АРБИТРАЖНЫЙ СУД АРХАНГЕЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Логинова, д. 17, г. Архангельск, 163000, тел. (8182) 420-980, факс (8182) 420-799

E-mail: info@arhangelsk.arbitr.ru, http://arhangelsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А05-317/2021

г. Архангельск

22 июня 2021 года

 

Резолютивная часть решения объявлена 15 июня 2021 года

Полный текст решения изготовлен 22 июня 2021 года

 

Арбитражный суд Архангельской области в составе судьи Дмитревской А.А.,  

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кожевниковой О.В.,

 

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «ПРОТОН» (ОГРН 

<

***>; адрес: 165111, 

<

...>)

 

к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 8 по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (ОГРН 

<

***>; адрес: 165150, 

<

...>)

 

о признании недействительным решения № 08-25/2 от 29.09.2020  

 

при участии в заседании представителей:

заявителя – ФИО1 (доверенность от 10.12.2020)

ответчика – ФИО2 (доверенность от 11.12.2020), ФИО3 (доверенность от 29.03.2021) 

третьего лица – ФИО4 (руководитель) - до объявления перерыва в судебном заседании 

 

установил:

ООО «ПРОТОН» (далее – заявитель, Общество) обратилось в Арбитражный суд Архангельской области с заявлением о признании недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 8 по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (далее – ответчик, Инспекция) № 08-25/2 от 29.09.2020 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

          В судебном заседании представители заявителя и третьего лица поддержали заявленное требование, Обществом представлена копия рецензии № 22/1.1, дополнение № 4 к заявлению. 

          Представители ответчика с заявлением не согласились по доводам, изложенным в отзыве и дополнениях к нему.  

          Представитель Общества поддержал ранее заявленные ходатайства о направлении запроса в Конституционный Суд РФ и об отложении судебного разбирательства.

           Суд протокольным определением отказал заявителю в удовлетворении данных ходатайств.

Общество просило направить запрос в Конституционный Суд Российской Федерации о соответствии ст.54.1 НК РФ, Федерального закона от 18.07.2017 № 163-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации» Конституции Российской Федерации, её статьям статья 8 (часть 1), 1, 6 (ч.2), 8 (ч.1), 15 (ч.1 и 2), 19 (ч.1), 34 (ч.1), 45, 46, 54 (ч.1, ч.2) и статье 57, в той мере, в какой они не предусматривают:

- Применения положений ст.54.1 НК РФ, введённых в действие ФЗ № 163-ФЗ от 18.07.2017 к налогоплательщику за периоды отношений с контрагентами которые складывались (возникли) до момента вступления в силу Федерального закона, а именно за периоды 2014 - 2016, 1-2 квартала 2017 года;

- Применение пункта 6 статьи 101 Налогового кодекса РоссийскойФедерации, как положения, представляющие право налоговому органу проводить дополнительные мероприятие в целях осуществления возможности направления повторных (аналогичных) требований, ранее неисполненных в период основного срока проведения проверок.

Поводом к рассмотрению дела в Конституционном Суде Российской Федерации является обращение в Конституционный Суд Российской Федерации в форме запроса, ходатайства или жалобы, отвечающее требованиям настоящего Федерального конституционного закона.

В ст.36 Федерального конституционного закона от 21.07.1994 № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» предусмотрено, что основанием к рассмотрению дела является обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли Конституции Российской Федерации закон (проект закона), иной нормативный акт, договор между органами государственной власти, не вступивший в силу международный договор, или обнаружившаяся неопределенность в вопросе о возможности исполнения решения межгосударственного органа, основанного на положениях соответствующего международного договора Российской Федерации в истолковании, предположительно приводящем к их расхождению с положениями Конституции Российской Федерации, или обнаружившаяся неопределенность в вопросе о возможности исполнения решения иностранного или международного (межгосударственного) суда, иностранного или международного третейского суда (арбитража), налагающего обязанности на Российскую Федерацию, в случае если это решение противоречит основам публичного правопорядка Российской Федерации, или обнаружившееся противоречие в позициях сторон о принадлежности полномочия в спорах о компетенции, или обнаружившаяся неопределенность в понимании положений Конституции Российской Федерации.

Суд при рассмотрении дела в любой инстанции, придя к выводу о несоответствии Конституции Российской Федерации федерального конституционного закона, федерального закона, нормативного акта Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации, конституции республики, устава, а также закона либо иного нормативного акта субъекта Российской Федерации, изданного по вопросам, относящимся к ведению органов государственной власти Российской Федерации и совместному ведению органов государственной власти Российской Федерации и органов государственной власти субъектов Российской Федерации, подлежащих применению им в указанном деле, обращается в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности соответствующего нормативного акта (ст.101 Федерального конституционного закона от 21.07.1994 № 1-ФКЗ).

Запрос суда допустим, если нормативный акт подлежит, по мнению суда, применению в рассматриваемом им конкретном деле (ст.102 Федерального конституционного закона от 21.07.1994 № 1-ФКЗ).

