на этапы выполнения

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов, что таким образом, истцом ошибочно не учтено, что начисление неустойки за просрочку в поставке, исходя из общей цены Контракта, даже за минусом исполненных поставок по иным объектам, противоречит природе поставок, содержащихся в Контракте, и нормам ГК РФ.

Как указано в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 июля 2014 г. № 5467/14 по делу А53-10062/2013, начисление неустойки на общую сумму государственного контракта без учета надлежащего исполнения части работ противоречит принципу юридического равенства, предусмотренному пунктом 1 статьи 1 ГК РФ, поскольку создает преимущественные условия кредитору, которому, следовательно, причитается компенсация не только за не исполненное в срок обязательство, но и за те работы, которые были выполнены надлежащим образом.

Действующее гражданское законодательство допускает исполнение обязательства по частям (статья 311 Кодекса).

Суды в обжалуемых актах, по мнению кассационной коллегии, правильно установили, что начисление неустойки на общую сумму государственного контракта без учета надлежащего исполнения части работ противоречит принципу юридического равенства, предусмотренному п. 1 ст. 1 ГК РФ, поскольку создает преимущественные условия кредитору, которому, следовательно, причитается компенсация не только за не исполненное в срок обязательство, но и за те работы, которые были выполнены надлежащим образом.

Расчет неустойки от цены Контракта независимо от нарушения, а не от стоимости неисполненного в срок обязательства, противоречит понятию «ответственность за неправомерно совершенное или неправомерно несовершенное» и также принципу соразмерности ответственности тяжести нарушения.

Иное позволяло бы истцу применять одинаковый размер ответственности как за минимальное правонарушение, так и за серьезное по своей тяжести правонарушение и нарушало бы баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой последствий ненадлежащего исполнения обязательства.

Расчет неустойки от цены Контракта противоречит также пунктам 1 и 4 статьи 1 ГК РФ, предусматривающей, что гражданское законодательство основывается, в том числе, на признании обеспечения восстановления нарушенных прав.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Закон предписывает участникам гражданских правоотношений при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 ГК РФ).

Выводы судов первой и апелляционной инстанций корреспондируют правовой позиции, выраженной в Постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 676/12, от 15.07.2014 № 5467/14, от 28.01.2014 № 11535/13.

Приведенные в кассационной жалобе доводы не свидетельствуют о нарушении судами первой и апелляционной инстанции материального и процессуального права, а фактически указывают на несогласие с выводами судов, основанными на исследовании имеющихся в деле доказательств, которым судами дана надлежащая правовая оценка, и направлены на переоценку исследованных судами доказательств и установленных обстоятельств, что в силу положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Суд кассационной инстанции находит выводы суда первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального и процессуального права, с установлением всех обстоятельств по делу, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора по существу.

Доводы кассационной жалобы, сводящиеся к иной, чем у судов, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражных судов и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права. 

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является основанием для отмены решения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда г. Москвы от 22 июля 2020 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11 декабря 2020 года по делу № А40-76586/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения. 

 

Председательствующий-судья

О.В. Каменская

Судьи

А.А. Дербенев 

С.Н. Крекотнев