В соответствии с ч.3 ст.13 АПК РФ, если при рассмотрении конкретного дела арбитражный суд придет к выводу о несоответствии закона, примененного или подлежащего применению в рассматриваемом деле, Конституции Российской Федерации, арбитражный суд обращается в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности этого закона.

В силу приведенных норм обращение в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности закона является правом арбитражного суда в случае, когда спорная норма подлежит применению в рассматриваемом деле, и суд приходит к выводу о несоответствии примененного или подлежащего применению закона Конституции Российской Федерации.

Рассмотрев доводы, изложенные в обоснование ходатайства, суд полагает, что доводы Общества в большей степени сводятся к мотивировке им своего толкования (понимания) нормы, о проверке конституционности которой просит заявитель, нежели к обоснованию их несоответствия нормам Конституции Российской Федерации.

Кроме того, у суда не возникло правовой неопределенности в правовом толковании и применении заявленной управлением нормы, а равно оснований для выводов о возможном несоответствии этой нормы Конституции Российской Федерации.

Обращение в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности закона является правом арбитражного суда в случае возникновения у него, а не у стороны, участвующей в деле, сомнений в соответствии примененного или подлежащего применению закона Конституции Российской Федерации.

В связи с этим необходимость для обращения в Конституционный Суд Российской Федерации с соответствующим запросом, по мнению суда, отсутствует.

          Также суд отказал заявителю в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства, заявленного в связи с тем, что руководитель Общества хотел лично участвовать в заседании, но находится в длительной командировке. Суд учитывал установленный АПК РФ срок рассмотрения дела, а также то, что отложение заседания является правом суда, а не обязанностью, представитель заявителя присутствует в судебном заседании, по делу было несколько заседаний, и руководитель мог участвовать в них; явку заявителя суд не признавал обязательной.

         Дополнительно заявленные Обществом требования (согласно дополнению от 16.03.2021) не приняты судом, т.к. АПК РФ не предусматривает дополнение первоначального требования новыми требованиями.

 

            Заслушав представителей сторон и третьего лица, показания свидетелей ФИО5 и ФИО6, исследовав материалы дела, арбитражный суд установил:

На основании решения о проведении проверки от 29.03.2018 Инспекцией была проведена выездная налоговая проверка Общества по всем налогам и сборам за период с 01.01.2015 по 31.12.2017, составлен акт № 08-25/1/4 от 27.11.2018 и дополнение к акту от 05.03.2019.

Проверкой установлена неуплата налога на добавленную стоимость, налога на прибыль, налога на имущество организаций, неперечисление налога на доходы физических лиц.

Так, Инспекцией установлено, что Общество в нарушение пункта 1 статьи 54.1 НК РФ допустило умышленное уменьшение налоговой базы по НДС в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов) путём искусственного включения в цепочку хозяйственных связей и создания фиктивного документооборота с формально обособленным, но фактически подконтрольным лицом - ООО «Сенатор», применяющим упрощенную систему налогообложения, т.е. ООО «Протон» применяло схему «дробления бизнеса».

Инспекцией в состав выручки от реализации включены фактические доходы, которые Общество получило посредством формального вовлечения в цепочку реализации подконтрольной ему организации - ООО «Сенатор».

Расчет сумм заниженной выручки произведен на основании товарных накладных на реализацию готовой продукции от ООО «Сенатор» в адрес покупателей.

Установлено занижение дохода за 2017 года в размере 29 021 286 руб. (по декларации доход - 174 997 512 руб., по данным проверки доход - 214 392 416 руб.).

Решением Инспекции от 29.09.2020 № 08-25/2 Общество привлечено к налоговой ответственности по п.3 ст.122 НК РФ по НДС в виде штрафа 393109 руб. (размер штрафа снижен в 4 раза в связи с наличием смягчающих обстоятельств), доначислен НДС в сумме 3 959 626 руб., начислены пени по НДС 1 515 710 руб., НДФЛ в сумме 8309 руб., пени по налогу на доходы физических лиц 5438руб.61коп.

Кроме того, предложено отразить убытки по налогу на прибыль за 2017 год на сумму 3 426 245 руб.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Архангельской области и НАО от 11.01.2021 № 07-10/1/00002@ апелляционная жалоба Общества оставлена без удовлетворения.

Заявитель с решением Инспекции не согласен, ссылается на процессуальные нарушения в части неоднократного переносов срока рассмотрения материалов налоговой проверки (с момента окончания проверки 22.11.2018 и до момента вынесения решения 29.11.2020, прошло 2 года (с учетом 3-х месяцев приостановления срока в 2020 году); считает, что начисленная пеня в размере 1 521 148, 61 руб., рассчитанная на дату вынесения решения, подлежит корректировке из расчета обычного течения сроков установленных статьями 100, 101 НК РФ.

Документы и информация, полученная на основании требований о представлении документов после окончания выездной налоговой проверки, не могут считаться допустимым доказательством.

Ответчиком было проигнорировано заявление налогоплательщика о своем желании присутствовать с разрешения должностного лица налогового органа при производстве экспертизы и давать объяснения эксперту.

Заявитель указывает, что на налоговом органе, оспаривающем реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

В рамках проверки налоговым органом не установлены надлежащими доказательствами обстоятельства согласованности действий и формальности документооборота, фактов обналичивания денежных средств по данному контрагенту проверкой не выявлено, факт оприходования и использования товарно-материальных ценностей в предпринимательской деятельности в заявленных объемах налоговым органом не оспаривается и даже не проверялся.

Заявитель ссылается на то, что налоговый орган, оспаривая реальность хозяйственных операций, не оспаривает фактическую потребность Общества в приобретенном количестве продукции, Инспекция не доказала иной источник происхождения (поступления) товара.

По мнению заявителя, представленные налоговой инспекцией доказательства не свидетельствуют о согласованности действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, поскольку не подтверждают того, что они находились под контролем налогоплательщика, осуществлялись с его ведома, а денежные средства совершили замкнутое движение через обналичивание и возврат налогоплательщику.

Вывод налогового органа об отсутствии материально-технической базы как признака отсутствия реальности хозяйственных операций сделан без учёта того, что отсутствие у контрагента управленческого и технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств, а также неосуществление платежей, сопровождающих фактическое осуществление деятельности (оплата за связь, коммунальные услуги, перечисление заработной платы и др.), не являются квалифицирующими признаками возможности (невозможности) ведения соответствующей предпринимательской деятельности. Доводы налогового органа о несении контрагентами общества налоговых обязательств в минимальном размере не опровергают реальности хозяйственных операций между обществом и спорными контрагентами и не свидетельствуют о недобросовестности налогоплательщика и получении им необоснованной налоговой выгоды.

Общество не согласно с тем, что налоговым органом не приняты во внимание дополнительно представленные оригиналы первичных бухгалтерских документов, оформленных между ООО «Сенатор» и сторонними контрагентами. Основанием к отказу в принятии доказательств налоговым органом указано, что в рамках проверки экспертным заключением доказан факт подписания первичных бухгалтерских документов, добытых в период проверки, от имени ООО «Сенатор» неустановленным лицом.

ООО «ПРОТОН», ООО «СЕНАТОР», являются добросовестными налогоплательщиками, основная цель их деятельности – предпринимательская. Вопрос деловой цели налоговым органом не исследовался должным образом.

В период 2016 - 2017 года, учитывая, что сырьевой экспорт России, представленный в том числе, необработанными лесоматериалами, отличается высоким индексом выявленных сравнительных преимуществ, стабильность курса доллара, а также его незначительный, но постоянный рост, руководством Общества принято решение с целью повышения товарооборота с иностранными партнёрами, создания благоприятных условий для выхода на международные рынки, реализации совместных проектов, снятия торговых барьеров и привлечения инвестиций, обеспечения, роста выручки, ориентировать работу Общества на экспорт продукции.

Учитывая данное обстоятельство (освобождение сегмента на внешнем рынке) и сроки перехода на экспорт, а также нежелание подводить постоянных клиентов, Общество приняло решение о сотрудничестве с ООО «СЕНАТОР». В свою очередь, ООО «Сенатор» в проверяемом периоде имело и своей собственный интерес, так как данная организация только начинала свою деятельность по реализации товаров, в связи с чем было выгодно получить большой оборот товаров благодаря опыту, связям, узнаваемости ООО «ПРОТОН» на рынке.

Раздельный учет собственных товаров и товаров ООО «СЕНАТОР» присутствует.

ООО «ПРОТОН» считает, что заключение эксперта от 20.11.2018 № 097-18 подготовлено с нарушением требований статей 8, 25 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» № 73-ФЗ от 31.05.2001 в части состава и содержания заключения, результаты экспертизы неполные и необъективные, выводы эксперта вызывают сомнения, в связи с чем Общество с целью проверки обоснованности выводов экспертного заключения, обратилось к ФИО7 - практикующему эксперту-почерковеду, представлена рецензия № 22/1.1 от 27.05.2021 на данное заключение эксперта.

В рецензии ФИО7 сделан вывод, что заключение эксперта содержит в себе грубейшие процессуальные и деятельностные (операционные) ошибки, полностью не соответствует принципам объективности, всесторонности и полноты исследования, предусмотренных законодательством, регламентирующим судебно-экспертную деятельность, так как выполнено не в полном объеме, научно и методически не обосновано, содержит логические противоречия и выводы, не обоснованные вводной и исследовательской частью заключения.

 

Суд пришёл к выводу, что требование заявителя не подлежит удовлетворению.

Довод заявителя о нарушении срока принятия решения не принимается судом.

По мнению суда, решение не может быть отменено по одному лишь формальному процедурному признаку.

В соответствии с п.1 ст.101 НК РФ акт налоговой проверки, другие материалы налоговой проверки, в ходе которых были выявлены нарушения законодательства о налогах и сборах, а также представленные проверяемым лицом (его представителем) письменные возражения по указанному акту должны быть рассмотрены руководителем (заместителем руководителя) налогового органа, проводившего налоговую проверку. По результатам их рассмотрения руководителем (заместителем руководителя) налогового органа в течение 10 дней со дня истечения срока, указанного в пункте 6 статьи 100 настоящего Кодекса, принимается одно из решений, предусмотренных пунктом 7 настоящей статьи, или решение о проведении дополнительных мероприятий налогового контроля. Срок рассмотрения материалов налоговой проверки и вынесения соответствующего решения может быть продлен, но не более чем на один месяц.

В случае принятия решения о проведении дополнительных мероприятий налогового контроля акт налоговой проверки, другие материалы налоговой проверки и дополнительных мероприятий налогового контроля, а также представленные проверяемым лицом (его представителем) письменные возражения должны быть также рассмотрены руководителем (заместителем руководителя) налогового органа, проводившего налоговую проверку. По результатам их рассмотрения руководителем (заместителем руководителя) налогового органа в течение 10 дней со дня истечения срока, указанного в пункте 6.2 настоящей статьи, принимается одно из решений, предусмотренных пунктом 7 настоящей статьи.

Согласно п.9 ст.101 НК РФ решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения и решение об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (за исключением решений, вынесенных по результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки консолидированной группы налогоплательщиков) вступают в силу по истечении одного месяца со дня вручения лицу, в отношении которого было вынесено соответствующее решение (его представителю).

В случае подачи апелляционной жалобы на решение налогового органа указанное решение вступает в силу в порядке, предусмотренном статьей 101.2 настоящего Кодекса.

Пунктом 14 ст.101 НК РФ предусмотрено, что несоблюдение должностными лицами налоговых органов требований, установленных настоящим Кодексом, может являться основанием для отмены решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом.

Нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки является основанием для отмены вышестоящим налоговым органом или судом решения налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. К таким существенным условиям относится обеспечение возможности лица, в отношении которого проводилась проверка, участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя и обеспечение возможности налогоплательщика представить объяснения.

Основаниями для отмены указанного решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом могут являться иные нарушения процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, если только такие нарушения привели или могли привести к принятию руководителем (заместителем руководителя) налогового органа неправомерного решения.

В Определении Конституционного Суда РФ от 28.02.2017 № 239-О по жалобе относительно оспаривания конституционности п.1 ст.101 НК РФ приведена правовая позиция, согласно которой п.1 ст.101 НК РФ предполагает возможность продления срока рассмотрения материалов налоговой проверки не более чем на один месяц, защищая тем самым права налогоплательщика от необоснованно длительного вмешательства налогового органа в его хозяйственную деятельность.

Вместе с тем, нарушение налоговым органом сроков рассмотрения материалов проверки и принятия итогового решения не указаны в п.14 ст.101 НК РФ в качестве существенных нарушений процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки.

Последствия пропуска сроков, в том числе предусмотренных ст.101 НК РФ, разъяснены в п.31 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации».

Так, в п.31 данного постановления сказано, что судам надлежит иметь в виду, что несоблюдение налоговым органом при совершении определенных действий в рамках осуществления мероприятий налогового контроля сроков, предусмотренных пунктом 2 статьи 88, пунктом 6 статьи 89, пунктами 1 и 5 статьи 100, пунктами 1, 6, 9 статьи 101, пунктами 1, 6, 10 статьи 101.4, пунктом 3 статьи 140 (в случае подачи апелляционной жалобы), статьей 70 НК РФ, не влечет изменения порядка исчисления сроков на принятие мер по взысканию налога, пеней, штрафа в принудительном порядке, в связи с чем при проверке судом соблюдения налоговым органом сроков осуществления принудительных мер сроки совершения упомянутых действий учитываются в той продолжительности, которая установлена нормами НК РФ.

Однако соответствующие доводы о несоблюдении указанных сроков могут быть заявлены налогоплательщиком в суде только в рамках оспаривания либо требования об уплате налога, пеней и штрафа, направленного ему на основании статьи 70 Кодекса, либо решения о взыскании налога, пеней, штрафа, принятого в соответствии со статьей 46 НК РФ, либо в качестве возражений на иск, предъявленный налоговым органом по правилам статьи 46 Кодекса.

Суд не принимает довод Общества о том, что задержка вынесения решения приводит к увеличению суммы пеней.

Согласно п.1 ст.72, п.п. 1, 3, 5 ст.75 НК РФ пени подлежат уплате налогоплательщиком в случае возникновения у него недоимки по налогу. При этом основанием для прекращения начисления пеней является уплата налога.

Несвоевременность принятия Инспекцией решения по итогам проверки не влияет на начисление пеней и не нарушает имущественных прав Общества как налогоплательщика, поскольку у него имеется обязанность по уплате доначисленных сумм налогов.

         В Определение Верховного Суда РФ от 27.04.2017 № 304-КГ17-3988 указано, что начисление пеней непосредственно связано с несвоевременной уплатой налогов в бюджет. До фактической уплаты налога в бюджет налогоплательщик неправомерно пользуется денежными средствами, причиняя тем самым потери бюджету, при этом извлекая для себя незаконные преимущества путем неосновательного сбережения имущества, что влечет соответственно его обязанность компенсировать потери бюджету в полном объеме. Тем же определением Верховный Суд РФ признал, что несвоевременное вынесение решения налоговым органом, повлекшее увеличение размера начисленных обществу пеней, не является существенным нарушением процедуры, так как начисление пеней непосредственно связано с несвоевременной уплатой налогов в бюджет. Из изложенного следует, что налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, а пеня подлежит начислению по дату фактической уплаты налога.

Таким образом, нарушение Инспекцией требования п.1 ст.101 НК РФ о сроках рассмотрения материалов налоговой проверки само по себе не является основанием для признания судом незаконным оспариваемого решения Инспекции, а является основанием для проверки законности процедуры принудительного взыскания доначисленных сумм.

В соответствии с Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 20.04.2017 № 790-О нарушение налоговым органом сроков рассмотрения материалов налоговой проверки не препятствует ему в принятии того или иного итогового решения и не может само по себе предрешать его законность, что не позволяет признать такое процессуальное нарушение в качестве безусловного основания для отмены итогового решения налогового органа по смыслу пункта 14 статьи 101 НК РФ. Вместе с тем несоблюдение налоговым органом при совершении определенных действий в рамках осуществления мероприятий налогового контроля и принятии соответствующего решения сроков, предусмотренных, в частности, статьей 70, пунктом 2 статьи 88, пунктом 6 статьи 89, пунктами 1 и 5 статьи 100, пунктами 1, 6 и 9 статьи 101, пунктами 1, 6 и 10 статьи 101.4, пунктом 6 статьи 140 НК РФ, не влечет изменения порядка исчисления сроков на принятие мер по взысканию налога, пеней, штрафа в принудительном порядке, исчисляемых исходя из той продолжительности сроков совершения упомянутых действий, которая установлена указанными нормами, что, в конечном счете, гарантирует определенные временные рамки возможного вмешательства государства в имущественную сферу налогоплательщика.

В соответствии с п.1 ст.54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Согласно п.2 ст.54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

В пункте 3 статьи 54.1 НК РФ закреплены положения, исключающие из практики налоговых органов формальный подход при выявлении обстоятельств занижения налоговой базы или уклонения от уплаты налогов. В частности, предусмотрено, что такие обстоятельства, как подписание первичных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций), не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

Однако при невыполнении любого из условий, при одновременном соблюдении которых налогоплательщик имеет право на уменьшение налоговой базы (налога), указанного в статье 54.1 НК РФ налогоплательщик теряет право на уменьшение налоговой базы (налога) по сделке в целом.

Ранее правовые подходы, аналогичные регулированию, введенному в действие статьей 54.1 НК РФ, были сформированы на основании постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53) в практике применения налогового законодательства исходя из общего принципа запрета на злоупотребление правом, невозможности получения налоговой выгоды на основании документов, содержащих недостоверную информацию о хозяйственных операциях и их участниках.

Статья 54.1 НК РФ введена Федеральным законом от 18.07.2017 № 163-ФЗ (далее - Закон № 163-ФЗ).

Кроме того, тем же Федеральным законом статья 82 НК РФ дополнена пунктом 5, согласно которому доказывание обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 данного Кодекса, и (или) факта несоблюдения условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 54.1 данного Кодекса, производится налоговым органом при проведении мероприятий налогового контроля в соответствии с разделами V, V1, V2 данного Кодекса.

Закон № 163-ФЗ вступил в силу по истечении одного месяца со дня его официального опубликования (часть 1 его статьи 2), то есть с 19.08.2017. При этом нормативные положения, регулирующие общие положения о налоговом контроле (статья 82 НК РФ с учетом статьи 54.1 данного Кодекса), применяются к камеральным налоговым проверкам налоговых деклараций, представленных в налоговый орган после дня вступления в силу названного Федерального закона, а также выездным налоговым проверкам и проверкам полноты исчисления и уплаты налогов в связи с совершением сделок между взаимозависимыми лицами, решения о назначении которых вынесены налоговыми органами после дня вступления в силу этого Федерального закона (часть 2 статьи 2), и, тем самым, относятся к охваченным указанными проверками налоговым периодам.

В определении от 17.07.2018 № 1717-О Конституционный Суд Российской Федерации указал, что такое регулирование согласуется с общим принципом действия закона во времени и по кругу лиц в том виде, как это вытекает из статей 54 и 57 9 Конституции Российской Федерации, а также положений статьи 5 «Действие актов законодательства о налогах и сборах во времени» Налогового кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание, что решение о проведении выездной налоговой проверки в отношении Общества принято Инспекцией 29.03.2018, то есть после вступления в силу Закона № 163-ФЗ, нарушений налогового законодательства Инспекцией не допущено.

Как установлено проверкой, Общество осуществляло оптовую торговлю лесоматериалами, а также деятельность, связанную с производством и реализацией пиломатериалов, деревянных строительных конструкций и строений, столярных изделий и др.

Между ООО «Протон» и ООО «Сенатор» заключен договор оказания услуг от 20.03.2017 № 04, Общество обязуется выполнить весь комплекс услуг по производству готовой продукции, начиная с приёмки сырого обрезного пиломатериала и заканчивая погрузкой готовой продукции в транспорт покупателя.

Инспекцией установлено, что существо примененной Обществом схемы «дробления бизнеса» состояло в том, что реализация товаров (продукции) в адрес определенной категории лиц формально оформлялась от имени ООО «Сенатор», что позволяло вывести долю доходов из-под налогообложения НДС, в то время как фактически реализация продукции осуществлялась одним хозяйствующим субъектом - ООО «Протон».

По мнению суда, собранными Инспекцией доказательствами ответчиком доказано, что производственный процесс осуществлялся на территории Общества, при этом фактически ООО «Сенатор» не участвовало в производственном процессе, включено в цепочку взаимоотношений (как с поставщиками, так и с покупателями) формально.

Суд согласен с ответчиком, что о формальности разделения («дробления») бизнеса ООО «Протон», подконтрольности ООО «Сенатор», применяющего упрощенную систему налогообложения, имитирующего самостоятельную деятельность и согласованности действий указанных организаций, с целью снижения Обществом налоговых обязательств путем формального соблюдения норм действующего налогового законодательства, свидетельствует то, что согласно п. 5.1. договора Заказчик (ООО «Сенатор») обязуется предоставить Исполнителю (ООО «Протон») необходимые материалы для оказания комплекса услуг и оплатить стоимость комплекса услуг. Других обязанностей Заказчика в договоре не предусмотрено, т.е. весь производственный процесс по изготовлению готовой продукции осуществляется ресурсами ООО «Протон», ООО «Сенатор» никакого участия в производстве готовой продукции не принимает. Каких-либо договоров аренды оборудования, цехов, зданий, договоры на оплату эксплуатационных расходов и коммунальных услуг (электроэнергии, теплоэнергии и др.) между обществами не заключалось.

Данные общества осуществляют аналогичный вид деятельности.

Руководитель Общества ФИО8 при допросе пояснил, что весь пиломатериал, который поступает по договору с ООО «Сенатор», складируется вместе с другим пиломатериалом, также и готовая продукция, складируется вместе с готовой продукцией ООО «Протон»; раздельный учет пиломатериала (сырья) и готовой продукции обществами не ведётся.

Ведение бухгалтерского и налогового учета, юридическое сопровождение деятельности ООО «Сенатор» осуществлялось работниками ООО «Протон» в соответствии с выполняемыми ими должностными обязанностями.

Главный бухгалтер ФИО5 ведет бухгалтерский и налоговый учет обоих обществ, представляет их налоговую и бухгалтерскую отчетность, ключи с ЭЦП ООО «Протон» и ООО «Сенатор», предназначенные для сдачи отчетности в налоговый орган, обнаружены в ящике рабочего стола ФИО5

Межрайонной ИФНС № 7 по Ярославской области на запрос Инспекции от 22.01.2019 о представлении информации об электронном адресе, с которого производилась отправка налоговой отчетности ООО    «Сенатор», представлен ответ, в котором сообщается, что отправка     налоговой отчетности производилась с электронного адреса irakrapiwina@yandex.ru.

На рабочем столе и на полке за рабочим местом бухгалтера ФИО9 (занимается в ООО «Протон» документальным оформлением реализации продукции) обнаружены документы по реализации готовой продукции покупателям ООО «Сенатор», на её рабочем столе обнаружены и печать ООО «Протон», и печать ООО «Сенатор».

На рабочем компьютере юрисконсульта ФИО10 составляются договоры и по деятельности ООО «Сенатор». ФИО5 также поясняла, что договоры по деятельности ООО «Сенатор» составляет юрист ООО «Протон» ФИО10

Показания свидетелей - контрагентов ООО «Сенатор», деловая переписка заместителя директора Общества ФИО11 свидетельствуют о том, что их взаимоотношения с ООО «Сенатор» осуществлялись путем сотрудничества с работниками ООО «Протон».

Работникам ООО «Протон» (механик ФИО12 и водители ФИО13 и ФИО14) были выданы доверенности ФИО4 на представление интересов ООО «Сенатор».

В рамках оперативно-розыскных мероприятий МРО № 1 УЭБи ПК УМВД России по Архангельской области на рабочих местах работников Общества обнаружены документы и база данных «1С:Предприятие» ООО «Сенатор».

ООО «Сенатор» зарегистрировано 16.02.2017 - незадолго до начала взаимоотношений с Обществом, у него отсутствуют основные и оборотные средства, кадровые ресурсы.

Учредителем и руководителем ООО «Сенатор» является ФИО4, ранее работала в ООО «Протон» юрисконсультом, после увольнения ежемесячно получала денежное вознаграждение от должностных лиц ООО «Протон» (ФИО5,         ФИО8, ФИО11).

В судебном заседании 08.06.2021 ФИО4 не пояснила, в связи с чем получала денежные средства от данных лиц.

Почерковедческой экспертизой установлено, что договоры поставки пиломатериалов подписаны ФИО4, во всех других документах по деятельности ООО «Сенатор» (договор оказания услуг № 04 от 20.03.2017 с ООО «Протон», товарные накладные на реализацию готовой продукции),  подпись выполнена не ФИО4, а иным лицом.

Если согласиться с доводом Общества о том, что заключение эксперта является ненадлежащим доказательством, то о подписании документов неустановленными лицами свидетельствует то, что должностными лицами ООО «Протон» в декабре 2018 предпринимались меры по переподписанию документов по деятельности ООО «Сенатор» с контрагентами.

Показаниями свидетелей ФИО15, ФИО16,          ФИО17, ФИО18, ФИО19 установлено, что должностные лица Общества обращались к контрагентам (ООО «Северный Дом», ООО «Пилорамсервис», ООО «Леспродукт», ООО «АС-Групп», ООО «Коммунально-строительная техника») с просьбой продублировать повторно (выписать, подписать, поставить печать) все документы (договоры, товарные накладные) по деятельности ООО «Сенатор» за 2017 год.

 К свидетельским показаниям ФИО5 и ФИО6  в суде суд относится критически, учитывая, что они работают в ООО  «Протон», т.е. являются заинтересованными лицами. Кроме того, ФИО5 давала пояснения по принесённым с собой записям. ФИО6 поясняла, что на складе разграничивали продукцию этих обществ (как именно, осталось суду непонятно), при этом на вопросы ответчика указала «я по вчерашним-то машинам не помню».

Реальность хозяйственных операций является необходимым условием для использования налоговых вычетов.

В силу положений пункта 2 статьи 153 и подпункта 2 пункта 1 статьи 162 Налогового кодекса РФ при совершении налогооблагаемых операций сумма НДС определяется исходя из всех поступлений налогоплательщику, связанных с расчетами по оплате реализованных товаров (работ, услуг). При этом на основании пункта 1 статьи 168 Налогового кодекса РФ сумма НДС, исчисленная по соответствующим операциям реализации товаров (работ, услуг), предъявляется продавцом к оплате покупателю.

Таким образом, по общему правилу, НДС является частью цены договора, подлежащей уплате налогоплательщику со стороны покупателя. Уплачиваемое (подлежащее уплате) покупателем встречное предоставление за реализованные им товары (работы, услуги) является экономическим источником для взимания данного налога. Из этого вытекает, что при реализации товаров (работ, услуг) покупателю НДС не может исчисляться в сумме, которая не соответствовала бы реально сформированной цене и не могла быть полностью предъявлена к оплате покупателем в ее составе, что, по существу, означало бы взимание налога без переложения на потребителя за счет иного экономического источника - собственного имущества хозяйствующего субъекта (продавца).

Данная позиция закреплена в пункте 30 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2019), утвержденного его Президиумом 24.04.2019 и пункте 42 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2019), утвержденного Президиумом 27.11.2019.

В силу статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму НДС, исчисленную в соответствии со статьей 166 Кодекса, на установленные статьей 171 Кодекса налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 Кодекса.

Вычетам подлежат, если иное не установлено статьей 172 НК РФ, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных статьей 172 Кодекса, и при наличии соответствующих первичных документов.

В соответствии со статьей 169 НК РФ документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм НДС к вычету или возмещению, является счет-фактура.

Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5 и 6 статьи 169 НК, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Согласно пункту 6 статьи 169 НК РФ счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или выданной от имени организации доверенностью.

Счета-фактуры должны содержать достоверную информацию. Таким образом, на налогоплательщика возлагается обязанность подтвердить право на налоговые вычеты по НДС путем представления документов, предусмотренных статьями 169, 171, 172 Налогового кодекса Российской Федерации.

При этом документы, на которые ссылается налогоплательщик в подтверждение исполнения такой обязанности, должны отвечать предъявляемым требованиям и достоверно свидетельствовать об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает налоговые последствия.

В соответствии с пунктом 1 Постановление № 53 представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Согласно пункту 4 Постановления № 53 налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В пункте 5 Постановления № 53 указано, что о необоснованности налоговой выгоды могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств:

- невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг;

- отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств;

- учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций;

- совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета.

Таким образом, налоговые вычеты по налогу на добавленную стоимость могут быть применены, а затраты при определении налогооблагаемой базы по налогу на прибыль отнесены только при осуществлении реальных хозяйственных операций, подтвержденных документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Поскольку согласно статье 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской деятельностью является осуществляемая на свой риск деятельность, то налогоплательщик, не воспользовавшийся своим правом обеспечить документальное подтверждение достоверности сведений, изложенных в документах, на основании которых он, в свою очередь, претендует на право получения налоговых льгот, налоговых вычетов или иного уменьшения налогооблагаемой базы, несет риск неблагоприятных последствий своего бездействия.

Таким образом, для обоснования права на возмещение налога на добавленную стоимость из бюджета, а также при отнесении тех или иных сумм на затраты документы, на которые ссылается заявитель в подтверждение обоснованности возмещения спорной суммы налога на добавленную стоимость и реальности понесенных налогоплательщиком затрат, должны отвечать указанным выше требованиям и достоверно свидетельствовать об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает право налогоплательщика на возмещение налога на добавленную стоимость из бюджета и отнесения затрат в состав расходов.

Кроме этого, реальность хозяйственной операции определяется не только фактическим наличием и движением товара, выполнения работ, но и реальностью исполнения договора именно данным контрагентом, то есть наличием прямой связи с конкретным контрагентом, следовательно, в подтверждение обоснованности вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль налогоплательщиком должны быть представлены документы, отвечающие критериям статей 169, 171, 252 НК РФ и подтверждающие наличие реальных операций по приобретению товаров (работ, услуг) у заявленного контрагента. Оприходование товара и его дальнейшее использование, как факт выполнения работ (оказания услуг), не могут являться достаточным доказательством реальности хозяйственных операций между обществом и указанным контрагентом при отсутствии тому надлежащих и достоверных доказательств.

Из пояснений работников Общества не ясно, по каким критериям ООО «Сенатор» было выбрано в качестве контрагента (помимо того, что должностные лица Общества знали ФИО4 как сотрудника ООО «Протон»).

Непроявление должной осмотрительности в выборе контрагентов в первую очередь влечет риски для финансово-хозяйственной деятельности самой организации, которая в соответствии с гражданским законодательством осуществляет свою предпринимательскую деятельность самостоятельно и на свой риск, налоговые органы не несут ответственности за выбор налогоплательщиком контрагентов и возможное в связи с этим наступление для него неблагоприятных последствий, в том числе налоговых.

Предъявляя к вычету НДС по операциям с контрагентами налогоплательщик должен подтвердить не только факт реального приобретения товара (работ, услуг), но и то, что товар приобретен непосредственно у того контрагента, который заявлен в представленных в налоговый орган документах (Определение Верховного Суда РФ от 25.05.2017 № 301-КГ17-5221).

Определяющим является не столько взаимозависимость организаций, нацеленность их действий на получение налоговой выгоды, сколько реальность осуществления каждым из них самостоятельной экономической деятельности в организационном, финансовом и других ее аспектах или напротив формальное прикрытие единой экономической деятельности; получение налоговой выгоды только в связи с формальным соответствием требованиям закона.

В рассматриваемом случае деятельность ООО «Сенатор» образует единый процесс с деятельностью ООО «Протон», разумные экономические причины таких действий данных обществ заявителем и третьим лицом не доказаны.

В отношении НДФЛ Обществом не приведено доводов о необоснованности начисления недоимки и пени, оснований для удовлетворения требований в этой части судом не установлено.

Кроме того, доводы о НДФЛ не заявлялись в вышестоящий налоговый орган, в связи с чем, в силу разъяснений, приведенных в п.68 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации», не могут быть заявлены в суд.

На основании изложенного, в удовлетворении заявленного требования суд отказывает.

 

Определением суда от 28.01.2021 было удовлетворено заявление общества о принятии обеспечительных мер: приостановлено действие решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 8 по Архангельской области и Ненецкому автономному округу № 08-25/2 от 29.09.2020 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, вынесенного в отношении Общества с ограниченной ответственностью «ПРОТОН».

Согласно частям 4 и 5 АПК РФ в случае удовлетворения иска обеспечительные меры сохраняют свое действие до фактического исполнения судебного акта, которым закончено рассмотрение дела по существу.

В случае отказа в удовлетворении иска, оставления иска без рассмотрения, прекращения производства по делу обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта. После вступления судебного акта в законную силу арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле, выносит определение об отмене мер по обеспечению иска или указывает на это в судебных актах об отказе в удовлетворении иска, об оставлении иска без рассмотрения, о прекращении производства по делу.

Поскольку суд отказал в удовлетворении заявленного требования, то обеспечительные меры подлежат отмене.

 

При обращении в суд заявителем уплачено 3000 рублей государственной пошлины платежным поручением № 6696 от 25.12.2020.

В соответствии с ч.3 ст.110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя.

 

Арбитражный суд, руководствуясь статьями 167 – 170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

 

РЕШИЛ:

Отказать Обществу с ограниченной ответственностью «ПРОТОН» в удовлетворении заявления о признании недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 8 по Архангельской области и Ненецкому автономному округу от 29.09.2020 № 08-25/2.  

Оспариваемое решение проверено на соответствие Налоговому кодексу Российской Федерации.

Отменить обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Архангельской области от 28.01.2021.

Настоящее решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Архангельской области в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

        Судья

 

А.А. Дмитревская